![](/files/books/160/oblozhka-knigi-sudby.-miry-vselennoy.-334694.jpg)
Текст книги "Судьбы. Миры вселенной."
Автор книги: Елена Шмидт
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 26 страниц)
–Старый козёл отчитался? И ты ему веришь? – Лилиан была поражена.
– Он не козёл, во всяком случае, сейчас. И да, я ему верю. Он отвяжет все нити, что привязал когда-то.
– О нет! – Лилиан схватилась за голову. – Моя голова не выдержит столько информации. Нет! Это всё просто не может быть правдой!
– Однако это правда, – спокойно сказала Миланда, – слушайте, а где тут можно поспать?
– Пойдём, я тебе покажу, – Олеандра поднялась с колен гнома, он соскочил следом, обнял и поцеловал её за ухом, только после этого отпустил. Олеандра шутливо поотбивалась и повела Миланду отдыхать в комнату, где они ночевали с Гербертом.
Лилиан залпом выпила остывший отвар из трав.
– Послушайте, – сказала она, – я сейчас уйду, ничего пока не предпринимайте, отдыхайте, пока я не вернусь. Рей, ты, наверное, заметил, что дом стоит под защитой, от чужих глаз? – Рей согласно кивнул. – До вечера, я думаю, здесь ещё безопасно, но я постараюсь вернуться раньше. Мне надо уточнить, как нам идти к сердцу. Думаю, вы со мной согласны, что одну её отпускать туда не стоит.
Герберт с магом были с ней полностью согласны. Переодевшись в платье служанки, она ушла, а мужчины разделились, гном остался отдыхать, а Рей пошёл на улицу сторожить, через несколько часов они сменились.
Лилиан пришла только к вечеру, немного возбуждённая. Растолкали Миланду, которая еле встала. Друидка рассказала, что ни о каком полёте, не может быть и речи. Везде по пути к сердцу Гристании стоят кордоны демонов, от неё ждут именно полёта. Вереда бросили в темницу. Им придётся идти через зачарованный лес, там помимо всякой нечисти, есть ещё какой-то чокнутый друид, который очень не любит гостей. Вот демоны этот лес не любят и вряд ли туда сунуться, поэтому их путь только через него. Решили, не теряя времени, выходить в ночь, а в оставшееся время быстро заготовить провизию. Женщины пекли лепёшки, гном варил мясо в специальных специях, Рей отвечал за наличие воды. Вытащили оружие из сумок и туда сложили провизию.
Вышли ближе к полуночи. Друидки перекрасили свою песчаную одежду, нанеся на неё зелёные и коричневые пятна, за спиной висели неизменные луки. Олеандра раздобыла для Герберта точно такой костюм как у них. Миланда одела свой кожаный. Когда она собиралась и только надела его после хождения во дворце в платьях, то скептически оглядела себя и вздохнула.
– Миланда, – решил повеселиться гном, – что ты так на себя смотришь, словно нацепила обноски?
– Герберт, – Миланда, поджав губы, огладила себя по бокам, – я так смотрю на себя, потому что я в нём словно голенькая. И это мне не очень нравиться. Странно, но раньше я этого не замечала.
– А по мне очень даже ничего, – заигрывающее произнёс гном и получил от Олеандры скалкой по голове, она в это время как раз раскатывала лепёшку.
– Да ладно, я же пошутил, – возмутился Герберт, отряхиваясь от муки.
– Ага, – Олеандра как ни в чём не бывало продолжила раскатывать тесто, – будем считать, что я тоже.
– Не, ну это что за жизнь будет, а? – горестно вздохнул гном, резво соскочил и со смехом побежал в комнату от несущейся за ним друидки. Дверь в спальню захлопнулась, отрезая зрителей от начавшей там возни и криков.
– Да, – рассмеялась Миланда, – бурная семейная жизнь.
– Классный костюм, – сказала Лилиан, потрогав кожу, – это ведь зачарованный костюм? Ну, который не рвётся, а если порвался, сам затягивается и видоизменяется при обращении?
– Да, – улыбнулась девушка, – подарок бабушки. – Только он видишь, как вторая кожа обтягивает.
– А тебе почему-то стало не совсем удобно, так?
– Ну так, – вздохнула Миланда.
– Надень юбку, да и всех дел, – похлопала её по руке женщина, – вон в том шкафу посмотри.
