![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sudby.-miry-vselennoy.-334694.jpg)
Текст книги "Судьбы. Миры вселенной."
Автор книги: Елена Шмидт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 26 страниц)
– Как невидимыми? – удивился Рей.
– А вот так. Эти псы, поэтому столь ценны и редки. Он поможет найти хозяйку и расскажет вам, где она.
– Как расскажет? Он что ещё и говорит? – Рей вообще отказывался что-либо понимать.
– Рей, с тобой сегодня что? Ты как пятилетний ребёнок воспринимаешь информацию, – рассмеялся, не выдержав Агард, – ментально передаст образы, и ты поймешь, где искать.
– Хорошо, а как я найду его на материке?
– Вот с этим уже сложнее. Нужно какую-нибудь вещь девушки взять с собой. Октавия задумалась.
– Подождите меня здесь, – и она рассеялась в воздухе.
– Я не представляю, как на целом материке найти пса, не применяя магию, чтобы не услышали демоны.
Агард тоже был озадачен.
– Да, раньше времени вам светиться не стоит. Они очень умны. Сразу пронюхают, что что-то не так. И тогда уйти, шансов у тебя нет.
Октавию ждали долго. Наконец, она появилась. Образ её слегка рассеивался, никак не желая собираться.
– Отток энергии большой. Хранитель Тритинопсиса – мужчина, очень вредная помесь демона с друидом. Непонятно, как так быстро одемонился, – голос Октавии звучал едва слышно. – Всё это время сочиняла ему легенду, про то, как люблю своего пёсика, а его украли злые люди и увезли в его мир. Просила помочь вернуть. А этот, не знаю, как назвать, был недоверчив, хмыкал, кое-как упросила. Рей, поедешь на Дионий, выйди в пески, подальше от людей, покричи Абшуга и жди в ближайшем месте, он найдёт тебя сам. Это всё, больше ничего не могу. Простите, если мало, – и она исчезла.
– Ну, это тоже хлеб, – и Агард отправился на выход, Рей за ним.
Через пару дней Рей, как и условились, был у пещеры бабушки Миланды, где встретился с Гербертом и Клео. Там они решили, что ждать больше нечего и решили выдвигаться в путь, к дому Тары. Гном решил взять с собой пару мечей.
– А что? Буду искать клиентов. А вдруг и, взаправду, торговлю налажу?
– Ага, если мы сделаем то, что хотим, и они узнают, а я думаю, они пронюхают, то ты как раз торговлю и наладишь, – развеселился Рей, – в каталажке, в лучшем случае, а в худшем, у Пресветлого в гостях.
– Торговлю везде можно наладить, – философски заметил Герберт, – главное подход правильный найти, – он провёл рукой по подбородку и разулыбался, – а у Пресветлого небось самые лучшие условия.
– Ага, только я бы на твоём месте не торопился проверять.
– Так кто же возьмёт туда раньше времени? Там же конкуренция за лучшие места, – и хитро посмотрел на Рея.
– Да понял я тебя, понял, так и скажи, очередь занял, жду, когда подойдет, – и Рей, усмехаясь, пошёл строить портал до столицы, а там и подруга Клео недалеко.
Миланда.
Миланду перевели во дворец. Приставили к ней пять служанок. Девушки лопотали на каком-то неизвестном для Миланды языке, пытаясь при помощи махания рук и непрерывных поклонов о чём-то ей сказать. Миланда смотрела во все глаза на этот зоопарк, пока в глазах у неё не началось мельтешение. Она пыталась их успокоить, говорила, что не надо ежеминутно бить поклоны, всё было бесполезно. Наконец, ей стало казаться, что ещё чуть-чуть, и она сама встанет напротив, залопочет на непонятно каком языке и начнёт бить поклоны в ответ. Раз – за матушку, два – за батюшку, три – за сестрицу.
– Тьфу, – плюнула в сердцах Миланда, – стоять, – крикнула, разозлившись.
Болванчики, слава Всесветлому, остановились. Секунду стояла тишина, служанки смотрели на неё, она, прищурившись, на них.
– Вон, – произнесла Миланда зловещим тоном, – пошли вон отсюда, – и указала на дверь.
