Текст книги "Приключения Благородного Дика. Первый сезон (СИ)"

Автор книги: Елена Крыжановская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 27 страниц)

– Они вряд ли успели прибыть в расположение армии на Востоке, – советник недовольно передал грамоты с печатями обратно Триму Анарду. – Хорошо. Этих мы отпускаем…

– Не вы, а закон, – не уступил им ни одного слова Трим. – Прошу позвать следующих. Давайте сразу разберемся со всеми камерами мятежников. Только теперь зачитывайте одни обвинения, без формальностей…

Благодаря своей хорошей реакции, воспитанной в боях насмерть, Трим успел отскочить с дороги раньше, чем стражники и советники поняли, что происходит. Поэтому волна сметающих всё на своем пути родственников и близких, плачущих от счастья и кричащих славу законам Келлбора и Братству Дороги, его не задела. А вот бывшим арестантам отступать некуда: повсюду стража или стены. Никто не успел освободить их, а теперь охрана боялась подойти к разъяренным родственницам. Хаттона, самого длинного, конечно, снесло волной. Он упал под ноги остальным, и если бы не красотка Бэсс, что расталкивала всех, как черная тигрица, плохо бы пришлось одному из глав, имеющих голос на всеобщем собрании, как он сам узнал только что.

Наконец веревки сброшены, и все обнимали всех, без разбору. Недовольными голосами советники магистрата потребовали очистить зал суда и дать место следующим.

Пока в суматохе люди толпились возле дверей, Дик подошел к Анарду.

– Тебя ждать?

– Это надолго, – поморщился тот. – Кстати, можешь стать наблюдателем от братства. Теперь ты свободен.

– У Августа это лучше получится, – улыбнулся Дик. Трим осторожно провел ему тыльной стороной ладони по ссадине на лице.

– Хорошо выглядишь.

– Главное, чувствую себя неплохо. Спасибо.

– Мне? – удивился Трим. – А кто заварил это всё?

– Случайно, – смутился Дик. – И что сам сделал для справедливого суда? Ничего. Если бы не ты и красотка Бэсс…

– Да, она выдающаяся личность! Тогда не жди меня, Дик. Проследи, пожалуйста, чтобы компенсацию, по десять золотых, все получили внизу, в участке.

– Хорошо.

– И сам не отказывайся…

Дик легкомысленно отмахнулся и вслед за остальными поспешил прочь из зала.

Участок оказался удивительно близко, стоило только спуститься всего по одной невысокой лестнице.

Выйдя на улицу, Филин с недоверием разглядывал на ладони один золотой из щедрой компенсации. Младшие брат и сестра подпрыгивали рядом, пытаясь рассмотреть отчеканенный герб Келлбора. Хаттон, проходя мимо, подбил ладонь Филина и поймал в воздухе монету. Его спутники захохотали, восхищено показывая пальцем на предводителя.

– Опять? – укоризненно, как маленькому, сказал Дик.

Хаттон прикусил монету, проверяя, настоящая ли. И царственно протянул рыжей сестренке Филина:

– На, не плачь, – он от души потянулся, раскинув руки, потом хлопнул Дика по плечу: – Настроение хорошее! Свобода! И денег навалом… Пошли, погуляем? Я угощаю.

– Нет, лучше к нам! – маленький Таська сиял ярче золотого. – Правда, мама? Дик, ты любишь пирог с ревенем?

– Не пробовал. Наверное, люблю. Но идти сейчас в гости не совсем удобно…

– У меня ничего не готово, – решительно вмешалась мама Тасиля, – но это пустяки! Я никуда вас не отпущу, мальчики! Мы с Тасиком вам так обязаны… Никаких возражений, идемте к нам, все-все!

– Я могу помочь по хозяйству, – вызвалась Бэсс.

– Нет, куда я пойду, – заупрямился Хаттон. – Я и манер никаких не знаю…

– Эрик! – зашипела на него Бэсс. – Не отказывайся! Не каждый день тебя приглашают в приличный дом!

– Так в том-то и дело!

