Текст книги "Магия уюта (СИ)"

Автор книги: Дина Зарубина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 34 страниц)

Свадьба состоялась, как и было положено по протоколу.

Слуги молчали, как рыбы, попробуй вякни, когда кругом маги и придворный менталист бдит за лояльностью правящей чете! Никто и не узнал, что герцог Ирран-Чира сын принцессы Эрмелины. Все же указывало на короля! Воспитывается при дворе, титул ему дали, а королева гордо носит рога. Ее даже жалели. Вот же мужики! Притащить пригулка под нос жене!

Эрмелина быстро родила наследника Фулирии, но обиду не забыла. Не сказать, чтоб она так уж хотела нянчиться с деткой, но есть ведь и катабская половина! Посла звали Фандир Ялам, через пятнадцать лет он стал великим визирем при катабском султане.

Принц Ламберт имеет натуру возвышенную, артистичную, ему тяжело будет нести груз правления. Так есть, кому помочь! Тем охотнее, что не чужие люди!

Возвращение Даэнира из ссылки стало неприятным сюрпризом. И еще более неприятным – провозглашение его наследником, а позднее и королем. Принц Роэн и катабская принцесса Эллибет очень старались. Но не получилось. Даэнир воцарился и погнал предателей поганой метлой из Кэллавейна. А участие в заговоре герцога Ирран прошло мимо дознавателей. На него никто бы и не подумал, он же лучший друг принца Ламберта! Талантливый маг огня совершенно не соответствовал своей стихии, был тихим, хитрым, расчетливым. В папочку удался. А что у него учителя из Фулирии и катабский воспитатель, так это нормально, надо герцогу знать языки и этикет.

Вырос герцог с полным ощущением допущенной несправедливости. Добрые люди ему объяснили, чей он сын и чего достоин, передавали письма от матери и отца, деньги и подарки. Чтоб знал, кто его любит и ценит, а кто помеха его блистательной судьбе.

Даэнира герцог опасался, впрочем, он и не общался с ним в детстве, Даэнира из-за черной магии изолировали от двора, его вообще мало кто знал. Кузена Ламберта бастард искренне презирал. У него корону отняли, а он стишки пишет и новый театр строит! Если Ламберт был легким, светлым и веселым, то Тристан Ирран рос вредным, обидчивым и завистливым.

Правда, научился свою натуру скрывать и считался вполне приятным парнем, Роланд умилялся дружбе сына и племянника. Королева Эрмелина гнев на милость не сменила и считала Роланда своим личным врагом. Злодеем, отнявшим будущее у ее мальчика.

Ламберт занимается музыкой? Музыка – чушь! Ламберт витает в облаках? Тристан серьезен и сосредоточен. И оценки у него в академии лучше! Закончил академию Тристан с золотым обрезом диплома. Отличник, лучший на курсе. Черная магия запрещена? Вот дело для настоящего наследника. Давайте, и побольше! А там такие ритуальчики! Такие возможности!

После неудачи принца Роэна заговорщики притихли. На время. Но не давать же в самом деле, Даэниру царствовать? А Даэнир, как назло, женился, и его жена ему сразу тройню принесла! Девочку и двух мальчиков! Ну вот как?! Маги вообще не плодовиты, а тут сразу тройня. Обидно!

Да еще неудачный ритуал… Тристан последнее время занимался отъемом магии. Один дар – это несерьезно. Вот к огню добавить ветер, тогда хорошо будет! Тристан в мечтах представлял огненный вихрь, валом прокатывающийся по войску противника. Все падают на колени и умоляют его о пощаде. Значит, надо наловить воздушников и ставить опыты.

Мама говорит, быть ему королем Кэллавейна? Он согласен. Но раз он старший мамин сын, так Фулирия его законная наследная территория. А по отцу – и Катабия. Он будет императором! А они пусть управляют от его имени. Чеканят монету с его профилем.

А почему только два дара? В истории маги описаны и триалы! Вода… нет, воду Тристан не хотел. Он не умел плавать и боялся воды после того, как нерадивая нянька едва не дала ему захлебнуться в фонтане. Земля? Шутить изволите? Созидание, земледелие, плодородие, грязные руки, глина, песок, камни? Фу!

