Текст книги "Танец ангела (СИ) "

Автор книги: Денис Куклин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 23 страниц)

– Не беспокойтесь, Маргарита,– улыбнулся Совиньи, незаметно переходя на "ты".– Когда я здесь, такое изредка происходит. Идемте в мою машину, пока не вернулся ваш спутник.

И она вдруг почувствовала такой задор, какой испытывала только полвека назад, сбегая со школьных уроков. Когда они вышли из ресторана на площадь, птицы, собиравшие с мостовой зерно, внезапно взмыли в небо. И небо потемнело от голубей.

За рулем машины сидела какая-то совершенно фантастическая личность. Таких людей Маргарите Георгиевне встречать еще не приходилось. У этого человека была огненно-рыжая шевелюра. Его правый глаз сиял чистым изумрудным блеском, а левый закрывало слепое бельмо.

– Мадам,– неожиданно сказал водитель, хотя с ним никто не заговаривал.– Я рад видеть вас снова!– Все это он тоже выговорил по-русски и без малейшего акцента.

– Разве мы знакомы, милейший?– С нескрываемой неприязнью спросила его Маргарита Георгиевна.

– Простите, мадам. Иногда я бездарно ошибаюсь,– ответил водитель.– Но ее тоже звали Маргаритой. Вы поразительно похожи на нее.

Совиньи смотрел на него с застывшей улыбкой.

– Не правда ли, внешность так обманчива,– произнес он по-кельтски и лучезарно улыбнулся Маргарите Георгиевне:– Прошу вас, Маргарита, чувствуйте себя как дома. Кажется, в России говорят именно так?..

– В России, вообще, говорят слишком много,– усмехнулась Маргарита Георгиевна.– Много говорят и мало делают!

– А чем занимаетесь вы, Маргарита?

– Мне это не нужно, Пьетро,– ответила Маргарита Георгиевна.– Я живу!

– Хорошо сказано,– кивнул Совиньи.– За это следует выпить.

Он взял из корзинки бутылку вина и два бокала.

– А чем занимаетесь вы, Пьетро?– Спросила его Маргарита Георгиевна, пригубив вино.– Какой изумительный букет!

– Это с виноградников моего отца. Странно, что вы почувствовали его вкус, Маргарита. Неужели не все потеряно?

– Я не думаю, господин,– снова сказал по-кельтски водитель.– Такое случается иногда. Вспомните тайского принца.

– Я встречаюсь с людьми, Маргарита,– произнес Совиньи.

– Вы – психоаналитик?

– Некоторым образом.

– Это модно и прибыльно,– сказала Маргарита Георгиевна.– Иногда я встречаюсь со специалистом. И знаете – помогает!

– Я не нуждаюсь в деньгах, Маргарита.

– Может быть, немного поработаете со мной?– Его спутница двусмысленно улыбнулась.

– Мне придется сделать это в любом случае.

– Наверно, вы помогли очень многим.

– Я не помогаю, Маргарита. Я делаю то, что должен сделать... А вот и мой дом.

– Впечатляет, Пьетро! Изысканное великолепие знати...

Машина остановилась возле кованых ворот, за ними громоздился старинный палаццо. Водитель открыл дверцу:

– Прошу, мадам.

– Благодарю. У вас прекрасный дом, Пьетро.

– Да,– кивнул Совиньи.– И это все, что у меня осталось. Камни, позолота, статуи и картины. Вы никогда не задумывались, что вело вас по жизни, Маргарита Георгиевна?

– Разве я называла вам свое отчество?

– Ваш спутник называл вас так,– улыбнулся Совиньи.– Так что вы ответите?

– Зачем вам это?

– Я должен знать ответ... Вы не передумали разделить мой вечер?

– Я рада,– Маргарита Георгиевна почувствовала какой-то подтекст в словах нового знакомого, но остановиться уже не могла. Таких людей она еще не встречала.

Совиньи открыл перед ней кованную калитку:

– В таком случае прошу вас, Маргарита.

Они поднялись широкой лестницей к парадному входу. Изнутри дворец оказался еще больше. Спутник провел Маргариту Георгиевну сквозь ряд обширных комнат с высокими потолками. Со стен отделанных мрамором и гранитом, со старинных полотен хмурились доджи, папы римские, капитаны королевских войск. Из окон лился сумеречный свет. Казалось, что само время остановилось. Казалось, что они не идут этими дворцовыми комнатами, а тоже смотрят на мир с полотен старых мастеров.

