Текст книги "Бывшие. Второй раз не сбежишь! (СИ)"

Автор книги: Дана Дейл

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 43 страниц)

– Мудак! Сам же прогнал тебя, выставил за дверь, сам! А теперь накрывает с головой! Грёбаные чувства!

Я схватил ключи от машины, не думая, просто инстинкт. Нужно было уехать. Подальше от всего. От неё. От себя. Дом казался единственным местом, где можно было развалиться без свидетелей. Я собирался напиться до потери памяти, до отключки, до той черты, где боль перестаёт быть реальной. Хотел стереть её из головы, вычеркнуть, как страшный сон. Нет тебя, Соболевская. Всё. Точка. Это твой выбор, ну так живи с ним. Любишь? Люби, блядь! Мне больше нечего тебе сказать. Когда добрался до дома, думал, что встречу только тишину. Но вместо этого, она. Моя невеста. Стоит в прихожей, как будто всё нормально. Хотя должна была вернуться только через неделю. Что за сюрприз? Почему приперлась раньше времени? Я застыл на пороге, сжимая ключи в кулаке. Внутри всё кипело. Не от её присутствия, от того, что всё смешалось. Предательство, злость, усталость. И теперь ещё это. Как будто кто-то решил добить меня окончательно.

– Привет.

Сказала она тихо, почти неуверенно.

– Почему ты здесь? Я же ясно сказал, никакого переезда. Даже речи быть не может.

Пока я снимал кроссовки, она стояла в прихожей, переминаясь с ноги на ногу, будто не знала, куда себя деть. Я молча прошёл на кухню, не глядя на неё. Соня послушно пошла следом, как будто всё это было привычным ритуалом.

– Мне не нужно повторять это каждый раз, Герман…

Её голос дрогнул, когда она присела на барный стул. Я достал бутылку виски, плеснул в стакан немного янтарной горечи, облокотился на столешницу и посмотрел на неё. Внимательно. Жёстко.

– Ну, говори. Раз ты здесь в такое время, значит, не просто так.

Она опустила глаза, будто собиралась с духом.

– Скажи мне честно… Ты ведь больше ничего ко мне не чувствуешь, да?

Я резко поставил стакан на стол, глухо, с грохотом. Напряжённо потёр переносицу двумя пальцами, пытаясь собрать мысли.

– Сонь… Прости. Уже нет. Я не знаю, когда всё сломалось. Знаю, поступаю как скотина, но…

– Не надо.

Перебила она.

– Знаешь, самое большое счастье, это не просто знать, что тебя любят. А чувствовать это. А от тебя я больше ничего не чувствую…

Я не идиот. Я вижу всё в её глазах. Ей больно. Эти слова даются ей с трудом. Она понимает, она видит, что я к ней охладел. Если раньше она молча терпела, проглатывала, надеялась, то теперь всё по-другому. Я же, как последний урод, на её глазах признавался в чувствах к другой. И всё равно, несмотря на это, я решаюсь задать вопрос. Потому что в последнее время я вообще не понимаю, что творится, ни в её голове, ни в голове той другой.

– К чему ты всё это ведёшь?

– К тому, что я не собираюсь удерживать тебя силой. Я не хочу быть рядом с человеком, который меня не любит. Конечно, ты будешь видеть ребёнка, это даже не обсуждается. Но я тоже хочу чувствовать, что меня любят. А заставлять кого-то, это не про меня.

Я слушал её, ловил каждое слово, дрожащий голос, срывающийся на слёзы. Но внутри, пусто. Ни боли, ни жалости, ни желания подойти и обнять. Она сидит напротив, почти плачет, а мне… Плевать. Я не могу сдвинуться с места. Всё внутри занято другим. Ею. Той, что раздавила меня одним признанием. Сказала, что была в объятиях другого. Что всё кончено. Сука! Хочется выть, хочется сжечь весь мир, чтобы хоть как-то заглушить эту боль.

