![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sudby.-miry-vselennoy.-334694.jpg)
Текст книги "Судьбы. Миры вселенной."
Автор книги: Елена Шмидт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 26 страниц)
– Какая группа? Гном с группой? Кого? – перебила её Миланда.
– О, Боги, сколько вопросов сразу. Тебя слушать вообще учили? – призрачная женщина покачала головой. – Группа – это гном, маг, две друидки, и какой-то пёс.
– Абшуг, – заорала девушка, и опять захлопнула себе ладонью рот, вытаращив глаза и косясь на дверь. Удостоверившись, что всё тихо, заскакала вокруг Нордании, как коза, махая руками. Нордания недоумённо поглядывала на неё, но потом улыбнулась, поняв, что ту распирает от счастья.
– Чокнутая, – покачала головой она, – как есть чокнутая, радуешься, как ребёнок.
Миланда подскочила к ней, норовя обнять, но руки обхватили пустоту, и она чмокнула Норданию в предполагаемую щёку. Приведение шарахнулось.
– Я, пожалуй, на сегодня уже пойду, – проговорила она, растворяясь, – не забудь, о чём мы говорили.
– Не забуду, не забуду, – ответила Миланда и закружилась по комнате, танцуя.
Утром Астиану на стол лёг доклад от прослушивающего комнату Миланды агента. «Полночи спала спокойно, потом стала разговаривать, предположительно во сне, сначала кричала, что-то про беременность, потом выкрикнула: «Абшуг», совсем рано проснулась и стала напевать».
«Интересно, интересно, – подумал Астиан, – ну Абшуг, похоже, её пёс, об этом писал Дидрейн в докладе, а вот что за фраза про беременность? Непонятно». Ничего не придумав, Астиан решил наблюдать за ней дальше, возможно со временем всё проясниться. Позже мелькнула мысль, а не Нордания ли была рядом? А если да, откуда такие разговоры, опять непонятно. Ничего так и не придумав, он отложил доклад в сторону и занялся более насущными делами.
Миланда, наконец, успокоилась и решила проанализировать всё, о чём узнала. В принципе Нордания права, надо пробовать, вдруг получиться?
Утром, она, как ни в чём не бывало, отправилась в мастерские. Просидев там полдня, занималась артефакторикой, к обеду попросила Вереда показать ей, если можно источник. Старый мастер внимательно посмотрел на неё и согласился. Они прошли половину пути по дворцу и вышли во внутренний дворик. Перед ними высилась башня, вход охраняли шестеро крупных демонов в боевой трансформации. Кивнув мастеру, они долго не разрешали ему провести туда Миланду, пока на место стычки не пожаловал Астиан. Хмурый и недовольный, он едва взглянул на девушку, но пройти всё же разрешил. Внутри башня была выложена белым мрамором. Они спустились по лестнице на один этаж вниз и попали в огромный белоснежный зал, по центру которого стояла чаша, углублённая в пол. Внутри она была выложена из зеркальных пластин, которые преломляли свет, идущий от огромного кроваво-красного рубина, светящегося изнутри от огня, бушующего в камне. Этот свет и напитывал силой тысячи силовых линий, подведённых к источнику, и окрашивал их в кровавый цвет. А зеркала откидывали отблески красных бликов по белым стенам, и, казалось, что полукруглый потолок зала пылает.
Миланда осторожно подошла к чаше и, приглядевшись, увидела то, зачем она сюда пришла, рядом с рубином лежал золотой дракончик, точно такой, как ей показала Клео. Он лежал вплотную к красному камню и сиял. Золотые линии, идущие от него, прочно переплетались с основным потоком и окрашивали в золотистый цвет основание источника. Миланда улыбнулась.
– Ты увидела, – понял Веред, внимательно следивший за её лицом. – Сможешь исправить?
– Цена вопроса – жизнь? Да, Аристарх Веред? – Миланда посмотрела на пожилого мужчину. – Только это жизнь тысяч, а то и сотен тысяч других живых существ. Где чаша весов? Какая перевесит? Не смотрите так на меня Веред, я тоже не монстр, мне тяжело выбирать.
Но Веред вдруг подошёл и обнял её.