– Расскажите мне о своей семье,– нарушила затянувшееся молчание Маргарита Георгиевна.

– Если бы у вас был шанс, Маргарита. Вы бы смогли остановиться?– Вопросом на вопрос ответил Совиньи.

– Не понимаю о чем вы?

– Вы прожили жизнь, за которую человеку должно быть стыдно!

– К чему вы клоните?!– Маргарита Георгиевна резко остановилась.

– Вы все прекрасно понимаете, Маргарита,– усмехнулся Совиньи.– Вы помните сказку о волшебном зеркале? Посмотрите на себя!– Он взял ее за плечи и развернул к огромному зеркалу, в котором Маргарита Георгиевна к ужасу своему увидела отражение седой и истощенной старухи с впалыми морщинистыми щеками и лихорадочным блеском в глазах. Маргарита Георгиевна со страхом вглядывалась в отражение. Но не было в зеркале ни спутника, ни роскоши дворца, только старуха в лохмотьях среди скал под грозовым небом.

– Кто это?! Кто?..– Она подошла к зеркалу вплотную и прикоснулась к его серебряной поверхности.

– Не узнаешь себя, Маргарита?– Совиньи развернул ее и заглянул в глаза.– Это – ты! Я пришел за тобой...

– Этого не может быть,– прошептала Маргарита Георгиевна и выкрикнула:– Нет!!!– И попыталась вырываться из цепких рук своего страшного спутника.

– Очнись Маргарита, это – ты!– Совиньи вглядывался уже не в ее глаза, в ее душу.– Ты бросила всех и все ради наслаждений. Ты как собака бродишь по свету, но никак не насытишься. Поэтому я и пришел к тебе. Или ты думала, что будешь жить вечно?..

– Кто ты?– Прошептала Маргарита Георгиевна, чувствуя, как силы покидают ее. Краем глаза она заметила высокую фигуру существа похожего на ангела. И поняла не разумом, а сердцем, что это настоящий облик уродливого водителя Совиньи.

Совиньи жутко улыбнулся:

– Неужели ты до сих пор не узнала меня?!– Он расхохотался. Его страшный, оглушительный хохот разнесся по залам дворца, запрыгал на бледных губах доджей, флорентийских понтификов и душегубов.– Маргарита, ты жаждала найти источник, жаждала напиться из него! Вспомни все, о чем когда-то мечтала!.. Я пришел исполнить твои мечты! В мгновение ока ты проживешь сотни жизней. Я поведу тебя сквозь миры...

 И вдруг сумерки за окном разорвало солнечным светом, и Маргарита Георгиевна услышала детские голоса:

– Бабушка, бабушка, возвращайся! Мы тебя ждем!..

Совиньи неожиданно ощерился и выпустил ее. Отступил. Оглянулся на солнечный свет.

– Что ж, Маргарита, иди... Велено отпустить тебя. Но я не прощаюсь. Если горло твое вновь иссушит жажда, мы встретимся вновь...

Маргарита Георгиевна судорожно вздохнула и закашлялась. Сквозь шум в ушах и приступы тошноты она услышала, как к ней кто-то подбежал и залопотал на стремительном италийском наречии.

– Где я?– Прошептала она, с трудом открывая глаза.

– Доктор! Доктор Абада!– Закричала медсестра.– Русская вышла из комы!..

Сидевшие возле подъезда женщины встретили появление Болотовой и Горловой настороженной тишиной. Елена Ивановна держала на руках Соню. Девочка еще не успела понять, что ее забирают от сестры.

– Садитесь в мою машину, Елена Ивановна,– сказала Болотова.– Я отвезу вас домой.

– Совести у вас нет!– Одна из старушек встала со скамейки и погрозила кулаком.

И как прорвало, со всех сторон посыпались упреки и обвинения:

– Хоть бы постыдились! У добрых людей детей забираете, а на всяких опоек плюнули! Живите как хотите!..

– А Ленке только бы хапнуть побольше!..

– Ой, горе-горе! И что на белом свете деется!..

– Да ну вас к черту обеих! Чтоб вам ни дна, ни покрышки!..

– Не обращайте на них внимания, Елена Ивановна,– посоветовала Горловой Болотова.– Пошумят и успокоятся...

– А я не обращаю,– ответила та.– Мне знаете, абсолютно неважно, что сейчас всякие бездельники думают! Главное, что мы с Сонечкой вместе!– Она прижала племянницу к себе еще крепче.