– А можно её укоротить, чтобы не мешала?
– Да укороти, – усмехнулась Лилиан, – только не сильно коротко, а то непонятно будет, зачем она вообще, – рассмеялась она, не выдержав.
Ночь окутывала мягкой темнотой, на небе были плотные облака, и они скрывали звёзды и ночное светило. Поэтому видно практически ничего не было. Абшугу скомандовали охранять и он, задрав хвост, молча носился по окрестности тёмной тенью, проверяя её на наличие чужих. Передвигались быстро. Впереди шли Лилиан и Рей, Миланда с драконьими яйцами в середине, а замыкали Октавия и Герберт. Шли всю ночь, благодаря богов за чернильную мглу. Пару раз в небе слышалось хлопанье крыльев, тогда все приникали к стволам деревьев, прячась под могучими кронами. К рассвету дошли до кромки зачарованного леса.
Будьте осторожны, здесь бродят души неупокоенных, случаются миражи, танцуют танки – дети воздуха и солнечного света, могут увлечь, увести, затанцевать и вычерпав всю энергию унестись к солнцу. Этот лес не зря даже демоны обходят стороной. Кстати, я что-то совсем не подумала, Миланда, а ведь они запросто украдут яйца, ты и не заметишь, как.
– Ну да, так я им и отдала, – нахмурилась девушка, перехватывая сумку.
– Миланда, я не шучу, ты не представляешь, это же для них огромный источник энергии, это же дракон.
Миланда оглядела всех присутствующих.
– И что же делать?
– Давай спрячем где-нибудь здесь, – предложила Лилиан.
– Ну уж нет, здесь их может случайно найти кто угодно, нет, это однозначно нет.
– Ну не знаю? – развёл руками Герберт. – Давайте здесь останется кто-то охранять их и ждать остальных.
– Ещё лучше, – скептически хмыкнула Миланда, – яйца с закуской.
– Ну, знаешь, Миланда, – возмутился гном, – тебе что не предложи, всё не так.
– Подождите, – наконец, подал голос, молчавший до сих пор Рей, – у меня есть идея. А если отправить яйца к моему знакомому учёному.
– К Агарду? – гном подпрыгнул на месте. – Рей, ты можешь это сделать?
– Ну во всяком случае могу попробовать.
– Подождите, подождите, – запереживала Миланда, – куда это отправить?
– Слушай, Миланда, – гном начал злиться. Олеандра положила руку на плечо мужа, но он раздражённо стряхнул её, – тебе стоят, предлагают, давай так, давай эдак, а тебе всё не так. Иди тогда, давай, вперёд, угробь эти свои яйца и успокойся, – он развернулся и отошёл в сторону, облокотился плечом об дерево, и сложил руки на груди, показывая, что всё, он умывает руки.
Миланда стояла, закусив губу, в ней боролись разные чувства. Довериться, наконец, мужчине, которого она старательно старается не видеть и не слышать, или гордо пойти и угробить не родившихся дракончиков. После непродолжительных раздумий она кивнула Рею головой, соглашаясь с ним.
Рей на секунду замялся, потом предложил всем не удивляться увиденному и достал свисток. Свисток был странной формы
– Закройте уши, – предложил маг и дунул в него. У стоящих рядом заложило уши, у Миланды пошла носом кровь. Странный свист пробрал до мозгов.
– Рей, – зашипел гном, засунув пальцы в уши и стараясь их прочистить доступным способом, – ты что творишь? Предупреждать же надо, – он подошёл к Миланде, доставая из кармана и протягивая ей платок.
Рей не смотрел на них, он всматривался в окружающее пространство, и всё равно вздрогнул от неожиданности, когда маленькая лапа дёрнула его за штаны.
– О, привет Пузырь, – обрадовался Рей, присаживаясь на корточки перед зверьком.
– Пузер, – важно поправил волдарь, – ну ты и забрался. Звал?
– Звал, – кивнул Рей, – у меня к тебе дело есть.
Все подбежали и теперь во все глаза рассматривали зверька.
– Ой…, он говорит, – Миланда тоже присела рядом, следом образуя кружок, присели друидки, – это кто?
– Я волдарь, – важно заявил Пузер, – могу узнать, с кем имею дело?
Миланда с трудом удерживаясь от смеха, протянула вперёд руку.
