Текст книги "Собственное мнение"

Автор книги: Джек Ричи

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 23 страниц)

Я обольстительно улыбнулся.

– Извините меня за навязчивость, но всё дело в том, что по работе мне приходится много ездить и моему банку трудно связаться со мной в случае необходимости. Разумеется, я мог бы звонить, каждый день сам, однако мне случалось неделями накапливать счета за бесполезные междугородные звонки. Поэтому мы решили, что мой банк будет оставлять инструкции для меня в местных банках.

Я взглянул на часы. Они показывали четверть одиннадцатого.

– Обычно мне звонят между десятью и десятью тридцатью. – Я снова улыбнулся. – Они могут не позвонить, так чаще всего и бывает, но вы не возражаете, если я подожду?

После секундного раздумья она согласилась не возражать.

Телефон зазвонил ровно через четыре минуты. Когда она поднесла к уху трубку, её глаза удивлённо расширились:

– Вице-президент Риордан?

Я усмехнулся.

– Да. В Сент-Луисе. Но Генри – ужасный педант. Всегда называет меня полным титулом. Даже по телефону.

Я взял у неё трубку и затем изобразил нерешительность.

– Вы не возражаете, если я поговорю вон там? – и я показал рукой на стеклянную кабину позади неё.

Она не сразу согласилась, но то ли моя улыбка, которой я не давал сойти с лица, то ли то обстоятельство, что я где-то вице-президент, заставили её милостиво кивнуть головой.

Я вошёл в кабину и снял трубку. Когда я увидел, что девушка положила свою, я сказал:

– Риордан слушает.

Мне ответил тот же голос, что и в первый раз.

– По поводу счёта в нашем банке. Он выписан на Сэма и Ирэн Роджерс. Согласно нашим записям, на нём в настоящий момент числится всего пятьсот тридцать шесть долларов двадцать семь центов.

– Спасибо, я понял.

Это было ещё не всё.

– Пожалуйста, подождите несколько секунд, – сказал я. Я выждал секунд сорок и потом сказал в трубку: – Мистер Роджерс, к счастью, здесь. Он говорит, что произошло какое-то недоразумение. Он держал у вас деньги на процентном вкладе, но недавно он послал вам письменное распоряжение перевести двадцать тысяч на текущий счёт.

– Не бросайте трубку, – сказал голос.

Прошло ещё три минуты, прежде чем я вновь услышал его.

– Мистер Роджерс действительно имел в нашем банке процентный вклад, причём только на своё имя. Тридцать пять тысяч восемьсот двенадцать долларов тридцать девять центов. Но он закрыл его по почте, и мы выслали ему чек на эту сумму десять дней назад. По просьбе «Милуоки банк» мы уже заверяли этот чек. Судя по всему, по нему уже востребованы деньги.

– Спасибо за вашу любезность, – сказал я. – Я должен поговорить с мистером Роджерсом.

– На вашем месте я бы давно сделал это, – сухо согласился голос.

Я поблагодарил девицу за кассой и пошёл обратно в «Листон-хаус».

За столиком сидел другой дежурный – мужчина с жизнерадостным лицом лет пятидесяти пяти – шестидесяти. При моём появлении он встал.

– Я уже отметился, – сказал я.

Он показался мне человеком, которому можно без особого риска задать несколько вопросов о Роджерсе.

– Мне нужна ваша помощь. Я ищу человека по имени Сэм Роджерс. Он остановился у вас неделю назад и после этого куда-то исчез. Может быть, он говорил вам, куда собирается поехать?

После того как дежурный нашёл в книге запись Роджерса, он отложил её в сторону и немного подумал. Наконец он отрицательно покачал головой.

– Боюсь, что ничем не смогу вам помочь. Насколько припоминаю, я его никогда не видел.

Но кое-что он всё же вспомнил.

