Текст книги "Новая жизнь Эвелин (СИ)"

Автор книги: Елена Крамская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

Глава 16

На следующее утро, с чувством легкой обреченности, я стояла у ворот частной школы Сент-Пруденс.

Погода, казалось, решила подыграть моему мрачному настроению – серые тучи низко нависли над готическим зданием, а мелкий, противный дождь моросил, превращая дорожки в скользкую жижу.

С тех пор как я очнулась в этом времени, я не испытывала к этому месту ничего, кроме глухого раздражения. Оно было символом всего, что я ненавидела в прошлом, чопорность, бессмысленные правила и полное отсутствие критического мышления, а недавняя ситуация с буллингом Шарлотты только добавила масла в огонь моей неприязни.

В моем 2026-м частные школы, конечно, все еще существовали, но они, по крайней мере, пытались выглядеть дружелюбными, с яркими стенами, интерактивными досками и штатными психологами. Здесь же, казалось, царил дух викторианской тюрьмы для юных леди, где главным предметом было умение правильно держать спину и молчать.

– Терпеть не могу это место, – пробормотала я, ежась от холодного ветра и нахлынувших воспоминаний Эвелины о скучных уроках и строгих гувернантках.

Сонни, стоявший рядом, деловито крутил в пальцах свою неизменную сигару, но не решался ее раскурить. Все-таки кругом дети, и даже гангстеры 1920-х, видимо, соблюдали определенный этикет вблизи учебных заведений.

– Вы не любили учиться, мисс Пелл? – спросил он, с любопытством глядя на меня.

– Я ненавидела учиться, Сонни. С каждым годом все больше и больше. Всегда стремилась побыстрее смотаться отсюда, как только звенел последний звонок. Для меня это было не место знаний, а инкубатор для будущих послушных жен. А вот моя сестра, Клэр, учиться любила. Она была звездой школы. Мне всегда было интересно, как ей это удавалось.

– Я тоже не любил учебу, – Сонни самодовольно ухмыльнулся, поправляя свой дорогой галстук, – Зато я был первым красавчиком в классе. Девчонки так и вешались.

Я едва заметно закатила глаза.

«Конечно, Сонни. А еще ты, наверное, был капитаном школьной команды по бейсболу и спасал котят с деревьев». В моем времени за такие фразы мужчины сразу попадали в списки токсичных мачо и становились героями мемов. Но здесь, видимо, это все еще считалось комплиментом.

– Кажется, мы на месте, – я указала Сонни на массивную дубовую дверь кабинета под номером 242. На пожелтевшей медной табличке было выведено: «Математика. Мисс Пибоди».

«Надеюсь, мисс Пибоди не так ужасна, как ее предмет», – подумала я, – Здесь Шарлотта просила ее подождать.

Мы остановились у двери, прислушиваясь к монотонному голосу учительницы.

– У вас прекрасная племянница, мисс Пелл, – тихо произнес Сонни, его голос на мгновение стал мягче, – Такая умная и отважная девочка. Жаль, что так вышло с ее родителями.

– А я жалею, что так вышло с Эдди, – искренне ответила я. Несмотря на все его мафиозные дела, он был человеком, и его смерть была жестокой и несправедливой.

– Скорбные обстоятельства роднят нас, мисс Пелл, – кивнул Сонни, и в его голосе я услышала неподдельную горечь.

Наш диалог, полный скорби и немного неловкого сочувствия, прервал радостный возглас Шарлотты. Дверь кабинета распахнулась, и она вылетела в коридор, словно пробка из бутылки шампанского.

– Тетя Эви! Мистер Капелло! Я знаю, где ваш диван! – она буквально прыгала от возбуждения, ее глаза горели так, будто она только что раскрыла государственную тайну. Похоже, Шарлотта вживалась в роль шпионки с такой страстью, что Джеймс Бонд нервно курил бы в сторонке.

– Послушайте, мне Джанни сказала, как ей Мегги сказала, что Зои подслушала, как Мери видела, что грузчики выгружали какой-то старый диван… – начала Шарлотта, тараторя на одном дыхании, ее слова сплетались в сложный клубок детских сплетен и слухов, достойный отдельного расследования.

– И куда же его отнесли, моя юная ищейка? – я выгнула бровь, давая понять Шарлотте, что вся эта цепочка «сарафанного радио», конечно, впечатляет, но пора переходить к сути.