Но счастливая госпожа Инчак не желала слушать никаких отговорок. Дик тоже считал свой вид, мягко говоря, не самым приличным для гостей и радовался, что хотя бы успел выстирать рубашку, в которой он катался по всем тюремным полам. Не все пожелали присоединиться к радушному приглашению, но Хаттон с подружкой и тремя приближенными и Филин со своими малышами, которых Таська взялся опекать и увел вперед, сидели здесь.

Обещанный пирог и другое наскоро собранное угощение удалось на славу и казалось бывшим арестантам пиром, равным королевскому.

После обеда, когда никто уже не мог двигаться, кроме женщин, у которых почему-то всегда хватает сил ещё и убирать со стола после такого пиршества, компания в самом благодушном настроении устроилась в гостиной особняка Инчаков.

Хаттон, откинувшись на мягких подушках, снова задирал всех. Значит, находился в прекрасном настроении.

– Кстати, – вспомнил Дик. – Эрик, ты ведь так и не успел проверить, как срастается порез через куртку. Теперь и есть чем, – Дик похлопал по боку, где снова висели ножны Тореллинга.

"Дитя улицы" посмотрел на него с таким упреком, словно подобное поведение как раз самое неприличное.

– Будь ты в моей банде, – после долгой паузы мечтательно сказал Хаттон, – дал бы я тебе по шее за такой разговор…

– Дик, ты куда сейчас? – Филин пытался за сумрачным тоном скрыть грусть расставания.

– Куда поведет дорога. Рад, что у меня останутся не только неприятные воспоминания о Келлборе!

– А я не хочу оставаться в городе, – вздохнул Филин. – Как мне войти в ваше братство?

– Поговори с Августом. Или… сейчас ведь отпустят трактирщиков, ты должен знать кого-то из них. Это легко устроить. Но с нами очень опасно… С тобой младшие, ты не можешь их бросить. Тебе нужны люди, которые найдут вам постоянное жилье… У меня ведь этого нет.

– Да, Братство Дороги – сила! – Хаттон жевал виноград. Заталкивал в рот почти целую кисть сразу. – Не скажу, чтобы я так уж любил таких, как ты, Дик, но…

– А таких, как Бэсс? – засмеялись остальные.

– Да… В общем, с меня должок. Если смогу когда-нибудь отплатить, только скажи…

Дик прицельно взглянул на него.

– Хочешь, оплати прямо сейчас!

– Чем могу…

– А сделаешь?

Это выражение лица соседи по камере уже знали. Оно означало, что Дика посетила очень хитрая мысль.

– Ну… если только не встать на голову или пройтись на руках, – ответил Хаттон. – Для подобных трюков я сейчас слишком объелся.

– Ты умеешь?

– Могу. А какое условие?

– Отпусти свою банду. Кто они у тебя, воришки, попрошайки?

– Артисты все. Так просят монетки, чувствительных дам слеза прошибает. Ещё петь могут.

– Вот и освободи их из рабства.

– Ох, – недовольно скривился Хаттон, потирая ухо и явно сожалея о поспешном обещании. – И куда они денутся? Пропадут ведь… А мне на что жить?

– Собери из них цирк. Сам же говоришь, артисты!

– Как это? – Хаттон так и замер, держась за ухо, и выпрямился в кресле.

– Запросто. Купи себе хлыст, как у коменданта, и… – Дик засмеялся, остальные поддержали его. – Ты ведь любишь быть в центре внимания, Эрик. Будешь главным артистом… Хотя, нет, главной, разумеется, будет Бэсс!

– Это что ж, я смогу разъезжать по разным местам?.. Тоже стану одним из ваших?.. Вообще, это мысль… Бэсс, наверное бы понравилось наряжаться и выступать перед публикой.

– Я тоже хотел бы поступить в цирк, – размечтался Таська. – Только меня мама не пустит. Папа скоро вернется с войны, и они будут воспитывать меня вдвоем…

– А я мог бы, наверное, – медленно сказал Филин. – Меня никто не держит. И для малышей там нашлось бы место. А, хозяин?

– Ты серьезно, что ли? – почти испугался Хаттон.

– А ты нет? Пока есть деньги, можно начинать дело.