– Прости, дочка, – тихо сказал он ей, – я родился рабом и, наверное, им и останусь. Решай сама, я приму любой твой выбор и промолчу, – и пошёл от неё прочь тяжёлой шаркающей походкой, оставив Миланду наедине с чашей.
Миланда, тихонько легла на край чаши и потянулась рукой к дракончику.
– Репетируешь? – вдруг раздался голос Истиха, и он вышел из-за колонны.
– И давно ты здесь подсматриваешь и подслушиваешь? – Миланда всё же погладила гладкий бочок фигурки дракона, вздохнув, сползла с чаши.
– Ты сейчас что, Вереда воспитывала? Не стоило, – покачал головой Истих, обходя чашу, чтобы подойти, Миланда по кругу от него отступала, – он правильно сказал, он – раб. И всегда им будет, у него нет своих желаний, и никогда не было.
– Ух ты, – произнесла Миланда, продолжая пятиться от него, – а как же Нордания, а как другие птицы, которых ты убил тем, что поработил? У них, наверное, тоже не было своих желаний.
– Слушай, Милли, ну что было, то было, прошлого не вернуть, но демоны сполна уже расплатились за свои ошибки, – Истих, улыбаясь, прибавил шаг.
– Уверен? – Миланда уже перешла на бег. – А стоит начать рождаться мальчикам и лет через тридцать, вот она, новая армия юных демонов, а их занять надо. Так?
– Нет! – отрезал он. – Армия будет, мужчины должны уметь постоять за себя, родных, свои дома и семьи, но войн нет, не будет.
– Ух ты! С чего такие перемены?
– Да остановись же ты, – разозлился демон и, рванув вперёд, схватил девушку.
– Отпусти, – крикнула, вырываясь Миланда.
– Ну уж нет, попалась. Я ещё не всё узнал. Так на чём мы остановились в последний раз?
– Ты лёг спать, – со злостью рявкнула Миланда.
– А…, ты про это? Нет, раньше, я спрашивал, откуда ты знаешь про Норданию.
– Откуда? Откуда? Нянька моя рассказывала, Истих, отпусти, а то ничего больше не скажу.
– Ну и, – начал демон, – что она говорила?
Миланда молчала.
– Ну хорошо, хорошо, а так было приятно тебя потискать, – и он со вздохом разжал руки, выпуская её.
Миланда вырвалась, и стала отряхивать себя со всех сторон.
– Неужели испачкалась? – наигранно удивился демон. – Милли, ты как маленькая, честное слово, – рассмеялся он, не выдержав её недовольный взгляд. – Так что ещё рассказывала твоя нянька?
– Много чего, она у разных хозяев детей растила. У одной женщины – птицы по молодости работала, помогала дочку воспитывать. Та ей много чего про свой род рассказала, для меня эти истории, как сказка звучали. А попала сюда и два плюс два сложила.
– Если ты поможешь моему народу, я оставлю тебя в покое, – медленно и чётко проговорил Истих.
– Неужели отпустишь? – Поддалась вперёд девушка.
– Прости, врать не буду. Отпустить – не отпущу, для твоего же блага, между прочим, слишком много желающих в этом мире заполучить такого артефактора. Жить будешь здесь, под охраной дворца, нуждаться ни в чём не будешь, но, если соберёшься выйти замуж за демона, против не буду и к мужу отпущу. Это можно.
– Вот это гоблиново добро…, целая куча, – со вздохом произнесла Миланда. У Истиха от её выражения глаза округлились.
– Как ты сказала? –сосредоточенно уточнил он. – Целая куча? Чего, не понял?
– Да добра у тебя, – засмеялась девушка, глядя на оторопевшего Повелителя, – добра, Истих, – а ты что подумал? – она недоумённо посмотрела на него, состроив абсолютное невинное лицо. – Хотя, – пробормотала себе под нос, – правильно ты всё подумал, демон.
– Слушай…, – начал было Повелитель, но она перебила его.
– Да знаю я, знаю, – поморщилась она, – говорили и не раз, и ты, кстати, говорил, но, извини, ничего с собой поделать не могу, что вижу, то и говорю.
– Не боишься получить? – прищурился главный.
– К Поглотителю её! – суровым голосом пропела Миланда. – Так, что ли?
– С тобой свихнуться можно, – Истих устало опёрся о стену. – Почему все птицы такие принципиальные? Проще жить не пробовали? Я прошу лишь помочь моему народу.