Хорошо бы получить магию разума. Но у нее особая структура, не переносящая ритуалов извне. Надо пробовать. А тут как раз школа менталистов, практически не охраняемая…

65

Девочки, вы не обижайтесь, что здесь всего одна книга болтается среди обрезков. Эту допишу, оставлю на пару дней, чтоб дочитали, кто начал, потом тоже обрежу до фрагмента. По объему полноценная дилогия вышла.

Л**Рес единственный сайт, который позволяет сразу ставить цену за книгу, без подписок, накруток и прочих условий. ЛГ, АТ, ЛН – отказали мне в продажах, автор я нераскрученный и мало кому известный. Поэтому здесь только ознакомительные фрагменты, все остальное там. Пять лет не могу собрать подписку на , наверное, плохо и мало пишу. Или не то.

Напомню для тех, кто интересовался, у меня не восемь книг, немножко больше. Кратко перечислю. Кому не нужно, смело промотайте.

Трилогия «С опытом работы», приключенчески-эротический роман с попаданкой, не обремененной нравственными нормами. Трилогия «Мужской гарем» – «Правила содержания мужчин» и «Мамина дочка». Матриархат, эротика, приключения, интриги, особой жести нет.

«Служба мечты» – фэнтези с самостоятельной героиней.

Про драконов (куда же без них), – «Везучая невеста». «Взять дракона на карандаш» – про попаданку, практически автобиография, если вычеркнуть драконов.

«Просто космос» – космическая фантастика. «Ошибка распределения» – мир будущего, стимпанк.

«Племянница из провинции» – 2 книги. Мир тот же, что у Ирмы, в «Магии уюта». Подумаю. Может, и про Салли напишу, их же три подруги: Эухения, Ирма и Салли.

«Зельеварка» – академка, но без отношений студентки-ректора/декана/мажора; учеба, наука и приключения.

Трилогия «Запрещенный ритуал» – бодрая взрослая попаданка, магия артефактов, оборотни и многомужество, кому поперек морали, не читайте.

«Приключения пенсионерки» – сказочка о жизни после смерти.

«Лимонный пирог» о пространственно-временных окнах, позволяющих жить одновременно в двух мирах.

Чего нет и не будет в моих книгах – розовых соплей, боссов, вампиров, альфа-самцов и мужского доминирования. Еще я ужасно не люблю детективы. Убивать персонажей, чтоб решать интеллектуальные загадки, считаю неэтичным.

Спасибо, что читаете, обнимаю, Дина Зарубина.

***

Розовые, желтые и белые хризантемы цвели пышным цветом. Их горьковатый аромат разливался в воздухе, будоража душу.

Летиция волновалась. Безотчетная тревога сжимала сердце. Все же в порядке, убеждала себя женщина. Все хорошо, нет оснований для беспокойства. Изабелла здорова, отлично кушает, крепко спит и прибавляет в весе. Хорошеет с каждым днем. Ирма… совсем взрослая стала ее девочка, скоро выйдет замуж. Будет она еще кобениться и женихами перебирать! Не принцесса, чай!

Летиция видела, что Ирма не влюблена в Габриэля. Не так, как она, летела замуж, пылая от дурной влюбленности. Ирма другая. Она твердо стоит обеими ногами на земле, она не выйдет замуж, не видя ничего, кроме розового тумана. Она уважает дона Малакаля, восхищается его техническим гением, понимает его и разделяет его увлечения. Даже что-то разрабатывает с ним вместе. Разве мало? Да очень много! Иные счастливые браки начинались, не имея таких солидных бонусов.

Любовь придет позднее, возможно, когда Ирма забеременеет и родит. Женщины привязчивые, могут убедить себя в чем угодно, а внимательный, заботливый супруг имеет все шансы на любовь. Она же разная бывает.

Для Летиции любовь была просто взрывом, вулканом, бурей, уносящей любые разумные доводы. Скажи Кристиан «укради или убей» – она украла бы и убила, не задумываясь, ее же любимый просил! Она дышала для него, работала ради него! И чем кончилось? Изменой, предательством, ужасным, чудовищным, отвратительным торгом. Она и подумать не могла, что ее дети не от Кристиана. Он ее в аренду сдавал… как сенокосилку! Как кобылу на случку! Истина обрушилась, как топор палача, разделив жизнь на до и после. Было от чего сойти с ума. Но Изабелла помогла ей удержаться на грани, пережить эту боль.

