Текст книги "Катакомбы Парижа"
Автор книги: Джереми Бейтс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)
Глава 35
Роб
Безумие какое-то, думал Роб, пробираясь вперед по узкому туннелю. Полнейшее безумие, нах. Неужто кто-то и вправду напал на Паскаля?
Канадца все еще не оставляла надежда, что эта запутка окажется изощренным приколом, вот только Паскаль и вправду был не из таких затейников, с этим не поспоришь.
Кто же тогда на него напал?
Или – что на него напало?
Роб чуть было не рассмеялся от подобной мысли, вот только, пожалуй, к ней стоило отнестись серьезно. В конце концов, ученые постоянно открывают новые виды всяких тварей. Только на прошлой неделе он прочел об экспедиции зоологов и киношников, которые спустились в доселе неизученную кальдеру в Папуа – Новой Гвинее и подтвердили существование удивительных зигзагов эволюции, вроде лягушек с ядовитыми зубами, древесных кенгуру или шерстистых крыс размером с собаку[77]77
Имеется в виду экспедиция американского зоолога Кристофера Хелджена в 2009 году.
[Закрыть].
А ну как здесь обитает нечто еще более бредовое – какая-нибудь тварь с рачьими клешнями вместо рогов или с мечущим колючки хвостом, а то и вовсе трехголовый мутант с прозрачной кожей? А ну как…
Вдруг Роб остановился и принюхался. Господи, что за вонь? Появилась словно ниоткуда.
– Фу, – проворчала через секунду и Даниэль. – Что это еще такое?
– Не знаю, – отозвался канадец, вглядываясь вперед. Ход тянулся прямо еще метра три, а затем резко сворачивал влево. – Несет откуда-то спереди, хотя…
Он так и не договорил. Из легких у него словно стальным кулаком выбило весь воздух.
– Назад, Дэнни, – кое-как удалось ему прохрипеть. – Быстро назад.
Глава 36
У меня засосало под ложечкой, когда Роб заговорил сдавленным от страха голосом, как если бы вдруг обнаружил, что мы угодили прямиком в гнездо гадюк.
– Что там? – спросила Даниэль. – Что ты видишь?
– Назад… Живо! – И вдруг канадец сорвался едва ли не на визг. – О нет! А-а-а, бля!.. Назад!
Передо мной задергались ноги Даниэль, когда она ринулась обратно.
– Что там? – завопил я. – Что происходит?
– Назад, Уилл! – заголосила она. – Быстрее!
И тут Роб зашелся благим матом. Низким таким ревом, перемежающимся высокими истерическими нотками. А потом его крик выражал лишь боль.
Тяжеленным каблуком Даниэль заехала мне по носу. Из глаз у меня посыпались искры, во рту почувствовался вкус земли и кислой крови.
– Уилл, живее! – взвыла девушка.
Окончательно обезумев от ужаса, я принялся проталкиваться назад.
Да что там за херня происходит?!
И тут мою лодыжку обхватило что-то холодное. Я попытался хоть на миг извернуться и взглянуть, что это такое, однако для подобных маневров туннель был слишком тесен. Затем что-то вцепилось и в другую лодыжку.
Руки!!!
И они потянули меня. Я принялся остервенело брыкаться и в конце концов сумел высвободиться.
– Что-то позади меня! – заорал я. – Давай вперед!
– Оно схватило Роба! – истерично заверещала Даниэль. – Его нет! Оно утащило его! Просто утащило!
Я ничего не мог разглядеть за ней, однако не сомневался, что кто-то действительно уволок канадца. Он больше не заходился криками. Но даже с такой ужасной неопределенностью для меня лучше было двигаться вперед, нежели назад. Я без церемоний пихнул Даниэль в задницу.
– Давай же!
С вымученным стоном она подалась вперед – как раз когда пара рук вновь ухватила меня за лодыжки. В плоть мне впились острые ногти – или когти?