– Знаешь, Гер… Я ей завидую. Ты даже меня за три года не полюбил так, как её, за пару месяцев.

Я опустил глаза. Стыдно. Грязно. Больно. Но не из-за Сони.

– Прости меня… Я никогда не брошу своего ребёнка. Но между нами, всё. Я виноват перед тобой, очень виноват. Но Уля…

Имя её, как нож. Воспоминания последнего разговора с Улей давят на грудь, как бетонная плита. Мысли душат. Чувства к ней, убивают.

– Если ты её действительно любишь… Не отпускай. Я вижу, ты не сможешь без неё. С ней ты другой. Нежный. Преданный. Настоящий. А мне такой Герман не достался.

Она смотрела на меня сквозь слёзы. В её взгляде, боль, разочарование, усталость. А я… Ничего. Почему, чёрт возьми, я ничего не чувствую?! Когда плакала Соболевская, я сходил с ума. А сейчас… Соня встала, обхватила плечи руками, подошла к окну. Я смотрел на её силуэт, на дрожащие плечи, и всё равно, ничего не чувствовал.

– Сонь… Я благодарен тебе. Ты, мать моего ребёнка. Ты хороший человек. И я верю, ты встретишь того, кто полюбит тебя по-настоящему. Всем сердцем.

– Я надеюсь, Громов…

Я пересилил себя, подошёл, обнял её. Крепко. Поглаживал по спине, подбородком уткнулся в макушку. Чувствовал её запах. Но не тот. Не тот, что въелся в мою кожу. Не тот, которым я не могу надышаться. Всё, блядь, без неё, не то.

– Вызвать тебе такси?

– Я хочу остаться у тебя сегодня… Позволишь? Просто побудь рядом.

– Хорошо.

ОТ ЛИЦА УЛЬЯНЫ.

Прошла неделя. После того разговора с отцом я уехала из Москвы, нужно было выдохнуть, отключиться, хоть на время перестать быть собой. Папа, как ни странно, не стал задавать лишних вопросов. Сказал, «Выбирай любое место, куда душа пожелает». И я, не особо ломая голову, ткнула пальцем в карту, Куршевель. Если уж устраивать эмоциональную перезагрузку, то с размахом. Куршевель оказался не просто курортом, а настоящей зимней сказкой, где роскошь и природа сплетаются в идеальный баланс. Узкие улочки, вымощенные камнем, вели к уютным шале с дымящимися трубами, а витрины бутиков сверкали, как новогодние игрушки. В воздухе витал аромат хвои, глинтвейна и дорогих духов. Снежные склоны, словно покрытые сахарной пудрой, тянулись к горизонту, а солнце, отражаясь в ледяных кристаллах, превращало всё вокруг в сверкающее полотно. Здесь каждый уголок будто создан для того, чтобы забыться, в горячем джакузи под открытым небом, в шумном баре с живой музыкой, или просто в тишине, где слышно, как снег хрустит под ногами. Я пыталась поверить, что этот чистый, морозный воздух способен проветрить мне мозги. Что здесь, среди этой красоты, я наконец-то отпущу всё. Но как бы я ни старалась, мысли о Громове не отпускали. Он был в каждом сне, в каждом снежном порыве, в каждом глотке глинтвейна. И это раздражало.

– Эй, красотка, познакомимся?

Я обернулась на голос. Парень, молодой, самоуверенный, с наглой ухмылкой, из тех, кто считает, что может очаровать любую одним только взглядом. Симпатичный, не спорю. Но сейчас, точно не время для новых знакомств. Не то место. Не то настроение.

– Проходи мимо. Я не знакомлюсь.

Ответила сухо, схватила сноуборд и направилась к отелю.

– Ты здесь одна, колючка?

Слова догнали меня в спину, а через секунду, и сам он. Увязался, будто у него миссия, достать меня.

– Какая разница? Если ты решил подкатить, лучше не стоит.

