332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Дональд Бартельми » Шестьдесят рассказов » Текст книги (страница 2)
Шестьдесят рассказов
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 23:39

Текст книги "Шестьдесят рассказов"


Автор книги: Дональд Бартельми






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 31 страниц)

Я И МИСС МАНДИБУЛА

13 сентября

Мисс Мандибула хотела бы заняться со мной любовью, но не решается, потому что официально я ребенок. Согласно моим документам, согласно классному журналу, лежащему на ее столе, согласно картотеке в кабинете директора мне одиннадцать лет. Здесь явное недоразумение, нужно бы его устранить, но у меня все как-то не получается. В действительности мне тридцать пять, я служил в армии, мой рост шесть футов с дюймом, у меня растут волосы на всех нужных местах, у меня густой баритон, и я без малейших раздумий сделаю с мисс Мандибулой все, что полагается, если она в конце концов преодолеет свои сомнения.

Тем временем мы изучаем простые дроби. Само собой, я могу ответить на любой из ее вопросов, во всяком случае – на большую их часть (кое-что успело выветриться из головы). Но я предпочитаю сидеть на слишком маленькой для меня парте, куда и втиснуться-то трудно, и наблюдать окружающую жизнь. В нашем классе тридцать два ученика, ежеутренне перед началом уроков мы присягаем на верность родине. В данный момент моя верность поделена между мисс Мандибулой и Сью Энн Браунли, которая сидит через проход от меня и отличается, подобно мисс Мандибуле, крайней любвеобильностью. Сегодня я предпочитаю скорее вторую. Хотя Сью Энн еще только одиннадцать или одиннадцать с половиной (свой точный возраст она скрывает), она ведет себя как вполне сформировавшаяся женщина, с завуалированной женской агрессивностью и типично женской непоследовательностью.

15 сентября

К счастью, наш учебник географии, содержащий карты всех основных массивов суши, достаточно велик, чтобы потихоньку вносить под его прикрытием записи в дневник, который я веду в самой обыкновенной школьной тетрадке с черной обложкой. Каждый день я с нетерпением жду урок географии, чтобы записать мысли о своем положении и своих соучениках, появившиеся у меня за утро. Я пробовал писать и на других уроках, но из этого ничего не вышло. То учительница разгуливает между колонками (на географии она редко удаляется от висящей рядом с доской карты), то Бобби Вандербилт, сидящий прямо за мной, долбит меня по почкам, желая узнать, что это я там делаю. Как выяснилось из бессвязного разговора на школьном дворе, Вандербилт торчит на спортивных машинах, такой себе старый и преданный читатель «Роуд знд трек». Теперь понятно, что это за рев и завывание доносятся сзади – он воспроизводит голосом «Звуки Сибринга» [2]2
  В Сибринге (Флорида) регулярно проводятся автомобильные гонки.


[Закрыть]
, это пластинка такая.

19 сентября

Один только я иногда (только иногда) понимаю, что допущена некая ошибка, что я попал не туда, куда надо. Возможно, мисс Мандибула тоже это знает, на каком-то уровне, однако по причинам, не вполне для меня ясным, она безропотно участвует в игре. Когда меня записали в этот класс, я было хотел протестовать, ошибка казалась совершенно очевидной, ее не мог не заметить даже самый тупой директор, но затем у меня возникло убеждение, что тут и речи не может быть о случайности, что я снова пал жертвой предательства.

Теперь все это не имеет почти никакого значения. Роль школьника ничуть не менее интересна, чем моя предыдущая жизненная роль – тогда я служил в страховой компании «Грейт Нотерн» оценщиком убытков – должность, вынуждавшая меня проводить уйму времени среди обломков нашей цивилизации, постоянно созерцать смятые бамперы, сараи без крыш, выпотрошенные склады, сломанные руки и ноги. После десяти лет подобных развлечений начинаешь воспринимать весь мир как огромную свалку; смотришь на человека и видишь только его (потенциально) поврежденные члены; входя в дом, сразу же прослеживаешь пути распространения неминуемого пожара. Поэтому, когда меня поместили сюда, я не стал возникать, хотя и понимал, что произошло недоразумение. Я был хитер, я догадывался, что из этого, вроде бы, бедствия можно будет извлечь вполне реальную выгоду. Работая оценщиком, научаешься очень многому.

