Текст книги "Дорога Костей (ЛП)"

Автор книги: Деми Винтерс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 35 страниц)

Г

ЛАВА 60

Воды реки Квита бушевали под Базальтовым мостом, пока ледяной ветер царапал щеки Рея. Натянув капюшон плаща, он направил Лошадь через мост.

Перед ним раскинулась Копа, черный город, заключённый в каменные объятия огненной горы Брими, к счастью, давно уснувшей. И хоть Рей давно уже стал мужчиной, он всё ещё ощущал то же самое детское благоговение, глядя на каменную кладку Копы, выглядывающую из-за оборонительных стен: чёрные шпили и арки, мощёные улицы и здания, вырезанные из вулканического камня, чудеса архитектуры, созданные видом гальдра, известными как Кузнецы.

Венцом Копы был Пепелград – крепость, чьи шпили рвались к небу, словно спутанные черные шипы. Высеченный у подножия Брими, он был бьющимся сердцем севера, обителью ярла Хакона, правящего землями Айстри от имени короля Ивара Железное Сердце.

Стеснение в груди Рея усилилось, оно влекло его к Копе.

Прошло уже три дня с тех пор, как они похоронили Илиаса, три дня с тех пор, как он в последний раз видел Джонаса и ту женщину. С каждым часом, что они не появлялись, его внутренности скручивались все туже, и, хотя он отправил Гуннара и Сигрун разведать и заднюю тропу, и Дорогу Костей, те вернулись без вестей.

Они исчезли. И Рей сразу понял: что-то пошло ужасно неправильно.

В памяти всплывал Джонас, хватающий её за запястье – он не слышал, что тот сказал, но его взгляд поведал ему достаточно. Он должен был вмешаться. Должен был… сделать хоть что-нибудь. Но тот день был полон хаоса, сражений, смерти и горя, и всё остальное стёрлось.

Рей молился всем богам, каких знал, чтобы его дурное предчувствие оказалось ложным, чтобы его брат по «Кровавой Секире» не причинил ей вреда. Одна только мысль об этом вызывала в нем яростное желание вонзить топор в чей-нибудь череп. Но горе способно страшно изменить человека, а Джонас… был не в себе.

Это чувство в животе не давало Рею покоя. И потому, отправив отряд «Кровавая Секира» в Истре, он оказался у ворот Копы, поклявшись, что не успокоится, пока она не будет в безопасности, а Джонас не обретет хоть немного здравого смысла.

В сотый раз с тех пор, как эти слова были сказаны, Рей жалел, что его прощальная речь к ней не была мягче, добрее. Что он не признал свою вину в смерти Илиаса. Ведь именно он был лидером «Кровавой Секиры». Это он повел их в бой, до конца не понимая, с чем столкнулись.

И отряд принял это решение вместе, что встретит этих воинов ради нее. Да и вообще, в бою всегда есть риск; такова их жизнь. Путешествие по этим дорогам всегда таит опасности, как и любое задание. А Илиас не был дураком, он знал, что смерть возможна, и все равно принял это.

Достигнув дальнего конца Базальтового Моста, Рей увидел у каменных стен Копы скопление повозок и телег, среди которых сновали люди. Натянув поводья, он остановил Лошадь и спешился.

Ворота Копы были заперты. А они никогда не запирались.

Рей подошёл к торговцу, закутанному в красный плащ.

– Знаешь, почему ворота закрыты? – кивнул он в сторону стен.

Тот покачал головой, раздраженно выдохнув:

– Весь день здесь торчу, а слышал только, что никто не входит и не выходит из Копы. – Он указал на свою крытую повозку. – Если меня не впустят, припасы из Кунафьорда скоро испортятся. Урожай и без того был скудным. А теперь ещё и это. – Торговец замолчал, потом добавил: – Единственной, кто сегодня прошёл, была какая-то странная женщина утром.

Волосы на затылке Рея встали дыбом.

– Женщина?

– Рыжая. Нахалка. Бросила лошадь и зашла через боковую дверь, её впустили Клитенары.

Та самая воительница, подумал Рей. Рыжая, которую он сбросил с Хребта Скалла. Должна быть, это она. И от этого тревога внутри только усилилась.

Он прищурился, вглядываясь в стены, взгляд выхватил двух Клитенаров, следящих за толпой с вершины ворот. Ведя Лошадь за поводья, Рей подошёл ближе.

