Текст книги "Длинная цепь (ЛП)"

Автор книги: Дэн Уиллис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 20 страниц)

– То есть наш посол возвращается из Китая во время войны, которую они проигрывают, и внезапно американские военные секреты оказываются украдены и проданы китайцам, – заметила она, многозначительно переглянувшись с Редхорном. – Вам это не кажется совпадением? – спросила она. Редхорн покачал головой.

– Нет, мэм, не кажется. – В этот момент открылась задняя дверь, и вошла агент Мендес.

– Полиция здесь, – сказала она. – Хорошо, – ответил Алекс, убирая оборудование. – Куда вы собрались? – спросила Сорша.

– Вам нужно было, чтобы я нашел источник тумана, – сказал он, беря в руки свою сумку. – Я это сделал, а теперь мне нужно найти какого-то мелкого бандита.

– А что, если мне понадобятся твои дедуктивные способности, когда я буду разговаривать с Уильямом Хендерсоном?

Алекс рассмеялся.

– На самом деле вам не хочется, чтобы я был рядом, пока вы будете давить на важную политическую фигуру, – сказал он.

Сорша хотела возразить, но, поразмыслив, кивнула.

– Ты прав, – сказала она. – Забери свою пушку у Мендес и уходи.

Алекс забрал свой пистолет и сумку с плащом и ненадолго задержался, чтобы положить их в сейф. Он только успел закрыть тяжелую дверь, как в здание ворвался детектив Хокинс в сопровождении дюжины полицейских.

– Черт возьми, Локерби, – сказал он, подходя к Алексу. – Во что ты меня втянул?

– Рад, что вы смогли прийти, детектив, – ответил Алекс. Он помолчал, а потом рассказал, что произошло.

– Итак, давайте проясним, – сказал Хокинс, закатывая глаза. – Эта штука дымовая шашка, которую химик на пенсии изготовил для военно-морского флота, – сказал он, указывая на устройство. – Кто-то ее украл и попытался продать этим джентльменам, которые, как оказалось, являются гражданами Китая.

– Вот, собственно, и все, – сказал Алекс с совершенно невозмутимым видом.

– Ты же понимаешь, что даже если эта страшная дама из ФБР поймает вора, об этом не напишут в газетах, верно?

– Я обещал, что позвоню вам, детектив, – сказал Алекс, хлопая его по плечу. – Но я не обещал, что сделаю вас знаменитым. Тем не менее военно-морской флот, скорее всего, поблагодарит шефа за возвращение их собственности, и это хорошо на вас отразится.

– Вот только ты его нашел, – проворчал Хокинс.

Алекс приложил палец к губам, призывая к тишине.

– Меня здесь никогда не было, – прошептал он, подмигнул детективу и вышел из ветхого здания.

22. Девочка

Черная полицейская машина была припаркована у обочины перед домом доктора Келлин, и никто не пытался сделать так, чтобы она не бросалась в глаза. Когда Алекс подошел к дому со стороны станции небесных ползунов, он увидел за рулем скучающего полицейского. Он опустил стекло и то курил, то поглядывал на маленький кирпичный дом. Его напарник на пассажирском сиденье спал, положив голову на грудь и скрестив руки на груди.

Алекс шел чуть медленнее, чем обычно, пока полицейский не высунулся из окна, чтобы посмотреть на него. Это был светловолосый мужчина с массивным лицом и крупным носом.

– Офицер Йоханссон, – узнал его Алекс.

Здоровяк на мгновение растерялся, но потом ухмыльнулся.

– Ты тот самый писака, да? – вспомнил он. – Друг детектива Пака.

– Он самый, – подтвердил Алекс. – Чья это епархия, раз ты здесь дежуришь?

Йоханссон усмехнулся.

– Отличная работа, – сказал он. – Мне нужно только сидеть и следить за доктором Келлин. Не нужно разгуливать в туфлях на босу ногу и гоняться за карманниками, просто сижу здесь, отдыхаю и получаю за это деньги.

Он откинулся на спинку стула и закинул руки за голову, чтобы подчеркнуть свои слова.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Йоханссон. Ему почти удалось сделать так, чтобы это прозвучало как праздное любопытство, а не как вопрос полицейского.