22сентября

Меня настойчиво приглашают в волейбольную команду. Я отказываюсь, с моим ростом это было бы просто нечестно.

23сентября

Каждое утро устраивается перекличка. Бествайна, Бокенфор, Бран, Браунли, Гайзуайт, Гейгер, Дарин, Дер– бин, Джейкобе, Кляйншмидт, Койл, Коун, Кресилиус, Лей, Логан, Мейси, Митганг, Пфайлстикер, Хеклер. Вот так же в рассветные часы под тусклым, убогим техасским небом зачитывал свой поминальник кадровый сержант нашей учебной роты.

В армии я тоже был не совсем своим, с неким вывихом. Мне потребовалось чрезвычайно много времени, чтобы усвоить истину, схваченную всеми остальными слету: значительная часть того, что мы делаем, не имеет абсолютно никакого смысла, не служит никакой разумной цели. Я все думал и думал – почему? Затем произошло нечто, заставившее меня изменить вопрос. В один прекрасный день нам приказали побелить от земли до макушки все деревья на полигоне. Капрал, передавший нам этот приказ, чувствовал себя крайне неловко и словно даже извинялся. Поближе к вечеру на полигон вышел прогуляться свободный от службы капитан. Он постоял немного, глядя на нас, в конец вымотанных и забрызганных известкой, растянувшихся цепочкой среди жутких, как привидения, плодов нашего труда и ушел, ругаясь последними словами. Я понял основной принцип (приказы не обсуждают), но задался вопросом: кто их отдает?

29 сентября

Сью Энн просто чудо. Вчера на уроке истории я проигнорировал ее попытку передать мне записку и был наказан злобным пинком в лодыжку. Хожу теперь с распухшей ногой. Хотя как мог я взять эту записку, если мисс Мандибула смотрела прямо на меня? Странным образом Сью Энн напоминает мне жену, имевшуюся у меня в моей прошлой жизненной роли, а мисс Мандибула кажется совсем ребенком. Она все время смотрит на меня, стараясь при этом изгнать из своего взгляда всякую сексуальную заинтересованность, я очень опасаюсь, что и другие ученики это тоже заметили. Я уже поймал однажды в призрачном эфире внутриклассной связи слова «Училкин любимчик».

2 октября

Иногда я задумываюсь над глубинной природой заговора, бросившего меня сюда. В такие моменты мне начинает казаться, что он, этот заговор, был организован моей женой из прошлой жизни, которую звали… Да нет, я только притворяюсь, что забыл. Я прекрасно помню ее имя, ничуть не хуже, чем я помню название смазочного масла, которым я заправлял машину (Квакер Стейт

[3]

[Закрыть]
) или мой давний армейский номер (US 54109268). Ее звали Бренда.

7 октября

Сегодня я подкрался к столу мисс Мандибулы (в классе никого, кроме меня не было) и посмотрел, что там лежит. Мисс Мандибула оказалась аккуратисткой. На столе лежали только журнал (тот самый, в котором я числюсь как шестиклассник) и пособие для учителей, открытое на параграфе «Как связать арифметические действия с жизнью». За заголовком шел следующий текст: «Многие ученики с удовольствием оперируют дробями, если понимают при этом смысл своих действий. Они уверены в своей способности произвести все необходимые операции и получить правильный ответ. Однако, чтобы придать предмету полную социальную значимость, необходимо рассмотреть целый ряд реалистичных ситуаций, при которых требуются изучаемые действия. Нужно решать как можно больше интересных, жизненных задач, связанных с применением дробей…»

8 октября

У меня нет неприятного ощущения, что все это однажды уже было. Теперешние учителя учат совсем иначе. Да что там учителя, даже эти дети заметно отличаются от тех, что сопровождали меня в моем первом восхождении по ступеням средней школы: Они уверены в своей способности произвести все необходимые операции и получить правильный ответ.Это не подлежит никаким сомнениям. Когда Бобби Вандербилт, который сидит за моей непропорционально огромной спиной, а потому имеет серьезное тактическое преимущество в проведении скрытых маневров, хочет врезать кому-нибудь из одноклассников по зубам, он сперва просит мисс Мандибулу опустить жалюзи под тем предлогом, что солнце бьет ему прямо в глаза. Ну а пока она этим занимается – хряп!Мое поколение ни за что не сумело бы дурачить начальство со столь изящной легкостью.