Девушки проследили за движением руки, и уставились на палец, потом перевели взгляд на дверь и снова посмотрели на неё. Пока молчали. Миланда пошевелила пальцем, заверещав что-то опять, они устремились к двери. Дверь захлопнулась. «Тишина, – с облегчением подумала девушка, – наконец-то, блаженная тишина».
Не успела она додумать, дверь распахнулась опять, пропуская вовнутрь пузатое нечто. Миланда сразу и не поняла мужчина это или женщина. Это было нечто в расписном кричаще жёлто-красно-зелёном наряде. Широкие шёлковые шаровары, сверху диковинная рубашка и жилет, всё разукрашено украшениями, каменьями, на каждом пальце по кольцу, а то и по два. На голове диковинно намотанная ткань, украшенная бусами в несколько ярусов. «Никак простынь намотал, – посетила Миланду мысль, – никак не меньше, а бусы, видать, там разбросаны были, вот и намотались на голову. Иначе как объяснить такое количество». Присмотревшись внимательно к лицу, девушка всё-таки опознала мужика.
– Ой, держите меня люди добрые, – уже вслух сказала она, – не тяжело?
– Что? – тоненьким голосом уточнил колобок.
– Столько носить, – пояснила Миланда, стараясь не рассмеяться.
– Первый раз вижу такую неучёность и неучтивость, – обиженно засопел колобок.
– Ух ты, а наверно учёность и учтивость определяется количеством метров на голове?
– Каких метров? Вы вообще здоровы или нуждаетесь в лекаре? Это тюрбан на моей голове, мой народ носит такие головные уборы, – нравоучительно, поднеся палец к голове, произнёс колобок. – И я, между прочим, старший евнух в гареме.
– Старший ев…, кто? – переспросила Миланда.
– Не старший ев…, а старший евнух и ты должна меня слушаться, – и колобок, подбоченясь, пошёл на неё, напирая пузом.
– С какого перепугу? – удивилась девушка, отступая от него. – Я слушаюсь только умных и достойных, – она пятилась всё дальше и дальше от сопящего обладателя круглого пуза, напирающего на неё.
– За неповиновение у нас запирают в темницу измененных, – зло прищурился евнух.
– Что? – не поняла Миланда. – Каких измененных? Вы, я смотрю, от обжорства совсем рехнулся дядя. Или вы тётя? – решила подначить его девушка и сама не ожидала, что тем самым наступила на его самую больную мозоль. – Вон и грудь у вас, как у тёти, – она ткнула в сторону его груди пальцем.
Старший евнух побагровел. Он развернулся на каблуках своих расписных тапочек и вылетел за дверь.
– Уф, вот это денёк, – пробурчала Миланда, усаживаясь на кровать. Она жутко устала от всего. Внутри зажатая до предела в ожидании какой-либо пакости, она никак не могла позволить себе расслабиться хоть на минутку. Соскочив, подбежала к окну и уставилась на толстые прутья решётки. Открыв окно, подергала, приноравливаясь, можно ли выдернуть, если попробовать призвать тьму? Наверное, вряд ли, уж сильно массивными выглядели прутья, вмонтированные в камень стены. Их так утопили, наверняка при помощи магии, словно размягчили камень до состояния масла и засунули в него решётку. А что если и ей попробовать, размягчить и выбить? Миланда просчитывала варианты, как ей это сделать. Она так задумалась, что даже не заметила сразу, что в комнату вошли. «Достали», – только и успела подумать она, как жёсткие пальцы схватили её за плечо, рванув, разворачивая. Она от рывка крутанулась, мгновенно сгруппировалась, чтобы отразить удар. Огромный демон в своей родной ипостаси стоял перед ней. Злобно полыхали красные глаза на тёмно-коричневом лице с крупным носом. Чёрные волосы были заплетены в косички с металлическими наконечниками разной формы. Огребёшь такими косами, и кожа слезет вслед за ними. Изогнутые, крупные рога и огромные ручищи с когтями, а вот копыт не было, были ноги и хвост с кисточкой, на конце которого были прикреплены лезвия. «Красава, – пронеслось у девушки в голове, – боевой демон собственной персоной».
– Ой, – Миланда всё рассматривала демона, – это что ли ваш великий и ужасный Повелитель. О, колобок, и ты здесь? Спрятался что ли?