Ирма другая. Она разумная, спокойная, образованная девушка, магичка. Она не пропадет. Первая дворянка в семье!

Жених дворянин, не стар, не урод, поместье отличное, она за эти дни все его исходила, осмотрела хозяйским глазом. Голодать ее девочке точно не придется, даже если она подзапустит дела. Управляющий, дон Эдаль, сказал, что поместий у дона Малакаля не одно и не два. Крупнейший землевладелец провинции! Еще паи в торговых домах, корабли, какие-то рудники, заводы, отчисления от патентов… Что это такое, Летиция толком не поняла, разве за придумки платят? Но дон Эдаль заверил, что за иную придумку и озолотить могут.

Такими категориями Летиция думать не привыкла, она думала о грушах, которые наверняка пропали, о зерне, которое дурно хранят, об овцах, которых зажирают паразиты, потому что обработку вовремя не провели…

Изабелла гукнула и дрыгнула ножками.

Летиция ласково ей улыбнулась и пощекотала животик. Сладкий ее сон, незаконная страсть, обжегшая сердце… Мужчины уходят. Они всегда уходят. Им недостаточно того, что может дать женщина. Им недостаточно любви, верности, искренности. Им нужны другие женщины, другие дороги, им нужны битвы и сражения, победы и поражения, нужен мир и дело в этом мире.

А дети остаются тем, о ком не вспомнят больше.

– Ин-си-хель, – выговорила Летиция слово чужого языка. Так звал малышку Альшам. Юноша, подаривший ей счастье. Боги, о чем она думает, дура старая! Дитя до сих пор не получило имени! Не записано в храмовую книгу! Пусть будет Изабелла Инсихель. Хоть так она сохранит воспоминание о пылком возлюбленном. В этом имени заключены пески пустыни и звон колокольчиков под шеей верблюдов, аромат пряностей и путешествий…

– Хочешь кушать? – Летиция подхватила тепленькое тельце. Дернула завязку лифа, освобождая грудь. Как же она боялась, что у нее пропадет молоко! Когда бежала в ночь, прижимая дочку к себе, умирая от ужаса, что услышит треск веток и тяжелый топот за спиной.

Она не будет об этом думать. Летиция отбросила тяжелые мысли, сосредоточившись на деловитом чмоканье малышки. Наконец та отвалилась, сыто улыбнувшись и закрыв глазки.

Уложив дочку в кроватку, Летиция подошла к окну. Тармель, мальчик мой… Что за дела могут быть, если короне нужны его услуги? Это безобразие, заставлять работать ребенка!

Летиция вспомнила, что всех взрослых магов из школы Тармеля убили и сделала обережный знак. Боги не допустят, чтобы она еще раз потеряла сына. Это чересчур жестоко.

Обещали колледж, занятия начнутся с первого октября, а ни вещей не собрано, ни книг, ни тетрадей! Она виновата. Надо было его не отпускать. Съездили бы в город, купили бы одежду, обувь, зима в Аминуэйсе, хоть и не такая холодная, как в Намутони, но все же снег бывает, и пронизывающий ветер. Непременно мальчику нужен теплый плащ. Свитер, теплые носки, утепленные ботинки. Шарф, шапочка, перчатки. Вязаный жилет! Боги, как же она забыла связать сыну теплый и красивый жилет! Осталось четыре дня, надо успеть!

– Энора! Пригляди за дочкой, – распорядилась Летиция и побежала в большой дом. Попросит у экономки шерсть и спицы, ведь это просто немыслимо, отпустить сына учиться без теплого жилета! И где шляется Ирма? Она великолепно шьет, Терри нужны рубашки и брюки, белье, пижама… две пижамы! Тонкую и теплую. Дочь сшила ей такие удобные вещи! Летиция до сих пор розовела, вспоминая, как развернула подарок. Она такое никогда не носила!

– А, донна Летиция! – обрадовалась донна Лия. – Я уже собиралась послать за вами! Тут к вам нотариус из Лундази, дон Буроли.

– Почему из Лундази? – моргнула Летиция.