13 октября

Яневерно понял инструкцию. Не подумайте чего такого – это было трагедией только с точки зрения начальства. Я, видите ли, решил, что обязан удовлетворить пострадавшую (пожилую леди, даже не имевшую нашего полиса, а просто возбудившую дело против «Биг Бен перевозки и складирование инк».) за счет нашей компании. Вознаграждение встало в 165000 долларов, иск был вполне справедливым, я и сейчас так считаю. Но без моего ободрения миссис Бичек никогда не набралась бы смелости оценить свои травмы так высоко. Компания выложила деньги, однако ее вера в меня, в эффективность исполнения мной данной роли была подорвана. Наш местный менеджер Генри Гудикайнд выразил эту мысль в словах, не совсем лишенных сочувствия, сразу же добавив, что мне придется перейти на другую роль. Я и глазом моргнуть не успел, как оказался здесь, в средней школе имени Хораса Грили, под страстным взором мисс Мандибулы.

7 7 октября

Сегодня у нас будет учебная пожарная тревога. Я это знаю, потому что был назначен главным пожарником не только нашего класса, но и всего правого крыла второго этажа. Это отличие, полученное мной почти сразу по поступлении в школу, расценивается некоторыми как еще один признак несколько сомнительного характера моих отношений с учительницей. Красная нарукавная повязка с надписью большими белыми буквами ПОЖАРлежит у меня на полочке под партой, рядом с упакованным в коричневый бумажный мешочек завтраком, каковой я лично с любовью и тщанием готовлю для себя каждое утро. Самостоятельное приготовление завтрака (у меня нет никого, кто мог бы этим заняться) имеет серьезное преимущество: я могу наполнять свой мешочек тем, что мне действительно нравится. Бутерброды с арахисовым маслом, которые делала мне в моей прошлой жизни много лет тому назад мама, уступили место ветчине и сыру. Я заметил, что моя диета загадочным образом приспособилась к моему новому положению: к примеру, я не пью, а если и курю, так только в туалете для мальчиков, там же, где и все остальные. После уроков я практически не притрагиваюсь к сигаретам. И только в том, что касается секса, я ощущаю свой истинный возраст, очевидно, это одна из тех вещей, которые усваиваются раз и навсегда, единожды научился, так никогда не разучишься. Я живу в постоянном страхе, что как-нибудь мисс Мандибула задержит меня в школе после уроков, а затем, когда мы с ней останемся один на один, создаст опасную ситуацию. Во избежание этого я стал образцовым учеником – еще одна причина нескрываемого неодобрения, с которым я зачастую сталкиваюсь. Однако нельзя не признать, что я остро ощущаю опаляющую силу долгих взглядов, метаемых в мою сторону со стороны измазанной мелом доски – мисс Мандибула по многим параметрам (особенно это касается бюста) представляет собой весьма лакомый кусочек.

24октября

Изредка, но все же возникают проблемы, связанные с моей огромностью, с моим смутно осознаваемым положением местного Гулливера. По большей части мои одноклассники предельно тактичны на этот счет, точно так же вели бы они себя, будь у меня всего один глаз, или иссохшие, схваченные металлическими кольцами и подпорками ноги. Однако сегодня Гарри Бран, чей отец разбогател на производстве Брановских Водопроводных Кранов (из-за чего Брана-младшего наградили кличкой «Кран») ни с того, ни с сего спросил, не желаю ли я с ним подраться. За этим самоубийственным начинанием заинтересованно наблюдала кучка его дружков. К величайшему облегчению Гарри, я ответил, что нет, я как-то не чувствую себя в форме. Теперь мы с ним закадычные друзья. В беседе с глазу на глаз Гарри дал мне понять, что может обеспечить меня любым необходимым числом водопроводных кранов по совершенно смешным ценам.