– Я был здесь на празднике в прошлый раз, – ответил Алекс. – Кажется, я обронил связку ключей на заднем дворе и просто хочу посмотреть, не там ли она.

Йоханссон с минуту размышлял, а потом пожал плечами.

– Я не против, – сказал он.

Алекс оглянулся на дом. Лампочка на вывеске доктора Келлин не горела, в окнах было темно.

– Доктор Келлин дома? – спросил Алекс. он спросил.

– Да, но, кажется, она легла спать. Девочка ушла около часа назад и до сих пор не вернулась.

У Алекса сжалось сердце. Он хотел увидеть Джессику, узнать, действительно ли с ней все в порядке после вчерашних событий. Впрочем, если она ушла, значит, чувствует себя нормально. Это немного, но все же лучше, чем ничего.

– Спасибо, – сказал он Йоханссону. – Я не задержусь больше чем на пару минут.

Офицер Йоханссон помахал ему рукой и вернулся к своей сигарете. Алекс огляделся по сторонам, пока шел через палисадник к потайным воротам. В полуквартале от дома он увидел одну из машин ФБР, но второй не было видно. Возможно, агент Редхорн решил, что она не нужна.

Оказавшись на заднем дворе, Алекс поспешил к тому месту, где пропавший бандит разбил окно. Дыру в стене заколотили, а осколки стекла смели в кучу. Алекс был рад, что их никто не трогал, и положил на землю свой набор для криминалиста.

В полдень в ясный день найти кровь на осколках стекла было бы непросто, а сейчас уже темнело и стоял туман. Но у Алекса были другие возможности. Он посветил серебряной лампой на груду стекла и землю за домом. Осколки с кровью засветились лиловым, и он без труда отделил их от остальных.

Собрав четыре осколка, он убрал лампу и окулюс, заменив их свернутой картой и коробкой из-под сигар. Быстро развернув карту, он придавил ее, чтобы она не свернулась снова. Он положил на карту потрепанный латунный компас, затем сложенную поисковую руну и, наконец, окровавленные осколки стекла.

Поскольку Алекс хотел, чтобы заклинание нашло не осколок стекла, а владельца пролитой крови, он достал из аптечки бутылочку с пипеткой. Аккуратно добавив каплю жидкости в засохшую кровь, он увидел, что она стала красной. Через несколько секунд он перевернул осколок так, чтобы жидкость стекала на бумагу с руной. Это должно было связать кровь с руной и не дать ей реагировать на разбитое стекло.

Закончив приготовления, Алекс достал сигарету и закурил. Возвращение в лабораторию действовало ему на нервы, и он почти ожидал, что из тумана появится пропавший мужчина и снова попытается в него выстрелить.

Отбросив эту мысль, Алекс поднес горящий кончик сигареты к бумаге с руной, и та вспыхнула. Руна вращалась, отбрасывая оранжевое свечение в непроглядный туман, все медленнее и медленнее, пока не потянула за собой стрелку компаса.

– Попался, – прорычал Алекс, когда руна содрогнулась и исчезла в облаке искр.

Судя по компасу, пропавший бандит находился в сельском квартале на западной стороне среднего кольца. К счастью, это было недалеко от станции наблюдения за небом. Если Алекс поторопится, он будет на месте через полчаса.

Компас привел Алекса к причудливому маленькому домику с аккуратно подстриженной лужайкой и кустами роз прямо у внешнего кольца. Когда он прибыл на место, было уже совсем темно, а туман скрывал большую часть улицы, так что он не слишком беспокоился о том, что его могут заметить. Из окна у двери пробивался тусклый свет, скорее всего, из задней комнаты, а не из гостиной.

Похлопав себя по боку, Алекс нащупал массивный револьвер 1911, висевший под левой рукой. Убедившись, что оружие при нем, он пересек лужайку перед домом и подошел к нему сбоку. На всех окнах были задернуты шторы, поэтому он обошел дом и подошел к задней двери. Небольшое деревянное крыльцо соединяло заднюю часть дома с двором через дверь в центре задней стены. Там была розетка для магического светильника, но она была пустой, и двор погружен во тьму. Алекс едва различал очертания собачьей будки, но, когда он подошел к крыльцу, его не встретили ни рычание, ни лай.