Я опять принялся брыкаться и извиваться. Снова высвободился и как безумный рванул за девушкой, подгоняя ее не своим голосом, обдирая на локтях кожу.
Даниэль свернула за угол, и расстояние между нами резко увеличилось. Я с ужасом ожидал, что в меня вновь вцепятся жуткие лапы и потащат назад во мрак, однако этого так и не произошло.
А затем, чуть впереди, Даниэль вскрикнула – и исчезла.
* * *
Спустя несколько секунд следом за ней вывалился из туннеля и я. Пролетев с метр, я грохнулся о твердую землю, немедленно вскочил на ноги, обернулся к дыре и вгляделся внутрь. Ничего.
Рядом возникла Даниэль.
– Где оно? – спросила она. Голос ее прозвучал удивительно бесстрастно, словно все эмоции у нее ушли на обуздание крика. – Наверно, убралось туда. Оно схватило Роба, оно… – Девушка бессильно закрыла лицо руками.
Я обследовал пещеру, в которой мы оказались. Она напоминала все прочие каменные залы, куда нам доводилось заглядывать, только здесь напрочь отсутствовали кости. Отсюда вел проем в другую пещеру, в которой виднелся такой же проход в следующую.
– Кто утащил Роба? – спросил я тихо. – Ты разглядела его?
– Он… оно… – Даниэль закусила губу, пытаясь унять дрожь. – Оно…
– Что за «оно»? Господи, Даниэль, кого ты видела? Нарисованного Дьявола?
– Его лицо… Оно было… Это было чудовище.
Внутри меня все похолодело от ужаса. Но затем мне все-таки удалось взять себя в руки.
– Да какое, к чертям, чудовище, Даниэль! Кто это был? Нарисованный Дьявол? Это был Нарисованный Дьявол, да?
Она покачала головой и зарыдала.
– Ш-ш-ш, ш-ш-ш. – Я отнял ее руки от лица и заглянул ей в глаза. – Ты должна успокоиться, Даниэль. Ты должна успокоиться.
Она закивала, однако рыдания не прекратились.
– Даниэль! – Я как следует встряхнул ее. – Они могут вернуться!
Девушка ахнула, тело ее напряглось. Потом она с мольбой впилась в меня взглядом:
– Оно утащило Роба. Где он?
– Я не знаю…
Внезапно туннель взорвался какофонией дьявольского визга, и на мгновение я оцепенел от суеверного ужаса.
– Оно идет, – безжизненно произнесла Даниэль. Страха в ее голосе уже не различалось – только смирение. Что было еще хуже.
Бежать или бить, лихорадочно соображал я. Что же все-таки увидела Даниэль? Чудовище во плоти? Чудовищ не существует. Она же была не в себе, в шоке. Вот ее и перемкнуло.
Так бежать или бить? Я выключил фонарь на каске. Даниэль непонимающе уставилась на меня.
– Выключи свой тоже, – тихонько сказал я ей. – Иначе будем легкой мишенью.
Девушка покачала головой. Похоже, она собиралась задать стрекача.
– Бежать некуда, – принялся я увещевать ее. – Придется вырубать этих уродов поодиночке. Встань с этой стороны дыры. А я буду здесь, с другой. Когда из нее кто-нибудь вылезет, мы на него набросимся. – Она вновь принялась мотать головой, и тогда я жестко отчеканил: – Выруби свой сраный фонарь, Даниэль. Живо.
Какое-то мгновение мне казалось, что она не послушается. Однако девушка нащупала корпус с батарейками в задней части каски и щелкнула выключателем.
Нас поглотила темнота.
* * *
В наступившей тишине мое собственное дыхание звучало просто оглушительно, и я постарался унять его. Больше никаких звуков слышно не было. Томительно потянулись секунды. Даже воздух словно бы сгустился.
И затем из пролаза донеслось осторожное шевеление. Кто-то направлялся к нам. Света, однако, не появилось. Может, он тоже выключил налобный фонарь, опасаясь засады? А вдруг я разбил его, когда отчаянно лягался ногами?