– Вот и хорошо, что у вас такой настрой,– похвалила Болотова, открыла им дверцу и помогла сесть в машину.

Со стороны подъезда все еще летели враждебные выкрики. Болотова усмехнулась.

– Сонечка, как ты себя чувствуешь?– Спросила она малышку.

– Хорошо,– ответила Соня.

– Сонечка, сейчас мы приедем к тете Лене. Теперь ты будешь жить у нее. Ты ведь не будешь плакать? Потому что у тети Лены очень хорошо. У нее много игрушек. Вы будете играть с ней, ты будешь смотреть мультфильмы. А когда подрастешь, пойдешь в школу. Ты хочешь учиться в школе?

– Да,– кивнула Соня.– Я знаю цифры.

– Вот и хорошо,– похвалила ее Болотова.– Значит, плакать не будешь? Ты ведь уже такая большая... Ну, с богом!– Кивнула она и нажала на педаль газа.

В это время Катя сидела, закрыв лицо руками. Артем был на балконе. Он дождался, пока автомобиль Болотовой не выехал со двора, и только после этого вернулся в гостиную.

– Катя. Это еще не конец! Это начало. Они неправы. Значит, вернут сестру.

– Никто мне ее не вернет!– Катя посмотрела на него заплаканными глазами.– Как же мне плохо, Тёма, как мне плохо!..– Она снова закрыла лицо руками и заплакала.

Шугуров набрал телефонный номер, записанный Полетаевым:

– Добрый день, Валентин Андреевич должен был предупредить вас... Да, я Шугуров. Вы поможете мне? Мне нужно найти кое-кого... Это не телефонный разговор. Давайте встретимся.– Он внимательно выслушал ответ и кивнул.– Хорошо, я буду через полчаса.

Он надел пиджак и вышел из кабинета.

– Коля, дверь не закрывай!– Окликнула его жена.– Ты куда?

– Нужно встретиться кое с кем,– уклончиво ответил Шугуров.

– Снова дела...

Николай Андреевич стремительно спустился по лестнице и вышел на улицу.

Спустя двадцать минут он подъехал к неприметному магазину на окраине города, припарковался и принялся ждать.

Было очень жарко, над асфальтом дрожало марево. Из магазина изредка выходили покупатели. Немного оживленней было на пятачке возле игровых автоматов. Два человека играли, остальные глазели на них, пили пиво и щелкали семечками.

Чтобы не заснуть Шугуров вышел из машины. В этот момент в кармане загудел телефон.

– Да?– Отозвался Николай Андреевич.

– Посмотрите в сторону игровых автоматов. Видите меня?

Шугуров оглянулся и увидел невысокого мужчину в кожаном жилете. Тот поднял руку с телефоном и приложил его обратно к уху:

– Идите за мной...

Шугуров догнал его на перекрестке:

– А вы к работе относитесь серьезно.

– В моем случае, это залог здоровья. Зовите меня, предположим, Федором.

– Я...– начал было Шугуров, но Федор перебил его.

– Я вас знаю, вы – Шугуров Николай Андреевич. Объясните суть дела. Вкратце.

– Нужно найти одного домушника. Он залез в квартиру дорогих мне людей. Я хочу наказать его.

– Перейдем на "ты".– Они поднялись на мост над рекой.– Ты должен знать, с кем имеешь дело. Мои университеты прошли на тюрьме. Я знаю, как живет воровская масть. Вор должен жить. Вор только последнее не берет. Те за кого ты "впрягся" с голоду не пухнут.

– Ты мне поможешь?

– Помогать это не мое...

– Заплачу, сколько скажешь.

– Нет, Коля,– усмехнулся собеседник.– Только услуга за услугу. Только так.

– Согласен.

– Как зовут?

– Гога-матершинник.

– Я знаю этого жадного и глупого фраера,– кивнул Федор.– Скоро позвоню.

Он, не прощаясь, перешел мост и канул во дворах.

Шугуров отер пот со лба, пробормотал что-то. В этот момент в кармане загудел телефон.

– Здравствуй, Артем. Не понял?.. Что?! Что они сделали?.. Я сейчас буду!..– Он слепо глянул вдоль реки.– Я так и знал! Я так и знал!!!

– Проходите! Чувствуйте себя как дома!– Горлова пропустила Соню и Болотову в прихожую.– Сейчас мы с вами чаю попьем. У меня и торт есть и мороженное есть. Разувайтесь, вот тапочки. Я сейчас детскую Сонечке покажу!– Она подхватила ребенка на руки.