Медленно поднявшись на крыльцо, он услышал, как оно слегка поскрипывает под его весом. Из дома доносились приглушенные звуки радио, по которому играла музыка, они заглушили бы любой шум, который он мог произвести, поднимаясь на крыльцо. Подойдя к двери, Алекс сунул руку под куртку, достал из кобуры револьвер 1911-го и медленно взвел курок. Он не искал неприятностей, ему нужна была только информация, но лучше быть готовым ко всему.

Крепко сжав пистолет, Алекс быстро вдохнул и положил руку на дверную ручку. Но прежде чем повернуть ее, он почувствовал запах ржавчины и вдруг ощутил во рту металлический привкус. Так пахло только от свежей крови, и то если ее было много.

Алекс повернул дверную ручку, но его рука соскользнула, и, когда он отдернул ее, она была мокрой.

Он выругался.

Снова схватившись за ручку, он крепко сжал ее и повернул. Как он и ожидал, дверь не была заперта и вела в маленькую кухню. Над круглым столом, усыпанным игральными картами, деньгами и кровью, горела единственная лампочка. Вокруг стола стояли четыре стула, три из них были опрокинуты, а на полу в лужах крови лежали два тела. Кровавые разводы покрывали стены и доходили до потолка.

Ближайшее тело принадлежало крупному мужчине с массивными плечами и руками. В его огромной руке все еще был зажат револьвер 38-го калибра, похожий на игрушку. Второй мужчина был поменьше ростом, с густыми усами и вздернутым носом. Он лежал у стены с застывшим выражением ужаса на крысином лице. На его руках и торсе Алекс насчитал не меньше дюжины ножевых ранений.

Стараясь не наступить в кровь, Алекс подошел к проходу, ведущему из кухни в гостиную. Заглянув туда, он увидел еще одного мертвого мужчину, лежащего прямо у входной двери. Его горло было перерезано одним длинным движением, и других ран на теле не было.

– Значит, наши ребята играли в покер, – сказал Алекс, размышляя вслух. Он оглянулся на единственный стул, который стоял прямо. – Кто-то стучит в дверь, этот встает, чтобы посмотреть, кто там, и получает пулю в горло. Его друзья вскакивают из-за карточного стола, но нападавший быстро их расправляется.

Алекс принюхался. Сквозь запах крови и внутренностей доносился слабый запах пороха.

– Здоровяк стреляет, но либо промахивается, либо ранит нападавшего. Следующим падает он, а за ним крысомордый... так где же наш четвертый участник?

Алекс ожидал, что дверь откроет хозяин дома, но это был явно не тот человек, который выбежал из мастерской. И не двое убитых на кухне.

– Допустим, этот дом принадлежит парню из лаборатории. Что он делает, пока его друзей кромсает маньяк с ножом? – Алекс посмотрел в сторону спальни в глубине дома. – Он идет за оружием.

Чтобы не испачкать обувь, Алексу пришлось перепрыгнуть через здоровяка, но даже так он немного испачкал ботинок. Не желая оставлять улики, Алекс сунул пистолет в карман куртки и достал носовой платок. Он вытер кровь с подошвы, а затем – с ручки задней двери.

Убедившись, что он сделал все, что мог, Алекс аккуратно сложил платок, испачканный кровью, и засунул его в карман брюк. Затем он достал пистолет и осторожно пошел дальше по коридору. Он миновал пустую ванную и гардеробную, а затем добрался до спальни. Крепко сжимая свой "Кольт" 1911, он осторожно выглянул из-за двери и тут же спрятался обратно. В спальне было темно, но он разглядел комод, опрокинутый стул и кровать, на которой лежало окровавленное тело.

Он вошел в комнату, держа пистолет наготове, но никто не шелохнулся. Рядом с телом, вне досягаемости мертвеца, на полу лежал обрез двуствольного ружья.

Алекс нащупал выключатель и наконец зажег свет. Когда лампочка на потолке вспыхнула, мертвец ахнул. Алекс наставил на него пистолет, но в этом не было необходимости. Мужчина был еще жив, но истекал кровью из многочисленных ножевых ранений.

Алекс выругался, и мужчина поднял на него взгляд затуманенных глаз. На его щеке было несколько струпьев от того места, куда он ранее прыгнул из окна в доме доктора Келлина.