– Мне пора, – Дик положил на край стола восемь золотых из своей компенсации. – Не слишком хочется гулять по этому городу после захода солнца. Если не успею, ворота закроют.

– Уходишь? – огорчился Тасиль. – Что я скажу маме?

– Поцелуй ее за меня.

Дик сказал это Таське, но, обернувшись, многозначительно подмигнул Хаттону, повторяя просьбу и ему тоже.

– Прощай, рыцарь, – кивнул тот. Филин молча пожал руку Дику.

– Может, до свидания? [1]

Дик оставил компанию в гостиной и вышел на улицу. Снова, как и в первый раз, успел проскочить городские ворота Келлбора за миг до закрытия. Но на этот раз, сидя в сумерках на берегу реки и задумчиво болтая в воде пальцами, чтобы чувствовать течение, Дик верил, что ему действительно повезло.

(конец истории)

[1] (прим. Лины) Дик говорит, что не слишком всерьез подал Хаттону идею устроить бродячий цирк. Но «Цирк Хаттона» – стал одним из самых известных в истории. Легендарно известна и цирковая наездница – прекрасная Бэсс Морис, «Летящая королева». Как я понимаю, они с Эриком стали родоначальниками огромной цирковой династии.

Всегда меня мучил вопрос, что стало с Филиусом? И я долго смеялась, узнав, что вопреки своему скептическому и не самому веселому складу ума, Филин стал превосходным клоуном. Возможно даже, что это первый Рыжий клоун в истории, и его образ потом стал нарицательным.

Дик встречался с ними и с их потомками ещё не раз. Часто фургон циркачей выручал его, скрывая от погони. Однажды Дик даже довольно долго работал у Хаттона, показывая чудеса стрельбы в цель из лука и метания кинжалов. С тех пор он умеет жонглировать с закрытыми глазами.

Глава 8. Огненный круг

История шестая, о путешествии Благородного Дика сквозь Огненный круг

Подвиги и приключения находили Дика сами, он не старался нарочно искать тех, кому требуется его защита. Как он и предполагал, отправляясь странствовать, достаточно всего лишь идти вперед и тебе встретится столько интересного, что и в самых смелых мечтах не представишь.

Первую неслучайную просьбу о помощи Дик получил ровно через месяц, считая с того дня, как Три принцессы вручили ему Тореллинг. И просьба пришла, как ни странно, из леса.

Дик сидел у костра, разогревая свой ужин. Сегодня он разминулся с большой королевской охотой. Настреляв дичи, а после напившись вина и до вечера буйно веселясь на лесной поляне, в точности как бандиты, а не как пристало благородным вельможам, охотники уехали, бросив недожаренное мясо прямо на вертелах. Дик раздул один из костров и выбрал себе очень сочную куропатку, не прожаренную, но достойную лучшей участи, чем остаться на поляне на пищу зверям. Другие круги углей Дик старательно засыпал землей, чтобы избежать лесного пожара.

Куропатка зажарилась на славу. Когда от нее осталось последнее крылышко, на ветку неподалеку села маленькая сизая птичка с ярким пятном на груди. Она так пристально приглядывалась к нему, что Дику стало неловко. Будто пичуга недовольна тем, что он грызет косточки другой птицы.

– Не убивал ее, между прочим, – на всякий случай объяснил Дик. – Хотя ничего в этом такого нет. Вот тебя нельзя есть, меня – нежелательно, хотя некоторые пробовали, а куропатку очень даже можно!

– Дик! – нежным голосом сказала птичка. – Я прошу тебя о помощи!

Рыцарь выронил крылышко куропатки в костер. А пичуга заговорила от имени его крестной, великой принцессы Келлерлисы.

– Лес в опасности. Приходи как можно скорее. Посланница укажет тебе переход. Скажи, что ищешь меня, и тебе откроют дорогу.

– Веди, – Дик встал. Быстро загасил костер и собрался в путь.

