![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sudby.-miry-vselennoy.-334694.jpg)
Текст книги "Судьбы. Миры вселенной."
Автор книги: Елена Шмидт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 26 страниц)
Внезапно Лейла напряглась, дрожь перестала сотрясать её тело, и она с силой оттолкнула от себя Агарда. Мужчина, отлетев на несколько шагов от неё, с удивлением стал наблюдать, как усиливается свечение вокруг неё. Она от страха стала вбирать в себя магию, разлитую в воздухе вокруг неё. Гасло, пространство вокруг Лейлы, а она наоборот светилась всё ярче и ярче. Хищники тоже заметили происходящее, остановились и через несколько минут благоразумно стали удаляться в другую сторону.
– Лейла, они ушли, – выдохнул с облегчением Агард. Она не отвечала. Пульсирующее вокруг неё пространство завибрировало, скрыв пеленой Лейлу от глаз.
– Лейла, что с тобой? – закричал Агард, пытаясь пройти к женщине, но его не пустила какая-то чужеродная для него сила. Воздух вокруг Лейлы сгустился, и, казалось, гудел от мощи магии, циркулировавшей вокруг неё.
– Боги! Да что происходит? – Агард не мог приблизиться к ней, но понимал, что, скорее всего, происходят необратимые изменения. «Вот о чём предупреждала Октавия, – понял он, – Лейлу меняет огромный объём магии, которой со страху она нахваталась под завязку».
Он обхватил голову руками. Не в силах помочь своей женщине Агард с ужасом ждал окончания процесса. Прошёл не один час, прежде чем гудение стало ослабевать. Как раз тогда, когда мир вокруг стал сереть в предрассветной дымке. Ночь уходила с арены поспать где-нибудь в укромном месте под мягким одеялом, уступая законное место красавцу рассвету, отправившемуся будить любимую зарю. Агард всматривался обычным зрением в тёмную пелену, всё ещё скрывающую женщину от его глаз, стараясь разглядеть Лейлу. Наконец, её силуэт выплыл из серой дымки. Она стояла, не шевелясь, раскинув руки в разные стороны и запрокинув голову назад. По её спине струились, как показалось Агарду, чёрные змеи, и только приглядевшись, он понял, что это волосы Лейлы, скрутившись прядями, разбросаны по спине. Вокруг валялись мёртвые тушки зверьков, высосанные досуха, страшной силой, выплывали чёрные изломанные и высохшие стволики кустарников, земля, покрытая выжженной травой, была безжизненной. Агард остолбенел, с ужасом смотря на женщину, которую он не знал. Узнает ли эта Лейла его вообще? Время шло. Стало окончательно светло. Лейла вздрогнула, руки её плетьми упали вниз, потом она глубоко вздохнула, словно просыпаясь, потянулась, оглянулась, увидев Агарда, усмехнулась, резко развернувшись, подошла к нему.
– Лейла? – несмело спросил Агард.
– Лейла? – переспросила она, кривя губы, – думаю нет. Зови меня Тьмой! Мне так больше нравиться, – женщина рассмеялась, – глупая неудачница Лейла умерла ночью от страха. Агард у тебя глаза сейчас вылезут из орбит, – она перестала смеяться. – Что ты так смотришь? Я всё помню, но я теперь другая, и я Тьма, запомни это. Так и не как иначе.
– А то что? – переспросил упрямо он.
– Не надо меня злить, мне и так хочется опустошить тебя досуха, не провоцируй, – отвернувшись от опешившего мужчины, она пошла прочь от него, плавно покачивая бёдрами. Агарду показалась, что она что-то напевает себе под нос. «Где ты, любовь моя, – подумал он, – жива ли?» Поняв, что деваться ему с этой лодки некуда, подхватил саквояжи и пошёл следом за новоявленной Тьмой. Пройдя немного вперёд, Лейла остановилась и задумчиво посмотрела вдаль, где виднелись высокие деревья, затем вскинув руку, стала быстро рисовать руны в воздухе. Она проводила рукой, и за ней тянулся тёмный след, прорисовывая руну прямо в воздухе. Через минуту поднялись чёрные завихрения, закружились, образуя воронку, и открылся портал. По окрестности прокатился счастливый хохот Тьмы.