– Резкая… Выплёскиваешь эмоции на склонах?

Я уже начала закипать. Что за мания, лезть к незнакомому человеку с вопросами?

– Послушай, оглянись. Здесь полно девушек, которые, между прочим, пожирают тебя глазами. Почему ты именно ко мне прицепился?

Я кивнула в сторону двух брюнеток, проходящих мимо. Те действительно не сводили с парня взгляда.

– А может, ты мне понравилась?

Я резко остановилась, выставив сноуборд перед собой, как щит. Но он не унимался, схватил меня за руку, потянул ближе.

– Хочешь после катания сразу в больничке отдохнуть?

Прошипела угрожающе. И это сработало, он поднял руки, отступил на пару шагов.

– Понял. Ты не за этим сюда приехала. Хочешь совет?

– Спасибо, не надо.

Я уже собиралась уйти, когда он снова, но на этот раз осторожно, коснулся моего плеча. Я замерла. Не обернулась, но слушала.

– Всё равно скажу. Если приехала забыться, не пытайся выкинуть кого-то из головы силой. Мозг сломаешь.

– Спасибо за совет. Но я его не просила.

Фыркнула и пошла дальше. Экстрасенс, блин! Неужели по мне настолько всё видно?

– Не дума-а-ай… Просто расслабься…

Вот и чего он прицепился? Хотя… Чёрт возьми, он был прав. Как бы я ни старалась, забыться, отвлечься, стереть из памяти всё, что болит, ничего не вышло. Вся неделя прошла под лозунгом «развлекайся, пока можешь», лыжи, сноуборд, рестораны, спа, бесконечные прогулки по заснеженным улочкам. Я делала всё, чтобы не думать. Но мысли, они как ледяная вода, просачиваются сквозь любые щели. Сегодня я возвращалась домой. Куршевель остался позади, а впереди, Домодедово, московская серость и реальность, от которой не сбежать. Я забрала свою машину со стоянки, села за руль, включила музыку и поехала в сторону дома. Хотелось просто доехать, лечь, вырубиться. Но, видимо, судьба решила, что мне слишком спокойно. На пустой трассе, где не было ни души, колесо взрывается с таким грохотом, будто кто-то сверху решил, «А ну-ка, встряхнём её ещё раз». Я вылезла, посмотрела на лопнувшую шину.

– Да, в хлам.

И конечно же, запаски у меня не было. Набрала отца. Он, как назло, на каком-то важном совещании. А потом, вообще перевёл вызов на... Игоря. На того, кого я меньше всего хотела слышать. Но стоять одной на пустой трассе, тоже не вариант. Пришлось проглотить гордость и попросить помощи.

– «Ну и, уже вернулась? Я думал ты там и останешься, ты же любишь сбегать, верно?»

Надменный, холодный, как всегда. Даже по телефону.

– «Почти вернулась.»

– «Что это значит?»

– «По дороге домой, стрельнуло колесо, папа занят, ты можешь приехать, помочь?»

– «Я тоже занят. И вообще, срываться по первому твоему зову, не обязан. Ты проявляешь к будущему мужу неуважение, а потом звонишь, будто ничего не было. Всё, что могу, вызвать тебе эвакуатор.»

– «Спасибо. Не надо. Я пробовала вызвать, смогут приехать не раньше чем через три часа, там какая-то авария, я не собираюсь здесь столько торчать, тем более, после тяжелого перелета.»

Сбрасываю вызов. Сволочь! Может мне ещё на коленях к нему приползти? Он наверно только этого и ждёт. Да и мать всю неделю как с цепи сорвалась, угрозы, обвинения, проклятия. Я, неблагодарная, бессердечная, не могу «наладить отношения» с Игорем. А кто-нибудь вообще собирается наладить отношения со мной? Кто-нибудь, хоть раз спросит, как я себя чувствую? Пока злилась, не заметила, как до боли сжала руль. Костяшки побелели, пальцы онемели, а внутри всё кипело. Гнев, обида, усталость, всё смешалось в один тугой узел. И вдруг, вспышка. Простая, чёткая мысль. Идеальный вариант. Я выпрямилась, взяла телефон, открыла контакты. Никаких сомнений. Набираю другой номер.