– Эй! – окликнул он, ловя взгляд одного из них. – У меня важное послание для ярла Хакона.

Их лица оставались непроницаемыми.

– Никто не проходит, – отозвался один.

Рей раздражённо выдохнул.

– Это действительно важно. Он меня знает. Если вы приведёте ярла Хакона или его сына Эйвинда, они подтвердят мои слова.

– Этот приказ свыше ярла Хакона, – спокойно ответил Клитенар. – Никто не входит и не выходит.

Свыше ярла Хакона? – насторожился Рей. Это могла быть лишь горстка людей во всем Исельдуре – король Ивар, Магнус Пожиратель Сердец или кто-то из его хирдманов, охранников, которые никогда не отходят далеко от короля. Или, быть может… королева Сигна. Спина Рея покрылась мурашками.

Он обернулся, мысли вихрем проносились в голове. Ему нужно было попасть в Копу. Он чувствовал, что уже опаздывает.

Что ты натворил, Джонас? Рей думал, что если найдёт Джонаса, сможет вразумить его… Ведь если кто и понимал боль от потери младшего брата, так это он. Но предчувствие теперь превратилось в тревогу.

Оседлав Лошадь, он двинулся обратно по Базальтовому мосту и дальше по Чёрной Дороге. Детство, проведённое в Копе, где он играл с Эйвиндом, теперь могло сослужить хорошую службу. У каждого города есть тайные входы и выходы, и Рей точно знал, где потайные ходы Копы.

Сведя Лошадь с дороги, он некоторое время брёл сквозь лес, затем спешился и привязал её к дереву. Здесь река Квита была неглубокая, и после весеннего таяния снегов её можно было перейти вброд. Пройдя через лес, Рей оказался у западного угла защитных стен Копы. Сосновый лес перемежался здесь с ольхой и ивой, так что вход, высеченный в чёрном базальте, было невозможно разглядеть, если не знать, что искать.

Пальцы Рея скользнули по грубо отесанному камню, выискивая тот самый, что выступал на волосок дальше остальных… вот он. Он нажал, и дверь со скрипом распахнулась, скрежет железных петель напоминал скрежет ногтей по позвоночнику.

Хотя Рей ждал этого звука, но не ожидал, что за дверью прямо перед ним окажется Клитенар, уже заносящий сверкающий клинок. Едва успев рвануться влево, он схватился за меч и выхватил его как раз вовремя, чтобы парировать следующий удар.

– Ты кто? – рявкнул Клитенар. – Откуда знаешь про этот вход?

Рей рубанул ему под ребра, но клинок лишь скользнул по кольчуге.

– Моего брата по оружию убили, – сквозь зубы процедил Рей, отбивая атаку. – Один из моих воинов сбежал вместе с… моей подопечной. – Он размахнулся и нанес удар по ослабленным звеньям доспехов. – И я не в настроении отвечать на твои проклятые вопросы.

Он криво усмехнулся, когда заклепки, сорвавшись с кольчуги, со звоном отскочили от стены, а клинок глубоко вошел в живот Клитенара.

Отшвырнув тело ногой, Рей переступил через него и шагнул в темный тоннель.

Сдавленный стон вырвался у него, когда он вышел из туннеля в заросший лес. Перед ним стоял отряд Клитенаров с обнаженными клинками. Рей поспешно прикинул численность. Десять. Пятнадцать. Блядь. Двадцать три.

– Брось оружие, – крикнул один из них. Медвежья шкура на плечах указывала на звание не ниже капитана.

– Как скажешь, – пробормотал Рей, бросая меч на землю.

– Как ты узнал об этом входе? – спросил капитан.

Рей вытащил кинжал и швырнул его к остальному оружию, звон клинков заглушил мох.

– Почему город закрыт? Это из-за девушки? – спросил он. Никогда за все годы, проведенные в Копе, он не видел, чтобы у этого входа стояли Клитенары. Но и ворота он ни разу не видел закрытыми.

Это усложнит дело, подумал Рей, нахмурившись.

Глаза капитана сузились.

– О ком ты говоришь?

Тонкая дрожащая нота в голосе выдала его. Значит, это действительно из-за неё, подумал Рей. Он решил рискнуть, всё равно никто из них не уйдёт, чтобы рассказать.

