Текст книги "Длинная цепь (ЛП)"

Автор книги: Дэн Уиллис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 20 страниц)

– Хочешь? – спросила Сорша, не оборачиваясь и протягивая ему графин. – Это бренди "Наполеон".

– Нет, спасибо, – ответил Алекс. Он на собственном горьком опыте убедился, что алкоголь и восстанавливающее зелье плохо сочетаются.

Сорша пожала плечами, налила себе еще и тоже выпила. Она закрыла шкаф и повернулась к Алексу, доставая из воздуха длинную черную сигарету.

– У тебя есть зажигалка? – спросила она, подходя к Алексу, стоявшему у стола.

Алекс знал, что чародейка может сама прикурить сигарету, даже не задумываясь, но он достал свою зажигалку, нажал на боковую кнопку, откинул крышку и поджег сигарету.

– Итак, – сказала она, выдыхая дым, – что я только что видела?

Алекс покачал головой и пожал плечами.

– Это какая-то связь между туманом и зданием, – сказал он. – Должно быть, это какая-то магия, но я никогда не видел ничего подобного.

– Я тоже, – сказала Сорша.

– Все, что я могу сказать, это то, что это не природное явление, – признался Алекс.

Она бросила на него раздраженный взгляд.

– И это все? – спросила она. – Все, что ты можешь сказать, это то, что туман не рассеивается, потому что он каким-то образом связан со зданиями магическими узами, которые рвутся, когда пытаешься их схватить, но потом восстанавливаются?

Она была расстроена и злилась из-за сложившейся ситуации, а не из-за Алекса, но он был единственным, на кого она могла излить свой гнев в этой комнате.

– Это больше, чем ты знала раньше, – сказал он, стараясь, чтобы его голос звучал нейтрально и дружелюбно. Даже если она злилась не на него, а из-за своих проблем, она могла заморозить его на месте, если бы разозлилась, так что в его интересах было ее успокоить.

– Это ничего мне не говорит, – прорычала она.

– А что думают твои агенты из ФБР?

Она бросила на него сердитый взгляд.

– Бюро обратилось ко мне, потому что больше не к кому было обратиться, – сказала она, затягиваясь сигаретой.

Теперь Алекс всё понял. Он думал, что она работает с федералами ради забавы, но, судя по всему, дело было не только в этом. На кону стояла её профессиональная репутация, не говоря уже о её магическом статусе. Алекс буквально чувствовал, как от неё волнами исходит разочарование.

– Может, тебе пора поговорить с Волшебником? – предложил он. Он не хотел этого говорить, но в тот момент ему сталов комнате резко упала.

– Если это не какая-то новая разновидность магии, то, может, это одно из его творений? – предположил Алекс.

Сорша, казалось, хотела возразить, но через мгновение вздохнула.

– Томас Эдисон может ненавидеть магов, но он не окутывает Нью-Йорк липким туманом, – сказала она.

– Что ж, тогда у меня больше нет идей, – сказал Алекс.

– А что насчёт того, чтобы попытаться найти источник? – спросила Сорша. – Ты говорил, что у тебя есть идея на этот счёт.

– Так и есть, – подтвердил Алекс. – Я попытался сузить область поиска с помощью руны, но тумана было слишком много, чтобы найти место, где он был наиболее концентрированным. В итоге я использовал руну, которая может обнаружить самый сильный образец какого-либо материала, и расширил её действие настолько, насколько смог. Так я и обнаружил сгустки тумана.

– Можешь использовать эту руну, чтобы найти источник тумана? – настаивала она.

– Максимальная дальность действия этой конструкции пять кварталов, – объяснил он. – Я бы целый год искал что-то подобное.

Она уставилась на него, стиснув зубами мундштук.

– Тогда я предлагаю тебе перестать искать секретные правительственные проекты и заняться делом.

– Ты собираешься платить за руны? Ту, что я сделал, обошелся мне почти в пять баксов.

– Хорошо, – прорычала она, подходя ближе, чтобы испепелить его взглядом. – А теперь займись делом. И если я узнаю, что ты занимаешься чем-то другим… – она не договорила, пристально глядя на него.

– Сначала мне нужно кое-что сделать, – сказал он.

– Нет, – ответила она, не сводя с него глаз. – Нет ничего важнее этого.