– А драконьи яйца отдашь?
– Кто тебе сказал про яйца? Не Нордания же? Призраки вроде не говорят?
– Три яйца и у вас рождаются мальчики.
– Какие три? Два!
– Три! Ищите третье у Дидрейна, – скороговоркой выпалила Миланда и уставилась на него.
– У Дидрейна тоже два, – засмеялся Истих, наблюдая, как заливается краской лицо девушки, по мере того, как подтекст только что сказанного доходит до неё. – Ну ты же шутишь всё время, – пожал плечами Истих, – я тоже пошутил. Понравилось?
– Да, – вдруг игриво ответила она, – не думала, что у вас и там драконьи. Тогда два ваших и одно Дидрейна, – и вновь уставилась Истиху в глаза.
– Ну что поделаешь, – нарочито тяжело вздохнул Повелитель, – придётся искать у Дидрейна третье, а мои, говоришь, подойдут?
– Вы хам, господин Повелитель, – гордо вздёрнув подбородок, заявила она, – ваши не подойдут, мне нужны драконьи, свои приберегите для жены.
– Да, – рассмеялся Истих, наблюдая за красками на лице девушки. Её «любимый свекольный цвет» на щеках выдавал с головой её смятение, хотя она всеми силами пыталась этого не показывать. – С тобой не скучно. Хорошо, если ты права в отношении Дидрейна, то три драконьих яйца будут твоими, – согласился демон.
«Всё равно ты, милая, – мысли быстро замелькали в голове, просчитывая варианты сделки, – останешься во дворце, так какая мне собственно разница, где лежат эти яйца, в сокровищнице или у тебя в спальне? Их ещё поднять надо, умудриться, они весят не мало. Да и толку от них особо нет, жизнь, как выяснилось, они не удлиняют, от хвори не излечивают. Сколько лет над ними корпели все эти учёные и маги, а всё бестолку. Единственное, что сказали, что они в стазисе. Тогда Нордания практически оживила их, – боль от её утраты никуда не делась за многие годы, и он поморщился, – но только её не стало, они снова замерли. А вдруг у этой птички получиться их оживить? Было бы не плохо, а сейчас это просто золотистые оболочки, не более, так что если она поможет, то это мизерная плата, за то, что она сделает».
– Завтра…, – сказал он, подумав, – завтра тебе отдадут яйца, и ты начнёшь отсоединять ваш артефакт. Веред за тобой будет присматривать и помогать где надо.
– Хорошо, – сказала Миланда, холодея от услышанного, Веред вряд ли даст ей сделать то, что она задумала. «Что же делать? Хоть бы Нордания зашла, может чего посоветовала», – пронеслось в мозгу.
Ночь Миланда провела неспокойно, почти не спала, прождав призрак, и даже пыталась её мысленно позвать. Бесполезно. Нордания не пришла.
Утром к башне девушка шла, как на эшафот. Сопровождала её притихшая Дионара. Демоница относилась к ней сегодня с каким-то почтением. И до Миланды вдруг дошло, что демоны и, правда, страдают, особенно женщины, одни, что не рожают сыновей, другие, что не будет у них мужей. И это, наверно, пора остановить. Они вышли во внутренний дворик, и тут солнце заслонила огромная тень.
– Еписхоп, – крикнула Дионара, прикрывая собой Миланду.
– Сдохни, предательница, – раздался мужской рык, и в женщин полетело копьё.
Для Миланда, как и в прошлый раз вдруг замедлилось время. Она видела, медленно приближающееся к ним древнее копьё, исписанное священными рунами друидов. Оно, прокручиваясь в воздухе, неслось прямо в грудь прикрывшей её демоницы.
– Нет! – Закричала Миланда и пространство стало вязким, как густой клей.
Она присмотрелась и разглядела друида, напавшего на них. Волосы, почему-то белоснежные, были забраны в высокий хвост, злые, зелёные, ненавидящие её глаза, когда-то смотрели по-другому, с любовью и нежностью. Да это же мастер из её путешествия за грань! Ударив по подлетевшему копью, она сместила его траекторию, и оно пролетело, не задев демоницы, и воткнулось в стену. И в следующий миг всё пришло в движение. Демоны охраны метали копья, оголялись мечи, стоял лязг металла, и только Дионара недоумённо смотрела на Миланду, оказавшуюся впереди неё, и ещё оглядывалась на копьё, которое по каким-то неведомым причинам торчало в стене, а не у неё в груди.
