Текст книги "Приключения Благородного Дика. Первый сезон (СИ)"

Автор книги: Елена Крыжановская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 27 страниц)

Глава 18. Работорговцы и черный тигр

История тринадцатая, о том, как бандиты не пожелали продать Благородного Дика в рабство

Эту ночь Дик провел на дереве. В лесу неспокойно. Кто-то бродит вокруг. У Дика нет настроения выяснять, хищные звери там или люди, которые намного страшнее зверей. Он очень устал и с трудом добрался до широкой развилки на стволе ореха, обнявшей его, как удобное кресло.

Среди ночи его разбудила тревога. Дик замер, сел на ветке и стал медленно вертеть головой, словно волк, который ловит ветер. Он прислушивался и вглядывался в темноту и очень скоро заметил огонек. Далеко между деревьями горел костер.

Недолго пробыв странником, Дик уже научился доверять своему чутью опасности. Он совершенно уверен, что этот огонек из тех, от которых жди неприятностей. Всякий раз, когда ему не давали спокойно спать или мешали пройти, Дик сожалел о том, что он рыцарь. Другой путешественник на его месте мог либо не обращать внимания на огонь, либо сбежал бы как можно дальше. Но Дик считал своим долгом проверить, нет ли там, вблизи огонька, тех, кто нуждается в его защите? Впрочем, даже не открыв глаз, он уже знал, что есть. Чувство дороги не зовет просто так.

Дик неохотно спустился с дерева. Тихо-тихо, надеясь только одним глазком взглянуть на костер, а потом успеть всё хорошенько обдумать, он скользил между черных стволов, замирая возле каждого и прислушиваясь, словно они могли ему поведать о происходящем.

Вот и поляна, на которой горит дозорный костер. Полукругом ее обступили "короли леса" в окружении свиты из более мелкой поросли и кустарника. С другой стороны поднимается каменная стена. Вероятно, там есть пещера или глубокое укрытие среди камней. У костра сидит человек, с первого взгляда на которого ясен его род занятий. Дик на таких насмотрелся. Всю его жизнь они бродили вокруг родовых земель и замка Пангир как главная угроза для мирных жителей.

Бандит. В прошлом имеет отношение к армии. Увешан оружием, как дерево – плодами. На груди лесная перевязь крест-накрест, на ней два кинжала. В руках небольшой охотничий нож, на поясе маленький лесной арбалет и короткая дубинка с шипами, из сапога торчит хлыст. Это не считая меча и лука с боевыми стрелами на плече, без них кто же сунется в лес?!

Одет в лесной костюм: темный кожаный дублет – длинная куртка без рукавов, короткие брюки, сапоги выше колен. Рубашка темно-зеленая, плащ почти черный. Самые маскировочные цвета для леса. Так одеваются королевские охотники, только у тех на груди или на плече непременно виден яркий герб их хозяина. Лицо резко расчерчено морщинами и шрамами от колючек и веток. Лес не любит таких и часто закрывает перед ними дорогу. Но бандиты, как правило, не отступают, а прорубают непролазную чащу мечом.

Дику хватило полсекунды, чтобы понять, с кем он имеет дело. Поэтому, стараясь ничем не выдать своего присутствия, он отступал, надеясь обойти камни с другой стороны и разведать, что бандиты там прячут.

Резкий крик совы: "Опасность!" – не помог Дику. Он не успел оглянуться и выхватить меч. Его локти намертво сжали очень крепкие кольца. Бандит у костра вскочил, вглядываясь в чащу.

– Не стреляй, Бродин, – подал голос другой дозорный, который обходил поляну. – Я кого-то поймал!

– Всё, сдаюсь, руки убери! – Дик мигом оценил крепость захвата и не вырывался напрасно. Тем более, что делать резкие движения ему больно.

– Оружие! – потребовал бандит.

– Да пожалуйста… – Дик отстегнул с пояса меч и небрежно подал бандиту. Тот забрал Тореллинг и вывел пленника на поляну.

– Ого, какая добыча, Гарелл! – восхитился тот бандит, что ждал у костра. Его восторг вызвал сияющий в отблесках огня меч. – А зачем тебе эта игрушка, парень? Что, умеешь с ней обращаться? – он смерил пленника скептическим взглядом.

– Да нет, просто так с собой таскаю. Подарили, неудобно отказываться!

– Ты кричать не собираешься, я надеюсь? – тот, кого звали Бродин угрожающе поиграл ножом: – Не советую. Разбудишь всех, а себе только хуже сделаешь, – увидев в глазах пленника понимание, он бережно взял в руки Тореллинг. – Рассказывай, от кого такой подарок? Отцовский?

– Мой.

– Может, тебе подарила его прекрасная дама? – глухо засмеялся тот, что схватил Дика.

– Сразу три.

Бандитов развеселили его слова, но лишь до тех пор, пока первый не открыл герб на лезвии. Тут же они оборвали смех и стали беспокойно оглядываться. Бродин показал клинок Гареллу.

– Ты имеешь отношение к принцам леса? – хрипло спросил Гарелл.

– Вот к кому не имею отношения, так это к принцам! – со злостью ответил Дик. – Шел своей дорогой и заметил огонь. А что сами делаете в лесу?

– Нет, он всё-таки слишком разговорчив, – сокрушался Бродин. – В пещеру его сейчас нельзя, люди спят. Поставь здесь, Гарелл, – сказал он про Дика, словно про вещь, и ткнул пальцем в ближайшего "короля леса" – ровный, как колонна, полторастолетний южный дуб с мелкими ажурными листьями и правильной круглой кроной.

Бандит грубо толкнул Дика спиной к дереву и стянул его руки веревкой по другую сторону ствола. Дик зашипел сквозь зубы, чувствуя, как каждый острый изгиб коры впивается ему в спину.

– Вот так, – довольно похлопал его по плечу Гарелл. – Будешь вести себя тихо? Или заткнуть рот будет всё-таки надежнее? Погоди, что это у тебя?.. – он дернул куртку с плеча Дика и провел рукой под ней. Показал своему сообщнику раскрытую ладонь, всю в крови.

– Что ж ты не сказал, что ранен? – нахмурился Бродин.

– Что это меняет?

Бандиты вздохнули с разочарованием.

– Для тебя – всё, – пояснил Бродин. – Да и нашим планам наносит серьезный урон. Что там?

– Полоски, – вместо Дика откликнулся Гарелл, вытирая ладонь о траву.

– Медведь что ли цапнул?

– Угу, – кивнул пленник.

– Как же, медведь! Тигр! – недовольно передразнил Гарелл. – Сколько?

– Чего, медведей?

Бандит дёрнул его за куртку на груди.

– Хочешь, чтобы сам пересчитал? – злобно зашипел он в лицо пленнику. – Дурачком не прикидывайся! Когти никогда так часто не перекрещиваются. Думаешь, не знаю, что за зверь такие следы оставляет? Говори, сколько?

– Полста.

Бандит невольно разжал пальцы и тихо присвистнул.

– Сколько хвостов?

– Не помню. Два или три.

Гарелл и Бродин переглянулись.

– Безнадежно. За сотню. Куда его теперь с такой шкурой?

– Придется оставить, – всерьез огорчился Бродин. – Жаль, товар хороший. Из наших почти никто не умеет обращаться с мечом. Лучников десятка два будет, но рыцарь… Эх, жаль…

– Вы рассчитывали меня продать? – поинтересовался Дик. – Не секрет, кому?

– Уж кто купит, тому и достался бы. Для начала всю партию мы сплавляем одному типу, который ведет караван через край пустыни. На Востоке идет война, гибнут люди, нужны рабы, чтобы заменить рядовых и слуг. А с Юго-Востока покупать, знаешь, как дорого? Там ведь доставка морем… Конечно, там выбор получше и гораздо больше сильных мужчин, у нас так, молодняк, кто тут уже остался-то, после стольких королевских призывов в армию? Но у нас товар дешевле и путь короче. Поэтому караванщикам выгодно. Как же не повезло, а? – бандит сокрушенно цокал языком. – Мы могли за тебя до ста монет взять! Как не повезло…

Дику казалось смешным, что бандиты рассчитывают на его сочувствие.

– Ну, тебе-то, ещё больше не повезло, – мрачно заметил Гарелл. – Если останешься здесь, то медведи или кто там ещё, теперь точно до тебя доберутся. Нам совсем некстати, чтобы кто-то навел на наш след людей. Не рассчитывай, что отпустим.

Дик смотрел, как бандиты, сидя у костра, разглядывают его меч. Понимают ведь, что за именной ничего не выручить, он не станет служить чужой руке, а всё равно жадность гложет их, ни за что не бросят. За отвесной каменной глыбой скользнули какие-то светлые тени. Дик сообразил, что кто-то из будущих рабов решился бежать. Он старался не смотреть в ту сторону, чтобы не привлечь внимания стражников, даже закрыл глаза. Но через несколько минут предательски хрустнула ветка, дозорные снова вскочили и очень быстро настигли беглецов. В темноте их выдала светлая холщовая одежда.

Двоих упирающихся мальчишек вытащили на поляну. Старший сумел вырваться, но Бродин выхватил из костра головешку, дернул к себе за ногу маленького (тот растянулся на траве) и пригрозил поджарить его, если второй не вернется. То, что мальчишки – братья, ясно с первого взгляда. Расчет бандита оказался верный. Старший, лет четырнадцати-пятнадцати, больше не сопротивлялся. Беглецов также привязали к дубам по краю поляны, на расстоянии метров пять друг от друга и от Дика. Послышался треск холста: Гарелл оторвал рукав у старшего пленника, разодрал на полосы и лишил мальчишек возможности кричать, плотно завязав им рты.

– Будет тебе компания, – бросил Дику Бродин. – А медведям закуска. Идем собираться, надо мотать отсюда.

– Куда среди ночи?

– Хоть иногда не спорь со мной, Гарелл! Чую, это гиблое место. До утра успеем пройти немало. Главное, выйти к речке, уж вдоль берега не заблудимся.

– Ох, как не одно, так другое! – бандиты затоптали костер. В последний раз осветили поляну двумя факелами и скрылись за камнем. До пленников долетал скрип колес, приглушенные окрики, шуршание по камню и шаги многих людей по лесной тропе.

– Эй, соседи! – окликнул Дик братьев, когда шум невольничьего каравана затих. – Зацепите узел об кору и мотайте головой, пока намордник не свалится!

– Спасибо! – старший сбросил полоску холста и вытолкнул языком кляп. – Постарайся, Нерилль! Тянись вверх, чтобы тряпка соскочила на шею.

– Готово! – после отчаянной борьбы подал голос младший. – А с веревкой что делать?

Дик услышал в тонком голосе абсолютную веру в то, что освободиться полностью будет ничуть не сложнее. Надо только знать секрет.

– Тебе сколько лет?

– Восемь! Я уже большой!

– Руки не достают вокруг ствола?

– Не-а, – с сожалением откликнулся Нерилль.

– Отлично! Можешь взяться за свою веревку? Возьми крепко и дергай ее вверх-вниз по коре, пока не распилишь.

– Дерево? – ужаснулся младший пленник.

Дик беззвучно рассмеялся. Старший брат подбадривал младшего, говорил ему беречь пальцы, но не жалеть сил. Сам он, сколько ни старался, мог только царапать руки о кору. Веревка, натянутая между запястьями, слишком короткая.

Дик и старший брат по имени Сивил напряженно прислушивались к сухому шороху и частому дыханию Нерилля. Он старался как только мог, хотя вряд ли всерьез понимал, что им троим его неудача может стоить жизни.

– Подождите! – вдруг забеспокоился старший брат. – Что это?

Далеко за скалой послышался рокочущий звук, словно перекатывались круглые камни. Очень скоро звук повторился более отчетливо и гораздо ближе к поляне.

– Это зверь? – задрожал младший.

– Да, – очень уверенно сказал Дик. – Кто-то большой и хищный охотится неподалеку. И сейчас выйдет к нам на поляну. Уже идет… и не думай кричать, Нерилль. Он идет сюда. И конечно бросится на тебя первого!

– Нет!

– Перестань! – сквозь зубы зарычал Сивил, не хуже зверя. – Не бойся, Нерилль!

– А чем ты можешь его защитить? – резко перебил Дик. – Зверь уже выбрал жертву, потому что Нерилль самый молоденький и самый вкусный! Видишь, как горят глаза в темноте?..

Младший из пленников отчаянно дернулся, забился, как птица в силках, но веревка ещё не поддалась. Нерилль жалобно пискнул и повис, точно мертвый.

– Что ты натворил! – с комом слез и ярости в горле накинулся на Дика Сивил.

– Зато он теперь в безопасности, успокойся. Так и думал, что Нерилль успел поверить, будто я хорошо знаю, что говорю. А сам сможешь притвориться таким же бесчувственным?

– Для чего?

– Чтобы вас не тронули. Зверь сразу пойдет ко мне.

– Почему? – шепотом спросил Сивилл. Он ясно чувствовал, как приближается что-то невидимое и огромное.

– Потому что почует кровь. Исчезни! Представь, что тебя здесь нет!

Протяжный рык прокатился по всей поляне. Большие желто-зеленые огни плавно закачались в воздухе, словно плыли по волнам. Но зверь оставался невидимым. Вокруг пары светлячков тьма как будто сгустилась ещё сильнее. У тьмы были мягкие лапы, она шла к центру поляны, недовольно принюхиваясь к дымку костра, и внутри нее перекатывалось глухое ворчание, словно в грозовой туче.

Только завидев огни, Дик сильнее прижался спиной к стволу и повел плечами, срывая рубцы. По левому локтю поползла струйка крови. Горящие глаза повернулись в его сторону и внимательно расширились.

"Кровь!" – пробивалось в рычании. – "Чую кровь!"

Облизав губы, Дик старательно засвистел приветственный сигнал лесной страны: "Храни лес, и он не выдаст тебя!" – справедливо рассудив, что если он понимает зверя, значит, тот рычит на общелесном.

Хищник не обратил внимания на приветствие. Только зарычал ещё более злобно. Глаза горели так ярко, что Дику казалось, они освещают поляну. И он ясно видел черную морду с оскаленной пастью, в которой белели длинные сомкнутые клыки. Пасть дышала перед ним на уровне груди, на расстоянии вытянутой руки. К сожалению, Дик никак не мог протянуть к ней руку.

Он сбивчиво повторил сигнал, чувствуя, что ещё немного, и клыки сомкнутся на его шее.[1] Мягкая тень задела Дика крыльями по лицу. Он зажмурился, удивляясь, что удар лапы такой ласковый. Но это сверху на морду зверя спикировала сова. И разразилась возмущенным уханьем. Она так захлебывалась, перекрикивая рычание, что казалось, внутри совы кипит огромный котел. Рычание зверя поднялось до пронзительных нот. Сова налетала, норовя ущипнуть за нос и с трудом уворачивалась от ударов когтистых лап.

Кто не понимает общелесной язык, и тот догадался бы, что они ругаются, а кто понимает, всё равно не успел бы уследить за обменом любезностями.

Дик отметил только, что в качестве увещевания сова использовала всё то же приветствие, подкрепляя его смысл ударами крыльев. Мол, что ж ты зверюга бессовестная, не слышишь, как к тебе обращаются?! И один раз он разобрал, что сова обзывает зверя в женском роде, говоря что-то в том смысле, что "ты сама дура и детей таких же глупых плодить будешь". И ещё он сообразил, кто вышел на поляну.

Черный тигр. Вернее, тигрица. Раза в два больше желто-полосатых, которые тут не водились. Дик, честно говоря, черного тигра в лесу видел впервые. До сих пор знал этого зверя по шкурам, которые очень дорого стоили. Ведь убивать "несъедобных" животных можно только в случае, если они сами нападут на охотника. Иначе всем селением или королевством вовек не расплатишься с лесным государем.

Тигрица немного отступила, недовольно прижала уши и опустила голову, закрываясь лапами от совы. Ее ворчание стало недоуменным и примирительным.

– Спасибо за помощь! – теперь Дик старался успокоить сову. Она описывала круги над поляной, всё никак не могла прийти в себя от возмущения. – Приветствую тебя именем Трех принцесс, – сказал он тигрице. – Ты ведь понимаешь меня?

Она утвердительно рыкнула и снова потянулась к Дику, шумно дыша.

– Ты не можешь меня убить, – быстро предупредил он. – Я крестник леса!

– Кровь! – рычала тигрица. Ещё чуть-чуть, и она снова потеряет голову.

– Помоги мне. Можешь разорвать веревку?

Тигрица обошла вокруг дуба, продолжая рычать своё "чую кровь!" Подумав, она признала, что не сможет удержаться и не разорвать человека, если пустит в ход когти или зубы. Дик понял ее.

– Тогда, пожалуйста, освободи того мальчика, только очень осторожно, не поцарапай. Он гость леса, его нельзя есть. Поняла? – Дик кивком указал ей на смутный белый силуэт возле дерева. Сивил, почти не дыша, так хорошо притворился, что его нет на поляне, что тигрица его до сих пор не заметила.

С удивлением узнав, что тут есть ещё кто-то, тигрица подошла и потерлась, как кошка, о другого пленника. Сивил не вызывал у хищницы такой кровожадной страсти, как Дик. Вероятно, тигрица старалась представить, что это ее детеныш, который нуждается в помощи. Встав в полный рост, она стала точить когти о ствол дерева. На Сивила посыпался дождь дубовой коры. Примерившись, тигрица стала рвать когтями веревку внизу. Ей с трудом удавалось попасть одной лапой между запястьями и не задеть их. Чувствуя прикосновения теплых широких подушечек, Сивил прилагал все усилия, чтобы не дернуться и ничем не испугать зверя. Не сумев перервать крепкие волокна когтями, тигрица зацепила их клыком и стала жевать.

Дик всё время говорил с тигрицей, отвлекая ее от нежной молодой плоти почти в ее пасти. Она касалась носом ладони Сивила, но в любой момент могла впиться в него зубами. Сова гораздо спокойнее описывала круги, зорко следя за порядком. Ущербная луна зависла почти строго над центром поляны и стало светлее. Дик видел, как старший брат, освободившись, кинулся к младшему. Нерилль пока так и не очнулся. Но это узникам поляны казалось, что прошло больше часа, на самом деле тигрица появилась от силы пять минут назад. Младший брат замер в шаге от свободы, ему не хватило нескольких пилящих движений. Сивил с легкостью разорвал разлохмаченную веревку и подхватил младшего брата на руки. Но, обернувшись, нос к носу столкнулся с тигрицей.

– Оставь! Не съест она его! – крикнул Дик. – Иди сюда!

Видя, что тигрица легла на траву в стороне от Нерилля, и не желая оставаться с ней один на один, старший брат осторожно обошел ее и пересек поляну.

– Как тут распутаешь? – сердился Сивил, когда Дик торопил его. – Ты так затянул узлы, зубами не развязать!

– Хочешь позвать на помощь ее клыки? – мрачно пошутил Дик. – Уж постарайся, а то представь, что будет, если Нерилль очнется и увидит ее рядом.

– Ты хоть уверен, что она не разорвет его?

– В чем могу быть уверен?! Дальше!

Наконец узлы ослабли, и Дик выдернул руку из петли. Тяжело дыша, мальчишки сели на траву под деревом.

– Эй, послушай, знаешь, где река? – обратился издали Дик к тигрице. – Нам нужна вода. Отведи нас к воде!

В этот момент тигрица встала и настороженно потянулась мордой к Нериллю.

– Не трогай! – сдавленно крикнул старший брат, понимая, что резких движений делать нельзя и кричать на хищницу не желательно. Но страх за брата сильнее благоразумия. Сивил слишком далеко, чтобы помешать зверю.

– Не тронь его, это ребенок, – намного спокойнее и громче приказал Дик. На что тигрица раздраженно фыркнула в смысле "без тебя знаю". Животные не изъяснялись сложными фразами, вкладывая в самый краткий общий сигнал различную интонацию. Их Дик научился понимать прекрасно, не то что эльфов, которые своим щебетанием могли говорить так же свободно, как нормальным человеческим языком. То есть, могли не только ругаться, но умели делать изощренные комплементы в стихах и язвительно шутить.