– Вчера вечером четверо мужчин ворвались в алхимическую мастерскую доктора Андреа Келлин, – сказал Алекс, и в его голосе зазвучали гневные нотки, несмотря на все его попытки сохранять спокойствие. – Они избили ее помощницу, требуя сказать, где доктор.

При этих словах Сорша побледнела.

– Ее помощница? – тихо спросила она. – Это ведь та женщина, с которой ты встречаешься?

Алекс немного удивился. Из-за плотного графика Джессики мало кто знал, что они встречаются. Неужели чародейка следила за ним или за ним следило ФБР? Ни один из вариантов ему не нравился.

– Да, – ответил он, немного успокоившись. – К счастью, я был там. Я вырубил троих, но последний сбежал.

– Зачем им была нужна доктор Келлин?

– Она попросила меня найти ее пропавшего друга, алхимика.

– И теперь кто-то ищет ее? – спросила Сорша.

– Я так думаю, – ответил Алекс. – Тот, кто схватил его, либо знает, что она наняла меня, чтобы найти его, либо не получил от него того, что хотел, и теперь ищет другого алхимика.

Сорша подошла к письменному столу у внутренней стены конференц-зала, на котором стояли пишущая машинка и телефон. Она взяла трубку и набрала номер, используя мундштук в качестве рычага.

Алекс вдруг понял, что не разговаривал с Джессикой с самого утра. Вряд ли оставшийся в живых бандит вернется в течение дня, но уже больше часа как стемнело.

Надо было оставить Джессике свой револьвер.

– Агент Редхорн, – сказала Сорша, прервав ход мыслей Алекса. – Я хочу, чтобы вы выставили охрану у магазина доктора Андреа Келлин, она алхимик.

Алекс почувствовал, как узел в его животе развязывается. Может, в ФБР и не слишком сильны в расследованиях, но они были асами в том, что касалось отстрела плохих парней.

– Да, именно там, – продолжила Сорша. – Доктор Келлин живет там со своей помощницей... – она посмотрела на Алекса.

– Джессикой О’Нил, – подсказал он.

Сорша повторила имя агенту Редхорну.

– Убедитесь, что вы отправили как минимум две группы, – продолжила она. – Прошлой ночью кто-то пытался похитить нашего доброго доктора. – Она помолчала, слушая, что ей говорят, а затем снова посмотрела на Алекса. – Полиция знает о нападении?

Алекс кивнул.

– Дело ведет лейтенант Каллахан.

– Да, – сказала она в трубку, передавая информацию о лейтенанте. – Обязательно скоординируйте свои действия с ними, я не хочу, чтобы что-то пошло не так. Спасибо, Бадди.

Алекс не сразу вспомнил, что она назвала агента Редхорна этим прозвищем.

– Вот так, – сказала она, положив трубку. – Теперь, когда твоя любовница и добрый доктор в безопасности, я ожидаю, что ты потратишь время на поиски источника этого адского тумана. – С этими словами она двинулась к нему по кабинету, и ее бледные глаза, казалось, светились изнутри.

– Мне все равно нужно их проведать, – сказал Алекс.

– Для этого есть телефоны, – прорычала она. – А теперь убирайся из моего кабинета и приступай к работе.

17. Вода Генезиса

Алекс не собирался целыми днями обходить город квартал за кварталом. Кто-то напал на Джессику и попытался похитить доктора, и он ни за что не оставит это безнаказанным, будь она хоть чародейкой, хоть кем-то еще. Тем не менее ему нужно было что-то делать с туманом, иначе Сорша будет ходить за ним по пятам. Можно было бы заглянуть в «Синюю комнату» и расспросить о Джимми Хитреце, но если детектив Хокинс знал, что Джимми захаживал туда, то и Каллахан наверняка знал. Скорее всего, он уже был там. Утром он позвонит лейтенанту и узнает, что ему удалось выяснить.

Было всего шесть часов вечера, когда Алекс поднялся по ступенькам к особняку. Он не был там больше суток, но казалось, что прошло гораздо больше времени. Гораздо больше.

Он достал карманные часы, открыл их, взялся за дверную ручку – и уперся в дверь, которая не открывалась.

Сначала он подумал, что заблудился в тумане и пришел не в тот дом, но овальное витражное окно в центре двери было на месте.

– Черт возьми, – выругался он.

Он забыл позвонить Игги после нападения на Джессику. Это означало, что Игги беспокоился о нем всю ночь, и теперь старик хотел получить свою порцию за такое нарушение приличий. Он установил решетки, которые не позволяли открыть дверь, пока Алекс не постучит.

Алекс терпеть не мог британцев и их вычурные правила поведения в обществе.

Убрав часы в карман, он постучал в дверь. Прошло почти три минуты, прежде чем он услышал, как открылась дверь в вестибюль, а затем увидел силуэт Игги в витражном окне.

– Лицо знакомое, – ухмыльнулся старик, открывая дверь. – Но я не могу вспомнить имя.

Алекс ожидал, что Игги обрадуется его приходу. В тех редких случаях, когда он забывал предупредить, что задержится или куда-то уйдет, это, казалось, тяготило его наставника. Но на этот раз, когда Алекс вгляделся в его лицо, он не увидел ничего подобного.

– Каллахан тебе звонил, – сказал Алекс.

Игги ухмыльнулся.

– Похоже, вчера у тебя был интересный вечер, – сказал он, отступая, чтобы впустить Алекса в дом, где было не так холодно из-за тумана. – Полагаю, с Джессикой все в порядке.

– Утром все было в порядке, – ответил Алекс, направляясь на кухню. – Но мне нужно ей позвонить.

– Когда закончишь, приходи в библиотеку, – крикнул ему вслед Игги, закрывая входную дверь.

Алекс бросил шляпу на кухонный стол и подошел к телефону на стене.

– Алло, – ответила доктор Келлин.

– Док, – сказал он с облегчением. – Рад вас слышать.

– И я вас рада, – ответила она. – Я очень благодарна вам за то, что вы спасли Джессику и... и дело всей моей жизни.

При этих словах улыбка исчезла с лица Алекса. Он совсем забыл о том, что Джессика использовала свое тело, чтобы завершить работу над лекарством от полиомиелита.

– Я могу поговорить с Джессикой?

На линии повисла неловкая тишина, затем доктор Келлин ответила:

– Я дала ей снотворное. Ее решение спасти наше лекарство, сделав себе инъекцию, было...

Она подбирала подходящее слово.

– Опасным, – подсказал Алекс.

– Я хотела сказать рискованным, – ответила доктор Келлин. – Маловероятно, что это как-то повлияет на Джессику в долгосрочной перспективе, но она будет чувствовать усталость, потому что естественные защитные механизмы ее организма попытаются с этим справиться.

– Разве это плохо? – спросила Алекс, не совсем понимая, что имеет в виду доктор, как это обычно бывает при общении с ней.

– В данном случае это очень хорошо, Алекс, – ответила она. – По мере того как ее организм будет реагировать на зелье, оно будет меняться. Когда реакция прекратится, мы будем знать, что зелье готово.

Доктор Келлин, казалось, была в восторге от всего этого, но это не избавило Алекс от беспокойства.

– Передадите ей, что я звонил, когда она проснется?

– Конечно, Алекс, – мягко сказала она. – И ещё раз спасибо. Не знаю, что бы я делала, если бы с ней что-то случилось.

Алекс повесил трубку и покачал головой. Док, конечно, была великолепна, но вела себя очень странно.

– Всё в порядке? – спросил Игги, когда Алекс вошёл в библиотеку.

– Ты меня раскусил, – сказал Алекс, тяжело опускаясь в кресло для чтения. Во время торопливого телефонного разговора он вкратце пересказал Игги основные события вчерашнего вечера, но теперь не торопился и дополнил рассказ подробностями, закончив его рассказом о том, как Джессика решила ввести в свой организм незаконченное зелье.

– На самом деле это не так страшно, как всё остальное, – сказал Игги, когда Алекс закончил. – Я тут подумал и вспомнил, что идея использовать организм для создания вакцин и лекарств не нова. – Затем он в подробностях рассказал, как врачи прокалывали иглой фурункулы у людей, заражённых оспой, а затем использовали их для того, чтобы намеренно заразить здоровых людей лёгкой формой болезни. – Это называлось вариоляцией, – закончил он.

– Фу, – сказал Алекс, доставая из портсигара сигарету и закуривая. – Как думаешь, с ней всё будет в порядке?

Игги на мгновение задумался, а затем кивнул.

– Скорее всего, – сказал он. – Но алхимия – не моя сильная сторона. Что ты собираешься делать с пропавшим хулиганом?

Алекс на мгновение задумался. У него была только одна зацепка: Джимми Проныра работал в "Голубой комнате".

– Утром позвоню Каллахану, – сказал он, не придумав ничего лучше. – Посмотрим, что он знает.

– Я удивлён, парень, – сказал Игги, срезая кончик сигары перочинным ножом. – Ты сказал, что тот парень забрался в лабораторию через окно.

Алекс приподнял бровь, не понимая, к чему клонит старик.

– Я бы сказал, что он, скорее всего, порезался, прыгая в окно такого размера, – продолжил он, затягиваясь сигарой, чтобы поджечь её. – Как думаешь?

Алекс вскочил на ноги. Если Игги был прав, а он обычно был прав, то велика вероятность, что на стекле на заднем дворе дома доктора Келлина осталась засохшая кровь бандита. По этой крови Алекс мог бы выйти прямо на него.

– Сядь, парень, – сказал Игги, откидываясь на спинку стула и выпуская облако ароматного дыма. – Ты ничего не найдёшь в темноте. К тому же лейтенант Каллахан сказал, что перед домом доктора Келлина дежурят двое полицейских. Не хотелось бы, чтобы тебя подстрелили, если они решат, что ты взломщик.

Алекс сел, посмеиваясь при мысли о том, что полиция и агенты ФБР пытаются не привлекать к себе внимания.

– Я уверен, что они будут вести себя прилично, – сказал Игги, когда Алекс объяснил ему причину своего веселья. – Так будет лучше для безопасности Андреа и Джессики.

– Что ж, если копам это не понравится, они могут пожаловаться Ледяной королеве, – сказал Алекс.

– Так как же она узнала о вчерашних событиях?

Алекс рассказал о том, что произошло с ним за день, в том числе о своём визите на военно-морскую верфь и последующем спасении чародейкой.

– Я заинтригован, – сказал он, когда Алекс закончил. – Только представь, над чем работал человек с интеллектом доктора Бёрнхэма. Ты же сказал, что он делал фильтры для противогазов для армии, верно? А что, если он изобрел машину, которая будет вырабатывать пригодный для дыхания воздух на подводных лодках? От таких возможностей у меня разгорается воображение.

– Что ж, я буду слишком занят, чтобы давать волю своему воображению, – проворчал Алекс. – Если мне не повезет, я целый год буду прочесывать город в поисках источника этого тумана.

– Я тут подумал о твоей рунной конструкции, – сказал Игги после недолгого молчания. – Очень умно с твоей стороны было использовать руны чистоты для триангуляции положения самого густого тумана. – Он старательно не упоминал об ошибке Алекса, который использовал три руны чистоты, хотя ему нужны были только две.том, что ты пытаешься масштабировать руну, которая изначально не предполагала большого радиуса действия. Ты прекрасно справился, – добавил он, подмигнув. – Но на самом деле тебе нужен способ триангуляции на большой территории.

– Если у тебя есть какие-то предложения, – сказал Алекс, постукивая сигаретой по пепельнице на маленьком столике между ними, – я весь внимание.

Игги загадочно посмотрел на Алекса, попыхивая сигарой.

– Мне нужно кое-что почитать утром, – сказал он. – Дай мне полдня, чтобы во всём разобраться.

– Ты полагаешь, что Сорша не заявится сюда с утра пораньше, чтобы провести меня по городу?

Игги махнул рукой, словно отгоняя надоедливую муху.

– Если заявится, скажи ей, что тебе нужен день, чтобы начертить все руны для поиска. Она поверит. А потом у тебя будет время выследить людей, напавших на доктора Бёрнхэма.

Алекс невесело рассмеялся.

– У меня нет возможности выяснить, над чем он работал, – сказал он. – Единственная зацепка, которая у меня есть, это листок бумаги с непонятной формулой и словом "полимер". Я подумал, что мог бы сходить в фирму, где раньше работал Бёрнхэм, и поспрашивать там. Возможно, кто-то из них разберёт формулу.

– Тогда, я бы сказал, игра началась, – сказал Игги, затушив сигару. – Сходи к старым приятелям Бёрнхэма, а я пока придумаю, как усовершенствовать для тебя руну.

– Утром мне нужно зайти в алхимическую лавку и поискать то стекло, – сказал Алекс. – Над чем бы ни работал доктор Бёрнхэм, это может подождать.

– Полагаю, те агенты ФБР, которых чародейка отправила следить за лавкой, получили приказ задержать тебя, если ты туда заявишься, – сказал Игги. – Дай мне разобраться с руной, а потом ты сможешь найти источник магии тумана, и у Ледяной Королевы не будет причин тебя беспокоить.

Алексу это не нравилось, но Игги, как обычно, был прав.

– Ладно, – сказал он. Ему не хотелось гоняться за химическими формулами, но оставаться здесь и ждать Игги было бы просто невыносимо.

– Тогда договорились, – сказал Игги, вставая и выжидающе глядя на Алекса.

– И что? – спросил Алекс.

– И я проголодался, – сказал Игги. – Думаю, после того, как ты заставил меня волноваться за тебя прошлой ночью, самое меньшее, что ты можешь сделать, – это угостить меня ужином.

Алекс ухмыльнулся и кивнул, затушив сигарету.

– Что ж, не говори потом, что я не сделал все, что мог.

На следующее утро туман немного рассеялся, и Алекс понадеялся, что это значит, будто странное заклятие, наложенное на город, ослабевает. Он заранее вызвал такси, так что, когда он вышел из особняка, машина уже ждала его. Из-за тумана на дорогах почти не было машин, так что поездка через весь город в лабораторию, где раньше работал доктор Бёрнхэм, заняла всего на пятнадцать минут больше, чем обычно.

– Чем я могу вам помочь? – спросила задорная молодая женщина с темными волосами и милым личиком. Она сидела за простым деревянным столом в ничем не примечательном вестибюле. Очевидно, что не сюда компания "Dow Chemical" приводила своих инвесторов и других важных персон.

– Вообще-то, думаю, что можете, – сказал Алекс, пустив в ход все свое обаяние. – Здесь когда-то работал доктор Леонард Бёрнхэм?

Веселая улыбка женщины на мгновение померкла, но она быстро взяла себя в руки.

– Да, – сказала она, стараясь не выдать замешательства. – Но он ушел на пенсию в прошлом году.

– Я хотел бы поговорить с кем-нибудь из бывших коллег доктора Бёрнхэма, – сказал Алекс, как будто это была самая обычная просьба.

Женщина на мгновение задумалась, а потом снова широко улыбнулась.

– Сейчас я позвоню, – сказала она.

Алекс отошел от стола, пока задорная секретарша разговаривала по телефону. В небольшом вестибюле лаборатории не было никого, кроме секретарши и потертого дивана у противоположной стены. На стенах висели несколько фотографий людей в белых халатах рядом с мужчинами в деловых костюмах, но казалось, что их повесили по ошибке, а не для красоты.

– Сейчас кто-нибудь выйдет, – сказала женщина, положив трубку.

Алекс поблагодарил ее и снова повернулся к фотографиям на стене. На двух из них был доктор Бёрнхэм, а также несколько других людей, которых Алекс узнал по фотографиям в мастерской Бёрнхэма.

– Чем я могу вам помочь? – раздался раздраженный голос.

Алекс обернулся и увидел перед собой лысого мужчину с жилистым телосложением, густыми усами и в толстых очках. На нем были рубашка и брюки, а поверх – белый халат. Он стоял, уперев руки в бока.

– Надеюсь, что так, – ответил Алекс. – Я Алекс Локерби, частный детектив, и я ищу человека, который был знаком с доктором Леонардом Бёрнхэмом, когда тот работал здесь.

При упоминании о том, что Алекс – частный детектив, мужчина побледнел.

– У Леонарда какие-то проблемы? – спросил он.

– И да, и нет, – ответил Алекс. Он рассказал об исчезновении доктора Бёрнхэма и о том, что он потерял память.

– Это ужасно, – ахнул мужчина. – Полиция поймала виновных?

– Пока нет, – ответил Алекс. – Поэтому я здесь, мистер…?

– Доктор, – поправил его мужчина. – Доктор Харлан Тейлор. Я много лет работал с Леонардом. Я потрясён этой новостью.

– Внучка доктора Бёрнхэма наняла меня, чтобы я выяснил, кто с ним так поступил, – продолжил Алекс. – На данный момент я знаю только то, что он работал над чем-то в своём гараже, и тот, кто на него напал, украл его изобретение.

Лицо Харлана исказилось от гнева.

– Могу вас заверить, мистер Локерби, что никто из нас не опустился бы до насилия и воровства ради чертежей Леонарда, – сказал он.

– Успокойтесь, док, – сказал Алекс, примирительно подняв руки. – Я не думаю, что кто-то из вас причинил вред доктору Бёрнхэму. – Он достал из кармана листок с формулой и протянул его Харлану. – Я просто хочу узнать, знакомо ли вам это.

Харлан сдвинул очки на макушку и прищурился, глядя на листок. Алекс внимательно наблюдал за тем, как он читает. Очевидно, Харлану не понравилось то, что он прочёл.

– Вы это узнаете, – сказал Алекс. Это было скорее утверждение, чем вопрос.

Харлан вздохнул и вернул ему бумагу.

– Я надеялся, что это что-то другое, – сказал он. – Что-то новое. – Он снял очки и потер переносицу.

– Насколько я понимаю, вы знаете, над чем он работал?

– Нет, – ответил Харлан, снова надевая очки. – С Леонардом никогда не угадаешь. Но если эта бумага? часть его работы, я могу сказать, с чего все началось. Пойдем со мной.

Он развернулся и направился к обычной белой двери за стойкой администратора. Алекс последовал за ним в длинный мрачный коридор с дверями по обеим сторонам. В дверях слева были матовые стекла, и Алекс мог разглядеть, что происходит в кабинетах за ними. Двери справа были простыми, с выбитым в центре номером.

На последней двери слева белыми буквами было написано "Доктор Харлан Тейлор", но проводник Алекса, не останавливаясь, прошел мимо и открыл двустворчатую дверь в конце коридора. За ней оказался большой рабочий кабинет, напомнивший Алексу лабораторию доктора Келлина. Повсюду стояли мензурки, пробирки, горелки и мерные цилиндры, а также ряды стеклянных банок с различными жидкостями и порошками.

Харлан провел Алекса мимо всего этого и открыл еще одну дверь в дальнем конце комнаты. На этот раз она вела в помещение поменьше, где было много стеклянных боксов. В большинстве из них были отверстия с резиновыми перчатками, чтобы можно было работать с содержимым, не контактируя с ним.

– Сюда, – сказал Харлан, указывая на один из боксов.

Внутри была неглубокая емкость с жидкостью, накрытая крышкой, и металлическое кольцо, соединенное с проводом. Доктор Тейлор вынул вилку из розетки под боксом и вставил ее в розетку на стене.

– И что же это такое, доктор?

– Это одержимость Леонарда Бёрнхэма, – ответил он. – Это особый вид полимера, который Леонард изобрел сам.

– А что такое полимер, доктор Тейлор? – спросил Алекс. – Я никогда о таком не слышал.

– Мало кто слышал, – признался он. – Полимер, это особый вид молекул. Молекулы есть во всем, но обычно они соединяются друг с другом, образуя другие соединения. Полимер – это молекула, которая соединяется сама с собой, образуя организованную структуру, похожую на длинную цепочку.

– Ну и что с того? – спросил Алекс, не понимая, какое это имеет значение.

– Это значит, что вместо того, чтобы брать что-то в природе и придавать ему нужную форму, мы можем просто создать то, что нам нужно. Представьте, что мы могли бы делать кабели тоньше и легче стальных, но при этом такие же прочные. Или шелковые чулки, которые никогда не изнашиваются.

Алекс кивнул, как будто всё понял. На самом деле он не был уверен, что понял, но знал, что бы сказали Лесли и Джессика о чулках, которые не нужно менять. Если бы Бёрнхэм или Тейлор додумались до этого, они бы заработали миллионы, миллионы и ещё раз миллионы.

Харлан щёлкнул выключателем на основании контейнера, и внутри что-то загудело.

– Обычные полимеры нужно создавать в очень специфических условиях в лаборатории. – Он надел резиновые перчатки и снял крышку с ёмкости с жидкостью. – Леонард придумал способ буквально выращивать полимеры любой формы, которая вам нужна. Смотрите.

Харлан взял металлическое кольцо, соединённое с проводом, и опустил его в жидкость в ёмкости. Почти сразу на поверхности начало образовываться мутное вещество.

– Что это? – спросил Алекс.

Харлан не ответил, а вместо этого взял небольшую отвёртку, лежавшую рядом с ёмкостью. Он погрузил её в мутную жидкость, а затем вытащил. К отвёртке прилипла тонкая ткань, которая поднялась из того, что когда-то было чистой жидкостью.

– Это ткань из полимера, – сказал Харлан. – Леонард придумал это. Только представьте, какие возможности это открывает. – Его голос звучал благоговейно и восторженно. – Вместо громоздких парашютов пилоты могли бы носить с собой крошечный флакон с этой жидкостью и батарейку. Если бы им пришлось выпрыгнуть из самолёта, они могли бы буквально вырастить парашют прямо в воздухе.

Пока он говорил, Харлан поднимал ткань всё выше и выше над жидкостью. Она уже была не меньше фута в длину и не собиралась рваться. Алекс не был уверен, что готов доверить свою жизнь парашюту из такого материала, но зрелище было впечатляющим.

– Так почему бы вам не делать из этого материала носки, которые никогда не порвутся, или одноразовые носовые платки, или что-то ещё? – спросил Алекс.

Волнующая улыбка доктора Тейлора сменилась меланхоличной, и он положил ткань на дно контейнера.

– Молекулы удерживаются вместе благодаря электричеству, – сказал он, снимая перчатки.

– То есть, если отключить питание, ткань снова станет жидкостью? – предположил Алекс.

– Боюсь, все гораздо хуже, – сказал Харлан, потянувшись к выключателю на дне контейнера. Он щелкнул выключателем, и коробка перестала гудеть. Алекс смотрел на ткань, ожидая, что она снова превратится в бесформенную массу, из которой была создана, но ничего не происходило.

– Мне казалось, вы сказали... – начал он, но в этот момент ткань вспыхнула. Контейнер был полностью закрыт стеклом, но Алекс чувствовал жар от пламени. Огонь погас так же быстро, как и вспыхнул, чуть медленнее, чем спичка Алекса. – Что это было?

– Этот полимер нестабилен в твердом состоянии, – объяснил Харлан. – Пока на него воздействует электрический ток, он сохраняет форму, но как только ток отключается, – он взмахнул рукой вверх, – раз, и он взрывается. Огонь такой горячий, что может поджечь все, что воспламеняется. Теперь вы понимаете, почему мы не делаем из него вещи.

– И над этим доктор Бёрнхэм работал в своем гараже? – спросил Алекс, пораженный этой мыслью. Он чувствовал жар даже через толстое стекло, а в мастерской Бёрнхэм не было такого безопасного контейнера. – Удивительно, что он не сжег все дотла.

– Боюсь, вы правы, – сказал Харлан, проводя рукой по стеклу шкафа. – Леонарда это всегда беспокоило. Он так хотел решить эту проблему, сделать так, чтобы все заработало. По правде говоря, мы все этого хотели.

– Как вы думаете, зачем ему было продавать эту идею военно-морскому флоту?

– Я могу назвать с десяток причин, – ответил Харлан. – Но сначала ему нужно было решить проблему нестабильности.

– А что, если он использует его как новое взрывчатое вещество? – спросил Алекс.

– Нет, – покачал головой Харлан. – Он горит очень сильно, но есть гораздо более эффективные способы что-нибудь взорвать. Если бы Леонард собирался использовать этот материал, ему пришлось бы сначала сделать его стабильным.

Алекс смотрел на пустой шкаф, словно надеясь, что тот раскроет свои секреты и расскажет, что доктор Бёрнхэм делал с самовоспламеняющейся тканью и почему это могло заинтересовать военно-морской флот.

– Он использовал токопроводящую сетку над нагревательной пластиной, которая испаряла Воду Генезиса…

– Что?

Харлан раздражённо поморщился из-за того, что его прервали, но потом понял, почему Алекс задал этот вопрос.

– Леонард всегда был склонен к драматизму, – сказал он. – Он назвал свою жидкость Водой Генезиса, потому что из неё можно было создать что угодно. Так вот, когда испаряющаяся вода попадала на сетку, из неё образовывались крошечные нити. Они появлялись одна за другой, как на движущейся картинке, где растут волосы. Леонард утверждал, что если сплести их вместе, они заменят верёвку, а может, и сталь. Конечно, сразу после этого он чуть не спалил всю лабораторию.

Алекс снова посмотрел на стеклянный контейнер. Металлический щуп, по которому шёл ток, почернел и обуглился в огне. По спине Алекса пробежал холодок, когда он осознал, насколько опасно изобретение доктора Бёрнхэм.

– Можно воспользоваться вашим телефоном?