– Вот видишь, – завопил колобок, – она невменяемая. Господин Дидрейн притащил, сказал, что ему некогда, а она подарок Повелителю. Да продлят духи его года! – он поклонился каким-то невидимым духам. – А как такой подарок показывать? И в порядок как её приводить, если она всех служанок разогнала? А сама-то? Ты только глянь на неё! Была бы красавица. Так нет, так себе. Ни кожи тебе, ни рожи.
– Эй, колобок, – возмутилась Миланда, – иди на свою кожу – рожу посмотри. Нашёлся эталон красоты у гоблинов.
– Вот, вот, она опять, слышал? – заверещал колобок. – А если она Повелителю так скажет? О, ужас! Что будет-то? Я говорю, – зашептал он демону, – её надо на ночь в пещеру изменённых послать. После этого она шёлковая станет, там её быстро перевоспитают, – он сложил руки ладошкой, и умоляюще посмотрела на демона.
– Ладно, – рявкнул тот, – на ночь устрою, но не больше. Ты точно уверен, что туда надо? Я тут недавно, но вроде слышал, что туда редко кого отправляют.
– Конечно, редко, но вот в таких случаях обязательно. Мы на ночку всего её, больше и не надо, – услужливо закивал евнух, – и этого хватит, будет как шёлковая, – он противно захихикал.
Миланда переводила взгляд с одного на другого и понимала, что колобок придумал какую-то гадость. За весь разговор с демоном он только один раз как-то гаденько посмотрел на неё и ухмыльнулся. По всей видимости, ничего хорошего её не ждало.
– Прошу прощения, – подала она голос, – это куда вы меня тащить собираетесь? Меня охранять надо и оберегать, – пошла она на хитрость, – я очень ценная девушка. Повелитель на вас разгневается, если узнает, что вы меня обидели.
– А мы тебя не обижаем, посидишь там, подумаешь о жизни, может чего и правильного надумаешь, – евнух расплылся в улыбке. – Никто тебя из нас и пальцем не тронет. Вот видишь, – повернулся он к демону, – одна только перспектива речь исправила и манеры изменила.
– А не жестоко ты евнух? – демон всё же сомневался. – Может и не надо её туда?
– Надо, надо, а вдруг она Повелителю откажет? А так будет знать и будет шёлковая.
– В чём я откажу вашему Повелителю? Я что-то не поняла? Вы меня, что к нему сватаете? Тогда да, я – категорически против, и вы меня не заставите! – Миланда от злости на такую перспективу, что ей предлагают, покрылась красными пятнами. – Чихала я на вас и на ваши страшилки, я в жизни, слышите меня, – она раскричалась уже во весь голос, не сдерживая себя, и подскочив к двум особям мужского пола, прорычала, – не лягу под вашего Повелителя! – топнув ногой, уставилась на них.
Демон, рыкнув, схватил девушку за руку. Она, кипя праведным гневом, попыталась сделать ему подсечку, но такую тушу даже не качнуло. Он дёрнул её за руку вверх и приподнял над полом. Девушка подтянулась, зацепилась второй рукой за первую и, приподняв ноги, резко распрямила, с силой стукнув ими по торсу. Демон, не ожидавший от мелкой пигалицы такого удара, дёрнулся и разжал руку. Миланда, ощутив свободу, рванула к двери, но огромная ручища, быстро пришедшего в себя демона, сбила её с ног, отшвырнув к стене. Ударившись головой об угол двери, она погрузилась во мрак.
Приходила в себя Миланда долго. Её мозг, ещё не пришедший в себя от кислородного голодания, от такого удара отключился надолго. Она плавала из темноты во тьму и назад. Где-то на грани восприятия слыша шепот, шуршание и даже касания. Наконец, её мозг начал различать слова.
– Лежит, – произнёс первый голос, – всё лежит, – смешок, – ждёт-с…, – хохот, леденящий кровь, – скоро придёт-с…, жди, жди его, – касание чего-то, – ой, пошевелилась.
– Надо прятаться, – второй голос, – он близко.
– Кто близко? – просипела Миланда. Она, наконец, поняла, что смотрит в кромешную тьму.
– Ой, она слышит, слышит, – радостно воскликнул первый голос, – она нас слышит!
– О-о, слышащая, – удивился второй, – надо же…, – и снова лёгкое касание.
Миланда отмахивается от них в пустоту. В душе рос безотчётный страх.