Вот оно, что тревожило ее и подспудно грызло ночами. Неустроенность и отсутствие денег. Нотариус – значит, новая неприятность. Ирма что-то осталась должна? Заем, кредит? Она же жила там, она говорила. Получала гроши, конечно, ей не хватало, вот и наделала долгов. После того, как Тиман оставил их без куска хлеба, без родной фермы, Летти не доверяла нотариусам. И вообще, официальные лица ее пугали.

Экономка провела ее в кабинет и оставила.

– Дон? – голос вдруг сел, и Летиции пришлось откашляться.

– Донна Тиман! – подлысоватый мужчина в очках и строгом коричневом костюме положил руки на папку. – Я уполномочен сообщить вам, что дон Ноллис Хиерам полностью отказался от прав на наследство, оставленное вашим покойным супругом, таким образом, наследование осуществляется по закону, согласно которому вы, как супруга почившего, остаетесь единственной владелицей фермы «Рог изобилия» в Гедарефе, и средств на счетах в банках Гедарефа и Лундази, исчисляемых в общей сумме восемьсот пятьдесят тысяч далеров…

– Сколько? – пискнула Летиция.

У нее в ушах так шумит, и голова кружится, она правильно расслышала?

– Ваша старшая дочь совершеннолетняя, вы можете ей выделить столько, сколько сочтете нужным, а ваш сын Тармель несовершеннолетний и имеет право на долю имущества не менее десяти процентов, но не более четверти, которое будет ему передано по достижении восемнадцати лет. До этого момента вы распоряжаетесь всеми средствами, давая раз в год отчет Опекунскому совету в Гедарефе.

– У меня еще одна дочь есть, – запнулась Летиция и покраснела. – Я не успела ее зарегистриовать.

– Ничего страшного, у нее будут такие же права на наследство, как и у Тармеля Тимана, принесете свидетельство о рождении, нотариус в Гедарефе сделает отметку в наследственном деле.

– Благодарю. – Летиция нахмурилась.

Нет, она не хочет, чтоб Белла носила фамилию этого негодяя! Она запишет ее на свою фамилию, Альмейда. Это честное, не запятнанное имя сельского труженика и хорошего человека. И Тармеля спросит, не желает ли он взять фамилию настоящего отца, Мувоцца. Или ее девичью фамилию. А Ирма и так скоро выйдет замуж, станет донной Малакаль, не долго ей оставаться Тиман.

– Насколько я вижу все ваши дети маги?

– Да, все, с достоинством произнесла Летиция.

– Примите мои поздравления, донна! С этого года король Даэнир оказывает финансовую поддержку семьям, в которых родились маги. Триста далеров в год на ребенка.

Летиция расширила глаза. По двадцать пять далеров в месяц?! Не каждый мужчина столько зарабатывает! Впору хорошему кузнецу, столяру– краснодеревщицу, каретнику, бочару столько иметь! Она бы отлично прожила с Беллой на эти деньги, не свались это фантастическое наследство!

– Ирма взрослая, а Тармель определен в колледж при Аминуэйсе, как с этим быть?

– Оформите на Тармеля отдельный счет, он ведь потом будет учиться в академии? За восемь лет накопится очень приятная сумма, можно будет купить собственное поместье. Опять же, жену будет куда привести. У вас еще есть вопросы, донна Тиман?

– Есть, – Летиция решительно тряхнула головой. – Мне кажется, что это неправедные деньги… С фермы не могло столько накопиться! Мой… Кристиан Тиман пускал деньги в рост? Или делал что-то противозаконное?

– Понимаю ваши сомнения. Но никаких обременений или ограничений на счета не наложено. Я получил приказ из королевской канцелярии ввести вас в наследство, и сразу тронулся в путь. Более того, налоги с этой суммы уже полностью уплачены в казначейство, тут имеется квитанция. Подпишите здесь. И вот здесь. Позвольте еще раз от всей души вас поздравить. Засим разрешите откланяться.

Летиция осталась сидеть в кабинете над раскрытой папкой. У нее в голове не укладывалась гигантская сумма. Пятьдесят тысяч далеров она могла себе проедставить. И даже сто. С небольшой натяжкой – двести, с мысленной пометкой «ужасно много». Но вот же написано, четким округлым почерком, черными чернилами, отлично читается, и буквами расшифровано… да она же… она больше не бездомная бродяга! Она очень богатая женщина! Она сможет купить паровую молотилку! Поставить новую мельницу! Наладить хороший, надежный мост через Листвянку! Овчарню перестроить! Коровник утеплить! Стадо обновить. Сыроварню поставить…

Женщина поставила локти на стол, закрыла лицо руками и заплакала. От счастья. Безграничного, светлого, искристого, затопившего весь кабинет.