– П-пришел... закончить дело... сукин ты сын, – невнятно произнес он. – Надо было... всадить тебе пулю в башку... когда была возможность.

– Заткнись, – сказал Алекс, убирая пистолет в кобуру. Он снял куртку, достал платок и подошел к мужчине, чтобы попытаться остановить кровотечение. Самая серьезная рана была в животе, и Алекс прижал к ней платок, отчего мужчина застонал. Кровь просочилась сквозь ткань. Платка было недостаточно. Без сильнодействующего заживляющего зелья ничего бы не помогло.

– Кто это сделал? – спросил Алекс, стараясь, чтобы в его голосе не было настойчивости.

Мужчина начал было усмехаться, но вместо этого закашлялся, забрызгав все вокруг кровью.

– Девчонка, – выдохнул он. – Сказала, что ее зовут... Лилит.

– Это сделала женщина? – спросил Алекс, вспомнив маленький след в алхимической лавке Чарльза Грира. Мужчина там был обезглавлен ножом, который, вероятно, был взят с места преступления.

– Н-нет, – снова закашлялся он. – Д-девочка. Ей не могло быть... больше двенадцати.

Мысль о том, что девочка-подросток могла зарезать ножом четверых взрослых мужчин, казалась абсурдной, но Алекс видел, что мужчина абсолютно уверен в своих словах.

– Как она выглядела? Что ей было нужно? – спросил Алекс.

– Белые волосы, – выдохнул он. – Серые... глаза. Усталые глаза. Спросила меня о... о Чарльзе Грире. Кто его забрал. Почему они взялись за... за ту другую сучку... Келлин.

Его дыхание стало прерывистым, и он уже не мог держать голову прямо.

– И что ты ей сказал? – потребовал Алекс. – Кто забрал Грира? Кто охотится за доктором Келлин?

Алекс схватил мужчину за волосы и запрокинул ему голову, но в этот момент глаза мужчины уже остекленели и смотрели куда-то вдаль. Из его легких вырвался долгий прерывистый вздох, и тело обмякло. Мертвый.

Алекс отпустил мужчину и снова выругался.

Этот человек был его главной зацепкой в поисках тех, кто охотился на алхимиков, а Алекс даже не знал его имени, не говоря уже о том, на кого он работал. Единственное, что ему удалось выяснить, это то, что люди, напавшие на доктора Келлина, были теми же, кто схватил Грира, но он и так это подозревал. Хуже того, в деле каким-то образом замешана обезумевшая убийца с ножом, похожая на ребенка, но он понятия не имел, кто она такая и чего хочет.

Он положил руку на ковер, собираясь подняться на ноги, но его накрыла волна усталости, и на мгновение в глазах потемнело. Тряхнув головой, чтобы прийти в себя, Алекс прислонился к кровати и подтянул к себе куртку. Он достал из кармана склянку с восстанавливающим зельем и сделал глоток. Сразу стало легче, но это было не то чувство прилива сил, которое он обычно испытывал после зелья. Это тревожило. В последнее время он принимал его чаще, чем обычно, и теперь оно, похоже, действовало не так эффективно. То ли он привык к нему, то ли у него просто не осталось жизненной энергии.

Отогнав эту мрачную мысль, Алекс оперся на кровать и поднялся на ноги. Ему приходилось быть осторожным, потому что его правая рука и манжета рубашки были в крови убитого. На мгновение он хотел достать носовой платок, но передумал. К тому времени, когда его найдет коронер, установить связь между платком и Алексом уже не получится.

Алекс вышел из спальни, оставив мертвого человека в комнате, и направился в ванную в коридоре. Расстегнув рукав, он смыл кровь с руки и постарался оттереть ее с манжеты рубашки. Красное пятно осталось, но он мог бы убрать его позже с помощью руны восстановления. А сейчас ему нужно было выбраться из этого дома. Кем бы ни была эта девушка с ножом, она пыталась сварить какое-то зелье в лавке Грира. Похоже, она была одержима им, но с тем же успехом она могла проникнуть в лабораторию доктора Келлин и попытаться воспользоваться его оборудованием. Он даже думать не хотел о том, что могло бы случиться, если бы Джессика или доктор застали ее на месте преступления.