– Чего королева хочет от неё? – спросил он, вытаскивая хеврит и бросая его на землю рядом с остальными клинками.

Капитан Клитенаров быстро заморгал, игнорируя вопрос.

– Всё оружие, – рявкнул он, кивая на сапог Рея.

Краем глаза изучая противников, Рей достал последний кинжал и отбросил в сторону. Двадцать три Клитенара, включая капитана. Ты ведь любишь вызовы, подумал он. Прошло несколько дней – тело жаждало выплеснуть накопившееся.

– Что за интерес у королевы к девчонке-гальдре? – спросил он, хоть и не надеялся на ответ. По крайней мере пока.

Он должен был потребовать от нее ответов, должен был настоять на правде, но его разум затуманило горе и ярость. В какую же передрягу вляпалась эта кудрявая девушка, чья улыбка напоминала солнечный свет? Как она умудрилась впутаться в такие неприятности?

Если бы только она почувствовала себя в безопасности рядом с ним, если бы доверилась, возможно, Рей сумел бы защитить её, не допустил бы, чтобы Клитенары её заполучили. В животе у него все сжалось. Рей слишком хорошо знал, что творят Клитенары с пленниками. И знал, каким чудовищем был командор Вальф. Если она у него… если он хоть пальцем к ней прикоснётся… Рей не смог закончить мысль.

– Руки вверх! – рявкнул капитан. Двое Клитенаров сделали шаг вперед, сжимая в руках железные кандалы.

Рей усмехнулся, медленно поднимая руки. Внутри него уже пробуждался гальдур, готовый вырваться наружу за считанные секунды. Он потянул шею, и взгляд его упал на черные прожилки, проступившие на тыльной стороне руки. Прошли дни, и его гальдур рвался на свободу с такой силой, что ему даже не пришлось концентрироваться, чтобы выпустить его.

– Что это? – прошептал один из Когтей Короля, широко раскрыв глаза, при виде ладоней Рея.

Из них выползали темные, дымчатые щупальца, клубясь в воздухе и собираясь в огромное облако пепла. Рей выдохнул с облегчением, ощущая, как его наполняет первобытная сила – та, что делала его собой, настоящим. Узел в животе разжался, скорбь и тревога уступили место единственному желанию.

Уничтожить.

Сжечь.

– Это? – произнёс Рей, дёрнув кистью. В мгновение ока дым разбился на двадцать две клубящиеся полосы, в которых вспыхивали искры. – Это – сама смерть, пришедшая за вами.

Повинуясь безмолвному приказу, дым подчинился Рею, щупальца тьмы потянулись в сторону Клитенаров, которые уже атаковали его с обнаженными мечами. Капитана он пока пощадил, кто-то должен был ответить на его вопросы. Чернота обволакивала их татуированные лица, и когда страх заставил их рты раскрыться для крика, тьма проникла в их глотки.

Дальше всё шло как обычно: люди давились собственными воплями, хватаясь за горло, корчась в муках, сгорая заживо изнутри.

– Бесполезно, – пробормотал Рей, сосредоточив силу в единую точку. Двадцать один противник, действительно на пределе его возможностей, но он всегда любил вызов. Однако тут он нахмурился. Двадцать один. Но ведь их было двадцать два, не считая капитана.

Боковым зрением он заметил, как капитан отступает, рука на рукояти меча, и затем…

– Блядь, – выругался Рей. Из кустов выскочила фигура и бросилась прочь – один из них сбежал. – Это будет проблемой, – сквозь зубы процедил он. Но ослабить хватку над остальными Клитенарами он не мог, пока те не умрут, а капитан уже выхватил меч. Стиснув зубы, Рей вытянул ещё гальдура, черпая из внешних запасов хальды, запечатлённых татуировками на его груди, и выпустил новую ленту пепла. Эту он направил к капитану, обвив дымящейся петлёй его шею, дымным шёпотом, предупреждающим против любых глупых идей.

Лица Клитенаров уже побагровели. Глаза вылезали из орбит, из них сочилась жидкость, когда они наконец начали падать на землю, царапая её и беспомощно дёргаясь. Затем появились волдыри, вздуваясь и лопаясь, прежде чем их кожа стала расплавленной, сползая пластами. Лес наполнился едким запахом палёных волос и горелого мяса, шипением плоти и хриплыми стонами умирающих.

Человек с чистой совестью содрогнулся бы при таком зрелище: расплавленные лица, дым и пар, поднимающийся над скрюченными телами. Но Рей чувствовал только восторг. Хотя этих людей и не было в его списке, их смерть доставила ему удовольствие.

Когда последние судороги прекратились, он окинул взглядом лес в тщетной надежде заметить сбежавшего Клитенара, но следов беглеца не было. Сквозь запах гари пробивался резкий аромат мочи.

– Ты обмочился, – сказал Рей с отвращением, оборачиваясь к капитану.

– Т-ты… – заикался тот, дрожа. – Ты Слоутрари. Убийца!

Рей улыбнулся, делая шаг вперед. Прозвище было смехотворным, но он не мог отрицать, что слава ему льстила. Слухи расползлись далеко, и когда он приходил за своими целями, они так забавно цепенели от ужаса, осознавая свою участь.

Легким движением пальца он затянул дымовую петлю на шее капитана, и кожа несчастного приобрела восхитительный багровый оттенок. Еще одно движение и Рей мог бы вызвать волдыри, но нет. Пока нет.

– Говори, – приказал Рей, сверля капитана ледяным взглядом.

– О-она под стражей, – выдавил капитан, поморщившись, когда дым опалил мочку уха. – Нам приказано охранять все выходы. Никто не войдет и не выйдет, пока конвой не доставит ее в Кунафьорд.

– А потом?.. – Рей смотрел всё жёстче.

– Потом она поплывёт в Суннавик, – капитан дышал, как загнанный зверь.

Если бы только жители Исельдура могли увидеть, какими на самом деле становятся эти Клитенары, когда к ним приходит смерть, с горечью подумал Рей.

– Зачем? – прорычал он.

– Я… я не знаю больше того, что уже сказал, – сказал капитан и его голос достиг того визгливого тона, который всегда появлялся у них когда они чуяли свою приближающуюся смерть. – Я просто выполнял приказы.

– Чьи? – Рей сверкнул глазами.

К счастью, больше подсказок не потребовалось.

– Вальфа. Она в темнице командора Вальфа. Восточный гарнизон.

Рей сжал руку в кулак, обнажив зубы в зверином оскале. Развернувшись к капитану спиной, он подхватил брошенное оружие и направился к восточному кварталу Копы.

В ушах еще звенели крики капитана, когда лес погрузился в мертвую тишину.

Г

ЛАВА 61

Взгляд Силлы скользил по зарубам и завиткам на двери командора Вальфа, пока, тот из Клитенаров, что был выше, стучал в неё. Холодные железные кандалы впивались в запястья, и Силла беспокойно переминалась с ноги на ногу. Она опустила взгляд на своё платье, вызывающе красное, с глубоким вырезом, оно было затянуто так туго, что ей едва удавалось дышать.

К ней в камеру пришли двое Клитенаров, принеся мыло, ведро с водой, пару тапочек и это алое платье. Ей было приказано искупаться и одеться. А когда они вернулись, её повели сквозь гарнизон и вверх по лестнице в личные покои командора.

Когда ноги начали подкашиваться, Силла вспомнила слова Геклы.

Всё, что он сделал со мной, каждый удар, каждый пинок, каждая пощёчина, было просто хворостом. Это разожгло во мне ярость, и теперь пришло его время гореть.

Это хворост, подумала Силла. Что бы ни случилось, они не увидят, как я ломаюсь. И однажды они сгорят.

Силла выпрямилась, когда дверь распахнулась, и фигура командора Вальфа заполнила проём. Он был широкоплечим, высоким, с длинной чёрной бородой, заплетённой в двойные урканские косы. Его губы растянулись в улыбке, но она не достигла глаз, и резко дёрнув за кандалы он завёл её внутрь.

– Никаких выходок, – резко бросил командор Вальф. За её спиной с глухим щелчком закрылась дверь, и тут же раздался зловещий скрежет замка, когда командор запер комнату.

Он стоял слишком близко. Достав ключ из кармана, командор начал ослаблять кандалы. Когда те с грохотом упали на пол, Силла потерла запястья, но облегчения не почувствовала.