25октября

«Как можно больше интересных, жизненных задач, связанных с применением дробей…»Эти теоретики не желают понимать, что все, более-менее интересное и жизненное из происходящего в классе проистекает из того, что они, по всей вероятности, назвали бы межличностными отношениями: Сью Энн пнула меня в щиколотку. Сколь жизненна, сколь женственна была нежная озабоченность, охватившая ее после содеянного! Моя новообретенная хромота вызывает у нее почти нескрываемую гордость, все знают, что это она оставила на мне свою отметину, это ее победа в неравной борьбе с мисс Мандибулой за мое непомерно огромное сердце. Даже мисс Мандибула это знает и парирует единственным, пожалуй, доступным ей способом – саркастическим вопросом: «Вы поранились, Джозеф?» Под ее ресницами тлеют пожары, томление по старшему пожарному застилает ей глаза. Я бормочу что-то такое насчет ушибся.

30 октября

Я снова и снова возвращаюсь к вопросу о своем будущем.

4 ноября

Нелегальная система обмена литературой доставила мне через Бобби Вандербилта журнал «Тайны кино и ТВ» с кричащим заголовком на пестрой обложке: «Дружок Дебби оскорбляет Лиз!» Это подарок от Фрэнки Рэндолф, довольно невзрачной девочки, с которой я до сего момента не перебросился ни словом. Я оборачиваюсь через плечо, улыбаюсь и благодарно киваю, Фрэнки прячет голову под парту. Я уже видел эти журнальчики, постоянно циркулирующие среди девочек (лишь иногда тот или иной мальчик снисходит до ознакомления с какой-нибудь особо аляповатой обложкой). Все журналы, попавшие на глаза мисс Мандибуле подвергаются немедленной конфискации. Я пролистываю «Тайны кино и ТВ», и это кое-что. «Эксклюзивный снимок на этой странице совсем не то, что вы подумали. Поэтому в интересах прекрасного парня мы сперва излагаем обстоятельства. Вот, как это было в действительности!» Эксклюзивный снимок запечатлел молодого, входящего в моду киноидола, лежащим в кровати. На мальчонке ночная рубашка, глаза у него совершенно мутные, на лице полуодетой девицы, расположившейся у него под боком, застыла гримаса полного изумления. Я рад, что эта картинка совсем не то, что я подумал, я-то в простоте подумал, что это отличное вещественное доказательство для бракоразводного процесса.

Ну, что подумают эти одиннадцатилетние свистульки, наткнувшись в том же самом журнале на полноформатную рекламу продукции Мориса де Паре, именуемой «Бедра Плюс», то бишь накладных задниц? («Тайное оружие, которое придаст неотразимую соблазнительность как вашим бедрам, так и заднему месту, два в одном!») Текст, собственно говоря, почти не нужен – иллюстрации не оставляют места для работы воображения. «Доведет его до исступления. » и т.д. Возможно, здесь-то и кроется ключ к чрезмерногму увлечению Бобби Вандербилта «Ланчами» и «Мазерати» – он не хочет, чтобы его доводили до исступления.

Ну, и, конечно же, Сью Энн заметила авансы несчастной Фрэнки. Поймав мой взгляд, она вытащила из своего ранца не много не мало семнадцать таких журнальчиков и сунула их мне, видимо, в стремлении доказать, что может с лихвой перекрыть любые предложения любых своих соперниц. Я быстро просмотрел цветастые обложки, отметив про себя необычайную широту кругозора, отличающую это издание:

«Знает ли Дебби, что ее детишки плачут?»

«Эдди спрашивает Дебби: не согласишься ли ты…?»

«Эдди в кошмарных снах Лиз!»

«Дебби есть что рассказать про Эдди».

«Личная жизнь Эдди и Лиз».

«Сможет ли Дебби его вернуть?»

«Лиз начинает новую жизнь».

«Любовь непростая штука».

«Эдди устилает свое любовное гнездышко перышками».

«Как Лиз сделала Эдди мужчиной».

«Они задумываются о совместной жизни?»

«А может хватит издеваться над Дебби?»

«Дилемма Дебби».

«Эдци снова становится отцом».

«Думает ли Дебби о повторном браке?»

«Сможет ли Лиз реализовать себя?»

«Почему Дебби ненавидит Голливуд?»

Кто вы такие, вы, Дебби, Эдци и Лиз, как дошли вы до жизни такой? Сью Энн с легкостью ответила бы на эти вопросы – совершенно очевидно, что она прилежно изучает их историю, как путеводитель по тому, что ждет ее самое, когда она вырвется из унылого, опостылевшего класса.