– Где я?
– В пещере изменённых, – прошептал второй.
– Что за пещера? Кто вы? – от страха Миланда тоже шепчет.
– Ей страшно. Она боится, – первый.
– Они все бояться, его и надо бояться, – второй.
– Да кого бояться? – не выдерживает Миланда и начинает ощупывать вокруг себя пол. Он холодный и гладкий, словно отшлифованный, наверно, каменный, её бросили прямо на голый пол. Она переворачивается на колени и начинает ощупывать его руками, потихоньку продвигаясь вперёд.
– Ой, что она делает? – интересуется первый.
– Не знаю, ползёт куда-то, – отвечает второй.
– Стой, дурёха, – смеётся первый, – свалишься, попадёшь прямиком в бездну.
– В какую бездну? – спрашивает Миланда и нащупывает рукой край.
– Сидела бы ты на месте, – пробухтел второй, – а то грохнешься как остальные.
– Кто остальные? – снова шепчет Миланда, уже понимая, про кого сказали. – Девушки?
– Девушки, девушки. Ой…, он рядом…. Совсем рядом. Не двигайся…, лучше ляг. Он здесь…, – прошелестел, затихая второй.
Миланде казалось, что дальше пугаться уже нельзя. Но когда температура стала опускаться ниже, заметно холодая, она отползла от края и села. Лечь она не могла. У неё было такое чувство, что если она сейчас ляжет и закроет глаза, то это будет навсегда. Вдруг захотелось встать, побежать и оборвать этот животный страх.
– Голоса, вы здесь? – позвала Миланда неизвестных говорящих, обращаясь к ним в пустоту.
В ответ тишина и только темнота становилась всё более непроницаемой. Казалось, такого не может быть, но было, ещё чуть-чуть, и она уже ложкой её сможет черпать. А тьма всё уплотнялась, сдавливая холодом, плотностью, и животным страхом, который растекаясь по телу, словно замораживал его, не позволяя даже шевелиться. Миланде, казалось, ещё секунда, другая и она умрёт.
Внезапно, как вспышка в мыслях, и она вспомнила про свою тёмную магию. Расслабилась, дотронулась до источника, как учил Герберт, и пустила её по венам. Теперь тьма вступала в битву против темноты. Её тьма отзывалась достаточно неохотно, словно боялась выползти, как мышка затаилась перед кошкой, пробуя лапкой, можно ли показаться. Сначала тьма пробегала по телу волнами, посылая в дрожащее замерзающее тело импульсы тепла. Миланда сидела, подтянув колени, положа на них голову и обхватив себя руками, как будто пыталась закрыться от всех. Тьма окутывала её постепенно, мягким, как пух, пространством, отгоняя от неё ледяной мрак. Огромные крылья распахнулись за спиной девушки и, обхватив, накрыли её куполом. Тьма поползла по ним, покрывая их серым блестящим металлом. Гематитовая тьма прятала свою дочь в надёжное убежище.
– Ты кто? – темноту прорезал жуткий леденящий голос.
Миланда открыла глаза и увидела его. Она теперь могла видеть, не было непроницаемой темноты, она словно разлетелась от неё в разные стороны. Напротив неё висел в воздухе мужчина. Мощные чёрные крылья, едва шевелясь, поддерживали его в воздухе, и он парил в пространстве. Идеальное мужское тело, пропорциональное и мускулистое, одетое в чёрный костюм, казалось, неподвижно зависло над самой бездной. Волосы, цвета той же темноты, что окутывала его, мягко падали на плечи, а сзади развевались и шевелились, как будто живые. Безжизненно белое лицо, как из мрамора, было нереально красивым, если бы играло красками жизни, а так как мёртвая маска. Но глаза… Пронзительно голубые, как будто светящиеся в темноте, ледяным, пронзительным светом, они смотрели в упор на Миланду словно заглядывали в саму душу, бередя в ней скрытые раны. От такого взгляда по венам разливался холод и ужас.
Миланда быстро огляделась. Она стояла на небольшой площадке, которая располагалась на вершине высокого столба, возвышавшегося, казалось, из недр бездны, метра на три вокруг столба также царила пустота, вверх высилась величественная пустотелая башня. Вдоль стены шёл неширокий уступ в метр шириной.