– Он оставил на столике записку, в которой просил разбудить его утром в шесть тридцать. Я увидел её, когда пришёл в семь на дежурство. Я спросил о ней Берта, думая, что он просто забыл разбудить постояльца, но Берт сказал, что Роджерс уже уехал. Да, той ночью дежурил Берт, Берт Драйер.

– Я бы хотел поговорить с Бертом. Где я могу найти его?

– Он живёт в небольшом домике неподалёку от города. Какое-то глухое предместье. Он живёт там один.

Заставив дежурного дать более подробные указания, я поехал искать дом Берта, который оказался полуразвалившейся халупой с двумя сорокапятигаллоновыми баками на стене возле кухонного окна. С домом соседствовали покосившийся сарай и ещё несколько хозяйственных построек. Старый, вдребезги разбитый «седан» украшал собой подъездную дорогу, усыпанную мелким гравием.

Я остановил машину позади него, вышел и двинулся к заднему крыльцу.

На мой стук никто не отозвался. Наличие автомобиля на дорожке говорило, что хозяин, скорее всего, дома, но если это так, то он предпочитал играть со мной в прятки.

Я направился к сараю и открыл одну из больших двойных дверей. На полу были в беспорядке разбросаны части какой-то машины. Чтобы соорудить эту замысловатую композицию, её автору понадобился газовый резак и некоторое терпение, а его жертвой вполне мог оказаться тёмно-голубой «седан» выпуска пятьдесят шестого года.

Я поискал пластинку с номером, но её уже не было. Однако мотор остался на месте, и я списал номер на блоке цилиндров.

Я вернулся к дому и снова постучал в дверь. Потом толкнул дверь рукой.

У Берта Драйера нашлась слишком уважительная причина, чтобы не торопиться открывать дверь. Он лежал спиной на полу, заваленном мусором, и его широко открытые глаза уже ничего не могли увидеть. Это была быстрая смерть, ей хватило одной пули в грудь.

Я прошёл через небольшую гостиную и заглянул в спальню. Дом не отличался чистотой, но, насколько я мог судить, привычное расположение вещей не пострадало.

Я стёр свои отпечатки со всех дверных ручек и пошёл к автомобилю.

В Итон-сити я остановился у ближайшей телефонной будки рядом с закусочной.

Я позвонил в Центральное бюро моторов в Миссури.

– Говорит шериф Риордан из Итон-сити, штат Висконсин, – сказал я. – Я нашёл автомобиль с номером удостоверения, зарегистрированного в вашем штате.

На том конце провода взяли карандаш.

– Какой номер?

Я продиктовал ему номер двигателя. Номерной знак может быть с другого автомобиля.

И я сказал ему номер, который списал в сарае у Берта Драйера.

– Мне нужно минут десять – пятнадцать, – сказал он. – Я должен позвонить вам?

– Нет. Я не у себя в кабинете и не скоро буду. Может быть, я сам позволю вам?

Мои затруднения не вызвали у него никаких подозрений. Устанавливать принадлежность автомобиля частному лицу так же несвойственно, как выяснять величину банковского вклада, и он не проявил никакого любопытства к моей персоне.

Через двадцать минут я снова позвонил ему.

– Удостоверение принадлежит Сэму Роджерсу из Сент-Луиса.

– А что насчёт двигателя? От его машины?

– Да. Мы проверили.

Я поблагодарил его и повесил трубку.

Избавляться от, машины – не такое простое занятие, как может показаться. Если сбросить машину с отвесной скалы или утопить в реке, девять шансов из десяти, что кто-нибудь найдёт её и начнёт задавать ненужные вопросы.

Но если разобрать машину на части, разрезать, на кусочки, оставить крыло здесь, дворцу там – на свалке, в лесу или в озере, почти наверняка никто не задастся вопросом, почему здесь оказался тот или иной кусочек. Судя по всему, именно такую участь предназначал машине Сэма Роджерса Берт Драйер.

Но почему?