Птичка с яркой грудкой порхала перед ним. В сумерках раннего вечера Дик видел только это светлое пятнышко, как блуждающий огонек среди деревьев. Влетев под склонившийся аркой молодой клен, посланница пропала. Дик пошел за ней и очутился на поляне, которой только что не было. Похоже, тут солнце ещё не садилось. Дик не успел удивиться, как от ствола стройного дуба отделился высокий мужской силуэт и преградил ему путь.

– Кто ты и что тебе надо на границе лесной страны?

– По какому праву ты спрашиваешь? Граница для меня открыта, значит, могу здесь находиться, – ответил Дик.

– Я страж леса. Я затем и стою на границе, чтобы не пропускать чужаков. Сейчас у нас неспокойно, никто не может пройти границу без поручителя. И тебя не пущу, странник! Нам не надо незваных гостей!

– Меня пригласила госпожа Келлерлиса, – невозмутимо ответил Дик.

– А не врешь? – неприветливо смерил его взглядом страж леса.

– За такое недоверие к моим словам можешь и поплатиться, – Дик тронул рукоять меча.

– Ой, не могу! Дрожу от страха! Чем докажешь, что великая принцесса действительно ждет такого мелкого оборванца как ты?

– Слово рыцаря.

– А где доказательство, что ты рыцарь?! – не унимался страж. Его презрение поначалу не трогало странника, но всему есть предел.

– Проверь! – Дик выхватил меч.

Страж леса тоже дернул драгоценную рукоять оружия на поясе. Но вместо меча у его ног развернулась серая длинная плетеная змея с темным зигзагом узора, как на спинах гадюк.

– Этот дохлый червяк, твое оружие? – засмеялся Дик.

– Это боевой хлыст, оружие многих великих воинов леса! Что, никогда не видел?

Странник, улыбаясь, покачал головой.

– Им можно убить с одного удара. Можно свалить дерево, загасить костер, сбить с ног лошадь противника… – страж леса поднял повыше и пропустил через руку длинную гибкую змею, толщиной в три пальца у рукояти и сужающуюся к тяжелому плетеному шарику. Из шарика расходились отдельные раздвоенные на концах черные "язычки", десять штук. – Бывают покороче и полегче, без такого узла. Обычная плетка – "серая змея". Сразу не убивает, но жалит всерьез. Видишь, если правильно замахнуться, – страж леса плавно показал, как должен идти хлыст, – узел обовьется вокруг тебя и ударит в сердце. Истории о том, что лесным жителям стоит взмахнуть рукой, как люди, встретившие их, падают замертво, не совсем сказки…

– Ясно, – кивнул Дик. – Сразимся?

– Ты в своем уме, малыш?! Я ведь показал тебе свой хлыст близко, для того, чтобы ты понял, насколько безнадежно нам драться. Я свалю тебя с одного удара. Убивать не буду, конечно, но ребра могу случайно сломать.

Дик молча поднял меч. Его противник, крепкий взрослый воин в серой мягкой одежде и в полупрозрачном зеленом плаще. Лицо темное от загара, но холеное, гладкое, без морщин, хотя не настолько уж юное. Он простой стражник, но в народах фей и эльфов всех мужчин называют принцами, и ведут себя эти "принцы" соответственно званию.

Принц фей сделал быстрое с трудом уловимое движение кистью. Меч Дика наткнулся на упругое, как гибкая ветка, препятствие и выпорхнул из руки. Хлыст протянул рыцаря по плечам. В "голове" змеи, в плетеном узле, похоже, зашит камень или свинец. Куртка сдержала удар, но ощущение такое, словно Дика с размаху обнял одной лапой медведь. Тяжесть этих "объятий" пригнула его к земле, Дик упал на колени. Благодаря этому хлыст соскользнул, Дик успел подхватить свой меч и вскочить.

– Хватит? Или хочешь продолжать? – насмешливо спросил страж леса.

– Дальше, – Дик крепче перехватил меч.

В следующем броске боевого хлыста Дик прицельно рубанул по круглому узлу, "обезглавив" змею. Вторым ударом выбил оружие стража леса. И протянул открытую руку:

– Ничья?

Тот сердито сопел, не спеша ответить на рукопожатие.

– Что здесь творится?! – гневно воскликнул женский голос.