Звук снова стал различим, затем смолк. Послышался снова, и опять все стихло.
Принюхивается, подумал я, но тут же отчитал себя за подобную мысль. Сердце учащенно билось в груди, в венах, точно бензин, выгорал адреналин. Я собирался отдубасить этого пидора и вытрясти из него ответы – выяснить, что за хрень тут происходит, куда подевались Паскаль и Роб…
Я сглотнул, борясь с тошнотой: вновь, словно ниоткуда, появилась приторная вонь. Зловоние ощущалось едва ли не физически.
Совсем рядом в темноте Даниэль шумно подавила рвоту.
«Нет, тихо! Не смей…» – взмолился я про себя.
Однако она снова издала натужный звук.
Из дыры исторгнулся рев, неистовый и опасно близкий.
Даниэль щелкнула налобным фонарем. На мгновение меня ослепило светом, а потом я смог различить, что девушка уставилась на меня расширившимися глазами, как будто увидела привидение.
– Уилл! – хрипло взвизгнула она, указывая на меня дрожащим пальцем.
Нет! За меня! Она указывала за меня!
Я начал было оборачиваться, но тут что-то тяжелое обрушилось сзади на мою каску и сбило ее с головы. Меня швырнуло на землю.
В висках гулко застучала кровь. Я перекатился на спину и успел заметить лицо мутанта и стремительно опускающуюся кость – и в следующее мгновение мир взорвался невыносимой болью и обжигающей белизной.
Глава 37
Даниэль
У Даниэль перехватило дыхание, пересохло во рту – и даже мысли словно бы застыли от ужаса. Отвратительно ухмыляясь, тварь приближалась к ней.
И тогда девушка побежала.
Глава 38
Я увидел ее в другом конце комнаты. Ее светлые волосы были собраны в пучок, как у балерин, и прическа подчеркивала ее тонкую шею. В темноте мне не удалось разобрать цвет глаз, но от меня не укрылось, что они большие и выразительные, с длинными ресницами. Аккуратный носик смахивал на запятую. На губах была нанесена ярко-красная помада, и девушка улыбалась – такой немного странной улыбкой, придававшей ее лицу глубину и индивидуальность.
На ней было зеленое кокетливое платье без бретелек, оголяющее ее изящные плечи и рельефные руки. Платье сужалось к талии и плотно облегало округлые бедра, заканчиваясь чуть выше колен.
Я таращился на нее всего лишь несколько секунд, как вдруг она посмотрела на меня. Может, почувствовала на себе мой взгляд, а может, и просто случайно. Я отвел глаза и отправился за очередной порцией выпивки. По пути поболтал с несколькими друзьями, однако по-прежнему не переставал думать о девушке в зеленом платье. Несомненно, она связана с Дельта Каппа Дельта – единственным союзом сестер, что мы пригласили на сегодняшнюю вечеринку. Но в таком случае почему же я не видел ее раньше? Посвящение было еще в сентябре, а с тех пор мы устраивали несколько сборищ с ДКД.
Я заглянул на кухню. Вокруг семилитрового переносного холодильника «Раббермайд», заполненного водкой и напитками из растворимых порошков, сгрудилась стайка девушек. Возле бочонка тусили кое-какие мои знакомые, и я наполнил свой красный пластиковый стаканчик пивом и перекинулся с ними парой шуточек. Дуэйн Дейвис, казначей отделения братства, сокрушался, что ДКД превращается в союз страхолюдин, и мне показалось, что девушки возле холодильника прекрасно его слышали.
Я вернулся в комнату, где видел девушку в зеленом платье, но ее и след простыл. Тогда я спустился на цокольный этаж и прошелся по переполненным комнатам, но незнакомки не оказалось и там. На крылечке я описал ее выбравшимся перекурить приятелям и спросил, не видели ли они ее. Никто не видел.