Пересиливая свой страх, она набралась смелости и решилась, если он готов разговаривать, надо этим воспользоваться.
– А ты кто?
Ни один мускул не дрогнул. Он только словно перетёк поближе, всё так же, не мигая, смотря на неё.
– Не боишься? – в глазах интерес.
– Нет, почти влюбилась, вот стою, млею, – выпалила девушка на одном дыхании.
– Врёшь, – констатировал он, без всяких эмоций, – ты ведь птица? Дочь драконов.
– Кто? – переспросила Миланда, она даже на миг забыла, что ей страшно.
– Ты…. Что не знала? – голос немного изменился, стал не таким жутким, в нём стали проскакивать какие-то эмоции. – Ваше начало от драконов. Первая женщина вашего мира любила дракона, мечтала быть с любимым и в небе. Он отдал ей часть своей энергии и жизни, с тех пор вы крылатые, а уж в птиц вы стали перерождаться позже.
Миланда опустила свои сверкающие металлом крылья.
– А ты интересная птица – дочь Тьмы, вон как она распереживалась, закрыла тебя от меня, чтобы не притронулся к душе.
– Кто ты, скажи, – попросила Миланда, она внезапно перестала его бояться. Почему? Сама бы не ответила, просто страх неожиданно ушёл, как будто появилась стена, не пускающая его.
– Я – поглотитель душ, живу здесь запертый богами, тогда им ещё было дело до миров, и они их берегли.
– А девушки? Где они? – она сама не ожидала, что спросит про это. Всё же он может и разозлиться. Она побаивалась услышать ответ, хотя знала его.
– Погибли…. Многие гибнут ещё до моего появления, многие от знакомства со мной. Но одну я даже спас.
– В смысле спас? – не поняла Миланда, как он мог спасти.
– Забрал душу, – невозмутимо ответил он ей, – как же ещё. Забрал и выпустил на волю. Она обрадовалась
– Кто? Девушка? – ничего не поняла Миланда.
– Душа, глупая, душа.
– Ну, ты же её просто убил! – возмутилась девушка. – Как она могла радоваться?
– А что её здесь ждало? Их гарем. Там три тысячи женщин и все друг с другом воюют. И ещё там есть целый штат евнухов, каждый из которых заводит свои порядки и наказания. А так она стала свободной и ушла к своей матери, бабушке, в общем, своей семье.
Миланда молчала, не зная, как реагировать на такую логику, вроде бы и прав, но как-то дико звучит.
– А за что заперли тебя? – спросил Поглотитель душ, перетекая к ней поближе, от него снова повеяло холодом и страхом. Миланда зябко передёрнула плечами.
– Боишься? – спросил он, заглядывая ей в глаза и, казалось, что он проникает прямо в душу.
– Скажем так, опасаюсь, так за что заперли? – она отвлекала его разговорами, чтобы он, не дайте боги, не вспомнил, зачем пришёл.
Он внимательно смотрел на неё, не отрывая взгляда, а потом, словно что-то решил для себя и прикрыл глаза. И стал изменяться на глазах у удивлённой девушки. Лицо словно засветилось изнутри, стало оживать, проступили чётче упрямо сжатые губы, почернели ресницы и брови, кожа обрела здоровый ровный цвет. Миланде даже показалась щетина на подбородке. Он открыл глаза. Они уже не излучали потусторонний холод, но остался их необыкновенный цвет. Крылья поднесли всё ещё неподвижного мужчину к краю маленькой площадки и исчезли.
– Ну что так лучше? – спросил, иронично усмехаясь, он.
Миланда смотрела и не могла отвести взгляд. Если бы кто сказал ей, что она будет пялиться на мужика, она бы ему ни за что не поверила.
– Вот за это и заперли, – снова та же усмешка искривила губы. – Слишком уж многие женщины были готовы пойти со мной, хотя бы на одну ночь. И одна тоже пошла. Совсем юная, я не хотел и прогонял её, но она каждый раз возвращалась и была очень настойчива. Однажды она подловила меня после веселой вечеринки и пошла со мной. У меня весь мир играл яркими красками, и я хотел любви, а она любила и дарила себя. То была сказочная ночь, и я, за сколько лет, был даже готов жениться, но она оказалась дочерью бога Тандурса, покровителя Мёртвых душ. С тех пор я здесь. Повелитель демонов как-то прознал об этом и теперь сажает сюда приговорённых к смерти. Я иногда даже не заглядываю сюда, они от страха сами прыгают вниз.