– Идём, Агард. Ну что стоишь? Мгновенье и мы на базе. Мне теперь подвластна тьма этого мира и нет преград, – и снова этот жуткий хохот, Агарда передёрнуло. Он хмуро посмотрел на творение рук новой Лейлы, потом на хохочущую женщину и шагнул в портал. Так он очутился на базе. Здесь действительно была лаборатория с новейшим оборудованием. Канцлер планировал вплотную заняться этим миром. Лейлу-Тьму после того как они прибыли на базу он не видел уже больше месяца. Доставив его на место, она молча развернулась и ушла, ничего не сказав. Точнее не ушла, а растворилась в клубах тьмы. Агард долго стоял и смотрел на то место, где только что стояла женщина. Его надежда на счастье растаяла подобно Лейле. Однако не в правилах учёного было предаваться унынию. Тем более тайн и загадок вокруг было пруд пруди, а самое главное Агард вдруг понял, что лепроиды и есть тот ключ к загадке изменения человеческой сущности, и он окунулся с головой в работу. Октавия не обманула, Лейлу он действительно ощущал своей душой и откуда-то точно знал, что она отправилась в их родной мир, но так как она была спокойна, значит, ни в какие неприятности не влезла, и никому не угрожала.
Глава 6
Лейла-Тьма.
А Лейла в это время задумалась о слугах. Сама она не хотела пачкать руки о чужие душонки, ей были нужны исполнители. Для её далеко идущих планов нужны были каратели. А Лейла теперь ни много ни мало хотела править миром, но для начала можно Арагоном, и вряд ли бы что-то остановило её. Бродя по королевству, она думала.
Стояла золотая осень. Позолоченные местами деревья радовали глаз. Погода была солнечная и тихая, словно лето зацепилось юбкой и никак не могло освободиться, чтобы пропустить на место полноправную хозяйку осень. Тёплые погожие деньки поторапливали народ выдвигаться на ярмарки с собранным урожаем. Кто продавал, кто покупал, а кто просто ходил и глазел по сторонам. Лейла любила эти народные сборища, суету, пестроту разнообразных товаров, завлекательные запахи выпечки, пряностей, жарящегося в приправах мяса и дичи. Она сама не знала почему, так любила просто походить и посмотреть, но порой её хождение приносило ей в собственность уникальные вещи, среди, казалось бы, недорого товара. Так она нашла артефакт, позволяющий слышать разговаривающих на расстоянии, самозатачивающиеся клинки и старую древнюю рукопись, в которой такой же древний, как и рукопись, маг вещал о гематите.
Существовала легенда, что в древние времена, когда боги жили рядом с созданными ими мирами, дочь бога войны Архиониса и богини всего сущего Альтраиды Гемма полюбила простого смертного воина – сильного и мужественного Тита. Богам не следовало связываться со смертными, поэтому они встречались тайно ото всех, в глубокой пещере, прячась от всевидящего ока отца, чтобы оно не могло их узреть. Гемма была юна и прекрасна, тонкая как лоза, высокая и стройная, она, тем не менее, отлично стреляла из лука, и могла постоять за себя, защищаясь закалённым клинком от нападавшего. Тит был лучшим воином Архиониса и учил легионеров сражаться. Гемма уговорила отца, чтобы Тит стал её наставником. Они встретились и полюбили друг друга во время тренировок, когда он, пытаясь учить её, встретил настоящего воина в теле прекрасной девы. Душа мужчины преклонилась перед этой взрывоопасной смесью красоты и мужества, и он, робел перед прекрасной девушкой. Но любовь есть любовь, она сплела молодые сердца и тела, не взирая на то, кто простой, а кто бессмертный, все бывают сражены стрелой страсти. Но вездесущие химеры проследили за Геммой, и она предстала перед разъярённым отцом. И сослал он в наказание Гемму с Титом в безлюдный и абсолютно мёртвый мир без права покидать его, в такую же пещеру в какой проходили их встречи, и там Гемма узнала, что у неё родится сын, и нарекли они его Гематитом. Но Тит был всего лишь человеком. Без воды и еды он чах и угасал очень быстро. Ему не с кем было биться, и негде было добыть пропитания для себя и любимой. Вскоре он покинул Гемму, до последнего держа руку любимой в своей руке, и смотря в её прекрасные глаза, стараясь навсегда запечатлеть этот взгляд в своей душе. И родила Гемма сына, но и он был очень слаб и так же смертен, как и его отец, и без молока у голодной матери вскоре покинул её. И прокляла Гемма отца и мать, и, превратив сердца своё и своих любимых сына и мужа в чёрный камень, обратилась тьмой, что клубиться в этом мире и не любит чужаков, охраняя покой своих родных. А чтобы никто их не тревожил, отправила мир странствовать по Вселенной.