Убедившись, что он смыл всю кровь, Алекс вытер руку и застегнул манжету. Он уже собирался вернуться в спальню за курткой, когда услышал скрип половицы.

– Стой на месте, – прогремел грубый голос. – Я не шучу, – добавил он, когда Алекс начал оборачиваться. – Подними руки и не шевелись.

Поскольку его куртка с двумя оставшимися рунами-щитами все еще была в спальне, Алекс сделал, как ему сказали. Он понятия не имел, кто мог оказаться в доме покойника, но, скорее всего, это был кто-то из его друзей. Вряд ли кто-то из тех, кто опоздал на игру в покер, ведь все свободные места были заняты. Кто же тогда?

Он услышал быстрые шаги за спиной, а затем в бок ему уперлось дуло пистолета. Кто-то прижался к нему сзади, обхватил его тело слева, а затем потянулся через грудь, чтобы схватить его 1911-й. Как только он завладел пистолетом, мужчина отпрянул.

– Ладно, – сказал он. – А теперь медленно поворачивайся.

Прижав большой палец к кольцу-вспышке, Алекс подчинился. Обернувшись, он увидел перед собой полицейского в синей форме, с темными волосами, крючковатым носом и шрамом на щеке. Алекс узнал этого человека: они встречались два года назад в многоквартирном доме, где жил некий Джерри Пембертон. Тогда Алекс ему не понравился, и не было причин думать, что со временем его отношение к нему изменилось.

Интересно, как полиция здесь оказалась? Алекс был уверен, что на этот раз его не видел ни один любопытный сосед. В памяти всплыл запах пороха, и он вспомнил, что здоровяк успел сделать пару выстрелов, прежде чем девушка его вырубила. Когда по соседству стреляют, любопытные соседи ни к чему. Полицейские, должно быть, получили с полдюжины звонков.

– Так кто же вы такой? – спросил полицейский.

– Я Алекс Локерби. У меня есть лицензия частного детектива, и я пришел сюда, чтобы получить информацию от того мертвого парня в спальне. Конечно, я не знал, что он мертв, пока не пришел.

При словах "частный детектив" взгляд полицейского, и без того недовольный, стал откровенно мрачным.

– Что здесь произошло? – потребовал он.

Алекс пожал плечами и вкратце изложил свою версию преступления, основанную на уликах с места происшествия. Он умолчал о том, что нападавшей была девочка-подросток по имени Лилит, и ограничился словами "маньяк с ножом".

– Что ж, очень красивая история, – проворчал полицейский таким тоном, что стало ясно: он не считает ее ни красивой, ни правдоподобной. – Но у меня есть версия получше. Какой-то жалкий частный детектив выпытал кое-что у бродяги, за которым следил, а потом застрелил его. – Он свободной рукой показал на пистолет Алекса. – Из этого пистолета.

Алексу пришлось собрать всю свою волю, чтобы не вздохнуть.

– Думаю, вы поймете, что эти люди были убиты ножом, а не огнестрельным оружием, – сказал Алекс.

Полицейский улыбнулся, обнажив неровные желтые зубы.

– Не думаю, что капитан с этим согласится, – сказал он. – Он укажет пальцем на человека, который стоит над всеми этими телами. – Его ухмылка стала еще шире. – Я получу звание сержанта за то, что привел вас сюда.

Он бросил пистолет Алекса на кухонный стол рядом с картами и деньгами, а затем достал наручники.

– Надевай, – прорычал он, и по выражению его лица Алекс понял, что он бы предпочел, чтобы тот сопротивлялся.

На этот раз Алекс вздохнул и защелкнул наручники на запястьях.

– Когда будете звонить, – сказал он, – передайте, чтобы вызвали детектива Дэнни Пака. Он уже ищет убийцу с ножом.

– Не учи меня, как делать мою работу, – рявкнул коп и жестом показал Алексу, чтобы тот шел в гостиную, не выпуская из рук пистолет.

Пока Алекс сидел на диване в ожидании Дэнни или другого ответственного полицейского, который должен был прийти и спасти его, он все время вспоминал предсмертные слова мужчины в спальне. Тот сказал, что это сделала девушка. В голове у Алекса все еще стоял туман, и ему хотелось еще раз глотнуть "освежителя", но он оставил его в спальне вместе с курткой.