– В кабинет мучительницы… Ой! Попечительницы мисс Гадсон! – Шарлотта прикрыла рот рукой и захихикала, ожидая, что мы оценим ее остроумную шутку, – Ой, в смысле, мисс Хадсон.

Я не смогла сдержать улыбку.

«Мучительница Гадсон». Идеально. В моей голове это прозвище уже приклеилось к директрисе, как жвачка к подошве.

В 2026-м дети были бы более политкорректны, или, по крайней мере, их шутки были бы злее.

– Спасибо, Шарлотта, ты настоящий профессионал. Возвращайся в класс, дальше мы с Сонни сами справимся.

– Вы уверены, что вам больше не нужна моя помощь? – на лице племянницы читалось явное разочарование, – Я никуда не спешу, и я могу помочь вам его… э-э-э… позаимствовать.

– Не стоит, Шарлотта, – я подмигнула ей, – Я не хочу, чтобы наша мучительница вгоняла меня в уныние твоими оценками по поведению. А за кражу школьного имущества, даже такого сомнительного, она точно не поставит «отлично».

Шарлотта заулыбалась, поняв намек, и, помахав нам рукой, скрылась за дверью класса.

Мы же с Сонни отправились в «пасть ко льву». Внутренне я собралась, раздумывая, с чего начать разговор с этой самой «мучительницей».

Кабинет мисс Хадсон был воплощением строгой, но по-своему элегантной чопорности.

Тяжелые дубовые панели на стенах, массивный стол, заваленный идеально ровными стопками бумаг, и несколько портретов серьезных женщин в старомодных платьях, которые, казалось, осуждающе смотрели на каждого входящего. Пахло старой бумагой, воском для мебели и почему-то, лавандой.

– Добрый день, – начала я, пытаясь изобразить максимально доброжелательную улыбку, – Простите, попечительница Г… кхм, Хадсон, можно вас на минутку?

Мисс Хадсон, женщина с суровым лицом и прической, которая, казалось, была сделана из бетона, подняла на нас взгляд из-за своих очков в тонкой оправе.

– Здравствуйте, мисс Пелл. Проходите. Кто это с вами? – ее взгляд с любопытством скользнул по Сонни, оценивая его дорогой костюм и ауру «опасного мужчины».

– Разрешите представиться. Сонни Капелло, мэм. Я друг семьи, – Сонни слегка поклонился, и я увидела, как в глазах мисс Хадсон мелькнул огонек интереса. Его гангстерская харизма действовала безотказно.

Пока Сонни вел милую, до чертиков фальшивую беседу с попечительницей о погоде и выдающихся успехах школы, я осмотрела кабинет. Мои глаза, натренированные на поиск улик в сериалах Netflix, тут же заметили примятые следы на толстом персидском ковре. Четкие, глубокие отпечатки, свидетельствовавшие о том, что здесь недавно стояло что-то очень тяжелое. Что-то размером с… диван?

– Здесь что-то случилось? – я указала попечительнице на вмятины, – Я вижу следы на ковре.

– Да, представляете, – мисс Хадсон, кажется, немного смутилась, – Я купила на распродаже старинный диван, но он оказался… не совсем в идеальном состоянии. Пришлось отправить его в обивочную мастерскую для ремонта.

– Какое невероятное совпадение! – воскликнул Сонни, театрально всплеснув руками, – А мы, как раз, ищем один диван! Это, часом, был не «Луи XIV»?

– Он самый! – ответила мисс Хадсон с придыханием и восторгом, – Я просто влюбилась в него! Чудесный антиквариат. Жду не дождусь, когда его вернут из мастерской.

«Боже, этот диван, кажется, самый путешествующий антиквариат в истории Нью-Йорка», – подумала я.

– Мисс Хадсон, – Сонни слегка нервничал, видимо, подбирая слова, – Дело в том, что мы ищем именно этот диван. Он принадлежал моей покойной маме, и очень дорог мне… как память о ней.

– Вы не могли бы перепродать его нам? Это бесценная фамильная реликвия для семьи Сонни, – жалобно произнесла я, пытаясь выдавить сочувствующую слезу. «Эвелина, соберись! Ты же из времени, где люди плачут только над видео с милыми котиками!».