– «Оу... Какие люди. Привет, ну и куда это ты пропала?»

Интересуется Тим, как только поднимает трубку.

– «Потом расскажу. Не сейчас.»

– «Ты соскучилась? Или просто решила поболтать?»

Произнёс он с тихим смешком.

– «Тим, мне нужна твоя помощь...»

– «Весь во внимании.»

– «У меня колесо лопнуло. Эвакуатор ждать три часа, а я после перелёта, никакая. Прости, но ты бы не мог подъехать и помочь мне?»

Он не стал уточнять, не спросил, почему я не вызвала такси, не предложил варианты. Просто...

– «Мог бы. Кидай координаты. Уже еду.»

И отключился. Я осталась одна. Машина стояла на обочине. В салоне было тихо, только слабое гудение от вентиляции. Я расслабленно откинулась на спинку. Прошло около часа. Время тянулось вязко, как густой сироп. Я прикрыла глаза, не спала, просто находилась в стадии полудрёма, в которой нет ни мыслей, ни чувств. Только усталость, которая давит на грудь, и глухое напряжение, свернувшееся внутри, как клубок. Снаружи, ни звука. Ни шагов, ни мотора. Я даже не заметила, как подъехала машина. И вдруг, резкий стук в стекло. Кто-то ударил кулаком. Я вздрогнула, глаза распахнулись, сердце ухнуло в живот. Всё тело напряглось, будто ток прошёл по позвоночнику. Повернула голову. За окном, силуэт. Мужской. Не Тим. Не тот, кого я ждала... На секунду, ступор. Пальцы вцепились в руль, спина выпрямилась, брови сдвинулись к переносице. А внутри, уже бушует цунами. Гнев, тревога, недоверие, всё разом.

– Ты?!!

22 глава. Снова вместе?

Увидев того, кто сейчас стоит на улице за моим окном автомобиля, сердце моментально пропустило удар и огромной удушливой волной поднялось внутри бешеное волнение. Стоя у моей водительской двери, он костяшками пальцев постучал по стеклу и жестом попросил опустить окно. Я словно находилась в анабиозе, не сводя с него любящих глаз, медленно стала нашаривать эту дурацкую ручку. Господи... Руки дрожат неимоверно, да и тело все покрыто уже крупной дрожью.

– Что ты здесь делаешь?

– Так, это и есть тот ЧУВАК которому срочно нужна помощь?

Герман раздраженно сводит брови к переносице, вижу как напряженно заходили жевалки на его острых скулах. Явно не пылает огромной радостью находится здесь, рядом с той, которая причинила ему неограниченную боль. Ну Тим! Ну гаденыш мелкий! Ведь наверняка его сюда специально отправил, ну я тебе устрою!

– Ну, и что у тебя случилось?

Важно скрестив руки на мощной груди, он вальяжно встал напротив и пристально, с небольшим прищуром ледяных глаз осмотрел всю мою машину, пытаясь найти проблему моей поломки.

– Ничего. Ты, это... Давай, езжай обратно, я лучше уже подожду эвакуатор.

– Ты вообще в себе? Ты в курсе, что у некоторых людей есть такое понятие, как работа?

– Значит, ты безответственно к ней относишься, раз в свое рабочее время гуляешь загородом.

С моих губ слетел легкий смешок, что ещё больше стало раздражать Германа. Он слегка наклоняется ближе к моему окну, чувствую его дыхание. Черт! Не надо... Не надо этой близости, тяжело. Даже преграда в виде железного метала не особо меня спасает, я дрожу словно от проливного дождя. Кажется даже не дышу.