***

До поместья дона Габриэля мы долетели в третьем часу ночи, пришвартовались к специально выстроенной вышке и, зевая во весь рот, расползлись по спальням. Причем я – в спальню Габриэля, как будто так и было нужно. До флигеля идти через цветник, а у меня глаза закрывались.

Так что я «не заметила» руки Габриэля, поддерживающей меня и направляющей прямиком в дом. И вообще, ковров настелили, порядочной девушке пройти, не споткнувшись, нельзя!

Габриэль подхватил меня на руки. Я, блаженно зажмурившись, склонила голову ему на плечо. Что он там бурчит: «Добро пожаловать домой, дорогая жена?» Юморист.

– Мыться будешь?

Неопределенно угукнула.

– Ладно, я сам тогда!

Ладно, сам так сам. Пусть раздевает, купает и сушит. Ой, водичка тепленькая, с жасминовой пеной! Мое терпение лопнуло, когда этот извращенец начал намыливать меня пятый раз. Извращенец! У меня уже кожа скрипит! Я как бы рассчитывала супружеский долг взыскать… а то там много накопилось! Надо же начинать погашать, а то процентики добавятся.

И что вы думаете? Этот маньяк меня завернул в большущее полотенце, уложил на кровать, укрыл и сказал: «Спи!». Я хотела возмутиться и потребовать хотя бы поцелуй, но подлый организм, разморенный горячей водой и придавленный тяжелым одеялом, отключился.

Вот просыпаться было мне тепло, мягко и очень уютно.

Волосы на макушке шевелило чужое дыхание, а загребущие руки меня по-хозяйски обнимали. Одна была у меня под головой, а вторая проверяла владения со спины. Почти со спины. Моя нога была закинута поверх бедер Габриэля и прикрывала наличие активной жизни. Не давая некоторым органам проявить себя во всей целеустремленности. Я не стала душить телесные порывы и ногу подвинула. Надо же рассмотреть хорошенько, а то в сумраке и от смущения не разобралась, что там и как.

Оказалось – увлекательное исследование! Через пять минут я уже сидела на животе Габриэля, а притворяющийся спящим, оказался вовсе и не спящим!

66

– Ты! – глаза Эухении метали молнии, а скалка многозначительно похлопывала по ладони.

– Дорогая! Ты решила напечь пирожков? – фальшиво обрадовался Даэнир.

– Ты сказал, посмотришь на портал древних! – не позволила себя сбить с толку Дженни. – Туда и обратно! Обещал! Максимум три часа! А пропал на три дня! Что я должна думать?!

– Что твой муж любознательный человек? Что мы увлеклись красотами гор? Что у нас проводник ногу сломал? Нас в портал затянуло! Дорогая, скалку используют только невоспитанные простолюдинки!

– Правда? – ядовито улыбнулась Дженни.

– Аристократки используют веер!

– Веер менее доходчив, – глаза Эухении скользнули по упомянутому предмету. Шелковый, расписнанный вручную не последним художником, на костяной ручке, настоящее произведение искусства. Такое об мужа ломать?! Варварство! Скалка надежнее! – И жалко.

– Дорогая! Если бы ты знала! – Даэнир быстро обошел стол, старательно выдерживая дистанцию. Дженни скоро надоест бегать вокруг стола.

– Вот именно! Я не знаю! Три дня о тебе ничего не знаю! – заорала Дженни и метнула кухонной утварью в супруга. Хоть так достать мерзавца!

Даэнир без труда увернулся.

– А порталы древних работают на рунной магии!

– Замечательно, – процедила Дженни, выискивая глазами предмет покрепче. Вазы и подсвечники ей было жалко.

– А мы заговор раскрыли!

– Неужели? – по тону Дженни было ясно, что заговоры ей не интересны.