Предположим, Берт Драйер убил Сэма Роджерса. Зачем он сделал это? Насколько я знал, Берт и Сэм не подозревали о существовании друг друга до того момента, когда Сэм пришёл в «Листон-хаус», и это обстоятельство начисто исключало причины личного свойства. Оставался только один правдоподобный мотив для убийства – деньги.

Сэм Роджерс собирался оставить жену и партнёра. Он закрыл счёт в банке Сент-Луиса и получил по чеку деньги в Милуоки. Сэм носил деньги с собой, и Берт каким-то образом узнал об этом.

Но сегодня Берт был мёртв. Это могло значить только одно – что Берту помогал избавиться от Роджерса некто, кто не доверял Берту до конца или не собирался делиться с ним деньгами Роджерса.

Я позвонил в отель «Вашингтон» и вызвал Ирэн Роджерс.

– Ничем не могу порадовать вас, – сказал я. – Сдаётся мне, что вашего мужа уже нет в живых. Правда, пока это только моё предположение, что он убит.

После некоторой паузы Ирэн Роджерс ответила ровным, лишённым эмоций голосом.

– Расскажите мне подробности.

Я рассказал ей всё, что узнал и что подозревал.

– Вы знали, что у него с собой тридцать пять тысяч долларов?

Вопрос застал её врасплох.

– Мы с Сэмом договорились порвать с Питом после того, как Сэм закончит последний список. Сэм забрал деньги из банка и носил их с собой. Он считал, что так будет удобнее. Мы собирались перебраться на восточное побережье. Вы уже были в полиции?

– Ещё нет. А по-вашему, стоит?

Я не услышал сомнений в её голосе, когда она сказала:

– Нет.

– Когда тело Берта будет найдено, полиция примет во внимание, что я спрашивал, где он живёт. Они спросят меня о причинах моего интереса к убитому, и, чтобы выпутаться, мне придётся рассказать всё, что я знаю.

– Если полиция найдёт тридцать пять тысяч, мне будет очень трудно доказать свои права на них. Ведь Сэм приобрёл их не совсем честным и законным путём. Если вы разыщете деньги раньше полиции и не скажете им об этом, пять тысяч ваши. Вас устраивает моё предложение?

– Вне всяких сомнений. Я сделаю всё возможное.

Когда я вышел из закусочной, то увидел, что на тротуаре меня дожидался Пит Кейбл. Он приветливо ухмылялся.

– Как ваши успехи?

– Я полагал, что вы давно уже уехали.

– Я решил немного задержаться. Здесь больше шансов разузнать всё получше. – Он снял целлофан с сигары. – Сегодня утром я следил за вами. Когда вы уехали, я тоже заглянул в сарай. В этих железках мне почудилось что-то знакомое. Потом ночной дежурный. Потом они разузнают всё про машину и выйдут на Сэма. Они потянут клубочек дальше, и тогда в поле их зрения попадёт Ирэн, вы и, возможно, я. Я не знаю, насколько чисты в этом деле вы, Риган, но я не люблю, когда обо мне узнают слишком много подробностей. Наверное, надо поскорей уезжать отсюда, но мои мозги упорно твердят мне, что, если я хочу выпутаться из этой скверной истории, я должен остаться здесь. Что за чертовщина приключилась с Сэмом? Хотел ли он просто смыться и оставить меня в дураках, или тут кроется что-то другое? Вот что я должен узнать.

– Мне нечего предложить вам, Кейбл. Я сам теряюсь в догадках. – Ия сел в машину, оставив его в полной неопределенности.

Теперь я думал о Пите Кейбле. Был ли он действительно непричастен ко всему этому, как хотел представить мне? Или он всё-таки успел перехватить Роджерса? Тогда какое отношение к этому имеет Берт Драйер? Вряд ли Кейбл подошёл к первому встречному и сказал: «Послушай, мне нужно спрятать подальше одного типа и его машину. Что, если ты поможешь мне в этом? Я нашёл тридцать пять тысяч долларов, мы можем поделить их с тобой». И потом преспокойно укокошил своего нового помощника.