Поведав эту печальную легенду, маг уверял, что тот, кто соберёт эти три камня в особом порядке и проведёт тайный ритуал, получит всю силу и бессмертие Геммы, и власть над миром.
Вот эта легенда и побудила Лейлу пойти к канцлеру и предложить себя в качестве портальщика. Канцлер был любителем хорошеньких женщин и ему позарез нужны были портальщики, а тут два в одном. Так Лейла попала к нему в отряд, а вскоре стала и его любовницей. Пообещав, как всегда, золотые горы женщине, он окружил её заботой и вниманием, и у Лейлы не было не одной свободной минутки, чтобы поискать пещеру и камни, а тут ещё это излучение, от которого постоянно приходилось прятаться. И тогда у Лейлы родилась идея стащить портальный артефакт и попасть сюда одной, а тут так удачно подвернулся этот нескладный и наивный Агард. И вот она в другом мире, и какая она умница, что взяла с собой этого горе-любовника. Он всё же вытащил её с того света, когда она облучилась. Но то, что она теперь маг тьмы, да ещё и такой сильный, это большая удача. Лейлу это несказанно обрадовало, и она бросилась искать пещеру. Каково же было её разочарование, когда она нашла пещеру и выяснила, что первый и самый большой камень оказался алтарём, второй камень был поменьше, стоял перед первым и имел углубление, в котором должен был лежать третий камень, а вот его не было. Кто и когда забрал камень было неизвестно. И теперь Лейле надо было перетрясти всех, кто был здесь, чтобы его отыскать. И Тьма понимала, что, чтобы заставить некоторых говорить, придётся применить силу. Человек, который что-то скрывает, просто так вам всё не расскажет, а значит, ей нужны те, кто заставит говорить. Людей Тьма отвергла сразу, она им не доверяла. Опыт контрабандистки поставил отношение к людям, заслуживающим доверие, отметку ниже некуда. А значит…. И Лейла-Тьма думала.
В этот день она вернулась на Титанидию. «Странное место, – думала она, сидя в тени огромного разлапистого дерева с маленькими, практически круглыми листиками-монетками, – абсолютно нет воды на поверхности».
С одной стороны, густо рос кустарник. Стояло раннее утро и всё вокруг дышало жизнью, утренняя прохлада побуждала живность активно передвигаться и спешить по своим делам. Лейла-Тьма лениво наблюдала за мелюзгой, её не заботили ничьи проблемы, она совсем разнежилась, мысли текли вяло, она, сама не замечая, то начинала клубиться тьмой, то снова собиралась в стройную фигурку очаровательной женщины. Внезапно внимание Лейлы привлекло повизгивание и весёлое шебуршение в кустах. Вначале она решила, что это неугомонные лепроиды опять устроили очередную возню, но вскоре раздалось заливистое тявканье и женщина насторожилась. И тут одна мысль вспыхнула яркой молнией в мозгу. «Псы? Охрана? А псы убийцы? – улыбка растянула губы женщины». Изнеженная фигурка тут же пропала, а её место заняла сосредоточенная и решительная женщина, готовая к действиям. Она точно знала, щенков в стае приносит только альфа-самка, и все в стае подчиняются только ей. Лейла осторожно раздвинула ветви кустарника, и увидела пятерых пузатых, чёрных, как смоль, щенят. Они резвились, таская друг друга за лапы, хвосты и уши, иногда повизгивали или заливались тявканьем, когда кто-то сильно рьяно дёргал за конечности.
«Ну, вот и попались, – радостно подумала Тьма, – где же ваша мамаша?»