– Ирма замуж выходит! – выкрикнул Даэнир, ныряя под стол, ибо Дженни взяла в руку пресс-папье. А там еще рядом стоит чернильница тяжеленькая, бронзовая, полная чернил…

– Что? За кого?! – Дженни рывком подняла тяжелую жаккардовую скатерть.

– Если обещаешь меня не бить!

– Дэн! – взвыла Дженни. – Ты! Оставил меня одну с детьми и королевством на три дня! Совесть у тебя есть?! За кого?!

– За Габриэля Мар Малакаля. – Вынырнул Даэнир и отряхнул коленки, искоса посматривая на жену.

Та напряженно размышляла, шевеля губами.

– Не пойдет!

– Что не пойдет? – удивился король.

– Ирма за Малакаля не пойдет! – заявила Дженни. – Смотри, ты черный маг?

Даэнир кивнул. Чернее некуда.

– Салли вышла за Мар Абеши? А тут еще Ирма за Мар Малакаля пойдет? Да нас храм проклянет, а аристократы взовьются, за что такое преимущество черным магам? Ирма ведь не просто так, бытовичка-слабосилок, она твоя племянница! И будь уверен, об этом все узнают очень скоро!

– Ну так семейная склонность к черным магам проявилась, нет?

Королева постучала по лбу и понизила голос.

– Ты на матушку-то покойную не клепи! И так брехали, что ты не от короля! У тебя отец еще жив и очень, между прочим, не рад воспоминаниям юности. Требовал Летицию и Ирму казнить?

– Требовал заточить и расследовать, – уточнил Даэнир, немного кривя душой, но зачем жену волновать?

– Один хрен, добрых людей много, – махнула рукой Дженни. – Помогли бы самоубийство в тюрьме совершить. Пять раз. Исключительно ради спасения Кэллавейна от черного мага и черной магии. У тебя же полно благожелателей! Опять же, твоя племянница, твоя сестра, ты думаешь их ко двору брать? Признать? Ну, и что тебе скажут? Тут все рода всколыхнутся, всех холостяков переберут, от восемнадцати до восьмидесяти! Тут полк женихов стоять будет! Летиция вдова, и то драться за ее руку будут! Разве жена не порадеет за семью мужа перед королем? Братца в гвардию, сестрам жениха богатого, дяде должность не ниже министерской, папе место казначея очень к лицу будет…

– Не будут! Я же тебе еще не рассказал, любимая! Так спешил, так торопился, а ты меня скалкой… – скорчил обиженную физиономию Даэнир.

Даэнир поступил правильно. Пока Эухению гложет любопытство, она его бить не будет.

***

Летиция полюбовалась спящим сыном и прикрыла дверь. Умаялся мальчик. Очень правильно, что за ним сестра съездила. А сама во флигеле не осталась ночевать, вертихвостка! Правда, нянька сказала, что Ирма была уставши, на ногах не стояла, ее отнесли куда ближе. С чего бы ей уставать? Вот она в ее годы на поле и в огороде, и со скотиной, пряла и ткала, а на вечерницы всегда силы оставались! Попеть, поплясать, подле костра страшные истории послушать. Наверное, выпила лишнего! Вот она ее пропесочит! Негоже девушке пить! И ночевать вне дома! Репутация годами строится, да вмиг разрушается! Словами хорошо, да хворостиной надежнее!

Летти пофыркала-пофыркала, да рассмеялась. У нее дочка маг! Всамделишный. Образованная! А она ее деревенской меркой меряет…

Выдаст дочь замуж, проводит сына на учебу, сама вернется на ферму. Там, поди, дел невпроворот. Незвестно, какой пригляд был за скотиной, сколько фруктов собрали, сколько кормов заготовили… Ей уж не терпится!

Но дочь отругать надо. Для порядка. И помощи попросить бы? Маги, они же много умеют, нешто дочка ей не подсобит?

***

Ноллис Хиерам вышел из кабинета, занятого коронным донавателем и перевел дух. Вышел! Сам! Не гвардейцы вывели, не в кандалах, не в цепях, и не в тюрьму…

«Вы свободны и остаетесь на своей должности до королевского распоряжения». Вот бы и дальше остаться!