Я посмотрел в зеркало заднего обзора. За мной, держась на небольшом расстоянии, ехал двухцветный «бьюик». Я ожидал этого.

Я остановил машину у небольшого магазинчика и вышел. «Бьюик» остановился метрах в двадцати за моей машиной. Теперь у Кейбла был выбор: ждать меня у парадного вы хода или у заднего. Он не мог быть сразу в двух местах. Наверняка он крыл меня последними словами, но всё же решил держаться моей машины. Если я обману его ожидания, это будет стоить мне прогулки пешком.

Я вышел через задний выход и пошёл к «Листон-хаусу».

Теперь меня интересовала Ирэн Роджерс. Она была замужем уже три года, но непохоже, чтобы Сэм тратил на неё много денег. Он был не из тех людей. Решила ли она, что сейчас самое время прибрать к рукам тридцать пять тысяч – когда деньги были у Сэма, а не в банке?

Нуждалась ли она в Берте, чтобы спрятать концы в виду?

Или Берт просто шантажировал её, и у неё не оставалось иного выхода, как избавиться от него?

Если деньги уже у неё, зачем ей в таком случае нанимать меня? Вряд ли в её интересах, чтобы кто-то докапывался до истины. Она могла просто спрятать деньги, а полиция сообщить, что её муж исчез, – если она хотела создать себе алиби.

Тогда кто был сообщником Берта Драйера? Не Кейбл и не Ирэн, а кто-то третий, о ком я ничего не знал.

Дежурный в «Листон-хаусе» поднял голову при моём появлении.

– Ну как, застали Берта?

– Я стучался, но, по-моему, в доме никого не было.

Дежурный был невысоким. Как Берт. Сколько нужно коротышек, чтобы спрятать одно тело?

В коридоре стоял карточный стол, пинокль был в самом разгаре. Почти всем игравшим было за шестьдесят, а то и за семьдесят. Я закурил сигарету и снова повернулся к дежурному.

– Вы работаете здесь каждый день? – Он вяло улыбнулся.

– Приходится. Я владелец «Листон-хауса». Фрэнк Листон, к вашим услугам. – Он посмотрел в сторону игроков. – Впрочем, это не так тяжело, как может показаться. В воскресенье меня подменяет студент из колледжа. Двадцать один год, но вполне надёжен.

Меня не заинтересовал студент из колледжа. Вряд ли Берт обратился к нему, когда потребовалось скрыть убийство.

– Вы и ночуете здесь? – спросил я.

– Нет. У нас с женой маленький коттедж в Честнуте.

– Давно у вас Берт Драйер?

– Двадцать лет.

Он перевёл взгляд с меня на входную дверь со старомодной латунной ручкой, которую открывал толстяк в форме сержанта полиции.

– Это сержант Старк, – сказал Листон. – Похоже, чем-то всерьёз озабочен.

Старк подошёл к столику.

– Плохие новости, Фрэнк. Берт Драйер мёртв.

У Листона отвисла нижняя губа.

– Мёртв? Несчастный случай?

Старк отрицательно покачал головой.

– К сожалению, нет, Фрэнк. Его застрелили. Джим Хаген повёз Берту бензин и случайно заглянул в кухонное окно. Он увидел Берта лежащим на полу.

Фрэнк Листов неотрывно смотрел на меня. И я почёл за благо вступить в разговор раньше, чем он мог вынудить меня к этому.

– Около часа назад я был у Берта, сержант. Я постучал в дверь, но мне никто не открыл, и я вернулся сюда.

Старк воззрился на меня с повышенным интересом.

– Зачем вам понадобился Берт?

Я показал ему своё удостоверение.