Рык сзади не заставил себя ждать.
– Ну, будем считать, напугала, – саркастически произнесла Тьма.
В эту же секунду чёрное блестящее тело сверкнуло в прыжке, нападая на женщину. Собака клацнула огромными челюстями, хватая клубящийся чёрный туман, проскользнувший между огромных зубов, пролетела по инерции вперёд, тормозя лапами и разворачиваясь, готовясь к новому прыжку.
– Ну, давай, давай, посмотрим, чего ты стоишь, – Лейла откровенно издевалась, – где хвалёная стремительность?
Очередной молниеносный бросок животного опять ничего не дал. Огромное тело бросалось из стороны в сторону, пытаясь схватить постоянно изменяющуюся женщину. Сначала собака нападала молча, но с каждым промахом из пасти сначала стало прорываться порыкивание, а затем окрестности огласил рёв взбешённого животного.
– Что, зовёшь своих? – спросила Лейла-Тьма, – Так не честно, вас много, а я у себя любимой одна. Значит, поиграли и будет.
И она одним взмахом руки припечатала клубами тьмы собаку к земле. Животное извивалось, рычало, пыталась выползти из тисков, но не могло.
– А вот и твои сородичи, – констатировала Тьма, глядя на подкрадывающихся животных. – Ну всё, надоели, – проговорила медленно, растягивая слова, морща от недовольства носик, – давайте-ка полежите, подумайте, – махнула рукой, что-то быстро проговорив, и собак придавило к земле, словно плитой. Лейла развернулась к страдающей за детей матери.
– Так, а теперь можно спокойно поговорить и с тобой, – и она уставилась собаке в глаза. – Не делай вид, что не понимаешь, я тут про вас узнавала, вы достаточно умны.
Животное демонстративно отвернулось.
– Ну, ты это зря, – произнесла женщина, – щенков не жалко? Вот мне, например, нет, а тебе?
Миг и послышался визг, и пятеро, молотящих лапами толстопуза взлетели в воздух. Мать повернулась и посмотрела на детей, а потом с каким-то печальным усилием, словно извиняясь перед ними, снова отвернулась.
– Ах ты, дрянь, значит так, значит не жалко, а вот так? – и Тьма швырнула с размаху щенков в траву.
Собака не повернула головы, только глухо… нет, не зарычала, будто застонала.
– Выходит, они ей не нужны? – Лейла проговорила это тихо, словно для себя, – ну я её предупреждала. Мне они тоже не нужны, закину подальше, чтобы больше не видеть.
В тот же момент щенки взлетели в воздух, оглашая окрестности горестным визгом, и словно подброшенные неведомой силой, понеслись вдаль. Собака поняла, что сейчас лишиться своего потомства, и то, что этот раунд она проиграла полностью, повернулась и посмотрела женщине в глаза.
– Убить? – спросила Тьма, надменно улыбаясь. Животное вложило всё, что могло, в свой взгляд, и он молил о сострадании.
– Вот и славненько. С этого дня ты и твои сородичи служите мне. Выполняете только мои приказы, слушаете только меня, ну и тех, кто служит мне. Являетесь по первому зову. Не придёте, пеняйте на себя, всех уничтожу, вы мне здесь иначе ни к чему, а ты будешь висеть с выводком, пока не сдохнешь.
Животное обречённо молчало.
Первую свою вылазку с псами Лейла предприняла через несколько дней. Взяла с собой двух крупных, лобастых кобелей, глаза которых отсвечивали красным. «Какие милашки», – подумала она про них, когда выбирала, кого взять из стаи. Осмотрев своих «пёсиков», как любовно назвала она их, она отправилась в гости к канцлеру. Её интересовал камень, и что-то подсказывало, что канцлер очень даже в курсе, где он. Канцлер изволил ужинать. Когда в обеденном зале огромного дворца засветился раскрывающийся тёмный портал, все присутствующие повскакивали с мест, стражники толпой ввалились в зал, аристократия похваталась за оружие. Некоторые дамы срочно изобразили обморок, особенно те, рядом с которыми оказались «выгодные» мужчины. А что терять такой удачный шанс? Лёжа без признаков жизни, они, однако, не забывали поглядывать сквозь дрожащие ресницы, кто же появиться из портала. Вышла удивительно красивая женщина, следом выскочили две огромные чёрные собаки. По телу животных всполохами пробегали серебристые искры, глаза отсвечивали красным. Другой мир изменил зверей, они словно искрили от избытка чуждой им энергии. Оскаливая пасти и порыкивая, они демонстрировали окружающим огромные зубы, предупреждая, что с ними шутки плохи. Канцлер судорожно всматривался в лицо женщины, вспоминая, где он её видел.