– Как хорошо!– Всплеснула руками Болотова.– Я ведь у вас совсем недавно была. И разве можно сравнить вот это! Все это с потугами неопытного ребенка!..

– Мы старались,– улыбнулась Горлова.– Для Сони мы никаких денег не пожалеем.

Она отпустила ее и принялась показывать Болотовой мягкие игрушки.

– Да у вас их целая гора!– Рассмеялась та.– Посмотри, Соня, какие львята! Слушайте, как здорово!

– А сейчас идемте пить чай!

– Я хочу играть!– Заявила Соня, перебирая игрушки.

– А как же тортик?! Ты ведь любишь тортики. Ты ведь никогда от сладенького не отказывалась!– Горлова снова взяла племянницу на руки.

– Где Катя?– Неожиданно спросила Соня.

Горлова с Болотовой переглянулись.

– Катя завтра придет,– сказала Елена Ивановна.– И завтра мы с ней гулять целый день будем! А сейчас нам нужно покушать. Потом ты поиграешь и мультики посмотришь... Пойдем, ручки помоем.

– Мне кажется, что вы с ней поладите,– улыбнулась Болотова.

– Конечно. Мы ведь с ней теперь как мама с дочкой, как мама с дочкой...

Болотова с улыбкой смотрела на них. В этот момент в своем сердце она чувствовала удовлетворение. В тот же самый момент Василий Львович вышел из подъезда любовницы, а Катя с Артемом стояли на балконе и пока что сказать им друг другу было нечего. В тот же самый момент Шугуров притормозил на перекрестке, пропуская компанию подвыпившей молодежи: Новосельцева с Лебедевой и Максика в обнимку с Карусельниковой. А Вика вышла на улицу, и возле нее остановился темноволосый человек и не европеец и не азиат.

– Вы подруга Игоря Кропотова?– Спросил он.

– Да.

– Очень приятно познакомиться, Вика. Игорь давно звонил вам?

– Утром. А почему вас это интересует?

– И после этого он стал недоступен, да?

– Да,– кивнула Вика. Улыбка с ее лица уже сошла.

– Вика, вы только не волнуйтесь, сейчас с Игорем уже все в порядке,– ответил незнакомец.– Они попали в небольшую аварию. Но сейчас все в порядке! Не нужно волноваться. Игорь попросил меня съездить к вам и успокоить. Потому что такие вести могут принести боль.

– Господи,– выдохнула Вика.– Он сильно разбился? Я могу увидеть его?

– Больница, в которую они попали, находится в соседней области. Но я могу отвезти вас.

– Конечно!– Кивнула Вика.– Я выйду через десять минут.

– Ничего не нужно! Друг моего друга – мой друг! А родителей предупредите по телефону.

– Хорошо,– кивнула Вика.– Где ваша машина?

Они стремительно прошли к серебристой "Audi" и сели в машину.

Глава 4.

– Ничего, Игореха, скоро будем дома!– Петрович выбросил окурок в окно и посмотрел на напарника.

Игорь сосредоточенно крутил баранку. За последние два часа он не произнес ни слова.

– Триста километров осталось,– продолжал говорить Петрович.– Раз плюнуть!

Не успел он закончить, как в его кармане загудел мобильный телефон.

– Этого номера я не знаю,– пробормотал Петрович, глядя на экран.– Алло!

– Петрович, по мобильнику так не говорят!– Услышал он голос Асламбека.– Ты бы еще сказал: "У аппарата!"

– Ты меня еще русскому языку поучи,– усмехнулся Петрович.

– Напарнику трубу передай. У меня к нему разговор есть.

– Он за рулем!

– Подержишь,– рассмеялся Асламбек

– Чурбан вчерашний,– Петрович протянул телефон напарнику.– Поговорить с тобой хочет.

Игорь взял из его рук телефон:

– Слушаю!

– Здравствуй, Игорь! Я мог тебе сразу позвонить, номерок есть. Но хочу, чтобы Петрович был в курсе...

– Что нужно?!– Перебил его Игорь.

– А я чувствую, мы с тобой кашу сварим. Мне такие нравятся.

– Если ты решил, что я пидар, ты – ошибся!

– Игорь, зачем такими словами бросаешься?! Я уважаю тебя. Ты – молодой и проворный.

– Я не шнырь!

– С русскими хорошо говорить,– хмыкнул Асламбек.– Что говорят? Сами не знают! Скоро ты кемпинг проедешь – "Корабельные сосны" называется. Тебя там большой сюрприз ждет!