– Миссис Роджерс мне поручила поиски её мужа. Он исчез примерно неделю назад. Я установил, что он зарегистрировался в «Листон-хаусе», провёл в своём номере одну ночь и, по словам Берта Драйера, уехал рано утром. Я пробовал искать в других местах, но неудачно. Поэтому я снова приехал к Берту, надеясь, что он вспомнит что-нибудь ещё, что может помочь мне в поисках.

– Как выглядел этот Роджерс?

Я протянул ему фотографию. Он внимательно изучил её.

– Никогда не видел этого человека здесь. – Он вернул мне фотографию. – Пропавший муж и убийство? Случайное совпадение или одно связано с другим?

– У меня ещё нет выводов, сержант.

– Как вы узнали, что Роджерс останавливался в «Листон-хаусе»?

Я рассказал ему о фокусе с ланчем, который придумали Роджерс и Кейбл. Рано или поздно он узнает об этом, и то, что я сам рассказал ему, должно свидетельствовать в мою пользу.

– Кейбл сейчас в городе. Если вы хотите допросить его раньше, чем он уедет, вы можете найти его на главной улице. Не так давно я видел там его автомобиль.

Я сообщил Старку приметы Кейбла и его машины.

Сержант явно колебался. Видно было, что он понимал, что исчезновение Роджерса и проделки с панчем требуют к себе более пристального внимания. Но связаны ли они с убийством, расследованием которого он сейчас занимался? Всё же Старк решил не упускать случая поговорить с Кейблом.

– Не уезжайте из города ещё некоторое время, Риган. Вы можете понадобиться мне.

Когда он ушёл, я позвонил Ирэн Роджерс.

– Полиция обнаружила труп. Меня уже допрашивали.

– Что вы сказали им?

– Только то, что я ищу вашего мужа. Мы говорила о панче, но я не сказал, что ваш муж имел с собой тридцать пять тысяч долларов.

– Всё равно они узнают об этом.

– Но если ни я, ни вы не скажем, кто сделает это? Убийца Берта Драйера? У нас есть шанс найти деньги раньше полиции. Они наверняка придут к вам, когда установят связь между Драйером и вашим мужем. Будьте готовы к этому.

– Хорошо. Я спокойна за деньги.

Я не видел Старка до пяти часов вечера.

Он удобно устроился в одном из кресел в коридоре.

– Мы нашли вашего Роджерса.

Моё удивление было искренним.

– Где он скрывался?

– В земле. – Старк достал сигарету из кармана и закурил. – Мы послали своих людей обследовать участок Берта Драйера. Сначала они обнаружили, яму в фут глубиной за одним из сараев Берта. Очень похоже, что оттуда выкапывали небольшой ящичек. Вроде тех, в которых многие хранят дома личные бумаги.

– Выходит, Берта убили из-за денег?

– Мы тоже подумали об этом, хотя у Берта никогда не водилось много денег. Но потом мы обнаружили в леске за участком кусок свежевскопанной земли. Мы вырыли два с половиной фута и наткнулись на труп Сэма Роджерса.

– Отчего он умер?

– Мы произвели вскрытие сегодня утром. Он умер от сердечного приступа.

Старк стряхнул пепел с сигареты.

– В сарае мы нашли разобранный на части автомобиль. Судя по номеру на блоке цилиндров, он принадлежал Роджерсу. Кстати, сержант из Центрального бюро моторов говорит, что сегодня кто-то уже интересовался этой машиной. Какой-то шериф Риордан из Итон-сити.

– Вы говорили с ним?

– У нас нет шерифа по имени Риордан. – Старк пристально посмотрел на меня. – Вам, конечно, ничего не известно об этом звонке, не так ли, Риган?

Я неплохо разыграл удивление.

– Боюсь, что нет, сержант.

Несколько секунд Старк смотрел в окно.

– В этой задачке очень много неясного, и я постараюсь найти ответ на неё. Пока я могу предположить только одно. Роджерс остановился в «Листон-хаусе». Ночью с ним случился сильный сердечный приступ. Не исключено, что он успел позвонить Берту. Или Берт нашёл его уже мёртвым.