– Ну… Даже не знаю… – по лицу мисс Хадсон было заметно, что она колеблется, – Я искала подобную вещь так долго…

– О, на этот счет, не переживайте, – Сонни, наконец, раскурил свою сигару, выпуская тонкую струйку ароматного дыма, – Он останется у вас. Мама была бы рада услышать, что он вам так понравился.

Я уставилась на него, разинув рот. «Сонни, ты что, серьезно?! А как же наследство?!»

– Сонни, а как же… бесценная фамильная реликвия? – я едва смогла выдавить из себя эти слова.

– Всегда смогу заказать новый. Возможно, мисс Хадсон, ваш мастер сумеет изготовить мне точную копию? Я готов заплатить любые деньги.

Мисс Хадсон, расплывшись в самой обворожительной своей улыбке, достала из сумочки визитку и протянула ее Сонни.

– «Обивка Тредингтона», – прочитал вслух Сонни, – Спасибо, мисс Хадсон.

– Не за что. А сейчас, простите, мне нужно идти, урок начинается, – мы направились на выход, а мисс Хадсон, проводив нас до коридора, развернулась на своих каблучках и зашагала в противоположную сторону, плавно виляя бедрами.

Сонни, завороженный ее походкой, дождался, пока та скроется из виду.

– Мисс Пелл, – он перевел свой взгляд на меня, и в его глазах блеснул озорной огонек, – Предлагаю сегодня ночью навестить мастерскую и извлечь мои деньги.

– Дело нескольких минут, – кивнула я, – Но, Сонни, я ведь могла убедить ее продать нам диван.

– Ну, Эвелин, он ведь ей и вправду понравился. Мама бы одобрила. Пусть диван останется в красивых женских руках.

Я усмехнулась. «Золотое сердце у гангстера. Кто бы мог подумать?»

Ночь опустилась на город.

Под покровом темноты мы с Сонни подкрались к «Обивке Тредингтона».

– Мисс Пелл, вам придется пробраться внутрь первой, – прошептал Сонни, ловко вскрыв отмычкой замок. Дверь приоткрылась лишь на узкую щель, – Я слишком люблю стейки, чтобы протиснуться в такой проход.

– Я поняла, ждите, – я ловко юркнула внутрь и, нащупав на стене рубильник, включила свет.

Дверь была подперта огромным шкафом. Я вышла во внутренний дворик через другую дверь и открыла Сонни массивные ворота с помощью древнего цепного механизма, который заскрежетал так, что, казалось, мы разбудили весь квартал.

– Вот он, мой родной, – Сонни с нежностью посмотрел на стоящий в углу диван, – Как же долго я тебя искал.

– Сонни, быстро вскрываем обшивку и уходим. У нас минут пятнадцать, пока не приехала полиция на этот адский скрежет.

Сонни вытащил из кармана нож и безжалостно вспорол старинную обивку. И оттуда, как из рога изобилия, посыпались деньги. Пачки долларов были аккуратно уложены вдоль всего днища и спинки дивана. Мы так распотрошили бедный «короля Луи», что мисс Хадсон, увидев это, точно упала бы в обморок.

– Ого, – выдохнула я, глядя на гору денег, – Мы их даже не вынесем за раз! Здесь можно купить небольшой остров! Я подгоню автомобиль, ждите меня у ворот!

Через час мы сидели в бывшем кабинете Эдди. Сонни бережно перекладывал пачки долларов в уцелевший сейф.

– Здесь они будут в безопасности. Никто не будет искать деньги там, где все уже перевернула полиция.

– Я рада, что поиски закончились, – сказала я, чувствуя приятную усталость.

– С меня ужин в хорошем ресторане, мисс Пелл. Теперь я могу себе это «позволить».

– Нет, Сонни, – я покачала головой, чувствуя, как во мне просыпается деловая хватка из 2026-го, – За мои труды с вас десять процентов, ну и ужин в самом дорогом ресторане Нью-Йорка. Я предпочитаю конкретику.

Сонни окинул меня восхищенным взглядом.

– Заметано, мисс Пелл. А вы хваткая дамочка. Уважаю.

Глава 17

Сидя в саду своего поместья, подставив лицо теплым лучам осеннего солнца, я думала, что история с Сонни Капелло подошла к своему логическому и очень прибыльному концу.