Ящер набирал высоту, пытаясь уйти от ответной атаки демонов.
– Не трогайте его, – закричала Миланда, – не надо!
– И откуда такая любовь? – Астиан появился незаметно. – он же тебя сейчас чуть не прибил. Кстати, как ты переместилась?
– Не знаю, – пожала плечами Миланда, не желая ни о чём говорить, – я не поняла.
– Странно, очень, очень странно, – повторил он, разглядывая её с ног до головы.
– Увидел? – не выдержала Миланда, злясь на его странное поведение.
– Ну если честно, нет.
– Вот и я нет. Так что нечего стоять, пошли.
– Что даже не захочешь отложить из-за нападения?
– Зачем, – вопросительно посмотрела она, – чтобы дать нападающим подготовиться и напасть ещё раз? Чем быстрее сделаю, тем лучше. Может успокоятся? – и Миланда пошла к двери.
– Ты уже поняла, кто это? – донеслось ей в спину.
– Ой, Астиан, – остановилась и повернулась к нему она, ожидая, когда он подойдёт, – не надо, а? И ты знаешь прекрасно кто это и за что это.
Астиан промолчал и больше не сказал ни слова, пока они шли к источнику. Подходя, Миланда увидела целую делегацию. Возглавлял её Повелитель собственной персоной, Дидрейн с недовольным, по известной причине, лицом, ещё несколько незнакомых Миланде демонов, лекарь, готовивший удивительные настойки и Аристарх Веред, которого все звали просто Веред. На высокой подставке, на бархатных красных подушках лежали три огромных яйца. «Вот дохлый гоблин, – мелькнуло у Миланды в голове, – как я это понесу?»
– Твоя плата, Милли, если освободишь демонов от рока, – пафосно произнёс Повелитель.
– Я попрошу вас всех отойти подальше, чтобы не мешать мне, – обратилась она ко всем, – если у меня дрогнет рука от какой-то вашей реплики и выпущу нить, может случиться непоправимое. И попрошу не шуметь. Мастер Веред, – обратилась она к старику, – вас это не касается, почту за честь работать рядом с вами.
Миланда стала необычайно серьёзной. Она закрыла глаза и потянулась к своему резерву, прося помочь и не подвести. Сила привычно заструилась по телу, изменяя зрение и окружающие краски, меняя мир.
«Вот это фокус, – изумился наблюдающий за ней Повелитель, – как у неё получилось столько времени от меня это скрывать? Сильна плутовка».
Мир Миланды перестроился, всё обрело другую реальность, красные нити, словно кровавые вены, опутывали мир, грозя поглотить его весь. Стараясь не отвлекаться на второстепенное, Миланда подошла к краю чаши, перелезла через край и потянулась к дракону. Присмотрелась и чётко увидела золотые нити, что блокировали мужское начало у демонов, опустившись на дно чаши, подползла к дракону и стала высвобождать красные нити от золотых, выпуская их из рук, он тут же взмывали вверх и уносились. Потом она стала связывать золотые с красными, отвечающими за род, отвязывать их от источника, и золотые стремясь вернуться к своему первоисточнику утаскивали красные за собой. Веред, внимательно следивший за ней, когда понял, что она делает, метнулся к Повелителю. Миланда замерла.
«Не успела, – мелькнула мысль, – а что я хотела? Раб, есть раб, побежал к хозяину. Ну всё – это конец».
И вдруг до неё донёсся голос Вереда.
– Мой Повелитель, не переживайте, она начала высвобождать мужскую суть, пока у неё всё получается.
– Хорошо, Веред, – раздался голос Истиха, – продолжай наблюдать. Не забывай, кто твой хозяин.
Несколько часов Миланда выпутывала, распутывала и заново связывала, развязывала и выпускала на свободу золотые и красные силовые нити. Когда Веред, в силу возраста, уже устал за ней наблюдать, стала обрывать золотые линии, выпуская их на свободу. «Главное, чтобы они не сразу хватились», – лихорадочно думала она, когда увидела, что к ней, кряхтя, спускается Веред. Миланда перепугалась не на шутку.