– Эта версия не объясняет, почему Берт решил сам похоронить его.

– Из-за денег. У Роджерса их могло быть достаточно, чтобы заставить Берта сделать то, что, как я предполагаю, он сделал. Он нашёл деньги и решил присвоить их.

– Но почему именно таким способом? Зачем хоронить Роджерса у себя на участке?

– Думаю, он боялся, что кому-то ещё известно о деньгах Роджерса. Его жене, например. Или другим родственникам. Если труп найдут без денег, не миновать расследования и неприятностей для Берта. Деньги и Роджерс должны были исчезнуть. При расследовании полиция пришла бы к выводу, что Роджерс решил исчезнуть – сам, по своим собственным мотивам. Не так уж редко случается.

– Кто и зачем убил Берта?

– Опять же из-за денег. Одно из двух: или кто-то узнал, что у Берта деньги Сэма Роджерса, или кто-то не захотел делиться с ним.

– Когда убили Берта?

– Следователь предполагает, что сегодня утром около десяти.

– У вас есть какие-нибудь предположения?

– У меня была одна хорошая версия. Я грешил на Фрэнка Листона. Он вполне мог быть тем человеком, к которому обратился Берт. У Берта было не так много друзей, и Листон мог позволить ему уговорить себя. Его дело не приносит хорошего дохода. Но если сообщником Берта был Листон, он не мог убить Берта. Он не покидал отеля с девяти утра до моего появления. В коридоре играли в пинокль, все игравшие свидетельствуют, что Листон всё утро сидел за столиком.

Старк поднялся из кресла.

– Я прошу вас ещё немного задержаться в городе. Кроме того, мне нужен адрес миссис Роджерс, я хочу задать ей несколько вопросов.

Я сообщил ему адрес Ирэн Роджерс и, после того, как увидел, что полицейская машина уехала, завёл свою.

Когда я подъехал к «Станции технического обслуживания Торка», мне навстречу вышел тот же парень. На этот раз я показал ему своё удостоверение.

– Вчера вечером я спрашивал у вас о человеке, который выиграл двадцать долларов в панч.

Я показал ему фотографию Сэма Роджерса.

– Это он?

Парень кивнул.

– Да, это он.

– Его звали Сэм Роджерс. Я хочу, чтобы вы рассказали всё, что происходило, когда он был здесь. Всё. Что он делал, что он говорил.

Парень немного помедлил, припоминая.

– Он приехал к нам вечером, около восьми. Просил меня проверить уровень масла, но оказалось, что всё в норме. Потом он сказал, что играл в панч в Ривер-Фоллз и проиграл. Я сказал ему, что у нас тоже есть подставка для панча и что, может быть, у нас ему повезёт. Роджерс выбил двадцать долларов со второй или третьей попытки.

– Он сразу уехал?

– Нет. Он спросил, где находится «Закусочная Харрисона». Я сказал ему, что Харрисон закрывается в семь. Потом Роджерс спросил, где он может переночевать. Я сказал ему, что ниже по улице есть «Листон-хаус».

– Это всё?

– Нет. Он сказал, что у него спустило одно колесо. Прокол случился в дороге, и он был вынужден сам менять его. Торк ответил, что мы очень заняты и не можем сразу заняться его колесом. Это была неправда, но Торк злился на Роджерса из-за панча, и я думаю, он решил отыграться на нём. Роджерс оставил нам колесо и спросил, когда мы открываемся утром. Торк сказал – в девять. Роджерсу это не подходило, он собирался уехать раньше. Торк сказал, что сам принесёт колесо в отель, когда укрепит его. Они договорились, что Роджерс оставит машину на автомобильной стоянке перед отелем. Роджерс сразу же расплатился и уехал.