Я прихожу в ярость и сую ей все эти журнальчики назад, без единого слова благодарности.

5 ноября

В шестом классе начальной школы Хораса Грили яростно клокочет любовь, любовь, любовь. За окном моросит, но здесь, в классе, воздух заряжен электричеством страсти. Сью Энн отсутствует; я подозреваю, что от вчерашних переживаний она слегла в постель. Меня мучает вина. Я знаю, что с нее никак нельзя спрашивать за то, что она читает, за модели жизненного поведения, подбрасываемые ей издательской индустрией, которую не заботит ничто, кроме прибыли, моя грубость непростительна. А может, это просто грипп.

Нигде и никогда не соприкасался я с атмосферой, настолько пропитанной подавленной сексуальностью. Сегодня все идет наперекосяк, мисс Мандибула бессильна. Эймоса Дарина застукали на месте преступления – он рисовал на стене раздевалки похабную картинку. По сути дела этот унылый, безграмотный рисунок является не знаком чего-то внеположного, а непосредственно актом любви. Он возбудил даже тех, кто его не видел, даже тех, кто видел, но не понял ничего, кроме единственного факта: это похабщина. Класс гудит от приятного, плохо осознаваемого возбуждения. Эймос стоит у двери и ждет, его должны вызвать к директору. Он колеблется между страхом и гордостью за поступок, мгновенно сделавший его знаменитостью. Мисс Мандибула кидает в мою сторону укоризненные взгляды, словно я каким-то образом виноват во всем этом столпотворении. Но я ни в чем не виноват, ведь не я же создал эту атмосферу, я завяз в ней, как и все остальные.

8ноября

Мне и моим одноклассникам обещают все, а в первую очередь – будущее. Мы, не сморгнув, глотаем эти невероятные заверения.

9ноября

Я наконец набрался духу попросить парту побольше. На переменах я почти не могу ходить, затекшие ноги не желают разгибаться. Мисс Мандибула обещала поговорить с завхозом. Ее тревожит, что у меня слишком уж хорошие сочинения. Она спрашивает, сам ли я их пишу, не помогает ли мне кто? В первый момент я был готов рассказать ей всю свою историю. Однако что-то меня останавливает. Здесь я в безопасности, у меня есть место, и я совсем не хочу отдаваться на милость начальственных прихотей. Решено: впредь я постараюсь писать сочинения похуже.

14 ноября

Загубленный брак, загубленная карьера оценщика, мрачная интерлюдия армейской службы, когда я почти не был личностью. Такое вот сальдо моего существования по настоящий момент, кошмарный итог. Не удивительно, что повторное образование оказалось единственной моей надеждой. Я нуждаюсь в некоей фундаментальной доработке, это ясно даже мне самому. Сколь эффективно общество, пекущееся таким манером о повторном использовании своих отбросов!

14ноября

Различение между взрослыми и детьми, пусть и полезное для некоторых прикладных целей, по сути весьма поверхностно. Существуют лишь индивидуальные эго, обуреваемые жаждой любви.

15ноября

Завхоз проинформировал мисс Мандибулу, что наши парты имеют нужный для шестиклассников размер, установленный Оценочным Советом

[4]

[Закрыть]
, и поставляются школам компанией по производству учебного оборудования «Нью-Арт», город Энглвуд, К amp;тифоония. Он заметил, что, если размер парты правильный, неправильным является, скорее всего, размер ученика. Мисс Мандибула и сама успела прийти к такому заключению, а потому не стала настаивать. Пожалуй, я знаю почему. Обращение к администрации может закончится тем, что меня переведут из этого класса в какое-нибудь такое заведение для «необычных детей». Это было бы полной катастрофой. Оказавшись в одном классе со сплошными вундеркиндами (или, что скорее, с детьми «отстающими в развитии»), я завяну и усохну за неделю. Пусть уж лучше я живу и учусь в самых заурядных обстоятельствах, дай мне, о Господи, быть типичным!