– Я сорвался посреди рабочего дня, приехал сюда, чтобы по твоему что? Посмотреть в твои красивые глазки, развернуться и уехать, м?

Медленно проговаривает, разминая шею. Хищно скалится и облизывает нижнюю губу, не смотрю в его глаза, смотрю именно на губы. Чувственные губы, вкус которых я до сих пор не могу забыть.

– Ты все бросил и приехал помочь?

С ужасом отбрасывала от себя мысли, что так называемый женишок отослал меня, слился когда мне нужна была помощь, а тот, кого я сама оттолкнула, отогнала от себя, наговорила столько унизительно обидных слов, сорвался и приехал... Между тем, одна мысль всё назойливее и назойливее залезала ко мне в душу... А приехал бы он, зная что именно мне нужна помощь?

– Прикинь, знал бы к кому ехал...

Вот я и получила ответ на свой вопрос… Становится вдруг чертовски неприятно, неужели так быстро он вычеркнул меня из своей жизни? Конечно я сама виновата, но я не думала что это возможно так быстро, ведь я всю эту неделю мучалась, сжирала себя чувством вины и удушающими мыслями лишь о нём. Сама уже не понимала, как выбраться из этого вязкого болота, которое затягивает меня с каждой минутой все больше и больше в беспросветное, топкое дно.

– Что? Не поехал бы?

Гордо вздернув подбородок спрашиваю, а сама замираю в ожидании, Герман лениво склоняет голову набок и томит меня в этом ожидании. Ну же... Скажи правду. Скажи что я больше ничего не значу в твоей жизни, давай! Оттолкни меня! Сделай так, чтобы я тебя ненавидела, а не сгорала от любви. Но он упорно молчит, сканируя меня синими как океан глазами.

– Сама как думаешь?

– Я тебя не просила, я просила Тима, так что, уж извини.

– Знаешь, а ты права, вот сиди и жди своего Тима, ну…. Или позвони своему женишку, уж невесте он в помощи не откажет, адьес.

Больше не говоря ни слова, он накинул на глаза темные очки, развернулся, дошел до своей машины, сел за руль и со всей дури дал по газам, скрываясь в поле моего зрения.

– Ну, молодец Уля, что тут скажешь..

Как полная идиотка все же решила вызвать эвакуатор, как сообщил диспетчер, время ожидания сейчас значительно увеличилось, ладно, подожду. Уже плевать. Зато спокойно и без нервов. Скрестив руки на груди, чуть опустила спинку кресла, устало накинула один наушник в ухо, включила небольшой монитор который был пристроен на панели и откинулась на спинку в ожидании помощи. Мне даже показалось что я знатно так приснула, иначе как объяснить тот факт, что я не услышала звук подъезжающей машины. Снова этот напряженный стук по стеклу. Медленно приоткрываю веки, и уже с полным спокойствием, глядя перед собой в лобовое, приспускаю окно.

– Ты же попрощался и вроде как уехал.

Не смотрю на него, вглядываюсь в высокие хвойные деревья, которыми буквально окружена пустая трасса. Выжидающе жду... Проходит секунда... Минута... Две..

– Значит, не уехал.

Говорит спокойным вроде голосом, а мне становится не по себе. Поворачиваюсь в его сторону, опустив голову, Герман наблюдал за мной исподлобья.

– Получается, ты меня не бросил?

Не бросил, не уехал, вернулся... Неужели я действительно ему нужна, сколько бы я его не прогоняла, сколько бы боли ему не причинила, он все терпит и прощает, не отворачивается от меня, рядом...

– Не бросил... Что у тебя случилось?

– Колесо стрельнуло.

Несмело пожимаю плечами.

– Тебе никто не говорил, что для таких случаев у нормальных людей есть запаска?

Цинично произносит и приподнимает уголок губ, не могу увести глаз с красивого лица. Его ухмылка всегда меня завораживала, очень красивый...