Оба противника вздрогнули. Дик от неожиданности, а страж леса от того, что узнал голос одной из Трех принцесс.

– Я давно жду тебя, Дик, – сурово сказала Келлерлиса. – В чем дело? Почему ты задержался на границе так долго?

– Ваш охранник любезно преподал мне урок владения оружием леса. Так понимаю, позвали меня для не совсем безопасного поручения? Подумал, маленькая тренировка кстати, – Дик не знал, что именно видела и слышала Келлерлиса.

Страж похолодел от страха, но лесной принцессе сейчас явно не до него. Она схватила Дика за руку, как строгая тетушка, и увлекла за собой по ей одной открытой тропе. Чаща почтительно расступалась перед принцессой.

– Меч для боя тебе сейчас не понадобится, – по пути взволнованно говорила Келлерлиса. – Но наша единственная надежда, действительно Тореллинг. Идем, идем! В лесу всюду есть уши, а нам надо поговорить без свидетелей.

Когда они вышли из леса на небольшой пустырь с одинокий деревом, солнце уже покраснело. Каменистую полянку делила надвое разрушенная древняя стена. Высотой не более человеческого роста, где пониже, где повыше. В самом центре пустыря и стены зиял широкий прямоугольный пролом. Небольшая дверца с очень высоким порогом или большое окно почти вросшее в землю. За этой дверью-окном простирался такой же пустырь, черная стена леса точно отражалась в зеркале. К проему тянулось косыми лучами низкое солнце, словно хотело войти в гости к Дику и Келлерлисе. По одну сторону от двери у стены рос роскошный древний дуб. Видно, что сил у него осталось не так уж много, хотя крона ещё густо зеленела. По другую сторону, у ног Дика, тянулась странная грядка, где пестрели поодиночке в непонятном узоре цветы, каждый из которых совсем не похож на другой. И ни на один цветок из тех, что Дик видел в жизни.

– Это мой садик воспоминаний, – сказала Келлерлиса. – Прихожу сюда только когда мне грустно. Каждый цветок – самое яркое событие в моей жизни. Как видишь, их не так уж много. Вдыхая их аромат, я набираюсь сил… Правда, что ты уже победил дракона?

– Не надо об этом, – попросил Дик. – Это моя ошибка, а не победа.

– Но тебе помогла действительно хитрость, как все говорят, или, всё же, случайность?

– Случайная хитрость.

– Дай мне свой меч, – Келлерлиса осторожно приняла клинок, воткнула его на краю грядки и накрыла своим плащом. – Пускай прорастает. Я пока расскажу тебе, что у нас происходит.

Дик и раньше чувствовал слабую горечь, которой веяло от распущенных золотых волос Келлерлисы. Дым, в котором горели живые зеленые ветки и листья. Этот запах внушал тревогу.

– У вас был пожар?

– Да… И великий пожар грядет, если мы его не остановим. Если ты не остановишь, Дик…

– Дальше.

– Государь леса может потерять союз с торелингами. И тогда дети пламени пойдут на нас войной. От леса останутся одни угли!

– Условия союза?

– Тысяча кубов леса в год может отдаваться огню. Государь сам выбирает старые стволы, пни и деревья для рубки. Но теперь люди короля Тора стали бесчинствовать наугад, где придется. Они испепелили немало зелени, даже на заповедных территориях моих сестер. Это выходка молодых, Тор не пожелал защитить их, но наш государь потребовал слишком большой выкуп золотом, как цену своего прощения. Тор вспомнил ему старые долги, а наш государь Целист довольно резко отвечал, что приданное лесной принцессы стоит дороже… Дело в том, что одна из лесных принцесс недавно вышла замуж за внучатого племянника Тора, и не все в лесу одобряют ее выбор… Тебе ни к чему подробности, главное: они разругались не на шутку.

– Дальше.

– Государь леса отказался платить дань огню. Торелинги грозят взыскать долг, без его позволения. Люди пограничных селений, которым теперь тоже запрещена вырубка леса недовольны. Им нечем топить очаги…

– Что могу сделать?