– Я не люблю сюрпризы!

– Этот тебе понравится. Только не забудь свернуть туда. Еще созвонимся. Удачи на дорогах!

– Паскуда,– пробормотал Игорь, возвращая телефон Петровичу.

– Чего ему надо?

– Не знаю. Сказал, что в "Корабельных соснах" нас ждет сюрприз,– ответил Игорь.

– Началось,– кивнул Петрович.– Началось, Игореха. Ох, и подставились же мы с тобой!

– Если что, я ему башку оторву!– Процедил сквозь зубы Игорь.– Я его из-под земли достану!

– Ничего еще не произошло,– Петрович тоже побледнел от бешенства. Он посмотрел в зеркало бокового вида.– Пасут они нас, это факт! Асламбек точно знал, где мы находимся. Вычислить бы их!

– А толку то?! Ну, вычислим! А что дальше?!

– Да, они нас крепко держат, не вывернуться. Пока...

– Ага,– кивнул Игорь.– А вот и "Корабельные сосны".

Он сбавил скорость и притормозил на повороте, пропуская с парковки кемпинга "Audi" серебристого цвета. Припарковавшись и заглушив двигатель, Игорь буквально выпрыгнул из кабины и побежал в закусочную.

У него ноги подкосились, когда за одним из столиков увидел Вику. Так на ослабевших ногах и подошел к ней. А когда она увидела его, из рук у нее выпал пластмассовый стаканчик с соком. Она встала и сделала навстречу ему несколько шагов.

– Игорь?!

– Вика...

Они обнялись, Игорь прижал ее к себе так, словно уже не хотел отпускать.

Вслед за Игорем в закусочную забежал Петрович. Увидел напарника в обнимку с подругой, стянул с головы кепку и шлепнул себя по ноге.

– Тьфу ты!..– В другой руке у него была монтировка. Посетители уже начали оборачиваться на них.– Все в порядке,– успокоил их Петрович.– Бывает!..

Он вышел из закусочной и отер пот со лба:

– Асламбек, клоун гребанный! Еще свидимся...

– Я ничего не понимаю,– тем временем говорила Вика Игорю.– Тимуру позвонил кто-то перед вашим приездом. Он извинился. Сказал, что нужно срочно перезвонить, и исчез. А потом появился ты!

– Где ты с ним познакомилась?

– Он ждал меня во дворе. Сказал, что вы друзья. Наговорил такого, что я перепугалась!

– Что он сказал?

– Сказал, что вы попали в аварию! Я все утро не могла до тебя дозвониться! Я ему поверила...

– С утра мы ехали по такой глуши. Там связи нет,– ответил Игорь.

– Что происходит?– Уже со страхом спросила Вика.

– Неувязки какие-то,– коротко ответил Игорь.– Разберемся.

– А вот это и есть наша Вика!– Петрович подсел к ним.– Как вы?

– Своим позвонил?

– Все в порядке,– кивнул Петрович.

В этот момент в закусочную зашли два дюжих парня лет двадцати пяти. Игорь с Петровичем переглянулись. Скорей всего, это были люди Асламбека. Игорь даже сделал движение, чтобы тут же встать и подойти к ним. Но Петрович отрицательно покачал головой.

– Уезжаем,– повторил он.– У нас длинная ночь будет.

Шугуров вышел из машины и обнял Катю.

– Ничего, Катюша, разберемся. Когда они уехали?

– Минут двадцать назад,– ответил Артем.

– С кем была Горлова?

– Инспекторша какая-то, Болотова. Все по полочкам разложила. Принесла с собой пачку документов. Все по закону.

– Опередили нас,– кивнул Николай Андреевич.

– Дядя Коля, что же мне делать?– Спросила Катя.

– Сначала успокоимся,– ответил тот.– Слезы нам не помогут. Время то уже нерабочее,– он покачал головой.– Уехали они недавно. Наверняка все еще у Горловых. А я очень хочу поговорить с ней. Садитесь в машину!

– Я на мотоцикле,– отказался Артем.

Со стороны за ними наблюдали все те же зеваки. Для них появилась тема для разговора на весь вечер.

Николай Андреевич оказался прав. Когда они подъехали к дому Горловых, Болотова только что вышла из подъезда.

Шугуров перехватил ее по дороге на парковку:

– Ирина Витальевна, если не ошибаюсь? Добрый вечер.

– Здравствуйте,– кивнула Болотова.– Чем могу помочь?