Меня охватило раздражение. Надо было сразу же подойти и заговорить с ней. И что мне стукнуло потащиться за выпивкой?
Решившись на крайние меры, я перешагнул через полицейскую ленту, натянутую между балясин лестницы, и поднялся по ступенькам. Мне, вообще-то, не верилось, что она окажется на втором этаже – входить туда разрешалось лишь жильцам дома.
Из комнаты слева в самом конце коридора донеслись голоса. Я постучался и распахнул дверь. Вокруг стеклянного столика, заваленного пакетиками с порошком, скрученными банкнотами и кредитными карточками, восседали пятеро моих друзей. Я поинтересовался у них, не попадалась ли им девушка в зеленом платье. Нет, не попадалась.
На полпути назад к лестнице передо мной вдруг распахнулась дверь в туалет, и моему взору предстала та самая незнакомка. Я так удивился, что только и смог выдавить:
– О!
– Привет, – улыбнулась она. – Прошу прощения. Я знаю, мне сюда нельзя, но туалет внизу был занят.
– Да ничего страшного. Вообще-то, я тебя и искал.
– Меня?
– Я увидел тебя в гостиной. И захотел поговорить.
– У меня неприятности?
– Да не, просто поговорить.
– Хм, просто поговорить – это я люблю.
Я прочистил горло.
– Что-то раньше я тебя не встречал.
– А я не из союза. Меня пригласила подруга, Сюзи Тейлор – знаешь такую? Все эти ваши греческие расклады – это не про меня… То есть я вовсе не хочу сказать, что вы страдаете фигней. Ты ведь из Пи Каппа Альфа?
Я кивнул.
– Ну и как тебе братская жизнь?
– Да вообще-то, ничего особенного.
– Раньше я никогда не бывала в общаге братства.
– Это не общага. Во всяком случае, не официально. Мы просто снимаем этот дом.
– Но вы здесь живете?
– Некоторые. Моя комната вон там.
– Ой, а можно посмотреть?
– Да, конечно.
Я отпер дверь и проследовал за девушкой внутрь. Жилище мое отнюдь не поражало воображение. Кое-какая мебель, с которой комната и сдавалась. Картонная фигура мистера Бина в полный рост, что я спер из какой-то забегаловки фастфуда во время посвящения. Плакаты AC/DC, Led Zeppelin и прочих старинных групп, которыми я разжился на распродаже в кампусе. Пурпурная лавовая лампа, только по моей забывчивости все еще не оказавшаяся на помойке.
Посреди хаоса на столе ноутбук радовал глаз экранной заставкой из снимков полуобнаженных женщин. Я поспешно подошел к нему и опустил крышку.
– Кстати, меня зовут Уилл. – Я протянул девушке руку.
– А меня – Бриджит, – представилась она, отвечая на рукопожатие.
– Хорошее имя.
– Мои родители страсть как увлекались бриджем.
– В смысле?
– Бриджит – это вариант бриджа для двоих, – пояснила она. – Ну, еще означает «благородная». Я проверяла. Так обломалась, когда узнала, что меня назвали в честь карточной игры. А здесь что? – Она указала пальчиком на дверь в кладовку.
– Ничего, – ответил я.
– А можно посмотреть?
– Да там и смотреть-то не на что.
– Почему ты мне не разрешаешь? – В голосе прорезались раздраженные нотки. И это была уже не Бриджит. А Даниэль. Голая Даниэль.
– Там ничего нет.
– Почему ты никогда не говоришь мне правду, Уилл?
– Я не обманываю тебя.
– Я хочу посмотреть.
Я понятия не имел, что находится в чулане.
Знал лишь, что его содержимое меня тревожит.
– Нет, – отрезал я.
– Ой, Уилл, прекрати. – Она двинулась к кладовке. Я схватил ее за плечи.
– Даниэль, не надо.
– Почему не надо?
– Просто не надо.
Девушка вырвалась и распахнула дверь. Меня сразу же охватило облегчение. Внутри только и оказалось, что моя аккуратно развешанная одежда.