– Соболевская? Ты хоть иногда голову включаешь? Такси не могла взять? Обязательно самой нужно было за руль сесть, тем более после перелета?

– Нежели волнуешься? И вообще, откуда знаешь про перелет?

– Хм... Слушай блондиночка, не трудно сопоставить факты и понять откуда ты выехала на эту трассу, a второе, отвечать вопросом на вопрос, не всегда красиво.

Почему когда я смотрю на этого человека, мой мозг всегда отключается, или как объяснить тот факт, что я сама сейчас расплываясь в блаженной улыбке.

– Товарищ следователь, тот факт, что у меня светлый цвет волос, не значит что я идиотка, я прекрасно знаю про это чертово запасное колесо.

– Серьезно? Ну и где же оно тогда?

Довольно усмехается, упираясь руками о крышу машины.

– Дома выложила.

– Я так понимаю, если сейчас открыть твой багажник, там все будет завалено чемоданами? Да?

Экстрасенс блин! Ну конечно так и есть, откуда я знала что именно сегодня моё колесо решить устроить такую подлянку. Или же все-таки это судьба, сколько бы я не бежала от него, нас все равно кто-то свыше сталкивает лбами? Хотя, я никогда не верила в эти совпадения или же знаки судьбы.

– Ты зачем вообще вернулся? Устроить этот допрос?

– Вернулся... Вернулся свое забрать.

От наглости Геры я немного ошалела, он лупанул руками по крыше и стал обходить мою машину. Открыл пассажирскую дверь и дерзко уселся рядом. От этой близости сносит крышу. А потом и вовсе, внезапно, одним резким рывком, он перетаскивает меня на свои колени.

– Ты что творишь, дикарь?! Совсем что ли озверел?!

– И не говори что не скучала по мне.

– Представь себе.

Говорю совершено неубедительно. Неотрывно глядя друг на друга, я чувствовала кожей жар его тела, чувствовала его любовь и нежность... Герман мягко прикусил губу и медленно пробрался под мою юбку, а большим пальцем принялся ласково гладить внутреннюю часть бедра, при этом, похотливо разглядывая меня. Господи... Ну что же это такое?

– Только попробуй, только попробуй прикоснись ко мне!

Нахмурив свои брови я буравила его своим взглядом.

– Как скажешь, просто попробую..

Вкрадчиво хрипит и вдыхает запах моей шеи, а я теряю последнее самообладание, я точно понимаю что контролировать и держать себя в руках, невозможно рядом с этим мужчиной. Вот он... Мой такой необходимый глоток кислорода. Моё спасение... Мой смысл…. Я словно самый желанный цветок, распускалась в его объятиях.

– А знаешь?

Шумно выдыхаю и опускаю глаза на его чувственные губы, руки сами потянулись к его лицу, трепетно поглаживая его скулы, которые грезят меня сейчас поранить от такого напряжения. Как же я скучала всё-таки, мой родной…. Самый нежный... Любимый... И такой желанный...

– M?

– Пошло оно все к черту, Громов!

Я не могла больше сдерживать себя, взяла инициативу в свои руки и жадно впилась в его губы нежным поцелуем, а Герман незамедлительно ответил на мой поцелуй, дерзко углубляя его, наши языки переплетались в горячем поцелуе, а его руки уже были у меня на груди.

– Дикая..

Он нежно терзал пальцами мои возбужденные соски. При этом алчно наслаждаясь вкусом моих губ. С хриплым стоном он оторвался от меня, и медленно начал опускать руку ниже...

– Девочка моя... Такая вся чувствительная…. Нежная..

Его опасный взгляд заставляет меня полностью подчиниться его обжигающему желанию… Он по-хозяйски дотронулся до моих кружевных трусиков, вырывая из меня греховный стон удовольствия.

– Гер... Не останавливайся… Я не могу без тебя... Как оказалось, это невыносимо.

Хриплю от возбуждения и не узнаю своего голоса. Скучала... До одури скучала, и я знаю что это взаимно…. Я чувствую...

– Я тоже безумно скучал по тебе, моя бунтарка...

Сначала он нежно ласкал мой клитор, время от времени ускоряя ритм, а после вставил мне, сначала один палец, потом второй. Временами я прерывала поцелуй и постанывала, слушая его горячее от возбуждения дыхание, затем мы снова сливались в диком поцелуе.

– Aaax…

Я растегнула его штаны, вытащила уже возбужденный член и сразу занялась делом. Я взяла в рот головку и начала медленно двигаться, параллельно работая язычком, а потом медленно опустилась до самого конца, ускоряя ритм и при этом помогала рукой. Спустя несколько минут он утробно зарычал и кончил, а я послушно все проглотила.

– Дааа... Черт!

Не долго думая, мы пересели на заднее сидение, Герман нежно терзал мои губы, плавно спускаясь к шее, затем принялся целовать плечи, я жадно принялась стягивать с Германа куртку, после, стянула с него футболку, проведя пальчиком по его рельефной груди я сексуально прикусила свою нижнюю губу.

– Мой... Любимый мой… Прости меня за всё..

– Я тебя больше не отпущу! Ты моя! Слышишь?

– Не отпускай.

После чего я сама страстно поцеловала его, чувствовала как он был на грани возбуждения и не раздумывая, Герман уверенно вошёл в меня, я громко застонала, а затем начала двигаться ему навстречу.

– Дааа... Ммм... Уля!!!

Сначала я делала это медленно, при этом целуя его в губы, затем я ускорилась, а он страстно впился губами в мою шею, он умело чередовал нежные поцелуи и лёгкие укусы. Оставляя на тонкой кожи небольшие алые отметины. С каждым новым погружением я стала ускорять темп, Герман властно придерживал мою попку и приподнимал ее. Он страстно впивается в мой сосок и вожделенно принимается его посасывать, от чего я взрывалась в сладостной истоме и получала неимоверное удовольствие. Моя машина раскачивалась в такт нашим движениям, а меня это заводило еще больше... Движения ускорялись и буквально через пару толчков член Германа стал изливаться внутри меня, наполняя спермой и в этот же момент на меня нахлынул мой оргазм, от которого потемнело в глазах. Мой... Только с ним одним так хорошо... Прижавшись своими лбами друг к другу, мы просто молча сидели и переводили затрудненное дыхание.

– Ну, вот мы опять.

– Спасибо тебе, Тим...

Хищно ухмыльнувшись, Герман прохрипел в мои губы.

– Нам нельзя находиться вместе на одной территории, это опасно для окружающих.

– Уль, мы с Соней... Мы больше не в месте...

– Я не понимаю.

– Все ты понимаешь.

Резким взмахом руки, Герман игриво шлепнул меня по ягодице. Аккуратно приподнял меня и усадил рядом на сидение. Мой страстный зверь помог мне привести себя в порядок, а затем встал и пошел разбираться с колесом. Смотрю на себя в зеркало. Мать моя! Лицо все красное и с размазанной тушью. Быстро поправляю волосы, потекший макияж и пересаживаюсь за руль. По счастливой случайности, колесо Геры идеально подошло к моей машине, быстро справившись, мой мужчина уже стоял рядом со мной.

– Ты можешь ехать.

– Уже? Ты так быстро справился?

Удивленно интересуюсь.

– Обычно мне говорят по другому.

Нагло подмигивает, склоняется к моему приоткрытому окну и оставляет затяжной поцелуй на моих губах.

– Дурак ты Громов, а как же ты?

Шепчу в его губы, он хищно ухмыляется и немного отстраняется от меня.

– А я поеду на работу, я отъехал всего-то на пару часов.

– Значит, ты просто взял, сорвался, поехал на помощь совершенно незнакомому человеку?

– Да, я такой, молод, красив, одинок и очень скромен.