– Сегодня вы забрали из семьи Соню Малахову. Мне бы хотелось прояснить несколько моментов.

– Извините, но я не знаю, кто вы и с какой стати говорите со мной об этом,– Болотова оглянулась на его машину. За тонированными стеклами Кати видно не было, но в этот момент во двор свернул Артем.– Вы родственник Малаховых?

– Нет, я не был Малаховым родственником. Но я очень хорошо знал погибших и чувствую ответственность за судьбу их детей.

– Понятно. Как мне вас называть?

– Зовите меня Николаем.

– Хорошо,– кивнула Болотова.– Во-первых, Николай. Соню из семьи мы не забирали. Как субъект семья Малаховых исчезла в момент гибели родителей девочек. У Александра Ивановича и Валентины Николаевны остались наследники, но одна из них несовершеннолетняя, а Соня – малолетний ребенок...

– Они сестры! И Катя вполне способна заботиться о сестре. Вы ведь сами все понимаете, Ирина Витальевна.

– Нет, Николай, я не понимаю, что вы имеете в виду. Соню будут воспитывать зрелые и обеспеченные люди. А это очень важно. Ребенок должен получить достойное воспитание. Катя слишком молода, чтобы брать на себя такую ответственность.

– Бросьте, Ирина Витальевна! Вам ли не знать, сколько молодых женщин рожает каждый год и воспитывает детей в одиночку!

– Но они воспитывают собственных детей, а это уже другое дело.

– Ирина Витальевна, вы напрасно доверились Горловым. Я знаю этих людей и более чем уверен, что наследство девочки интересует их больше самой девочки...

– Прекратите, Николай! Вам должно быть стыдно... Если вы будете говорить подобные вещи Кате Малаховой, она не скоро смирится с положением сестры. А в данной ситуации она должна помогать тете.

– Вы ошибаетесь,– покачал головой Шугуров.

– У меня богатый опыт. И не нужно мне говорить о том, что я не права и сделала ошибку. Перед моими глазами прошли сотни людей. Я знаю, что Горловы будут заботиться о ребенке и сделают все, чтобы Соня росла счастливой. Я прекрасно понимаю и вас, и Катю Малахову. Но не все идет так, как нам хочется.

– Да,– кивнул Шугуров.– Значит, нам есть к чему стремиться!

– Николай, вы – взрослый человек. У вас наверняка есть дети. Подумайте о том, что к проблеме сиротства нельзя подходить однобоко. Подумайте об этом и постарайтесь убедить Катю принять случившееся как должное. Она может встречаться с сестрой каждый день. Она вполне может принять посильное участие в воспитании ребенка.

– Мы так и не поняли друг друга,– покачал головой Шугуров.

– Наверно, нет. Но я советую вам действовать только законными методами. У всех заинтересованных лиц есть возможность апеллировать в судебные инстанции.

– И мы непременно сделаем это.

– Это ваше законное право,– кивнула Болотова.– А сейчас извините, у меня тоже есть муж и дети.

Она села в машину и уехала.

 Артем сидел возле открытого окна машины:

– Катя, Николай Андреевич правильно сказал. Слезами горю не поможешь. Успокойся, не плачь...

– Катя, он прав,– кивнул Шугуров. Он сел на водительское сиденье и посмотрел на нее.– Эту ситуацию нельзя пускать на самотек. Я не знаю, что наплели Болотовой Горловы. Но биться за них она будет насмерть.

– Что же нам теперь делать?– Прошептала Катя, вытирая слезы.

– Обратимся в суд. Я созвонюсь с юристом, составим заявление. А сейчас съездим в ресторан и подкрепимся. Нам силы нужны!

Елена Ивановна осторожно взяла Соню на руки:

– Вот так, милая моя,– улыбнулась она, глядя на заснувшего ребенка.– Сейчас мы с тобой в постельку ляжем. И сны тебе будут сниться хорошие-хорошие...

Она отнесла Соню в детскую и положила на кровать. Села рядом с ней и принялась напевать негромко:

– Есть только миг в этом мире бушующем... Есть только миг за него и держись... Есть только миг между прошлым и будущим... Именно он называется жизнь...

И она не заметила, как по щекам потекли слезы...

С мужем Елена Ивановна познакомилась на сеансе фильма "Земля Санникова". И в первый же вечер она поняла что им по пути. Василий Львович был на десять лет старше ее. В свои тридцать три уже трудился в плановом отделе завода и строил далеко идущие планы на будущее.