«Что за день сегодня? – лихорадочно бились мысли в голове. – Я, наверно, уже поседела».
– Дочка, что ты задумала? – старый мастер внимательно смотрел на неё своими умными проницательными глазами.
– Сделать вас свободным, – прошептала Миланда.
И старый Веред вдруг заплакал. Миланда обхватила его за плечи, утешая, гладя по согнутой годами спине.
– Я помогу тебе, – дрожащая от переживаний морщинистая рука легла ей на плечо. – Ты не сможешь одна оборвать сразу все золотые нити, это увидит даже профан. Завтра, я исправлю то, что когда-то сделал. А ты, дочка, если сможешь, привяжи их на место. Я так понял, что ты знаешь куда.
– Спасибо, мастер Веред. Если останемся после всего этого живы, я буду рада, если вы согласитесь, назвать меня дочкой. У меня никогда не было отца, – и она поцеловала его в морщинистую щёку.
Пока Миланда возилась в источнике, драконьи яйца, по приказу Повелителя, были перенесены ей в комнату. Вернувшись к себе, она увидела их на той же подставке посередине комнаты. Девушка разделась, рухнула без сил на постель и уснула. Проснулась посреди ночи, как от толчка, рядом парила Нордания. Увидев, что девушка открыла глаза, предупреждающе напомнила, что говорить надо шёпотом.
– Ну ты горазда спать, – укоризненно прошелестела она. – Вставай, скорее одевайся, бери яйца и бежим. Надевай что-нибудь неброское и возьми платок на голову.
– Хорошо, я всё приготовила, но как я возьму яйца? – Миланда смотрела на три огромных яйца. – Я и одно далеко не унесу.
– Ты что не знаешь, как их уменьшить? – удивилась Нордания.
– А ты знаешь?
– Конечно, знаю. Их надо напугать, они тут же захотят спрятаться и уменьшаться.
– Как спрятаться? Яйца? Они вроде как в стазисе, – ничего не поняла Миланда.
– Ну не бестолковься, а? – попросила Нордания. – Лучше одевайся, а я как-нибудь сама управлюсь.
Пока Миланда одевалась, она медленно проплыла через яйца, и произошло удивительное, яйца на глазах стали уменьшаться, теряя свой размер.
– А они резко не вырастут? – уточнила девушка, смотря на маленькие яйца, и представляя, что будет, если в самый ответственный момент, те увеличатся.
– Не вырастут. Клади в сумку и бежим. Ночь имеет свойство кончаться.
Тут, наконец, до Миланды дошло, что она не подумала о самом главном, сумки-то у неё не было.
– Вот засада! – прошептала, оглядываясь, она. – Вот где мне сейчас взять сумку? – и наморщила нос.
Приведение горестно покачало головой и развело руками, словно у Нордании кончались слова. Миланда залетела в гардероб и выскочила с нижней юбкой и широкими лентами. Быстро завязала с одного конца, сунула туда свой костюм, платок, аккуратно положила три яйца, оставив лямку, завязала верх и снова низ. Закинула импровизированный мешок на плечо и уставилась на Норданию, показывая, что готова.
Приведение подплыло к стене и указало пальцем на статуэтку обнажённой демоницы из какого-то чёрного камня. Миланда подскочила к статуэтке и стала её крутить и так, и этак, но ничего не происходило. Посмотрела вопросительно на Норданию, та пожала плечами. «Замечательно, на этом мой побег, что ли закончился?»– подумала девушка, задумчиво рассматривая злополучную фигуру голой демоницы, стыдливо прикрывшуюся волосами ниже бёдер. И тут Миланду осенило, мастер был сто пудов мужчина, а, значит, закрыв глаза, она ткнула двумя пальцами в грудь, раздался чуть слышный шорох, и в нижней части стены отъехала панель. Девушка радостно потрясла сжатым кулаком и, махнув Нордании, полезла в образовавшейся проём. Стоило ей перелезть на другую сторону, и стена с тихим шелестом вновь встала на место.
– Вот это зашла на огонёк, – прошептала Миланда в кромешную тьму, – как у Поглотителя в гостях.