– Твой меч – успешное творение огня и леса. По этой верительной грамоте Тор узнает тебя. Поговори с ним. Никто из лесного народа не может войти в Огненный круг. Даже повелителей других стихий, наших союзников, страшит огонь. А более огня их пугает необузданный нрав Тора. Он очень упрям и свиреп в гневе. Никто не согласился пойти к нему добровольно. Я не знаю другого посланника, кроме тебя, Дик. Ты крестник леса.

Когда я сказала о тебе на совете, все воспротивились. Государь сказал, что ты ещё ребенок, а мои сестры возмутились, что риск этого поручения слишком велик для тебя. Но я не знаю другого, даже среди детей дороги, кто мог бы помочь нам остановить войну. Решающий довод в пользу тебя: твой возраст и, главное, меч, не зря названный Тореллингом. Что ты скажешь об этом, Дик?

– Как найти этот круг?

Келлерлиса вздохнула, словно сожалея, что Дик согласился так быстро.

– Ты решился? Подумай ещё раз. Это может спасти нас, но…

– На сомнения времени мало, – напомнил он крестной. – Что сказать Тору, если король примет меня?

– Что угодно. Ты умеешь убеждать, Дик, – слабо улыбнулась лесная фея. – Смотри, – она откинула плащ и показала Дику два абсолютно одинаковых меча, торчащих из земли под стеной. Один, безусловно, Тореллинг. Но каким чудом рядом вырос близнец? – Угадаешь, который твой?

Не обнаружив ни малейших различий на глаз, Дик дотронулся обеими руками одновременно до рукоятей двух мечей. Оба эфеса украшены золотыми дубовыми листьями, оба твердые и привычно легли рифлеными полосками в ладони. Плотность у них одинаковая, сколько не сжимай, но левая рука чувствовала холод, а в правой ладони меч отзывался теплом.

– Этот, – показал Дик. – Он теплее.

– Не угадал. Это зеркало, – улыбнулась Келлерлиса. – Под стеной нет солнца, твой настоящий меч холодный. А второй, сохранит тепло твоей руки, пока ты жив. Я узнаю, что случится с тобой, где бы ты ни был, Дик. Буду ждать тебя, поливать меч соленой водой каждый день, чтобы ты чувствовал мои слезы и помнил обо мне. Буду смотреть на лезвие: пока клинок блестит, с тобой всё в порядке. Если проступит красная ржавчина, значит, ты ранен. Если зеркало клинка потускнеет… – Келлерлиса прогнала тень с лица и вернула улыбку: – Я надеюсь, этого не случится.

– Это будет, если умру? – Дик удивлялся, как удобно устроились феи: выращивают в саду мечи, как цветы, да ещё и читают по ним, что происходит где-то далеко.

Крестная отвернулась и провела рукой ему по щеке, прощаясь.

– Пройди в это окно и окажешься перед входом во владения Тора. Возвращайся скорее, Дик. Я буду очень волноваться.

Взяв свой настоящий меч, Дик поцеловал руку крестной и вскочил на край проема в стене. Обернулся, весело махнул рукой и прыгнул на ту сторону. Келлерлиса подалась вперед, заглядывая за стену, но Дик пропал. Трава шевелилась под ветром, щекоча серые камни, на которых не оставалось следов. Ни одна травинка неодалась вперед, заглядывая за стену, но Дика нигде не было. на край проема в стене. не. лежала, и стена не отбрасывала тени, хотя солнце стояло как раз в "воротах".

Перепрыгнув невысокий порог, Дик, вместо залитого солнцем каменистого пустыря, увидел огромные острые скалы. Черные, словно их опалило огнем. В них прорезана высоченная арка ворот. Высотой арка не меньше, чем башни его родового замка.

У черных ворот стояли два стражника. Без привычных доспехов, кольчуг, шлемов, и не вооружены пиками. Двое мускулистых смуглых мужчин в черных свободных блузах и кожаных брюках. У обоих роскошные шевелюры, угольная и огненная.

– Ты зачем здесь? – черноволосый удивленно заметил Дика.

– Замерз внизу? Огоньку захотелось? – засмеялся рыжий, грива у которого длинной, до плеч. Он покачал раскрытой ладонью перед лицом странника. Из пальцев возник огонь, как у фокусника.

– Мне нужен Тор.

– Сам король? – удивился и рыжий.

– У вас их несколько? – сухо пошутил Дик. И показал страже свой меч. – У меня к нему важный разговор.

– Это твоя верительная грамота? – спросил черноволосый и черноусый. – Подожди, отнесу ее королю. Если Тор пожелает принять тебя, ты пройдешь в ворота, а нет… извини. Аудиенция у короля дело сложное даже для его родни.

– Подожду, – кивнул Дик. – Но королю лучше принять меня. Иначе, сам войду.

Рыжий стражник насмешливо посмотрел на гостя, а черноволосый уже исчез под аркой. В ней темно, как в ущелье, ничего нельзя рассмотреть дальше ворот.

Черноусый стражник вернулся быстро. Он почтительно вернул Дику меч и теперь смотрел без насмешки, скорее, с суровым любопытством.

– Тор сказал, что знает тебя. И велел не впускать.

Заметно, что рыжий стражник удивлен больше Дика. Но переговариваться при госте стражи не стали. Молча преградили ему путь, скрестив руки на груди.

– Но мне надо повидать вашего короля, – повторил Дик.

– Нет, рыцарь. Нам приказано не впускать вас.

– Как сможете помешать? – Дик поднял меч и двинулся напролом, между ними: – Дорогу!

Стражники одинаковым жестом раскрыли замки рук на груди и выставили правые ладони. На Дика полыхнули две струи огня. Он рассек их мечом, точно так же, как защищался бы от атаки дракона. Поднял локоть, закрывая лицо. Широкая и высокая стена огня перекрыла ворота, и фигуры стражников потерялись за ней. Но если Дик хотел пройти, таким пустякам не остановить его. Ослепленные яркой границей пламени и темнотой ущелья, стражники и не заметили, как он проскользнул между ними. Они удивленно обернулись, когда Дик окликнул их шагов за двадцать от ворот, позади них.

Волосы Дика дымились, меч он держал не голой ладонью, а через рукав куртки, но, судя по тому, как ехидно показал стражникам "нос", ему было весело. рук на груди и выставили правые ладони. суровым любопытством

Рыжий кинулся вдогонку, выставив ладонь. Он хотел схватить незваного гостя за плечо. Развернувшись с боевой скоростью, Дик прижал лезвие плашмя к ладони стражника.

– Не советую.

Рыжий торелинг отдернул обожженную руку.

– Как пройти к королю?

– Туда. Только всё равно не пройдешь. За поворотом тебя остановит ещё один страж.

– Посмотрим.

Рыжий сердито усмехнулся, потирая руку. Похоже, раскаленный металл жжет и детей огня. Дик поблагодарил за указание дороги и пошел вверх по узкой тропинке, серпантином вырубленной в скале. Он догадывался, что надо подняться на вершину горы или найти вход в пещеру. Там и будет расположен дворец короля Тора.

Пройдя до первого поворота, Дик осторожно выглянул из-за скалы, думая увидеть новую заставу, где стражников уже не двое, а больше. Но людей впереди не оказалось. Дик видел только пролом в скале, вход в пещеру. Кто знает, что за ловушка таится в ней для незваного гостя? Прежде чем идти вперед самому, Дик бросил несколько камешков, чтобы шум на тропе привлек внимание стражи. Из пещеры, шумно дыша, высунул голову черный дракон.

Только слегка выглянув, он полностью перегородил тропу. А вылезти целиком из пещеры, наверно, и вовсе не смог бы. Такая встреча улыбалась Дику меньше всего. Он замер, пытаясь переждать стук сердца. Такой громкий, что странно, как от него не начался камнепад?