Я нашла его деньги, получила свои десять процентов и, казалось, могла со спокойной душой вернуться к своим бизнес-планам по модернизации устричной фермы и строительству кораблей, но, как показывает мой недолгий, но очень бурный опыт жизни в этом веке, не все истории заканчиваются так просто. Особенно, когда в деле замешаны гангстеры с золотым сердцем.

– Тетя Эви! – звонкий голос Шарлотты вырвал меня из полудремы. Она стояла передо мной, держа в руке телефонную трубку так, словно это была ядовитая змея.

– Тебя к телефону. Мисс Хадсон позвонила и просит тебя срочно встретиться с ней сегодня в школе.

– Что? – я села, пытаясь прийти в себя, – С чего вдруг «мучительница» решила назначить мне встречу в школе? Да еще и в субботу? Что-нибудь снова случилось? Надеюсь, это не связано с твоими оценками.

– Без понятия, – пожала плечами Шарлотта, – Но, надеюсь, на этот раз речь идет не обо мне. Я вела себя как ангел. Ну почти.

Через два часа я, с тяжелым вздохом, входила в знакомое до боли здание школы. В пустынном холле на первом этаже во всю стену висел огромный плакат с пафосной надписью: «Неделя встречи выпускников! Вспомним золотые годы!».

– О нет. Только не это, – пробормотала я. Меньше всего на свете мне хотелось встречаться с кем-то из выпуска Эвелины. Я и так с трудом вспоминала имена родственников, а уж изображать радость при виде какой-нибудь бывшей одноклассницы, которая теперь стала женой банкира и матерью троих детей, было выше моих сил.

– Мисс Пелл? – мои размышления прервал сухой, как прошлогодний лист, голос попечительницы.

– Добрый день, мисс Хадсон. Кажется, я понимаю, зачем вы меня позвали, – я с обреченным видом указала на плакат, – Неделя выпускников? Вы хотите, чтобы я выступила на встрече с речью о пользе образования?

– Вообще-то…

– Боюсь, у меня совершенно не будет на это времени, – решительно перебила я ее, – Кроме того, я и так уже внесла весьма солидные пожертвования на нужды школы. Мой вклад, так сказать, материален.

– Мисс Пелл, я не за этим вас пригласила, – попечительница тяжело вздохнула, – Выступающие у нас уже есть. Я… я хотела с вами поговорить о мистере Сонни Капелло.

– О Сонни? – я удивленно подняла брови, – А в чем, собственно, дело? Он что-то натворил?

– Нет, что вы! – мисс Хадсон вдруг замялась, ее щеки покрылись легким румянцем, и она опустила взгляд в пол, – Просто… вы хорошо его знаете? Мы с ним поговорили совсем немного, но… мне он показался таким… милым.

Я замерла, пытаясь переварить услышанное.

Сонни? Сонни Капелло? Тот самый Сонни, который вскрывает замки отмычкой, имеет золотой зуб и, вероятно, пару-тройку скелетов в шкафу? Милый?

– Сонни? Вы имеете в виду Сонни Капелло? Фармацевта? – я даже не пыталась скрыть свое недоумение.

– Ох, не обращайте на меня внимания, – попечительница покраснела еще больше и засуетилась, теребя в руках свою сумочку, – Забудьте, что я это сказала. Глупости. Уверена, у вас есть дела поважнее.

И тут до меня дошло. Эта строгая, неприступная женщина, эта гроза всех школьниц, просто-напросто влюбилась. В гангстера. Мой мозг, в котором уже давно стерлись все социальные рамки, воспринял это как начало отличного романтического фильма.

– О, нет, что вы! – я быстро взяла себя в руки, включая режим «сваха 80-го уровня», – Я с огромной радостью познакомлю вас с Сонни поближе. Он как раз должен быть в своей аптеке. Идемте.

– Прекрасно! То есть… вы уверены? – на ее лице отразилась целая гамма эмоций: страх, надежда, смущение, – Я только возьму свою сумочку.

Она быстро засеменила в сторону своего кабинета и почти сразу вернулась.

– Хорошо, идемте, – сказала я, беря ее под руку, – Пока Сонни не закрыл свою лавку, а вы не измотали себе все нервы.

– Помните главное – будьте собой, – поучала я мисс Хадсон, когда мы подошли к двери аптеки, – Если хотите понравиться мужчине, просто будьте той, кто вы есть. И не говорите об оценках.