Она окинула взглядом помещение. Вальф направился к массивному деревянному столу в центре комнаты. Над ним висела железная люстра, дрожащий свет свечей падал на два толстых керамических кувшина и тарелку с едой. В голодном желудке Силлы предательски заурчало, и она прижала руки к животу, утреннюю трапезу ей в камеру так и не принесли.

Взгляд скользнул дальше. В глубине комнаты располагался очаг, высеченный из того же отполированного чёрного камня, что и стены здания. Внутри потрескивал небольшой огонь. Над очагом висели несколько маленьких гобеленов, где золотые, коричневые и алые нити сплетались в геометрические узоры, странно игравшие на свету. По обе стороны от очага стояли забитые книгами и свитками полки, а также, к великому отвращению Силлы, несколько бюстов короля Ивара разных размеров. На противоположной стене приоткрытые ставни пропускали тусклый свет.

Командор Вальф указал на два покрытых мехами кресла у очага.

– Садись.

Это не было ни предложением, ни просьбой. Сглотнув, Силла пересекла комнату и опустилась в кресло. Её взгляд упал на бюст короля из чёрного базальта, стоящий на полке рядом с креслом Вальфа. Король хмурился, глядя на нее, даже изнутри отполированной вулканической породы.

Мерзость, подумала она, стараясь сохранять нейтральное выражение лица.

Командор оказался рядом, неся блюдо с едой.

– Твоя трапеза, – произнёс он. Опять же, это был не вопрос. Внутри всё дрожало от напряжения, но Силла приняла блюдо. Вальф опустился в кресло рядом с бюстом, пристально за ней наблюдая и потягивая из кубка. – Ешь, – велел он.

В животе у нее снова заурчало. Несколько дней и утром, и вечером ей приносили только водянистый суп, которого никогда не было достаточно, чтобы утолить голод. А на этой тарелке лежало самое жестокое искушение – сладкие булочки.

После недолгих раздумий Силла взяла одну булочку и осторожно откусила. Слоистое, тёплое, пропитанное маслом тесто таяло во рту, и она едва не застонала от удовольствия, отправляя в рот второй, уже куда более жадный кусок. Справившись с булочкой, она перешла к мясу и сыру, съела всё до последнего куска, не проронив ни слова.

– Вижу, ты любишь поесть, – заметил Вальф, приподняв уголки губ.

Шею Силлы залил румянец, она сжала и разжала руки, не зная, куда их девать.

– Ты нервничаешь, – тихо сказал Вальф.

Силла встретилась с ним взглядом.

– Есть ли у меня для этого основания?

Вальф скользнул взглядом по её лицу.

– Тебе не причинят никакого вреда, если ты будешь сотрудничать, дорогая.

Силла с трудом удержалась, чтобы не дёрнуться.

Он продолжал:

– Говорят, у тебя склочный нрав. И острый язык.

Силла заставила себя говорить ровно, глядя ему в глаза:

– Я уже несколько дней в заключении без предъявления обвинений. Может, вы окажете мне любезность и просветите, командор?

На его лице снова появилась эта уродливая улыбка.

– Мы оба слишком умны для подобных игр, дорогая. Ты ведь признаешь, кто ты есть? – Он сделал паузу. – Мне называть тебя Эйса, или ты предпочитаешь Силлу?

Кровь отхлынула от её лица. Желудок скрутило.

Эйса.

Имя, которое преследовало её, как бы далеко она ни бежала. Пальцы задрожали и она сделала глубокий вдох.

Думай об очаге, напомнила она себе. Но ведь её притащили сюда в вызывающе откровенном платье. Её предал возлюбленный. У неё не осталось ничего и никого в этом мире.

Сага, подумала Силла. У меня есть Сага.

Дух Силлы немного воспрянул, и она заставила себя ответить командору:

– Силла, – услышала она собственный голос.

– Силла, – повторил он. – Мы уже отправили сокола к королеве Сигне с вестью о твоей поимке и уже получили ответ, что она очень хочет тебя вернуть. Сейчас она готовит корабль, дабы отправить тебя на юг, в Суннавик, из порта Кунафьорда.

Силла одёрнула рукав платья.

– Твой друг Джонас сообщил нам, что, помимо правды о твоей родословной, он обнаружил твои необычные… способности, – продолжил командор, потирая подбородок. Его взгляд опустился на её руки.

Она стиснула челюсти. Джонас обнаружил?

– Разумеется, ты знаешь, каково наше официальное отношение к… такому уродству, – Он брезгливо сморщился. – Но ты здесь. Твоя судьба решена. Нет смысла что-либо скрывать. Скажи, дорогая, в чём именно заключаются твои способности?

Силле захотелось расхохотаться. Что ж, командор, я свечусь как северное сияние. Чрезвычайно полезный навык, когда бежишь от преследователей. Совсем не привлекает внимания.

– Я не понимаю своих способностей, – произнесла она вместо этого.

– Это весьма прискорбно. – Командор поднёс кубок к губам и отпил. – Хотя есть способы это выяснить. И поскольку до прибытия корабля пройдёт несколько дней, у нас с тобой будет время весело их исследовать. У меня есть талант вытягивать их наружу.

Силла сжала руки с такой силой, что побелели костяшки. Она не знала его «способов», но была уверена, что не хочет с ними знакомиться.

– Не думаю, что королева обрадуется, если вы решите поиграть с её новой игрушкой, – произнесла Силла, глядя прямо в глаза командору Вальфу.

– Напротив, дорогая. Её Высочество поручила мне подтвердить, есть ли у тебя гальдур. Я близкий друг её советника, мейстера Альфсона. Ты слышала о нём?

Силла покачала головой, беспокойно ёрзая в кресле.

– Мейстер… у него пытливый ум, и он обожает разбираться, как всё устроено. Он весьма предан своему ремеслу и питает особый интерес к устройству магии. Нет для него большей радости, чем разобрать что-то на части и собрать заново.

При первом намёке на то, что ждёт её в Суннавике, по спине Силлы пробежал холодок. Пепел. Какие чудовища обитают в том замке, рядом с Сагой?

– Не бойся, Силла. Я не столь тонкий мастер, хотя и у меня есть свои методы, – сказал командор. – Освежить твой кубок?

Силла вновь покачала головой. Холод разлился по её жилам от этих тревожных новостей, и она снова заёрзала в кресле.

– Да, дорогая. Мы исследуем природу твоей магии. И знаешь что? Мы уже начали наш первый сеанс.

Схватившись за подлокотники, Силла моргнула, глядя в холодные чёрные глаза командора. Холод теперь ощущался на коже, а в венах нарастало странное напряжение.

Когда Вальф заговорил снова, в его голосе слышался нарастающий восторг.

– Альфсон говорит, всё дело в энергии и балансе. Листья Шкульд создают барьер, который не даёт силе пробудиться. Но есть еще один лист с противоположным действием. Он снижает барьер и вынуждает силы выйти на поверхность. Он называет его катализатором.

Кожа теперь гудела, и Силла взглянула на пустую тарелку. Осознание скользнуло по ее спине, как ледяная вода, и она закрыла глаза. Дура. Она была проклятой дурой.

– Да, дорогая. Катализатор был в той сдобной булочке. И взгляни, твоя магия пробуждается. Значит, это правда – у тебя особый дар.

Силла вскочила, подняв ладони. Из её вен рвалось ослепительное белое свечение. Раньше оно было мягким, почти ласковым шёпотом внутри. Сейчас же свет был неистовым, ледяным, как горная река в половодье, давящим изнутри и требующим выхода. С каждым вдохом давление росло, но она не знала, как его выпустить.

Командор Вальф появился рядом с ней без предупреждения. Его рука сомкнулась на ее запястье, сжимая его так сильно, что она вздрогнула. Он провёл пальцем вверх-вниз по её предплечью, пока она пыталась вырваться.

– Ты, похоже, Несущая Пепел, хотя твоя кожа холодная на ощупь, – пробормотал он. – Что это? Никогда такого не видел. Ты светишься! – В его голосе звучал алчный восторг. – Альфсон будет доволен. Он захочет разрезать тебя и узнать, светишься ли ты изнутри.

Силла резко вдохнула, комната поплыла перед глазами. Она должна была выбраться отсюда.

– Но почему он должен получать все удовольствие? Я тоже хочу на это посмотреть.

Он шагнул за её спину и грубо притянул к себе. Охваченная шоком и паникой, Силла отчаянно дернулась, пытаясь вырваться. Командор достал кинжал, и, прежде чем она успела опомниться, провёл лезвием по её ладони.

Силла вскрикнула от боли, горячая волна смешалась с леденящим холодом её гальдура.

– Что ж, – произнёс командор.

Зрение прояснилось, и она оценила ситуацию. Алая кровь сочилась из разреза на ладони. Её запястье было сжато его огромной рукой, в другой он держал кинжал. Его грудь прижимала её спину, не давая пошевелиться.

Когда он наклонился, чтобы рассмотреть рану, Силла чуть не задохнулась от вони его перегара.

– Всего лишь красная. Признаю, я разочарован. Но что насчёт твоих костей…

Но, прежде чем паника снова поглотила её, в голове Силлы вспыхнула ясность. Вот оно. Ради этого она тренировалась все те недели с Геклой и Реем. Каждый отработанный удар локтем, каждый выпад, каждый кулак – всё вело к этому моменту.

Если она хочет свободы, придётся вспомнить всё, чему её учили.

Когда командор схватил её за средний палец и вновь занёс кинжал, Силла ударила локтем ему в рёбра. Из его груди вырвался хрип. Она неуклюже ударила его по запястью, и кинжал с грохотом упал на пол.

– Ты, кунта! – Он схватил её за горло, сжимая так, что воздуха не стало. – Теперь ты решила свою судьбу. Если ты причинишь мне боль, я верну ее тебе в десятикратном размере.

Слова Вальфа становились всё глуше, пока Силла не услышала в голове лишь голос Геклы:

Потяни его руку вперёд.

Врежь кулаком в пах.

Локтем по рёбрам.

Вырвись.

Тело двигалось само, как будто она отрабатывала эти движения тысячу раз, и наконец она вырвалась из его хватки.

Силла бросилась прочь от командора, он согнулся пополам, пытаясь прийти в себя, но с яростью рванулся вперёд, схватив край её платья. Раздался громкий треск рвущейся ткани, когда часть юбки разорвалась. Силла вырвалась, продолжая двигаться вперёд, и ухватилась за край стола. Керамические кувшины глухо столкнулись.

Командор Вальф выпрямился, лицо налилось злобой и покраснело.

– Разочаровала ты меня, дорогая. Я думал, мы сможем подружиться. Но теперь ты будешь страдать.

Игнорируя нарастающее жжение под кожей и отвлекающее свечение рук, Силла схватила кувшины, удивившись их весу. Развернувшись, она швырнула их в командора, в тот самый момент, когда он бросился на неё. Плавным, отработанным движением он сделал ложный маневр влево, затем вправо, легко уклоняясь от них и жидкость брызнула на пол, посуда с грохотом разлетелась. Эль и медовуха хлынули на пол. Командор налетел на неё быстрее, чем она ожидала. Силла попыталась отпрыгнуть, но было уже поздно.

Он вцепился в её волосы и резко дёрнул назад. Из горла вырвался вопль, когда боль пронзила кожу головы. Её руки судорожно шарили в воздухе, ища куда бы ударить, но тщетно.

– Запомни: я хотел проявить милосердие.

Он дёрнул её за волосы, и ноги Силлы заскользили по полу. Она попыталась ударить локтем в рёбра, вспомнить отточенные движения, но ничего не выходило. Удар вышел слабым, бесполезным.

Хватка Вальфа на ее волосах ослабла, и он грубо толкнул ее на пол. Её ладони и колени ударились о дерево с такой силой, что, казалось, зубы вот-вот треснут.

– К счастью, королеве ты не нужна в идеальном состоянии. – Ботинком он сильно пнул ее по ребрам, выбивая воздух из легких и вызывая боль, пронзившую грудь.

Силла отчаянно пыталась вдохнуть, но ее казалось парализовало. Раскрыв глаза, она попробовала еще раз. Снова. Ничего. Воздуха не было. В ней вспыхнула паника, отвлекая ее от замахивающейся на нее ноги.

Красный.

Не было ничего, кроме раскаленной до красна боли, ослепляющей и пленившей ее. Она свернулась клубком и ждала следующего удара. Когда ей наконец удалось глотнуть воздуха, облегчение тут же сменилось ужасом. Тяжёлые руки перевернули её на спину и грудь придавило весом. Перед глазами оказались гобелены над очагом. С этого ракурса она впервые рассмотрела их как следует.

Волосы.

Гобелены были сотканы из человеческих волос.

Рыжие. Светлые. Русые. Черные. Все оттенки, сплетённые в узоры, свисающие словно охотничьи трофеи.

Сколько женщин? – пронеслось в сознании Силлы, горло сдавило паникой. Скольких женщин изнасиловало это чудовище прежде, чем отправить их на столб?

Командор оседлал её, на губах играла жестокая усмешка.

– Кричи, милая, – прохрипел он, занося руку. – Я так это люблю.

Он со всей силы ударил её по щеке раскрытой ладонью. Боль, острая и жгучая, пронзила лицо Силлы. Она моргала, раз за разом, пока фигура, нависшая над ней, не обрела чёткость. Кровь застыла в её жилах при виде командора. Его глаза пылали злобой, а губы растянулись в победоносной ухмылке.

Он достал кинжал из-за пояса, и Силла приготовилась к худшему. Но вместо этого, он схватил её за волосы и отрезав прядь, поднёс к носу.

– Сувенир… чтобы я мог помнить наше время вместе.

Силла забилась под ним, царапая его руки, но это лишь разозлило командора ещё сильнее. Отшвырнув кинжал и прядь волос в сторону, он снова ударил её, выбив из неё все чувства. Комната поплыла перед глазами, когда командор одной рукой сжал её горло, а другой начал расстёгивать ремень. Силла не могла дышать. Перед глазами мелькали искры, её руки беспомощно скользили по бокам. В животе вспыхнула паника.

– Мы хорошо повеселимся, дорогая. Хотя, боюсь, я получу больше удовольствия, чем ты.

Всё вокруг казалось отдалённым. В ушах звенело. Края зрения затягивало тьмой.

Но затем, рука командора дрогнула. Его хватка ослабла. Силла судорожно вдохнула полной грудью. Время замедлилось. Голова Вальфа замерла над ней, выражение лица было странно пустым.

Её рука дёрнулась, пальцы нащупали что-то круглое, холодное. Ручка тяжёлого кувшина. Силла обхватила её, подняла и изо всех сил ударила командора по виску.

Глухой удар разнёсся по её костям, пройдя по всей руке. Силла затаила дыхание, наблюдая, как командор моргает… и безвольно падает на бок.

Она жадно глотнула воздуха, вырвалась из-под него и вскочила на ноги. Что произошло? Почему он перестал её душить? Но у неё не было времени на размышления. Он закашлялся за её спиной, зарычал. Рукой он сжал её лодыжку и вцепился мертвой хваткой.

Взгляд упал на отполированную чёрную скульптуру. Глаза базальтового бюста короля Ивара сердито смотрели на нее. Силла потянулась к твердому камню и сняла его с полки, кряхтя от давления на порезанную ладонь. Используя вес бюста, она швырнула его в сторону командора.

Силла могла поклясться, что слышала одобрительный смех Геклы, когда бюст с тошнотворным влажным шлепком приземлился прямо на голову командора Вальфа. Череп треснул, как яичная скорлупа, кровь и мозговое вещество сочились вокруг черного камня.

Дёрнулись ноги. Хриплый вдох. И больше он не двигался

Силла смотрела на изуродованное тело командора Вальфа, моргнула один раз, затем второй. Она это сделала. Она убила его. Она…

Стук в дверь прервал её мысли. Борьба. Они были слишком громкими. Клинетары стучали в дверь кабинета, заскрипел замок.

– Командор?

Её взгляд метнулся по комнате, остановившись на окне. Силла схватила шерстяной плащ Вальфа с настенного крюка и набросила на плечи, надеясь хоть как-то приглушить свечение рук. Она бросилась к окну, распахнула ставни настежь и осторожно выглянула наружу.

Внизу, вдоль дорожки, спешила группа Клитенаров, по всей видимости, к главному входу в гарнизон. Но дыхание Силлы перехватило не от этого. Перед ней раскинулась Копа, ярусы чёрных зданий, крыш и шпилей, уходящих к зубчатым горам, где примостилась громадная крепость.

Силла добралась до Копы. И ей безумно хотелось крикнуть об этом отцу, закричать об этом на всю округу…

– Соберись, Силла, – прошептала она, тряхнув головой. Сейчас не время для сантиментов. Она в Копе, но до безопасности ещё далеко.