– Лейла? – наконец, выдавил он из себя.
– Тьма, – поправила она, – насколько мне известно, бедняжку Лейлу вы похоронили под грудой камей, – женщина театрально громко вздохнула, достала платочек и приложила к абсолютно сухим глазам.
– Лейла, не юродствуй, это же точно ты, только слегка изменила внешность. И что это за цирк? Что за псов ты сюда притащила? – канцлер уже не боялся и был готов идти в наступление. Всё же мужчина был не робкого десятка, тем более, что это была всего лишь воровка Лейла.
– Тьма, – снова поправила его женщина, – прикажи всем уйти, поговорить надо.
– Да ты совсем обнаглела! Ты знаешь, что за кражу артефакта ты сядешь в тюрьму? – канцлер, медленно привстав, стал выбираться из-за стола. Прислуга, стояла, открыв рот, забыв отодвинуть стул, чтобы он мог выбраться. – Охрана! – рявкнул взбешенный происходящим канцлер. – Взять её!
Стражники бросились к спокойно стоящей женщине с ироничной улыбкой на губах, наблюдающей за всем происходящим. Стоило одному самому ретивому перейти невидимую черту, окружавшую Тьму, как огромный зверь молча рванул вперёд. Секунда и мужчина с разорванным горлом задёргался на полу, кровь из раны била фонтаном, забрызгивая всё вокруг. Дамы, громко завизжав, бросились к дверям, никому уже не было интересно. Особо смелые вельможи рванули следом. У дверей началась давка, поднялась ругань, все лезли друг на друга, пытаясь выйти первыми.
Стражники застыли, как вкопанные, боясь сдвинуться с места, чтобы не провоцировать страшных псов. Маги вскинули руки готовясь нанести удар.
– Ой, как страшно, хотя на вашем месте, я бы поостереглась это делать, – женщина весело издевалась, только хищный блеск в глазах говорил о её намерениях, – вот что бывает, когда милая дама хочет просто поговорить.
Канцлер всё же махнул рукой, разгневанный спокойствием «милой» дамы, маги мгновенно ударили боевым зарядом «молния». Обычно таким сжигали и рассеивали противника. Тонкие, пронзительно яркие лучи собрались под потолком, образуя купол, в центре которого стояла Тьма. Собрав достаточное количество энергии, лучи ринулись вниз на женщину. Тьма, раскинув руки, приняла удар на грудь и весь впитала в себя, заклубилась тёмным туманом, почернела, увеличилась в размерах, словно внутри назревала мощная гроза, и ударила в ответ по полу молниями по ногам нападавших. Раздались крики боли и стоны, резко запахло палёным мясом. Маги кулями повалились на пол, к ним бросились несколько лекарей, оказывать помощь. Облако посерело, заклубилось, уплотнилось и через несколько секунд стало женщиной.
– Фу, ну и запах… Ну что, ещё есть желание поиграть в маги немаги? – спросила она у обалдевшего от увиденного канцлера. – Кстати, обрати внимание ты ещё стоишь.
Тот, и правда, стоял, выпучив глаза, силясь что-то сказать, но вместо слов доносилось мычание. Тьма внимательно всмотрелась в ярко-красное лицо мужчины и надула губы.
– Ну вот, Антуанчик, я расстроена, я пришла поговорить, а ты от радости забыл все слова и, причём видать надолго, а может и навсегда, – и, захохотав, крикнула.
– Не забудьте, к вам приходила Тьма с мальчиками, и радуйтесь, если она заглянет к вам ещё раз и захочет поговорить, и говорите смертные, говорите, – и под дикий хохот она поплыла клубами, закрутилась воронкой. В воронку, как тени, сиганули две огромные собаки. Воронка захлопнулась, в зале повисла тишина, только редкие стоны раненых нарушали её.