Я посмотрел в сторону станции. Торк сидел за столиком и заполнял какие-то бланки.

– Торк отнёс колесо в отель?

Парень кивнул.

– Когда Торк вернулся?

– Он не вернулся. Позвонил мне через полчаса и сказал, что плохо себя чувствует. Велел закрыть станцию на ночь. Было без четверти десять.

Я посмотрел на свой автомобиль.

– По-моему, у меня тоже подозрительно мягкие шины. Посмотрите их.

Когда парень занялся моими шинами, я вошёл в здание станции. Торк на секунду оторвался от своего занятия, чтобы взглянуть на меня, но потом снова вернулся к нему.

Я опустил монету в щель колонки и повернул рычаг.

– Хороший город, – сказал я. – Но я слышал, что у вас свои неприятности.

Он посмотрел на меня.

– Какие неприятности?

– Убийство. Какой-то Берт Драйер.

Он снова вернулся к своим бумажкам.

– Да. Я тоже слышал об этом.

Я выдержал небольшую паузу и сказал:

– Впрочем, меня это мало касается. Не мне расследовать, славу богу.

Он воззрился на меня с живейшим интересом.

– В управлении мне поручили розыски некоего Сэма Роджерса, – сказал я. – Мы шли по его следам до Итон-сити, но потом он вдруг исчез.

Он с трудом выдавил из себя вопрос:

– В управлении?

Я кивнул и вытащил из кармана фотографию.

– Вы не видели этого человека?

Его лицо стало непроницаемым.

– У меня плохая память на лица.

Я вздохнул.

– Мы долго шли за ним. У него было с собой на тридцать пять тысяч мусора.

Он покрылся испариной.

– Мусора?

Я кончил заправляться, и вытер пальцы.

– Тридцать пять тысяч долларов. И все фальшивые.

Я вернулся к своей машине, расплатился с парнем и уехал. Через три квартала на некотором возвышении я остановился, устроился в кресле поудобнее и принялся наблюдать за станцией. Думаю, в этот момент я правильно представил себе, как всё происходило. Торк принёс колесо к стоянке у «Листон-хауса». Ему нужен был ключ, чтобы открыть багажник Роджерса. Он нашёл номер Роджерса и постучал. Не получив ответа, Торк вошёл в номер, где увидел Роджерса уже мёртвым.

Что сделал Торк в этой ситуации? Я думаю, он в панике ринулся вниз, к столику дежурного, за которым сидел Берт Драйер. Они вернулись в номер Роджерса уже вдвоём. После того как первое потрясение прошло, оси более внимательно осмотрели комнату. И нашли деньги.

Столько денег в своей жизни они ещё не видели. Уйти просто так, оставив их в комнате с мёртвым Роджерсом, было свыше их сил. Роджерс и всё, что ему принадлежало, должно было исчезнуть без следа.

Потом в Итон-сити приехал я и начал интересоваться Сэмом Роджерсом. Берт позвонил Торку и рассказал ему обо мне. По зрелом размышлении Торк решил, – что без Берта он будет спокойнее. Или, во всяком случае, богаче. Он принудил Берта показать, где тот прятал свою долю, и затем хладнокровно убил его.

Интуиция подсказывала мне, что я не заблуждался.

Сейчас у Торка было тридцать пять тысяч долларов, и, чтобы завладеть ими, он пошёл на убийство. Ему ничего не оставалось, как держаться за них любой ценой.

Но теперь, после моих слов, они стали для него простой бумагой, которая, ко всему прочему, могла отправить его на электрический стул. Он должен сделать попытку избавиться от опасной улики, и чем скорее, тем лучше.

Где Торк мог прятать деньги? В помещении станции обслуживания? Вряд ли. Кроме персонала станции, он должен был опасаться и своих многочисленных клиентов. Риск потерять деньги, если кто-нибудь случайно наткнётся на них, был очень велик.