Управляющий ласково погладил камень стены. Он же тут каждый кирпичик, каждую половицу знает! Ни сном, ни духом он не подозревал, что хозяин такое задумал! Заговор, да убийство, да опыты черные запрещенные…

Ноллис возблагодарил всех богов сразу, что не маг. А с каждым богом в отдельности попозже, объездит все храмы в округе и везде оставит щедрое пожертвование. Не маг он! С него и взятки гладки. Не мог он! Ни заговор распознать, ни помогать гсподину. Его дело хозяйство вести, прислугой командовать, а заговоры – это не к нему. У него замок! Ни жены, ни детей, только замок. Но это же для чужих куча старых камней. А для него… и друг, и брат, и ребенок, предмет неусыпных чаяний и забот. И скрывать ему нечего!

Он не ворует! Капельки, крохи отщипывает в свою пользу, но для герцога это сущая мелочь. Ну, если благодарят поставщики, берет. Не поняли бы, если бы подарки не брал. В замке многое нужно. И господин его работой доволен был, а как же!

Бумаги? Да, подписывал, когда господину некогда было или нельзя светить ни лицом, не титулом, а он кто? Его никто не знает, он считай, и из замка никуда не выезжает. Да никак не объяснял, просто говорил, что надо заказать и сколько, а счета оформить на его имя.

Наследство? Какое наследство? Ферма? Знать не знает и неоткуда ему наследство получать. Где Ирран-Чира и Гедареф? В жизни он там не был и знакомых у него там нет!

Это наверняка тот катабский купец подставить хозяина решил! Ездят тут всякие. Младший-то ничего, вежливый сукин кот, говорит чисто, и действительно торгует, пряности, ткани, скобяной товар, благовония. А старший, тот смотрит, как на пустое место, и только с хозяином шу-шу-шу. Купцом прикидывается, но не торгует, нет, другие у него дела.

Как звали? Он не выговорит, катабские имена сложные. Но у него записано, у него в делах порядок, кто, чего и когда привозил, сколько уплачено, даже когда приехал и когда уехал. Извольте взглянуть, секрета нет.

Да, и солдаты жили катабские, и кормили их тут, они ездили куда-то. Он лекаря дважды вызывал, пораненые возвращались, привозили пленников. А это не его дело, это дело начальника стражи. Ему сказали, должники и браконьеры, так это самое обычное дело. Как должника в каземат посадят, так у семьи сразу деньги на недоимки появляются. Герцог строгий, и беспорядка в делах не терпит.

Наследство? Да вы уже спрашивали! Не знает он ни про какое наследство! Да еще в Гедарефе. Чужое? Что вы говорите? Жену выгнал, а детей без гроша оставил? Не иначе, как с ума сошел, такое творить. Кристиан Тиман? Нет, не знаком и не слыхал. Нет, ему чужого не надо, он своим доволен, это же не по справедливости, нельзя так.

Сколько? Сколько-сколько?! Погодите, водички дайте глотнуть, аж сердце замерло. Нет-нет-нет, не надо ему! За такие деньги убить могут! Он отказывается! Не надо ему никакой фермы! У него замок! Не собирается он никуда переезжать и зажить, деньги в небо швыряя. Такие деньжищи… Он хорошо подумал! И готов отказ по всей форме подписать. Он человек честный. И таким и остаться хочет.

***

Утро настало свежее, росистое. Летиция обожала это время, когда еще не поднялась суета большого поместья, когда солнце только поднялось над кромкой горной гряды, и на каждом листке висит росинка, чистая, как слеза феи. Белла накормлена, весело дрыгает ножками, а ручками вертит детскую карусельку. Она вчера сама повесила над колыбелькой, убедившись, что маленькие мягкие игрушки пришиты крепко.

– Доброе утро!

– Доброе, отозвалась Летиция, не без сожаления отворачиваясь от неяркого, по-осеннему, солнышка. – Что? Что это такое?

Король Даэнир держал посох, увитый блестящими атласными лентами. Синяя, красная, зеленая, желтая… У них в Гедарефе с такими сваты ходят во двор невесты. А раз невест тут нет… ой, это ж, наверное, к Ирме!

Летти торопливо пригладила волосы. Король, сам король… Да где бегает эта негодяйка? Как тут принято, звать в дом и угощать?

В небольшой группе людей за спиной короля она заметила экономку Лию, и хозяина дома, дона Малакаля, и еще каких-то людей. Стоящая рядом с королем худощавая светловолосая молодая женщина рассматривала ее с предвкушающей улыбкой.