– Гематитовые псы, – нарушил кто-то тишину.
– Господа, поздравляю, у нас новая напасть. Какая-то «милая» женщина Тьма с псами. Кстати, а что с канцлером?
И только тут все вспомнили, что его не слышно, и уставились на то место, где должен был стоять мужчина, но тот уже не стоял.
– Похоже, удар.
– Да что вы расселись? Лекаря сюда, быстрей, лекаря… – И все забегали, засуетились, запричитали. Всё как всегда…
Тьма была расстроена. Она не ожидала, что Антуана хватит удар, хотя это было и приятно. «Всё-таки проигрывать он не умеет, – думала она, – дохлый гоблин, мог бы и доставить мне это удовольствие, но чуть позже. Сначала, придурок, мог бы просто поговорить. Вот всегда он так. Никакой пользы от мужика нет. Ну что же, придётся шерстить всех портальщиков и боевиков кто там был. Хорошо хоть добрая часть умерла, меньше будет работы, – безразлично подумала она, – Хотя, если не найду кто, придётся разбираться с родней умерших».
Эмоции и чувства постепенно покидали Лейлу. Она и правда становилась Тьмой, холодной и бездушной, с единственной целью править миром. Получив часть силы Геммы, она теперь хотела её всю.
Шло время. Ей надоело рыскать по королевству в поисках всех тех, кто, так или иначе, имел отношение к Титанидии. Тем более, что мерзкие людишки не очень-то много знали, а иногда умирали от страха быстрее, чем могли что-либо вспомнить, а иногда она от злости, что опять не то, натравливала на них псов. И тогда она решила подыскать себе помощника, того, кто бы выполнял её поручения, и занимался бы её делами вместе с псами, а то и просто загонял животных, после того, как она их спустит. Проще, ей был нужен кто-то, кто владел бы магией тьмы, мог поладить со зверьми и жить на Титанидии. Она уже знала, что дети, рождённые от заразившихся магов, если выживали, владели тьмой. Вопрос весь в том, насколько большой у них был резерв? Она стала интересоваться, и вскоре появился Бьорн.
Это был молодой привлекательный мужчина с выправкой боевого мага, сын одного из первых магов портальщиков, влюблённый до умопомрачения в восхитительную Тьму. Она привела его к Агарду и оставила осваиваться на базе. Агард поначалу не знал, как на это реагировать, и даже ревновал, но потом привык и подружился со словоохотливым и открытым Бьорном, тем более, что сама Тьма сáмо много могла пококетничать с новеньким, для пользы дела, и больше тому ничего не светило. Бьорн долгое время подкалывал Агарда, что все учёные размазни и рохли и ничего не смыслят в военных делах. Агард молчал, но однажды Бьорн получил от Агарда по шее, в прямом смысле этого слова. Бьорн опять гаденько шутил, Агард молча подошёл к ничего не подозревающему шутнику, и каким-то странным приёмом нанёс Бьорну удар по шее. Бьорн вырубился на полчаса, придя в себя, уставился в изумлении на Агарда, а тот продемонстрировал ему руку, которая на глазах стала покрываться какой-то серебристо-чёрной чешуёй. Чешуя стремительно разрасталась и вскоре слилась в чёрный панцирь. На ощупь ощущался металл.
– Будешь ещё плоско шутить, получишь не только по шее, – усмехнулся Агард, – и не только этим.
– Что за дохлый гоблин? – заорал окончательно пришедший в себя Бьорн, – Агард, как ты это делаешь?
– Да это тупые, никому не нужные открытия. Ты же это так всё называешь? – Агард упивался триумфом. – Знаешь, Бьорн, это только начало моих исследований, а тебе бы тоже пора заняться тем, зачем тебя сюда пригласили. Эта, как ты любишь говорить «милая женщина» тобой не довольна.
Агард наблюдал, как у Бьорна вытягивается лицо.
– Она мне ничего не говорила! – вспылил он. – С чего ты это вообще взял? А?
– Слушай, ты должен управлять псами, а ты не можешь управлять даже собой как следует.
– Что значит, не могу? А ты пробовал? А ну давай!