– Миланда, – представилась она.
В это время Абшуг возвращался с очередного обхода территории, увидев присевших в кружок женщин, желая узнать, что он там пропустил, понёсся и влетел в круг, толкнув Рея так, что тот не удержав равновесие, чуть не завалился набок. Пузер с испугу запрыгнул на Миланду, вцепившись в неё когтями.
– Абшуг! – закричала Миланда. – Фу! Нельзя! Не трогай его! – она пыталась увернуться от любопытного носа пса, однако, Абшуг, не собираясь сдаваться, всё же добрался до волдаря и начал его обнюхивать.
– А-я-я-й, – взвыл волдарь, – уберите его от меня, – и полез по Миланде выше.
Пока удалось общими усилиями угомонить пса, он забрался девушке на плечо и теперь посматривал на её голову.
Так что благодаря усилиям Абшуга знакомство получилось весьма быстрым и тесным. У Миланды зверька забрали друидки, и хотя он орал, что категорически против дружеских обжиманий, девушки потискали его от души. После незапланированного веселья, Рею всё же удалось переговорить с волдарём.
– Переместить яйца дракона до Агарда сможешь? – спросил он Пузера, указывая на сумку.
–Рей, ты что хочешь, чтобы он это сделал? – возмутилась Миланда.
Пузер оскорблённый, что кто-то усомнился в его талантах, мгновенно надулся.
– Я могу и уйти, – пробормотал он, – если кто-то сомневается.
Рей осуждающе взглянул на девушку и она замолчала.
– Слушай, Пузер, я в тебе не сомневаюсь, просто хочу уточнить, возьмёшься или нет, – Рей серьёзно посмотрел на волдаря.
– Да Пузер, – подключился Герберт, прекрасно понимая, что Рей, не просто так звал волдаря, – мужчины верят в тебя.
– Хорошо, смогу, только мне надо поместить их ненадолго в воду, ты же знаешь, – посмотрел он на Рея.
– Как в воду? – переполошилась Миланда. – А если они погибнут?
– Миланда, за несколько минут не погибнут, – успокаивающе произнёс гном, погладив её по руке, – всё будет хорошо.
– Ну даже не знаю, – девушка явно беспокоилась.
– Там Агард, значит, всё будет хорошо, – Рей повернулся к Пузеру, – расскажи ему всё сразу. Яйца драконьи, это последние, они в стазисе, надо попробовать вывести из него, и ещё это не их размер, если всё будет хорошо, они увеличатся. И ещё, пусть обязательно спрячет от Тьмы, хотя она ничем таким и не интересуется, но кто знает, что у неё в голове…
Пузер с серьёзным видом кивнул и, подойдя к сумке, вытянув губы, стал выдувать из себя водную каплю, похожую на пузырь. Капля росла, становясь всё больше и больше, и наперекор всему висела в воздухе, не растекаясь, вокруг сумки, пока та не всплыла. Волдарь помахал лапкой, пространство засветилось порталом и, схватив пузырь, зверь скрылся в светящемся круге.
Воцарилась тишина, все несколько секунд не могли прийти в себя от увиденного.
– Спасибо, – подойдя к Рею, сказала Миланда и, не дожидаясь ответа, подошла к гному и положила голову ему на плечо. Гном погладил её по голове.
– Не переживай, детка, всё будет хорошо.
– Ну что, – подытожила Лилиан, – заходим?
Глава 24
И они с опаской вошли в таинственный лес. Эта часть леса встретила путников тишиной, уже светало, но птиц не было слышно. Кроме непривычной тишины ничего необычного. Лес да лес. Шли долго, к обеду решили сделать привал, перекусить и немного отдохнуть.
– Не расслабляемся, Лилиан с тревогой оглядывала окрестности, – по одному никуда не ходите.