– А голоса? – спросила его Миланда, она так и не сводила с него глаз.
– А эти? Ты их что, слышишь?
– Слышу, – кивнула она, – кто они? Чьи-то души?
– Значит, слышащая, – задумчиво произнёс он. – Духи это. Два древних духа. Они давно здесь живут. Откуда в тебе тёмная магия Титанидии?
– Мама беременная вместе с отцом попали туда, отец после этого погиб, она же умерла после родов.
– Вот так значит.
Пожирателю надоело стоять, и он присел рядом с девушкой.
– Кем ты был раньше?
– Кем был? – он задумался. – Почти забыл, – он замолчал, – когда-то давно я был не совсем обыкновенным жителем этого мира. Сын бога огня Гематолиса и простой женщины. Я был непомерно спесив и озабочен своей красотой. Обнаглев совсем, умудрился послать подальше богиню Ветра и Дождя, пленённую моей красотой. Она взяла и забрала у меня удачу. На следующее утро я встал другим человеком. Наделал тогда много бед. Молодой, дурной, неопытный. Теперь взрослею здесь.
– И как повзрослел? – Миланда всё равно пялилась на мужчину. Ей просто доставляло удовольствие смотреть на него.
– Наверно, раз с тобой просто болтаю. Раньше бы не болтал. Кстати, рассказать тебе одну занимательную историю, вдруг она тебе здесь пригодиться. Тем более, что она тебя касается.
–Давай. С удовольствием послушаю.
«И ещё посмотрю», – добавила про себя.
– Ну, слушай, ты знаешь о том, что демоны уничтожили твой мир? – он посмотрел на Миланду и, увидев согласный кивок, продолжил. – Так вот предварительно они вывезли драконов и стали сжигать осиротевшее пространство, забыв о кладках драконов. Когда опомнились, нашли всего три яйца, Дидрейн одно яйцо утащил себе, и Повелитель об этом не знает. Драконы в неволе, увы, все погибли. Поняла?
– Понять-то поняла, а вот как их забрать?
– А ты попроси, – предложил Повелитель.
–Думаешь отдадут? – засомневалась она.
– Предложат тебе исправить то, что сделали твои родичи, – он вскочил с места, зловещая улыбка исказила лицо и тут же исчезла. Девушка встала следом за ним и он, развернувшись, встретил её прямой взгляд.
– Фиг им, – зло, отчеканивая слова, произнесла Миланда, – пусть заплатят за то, что натворили.
– Подумай Миланда, – он прищурил глаза, – можно же забрать у них что-то ещё.
– Что тут думать. Они уничтожили кучу народа. Это демоны ещё не страдают, как надо, гады, – кипятилась девушка.
– А если сделать вид, что помогла, забрать яйца и уйти? Чем не месть?
Миланда посмотрела на него, задумавшись, потом разулыбалась.
– Спасибо. Не знаю, почему ты помогаешь, но всё равно спасибо. А разве яйца не погибли, – вдруг распереживалась она.
– Нет, – ответил, хитро улыбаясь, Поглотитель. – Они же в стазисе. Снимешь. У тебя получиться. Вы с ними одной крови, – усмехнулся он.
– Я, кажется, знаю, почему ты помог, – улыбнулась в ответ Миланда.
– И почему?
– Повзрослел, наверно, – ответила девушка, – Слушай, а откуда ты, сидя здесь столько лет истории всякие знаешь?
– Души шепчут, знаешь пока они в тебе можно всякого наслушаться. То жалуются, то тайны выкладывают, а иногда просто сетуют на несправедливость.
– Я не поняла, как это души в тебе?
– Ты забыла кто я, да? Я Поглотитель уже не один век. И время для меня стоит. И выходить из этой темницы я научился давным-давно. Скучно здесь, тоскливо. Когда закинут кого, когда месяцами пусто. Духи тоже скучают, поэтому шастают везде, подсматривают, подслушивают, потом болтают об этом.
– А как тебя звали раньше, помнишь? – Миланда совсем расслабилась и осмелела.
– Плохо. Вроде Освальд был, да это теперь и неважно, та жизнь давно ушла.