– Я теперь даже не уверена, что это хорошая идея, – прошептала попечительница, делая попытку сбежать. Но я крепко держала ее за локоть.

– Что мне ему говорить? – ее голос дрожал.

– Да что угодно! Спросите, как прошел его день, -охвалите его галстук. Только, умоляю, перестаньте нервничать, будьте собой и дышите.

– Быть собой. Вести себя естественно. Ладно. Я справлюсь, – мисс Хадсон поправила на носу очки и решительно постучала в дверь.

– О, мисс Эвелин! – Сонни, который был сегодня в прекрасном настроении, открыл нам дверь, – Не думал, что мы так скоро снова встретимся.

– Я не одна, Сонни.

– И вы здесь… мисс Хадсон, – он перевел взгляд на мою спутницу, которая пыталась спрятаться у меня за спиной, – Я… я приятно удивлен.

– Мисс Хадсон ищет хорошего фармацевта, – я не могла скрыть улыбку, видя ответную реакцию Сонни. Он явно был ошарашен, но польщен, – Я ей сказала, что лучшего фармацевта, чем вы, в этом городе просто не найти.

– Фармацевта? Ах, да, я же фармацевт… а это моя аптека… – Сонни явно потерял дар речи, – В смысле, чем могу быть полезен, мисс Хадсон?

– Я… я хотела спросить об одной проблеме… Чесотка, знаете ли… – выпалила мисс Хадсон и тут же осеклась, – Нет! Не у меня! У друга! Да, у друга!

Я мысленно хлопнула себя по лбу. Чесотка? Серьезно? Из всех возможных тем для начала разговора она выбрала чесотку.

– Чесотка? У друга? – Сонни удивленно переводил взгляд с меня на побагровевшую попечительницу, – А где именно у него чешется?

– Я… я не уверена, что мне стоит об этом говорить…

Нужно было срочно спасать ситуацию, пока она окончательно не превратилась в фарс.

– О! АСПИРИН! – громко вскрикнула я, хватая с полки первый попавшийся пузырек, – Мисс Хадсон, вы же говорили, что вам нужен аспирин! Разве не вы мне только что жаловались, какую ужасную головную боль вам доставляют ученики? Вот, вам нужен этот пузырек!

– Да, да, аспирин! – мисс Хадсон с облегчением ухватилась за эту спасительную соломинку, – А может, мистер Сонни, у вас есть какое-нибудь средство получше?

– Головные боли? Почему же вы раньше не сказали, мисс Хадсон? – Сонни заметно оживился, – У меня как раз есть отличное средство! Собственного производства!

Он покопался на полке и торжественно выудил оттуда зеленый пузырек с какой-то мутной жидкостью.

– Вот, мисс Хадсон, принимайте по пять капель перед едой, и боль как рукой снимет.

– Даже не знаю, как вас и благодарить, мистер Капелло…

Пока эти двое, краснея и смущаясь, ворковали в аптеке, я тихонько выскользнула на улицу и отправилась домой. Моя миссия была выполнена.

– Уверена, что все было не так ужасно, как ты описываешь, Эви, – миссис Морган и Шарлотта слушали мой рассказ и хохотали до слез.

– Именно так! Она вспомнила обо всех своих болячках, реальных и вымышленных, и едва не сняла туфлю, чтобы показать Сонни все свои мозоли!

– Дорогая, некоторые люди просто созданы друг для друга, – мудро заметила миссис Морган.

Наш веселый разговор прервал звук подъезжающего к воротам автомобиля.

– Кажется, у нас гость, – миссис Морган поспешила к двери. Через минуту она вернулась с растерянным видом, – Эви, там какой-то мужчина спрашивает тебя. Имени своего не назвал, но я поняла, что он какой-то фармацевт.

Я вышла в сад. В беседке, вальяжно развалившись на скамейке и дымя своей неизменной сигарой, сидел Сонни.

– Сонни? Что вас ко мне привело на этот раз?

– Эвелина, вы должны мне помочь! – жалобно произнес он, – Она прекрасна! Словно богиня, сошедшая с Олимпа! А я? Посмотрите на меня!

– Так, стоп! Вы сейчас о ком?

– О мисс Хадсон! О ком же еще?! Помогите! Один я не справлюсь!

– Давайте по порядку. Что случилось после того, как я ушла?