Все согласно кивнули, достали лепёшки, мясо, разлили воду. Костёр разжигать было нельзя, магией тоже решили не пользоваться, небольшие неудобства можно было пережить. Решили отдохнуть до вечера и снова в путь. Поели, кто прилёг, кто просто сидел, прислонившись к дереву, а Герберт решил отойти по нужде, не желая, как ребёнок звать Рея. Олеандра лежала, растянувшись на траве и прикрыв глаза, и Герберт подумал, что просто чуть-чуть отойдёт в сторону, что может случиться со здоровым мужиком рядом со всеми. Абшуг спокойно лежал, вокруг была безмолвная тишина, солнце пробивалось сквозь листву весёлыми пятнышками на траве и листьях. Гном прошёл вперёд и вышел на маленькую полянку. Стояла полуденная жара, в воздухе лениво пролетали редкие жужжащие насекомые. На поляне росли белые, удивительно красивые, диковинные цветы. «Нарву Олеандре букет, вот удивиться», – подумал гном, наклоняясь и протягивая руку, чтобы сорвать необыкновенный цветок. В нос ударил приятный аромат, и гном сорвав растение, тут же воткнулся в него носом, делая глубокий вдох понравившегося ему запаха. Голова немного закружилась, перед глазами замелькали белые искры, и Герберт на несколько секунд прикрыл их, чтобы унять фейерверк. Открыв глаза, мужчина остолбенел от увиденного. Перед ним, подняв руки, и медленно извиваясь и изгибаясь всем телом, танцевали солнечно-золотые женщины. Непередаваемой красоты полуобнажённые тела с крепкой, упругой грудью, узкой талией и плавным изгибом бёдер покачивались перед ним, словно предлагая себя на выбор. На бёдрах были одеты юбочки из золотых нитей, переливающихся при плавных движениях и чуть слышно звенящих при покачивании тел. Звон сливался в единую приятную для слуха мелодию, которая обволакивала разум, мешая думать. Длинные стройные ноги едва касались земли. Они танцевали, эротично изгибаясь перед ним, и неспешно обступали его со всех сторон. Герберт стоял и смотрел, забыв, как дышать, потом протянул руку, пытаясь схватить одну их них, что скользила, почти касаясь его. Они рассмеялись, осыпав его с ног до головы золотыми искрами, и стали вращаться вокруг него быстрее. Мужчина совсем потерял голову и стал бегать за ними, норовя схватить то одну, то другую, напрочь забыв, зачем он здесь, да и вообще обо всём. В голове царил туман, и желание поймать и сделать своей хоть одну золотую красавицу. Неожиданно резкий удар по голове погрузил его во тьму.
Олеандра открыла глаза и увидела морду Абшуга над своим лицом. Пёс чуть слышно поскуливал, она села, огляделась и, не увидев рядом Герберта, соскочила. Абшуг побежал вперёд, показывая дорогу, а друидка бросилась за ним. Когда Олеандра увидела своего благоверного, носящегося по поляне за полуголыми бабами, она, мягко говоря, немного озверела. Схватив увесистую палку, что валялась рядом с высохшим деревом, она размахнулась и бросила её, целясь любимому мужу по его «пустой», как она подумала в тот момент, голове. Потом сдёрнув лук, стала расстреливать замерших золотых танцовщиц. Стрелы пролетали сквозь женщин, они шипели и видоизменялись, сливаясь по несколько и превращаясь в гигантских золотых змей с подобием человеческих голов и клубком мелких змеек вместо волос. Глаза засветились красным, рты ощерились в страшном оскале, демонстрируя огромные клыки.
– Мама дорогая, – прошептала Олеандра и продолжила, не останавливаясь стрелять, молясь про себя, чтобы хватило стрел. От каждой стрелы они шипели и, выпуская в небо сноп искр, восстанавливались, продолжая придвигаться к ней. – Лилиан! – через секунды, наплевав на всякую конспирацию, заорала она. – На помощь!
Лилиан моментально подорвалась, Рей с Миландой понеслись следом. Добежав до поляны и окинув место происшествия, Лилиан быстро обернулась к Рею.
– Бей тьмой, маг, – крикнула она, – быстрее! – доставая лук, приготовилась стрелять.
Рей, призвав тьму, ударил по одному из чудовищ, что ближе всего подобрались к Олеандре. Тьма отшвырнула его от друидки, а два других змея резко развернулись к Рею, определив самого опасного из противников. Засвистел кнут, отрывая светящиеся куски от шипящих созданий и не позволяя им подойти, змеи бросались резко вперёд, стремясь дотянуться до мага и поразить его ядовитым укусом, а то и просто задавить.
Миланда металась между друидками и Реем, не зная, чем помочь. Она призвала тьму, но та как-то неохотно отозвалась. Девушка собрала все силы и швырнула сгусток тьмы в одного из змеев, отвлекая его от Рея на себя. Огненный монстр развернулся, и злобно шипя, бросился на неё. Миланда ударила светом. Монстр, впитав свет, раздулся, увеличиваясь в размерах, замер, словно набирался сил для решающего удара.
Рей, увидев в какую переделку попала девушка, извернулся, уходя от очередного броска и выхватив правой рукой меч, левой, не останавливаясь, стал хлестать монстра кнутом, не давая тому прийти в себя и предпринять контратаку. Когда змей, уходя от ударов, стал пятиться назад и на секунду потерял контроль, он сильнейшим ударом рубанул по шее, отсекая тому голову. Сноп искр и света вырвался из ран головы и шеи, и змей, сдуваясь, растворился в воздухе.
Абшуг, спасая Миланду, вцепился в хвост светящегося монстра, не давая тому приблизиться к девушке. Миланда быстро достала кинжалы и бросила с двух рук в голову чудища, метя в горящие красным глаза. Один кинжал точно вошёл в цель, проткнув глаз, из которого вырвался сноп искр, и пропал внутри страшной головы, второй, воткнувшись в основание шеи, точно так же, как и первый исчез в недрах тела.
Рей, расправившись с одним из змеев, бросился к Миланде.
– Бей тьмой, – крикнул он ей, – энергия света их насыщает и делает сильнее.
Он поднял руки, готовясь для удара. Миланда отскочила назад, развернулась и собрала то немногое, что у неё осталось. Сил было мало, всё же битва с Поглотителем, и путешествие по коридору, основательно обесточили её резерв. Однако сдаваться она не собиралась. Собрав всё, что есть, она с размаху швырнула это в морду, наступающего на них монстра, попав прямо во второй глаз. Змей поднялся на хвосте, грозя рухнуть, и подмять их под себя и тут ударил Рей. Снизу-вверх полетела мощная волна, поддевая голову страшным ударом и откидывая её назад. Мгновение, казалось, что змея подвесили за голову, и вот он стал заваливаться назад на деревья, вспыхивая ярким светом и уносясь искрами в высоту.
Олеандра с Лилиан непрерывно стреляя, основательно уменьшили змея, нападающего на них, постоянно протыкая у него шкуру, через раны свет постепенно улетучивался в небо. Рей, подскочив сзади, рубанул по шее мечом, отсекая голову. Свет вырвался и унёсся в небо, сдувая змея, кожа монстра распалась на слепящие искры и растворилась в воздухе.
– Танки не умирают, – задумчиво сказала Лилиан, смотря, как последние огоньки улетают вверх, – уносятся ввысь, в небо, чтобы потом вновь начать охоту.
Она развернулась и подошла к Рею. Миланда тоже присоединилась к ним. Девушку потряхивало мелкой дрожью.
– Где Герберт? – прошептала она, обнимая себя руками.
– Правда, а где Герберт? – Рей оглянулся, ища гнома. – Олеандра, ты Герберта не видела?
– Видела я вашего Герберта, – пробурчала Олеандра, – в отхожем месте я его видела.
– Не понял? – Рей подошёл к ней.
– Да вон он валяется, – кивнула она в сторону лежащего в высокой траве Герберта. Цветов на поляне видно не было.
– Что с ним? – Рей подошёл к гному и присел рядом с ним в высокой траве.
– За бабами бегал, на палку напоролся, – снова пробурчала Олеандра.
– Что-то я ничего не понял? – Рей попробовал постучать гнома по щекам, результата не было.
– Что с ним? – подошла Лилиан. – Олеандра, ты знаешь?
– Он тут с танками развлекался, уморился, наверное.
Лилиан быстро опустилась к гному, приподняв веко, заглянула в глаза.
– Это яд, он отравлен, – сказала она, – Рей, быстро вытащи его из этой травы.
– Как отравлен? – переполошилась Олеандра.
– Что ты говоришь, он делал, когда ты его увидела?
– Ну я же говорю, бегал за полуголыми девками.
– Олеандра, мозг включи, что бы он бегал просто так, скорее всего, уже нанюхался.
– Ой, мамочки, – схватилась за голову друидка, – Лилиан, что же делать?
– Какие там у нас настойки, доставай быстро.
Олеандре не надо было повторять два раза. Из наплечных сумок доставались пузырьки. Наконец, Лилиан нашла то, что искала и, придержав голову, залила гному в рот полпузырька.
– Ну вот, теперь до вечера, – вздохнула она, – и неизвестно поможет или нет. Будем ждать.
Миланда, справившись с дрожью, подошла к женщинам.
– Я помогу, – сказала она.
– Что ты хочешь? – посмотрела на бледную Миланду Лилиан.
– Я маг света, я помогу, нам надо идти.
– Ну да, сейчас ты ему поможешь и ляжешь тут на недельку от полного истощения. Нет, давай так, пока ждём. Если результата не будет, тогда уже ты подключишься, а теперь уходим с этой поляны. Хоть бы демоны нашу возню не узрели. Давайте под кроны.
Рей и Олеандра подхватили Герберта и потащили с поляны. Устроили его под деревом, подложив мешок под голову, Олеандра уселась рядом с ним, протирая влажным платком лицо.
Они почти расслабились в тени и тишине, отдыхая после боя, как в воздухе раздалось хлопанье крыльев какого-то большого летуна. Все, кто мог, соскочили, в небе над ними завис огромный ящер, на спине его сидел мужчина.
– Еписхоп, – прошептала Миланда.
Лилиан смотрела наверх с какой-то надеждой, пытаясь разглядеть всадника.
– Кто вы и что вам здесь надо? – зычный голос пронёсся над лесом.
– Андреас, – закричала Лилиан, – это я, Лилиан.
Огромный ящер дёрнулся, как от удара, и, развернувшись в воздухе, рванул от них. Лилиан побежала за ним
– Андреас, – кричала она, – вернись, это я, твоя Лилиан.
Но ящер исчез из виду, а такая, казалось, сильная во всём Лилиан просто села на землю и горько заплакала. Миланда подбежала к ней и, сев рядом, молча обняла.
– Зачем он так? Зачем он так со мной? – навзрыд плакала женщина, уткнувшись Миланде в плечо.
Кое-как успокоив женщину, Миланда села возле дерева, вытянув ноги и прислонясь спиной к стволу. Жизнь разворачивала перед ней новые сюжеты. Нордания, Олеандра, Лилиан…. Разные миры, разные расы и судьбы, но все ищут свою судьбу, любят, страдают, надеются и верят. А она? Даже поговорить не в силах. Девушка стала украдкой рассматривать мага. Он отдыхал, сидя, как и все, у дерева, облокотившись об ствол, натруженные ходьбой накаченные ноги были полусогнуты в коленях. Рука, привычно лежащая на рукояти меча, словно он готов в любой момент вскочить и ринуться в бой. Мощная спина, широкие плечи, крепкая шея, взгляд Миланды перемещался по телу мага, перемещаясь всё выше и выше. Дошёл до губ и замер. Появилось желание коснуться их губами, он, словно услышав её мысли, открыл глаза, и их взгляды схлестнулись, как шпаги в бою. Женский – мятежный, ищущий и тут же отступающий, и мужской – открытый, зовущий, обещающий. Обнажились на краткий миг две души и понеслись друг к другу, сплетаясь в жаркой схватке и обдавая тела горячей волной желания.
Миланда, испугавшись своей реакции, тут же отвела глаза, облизала вмиг пересохшие губы, а когда всё же решилась ещё раз взглянуть на него, задохнулась от открытого призыва в глазах всё ещё смотрящего на неё мужчины. И тут же всплыли в памяти беспокойные сны, после которых горела каждая клеточка, словно наяву ощущавшая ласковые мужские губы, наливалась тяжестью грудь, и сжималось всё внизу живота. Миланда, вспыхнула, как маков цвет и, злясь на саму себя, вскочила, и убежала к Олеандре, узнать, что там с Гербертом.
Гном, наконец, пришёл в себя и рассказал о необыкновенной красоте белых цветов, как решил нарвать букет, и что произошло дальше. Олеандра, услышав про букет, закусила губу. Герберт ощупывал голову и недоумевал, откуда у него такая большая шишка на голове. Его жена молчала, только охала да ахала и прикладывала мокрую тряпку к голове, молясь про себя, чтобы никто из её ответов не догадался, на какую такую палку налетел гном.
К вечеру они собрались и тронулись в путь. Огромный ночной спутник Тритинопсиса выплывал на чистое звёздное небо, освещая всё вокруг голубоватым светом, и облегчая путь странникам.