– А… я у меня и угостить вас нечем, – растерянно сказала Летиция.

Вот дома она бы влет роскошный стол организовала… а тут во флигеле что организуешь? На кухоньке только кофе сварить да кашку Изабелле… им обеды с кухни носят, им и не надо было.

Стыд какой! Сватов не приветить!

Четверо лакеев притащили и паланкин, белый, весь лентами увит, золотыми узорами украшен. За невестой, не иначе. А невеста невесть где дрыхнет!

– Ну-ну, не нужно так расстраиваться! – блондинка моментально поняла ее затруднения. – Нам донна Лия сейчас накроет, сядем, поговорим, выпьем по рюмочке. Дженни, подруга Ирмы.

– А! Вы работали на почте, потом у мага-артефактора, – моментально вспомнила Летти. Письма от дочки она берегла и перечитывала, каждое словечко в них знала. – Ирма столько писала о вас! Очень рада познакомиться.

– И я рада! – весело отозвалась Дженни и расцеловала Летти в обе щеки. – Покажите же мне малышку! Изабелла, верно?

– Изабелла Инсихель, – поправила Летти.

Женщины ввалились в дом. Оставшийся на крыльце с посохом Даэнир прбормотал, что вот так всегда. Если есть в поле зрения младенец, женщины не вспомнят о делах, пока не затискают ребенка до изнеможения.

– Водница, да какая сильная! – восхищенно сказала крупная, полная девушка с рыжими волосами. – Я тоже маг, вижу ауру. Я фрейлина королевы, меня зовут Ирис.

Королева тоже прибудет?! У Летти закружилась голова. Как же она… не так поклонишься, в тюрьму потащат. А она в простом платье, накинутом прямо на ночнушку, с шалью-сеткой на плечах, с самым небрежным узлом на две шпильки… или королева уже здесь? Это же маги, у них морок, и отвод глаз, и всякое, что не вдруг придумаешь.

Летти закрутила головой, но народу в комнате не прибавилось. Королева – это же сплошной блеск, драгоценные камни, корона, высокая прическа… Ну как же так можно, она же неприбранная совсем!

Кто ходит в гости по утрам?! Только враги! Нельзя так над женщиной издеваться!

Лия споро накрыла стол. А Дженни как-то незаметно с Ирис затолкала Летти в спальню.

– Мы вас причешем и приоденем, а то нехорошо, – пропела Дженни, доставая большущую корзину прямо из воздуха. – Это Даэниру не терпелось, никакого понятия у мужчин нет о такте!

Летти почувствовала горячую благодарность. Невесть каким ветром… каким, магическим! ее волосы моментально расчесались и свились в прическу. Простую, но элегантную.

Летти стеснялась снимать платье, но ее не спросили.

Дженни захихикала. У Летиции запламенели уши.

– Узнаю руку Ирмы, только она такое веселенькое белье может придумать!

– Я тоже такое хочу, – ревниво отозвалась Ирис, вынимая из корзины что-то розовое, узорное, широкое и блестящее.

– Это что? Какая роскошь! – ахнула Летиция, разглядывая широченные и длинные штаны, сплошь затканные розовыми и бежевыми цветами на розовом фоне, розовую тунику до колен, с вышивкой на груди и подоле, и прозрачный розовый шарф, отделанный кружевами. – Такое только королеве впору носить!

– Надевайте, сегодня же праздник!

На голову Летти опустилась тончайшая ткань. Видно насквозь было еще лучше, чем без нее! Пауки ее, что ли, ткали? Летти прикоснулась дрожащими руками к драгоценной ткани и чуть не заплакала от восторга. У нее такого никогда не было! Тиман бы удавился! Да и куда ей? В коровнике красоваться? В таком по дворцам ходить, по мраморным полам, а ей бы что попроще… наверное, будущий муж Ирмы расстарался, чтоб теща прилично выглядела.

Даэнир поднял брови, когда в наряде цвета утренней зари прелестная женщина вышла из спальни, такая же зарозовевшая и смущенная. Дженни протерла ее лицо какой-то ароматной губкой, и словно стерла с него морщинки, желтизну, заломы у губ и складку между бровей.