– Мы немного поговорили, а потом… я пригласил ее на ужин. Я не знаю, о чем я думал! Просто взял и выпалил!

– И она согласилась?

– Да! Но что такая женщина, как она, может найти в таком человеке, как я? Может, стоит все отменить?

– Ничего отменять не надо! Поверьте, Сонни, она о вас гораздо лучшего мнения, чем вам кажется. Нужно просто немного поработать над собой. Предлагаю проехать в центр и слегка обновить ваш гардероб.

– Новая одежда? – Сонни в ужасе на меня посмотрел, – Эви, я не люблю примерки! Разве я плохо одет?

– Одеты вы прилично, Сонни, но вашему образу не хватает… шарма. Сонни, это не обсуждается. Едем.

***

– Вот мы и на месте. Не грустите, Сонни. Тут отличная коллекция одежды. Будет весело.

– Не уверен, что это хорошая мысль. Боюсь, я буду выглядеть как идиот.

– Не бойтесь. Начнем с парфюма.

– Скажите честно, Эви, вам не нравится, как я пахну?

– Мисс Хадсон, скорее всего, предпочитает иные ароматы, нежели запах дорогих кубинских сигар.

– Верно! Розами и лавандой от меня точно не пахнет, – вздохнул Сонни, но покорно направился к полке с одеколонами.

– Так, уже неплохо. Теперь вы пахнете как приличный человек, а не как владелец табачной плантации. Но чего-то не хватает… – я задумчиво посмотрела на его ноги, – Вашему образу не помешает новая пара обуви. Примерьте-ка вот эти.

Я протянула ему пару элегантных коричневых «оксфордов».

– Вы только посмотрите! – Сонни вальяжно расхаживал по магазину, любуясь своим отражением в каждом зеркале, – Они и вправду добавляют что-то такое… эдакое! Эви, я даже не знаю, как вас благодарить!

– Мы еще не закончили. Сейчас вернемся ко мне в поместье и продолжим. Нас ждет самое сложное.

***

– Может, вы и выглядите, как джентльмен, но и вести себя с дамой нужно соответственно, – строгим голосом поучала Сонни миссис Морган. Она взяла на себя роль строгой наставницы.

– Да-да, Сонни. Слушайте миссис Морган. Она и меня научила всему, что я знаю об этикете.

– Ага, вот только тебе, Эви, в одно ухо влетало, из другого – вылетало, – миссис Морган строго посмотрела на меня, и я снова почувствовала себя провинившимся подростком.

– Дамы, так вы хотите научить меня хорошим манерам?

– Да! – в один голос ответили мы.

***

Пока миссис Морган муштровала Сонни, я сбежала в сад.

– Тетя Эви! – Шарлотта догнала меня через пять минут, – Миссис Морган говорит, что дела обстоят куда хуже, чем она предполагала!

Мы вместе захихикали.

– О, боги! Ты слышишь, Шарлотта? Миссис Морган поставила ему ту жуткую пластинку с уроками дикции! Мне до сих пор снятся кошмары после этих уроков!

– Так, мистер Капелло, – донеслось до нас из открытого окна, – Повторяйте за мной: Карл у Клары украл кораллы…»

– Ка-арл у Кла-алы… ук-лал… кларнет…

Нам стало немного жаль бедного Сонни.

В гостиную мы вернулись только через пару часов. Сонни сидел на стуле с таким видом, будто пережил бомбардировку.

– Ну что, как успехи? – спросила я.

– Если бы! – всплеснула руками миссис Морган, – Но он, в отличие от вас, Эви, хотя бы старается!

– Миссис Морган, может, на сегодня все? – взмолился Сонни.

– Почти. Сейчас мы приступим к столовому этикету, – миссис Морган разложила перед ним дюжину столовых приборов, – Вам известно различие между десертной и салатной вилкой, мистер Капелло?

– Разумеется! Мама позаботилась о нашем воспитании!

– Отлично! Тогда на этом все! – торжественно произнесла миссис Морган.

Сонни пулей вылетел из столовой.

– Сонни, бегите сразу в ресторан! И помните, мисс Хадсон нервничает не меньше вашего! – крикнула я ему вслед.

– Миссис Морган, – я весело посмотрела на свою экономку, – По-моему, вы его напугали до смерти.

– Да. Но он мужественно выдержал все испытания. Надеюсь, у них все получится. Будем ждать хороших новостей.