Дракон снова спрятался в своем логове. Убедившись, что ящер не высовывается поминутно, чтобы проверить, не идет ли кто по тропе, Дик спрятал меч в ножны и осторожно полез вверх по скале. Он прижимался к каждой трещинке в камне, чувствуя себя лягушкой, которая охотится на змею. Наконец Дик оказался прямо над входом пещеры и присел на узком карнизе. Он обрушил на тропу целый дождь мелких камней. Дракон немедленно высунул голову. Дик схватил его за один рог и приставил меч к уязвимой ямке на шее, пониже затылка.

– Отвези меня к королю Тору, иначе умрешь!

– Не могу, – жалобно сказал дракон, боясь оглянуться. – Я сижу на цепи, мне не уйти далеко от пещеры.

– Превратись в человека, выйди, покажи цепь, тогда поверю, – приказал Дик.

Дракон превратился, став похож на черноволосого стражника в железных вороненых доспехах с широкими наплечниками. Дик теперь держал его за прядь волос. Прыгнул сверху на плечи дракона, а мечом угрожал перерезать глотку.

Его пленник вышел из пещеры и действительно оказался прикованным за ногу длинной толстой цепью.

– Пропустишь меня? – спросил Дик.

– Не могу. Я должен сразиться со всяким, кто хочет пройти здесь без разрешения короля. Тор не ждет тебя, иначе ты не шел бы один.

– Ты прав, – Дик спрыгнул на камни, стараясь всё-таки оказаться уже по ту сторону дракона, надеясь сбежать, если представится удобный случай. – Нападай или защищайся!

Рыцарь-дракон выхватил меч.

Дик рассчитывал ловким ударом выбить у него оружие и удрать без оглядки. Но бой завязался всерьез. И дракон умудрился так упасть, уходя от удара, что Дик с размаху рубанул по цепи… Тут же со скалы с хохотом, напоминающим хищный клекот орла, слетел огромный ящер, полностью черный.

В ужасе от того, что натворил, Дик, не задумываясь, прыгнул со скалы следом и уцепился за хвост дракона. Острая пика царапала руку, дракон сперва даже не заметил дополнительный вес. А заметив, пытался разбить рыцаря о скалу. Но для этого он замахнулся хвостом. На излете Дик перехватил дракона за край крыла. Пытаясь стряхнуть человечка, повисшего на его левом крыле, ящер стал трепыхаться и терять высоту. Он давно не практиковался в полетах, на цепи охраняя владения Тора.

– Лети на вершину горы! – крикнул Дик. – Там сразимся нормально!

Дракон согласился на это условие и отчаянно замахал крыльями. Дик держался за перепонку крыла у самой спины, где тряска минимальная. К тому же ногой зацепился за костяной гребень на хвосте и так висел, думая только о том, чтоб не выронить меч.

Вершина оказалась плоской, как нарочно приспособленной для поединков. Приземляясь, дракон на минутку потерял Дика из виду и обнаружил рыцаря уже вместе с первой раной на своей передней лапе. Он подавил громовой рев, готовый вырваться из его груди. Дракону отнюдь не хотелось привлечь внимание стражи к своему побегу. Он рассчитывал быстро убить человечка и подняться в небо свободным. Чтобы оттуда обрушить на головы своих пленителей смерть и разрушения.

Но Дик никак не мог позволить дракону сбежать. Они дрались в людском обличье: дракон боялся, что его заметят раньше времени. Дик ранил его в плечо, не смертельно, не стой противник на самом краю площадки. Схватившись за плечо, он покачнулся и, несмотря на протянутую ему руку, сорвался в пропасть. На лету успел превратиться в дракона, но справиться с падением не сумел. Крылья путались, и дракон, кувыркаясь, с пронзительным воплем исчез внизу, откуда поднимался не то туман, не то дым.

Дик со вздохом оттер пот со лба, нашел тропинку и стал спускаться.

Очень скоро снова увидев пещеру, с входной аркой выше прежней, Дик присел на тропу, чтобы отдышаться. И подумал, что так бы и сидел здесь, болтая ногами над пропастью, вместо того, чтобы заботиться о разговорах со всякими королями. Но тут из пещеры высунулся молодой, тоже огненно-рыжий стражник.

– Ты хотел видеть короля? Входи.

Дик поднялся и поплелся в пещеру, не ожидая от приглашения ничего хорошего.