Кто-то еще говорил что-то про девушку, он был в этом уверен, но хоть убей, Алекс не мог вспомнить, кто и где это сказал. Откинувшись на спинку дивана, Алекс закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Наверняка, если он хорошенько подумает, ответ придет сам собой.

23. Йоханссон

Кто-то кричал. Ну, не то чтобы кричал, но говорил очень громко. Из-за этого Алексу было трудно уснуть.

– Мне плевать, кто ты такой, это мой подозреваемый, и тебе придётся подождать своей очереди.

Алекс попытался открыть глаза, но они словно прилипли к векам. Сквозь туман, окутавший его разум, он узнал голос. Он принадлежал полицейскому с крючковатым носом. Тому самому, который арестовал его за резню в том маленьком домике. Где девочка... где...

– Йоханссон, – выдохнул он, садясь на кровати.

Голова тут же запульсировала, как будто его ударили по макушке. Он попытался схватиться за затылок, но из-за наручников только ударил себя по лицу.

– Ай, – пробормотал он, наконец-то сумев открыть глаза. Какое-то время он не понимал, что видит. Он сидел в странной гостиной, повсюду стояли полицейские. Когда он увидел на полу тело, накрытое простынёй, всё встало на свои места. Должно быть, он уснул.

– Вы не против? – спросил Алекс, с трудом сфокусировав взгляд на полицейском с крючковатым носом, который стоял и разговаривал с мужчиной, повернувшимся к Алексу спиной. – Как тут уснёшь, когда тут такой шум?

Лицо полицейского, и без того цвета вареной свёклы, стало ещё более багровым, и он набрал в грудь воздуха, явно собираясь продолжить кричать.

– Хватит, – оборвал его знакомый голос. – Мне плевать, что вам или вашему капитану нужно от Локерби, я получу его первым и прямо сейчас.

Алекс узнал голос агента Редхорна. Он ожидал увидеть Дэнни, но, скорее всего, его другу ещё никто не рассказал.

– Агент Редхорн, – сказал Алекс, даже не пытаясь встать. – Вам не всё равно.

Редхорн повернулся и бросил на Алекса суровый взгляд.

– Наконец-то очнулся, – сказал он. – Этот плоскостопый тебя что, по башке ударил?

Алекс покачал головой и пожал плечами.

– Нет, – сказал он. – Я просто ждал, когда случится что-нибудь интересное. Ждать пришлось долго.

Редхорн оглядел тело на полу и кровь на кухне.

– У нас с тобой разные представления о том, что может быть интересным, – сказал он. – Собери свои вещи. Мисс Кинкейд хочет с тобой поговорить.

Алекс поднял руки, демонстрируя наручники.

– Ключи, – потребовал агент Редхорн, поворачиваясь к полицейскому.

Полицейский с крючковатым носом сжал зубы и выпятил грудь.

– Мне всё равно, кто вы и откуда, – прорычал он. – Я не собираюсь отдавать подозреваемого кому бы то ни было без разрешения.

– Кто хочет забрать нашего подозреваемого? – спросил Дэнни, обходя накрытое тело. Алекс вздохнул с облегчением. Он не знал, как Редхорн его нашёл. Насколько ему было известно, чародеи не могли выслеживать людей с помощью рун поиска, так что Сорша исключалась. Как бы Редхорн ни справился с этой задачей, он явно вступил в спор с полицейским о юрисдикции. Редхорн мог бы победить в этом состязании, но без Дэнни, который мог бы положить конец препирательствам и самоутверждению, Алекс, скорее всего, просидел бы в наручниках до конца ночи.

– Ты здесь главный? – спросил Редхорн, протискиваясь мимо полицейского.

Дэнни достал свой золотой значок детектива и поднял его.

– Детектив Пак, – сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно, но твердо. – А вы кто такой?

Редхорн показал свой значок агента ФБР.

– Я забираю этого человека с собой и ухожу, – процедил Редхорн сквозь зубы, ткнув большим пальцем через плечо в сторону Алекса. – Если он вам еще нужен, я приведу его к вам в участок утром.

– Дэнни, – обратился он к копу, – освободи его. Уилкинс, – обратился он к полицейскому, – развяжи его.

Уилкинс выглядел так, будто ему только что отменили Рождество, Новый год и день рождения, но, надо отдать ему должное, он стер с лица возмущенное выражение и выпрямился.