Невольно улыбаюсь. Смешной такой. Он открывает мою дверь и жестом указывает выйти, послушно выхожу, скрестив руки на груди, с легкой улыбкой снизу вверх наблюдаю за Германом, стоит, сунув руки в карманы своих джинс и ухмыляется не отрывая от меня своего взора голубых глаз.

– Да Гер, от скромности ты не умрешь.

На лице Германа в ответ на мои слова появляется его фирменная, очаровательная улыбка.

– У тебя очень красивая улыбка, даже трудно представить что вот это ангельское личико, когда-то засадило меня в обезьянник.

– Не понимаю, о чем ты?

Он нагло нависает надо мной, прижимая меня своим телом к холодному металлу, его крепкие руки моментально опускаются на мою талию, кожа уже плавится _под натиском его горячих ладоней, одна свободная рука Германа плавно скользнула к моей шее, ухватив мой затылок, он наклонился снова к моим губам. Ненасытный... Да и мне его чертовски мало, сама приникаю к нему, проводя носиком линию по его щеке.

– Приедешь ко мне сегодня вечером на ужин?

Я будто его ошарашила сейчас своими словами, он резко отстраняется от меня, но руки не убирает, аккуратно свободной рукой потянулся к моим волосам и осторожно убрал одну небольшую прядь выбившуюся из моей причёски, заправляя со всей любовью её за ушко.

– Ты приглашаешь меня на ужин? Это сон?

Опустив немного голову вниз я смущенно улыбнулась. Герман властно приподнимает мой подбородок, всматриваясь в мои глаза.

– Не прячь от меня свою улыбку…. Мне нравится когда ты улыбаешься...

Герман, шутливо щелкнул по моему носику, а затем уже с серьёзным лицом принялся своими пальцами чувствительно гладить по моей раскрасневшейся щечке, от таких прикосновений, я была уже полностью покрыта приятными мурашками.

– А родители не против будут что ты ужинаешь не с женихом?

– Гер, я все рассказала папе про тебя... Да он и сам все прекрасно понимает...

Даже тогда в участке, он наверняка все понял по нашему с тобой общению.

– Ну и как он отреагировал на не совсем обеспеченного, обычного мента?

– Гер, ты необычный.

Он слегка удивился от сказанных мною слов, но я сразу увидела огонёк который резко появился в его красивых глазах.

– Ну, раз ты так меня умоляешь...

– Ты приедешь?

Мне казалось что я даже дыхание задержала в ожидании ответа.

– Я приеду.

– Тогда, до вечера?

– До вечера.

Обхватив моё бледное лицо своими горячими ладонями, он осторожно чуть приблизился к моим приоткрытым, пухлым губам, нежно оставляя невесомый, но в тоже время очень нежный и настойчивый поцелуй.

– Обними меня.

Я вся дрожала, дрожала от удовольствия его прикосновений, я напросто была счастлива, здесь и сейчас, и плевать мне уже было, на его невесту, на Игоря. Хватит! Действительно уже хватит этих кошек-мышек. Мы заслуживаем счастья. Не хотела думать о чем либо кроме Германа, сейчас были только он и я... Поддавшись внезапному порыву, Герман крепко обнял меня за плечи и прижал к своей огромной, стальной груди.

– Не убегай больше от меня... Дай нам шанс... Дай нам шанс быть вместе...

Отстранившись от меня, Герман оставил легкий поцелуй на лобике, подмигнул мне и сел в свою машину, проезжая мимо меня он остановился.

– Что-то хочешь сказать?

– Эвакуатор отмени, шальная гонщица.

Говорит с откровенной издевкой.

– Спасибо тебе... За всё спасибо, Громов.

– Потом решим вопрос с твоей благодарностью...

Нагло накидывает на свои глаза темные очки, звучно сигналит мне, а потом срывается с места, оставляя за собой небольшой клубок пыли.

– Выпендрежник ты конечно ещё тот, Громов..