Стоило вспомнить о Поглотителе, и по телу пробежала противная дрожь. Девушка закрыла глаза и потянулась к тьме внутри себя. Тьма не заставила себя ждать, разлилась по телу горячим потоком, охватывая его от макушки до пят, видоизменяя внешность. Снова поползла по телу чёрно-серебристая дымка, прилипающая чешуйками к коже. Миланда ещё ничего не видела, зато Нордания смотрела во все глаза.
–Ничего себе, родственница, ты даёшь, – прошептала она где-то сбоку.
– Что-то не так, Нордания? – встревожилась Миланда и повернула голову на голос. Она уже начала различать контур приведения.
– Кто с тобой так поделился?
– Никто, – отрезала Миланда, сразу поняв, о чём она, щёки полыхнули, пришлось прикладывать к ним ладони. – Мама подарила.
– Ой ли мама? – рассмеялась Нордания, – Ладно, не хочешь, не говори.
– А нечего говорить. Мама была на Титанидии, там с отцом и облучились. Первый умер отец, а мама, родив меня, ушла следом. А это её наследство мне.
– А почему ещё и мужчиной фонит? – усмехнувшись, спросила Нордания
– Как это мужчиной? Откуда ты знаешь?
– Я кое-что вижу, дорогая. В твоей силе присутствует мужское начало, так что сам отдал или ты забрала?
– Нордания всё, – вскипела Миланда, – пошли, я уже всё вижу, – и пошла вперёд по узкому коридору.
– Миланда, если ты в спальню к Истиху собралась, то идёшь верно, – развеселилась Нордания, – а если нужен выход, то тебе в другую сторону, – потешалась она.
Девушка, резко крутанувшись, пошла в другом направлении, почему-то обидевшись на правду, что сказала Нордания, а в голове всплыл образ Рея и никак не желал оттуда выходить, пока не заныло сердце.
– Поделился он, – бурчала она, – поделился. Ничего он не делился, оно само поделилось. Да что же это такое, а? Почему я этого гада никак не могу забыть? Что это за наказание богов? Не могу и всё, хоть ты тресни! – возмущалась она себе под нос.
– Что ты там бухтишь? – спросила Нордания.
– Ничего! – ответила девушка и дальше шла молча.
Коридор тянулся узкой полосой, виляя углами из стороны в сторону, пару раз они спускались по каменным ступеням, вниз, один раз девушка протискивалась в узкую щель, еле пролезла вслед за Норданией, которая просто прошла сквозь стену. Наконец, они дошли до какой-то двери.
– Ну всё, Миланда, – прошелестела Нордания, и только сейчас Миланда обратила внимание, что с привидением не всё хорошо. Нордания опять растекалась, с трудом удерживая форму.
– Что с тобой, – распереживалась девушка, – опять что-то с Повелителем?
– Нет, просто сильное поле изменённого меня угнетает, дальше я тебе не помощник, дальше ты сама. Духи обещали проводить.
– Это что? Башня Поглотителя? И мне через неё идти? – Миланда испугалась. Вот кого она не хотела никогда больше видеть, так это его и его башню. У неё ещё от воспоминаний от их первой встречи дрожь не прошла.
– По-другому никак. Везде охрана. А здесь никого. Дураков нет здесь находиться, поэтому, они уверены, что и желающих здесь ходить нет. Во всяком случае, до сегодняшнего дня, никто по своему желанию здесь не проходил. Миланда, это твой единственный шанс, так что иди, моя девочка, а я попробую разыскать гнома.
– Спасибо тебе Нордания, – искренне поблагодарила её Миланда, – я постараюсь здесь пройти и остаться живой.
– Поспеши, времени мало, скоро утро и тебя бросятся искать. Ну, иди же, иди, – и приведение стало исчезать.
А Миланде не оставалось ничего другого, как глубоко вздохнув, открыть злосчастную дверь. Башня встретила неприветливо, девушка прошла вперёд и остановилась. Впереди маячил обрыв и точащий посередине столб, где она не так давно сидела.