– Время духов, – предупредила Лилиан, – прошу вас, будьте предельно осторожны, не верьте никаким голосам, молящим о помощи, даже если они похожи на ваших родных и близких. Держимся всегда в видимости друг друга. Если что, предупреждайте сразу, не делайте, как Герберт, понадеявшись только на себя.
Гном что-то пробурчал себе под нос, остальные кивнули, соглашаясь. Интересно, но если днём царила полная тишина, то ночной лес был полон жизни. Носились тени ночных птиц, где-то кричал то ли филин, то ли сыч, изредка квакали лесные жабы, пару раз откуда-то издалека доносился вой одинокого волка.
– Днём животные, наверное, бояться танок, – шепнула Миланда, идущим позади Герберту с Олеандрой. Не получив ответ, она обернулась и закричала. Двоих замыкающих шествие не было, а вместо них шла уродливая, полусгнившая старуха, тянущая к ней костлявые руки.
Рей с Лилиан подскочили к обезумевшей от страха девушке, Абшуг, услышав крик, тут же понёсся назад, подбежав, вздыбил шерсть и зарычал.
– Миланда! Что случилось? – Лилиан подскочила к девушке, смотрящей куда-то в пустоту и трясущуюся от ужаса, охватившего её. Друидка, оглядевшись вокруг, никого не увидела, и встряхнула Миланду за плечи.
– Отойди, – вдруг закричала девушка, – она сейчас схватит тебя, – и, отшвырнув Лилиан в сторону, попятилась и упёрлась спиной в Рея. Он обхватил её руками и прижал к себе.
– Миланда, успокойся.
– Нет, – взвизгнула она, – Рей, бежим, она рядом.
Девушка забилась в его руках. Лилиан подскочила к Миланде и со всего размаха ударила кулаком её по щеке. Голова дёрнулась, глаза закрылись, и она обмякла в руках Рея.
– Извини, – сказала Лилиан Рею, – но это единственный способ прервать нежелательный контакт с духом.
– Что это было? – подошёл Герберт.
– Дух, она, скорее всего, вступила в контакт с каким-то духом, – сказала Лилиан, – Абшуг, кстати, тоже его видел.
– Он что, всё ещё здесь? – передёрнула плечами Олеандра. – Какой кошмар.
– Герберт, – вдруг простонала Миланда, – они забрали Герберта.
Все уставились на гнома.
– Да не, – помотал головой Герберт, – это я.
Наконец, девушка полностью пришла в себя, открыла глаза.
– Герберт? Ты здесь? – она протянула руку к гному. Рей всё ещё крепко держал её, не желая отпускать.
– Да здесь я, здесь, – утвердительно кивнул гном, и девушка, высвобождаясь из рук Рея, качнулась к нему. Мужчина обнял её, успокаивающе поглаживая по спине.
– Она была такая страшная, – прошептала Миланда.
– Кто? – замер гном, перестав даже поглаживать её.
– Старуха, что шла за мной. Я думала, что больше уже никогда не увижу вас с Олеандрой, – и девушка, всхлипнув, уткнулась ему в шею.
– Ну всё, всё моя хорошая, – ласково повторял гном, – всё прошло.
Дальше путь продолжили, держа между собой совсем небольшую дистанцию, и следя друг за другом. Однако, блуждающие в ночи духи, больше никого не потревожили. Утро встретило их у небольшого ручья, где и решено было сделать небольшой привал, и продолжить путь. Миланда торопилась, каждый час уменьшал шанс на благополучный исход того, что они начали с Вередом. Если демоны обо всём прознали, то, скорее всего, они постараются не подпустить её к Сердцу Тритинопсиса.
Девушка спустилась к ручью, умылась, разулась и сунула ноги в обжигающие холодом струи ручья, с блаженством закрыв глаза. Вода уносила усталость из ног, снижала напряжение в стопах.
«Помоги нам», – услышала в своей голове тоненький голосок. Миланда вздрогнула и распахнула глаза, никого не было, после ночного происшествия чужие голоса в голове пугали её. «Не бойся, – опять раздался голос, – наша бабушка не хотела пугать тебя».
– Ничего себе бабушка, – пробормотала девушка, – я думала у меня от страха сердце остановиться.