– Лена, я не буду лгать,– сказал он, проводив ее до подъезда.– Мой первый брак был неудачным. Но я не теряю надежду встретить умную и интересную женщину. Лена, вы мне очень понравились. Я хотел бы продолжить наше знакомство. Если вы не против, я приглашаю вас сходить завтра в ресторан.

– Я даже не знаю,– растерялась Лена.– Честно говоря, я в ресторане ни разу не была.

– Я приеду за вами в семь часов вечера.

И Горлов сделал то, что пленило его будущую супругу – он поцеловал ей руку.

– Я приду,– только и сумела сказать она, вытянув свою руку из его ладони.

В подъезде Лена прижалась спиной к холодной стене и закрыла глаза. Таких кавалеров у нее еще не было. Сердце в ее груди стучало часто, как у птички в руках охотника. Но в этой барабанной дроби она уже слышала вальс Мендельсона, плач новорожденного и все слова любви, которые мужчина говорит женщине в порыве страсти.

На дворе стоял август восемьдесят первого года. В то время Малаховы еще жили все вместе, родители и дети. Старики вышли на пенсию. Лена работала методистом в детском саду, а Саша учился в институте. Он уже познакомился с будущей женой Валентиной.

– Как фильм, дочка?– Спросила мать, когда Лена вернулась домой.

– Интересный. Мам, завтра меня пригласили в ресторан. Я не смогу с вами в деревню съездить.

– Кто пригласил?– Поинтересовалась мать.

– Ты его не знаешь. Но он очень интересный человек. Работает на заводе начальником.

– Сколько же ему лет?

– Тридцать три. Он старше меня.

– Ты бы хоть познакомила нас, прежде чем по ресторанам ходить,– покачала головой мать.– Хорошо, порадую отца.

– Может ему пока не надо говорить?!

– Почему? Я с твоим отцом тоже случайно познакомилась. И всю жизнь душа в душу живем... А вдруг это твоя судьба, дочка?

На следующий день Василий Львович подъехал на черной "Волге".

Старухи возле подъезда сразу же принялись глазеть на него и перешептываться. Когда из подъезда вышла Лена, они понимающе переглянулись. А Василий Львович преподнес Лене огромный букет алых роз.

– Вот и Ленка богатого жениха нашла,– принялись переговариваться соседки.

– Деньги к деньгам липнут! Такая на Ваньку не позарится! Мой вон подкатывал к ней, да все без толку.

– Бог с ними, пусть живут! Радоваться надо, когда у людей счастье,– сказала только одна из них.

– Горденькая она очень,– не слушая ее, продолжали остальные.– Мимо пройдет, никогда не поздоровается. Разве так можно?..

А Лена в это время утонула в аромате цветов.

– Так приятно,– улыбнулась она.

– Неужели вам никогда цветов не дарили?– Тоже с улыбкой спросил Горлов.

– Только Восьмого Марта и Первого Сентября.

– Я буду тебе дарить цветы, Лена,– сказал он, неожиданно переходя на "ты".– Мне для тебя ничего не жалко.

Она неожиданно смутилась и отвернулась к окну. Горлов посмотрел на нее и снова улыбнулся:

– Я не стал уже ждать подходящего момента. Вино, брудершафт, все наиграно. А зачем нам играть? Мы не на партсобраниях, чтобы величать друг друга по имени-отчеству... Лена, ты со мной согласна?

– Да,– кивнула она.

– Помнишь, как пели вчера в фильме? В этой песне каждое слово – правда. Я понял это за долгие годы одиночества. Лена, я столько лет ждал тебя. Лена, жизнь – это на самом деле миг между прошлым и будущим. Мелькнет. И не сможешь вспомнить, как прожил ее день за днем... Я потерял маму, когда мне было шесть лет. И с тех пор я одинок. Одинок среди людей.

– Но ты же был женат,– Лена посмотрела на него.

– Это было ошибкой. Глупой юношеской ошибкой. Она не любила меня. А мне только казалось, что я люблю ее. Мы не жили, а мучились до тех пор, пока не расстались окончательно.

– У тебя есть дети?

– Нет. Иначе и они бы мучились. Я одно понял, Лена. Я понял, что обязательно встречу любимую женщину и жить мы будем долго и счастливо. Я не обещаю сказочной жизни, золотых гор не обещаю. Но со мной ты будешь как за каменной стеной...

– Василий Львович, я не понимаю...