«И куда теперь? – тревожные мысли пролетали в голове. – Вот будет здорово, если не найду выход и останусь здесь. Что-то холодает, только бы Поглотитель не нарисовался. Яйца, по-моему, ещё меньше стали, – она ощупала их рукой, – точно, уменьшились. Вот гоблиново дерьмо! – выругалась она от безысходности. – Он уже рядом. Да как же так? – она закрыла глаза, собираясь с силами и готовясь к схватке. – Ну ладно, – глубоко вдохнула и резко выдохнула – Поглотитель, так Поглотитель, – и, успокаиваясь, стала проверять свой резерв». Резерв был полный. Тьма радостно плескалась по венам. Открыла глаза и осмотрелась, пока никого. Понять бы куда идти.
– Эй духи, – позвала она, – вы где?
– Соскучилась? – раздался леденящий кровь голос у неё за спиной.
– Чтоб твои дети тебя так любили! – ни с того ни с сего рявкнула Миланда, испугавшись до полуобморочного состояния от неожиданности. – Что напугай твоё второе имя? – не унималась она.
Поглотитель даже опешил, потом на его лице-маски разъехались губы, изображая улыбку, больше похожую на оскал.
– Ха, ха, ха, – произнёс он, перемещаясь ближе к ней, – насмешила. Что на этот раз забыла здесь?
Миланде было жутко. Это ужасное нечто не было похоже на того первого Поглотителя, с которым она даже поговорила. Помощи ждать ей, как всегда, было не от кого.
– К духам зашла, поговорить хотела, – решила сыграть на старом знакомстве она. – Прости, не ожидала тебя здесь встретить без настроения.
Поглотитель подплыл ближе. «Да куда он прёт», – ураганом пронеслось в голове. Миланда от страха, не отдавая себе отчёт, ринулась к своей тёмной стихии, готовясь защищаться, забыв, что тьма уже гуляет по её телу. Дальнейшие события слились для неё в одно мгновение. Поглотитель ломанулся к ней, открыв рот в жутком оскале. Миланда моментально вспомнила все уроки Герберта, собирая силу для удара в виде клинка. Поглотитель бросается вперёд, намереваясь схватить её, она пытается увернуться, но он быстрее, поэтому хватает её за руку. Она разворачивается, и с размаху бьёт его второй, выпуская клином силу тьмы, собранную для удара. И тут случается непредвиденное. Миланда от ужаса поднимает внутри себя две стихии. Поэтому сила света, таким же клином вбивается в тело Поглотителя через руку, в которую он сам вцепился. Две инородные для него стихии ворвались в его тело, столкнулись между собой, заискрили, и понеслись по нему, закручиваясь и бурля, стремясь разрушить обидчика. Поглотитель минуту впитывал в себя две стихии, и казалось, что ничего с ним не происходит. Но спустя несколько мгновений, показавшихся для Миланды вечностью, его затрясло, и он дико заорал.
Рёв стоял такой, что Миланду отбросило к стене. Жуткое существо страшно ревело, подняв лицо к потолку, но проходило время и Поглотитель, словно сдуваясь, опускался всё ниже и ниже, и рёв постепенно затихал. Миланда уже успокоилась, как вдруг он распрямился, запрокинул голову и с очередным воплем, вверх ударил сноп белого света. Через несколько секунд поток иссяк и тело, обмякнув, свалилось на землю, а плащ, паря в воздухе, опускаясь, накрыл его сверху. Миланда боялась пошевелиться, ожидая, что он вновь сейчас встанет, как ни в чём не бывало. Но стояла тишина.
– Ты видел? – донёсся до Миланды голос первого.
– Похоже, она его убила, – отозвался второй голос
– Не знаю? Разве можно его убить? – засомневался первый.
– Духи, миленькие, – вклинилась в их диалог Миланда, – выведите меня отсюда скорей, пока этот не очнулся.
– Что-то я сильно в этом сомневаюсь, что он придёт в себя, – произнёс первый.
– Может, пойдём, посмотрим? – предложил второй.
– Ты что, идиот? Хочешь, иди, смотри, а мне и здесь хорошо.
– Духи, миленькие, – заканючила перепуганная девушка, – ну, выведите меня, пожалуйста.
– А вдруг мы с ней пойдём, а он нас догонит? – переполошился второй.
– Нет, ну ты точно сегодня того. Боишься второй раз помереть? – потешался второй.
– Я? Нет, не боюсь…, – чуть подумав, – да, точно, мне уже можно не бояться.
– Дошло, слава богам, – вздохнул первый, – пошли Миланда, покажу куда идти. Слушай, а ты опять нас повеселила. Да так, что будет, что вспомнить. А, кстати, чем ты его так приласкала?