– Вот видишь?
Но она даже не слушала. Просто шагнула внутрь и, протиснувшись меж одеждой, исчезла.
– Даниэль! – Я раздвинул вешалки. Никого. – Даниэль! Выходи!
Ее испуганный голос раздался откуда-то из-за стены:
– Уилл, где я?
Я заколотил по штукатурке – Даниэль!
– Уилл, помоги!
– Даниэль, выходи!
– Я не могу!
– Выходи!
– Уилл, оглянись…
* * *
Я лежал привязанным к чему-то вроде каталки. Хоть глаза у меня и были открыты, я все равно ничего не видел. Вовсе не из-за темноты – наоборот, было слишком ярко. Постепенно, однако, на потолке проявились детали: ряды флуоресцентных ламп на грубо отесанной поверхности камня. Я повернул голову вправо. Какие-то стойки и серванты из ДСП, выкрашенные в белый цвет. За их стеклянными дверцами я разглядел множество бутылей и мензурок, прямо как в школьном кабинете химии.
Я попытался пошевелиться. Запястья мне сдерживали кожаные браслеты.
Вдруг откуда-то сзади в поле моего зрения въехал металлический столик на колесиках. На нем ровным рядком был выложен с десяток незатейливых инструментов, оказавшихся бы вполне уместными как в кабинете стоматолога, так и в пыточной камере пятнадцатого века.
Я задергался, однако узы держали крепко.
Затем я увидел и того, кто толкал столик. Это была Максин. Мокрые волосы облепляли ей лицо, с кремового платья капала вода.
Окинув меня взглядом, она уставилась на инструменты.
– Со мной они тоже сделали это, Уилл, – произнесла Макс.
– Что сделали?
– Вскрытие. Хотя и так было понятно, из-за чего я умерла. Я пролежала на дне озера всю ночь. Но все равно меня выпотрошили и покопались во внутренностях. Чем хорошо быть мертвым, так это тем, что не чувствуешь боли.
– Но я не мертвый!
Макс взяла ножницы и разрезала на мне футболку. Потом в ее руке появился скальпель.
– Макс! Стой!
Быстрыми взмахами она проделала у меня на теле У-образный разрез – от подмышек до нижней части грудины и затем до паха.
Тут же хлынула кровь, черная и густая, словно сироп.
– Макс, посмотри! У меня идет кровь! Я не мертв.
Девушка нахмурилась.
– Но мне сказали, что ты умер.
– Кто сказал?
– Они.
– Мне надо выбраться отсюда.
– Не получится.
Ремни, однако, вдруг исчезли, и я смог усесться. Голова и мочевой пузырь тут же запульсировали тупой болью. Я прижал руку к животу, чтобы не вывалились кишки.
– Где я, Макс? И где мои друзья?
– Не надо было вам приходить сюда.
– Где они, Макс?
– Не надо было вам приходить сюда.
– Прекрати.
– Не надо было вам приходить сюда.
– Заткнись, Макс! – Внезапно я разозлился на нее. Но вовсе не из-за этих занудных повторений. А из-за того, что она умерла у меня на глазах. Что бросила меня. И что винила меня в своей смерти.
– Не надо было…
Я бросился на сестру и вцепился ей в горло. Она вонзила скальпель мне в левое ухо. Я взвыл от боли и рухнул на пол, где начал кататься туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда…
* * *
Меня вышвырнуло из сна. Я лежал, свернувшись калачиком, обливаясь потом и задыхаясь. Значит, все это мне только приснилось, с облегчением подумал я. Затем на меня обрушился вихрь образов – туннель, орущий Роб, замахивающийся костью мутант. У меня мелькнула сумбурная мысль, что это тоже был лишь сон. Однако когда всеохватывающая тьма не развеялась – наоборот, стала еще более гнетущей, – я осознал, что нападение адских тварей произошло на самом деле.