20 ноября

Мы толкуем приметы, как обещания. Мой высокий рост, мой звучный голос заставляют мисс Мандибулу заключить, что однажды я возьму ее на руки и отнесу в кровать. В глазах Сью Энн те же самые признаки делают меня самым необычным изо всех ее знакомых мужского пола, а потому – самым желаемым, а потому – ее личной собственностью, наряду со всем прочим, что является самым желаемым. Если эти заключения окажутся ложными, каждая из них будет считать, что жизнь ее обманула.

Я сам, в прошлой моей жизни, понимал рекламный слоган («Мы поможем вам в трудную минуту») как описание обязанностей оценщика – в грубейшем противоречии с истинными интересами компании. Я верил, что, обретя жену с полным набором присущих жене признаков (красота, обаяние, мягкость, аромат, кулинарные способности), я нашел любовь. Из тех же самых признаков, которые вводят сейчас в заблуждение мисс Мандибулу и Сью Энн Браунли, Бренда сделала вывод, что скука навсегда уйдет из ее жизни. И все мы – мисс Мандибула, Сью Энн, я, Бренда, мистер Гудикайнд – продолжаем верить, что американский флаг является символом некоей обобщенной добродетели.

Однако, глядя на окружающий меня инкубатор будущих граждан, я должен сказать, что знаки это только знаки и некоторые из них лгут.

23 ноября

Может случиться, что моя детская жизнь все-таки меня спасет. Если только я смогу затаиться в этом классе, делая записи в дневнике, пока Наполеон тащится по просторам России в монотонном монологе Гарри Брана, читающего вслух очередной параграф учебника истории. Именно сюда уходят корнями все загадки, смущавшие меня во взрослой жизни. Однако мисс Мандибула не позволит мне остаться ребенком. Ее ладони ложатся мне на плечи слишком нежно, не покидают их слишком долго.

7 декабря

Это место дает мне обещания, обещания невыполнимые, позднее эти обещания будут сбивать меня с толку, создавать ощущение, что у меня ничего не получится.Все представляется как результат того или иного умопостигаемого процесса, если я хочу получить число четыре, я должен идти к нему через два и два. Если я хочу спалить Москву, путь, которым я должен двигаться, уже намечен предыдущим визитером. Если, подобно Бобби Вандер– билту, я вожделею «Ланчу» купе с двигателем в 2,4 литра, мне нужно только проделать операцию, соответствующую поставленной цели, а именно – добыть деньги. А если я стремлюсь к деньгам, как таковым, мне нужно их просто сделать.С точки зрения Оценочного Совета все эти цели в равной степени прекрасны, доказательства видны повсеместно, куда ни кинешь взгляд – в деловитой уродливости этого, сплошь из стекла и стали здания, в сухом изложении фактов, к которому прибегает мисс Мандибула при описании некоторых наших наименее славных войн. Кто укажет, что порядок иногда нарушается, что допускаются ошибки, что приметы толкуются неверно? «Они уверены в своей способности произвести все необходимые операции и получить правильный ответ».

8декабря

Мое просветление развивается чудеснейшим образом.

9декабря

Опять катастрофа. Сегодня меня пошлют к врачу, на обследование. На перемене Сью Энн застала нас с мисс Мандибулой в раздевалке, голые ноги мисс Мандибулы обвивали мою талию. На мгновение мне показалось, что Сью Энн задохнется. Вся в слезах, она побежала из раздевалки в кабинет директора, не имея уже никаких сомнений, кто из нас Дебби, кто Эдди, а кто Лиз. Мне жаль, что я разбил ее иллюзии, но ничего, такая, как Сью Энн, непременно оклемается. Мисс Мандибула погибла, но зато она состоялась. Несмотря на неизбежное обвинение в совращении малолетнего, она спокойна, ееобещание выполнено. Теперь она знает, что все, что ей рассказывали про жизнь и про Америку – чистая правда.

Все мои попытки убедить школьное начальство, что я являюсь несовершеннолетним только в некоем, весьма специфическом смысле, что основная часть вины лежит на мне, ровно ни к чему не привели. Власть имущие твердо стоят на своем. Мои сверстники искренне поражаются, что я отказываюсь от роли безвинной жертвы. Как наполеоновская Старая гвардия, продирающаяся сквозь русские снега, наш класс мучительно приходит к заключению, что истина есть кара.

Бобби Вндербилт подарил мне на прощание свой, от сердца оторванный диск «Звуки Сибринга».


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю