Текст книги "Подарок рыжей феи (СИ)"
Автор книги: Елена Крыжановская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)
44. Прятки в ущелье
.
Через пару часов наблюдательный пост занял Джордано, а Гиацинт с Виолой спустились в овраг. Было очень жарко и все спрятались в тень, под каменный козырёк пещеры.
Друзья томились от вынужденного бездействия и старались придумать план, который поможет им добраться до стоянки "Дельфиниума" за рыбачьей деревней. Натал должен перевести отряд туда, если с теми, кто ушёл на разведку к форту, что-нибудь случится.
– По суше нам не пройти, – вздохнул Розанчик. – Только морем.
Виола поддержала его, ведь по берегу днём и ночью ходят матросы с "Геснера" и люди из форта. Пусть Неро даже счёл их погибшими в пещере, всё равно на берегу встреча с пиратами гарантирована.
Гиацинт размышлял вслух:
– У них три шлюпки, вернее, после моего побега, думаю, осталось две. Даже если удастся, пока не знаю как, захватить одну их них, вторая кинется в погоню. Жаль, никак нельзя угнать "Геснер", – с сожалением вздохнул он.
Розанчик спросил:
– А почему нельзя? Людей на нём немного, особенно ночью…
– Ты что, – безнадёжно махнул рукой Гиацинт, – "Чёрный Гесс" лежит сейчас кверху брюхом, как акула на отмели. Попробуй быстро вывести его в море! Что бы такое придумать, чтоб они не палили в нас из пушек, не переставая?
– Я ж предлагал вариант, – тихо напомнил Розанчик, но не отстаивал своё предложение, помня реакцию графа. – Мда… что бы такое придумать…
– Нужен какой-то отвлекающий манёвр, – откликнулась Виола. – Может, устроим пожар в форте?
– Интересно как? – хмыкнул Розанчик. – Если мы не можем просто выйти и вдоль скалы добраться до берега, пройти каких-то пятьдесят метров – нас, сто процентов, заметят. То как мы проберёмся к форту, где наверняка стоит охрана и наблюдатель на вышке…
– Обязательно, – кивнул Гиацинт. – Если нам даже удастся отвлечь их внимание и выйти в море, то я уж молчу про пушки в форте, но чтобы поднять "Гесс" и дать залп из его пушек, им понадобится минуты две. Стоит только отдать якоря левого борта, развернуть его и дать приказ канонирам. Ну, пока сообразят… максимум пять минут. Как думаешь, успеем мы уйти достаточно далеко?
Розанчик покачал головой:
– Конечно, нет. Тогда что остается? Сидеть и ждать прихода наших ребят сюда, для переговоров с Чёрным Тюльпаном?
– А толку от этого? – возразила Виола. – Преимущество на стороне принца, что мы сможем сделать?
План снова разваливался. Они старались просчитать наилучший вариант: их всего четверо, а бандитов, по крайней мере, не меньше сотни. Идеальным представлялось захватить «Геснер», но корабль загорал на мели, и Гиацинт сказал, что работы там ещё дня на три, не меньше. К тому же, они с Виолой видели, на борту самого «Геснера» тоже идет какой-то ремонт. Вряд ли бриг останется без охраны ночью.
Розанчик мечтательно возвёл глаза к небу:
– По-моему, проще захватить форт. Если к нему незаметно подобраться и проникнуть внутрь, мы могли бы дождаться прихода яхты или заставить Неро` обменять крепость на "Геснер" и сами вышли бы навстречу.
– Как ты его захватишь? – возразил Гиацинт. – Сен-Тюлип неприступная крепость, а у нас – ни людей, ни оружия… Ни времени.
Розанчик разочарованно вздохнул, опускаясь с высот фантазии на землю:
– Эх! Знать бы, сколько там человек, внутреннее расположение, артиллерию, часы смены караула… Знаешь, граф, нам сейчас бы очень пригодилась твоя девчонка. Она-то наверняка всё знает…
– А я здесь! – спокойно сказал голос Омелы, и сама она вышла из темноты.
Друзья в замешательстве уставились на маленькую фею, возникшую перед ними будто бы прямо из стены.
– Испугались, да? – порадовалась Омела, подходя к ним.
Розанчик вытаращил глаза:
– От-ткуда ты взялась?
– Оттуда, – она махнула рукой на пещеру.
Гиацинт пристально смотрел на неё:
– Ты обещала больше не приходить.
Омела возмущённо тряхнула косичками:
– Неправда! Я обещала прийти и сказала, что вы больше не увидите, какя приду.
– Ну икакты пришла? – граф толкнул ногой Розанчика, чтобы тот не высказал собственные предположения.
Омела охотно рассказала:
– Это ущелье – вообще моё место, так что я могу приходить, когда захочу. Всегда, если мы живём в Сен-Тюлип, я играю здесь в Робинзона, так что теперь, вы все – мои Пятницы!
Малышка задумалась:
– Пожалуй, не-а, не все… – Она положила руку на плечо Виоле: – Ты будешь Воскресенье, тот мальчик, которого сейчас нет, будет Пятницей. Его как зовут?
– Джордано.
Омела удовлетворённо кивнула:
– Хорошо, запомню. Но он всё равно будет Пятницей. Ты… – (оценивающий взгляд на Розанчика), – ты будешь попугаем. Ну-ка скажи: "Пиастры!"
– Это из "Острова Сокровищ"! – возмутился Розанчик.
Омела не дрогнула:
– Неважно. Мне Неро` рассказывал и такую сказку. Если хотите, сыграем и в неё… Ну скажи: "Пиастры! Пиастры!"
– Нер-ро дур-рак! – попугайским голосом проворчал Розанчик.
– Неплохо, – скептически оценила малышка, смерив пажа взглядом строгой учительницы. – Так, попугай есть, козы здесь живут настоящие, можем играть.
– А я? – удивлённо, с обидой, спросил Гиацинт.
Омела отмахнулась:
– Ты будешь дикарём-людоедом, это же ясно!
Виола, смеясь, обняла девочку:
– Умница! Мы будем охотиться за ним, поймаем и съедим.
– Как так "съедим"? – возмутился граф. – Я же людоед, а не вы!
– Молчи уж, "людоед". – Виола скопировала интонацию Омелы: – Чтобы ты не съел нас, мы съедим тебя первыми, это же ясно!
Омела тяжело вздохнула:
– Да, сейчас время обеда… Я потому и пришла, думала, вы не рассердитесь, – она показала корзинку с явно торчащими горлышками двух бутылок.
Гиацинт кивнул на подарок:
– Опять бордо`? А ананасов нет? С мороженым?
– Нет. И какое вино, я не знаю, ведь я не умею читать, – загрустила малышка. – Просто красное, какое нашла. И жареная индюшка с яблоками.
Гиацинт кивнул Розанчику:
– Зови Джордано. Пока индюшка не остыла, – он в упор смотрел на притихшую Омелу. Та подняла на него свои огромные совершенно чёрные глаза:
– Значит, в прятки играть не будем?
– Будем. Позже, после обеда. И после того, как ты скажешь, как пришла сюда. И зачем.
Омела перевела взгляд на Виолу, решая, можно ли говорить при ней, потом обратно, на Гиацинта. И просто сказала:
– Вы же хотите узнать, как пробраться в форт? Ну, я покажу вам подземный ход прямо до винного погреба. – Она достала из корзинки связку толстых свечей. – Раз вы не хотите играть, будем прятаться по-настоящему.
Немного помолчав, Омела спросила:
– Сколько вас было два дня назад?
– Четверо, – удивилась Виола и тревожно нахмурилась: – То есть, у нас оставались друзья на берегу… Ты что-то знаешь о них?
Омела кивнула:
– Я слышала. Вы спрятались в пещере, да?
– Да.
– Вам повезло. Когда вы убежали, два наших отряда нашли вашу стоянку на склоне. Они искали его – (она подбородком указала на Гиацинта), – а нашли других. Они огорчились, и была маленькая война. На целый день.
Виола сжала виски руками:
– О, Господи…
Джордано и Розанчик, вернувшись, стояли рядом. Они слышали последнюю фразу Омелы.
– И… Кто? – тихо спросил Гиацинт.
– Я спрашиваю, сколько вас было? – спокойно повторила Омела. – Потому что осталось не больше шести.
– Двадцать девять, – уронила Виола. – Это без нас. – Она подняла глаза на ребят: – Если Натал не успел вернуться, тогда в лагере оставалось двадцать шесть человек.
Они молчали. Омела окинула их взором и продолжала очень ровным голосом:
– Не знаю, о чём вы говорите, но в вашем отряде было два командира, когда они дрались с нашими.
Значит, Натал вернулся, и с ним двое матросов с «Дельфиниума». Всего их дралось с пиратами двадцать девять, кто же остался в живых?
Гиацинт посмотрел на девочку:
– Говоришь, шестеро остались. Где они, в форте?
– Нет, убежали, – ответила Омела. – Они оставались последними, как рассказывали наши ребята. Все отступали в горы. Их не нашли, и наши вернулись в форт. Сказали, что от вашего отряда осталось не больше шести человек, и я это слышала.
– А… кто остался?
Омела сердито спросила:
– Откуда я знаю? Я их не видела! Солдаты остались…
– Командиров убили? – через силу выговорила Виола, не глядя на девочку.
– Одного убили, – подумав, сообщила Омела. – Я не знаю, какой он был…
Взгляды друзей встретились:
– Нат? Не может быть…
– Может, – холодно возразил Гиацинт, и лицо у него стало таким, как в тот вечер, когда сообщили о пожаре в порту. – Это тот, с кем всё может быть. Но будем думать, что нет. Раз я ещё жив, думаю, и он тоже. Кто второй? – спросил он Джордано.
– Комендант флорентийского гарнизона. Солдаты моего отца…
– Да, вы говорили, – Гиацинт закусил губу и снова обратился к Омеле: – Детка, может ты слышала ещё какие-нибудь подробности. Может, говорили что-то про убитого командира, не можешь сказать?
Омела покачала головой:
– Они сказали, "один из главарей сбежал", откуда я знаю, кто? Вам виднее, кто оставался в лагере.
– Да, спасибо. Ты умница. – Гиацинт обвёл глазами своих: – Значит, шестеро. И нас четверо, и "Дельфиниум"… Они не придут к нам на помощь. Надо удирать отсюда и поскорей. – Он повернулся к Омеле: – Ты нам поможешь?
Девочка ничего не успела ответить, потому что Виола разрыдалась. Гиацинт левой рукой прижал её к себе и гладил по волосам, пытаясь успокоить. Мальчишки сели на землю, закрыв лица руками.
Больше двадцати солдат и Натал… А может, это он спасся? Где же они сейчас?… Ужасно.
Омела горестно развела руками:
– Но вы же не хотели играть. Вы же просили правду.
– Тацетта, хоть, сдох, надеюсь! – Розанчик глотал слёзы и не обратил внимания на молнию, метнувшуюся из глаз Гиацинта.
Омела внимательно посмотрела на пажа и обернулась к Гиацинту:
– Он умер вчера вечером. Это ты убил моего папу?
Выдержав ее взгляд пару секунд, он снова опустил голову:
– Да.
– Нет! – всхлипнула Виола, оторвав залитое слезами лицо от плеча мужа. – Это я его убила!
– Ты? – удивилась девочка без малейшей враждебности.
– Мы вместе стреляли, – тихо объяснил Гиацинт. – Думаю, попали оба. – Он снова поднял глаза на ребёнка: – Зачем ты спросила, если и так знала?
– Мне надо знать точно, – ответила Омела. – Значит, она тоже? – Девочка изучающе рассматривала Виолу. – Странно… Но так будет совсем правильно. Хотя странно: мамы у меня ещё не было… – Она серьёзно посмотрела на всех четверых, заключая договор: – Я помогу вам, если увезёте меня с собой.
– Куда это? – Джордано растерянно переводил взгляд с Гиацинта на девочку.
Омела развела в стороны ладошки, показывая на весь мир:
– Мне всё равно. Вы должны меня забрать.
– Подожди, – граф отстранил Виолу.
Омела спокойно глядела на него. Поставила корзинку на камни и засунула обе руки в карман на животе. Одна рыжая косичка лежала на плече, вторая торчала горизонтально. Склонив голову набок, малышка выжидательно смотрела на Гиацинта.
Он сидя наклонился вперёд, положив локти на колени:
– Это с какой же радости мы должны тебя куда-то забрать?
– Потому что ты теперь – мой папа, – терпеливо объяснила Омела и показала глазами на Виолу: – А она – мама. У вас ведь всё равно должны быть дети, вот, я и буду первой.
– Маленькая, но это невозможно, – начал Гиацинт.
– Почему? – её глаза колюче сузились. – Ты меня не любишь?
Он бессильно взъерошил волосы:
– Ну, люблю, но пойми, девочка, куда мы с тобой денемся? Не исключено, нас всех перестреляют по дороге к берегу или через пять минут после отплытия. Зачем тебе связываться с нами, если ты прекрасно можешь жить в форте с Неро`. Он тебя тоже любит.
Но у Омелы были на этот счёт свои соображения, и она резонно заметила:
– Но ведь моего папу убил ты.
– Мы были вынуждены, иначе он бы убил нас.
– Я знаю, – кивнула Омела. – Но теперь ты должен взять меня к себе.
– Куда, к себе?! У нас же ничего нет, ни денег, ни крыши над головой!
– А это что? – Омела невозмутимо подняла палец, показывая на потолок пещеры.
Гиацинт хмуро взглянул на неё:
– Как ты не понимаешь?
– Я всё понимаю! – отрезала Омела. – Ты убил того, кто заботился обо мне, теперь это твоя обязанность! Ясно?
– Дикость какая-то, – обречённо вздохнул Гиацинт. – Не могу я тебя забрать, мне просто некуда.
– А было бы куда, взял бы? – прокурорским тоном спросила Омела.
– Паразитка, – он безнадежно качал головой. – Шантажировать людей это… ну, в общем…
– А оставлять детей сиротами – хорошо? – перебила она.
Гиацинт собрал всю твердость и сказал своё последнее слово:
– Я тебя не возьму, потому что не могу тебя защитить и не смогу заботиться о тебе как отец. Ищи себе другого папочку. Неро` с радостью согласится на эту роль!
Омела дипломатично улыбнулась:
– Ладно. Поговорим после, а сейчас можете пообедать. У вас мало времени, надо начинать войну.
Она разложила на большой салфетке принесённую еду и наблюдала, как они обедают. Девочка вздыхала, бормоча обещающим тоном:
– Ну, раз вы играть не хотите…
С индюшкой быстро покончили, хотя особого аппетита у друзей не было. Никак не получалось забыть, что двадцать три человека из почти тридцати, оставшихся ждать их в тот день, больше никогда не вернутся домой из этого похода.
Не может быть, ведь не война же! У коменданта осталось двое детей, таких как эта малышка Омела, но вряд ли они так быстро найдут себе другого отца. А Амариллис? Если Натал, не дай Бог… Неизвестно, правда, увидят ли своих родных они сами, окружённые со всех сторон камнями и угрозой смерти в любую минуту. Если придётся выбирать между пиратами и пещерой, они предпочтут смертный бой, чем снова играть в прятки с темнотой и со смертью.
– Если вы не хотите просто играть, – ворчала Омела, – давайте играть серьёзно…
45.
Она рассказала, что в форте сейчас, считая и матросов с «Геснера», почти двести человек. Ход из катакомб ведёт в винный погреб Сен-Тюлип. Сразу за ним – караульное помещение для солдат, а первая дверь направо под лестницей в караулку, это будет склад боеприпасов. Но ящики полные гранатами с «Геснера» стоят совсем не там, а составлены в деревянном сарайчике во дворе форта. Сначала там стояли все ящики, а потом Тацетта приказал перенести несколько обратно, на «Геснер», там ящики и остались, потому что никто не знает, куда они делись.
– А ты знаешь, конечно! – хмыкнул Розанчик.
Девочка спокойно посмотрела на него, как на глупого младенца:
– Я, конечно, знаю, потому что они в потайном отсеке, где спрятано оружие на случай бунта. Про эту комнату знали только Неро, Тацетта и я.
– А ну, помоги мне нарисовать план "Геснера", – распорядился Гиацинт.
Он начертил углём большой контур корабля и отмечал на нём маршрут, который прокладывала Омела:
– Сначала, ждётё, когда уйдут все, кроме вахтенных. (Неро соберёт всех в форте вечером, он каждый день говорит о работах на завтра, кому нести вахту и так далее)…
– Когда это будет? – перебил Розанчик.
– Когда вернётся патруль. Они уехали на шлюпке ещё утром, к рыбакам, а вернутся вечером.
– На шлюпке… – прищурился Гиацинт. – Сколько человек?
Омела попробовала сосчитать на пальцах, но сбилась и сердито протянула руку:
– Дай бусы!
Через полминуты она показала их Гиацинту, держа за две бусинки и показывая на отрезок между ними. Он кивнул:
– Ясно, двенадцать. А сколько всего шлюпок на "Геснере".
Омела подняла глаза к потолку:
– Один ялик, одна шлюпка правого борта, одна на корме и та, на которой вернётся патруль…
– Всего четыре лодки, – заключил Розанчик. – Более чем достаточно для погони! Выходит, они нашли ту, на которой ты сбежал, – сказал он Гиацинту.
Омела подтвердила: лодку нашли с проломанным бортом на следующий день и уже починили.
– Где все шлюпки, кроме той, что вернётся вечером? – спросил Розанчик.
– Как, где? – удивилась девочка. – Принайтованы к бортам.
– Значит, на "Геснере"… – паж напряжённо размышлял: – Давай, рассказывай дальше, как туда попасть.
Омела продолжала инструктаж.
– Значит, когда все ушли, обходите корабль и забираетесь в один из портов левого борта, они сейчас совсем над водой. Лучше, на носу, там сразу трап на верхнюю палубу и в каюты. Сначала каюта Неро, потом кают-компания, а потом – моя, где я жила и Тацетта… жил. – (Она вздохнула). – Вот, когда заходите в каюту Неро…
– Ты не мне всё это рассказывай, – Гиацинт рисовал внутренние каюты и лестницу. – Я лично туда не полезу, с моей рукой там делать нечего.
– Я полезу! – заявил Джордано. – Так что там дальше?
– Каюта Неро двухкомнатная: кабинет и спальня, так же как и у нас. Но у нас было две комнаты, моя и…
– Какая комната нужна нам? – перебил Джордано, стараясь отвлечь Омелу от печальных мыслей. Она очнулась:
– Да, значит, заходишь в кабинет, и в одну сторону – дверь в спальню, а в другую – камин.
– Камин слева, дверь справа, посередине стол, – уточнил Гиацинт. – Я был там. За камином дальше в стене ещё одна дверь, это куда?
– Вот она нам и нужна, – ответила Омела. – Там маленькая комната, почти как шкаф. И вход в неё только из каюты Неро. Там оружие, гранаты и бочка с порохом.
– Прямо крюйт-камера! – усмехнулся Гиацинт.
– Нет, это дальше, после кубрика, вам туда не пробраться, – строго пояснила Омела. – В том отсеке стоит на полке шкатулка с золотом и камнями.
– Какими? – заинтересовался Розанчик.
– Разноцветными, жадина! – возмутилась Омела и строго приказала Джордано: – Заберёшь! Это моё приданное. Принц всегда так говорит.
– Подумаешь, принцесса, – махнул рукой Гиацинт. – А что в форте?
С помощью Омелы на стене рядом появился другой рисунок: форт с забором, внутренними помещениями и всеми комнатами, лестницами и окнами. Главное, девочка сказала, где и сколько стражи может стоять. Потом, без перехода, она потребовала показать ей, как ловят летучих мышей, и Гиацинт отправил её с Розанчиком в пещеру, играть в прятки и поискать этих самых мышей. Они взяли свечки и пообещали не уходить далеко.
– Возвращайтесь не раньше, чем через полчаса, – шёпотом приказал Гиацинт. Розанчик кивнул и увёл девочку подальше от "военного совета". С её острым слухом и хорошей памятью это казалось не лишней предосторожностью.
– Наконец-то! – Гиацинт вернулся к друзьям и уселся на камень. (Они перетащили большие валуны очага сюда, дальше от входа). – Как, всё-таки, тяжело с детьми обсуждать военные планы. Сразу кажется, будто во всём их обманываешь… Да и вообще, ребёнок это жуткая ответственность. – Граф Ориенталь задумался, потом махнул рукой: – Неважно.
Окинув взглядом "наскальную живопись", он изложил план действий:
– Сейчас мы с Розанчиком идём в форт. Надо взять некоторые вещи, Омелка принесёт. Судя по её рассказу, пожар в форте устроить вряд ли удастся: мы не сможем незамеченными выйти из катакомб, хотя, если они все собираются вечером во дворе, узнать распоряжения Неро…
– А зачем нам форт, раз "Геснер" и так останется без присмотра? – возразил Джордано.
– Часовые на нём всё равно будут…Эх, ну что им стоило закончить ремонт до нашего появления и снять корабль с мели!
Виола обеспокоено взглянула на мужа:
– Нам точно не удастся увести бриг?
– Точно. На это нет времени. Соображаешь, ведь надо его развернуть, поставить паруса, а кто это будет делать? Мы вдвоём, да?
– Никак-никак нельзя? – умоляюще настаивала Виола. Муж пожал плечами:
– Почему, можно. Если взорвать форт и гарантировать, что пираты хоть полчаса не будут смотреть в сторону моря. Тогда, можно. Только это ещё более нереально.
– В таком случае… – Джордано решительно посмотрел на капитана, – нам остаётся одно. На "Геснере" – три ящика гранат и бочонок с порохом, и вход к ним открыт, Омела достанет ключ.
Гиацинт отвёл глаза, уклоняясь от немого вопроса Виолы, и сделал отрицательный жест. Джордано постарался его убедить:
– На нём все шлюпки, двенадцать пушек с каждого борта, и он погонится за нами, если дать ему эту возможность. Мы все погибнем!
Гиацинт измучено улыбнулся:
– Я понимаю… Но НЕ МОГУ.
Джордано сжал челюсти:
– Я сам это сделаю. У нас нет другого выхода.
– Только через труп "Чёрного Гесса"? – криво усмехнулся Гиацинт и закрыл глаза. – Ладно… В форте достанем бикфордов шнур, чтобы горел подольше. Вы с Виолой сейчас ждите здесь возвращения патрульной шлюпки. Надеюсь, она останется на берегу.
Времени у нас будет четверть часа, не больше. На всё. Как только появится шлюпка и пираты высадятся на берег, все пойдут в форт. По крайней мере, Омела уверяет, что так. Мы постараемся достать ещё оружия и вторые часы. Розанчик с Виолой останутся в шлюпке, а мы с тобой займемся "Геснером". Придумай, как выманить часовых на берег.
– Зачем? – удивился Джордано. – Разве они наших убитых считали?
Вмешалась Виола:
– Гиацинт прав. Часовых надо убрать с корабля, ты ведь будешь один, и если наткнёшься на кого-то, провалишь всё дело. И ещё одно: сколько горит этот шнур?
Джордано ответил:
– Максимум, минуты две, может, меньше. Мы в замке как-то устраивали фейерверк, так делали шнуры по тридцать секунд, но это уже довольно длинные – метра два. – Он беззаботно пожал плечами: – Как-нибудь успею…
– Не успеешь, – возразил Гиацинт. – Тебе надо выйти из каюты, спрыгнуть в воду, обойти бриг вокруг (по воде!), выбраться на берег и успеть вернуться ко мне. И потом, "Геснер" должен взорваться не раньше, чем мы выйдем в море на шлюпке и отойдём за скалу. Иначе нас так подбросит взрывная волна, что не обрадуемся.
– И как это устроить? На это нужно минут пять – семь.
– Придумаем, – быстро сказал Гиацинт, оглядываясь. – Ну как, поймала мышку?
Омела и Розанчик возвращались из похода в пещеру.
– Не-а, – огорчённо вздохнула девочка. – Они все попрятались. Розанчик рассказал мне про светлячков, но их мы тоже не видели.
– Жаль, – Гиацинт подарил Розанчику благодарный взгляд.
Паж развёл руками: "Стараюсь!"
Гиацинт незаметно одобрительно подмигнул ему и обратился к Омеле:
– Да, жаль, что светлячки спрятались. Но ничего, сейчас пойдём вместе и поищем их. Отведи нас, пожалуйста, в форт…