– Да, сэр, – сказал он, подошел к Алексу и развязал его.

– Спасибо, офицер, – сказал Алекс, вставая. Он почти ожидал, что Уилкинс попытается его ударить, но коротышка-полицейский просто ушел, что-то бормоча себе под нос.

– Так-то лучше, – сказал Редхорн, жестом приглашая Алекса следовать за ним. – Я и так потратил здесь слишком много времени, пойдемте.

– Подождите минутку, – сказал Дэнни, пытаясь перехватить Алекса. – Мне нужно поговорить с нашим подозреваемым, прежде чем вы его заберете.

Алекс заметил, как напряглись скулы Редхорна, но прежде чем тот успел взорваться, Алекс заговорил.

– Моё польто в спальне в задней части дома, а пистолет на кухонном столе, – сказал он. – Кольт 1911, вы его не пропустите. Почему бы вам не взять их, пока я разговариваю с детективом?

– Хорошо, – проворчал агент ФБР и направился на кухню.

– Ты кого-то убил? – спросил Дэнни, глядя на тело на полу.

– Не я, – ответил Алекс. Он быстро пересказал, что произошло и что, по его предположению, случилось до его прихода. В отличие от офицера Уилкинса, он ничего не упустил.

– Он сказал, что это был ребёнок? – недоверчиво переспросил Дэнни.

Алекс лишь пожал плечами. Он понимал, как это звучит.

– Это объясняет след от ботинка в Философском камне, – продолжил Дэнни. – Это должен быть тот же убийца. А значит, исчезновение Чарльза Грайера и нападение на тебя и мисс О’Нил связаны между собой.

– Я тоже так думаю, – сказал Алекс.

– Что-нибудь ещё?

Алекс в отчаянии покачал головой.

– Но я готов поклясться, что что-то упускаю, – сказал он.

Дэнни выжидающе поднял бровь, но ничего не сказал. Алекс попытался вспомнить, о чём он думал, когда его разбудил крик Редхорна, но ничего не вышло.

– Ладно, Локерби, – сказал Редхорн, перешагивая через лужу застывающей крови и возвращаясь в гостиную. Он взял куртку Алекса и вынул обойму из его пистолета 1911 года. – Пойдёмте.

– Я провожу вас, – сказал Дэнни, когда Редхорн передал Алексу его куртку и обойму, а затем отдал пистолет Дэнни.

– Из него давно не стреляли, – сказал Редхорн. – Но всё равно стоит проверить.

– Я верну его, как только смогу, – сказал Дэнни Алексу, провожая их к лужайке перед домом. У тротуара стояли полдюжины полицейских машин, в том числе зелёный седан Дэнни. Изящный черный летательный аппарат Сорши завис над травой на краю лужайки. Роджер, ее шофер, стоял, прислонившись к нему, и курил.

– Проследи, чтобы твои люди не спускали глаз с Джессики и доктора, – бросил Алекс через плечо, следуя за Редхорном к летательному аппарату.

– Обязательно, – пообещал Дэнни.

Редхорн почти всю дорогу молчал, да и Алекс был не в настроении болтать. Он все еще мысленно возвращался к месту преступления и словам умирающего. Это не давало ему покоя, но он никак не мог понять, в чем дело.

Когда летательный аппарат остановился и Алекс вышел из него, он оказался перед аккуратным домом доктора Леонарда Бёрнхэма.

– Что это все значит? – спросил Алекс. – Вы нашли что-то новое?

– Для этого ты здесь и нужен, – ответил Редхорн.

И все же ты провоцируешь ее при каждом удобном случае, напомнил себе Алекс.

Может быть, он не так умен, как ему казалосьн нервно заламывала руки, а Сорша пила чай из фарфоровой чашки.

– Чародейка, – поздоровался с ней Алекс, войдя в дом.

– Давно пора, – ответила она, бросив косой взгляд на агента Редхорна, который прошел на кухню и встал у плиты. Было видно, что она не в духе. Видимо, разговор с Уильямом Хендерсоном, послом Китая, прошел не очень гладко.

– Как прошла встреча с послом? – спросил Алекс с абсолютно невозмутимым видом.

Сорша бросила на него сердитый взгляд и отпила чай из чашки.