Бьорн подлетел на месте и схватился за меч. Неуловимым движением он достал его из ножен, сталь лишь пропела, вылетая, и встал в боевую стойку, легко поигрывая мечом, словно тот ничего ни весит.
«Силён, – подумал Агард, – чтобы вот так достать меч, нужны годы тренировок и очень сильные руки, – Лейла не промах, знала, кого притащить себе на службу».
– Агард, я жду, защищайся, – взревел раздосадованный Бьорн, видя, что Агард чихать на него хотел.
– Твоя беда Бьорн, – спокойно, сказал Агард, – быстро выходишь из себя. Правило первое – будь спокоен.
– Я сейчас покажу тебе спокойствие, – заорал Бьорн и понёсся на Агарда, – учить меня будешь, зубрила?
– Правило второе, – вздохнул Агард, – не зная противника, не лезь на рожон, – голос Агарда был спокоен. Бьорн с мечом наперевес уже почти добежал до Агарда и взлетел вверх ногами, попав в воздушную петлю, установленную тут Агардом на всякий непредвиденный случай. Бывало из зверинца сбегали крупные лепроиды, чем-то напуганные, Агард их отлавливал и изолировал, от беды подальше, пытаясь лечить.
Так они с Бьорном и развлекались, пока тот не признал, что Агард, не обладая ярко выраженной мускулатурой и боевыми навыками, на самом деле обладает чем-то, что возможно ничуть не хуже этих качеств, а местами так даже и лучше. Хотя Агард, надо отдать должное Титанидии, не был уже книжным червём, работа на свежем воздухе, уборка в зверинце, крупные лепроиды, которых приходилось иногда таскать, и пешие прогулки на длительные расстояния по делам, сделали своё дело. Тело Агарда стало поджарым и выносливым.
И Бьорн наконец признал, что Агарда всё-таки полезно послушать. Вскоре появилась Тьма и повела его к псам, знакомство было жарким, Агард выхаживал мужчину неделю. Бьорн выжил только благодаря тому, что альфа-самка его не добила в последний момент, разжав зубы, что готовились разорвать горло. А дальше приличный резерв и Агард помогли выкарабкаться. Стая приняла мужчину, и вскоре уже он с собаками рыскал по королевству, разыскивая следы утерянного гематита, и пугая незадачливых магов и контрабандистов, на которых гневалась по разным причинам сама Тьма.
Шли годы. Бьорн заматерел. Это был уже идеально обученный сильный маг. Он чувствовал свою силу и хотел свою, как он считал, женщину. Но она была всё время чем-то занята, весело отнекивалась и редко появлялась, только чтобы отдать новые распоряжения и узнать результаты поисков. Однажды, стремясь привлечь внимание женщины к себе, Бьорн со злости взял и сорвал какое-то задание, не ожидая, что подставит Тьму в какой-то очень крупной авантюре. За это разгневанная Тьма натравила на него всех псов скопом. Бьорн не отбился. Агарду нечего было спасать. Тьма равнодушно посмотрела казнь и ушла, ничего не сказав. Агард схватился за голову, пророчество Октавии сбылось, сегодня он в этом убедился лично. Это уже была не женщина, а монстр, и только надежда что где-то там, возможно ещё жива его любовь удерживала его от убийства. Он просто ещё был не готов убить ту, вторую, ни в чём не повинную.
Вскоре Тьма привела ещё одного помощника, но его не приняла самка. Потом было ещё шесть молодых магов, одураченных и влюблённых. Все погибли. Агард был в бешенстве, у него уже конкретно чесались руки. Восьмым был Рей.
Глава 7
Рей.