Видя, что малыш приходит в себя, тигрица стала лизать его щеку огромным шершавым языком. Нерилль, чувствуя сильную слабость и головокружение, не только не испугался ее, а потянулся и обнял тигрицу за шею, ища поддержки. Возможно, в темноте она показалась ему огромной доброй собакой и действительно помогла мальчику встать на ноги. Старший брат уже стоял рядом. Его сердце билось гораздо неспокойнее, чуть не выпрыгивало из горла.

– А Дик сказал, что ты злая, – Нерилль потрепал тигрицу между ушами. На что она очень явственно проворчала: "Вот ещё глупости!" – Ты кто?

– Это черный тигр. Осторожно, – предупредил брат. – Тигрица из леса. Она помогла нам освободиться.

– Тигрица, – гладя широкий череп хищницы, повторил Нерилль. Он почти мурлыкал: – Тигр-р-рица! Я буду тебя звать Р-рица.

Сова удивленно вскрикнула в последний раз и пропала. Тигрица тоже удивилась.

– Она не понимает, как ты узнал ее имя! – со смехом сообщил Дик. – Теперь она видит в тебе своего повелителя. Попроси, пусть отведет нас к реке!

– Ее правда зовут Р-рица? – изумился Нерилль. – Ты что, понимаешь, что она говорит? – дошло до него в следующий миг.

– Главное, она тебя понимает, – прервал его вопросы Дик. – С раскатистым "р", не перепутай! Обращайся к ней только так.

– Р-рица, ты можешь отвести нас к реке? – доверчиво спросил Нерилль.

Черная хищница вильнула всем телом и пошла вперед, в заросли.

– Ой, она же черная! Как я ее увижу в лесу?

– Держи за хвост, чтобы не убежала!

– Разве можно? – испугался Сивил.

Дик беспечно отмахнулся:

– Ему теперь всё можно. Больше, чем ее родному тигренку. Идите, буду держаться на расстоянии.

Они петляли по лесу звериной тропой, указанной Р-рицей, около получаса. Лесные кустарники сменились прибрежной лозой, вскоре под ногами захлюпало и, пройдя вдоль стены камыша и осоки, они вышли на пятачок плоского берега. Дик тут же, не раздеваясь, нырнул в воду и отплыл на глубину, чтобы смыть кровь. Выйдя ближе к берегу, где вода ему по грудь, Дик бросил Сивилу кремниевый фонарик и велел сделать хороший факел из травы.

– Зачем?

– Рыбу ловить будем. Думаю, тут руками можно возле берега что-нибудь достать. Посвети!

Очень скоро две крупных рыбины, вроде лосося, прыгали на берегу. Дик бросил их в сторону Р-рицы. Та немедленно утащила подарок и с урчанием съела. А потом ещё одного лосося, самого крупного.

– За каждого по рыбке, это скромно, но больше нет, – Дик со вздохом вышел на берег.

– Думаешь, это задобрит Р-рицу? – усомнился Сивил. – Она такая огромная…

– Главное, что Нерилль теперь ее властелин и любимчик! Нам больше ничего не грозит. Можно даже лечь спать, – Дик зевнул.

– Ты в своем уме?

– А что? Охрана у нас – лучше не надо. И, надеюсь, она никуда не сбежит. А то на завтра у меня планы, с участием Р-рицы.

– Что ты задумал? – напрягся Сивил. – Догнать их, да?

– Угадал. Спи. И Нерилль пусть отдохнет. Ему сегодня досталось больше всех…

– Ещё бы! Ты ведь не знаешь, как нас днем поймали. В двух шагах от дома!

– Тем более. Завтра разговоры, всё завтра… – Дик ещё раз отчаянно зевнул, улегся очень близко к воде и провалился в сон.

Нерилль тоже спал, обняв одной рукой шею Р-рицы. Его брат зябко поежился, потер голое плечо и стал ломать камыш. Устроил себе роскошную теплую подстилку, зарылся в нее и, закрывая глаза, успел заметить, что небо уже посветлело. Начинался новый день.