– Я не поняла, если честно, – вздохнула девушка, – с испугу ударила всем, чем могла, а что получилось, даже не знаю.
– Славненько так ударила всем, чем могла, – захихикал первый, – иди сюда, к этим колоннам, – позвал он её. Слева, действительно, стояли прямо у стены какие–то две странные колонны, присмотревшись, Миланда увидела наверху статуэтки двух огромных еписхопов. – Видишь тут треугольник с глазом? Ткни в него пальцем, – скомандовал дух.
Миланда с трудом рассмотрела на тёмной стене, между двух колонн треугольник с глазом. Ткнув в глаз, заметила, как знакомо поехала в сторону панель, в монолитной, казалось бы, стене.
– Ну тебе туда, – печально проговорил первый, – жаль, если больше не встретимся, ты забавная. Иди прямо по коридору, он выведет тебя далеко за городом. Не бойся, идти придётся долго. В темноте-то видишь? – поинтересовался дух, и она кивнула, – Тогда иди спокойно. С твоими талантами ударить чем-нибудь, можно ничего не бояться.
– Спасибо вам большое, – поблагодарила Миланда духа, а потом не удержалась, – скажите, а он жив? Всё же внутри него был когда-то неплохой человек.
–Ну, – хмыкнул первый, – человеком-то, как раз он никогда и не был, но не суть важна, где-то внутри у каждого есть не совсем плохой человек. Он тоже когда-то набедокурил, у каждого своя расплата. Вот боги сейчас и решат, где ему быть. Не переживай, твоей вины здесь нет, в конце концов он тебя чуть не убил.
– Ладно, – махнула рукой Миланда, – утешусь этой мыслью. Прощайте, духи, приятно было с вами познакомиться, кто знает, может, когда и свидимся.
– Может и свидимся. То только боги ведают, прощай, птица, береги свои крылья, – попрощался первый.
– Прощай, – наконец подал голос второй.
Миланда полезла в небольшой проход в очередной коридор, и здесь с ужасом вспомнила о сумке с яйцами, что болталась у неё за спиной.
– Мамочка дорогая, – прошептала она, – а что там с яйцами? – она испуганно перекинула сумку вперёд, – Яичница? – девушка лихорадочно ощупывала сумку. – Слава богам, – вздохнула она, нащупав одно совсем маленькое яйцо в ткани костюма, – одно целое, ой…, второе тоже…, не может быть, – пробормотала она, – какое счастье, третье тоже целое.
И глубоко вздохнув, она прижала сумку к себе и быстрым шагом пошла вперёд по коридору.
Глава 22
Рей и компания.
Рею казалось, что пустыня никогда не закончиться. Они шли уже седьмые сутки. Пару раз отбивались от каких-то огромных ящериц. Лилиан называла их Веризубами, и они очень хотели закусить путниками. Хорошо ещё, что друидки не в первый раз встречались с этими порождениями пустыни, а то бы долго Рей с Гербертом с ними провозились, не зная о том, что нужно сразу лишить их хвостов, которыми эти твари, отбивая только им известную дробь, зовут на помощь голодных сородичей.
Они шли к заброшенному северному порталу, которым давно не пользовались демоны. Но Лилиан сказала, что он рабочий, и координаты выхода она знает. Из всего этого Рей понял, что мятежные друиды давно освоили эти порталы, и теперь втайне от демонов пользовались ими.
Герберт с Олеандрой после долгого разговора тогда в пещере, догнали их с Лилиан не скоро, но в отношениях этих двоих теперь была какая-то натянутость, исчезла былая радость и ребячество. И эта натянутость отдаляла их друг от друга всё дальше и дальше.
Абшуг носился по пескам, как вихрь взлетал на барханы, петлял между ними, иногда куда-то надолго убегал, но к вечеру всегда возвращался. Паёк у путешественников был скудный, охотиться было нельзя, чтобы не привлекать внимание хищников, всё равно приготовить мясо тоже не представлялось возможным по той же причине. Запах мяса мог привлечь на огонёк не одну тварь пустыни. Ночами, как правило, шли, а днём отдыхали в каком-нибудь очередном проходе жука тригауда. Таких пещер по пескам, и правда, было великое множество.