Я попробовал сесть. Руки, как оказалось, были скованы за спиной, и я тут же завалился набок. Резкое движение отозвалось вспышкой чудовищной боли в левой части головы, где меня огрели костью. Чередующимися огненными и ледяными приливами застучало в висках. Судорожно глотнув воздух, я зажмурился и уткнулся раскрытым ртом прямо в холодный грязный пол. Постанывая в ожидании, когда же утихнет лютая боль, я впервые с пробуждения ощутил протестующий мочевой пузырь. Он готов был вот-вот взорваться.
Тогда я рывком встал на колени, а затем, с трудом удерживая равновесие, поднялся на ноги. Меня качнуло, однако я не упал.
Мочевой пузырь.
Сдерживаться я больше не мог, и по бедрам и икрам хлынула горячая моча. В первую секунду облегчение достигло едва ли не степени оргазма. Я ссал на себя, должно быть, целую минуту.
– Фу! – крякнул я по окончании процесса – отчасти из отвращения, но по большей части все-таки из-за боли, отдававшейся в голове топотом стада слонов.
Я двинулся вперед, из-за темноты совершенно не разбирая, куда иду. Мне лишь хотелось выбраться из зловонной лужи под ногами.
Шаг, второй – и затем раздалось металлическое бряцанье, и в запястья мне впились кандалы.
Меня не только заковали, но еще и, словно собаку, посадили на цепь.
Немедленно дал знать о себе первобытный страх неволи, и я бессильно подергал руками. Кандалы врезались еще сильнее.
– Б…дь, – выдавил я.
Я огляделся по сторонам.
Чернота.
Я поморгал.
Чернота.
– Б…дь, – снова изрек я.
Но где же Даниэль? Где Роб? Паскаль? Неужто я один? Или же мои товарищи где-то здесь рядом?
– Даниэль?
Ответа нет.
– Роб?
Ответа нет.
– Бля…
Я подавил нарастающий внутри парализующий ужас и попытался здраво обдумать происходящее. Закрыл глаза, чтобы сосредоточиться – единственно из привычки, поскольку это ничего не изменило, мрак остался точно таким же, – и представил напавшее на меня существо. Поблескивающая в луче света белая кожа. Две свинячьи дырки вместо носа. Обнаженные в постоянном оскале зубы и десны на месте привычного рта.
Был ли этот… этот выродок настоящим? Или же кто-то попросту нацепил маску? Нарисованный Дьявол? Мои мысли неизменно возвращались к этому типу, однако не без причины. Он же позер – психически больной позер со склонностью к театральщине, которому доставляет кайф запугивать катафилов. Так что не таким уж и преувеличением было бы допустить, что он сменил эсэсовскую форму на маску для Хэллоуина, по очереди вырубил нас и посадил на цепь.
Возможно, и так. Вот только видел я отнюдь не маску.
В этом я практически не сомневался. Пускай рожа эта и стояла у меня перед глазами лишь какое-то мгновение, мгновение это выдалось напряженным, и рассудок мой был кристально ясным, восприятие острым как никогда.
И еще эта тошнотворная вонь. Столь отвратительный запах встречался мне в жизни лишь раз, когда я еще пацаном обнаружил позади гаража, пользовались которым в семье нечасто, нашего кота, который пришел туда умирать. Труп животного уже почти наполовину сожрали копошащиеся белые опарыши. Ладно, еще можно было допустить, что Нарисованный Дьявол сменил маскарадный костюм, но что он еще и запах изменил – это уж вовсе отдавало абсурдом.
Отсюда напрашивался вывод, что нападавший и вправду был страшно изуродован. Но кто его так обезобразил и за что? Что ему надо от нас? И как ему удалось ко мне подкрасться? Не мог же он видеть меня и Даниэль в кромешной темноте.
Более того, это был не «он», но «они». По меньшей мере двое – один позади нас, в «кошачьем лазе», а другой впереди…
И вдруг где-то поблизости раздался всхлип.