– А если другая будет? Что бы ты сделал? – она внимательно смотрела в его почти человеческие глаза.
– Нашёл бы ту девочку, дочь бога Тандуруса и женился, – он усмехнулся, – но
это никогда не случиться, да и она уже не девочка. А ты, я смотрю, осмелела совсем, – он дохнул на неё холодом.
– Извини, – прошептала Миланда, отодвигаясь от него подальше, – просто стало жалко тебя, у всех должна быть надежда, – она вздохнула.
– Убийцу? Жалко? – Поглотитель вдруг хищно улыбнулся, – я, пожалуй, уйду, а то очень уж сильно меня тянет дотронуться до твоей души, – он резко встал. Мгновенье и чёрные крылья взлетели за его спиной.
– Прощай, желаю тебе больше никогда со мной не встречаться, а то, мало ли, какое у меня будет настроение, – он неприятно рассмеялся, температура пошла вниз.
И Миланда поняла, что Поглотитель вернулся. Она обхватила себя руками, проверяя на месте ли её магия, а то мало ли что. Поглотитель не поворачиваясь, поплыл к стене, прошёл сквозь неё и девушка, наконец, вздохнула. До этого она даже боялась дышать, чтобы не привлечь его внимания.
– Уф, – выдохнула она.
– Ушёл, – появился первый голос.
– Не забрал, слава богам, и хорошо, – скрипуче произнёс второй, – странный он сегодня, такой он редко бывает, примерно, раз в столетие, так что радуйся.
– Ой, за ней идут, – прошептал первый, – сейчас спектакль будет. Повелитель злой – жуть.
– Минуточку, духи, – подскочила Миланда, – можно уточнить, вы меня имеете в виду?
– Конечно, за кем ещё, не за нами же? – он рассмеялся. – Слушай, а ляг на пол, словно померла, а? Ну чего тебе стоит? А мы повеселимся.
– Ну, даёшь, – вмешался второй, – она не согласиться.
– Послушайте, – Миланде были позарез нужны сообщники, а таковых пока не находилось, – я с вами пошучу, конечно, но обещайте, что и вы мне, если будет надо, поможете.
– Поможем, поможем, – заголосило два голоса, – ложись, скорей.
Миланда только успела лечь, как послышался топот, приближающихся ног, распахнулась дверь, пространство осветилось факелами, и сразу засверкало в инее. На площадку опустился перекидной мост, и вскоре несколько ног в сапогах и в знакомых тапочках остановились возле девушки, подглядывающей сквозь сомкнутые ресницы.
– Я тебя сейчас убью, – прорычал низкий мужской голос, – клумба цветочная, ты же убил её! – тапочки подлетели вверх, подергались и упали с ног.
– Повелитель, повелитель, – захрипел писклявый голос, – прости Повелитель, может лекаря? – просипел уже еле слышно.
– Какого лекаря? – раздался рык. – Я откушу твою поганую голову, тварь! – раздались звуки ударов.
«Ой – ёй», – Миланда зажмурилась. Через секунду рядом с ней тяжело упало тело евнуха.
– А ты? – хозяин злого голоса добрался до следующего виновника. – Кто тебе велел её сюда тащить?
– Так, Повелитель, евнух сказал. Так и она, сама – ужасная нахалка и грубиянка. Она оскорбляла вас, – сапоги переминались с ноги на ногу.
– Меня, ирод, меня оскорбляла, и мне её наказывать, а не тебе, – удар и демон улетел за пределы зрения девушки.
«Силён, – подумала Миланда, – такую тушу в полёт отправил, интересно, слетел тот с площадки или нет». Глухой звук где-то далеко внизу был ей ответом. И тут рядом с ней одни из ног решили присесть. Кто-то взял её за руку, и ей пришлось срочно закрыть глаза.
– Она жива, мой Повелитель, – чей-то баритон был даже приятный, – естественно в обмороке, но жива. Пережить такое и остаться живой…?
– Давайте её к целителям, срочно!