– Мои слова не должны смущать тебя. Я хочу сказать, что настроен очень серьезно. Я не знаю, как далеко зайдут наши отношения, но в любом случае я не обману тебя, Лена. Не воспользуюсь тобой.

– Это так неожиданно, Василий...– она немного подумала, стоит ли теперь добавлять к его имени отчество.– У меня были друзья, хорошие друзья. Но у меня не было... серьезных отношений...– Такого напора она не ожидала, и через мгновение уже пожалела о сказанном.– Я даже не понимаю, что говорю,– пробормотала она.

– Это хорошо,– неожиданно улыбнулся ее спутник.– Лена, очень хорошо, что все это мы сказали друг другу. Я рад. В любом случае, во мне ты найдешь друга...

Этот разговор она запомнила из слова в слово. Они и прожили так, чтобы быть друг другу не только мужем и женой, но и близкими друзьями.

Единственное, что омрачало их супружеские отношения – бездетность. Но эту тайну Елена Ивановна готова была унести с собой в могилу. Тем более ребенок в их доме все же появился.

– Хорошая ты моя,– она осторожно погладила Соню по щечке.– Маленькая...

Шугуров стоял возле окна. На душе у него было тяжело и горько от того, что ситуация все же вышла из-под контроля. Катя сидела за столом отца. В этот момент в ее сердце отчаяние боролось с надеждой.

А Артем разговаривал в комнате отдыха с Журавлевым и Данилиным:

– Непонятно, что сейчас делать. А делать что-то нужно. Ходить по судам долго и не факт, что так ребенка вернем. Хотя Папа завтра оформит заявление в суд.

– Сказал бы я, как это называется,– сквозь зубы процедил Данилин.

– Есть у меня мыслишка одна,– задумчиво произнес Журавлев.– Человечка знаю. Занимается частным сыском. Ты говоришь, что родственники Кати опеку над ребенком только из-за наследства взяли? Само собой, на людях о таком молчат. Но между собой все равно разговаривают. Если записать их междусобойчики, цены таким записям не будет! Даже суд примет их во внимание, особенно в таком деле. Но суд вам и не нужен. Нужно только отдать послушать записи Болотовой... Она этих родственников без всякого суда в бараний рог согнет!

– Легко сказать,– пробурчал Данилин.– А как сыщик в квартиру попадет? В окно, что ли, залезет?! Или дверь вскроет?! А это тоже дело подсудное. И мы вместе с ним "прицепом" пойдем.

– Ох и темный же ты, Андрюха!– Журавлев посмотрел на него с сожалением.– Катя будет к сестренке в гости приходить?.. Будет!.. Будет ей игрушки приносить?.. Будет!

– Ну-ну,– хмыкнул тот.– На словах-то оно, конечно, все в лёгкую делается. А как до дела дойдет!..

– Это у тебя так делается,– усмехнулся Журавлев.– А если мы за дело беремся, тут уж – пишите письма мелким почерком!.. Короче, Тёма, завтра в девять утра в "Лакомке".

– Ты бы сначала позвонил сыщику,– посоветовал Данилин.

– С этим проблем не будет. Я ему вечерком звякну и объясню суть проблемы. В таком деле он не откажет. Правда, за работу берет дорого.

– Любые деньги заплачу, лишь бы помог!– Артем потушил окурок в пепельнице.– Ладно, мужики, пойду к Кате.

– Давай-давай,– Журавлев понимающе улыбнулся.– Держи нос по ветру.

– Что?– Артем задержался в дверях.

– Удачи тебе, говорю! В девять – в "Лакомке"!

Артем поднялся к Шугурову. Тот все еще стоял возле окна с задумчивым видом. При появлении Артема Шугуров обернулся.

– Вот и хорошо,– кивнул он.– Сейчас поужинаем.

– Нет,– отказалась Катя.– Я ничего не хочу.

– Мы ведь уже говорили об этом, Катя,– покачал головой Николай Андреевич.– Нам силы нужны, чтобы выстоять.

– Я выстою, дядя Коля,– неожиданно улыбнулась Катя.– Мне ничего другого не остается.

– Я с Журавлевым разговаривал,– сказал Артем.– У него есть знакомый частный сыщик. Он может помочь нам.

– Мы никого не ищем, Артем,– усмехнулся Шугуров.– Мы знаем, у кого находится Соня.

– Нам нужно доказать, что Горловым Соня нужна только из-за наследства,– Артем пропустил замечание мимо ушей.– Если добудем записи их разговоров – появится шанс вернуть Соню.