На своё первое задание он отправился через несколько лет. Сначала ему пришлось попотеть, стараясь сдружиться с псами настолько, что они его безоговорочно слушали, а Тьма решила, что он готов. За это время она научила его открывать порталы, и очень удивилась, когда новый мир принял переселенца и разрешил ему приходить и уходить, когда он захочет. Магия этого мира оказалась для Рея родной, и она не обижала своё порождение. В первый раз он должен был переправиться в свой мир, чтобы вернуть псов, с которыми ушла Тьма, приказав ему ждать, когда она откроет для него портал. Через некоторое время появился тоннель, и Рей смело шагнул в него. То, что встретит его при выходе, он не ожидал увидеть и в страшном сне. Небольшой городок. Окраина. Небогатые маленькие домики, натыканные впритык друг к другу. И улочка, залитая кровью, несколько тел мужчин, и одно юной девушки с волосами цвета спелой пшеницы, заплетённые в длинную косу и огромными удивлёнными голубыми глазами, смотрящими в небо, такого негостеприимного мира, что вот так оборвал её жизнь. Вокруг кричали люди, страшно выла какая-то женщина, несколько псов, распаленные кровью, рыча, бросались на входные двери, слыша за ними голоса. Тьмы нигде не было видно, но портал держался. Собрав в кулак всё своё самообладание, он загнал плетьми, сотканными из магии Тьмы, собак в портал. Вернувшись, ушёл в лес, и долго сидел там, схватившись за голову, пытаясь пережить очередную выходку Тьмы. Рей думал, как он с этим будет жить? Сначала он хотел убить всех собак, чтобы остановить это безумие. Потом понял, что Тьме плевать на животных, она найдёт другой способ убивать и собаки в этой истории такие же жертвы, как и он. Потом он вспомнил себя и своё желание убить, чтобы отомстить и куда это его привело. И чем он тогда лучше той же Тьмы? Только тем, что это касалась его лично? Он не знал ответы на эти вопросы, но хотел бы их найти. Вскоре его нашёл Агард.
– Рей, я не знаю, что тебе сказать? Хочешь, пойдем, напьёмся? Хотя это не выход. Проблемы не уйдут, правда, добавятся новые, голова может заболеть. А если серьёзно, то ты, я, псы и даже Тьма, мы все заложники в большой игре под названием жизнь. Человек, отличается от животного тем, что в любой ситуации ищет выход. Ищи, Рей, учись, живи и ищи. Не бывает комнаты без дверей, когда закрывается одна, всегда открывается другая. Она обязательно откроется, надо только верить. Найди себе цель в этой жизни и иди к ней. А сейчас пойдём, нечего тут сидеть в одиночестве, никого не высидишь, а вот зверинец почистить можешь мне помочь. Пойдём.
Он приобнял Рея за плечи, и они пошли к базе. Пока шли, ночь упала на Титанидию. Рей сказал Агарду, что он в порядке и придёт к нему утром.
Жил Рей в соседнем доме, прямо рядом с домом Агарда, хотя тот был не против, если Рей поселиться у него, но молодой маг настоял, что жить будет всё же отдельно, чтобы не мешать учёному, но в итоге, молодой маг, когда был не занят, практически всегда гостевал у Агарда.
Агард шёл в свой, теперь уже практически родной за столько лет дом и не догадывался, что Тьма подготовила для них сюрприз.
По утрам Агард всегда работал в зверинце, это утро ничем не отличалось от предыдущего. Он, как обычно, зашёл к животным и не услышал привычного рёва своих «монстриков», как ласково он их называл. Агард рванул к вольерам, и ужас прошёл холодом по его позвоночнику. Клетки с лепроидами монстрами были пусты.
– Лейла! – взревел Агард. На крик прибежал Рей.
– Что случилось?
– Рей, ты можешь определить, где сейчас монстры и псы?
– Попробую, – Рей сосредоточенно посмотрел на учёного, – хотя раньше никогда этого не делал.
– Подожди, сейчас попробуем увеличить твой резерв, – Агард понёсся в лабораторию к стеллажам, Рей за ним. – Я здесь недавно узнал об удивительных свойствах местных растений и сделал вытяжку из некоторых. Сейчас, сейчас, – бормотал он, передвигая свои любимые пузырьки, – сейчас испробуем. Наконец, он нашёл флакончик с какой-то тёмно-синей субстанцией. Протянул Рею, от нетерпения переступая с ноги на ногу.
– Ну, давай, пей.
Рей с опаской посмотрел на склянку, потом на довольного Агарда и выпил. Первые минуты ничего не происходило, потом Рей почувствовал, что что-то не так. В груди стремительно разрастался какой-то шар, нагреваясь и распирая грудную клетку. Рею казалось, что его накачивают каким-то горячим газом.