– У него железное алиби, – сказала она, аккуратно поставив чашку на блюдце. – С того момента, как он приземлился в Нью-Йорке, он был гостем губернатора.

Алекс пожал плечами.

– Это не значит, что у него не могли украсть генератор тумана, – сказал он. – Уверен, у него есть связи.

– Он был убедителен, – сказала Сорша.

Алекс пристально посмотрел на нее. Сорша умела использовать запрещенные заклинания правды, и он по собственному опыту знал, что она не брезгует ими, но ее лицо было непроницаемым.

– А что насчет его семьи?

Сорша покачала головой.

– Его жена не из тех, кто играет в такие игры, – сказала она. – А их единственный сын умер три года назад.

– Так зачем я здесь? – спросил Алекс. – Как вы вообще меня нашли?

Сорша улыбнулась, но ничего не ответила. Алекс забеспокоился, не оставила ли она на нем какой-нибудь магический след, по которому могла бы его найти. Он использовал заколдованные камешки или монетки, чтобы выслеживать неверных мужей, поэтому предположил, что чародей может делать что-то подобное. Но Сорша не стала преследовать его сама, а послала агента Редхорна, а это означало, что она не просто знала, в каком направлении и на каком расстоянии от него находится, но и точно знала, где он.

– Ты в моем списке контактов, – догадался Алекс. Он знал, что у полицейского оператора есть список людей, которых нужно оповестить, если в полицейском вызове упоминаются определенные имена. В этом списке были и Дэнни, и лейтенант Каллахан, и, судя по всему, Сорша тоже.

Ее бледные глаза оторвались от чашки с чаем и устремились на Алекса.

– Я заметила, что ты часто оказываешься рядом, когда происходят неприятности, – объяснила она без тени смущения или обмана. – И, как я уже говорила тебе при нашей первой встрече, ФБР платит мне за то, чтобы я все знала.

– Так что же ты знаешь такого, что привело меня сюда? – спросил Алекс.

На лестнице послышались шаги, и Сорша бросила взгляд мимо Алекса в сторону гостиной. Алекс обернулся и увидел высокого худощавого мужчину с впалыми щеками и длинными, почти костлявыми пальцами, который помогал доктору Бёрнхэму спуститься по лестнице.

Сорша встала, а Карен бросилась к дедушке, чтобы взять его за другую руку.

– Спасибо, дорогая, – сказал доктор Бёрнхэм, улыбнувшись ей. – Но со мной все в порядке, честное слово.

Карен просияла, глядя на высокого мужчину.

– Большое вам спасибо, – сказала она, и на ее глазах выступили слезы. – Вы так мне помогли.

– Он выглядит намного лучше, – пробормотал Алекс Сорше.

Пока Карен помогала дедушке дойти до кухонного стола и сесть, высокий мужчина подошел к Сорше.

– У него был отек мозга, – тихо сказал он. – Я сделал все, что мог, но остальное исцелит только время. Есть несколько алхимических снадобий, которые могли бы помочь, но они были бы более эффективны, если бы их применили сразу после того, как доктор Бёрнхэм получил свои травмы. Я могу назвать вам имена нескольких превосходных врачей, владеющих знаниями в области алхимии.

– Я тоже знаю одного такого, – вмешался Алекс.

Карие глаза высокого мужчины переместились на Алекса. При росте чуть выше 180 см Алекс привык смотреть на большинство людей свысока, но этот мужчина был выше его как минимум на 15 см. Он был средних лет, с приятным лицом и темными, зачесанными назад волосами. Сначала Алекс его не узнал, но теперь вспомнил. Это был Малкольм Хендерсон, один из Нью-Йоркской Шестёрки.

Алекс изучил информацию обо всех чародеях, живших в городе, что оказалось довольно просто, поскольку таблоиды освещали практически все их действия. Хендерсон был хирургом, когда обрёл свои силы. Став одним из самых могущественных людей на Земле, он учился использовать свои силы, чтобы совершенствовать свою прежнюю профессию. Надо отдать ему должное: он стал одним из самых эффективных и востребованных врачей в мире. Недостатком было то, что его навыки были уникальны. Ни одно из его знаний или умений нельзя было передать другим, поскольку для этого требовался его собственный талант.