«Она не злая. А страшная…, ну так кого смерть красит? Здесь все такими становятся».
– Кто это все? – прошептала Миланда, страх пополз по позвоночнику.
«Мы были раньше друидами, я и мои братья, – голосок горестно вздохнул, – жили в этом лесу с бабушкой, но во время войны мы все погибли и застряли в этом проклятом лесу».
– И как я могу помочь? – удивилась Миланда. – Вам некромант какой-нибудь нужен, а не я.
«Нет, нет, – заголосил голосок, – именно ты. Просто вспомни про нас, когда будешь помогать Сердцу Гристании».
– А это-то вы откуда знаете? – девушка от разных эмоций, что бушевали в ней во время разговора, абсолютно забыла про свои ноги в холодной воде.
«Так прадед сказал! Он в пещере измененных уже много лет обитает. Так что, вспомнишь про нас?»
– Что я могу вспомнить, если в глаза вас не видела? – спросила Миланда, и чуть не заорала опять, отпрянув от ручья, потому что, напротив, через ручей засветилось пространство, и проявилась вчерашняя ужасная старуха и трое ребятишек мал, мала меньше. Правда, при дневном свете старуха не выглядела так ужасно, да и то с какой нежностью она прижимала к груди младшего, наполнило Миланду состраданием к этой невинно убитой семье.
– Хорошо, – кивнула девушка, – если только успею дойти.
«Мы поможем тебе», – маленькая девчушка с почерневшим лицом подлетела к ней, заставляя Миланду вновь отодвигаться.
– И как, если не секрет? – она старалась не смотреть на них, всё же картина была не для слабонервных.
«Не боишься еписхопов?» – спросила мелкая.
– Конечно, боюсь, кто их не боится?
«А ты не бойся. Они очень умные, они помогут. Вас найдут трое, на них и долетите», – и духи растворились, А Миланда только тут вспомнила про свои окоченевшие ноги и, шипя на всяких ужастиков, что пугают народ, бросилась их растирать.
Рей всё это время стоял за деревом и наблюдал за девушкой, опасаясь оставлять её одну, но подходить не стал, хотя и видел, что она словно с кем-то разговаривает. И только, когда она стала растирать ноги, подошёл и спросил, не помочь ли ей, но она отрицательно покачала головой, обулась и пошла к остальным. Здесь она и пересказала всё, что узнала от духов.
– С ума сойти можно, – Герберт соскочил с поваленного дерева, что лежало недалеко от ручья, – ты всё это время болтала, а я вообще ничего не слышал.
– Конечно, ты в это время бдел за женой, – рассмеялась Лилиан, – какие тут призраки?
– Миланда, вот скажи мне, – повернулся гном к девушке, – ты что сумасшедшая? Гоблин меня задери, да как можно после такой ночи, ещё с ними и болтать.
Лилиан подошла к Миланде и задумчиво потёрла лоб
– Слушай, если всё что они сказали, правда, то это был бы идеальный вариант, к утру мы были бы уже на месте, а так ещё минимум три дня пути, это при условии, что ничего не случиться.
Все замолчали, понимая, что без вариантов, времени было в обрез. Решили не ждать еписхопов, то ли прилетят, то ли нет, и пошли дальше. День перевалил за вторую половину, шли молча, стараясь засветло преодолеть большее расстояние. Вдалеке раздалось тяжёлое хлопанье массивных крыльев, и все кинулись врассыпную, прижимаясь к стволам деревьев. Над ними, как и говорили духи, зависли огромные ящеры. Лилиан, присмотревшись внимательно к небесным гостям, выскочила из укрытия, что-то крича ящерам на непонятном для остальных языке. Ящеры один за другим стали снижаться, ломая ветки, садились на землю, взмахивая огромными перепончатыми крыльями.
Друидка подбежала к одному из них, обхватила его за огромную шершавую шею и что-то нежно шептала одному ему.
– Это мой, – повернулась она, не переставая ласкать еписхопа, – мой Пирожок, – она погладила ему нос, и ящер прикрыл глаза. Миланде послышалось, что он урчит.
– Пирожок? – переспросила она.
– Ага, – кивнула Лилиан, – он жутко любит пирожки с яблоками, – и она, схватив Пирожка за голову, чмокнула в нос, – как же я за тобой скучала, мой хороший.