Текст книги "Дорога Костей (ЛП)"
Автор книги: Деми Винтерс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 35 страниц)
Г
ЛАВА 8
РЕЙКФЬОРД
Протянув руку сквозь облако дыма из трубки, Джонас Свик крепко сжал предплечье другого мужчины чуть ниже локтя. Как второй по важности в отряде «Кровавая Секира», он давно усвоил важность в этих делах уверенного рукопожатия. Любой признак слабости будь то дрожь или заминка, и контракт мог упорхнуть в ночь, словно Хора с ладонями полными монет.
Карие глаза собеседника, обрамлённые тонкими морщинами, были внимательны, как всегда. Зрительный контакт был так же важен, как и крепкость рукопожатия, особенно для такого человека, как Магнус Ханссон, который серьёзно относился к традициям Урка. Он был главарем хирдманов короля Ивара, и его репутация и боевые заслуги шли за ним куда бы он ни пошел. Не только стратегический ум, но и его тёмная сторона, принесли ему прозвище «Пожиратель сердец». Поговаривали, что он настолько искусен во владении ножом, что мог вспороть грудную клетку так, чтобы сердце врага продолжало биться. Некоторые верили, что, съедая сердце противника, пока оно тёплое и трепещущее, Магнус обретал их силу и мощь.
Джонас не был приверженцем ритуалов Урка и не верил, что благословение Урсира можно заслужить кровью. Но знал наверняка: Магнус – человек, которому лучше не переходить дорогу.
Магнус отпустил руку Джонаса, и они сели за стол друг напротив друга. Джонас устроился рядом с главой «Кровавой Секиры», Рейниром Бьяргом, чья внушительная фигура горбилась в кресле, а лодыжка одной ноги небрежно покоилась на колене второй. Дрожащий свет факела играл на бронзовых скулах Рея, а его тёмные глаза, глядя на Магнуса, сохраняли свойственную ему невозмутимость.
Для некоторых Рей мог показаться неожиданным выбором в лидеры «Кровавой Секиры». Его аккуратно подстриженная чёрная борода и всегда безупречно отполированная броня из льебриньи создавали более изысканный образ, чем у большинства воинов. Но Джонас знал: человек перед ним не был мягким. На поле боя он был смертельно опасным, а в гневе – пугающим. Его острый взгляд был настолько устрашающим, что за ним закрепилось прозвище «Взор Секиры».
– Бьярг, Свик. Благодарю за встречу в столь необычных обстоятельствах, – проговорил Магнус, поднимая резную трубку к губам. Затянувшись, он на мгновение замер, прежде чем выдохнуть дым над тяжёлым, покрытым зарубами столом.
Дым, казалось, светился в тусклом свете комнаты. Сладковатый, землистый запах достиг ноздрей Джонаса, заставляя его желудок сжаться. Этот аромат напомнил ему отца, который тоже курил трубку. Непрошенные воспоминания нахлынули внезапно.
– Дорога из Суннавика в Рейкфьорд неблизкая, Магнус, – проговорил Рей, его кресло заскрипело, когда он подался вперёд, сложив пальцы перед собой. – Признаюсь, это вызвало у команды любопытство.
Когда они узнали, что Магнус Ханссон прибывает в Рейкфьорд и просит о встрече, команда «Кровавой Секиры» всполошилась, гадая, что на этот раз заставило Пожирателя Сердец покинуть уют столицы Исельдура. Джонас лишь надеялся, что это не будет похоже на их последнюю работу.
Прошло три месяца с тех пор, как они вернули беглую дочь ярла Хати. Отряду потребовалось несколько недель, чтобы найти её. Она спряталась с деревенским парнем в трактире рядом со Свалдрином. Быстро разделавшись с парнем, они потащили несчастную девушку обратно в Суннавик. Это было ужасное путешествие: она всю дорогу плакала, умоляя оставить её с возлюбленным. Голова Джонаса гудела всю неделю пути. Он до сих пор помнил облегчение, когда они передали её отцу. Сладостная, славная тишина.
– Да, у меня на этом пути было немало дел, – пробормотал Магнус, выдернув Джонаса из мыслей. – Думаю, вы слышали о проклятой ситуации в берсеркиумных шахтах?
Рей снова сцепил пальцы.
– Доходили слухи. Всё так плохо?
– Двое мастеров убиты, главный вал шахты разрушен. Годовой запас берсеркиума уничтожен. Придётся договариваться об импорте из Норваланда или другой колонии Урка, – Магнус сделал глубокую затяжку из трубки, медленно выпустив дым. – Король будет не в восторге от новостей. И это еще не говоря об этом… Слоутрари.
– Слоутрари? – переспросил Джонас. – Мясник?
Магнус запрокинул голову, устремив взгляд на потолок.
– Убийца, охотящийся в этих краях, – пояснил Магнус, и на его бледном виске дернулась вена. – Он сжигает своих жертв изнутри. Это нечто неестественное. Между нами говоря, мы полагаем, что он может быть Гальдра.
Магнус сделал паузу, затем продолжил:
– Но вернёмся к делу. У Ивара Железносердого к вам задание, которое требует ваших умений. – Его взгляд снова уткнулся в деревянный потолок. – На севере, в Истре, жалком поселении на границе земель Вестура и Нордура, происходят тревожные события. Всё началось с пропажи скота. То овца, то корова. Ничего необычного, если бы не кровь, оставшаяся на животных, которые не исчезли. К сожалению, вскоре после этого начали исчезать и сами фермеры. Есть следы насилия и борьбы. Кровь на стенах, комнаты разнесены в дребезги. На полу следы когтей, будто их тащили.
Рейнир и Джонас обменялись взглядами. Это обещало быть куда интереснее, чем сбежавшая дочь ярла.
– Мы получили сообщение из Истре, но до сих пор не понимаем, что именно происходит. Местные утверждают, что это был густой белый туман. – Магнус потер переносицу.
– Туман? – переспросил Рей.
Магнус вздохнул.
– О, есть кое-что ещё. Говорят, этот туман звучит, как бьющееся сердце.
Брови Джонаса сошлись на переносице.
– Фермеры утверждают, что пульсация тумана усиливается, – продолжил Магнус, – становясь всё громче и громче. А потом внезапно стихает, оставляя за собой только кровь и исчезновение людей.
– Но это же должна быть какая-то тварь, – сказал Джонас.
– Никто из живущих никого не видел, – ответил Магнус. – Но я согласен, что так и должно быть. Вы слышали о подобном?
– Нет, – коротко бросил Рей, и в комнате воцарилась тишина.
– Может, это гримвольфы? – предположил Джонас. – Когти…
– У шкунгаров действительно внушительные когти, – задумчиво произнёс Рей. – Лесные странники, – добавил он для пояснения Магнусу. – Но они миролюбивы, если их не трогать. Возможно, местные их разозлили? Зашли в священные рощи или срубили дерево хьярта?
Магнус пожал плечами:
– Не могу сказать.
Рей откинулся в кресле.
– Этот туман действительно загадочен. Сердцебиение… Звучит, как нечто древнее.
Магнус затянулся трубкой, выпуская дым.
– Несколько недель назад мы отправили батальон Клитенаров из Копы на помощь. – Его голос стих, уголки губ опустились. – Но произошёл инцидент. Тела Клитенаров нашли на центральной площади Истре. Они были привязаны к столбам Урсира странными лозами. У всех было пробито сердце, но не мечом или кинжалом, а чем-то более широким и округлым. Вокруг тел кровью был написан один и тот же символ – Солнечный Крест. – Челюсть Магнуса напряглась. – Король Ивар в ярости и требует немедленных действий.
– Это не дело рук мятежников? – спросил Рей, почесав бороду. – Они могли бы таким образом насмехаться над королём, используя символ рода Вольсик.
Магнус покачал головой:
– Сложно сказать. Наши наблюдатели утверждают, что в это время мятежников не было поблизости.
Рей ненадолго задумался, уставившись в потолок.
– Похоже, здесь замешаны две разные стороны.
– И жертвы совершенно разные, – добавил Джонас. – Уверены, что это одни и те же нападающие?
Магнус снова затянулся трубкой, выпуская струю дыма.
– Нет. Этого мы не знаем. Может и так. Информация которой мы обладаем ненадёжна. Вы знаете северян… летом они пьянствуют на солнце, зимой сходят с ума в своих хижинах. Их суеверия мешают отличить правду от вымысла.
Джонас понимал, почему Магнус обратился именно к ним. Рей и «Кровавая Секира» прославились своей способностью справляться с самыми упрямыми созданиями.
Полгода назад Магнус отправил их разобраться со стаей кровожадных иллмарр – чешуйчатых вампиров моря, терроризировавших рыбаков к югу от столицы. «Кровавой Секире» понадобились недели исследований и планирования, прежде чем они выяснили, что их чешую могут пробить стрелы из древесины рябины, а ведра с кровью угрей способны выманить иллмарр из воды. После этого осталось лишь методично уничтожать их по одному.
Но таинственный пульсирующий туман, пропавший скот и фермеры, убитые Клитенары… Вот теперь это выглядело как вызов. Нечто иное, не похожее на прошлые задания.
– Вы хотите, чтобы мы выяснили, кто похищает фермеров и убивает Клитенаров, – протянул Рей, постукивая пальцами по изогнутым подлокотникам кресла, – и уничтожили их.
– Да. И мы хотим, чтобы проблема была решена быстро, пока не начались волнения. Никому не разглашайте природу этого задания – ни местным, ни чужакам, особенно часть про Клитенаров и Солнечный Крест. Готи в Истре уже подчистил беспорядок и объявил ритуал Отпущения, чтобы вернуть милость Урсира. И, если потребуется, вам нужно хранить тайну задания силой меча.
Рей сцепил пальцы, задумавшись. Если Джонас что-то и знал о своём командире, так это то, что тот сейчас просчитывал всё в уме. Сам факт, что Магнус лично приехал к ним, говорил о многом. Количество неизвестных фактов, секретность задания, риски и долгий путь – всё это указывало на то, что задание будет щедро оплачено.
– Это возможно, – сказал наконец Рей, его взгляд оставался твердым. – Но это долгий путь, а задание связано с большим риском. До Истре месяц пути. Нам понадобятся припасы…
– Если вы принимаете задание, Бьярг, вы должны выехать уже завтра, – прервал его Магнус, подаваясь вперёд. Атмосфера в комнате накалилась, но ни Рей, ни Джонас не отвели взгляд. – Мы привезли с собой родиумные клинки из сокровищницы Суннавика. Сообщите, где стоит ваша повозка, и я организую их разгрузку.
– Родиумные клинки могут быть полезны, – пробормотал Рей.
Родиум – редкий металл, почти не поддающийся разрушению, особенно смертоносный для существ, обитающих в Западных Лесах. Магнус не собирался рисковать.
– Если вам понадобятся дополнительные воины, Бьярг, вы можете обратиться к гарнизону Клитенаров в Копе. Командор Вальф получил приказ предоставить людей и любую необходимую помощь.
Брови Джонаса взлетели вверх, его энтузиазм только усилился. Он знал, что Рей уже мысленно предвкушает, как будет командовать этими кунтами. Джонас поблагодарил богов за то, что Рей получил особое разрешение от Магнуса освободить своего младшего брата Илиаса от службы. Согласно закону, вторые сыновья должны были быть призваны в армию по достижении восемнадцати лет.
Рей задумался.
– Завтра с первой зарей. Это будет испытание, но оно выполнимо…
– Оплата – десять тысяч соласов, из которых две тысячи вы получите сразу, – сказал Магнус, доставая мешок из сумки рядом с креслом. С тяжёлым стуком он опустил его на стол. Монеты звякнули, раздавшись громким эхом в комнате.
Сердце Джонаса будто остановилось. Его пальцы вцепились в подлокотники кресла. Это была самая крупная сумма, которую когда-либо предлагали «Кровавой Секире». Такие деньги могли изменить их жизни. Его мысли вихрем кружились, но низкий голос Рея вернул его в реальность:
– Джонас? У тебя есть возражения?
Он покачал головой. Всякие возражения улетучились как только монеты звякнули о стол.
– Ну что ж, Магнус, – сказал Рей, протягивая руку.
Магнус крепко пожал её, обхватив ниже локтя.
– Решено.
– Ну, Взор Секиры? – обратился Илиас, когда Рей и Джонас подошли к концу длинного стола, за которым собралась вся «Кровавая Секира». Илиас подвинулся, освобождая место на скамье рядом с собой. Джонас кивнул младшему брату и сел. Медовый зал гудел, как живой зверь, полный криков, смеха и шума.
Последние лучи солнца пробивались сквозь открытые окна, освещая ряды потёртых столов и деревянных скамей; дым от очагов и запах жареного мяса наполняли воздух. Джонас прикинул, что вскоре прозвучит восьмой колокол: жители Рейкфьорда, казалось, в полном составе пришли, чтобы выпить свою вечернюю дозу. По залу передавались рога с элем, кубки мёда и бреннса; воины, торговцы и ремесленники сидели плечом к плечу, делясь историями и играя в кости.
Джонас упёрся руками в стол и огляделся: Илиас, Сигрун, Гекла и Гуннар смотрели на него с ожиданием.
– Гнусная работёнка. Вы все её возненавидите.
– Серьёзно? – нахмурился Гуннар, его тёмные глаза сузились, а широкий рот скривился в гримасе. Золотой свет заливал его лицо, играя на тёмно-коричневой переносице и густых чёрных дредах.
Джонас начал загибать пальцы:
– Таинственные исчезновения, возможность отдавать приказы Клитенарам, оплата – десять тысяч соласов… просто отвратительно, да.
Сигрун шумно вдохнула с другой стороны стола, её карие глаза широко распахнулись. Длинные светлые косы были перекинуты на левое плечо, обнажая блестящие ожоги, поднимавшиеся по шее и вдоль правой стороны черепа. Её удивление сменилось восторгом, и на губах заиграла улыбка. Джонас ответил ей такой же.
– Нет, – Илиас толкнул Джонаса в плечо. – Если ты врёшь…
Рей махнул рукой трактирщику:
– Поднимем кубок за эту работу.
Что за задание? – быстрыми жестами спросила Сигрун. За пять лет совместных путешествий все члены «Кровавой Секиры» научились понимать её язык.
Рей облокотился на стол.
– В Истре проблемы. Мы должны их решить.
– В какую задницу Исельдура попал Истре? – спросил Илиас слишком громко. Джонас сразу понял, что брат выпил несколько лишних рогов эля в ожидании их возвращения.
Рей метнул на Илиаса такой взгляд, что тот тут же замолчал.
– Держи свой проклятый язык за зубами, Илиас, или я привяжу тебя к лошади и протащу по всей Истре.
Илиас поморщился:
– Да ладно вам. Я непробиваем, как стена из щитов.
Рей прищурился.
– Точно. Именно поэтому ты на весь медовый зал в Свальдрине рассказал про страх Гуннара перед пауками.
– Они могут заползти в меха и устроить там гнездо, – пробормотал Гуннар.
– Или тот случай, когда ты подложил сельдь в постель Геклы, но не смог держать язык за зубами, чтобы она нашла её сама…
– Я всё ещё планирую отомстить за это, – пробормотала Гекла, постукивая металлическими пальцами по столу.
– Или когда ты рассказал Краки все наши домыслы, сказанные в ближнем кругу по секрету…
– Ладно, Взор Секиры, твой намек тонкий, как удар боевого молота. Хватит, – перебил Илиас, устремив взгляд к потолку и положив руку на сердце. – Клянусь Всемогущим Медвежьим Богом, Титьками Маллы и волосатыми пальцами ног Хаброка, я не скажу ни слова.
Рей закатил глаза и наклонился вперёд, подзывая команду ближе.
– Магнус предупредил: это задание должно быть засекречено любыми средствами.
Он низким голосом изложил детали работы.
– Этой ночью в нашу повозку будут загружены родиумные клинки. Завтра выезжаем с первыми лучами, – закончил он. – Наших запасов провизии достаточно, но пополним их в Сварти.
– Могу я предложить свою помощь в погрузке повозки, Взор Секиры? – спросил Илиас, и Джонас с трудом сдержал улыбку. Его брат никогда не упускал случая пошутить.
– К повозке кроме меня никому не прикасаться, – предсказуемо рявкнул Рей.
– С первыми лучами, – протянула Гекла, её янтарные глаза скользнули к Джонасу. – Ты уверен, что справишься, Волк?
Джонас выпрямился, разглаживая ладонью переднюю часть своей любимой туники – тонкой ткани голубого цвета, которая подчеркивала его глаза.
– О чём ты, Гекла?
Гекла усмехнулась:
– Ну ты знаешь. Розанна, Розалинда… Я уже даже не пытаюсь запоминать имена твоих увлечений.
– Я тоже, – ответил Джонас, его улыбка стала шире. – Просто зову её Рыжей. Куда проще запомнить яркую черту, чем мучиться с именем.
Гекла покачала головой, её губы изогнулись в усмешке.
– Конечно, Волк. Только не засиживайся допоздна. – В её глазах мелькнуло озорство. – Или наоборот, оставайся. Я соберу ставки на то, во-сколько ты появишься. Ставлю на твоё опоздание.
– Обязательно лягу пораньше, – сухо отозвался Джонас. – Спасибо, Мама.
Этот словесный удар под дых сработал так, как он и рассчитывал. Лицо Геклы исказилось в гримасе.
– Не. Называй. Меня. Так, – процедила она, и через два удара сердца уже держала его в захвате, сорвав со скамьи между рядами столов. Нажав кнопку, она выпустила серебряные когти на своей протезированной руке, едва коснувшись ими его горла. – Мне преподать тебе ещё один урок, Джонас?
– Ты что головой ударилась, Гекла? Насколько я помню, последний раз училась ты, – выдавил он сквозь стиснутые зубы. Нанёс низкий удар ногой, выбивая её из равновесия. Гекла пошатнулась и, падая, ухватилась за его тунику, потянув его за собой. Вместе они рухнули на стол позади.
Звук разбивающегося глиняного кубка и сладкий аромат мёда дали понять, что их потасовка обошлась ещё и пролитым элем. Джонас вывернулся из её хватки как раз вовремя, чтобы заметить маленькую фигуру в красном плаще, мелькнувшую между столами и направившуюся к выходу из мёдового зала.
– Эй! – рявкнул трактирщик, выгружая целую армию глиняных кружек с бреннсой на их стол. – Отпугнёте всех моих клиентов своими выходками! Или угомонитесь, или вон отсюда! – Он махнул рукой в сторону двери.
Гекла поправила свои чёрные волосы и снова забралась на скамью.
– Примите наши искренние извинения, Лейф. Скоро мы избавим вас от нашего общества, – сказала она, поворачиваясь к отряду и поднимая кружку. – За славу в битвах и удачу.
Остальные подхватили тост, осушив свои кружки и с грохотом поставив их обратно на стол.
– Уезжаете? – прозвучал мягкий, бархатный голос у Джонаса за спиной. Ему на плечо опустилась знакомая стройная рука. Он обернулся и встретился взглядом с Рыжей – густо подведённые ресницы оттеняли её голубые глаза, а блестящие рыжие волосы ниспадали волнами. Её нижняя губа выпячивалась вперёд в притворной обиде.
Кровь Джонаса потеплела от одного её вида. Он накрыл её руку своей.
– Похоже что так, Рыжая.
Джонас проигнорировал закатывание глаз Геклы.
– У нас ещё есть этот вечер, – сказала Рыжая, и её глаза потемнели. Второй рукой она провела по его затылку, царапая ногтями. В голове Джонаса мгновенно сложились планы на её ногти, на её губы. Проведя пальцами по её волосам, он потянул её голову ближе, так что её ухо оказалось рядом с его губами.
– Жди меня в комнате, – прошептал он. – Надень красное нижнее платье.
Отпустив её, он улыбнулся сам себе.
Когда она, грациозно двигаясь, направилась в сторону покоев за медовым залом, Джонас залпом осушил стакан огненного виски.
Я принимаю ставку, – показала Сигрун жестами, вызвав у Геклы низкий грудной смех.
Г
ЛАВА 9
ДОРОГА КОСТЕЙ
Десять тысяч соласов.
Едва лошадь ступила на Дорогу Костей, Джонас уже не мог думать ни о чем другом. Это была сумма, о которой они и мечтать не могли. Почти по две тысячи соласов на каждого из отряда «Кровавой Секиры». Для него и для Илиаса это значило, что скоро они смогут вернуть свое. Пять лет – вот столько времени эта цель была единственной, что поддерживало его. Единственной причиной вставать по утрам, даже когда борода покрывалась инеем. Единственной причиной продолжать сражаться, даже когда иллмар пробивал его броню. После этого задания они с братом будут в шаге от своей мечты. Может еще год или два – и средств хватит.
Джонас вытащил из кармана чеканный серебряный талисман и провел пальцем по его рифленой поверхности. Он позволил себе представить: они с Илиасом снова в своем родном длинном доме, восстановленном до прежнего величия. Начнут с балок. Крыше потребуется новая соломенная кровля, очаг придется переложить, а постройки на участке – снести и возвести заново.
Джонас попытался вспомнить, каким был дом в его детстве, но память упрямо возвращала его в прошлое. И он был бессилен – воспоминание поглотило его целиком.
Сидя за длинным столом, Джонас соскребал лезвием стружку с деревянной заготовки, и завороженно наблюдал за тем, как изгибается лента, формируя острие меча. Еще немного и он сможет научить Илиаса движениям, которые подглядел у воинов на Весеннем Сборе.
В очаге потрескивал огонь, распространяя по дому аромат тушеной баранины. Напротив сидела мать, перебирая шерсть на пряслице1. Она тихонько напевала себе под нос – тепло ее голоса окутывало, как мягкое одеяло.
– Красиво, мой волчонок, – сказала мама, кивнув на его меч. – Джонас гордо расправил плечи, и улыбнулся ей в ответ. – Ты станешь отличным воином, – продолжила она.
– Ты правда так думаешь? – Джонас приладил рукоять, проводя по ней рукой, чтобы сгладить края.
– Еще бы, – улыбнулась мама. – Как твой дед.
Джонас сжал в кулаке талисман, висевший у него на шее. Семья, честь, долг, – сказал тогда дед, протягивая ему чеканный серебряный диск. Твой отец – пустое место, и потому тебе придется идти по этому пути, Джонас. Поклянись мне, щенок. Поклянись на этом талисмане, что будешь жить, следуя этим словам.
Клянусь, дедушка, – ответил Джонас, стиснув зубы. А уже через несколько часов тело деда остыло в постели. Болезнь, терзавшая его столько лет, наконец, победила.
– Расскажи мне о его подвигах, мама, – попросил Джонас, хотя и знал эти истории наизусть.
– Хорошо, – улыбнулась она. – Он ушел искать славу задолго до моего рождения. Но запомни…
– Да-да, – перебил Джонас, ему не терпелось перейти к самому интересному. – Его сердце всегда оставалось здесь, на этих землях. Наши предки, его долг перед семьей всегда звали его домой.
– Ах ты, хитрый мальчишка, – мягко укорила его мать.
Внезапный грохот снаружи заставил волосы на затылке Джонаса встать дыбом.
Нет, подумал он.
Слишком рано для возвращения отца. Но хриплая ругань за дверью не оставляла сомнений.
– Беги, – шепнула мать. – Найди брата, прячьтесь у вяза. Не возвращайтесь, пока солнце не сядет.
Гнев вспыхнул в груди, и Джонас стиснул в руках деревянный меч.
– Я защищу тебя.
Лицо матери побледнело, руки задрожали.
– Нет, мой волчонок. Не нужно. В прошлый раз… – голос ее дрогнул. – Я не вынесу, если он снова обрушит кулаки на тебя. Умоляю. Ты нужен своему брату.
Джонас почувствовал жгучий стыд.
Какой же он мужчина, если не может защитить собственную мать?
Но страх в ее глазах заставил его двинуться к черному входу. Он замер в дверном проеме, сжимая рукоять своего меча. Раздался скрежет открывающихся ворот.
И Джонас побежал.
Стиснув зубы, он попытался прогнать воспоминание. «Семья, честь, долг», беззвучно повторил Джонас, отгоняя мысли о прошлом. Впереди – будущее.
Илиас женится, и род Свиков продолжится. В доме снова будут звучать детский смех и топот ног. Кузница заработает, земли снова зацветут.
А Джонас… Он будет свободен. Каково это – быть свободным? Ему было очень сложно представить.
Отряд двигался по Дороге Костей. А повозка скрипела за белой кобылой Рея.
Голос Геклы вырвал Джонаса из размышлений:
– Дивлюсь, как ты сегодня успел вовремя. Неужто Рыжая не держала тебя в постели всю ночь?
– Порядочный мужчина не раскрывает своих тайн, – ухмыльнулся Джонас. По правде говоря, он задержался у нее допоздна, но это отчасти потому, что сначала он закопал часть денег, выплаченных им вперед. Братья припрятали соласы во всех уголках Исельдура, и скоро… скоро они выкопают их все и выкупят свои земли. Поэтому, лишь закопав сундук под пнем на окраине Рейкфьорда, Джонас добрался до покоев Рыжей и застал ее в платье, как и просил.
Гекла фыркнула:
– Порядочный мужчина? Тогда мы говорим не о тебе, Волк.
Джонас сжал челюсти, сдерживая резкий ответ.
– А ты, Гекла? Хорошо спалось? Не было молодого воина, который взвалил бы тебя на плечо? – А может, и наоборот, это он благоразумно решил не добавлять.
Гекла передернула плечами.
– Сиськи Маллы. Ты же знаешь, я не собираюсь возвращаться на этот путь. – Черные узоры ее протеза сверкнули в солнечном свете, словно в знак согласия.
Джонас краем глаза заметил, как едущий рядом Гуннар ухмыльнулся. Эти двое считали себя такими хитрыми.
– У меня была интрижка с бреннсой от Лейфа, – продолжила Гекла. – Хотя Рей нам очень помог.
Рей тихо хмыкнул, но смотрел прямо перед собой. Джонас присмотрелся к нему, отметив пепельный цвет кожи и синяки под глазами. Неужели Рей и впрямь перебрал бреннсы? Непохоже на него, делать что-то, что могло бы нарушить его идеально отлаженный контроль. Возможно, вчера вечером он тоже был в праздничном настроении из-за соласов.
– Рей, – рассмеялся Джонас, – ты сегодня особенно свеж.
Рей только хмыкнул.
– Значит, вечер ты провел не за подготовкой повозки к дороге?
– Надо было, – пробормотал Рей. – Почему птицы сегодня такие громкие?
– Взор Секиры только что понял, что ему уже не восемнадцать лет, – щебетал Илиас, слишком оживленный для этого времени суток. По правде говоря, Рей был всего на пять зим старше, чем Илиас, который прожил двадцать одну зиму. Но в зрелом возрасте, казалось, что между ними десятки зим.
– Тебе еще раз напомнить, что я твой командир, Илиас Безбородый? – прорычал Рей.
– А мне казалось, мы сошлись на Илиас Коварный, – ответил Илиас, поглаживая растущую вдоль челюсти светлую бороду. Она уже начала отрастать, но была такой светлой, что ее трудно было разглядеть.
– А разве не Илиас Лошадиное Дыхание? – с хохотом спросила Гекла.
Илиас Считающий Себя Неуязвимым, – показала Сигрун, а Гуннар озвучил ее слова.
– Илиас Никогда Не Проверяющий Свой Фланг, – добавил Джонас с ухмылкой.
Он знал, что брат сделает вид, будто обижен. Но на самом деле он любил эти подначки. Легкомысленный характер Илиаса вызывал у Джонаса глубокое восхищение и желание иметь такой же. Будучи старшим братом, который нес бремя ответственности, сколько себя помнил, он никогда не имел возможности развить в себе такую натуру.
– Ладно, – воскликнул Илиас. – Довольно. Давайте устроим еще одно собрание отряда и обсудим это за вечерней трапезой.
– Я так понимаю, ты не успел изучить металл? – спросила Гекла у Рея, наклонив голову в сторону повозки.
– Нет. Было уже темно. Магнус сообщил о четырех широких мечах, восьми кинжалах и трех коротких мечах. – Рей поморщился. – Конюх был пьян. Для него же лучше, чтобы они все были на месте.
– Каков план? – спросил Гуннар, пристроившись между Геклой и Джонасом.
Рей на мгновение замолчал.
– Эта работа потребует дополнительной разведки. Мы осмотрим места похищений и поговорим с местными жителями. Нужно понаблюдать за этим… туманом. Определить, действительно ли это существа под маскировкой. Определим численность, силы, строение, стратегию, а затем разработаем план атаки.
Туман с сердцебиением, – показала Сигрун, а Илиас повторил это вслух, чтобы услышал весь экипаж. Следы когтей. Кровь. Этих деталей недостаточно.
– И Солнечный крест, – добавил Джонас. – Трупы Клитенаров.
Чем больше он думал об этом, тем больше Солнечный крест и мертвые Клитенары не вписывались в картину других убийств. Солнечный крест был гербом Вольсиков и означал поддержку их рода.
Для одних Урканы были морскими королями, для других – чумой. Они совершали набеги и завоевания, безжалостно сокрушая всех, кто вставал на их пути. Прошло семнадцать лет с тех пор, как король Ивар захватил трон Исельдура, и большинство жителей королевства приняли это и жили дальше. Однако Джонас знал, что есть и те, кто затаил обиду на короля Ивара.
Невозможно было забыть жестокую расправу над семьей Вольсиков семнадцать лет назад. Узурпировав трон, король Ивар потребовал, чтобы народ присутствовал в ямах замка Аскаборг, где король Кьяртан, королева Свалла и их юная дочь, принцесса Эйса, были вздернуты на столбах. Свалла и Эйса быстро погибли от меча Ивара. А вот Кьяртан… его ждала долгая, мучительная смерть. В медовых залах шептались, что спина Кьяртана Вольсика была рассечена, ребра широко раздвинуты, а легкие вырваны из тела, как крылья птицы. Урканы называли этот способ казни – Кровавый орел. Но также шептали, что, к досаде короля Ивара, король Кьяртан встретил смерть с достоинством, и с его губ не сорвалось ни единого крика.
Лишь один представитель великого рода Вольсиков пережил разграбление Суннавика – пятилетняя принцесса Сага, воспитанная как подопечная Ивара и будущая невеста его сына Бьорна.
Несомненно, по всему королевству оставались сторонники Вольсика, и, учитывая, что Солнечный крест был нарисован кровью, неудивительно, что король Ивар хотел поскорее разобраться с этим делом.
Голос Рея отвлек Джонаса от его мыслей.
– У Краки есть справочник по существам Исельдура. Как бы мне не было противно это предлагать, но в этой книге может содержаться ключ к пониманию этого тумана.
В воздухе раздался хор стонов.
– Как именно ты собираешься убедить его отдать книгу, Взор Секиры? – спросила Гекла.
Рей протяжно выдохнул.
– Я надеялся, что «пожалуйста» будет достаточно.
– Ни за что, – сказал Гуннар. – Не после того, как мы его изгнали. Обиды Краки крепче, чем чашка бреннсы. Нам придется пойти на хитрость, чтобы получить информацию.
– У твоих знакомых в Сварти есть копия этой книги, Рей? – спросил Джонас. Все, что угодно, лишь бы не ехать несколько дней по Дороге Костей, чтобы повидаться с раздражительным бывшим предводителем «Кровавой Секиры».
Рей на мгновение замолчал.
– Не думаю. Книга была редкой, и большинство копий уничтожались Клитенарами долгие годы. Я спрошу у них, но единственная сохранившаяся копия, насколько мне известно, у Краки.
– Может, применим отвлекающий маневр, – размышляла Гекла. – Один отвлекает его, пока другой забирает книгу.
– Краки слишком умен для этого, – сказал Джонас. – Как только он нас увидит, то захлопнет дверь перед нашим носом. Должен быть другой способ ослабить его бдительность.
– Что ж, – проворчал Рей, – нам предстоит долгая поездка до Хребта Скалла, чтобы что-нибудь придумать.
Отряд «Кровавая Секира» продолжал путь еще несколько часов. Когда солнце опустилось и по Дороге костей начали растягиваться тени, Сигрун дважды свистнул спереди. Повозка съехала с дороги и двинулась по узкой тропе через деревья, спустилась с холма и попала на травянистую поляну, усыпанную мелкими белыми цветами. Сойдя с дороги, Сигрун пошла назад, чтобы смести при помощи ветки следы от повозки и лошадей.
Остальные члены отряда занялись своей обычной рутиной готовясь к ночи. Джонас обшаривал лес в поисках палок и веток. Поскольку сейчас было лето, солнце будет светить до самого вечера, и Джонас без труда может различить Илиаса, таскающего седла, Геклу и Гуннара, расчесывающих лошадей, и Сигрун, достающую припасы из своего седельного мешка. Он притащил из леса кучу бревен и несколькими быстрыми взмахами топора нарубил их, а затем принялся копать яму для костра.
– Рей, а где огниво? – спросил Джонас, роясь в сумке с припасами.
– В Рейкфьорде купил свежий для костра. В повозке – среди продуктов.
Поднявшись на ноги, Джонас обогнул повозку. Он ослабил кожаные ремни, которыми было привязано одеяло, и одним движением сдернул его.
И замер, встретившись взглядом с широко распахнутыми карими глазами.