Дома? Это было больше похоже на истину. Я думаю, что, скорее всего, он предпочёл держать деньги около себя.

Из ворот станции выехал пикап; за рулём сидел Торк. Я развернулся и поехал следом, стараясь держаться двумя кварталами сзади, чтобы между нами было, по крайней мере, две машины.

Примерно через милю он свернул с главной улицы, и я снизил скорость. Дома стали быстро редеть, пока окончательно не перешли в самые настоящие сельские постройки.

Он съехал с дороги позади небольшого домика, расположенного на участке в несколько акров. Когда я проезжал мимо, он уже вышел из машины и размашисто шагал к гаражу.

Я выбрал место, где можно остановить машину и наблюдать за его действиями, без риска быть замеченным.

Я был уверен, что он приехал за деньгами. Решит ли он сжечь их? Опасность такого поворота событий была не исключена, но мне уже доводилось замечать, что большинство местных жителей держат у себя горелки, чтобы отапливать дом, и очень немногие используют их для того, чтобы жечь мусор. Если он выйдет из гаража и направится к дому, мне придётся действовать очень быстро.

Когда Торк вышел из гаража, в его руках был свёрток размером с обувную коробку. Он снова сел в пикап и, когда выехал на дорогу, повернул машину в мою сторону.

После того как он проехал мимо, я включил стартер. Теперь я держал Торка на расстоянии полумили от себя, позволяя другим машинам вклиниваться между нами, но не теряя пикап из вида.

Пикап въехал на мост, перекинутый через небольшую речушку, и остановился.

Когда я проезжал мимо него, то прикрыл лицо одной рукой, закуривая сигарету, но он даже не посмотрел в мою сторону. Он поднял капот и сосредоточенно копался в моторе.

Я доехал до первого холма и остановил машину на обочине дороги. Мне пришлось пройти немного пешком в обратную сторону до места, откуда я мог отчётливо видеть мост и машину Торка.

Капот был по-прежнему поднят, и Торк не отходил от машины. Несколько раз он разгибал спину и насторожённо оглядывал дорогу, выжидая, когда она опустеет. Этот момент наступил минут через семь-восемь.

Торк быстро вытащил из кабины свёрток и швырнул его в реку. Затем он сел в пикап и направился к Итон-сити.

Я бросился к своей машине и поехал к мосту. Течение было спокойным, и, если Торк даже не снабдил свёрток лишним грузом, тот не мог уплыть далеко, но я всё же надеялся на его предусмотрительность.

Под мостом я снял шорты. Река была неширокой – футов шестьдесят, не больше – и неглубокой. Вода доходила мне только до груди. Я сделал в воде шесть кругов, переходя от отмели к отмели, пока не наступил на свёрток.

Я вытерся парой носовых платков и только после этого, уже в машине, вскрыл свёрток. В свёртке было две коробки, в которых, сухие и нетронутые, лежали тридцать пять тысяч долларов. Я знал, что одна из коробок когда-то принадлежала Берту Драйеру.

Теперь я ехал на север и по дороге миновал два маленьких городка, пока в третьем не нашёл автобусную станцию с автоматическими камерами хранения. Я выбрал ячейку, опустил в щель монетки, захлопнул дверцу и поехал обратно в Итон-сити.

Я склонялся к тому, что полиция – в конце концов, выйдет на Торка. Он расскажет им, почему он убил Берта Драйера и где выбросил свёрток с деньгами. Они прочистят дно реки драгой, но, в конце концов, прекратят поиски, найдя течение достаточно сильным, чтобы унести свёрток.

А тридцать пять тысяч долларов? Пять для меня и тридцать для Ирэн Роджерс?

Я улыбнулся.

Я скажу Ирэн, что близко не подходил к её деньгам.

Ей будет нелегко пережить это известие, но думаю, что мы, в конце концов, поладим. Ирэн, я и, может быть, Кейбл.

На меня произвёл впечатление их трюк с подставками для панча.