Девушку подняли, она для приличия застонала, и её понесли куда-то на руках. «Духи не забудьте про обещание», – попросила она про себя. Вскоре её укладывали на что-то мягкое. «Пора приходить в себя, – промелькнула мысль, – на руках донесли и то хорошо, всё не самой топать». Она застонала и приоткрыла глаза, уставившись на трёх стоящих подле неё мужчин. После Поглотителя все казались обыкновенными. Один из них был повыше, в волосах струилась белая прядь, одет, как и все во всё чёрное, но его камзол поблёскивал. «Чёрные алмазы что ли? – отстранённо промелькнуло в голове. – Значит Повелитель. Интересно, а другие кто?»
– О, я вижу, ты уже пришла в себя, – констатировал мужчина. – Это хорошо, как ты себя чувствуешь?
– Ну, трудно назвать место моего пребывания небесными кущами, – просипела едва слышно Миланда, – чувствую соответственно.
– Ну, раз кусаешься, – улыбнулся мужчина, – не всё так плохо. Сейчас придёт лекарь и поможет восстановиться. Ну, а мы пока оставим тебя в покое, отдыхай, – он не уходил и почему-то медлил, словно ждал ответа.
– Было бы замечательно, – двусмысленно ответила девушка, чуть не добавив, что это ко второй части его предложения.
Глава 18
Повелитель.
Выслушав ответ, Истих усмехнулся. «Занятная девочка, – подумал он, – только никак не пойму на кого она смутно похожа. Как будто я её видел уже раньше, или был с кем-то знаком, на кого она похожа. Какое-то неуловимое сходство, но прямо цепляет». Ему было приятно на неё смотреть, даже на вот такую непричёсанную, в мужской одежде. «Штаны, куртка, что за дикий мир, одели женщину в мужскую одежду? – раздражённо подумал он, входя к себе в кабинет. – Надо будет сказать, чтобы переодели и приставить к ней служанок, пусть приведут её в порядок. Нет, наверно одну, что-то подсказывает мне, что и у одной особо много работы не будет, – он усмехнулся, этих птиц он уже поведал на своём веку. Мрачная тень воспоминаний лишь на секунду омрачила болью его лоб. – Да…, – вздохнул Истих, – и надо будет найти к ней подход».
Если Дидрейн прав, и её действительно растили ведьмы, значит, она ничего не знает про Дратикус, и скорее всего, к ней можно будет найти ключик, если ещё не артефактор и ничего не умеет, подучим артефакторике и пообещаем свободу, а там видно будет, что с ней делать. Можно вообще наобещать чего-нибудь невыполнимого, вдруг клюнет. Главное, чтобы сняла проклятие, а там… В конце концов, он ещё очень хорош собой, чтобы запудрить мозги хорошенькой птице, и энергии в нём пруд пруди. Недаром он завёл себе гарем. От одной только мысли о куче хорошеньких женщин чресла привычно налились тяжестью и, он, усмехнувшись, легко поднялся и отправился к ним.
Рей.
Рей отправил Герберта с чернокудрой Аркадией через портал в Гристанию, а сам с Клео остался ожидать делегацию назад. Они остановились в небольшом уютном домике на краю Арагона, который принадлежал когда-то дочери Клео.
– Вот лучше самому всё делать, честное слово, чем сидеть и ждать, – пробурчал на следующий день Рей Клео, сидя в маленькой уютной гостиной.
– Да, – вздохнула женщина, ожидание порой похуже, чем самое сложное дело. Рей, ну, что ты так переживаешь? Герберт ещё тот жук, я думаю всё у него получиться, вот посмотришь, дня через три вернётся с разрешением. Ты не забывай, что гномий народ везде как дома, у них повсюду родственники и друзья находятся. Так что я думаю, разрешение на ввоз пробной партии оружия он получит.
Однако Рей, чтобы не свихнуться от ожидания, решил заняться каким-нибудь делом. В любых городах всегда требовались маги для выполнения различных заказов, и мужчина, недолго думая, через местную газету нашёл для себя небольшое развлечение. У какого-то не очень удачливого торговца завёлся волдарь и планомерно выводил обитателей дома из себя. Почему он облюбовал именно его дом, в то время как по улице были лавки с подвалами и посолидней, торговец никак понять не мог. За умеренную плату Рей согласился помочь бедолаге, а заодно посмотреть кто такой волдарь. Откуда появились эти странные зверьки, было неизвестно, поймать их простому обывателю не представлялось возможным, они словно чувствовали опасность и исчезали. Справлялись с ними обычно только маги, как правило, убивая их на месте преступления.