Текст книги "Людоеды (СИ)"

Автор книги: Cepгей Mиxoнoв

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 27 страниц)

«Это вы – здесь, а мы там – живём на широкую ногу! У нас там есть такие вещи, которые вам здесь показались бы диковинными штуками, сродни твоих нечеловеческих способностей нам!»

«Это какие же?»

«Например, машины. Представь себе нечто, что передвигается без тягловой силы животных своим ходом!»

«Посредством мысли?»

«Нет специального механизма, приводящего в движение машину! А летать на иных научились – покорили небо! И теперь стремимся выше в космос! На спутник высаживались, что у нас над головой!» – указал Мих на огромную луну.

«Так ить мы тоже умеем перемещаться в пространстве и времени!»

«Чего ты говоришь? Ка-а-ак?!»

«Как я тогда, когда отправила вожака иродов в пропасть, и объявилась здесь подле вас! А шибко здесь объявятся и…».

«Ты мне ничего о том не говорила, что рисковала собой из-за нас! Слышишь, Астра! Впредь я запрещаю тебе подвергать себя смертельной опасности ради кого бы то ни было – тем более из нас! Жизнь даётся один раз и надо прожить её так, чтобы потом…».

«Не было обидно за прожитые годы!» – докончила амазонка мысленный посыл за практикантропа.

«Всё верно! И всё равно…  Надеюсь ты понимаешь меня!»

«И да, и нет! Ты чудак, чужак! Мне до сих пор вас не понять! Как и то, почему оказались в нашем мире? Возможно, так решили духи, но ничего не сообщили ни мне, ни моим сёстрам! Они также удивлены вашим появлением здесь!»

«Ты говоришь про сестёр?!»

Мих оглянулся. Нигде никого похожего на амазонку не было замечено им.

«Я общалась с ними на расстоянии, как вы своими странными приборами!» – протянула амазонка мобильный телефон Беккера, обнаруженный ей ещё в пещере у людоедов. И находка – предмет обихода чужаков – заинтересовала её.

«Вот только здесь от мобилы толку не больше чем от булыжника! Поскольку находимся вне зоны доступа сети!»

Не тут-то было – телефон в руках амазонки активировался.

«Невероятно! Этого просто не может быть!»

Астра послужила источником передачи информации. Мих проверил свой – и также был включён. Восстановилась не только разряженная батарея аккумулятора, но и появилась сеть – его мобильник улавливал её. Вот только зона покрытия не определялась.

«Поболтаем, девчонки!» – озадачила Астра.

«Ты где этого нахваталась? У наших сокурсниц?» – несказанно обрадовался Мих.

«Ну…  – повинно подумала Астра. – Мне интересно было узнать, что они представляют собой, как вы – и вообще устроены меж вами взаимоотношения…».

«И чё, а скажешь мне?»

«Это маленькие женские секреты! И всё останется между нами, девочками! Мальчишкам не надо всего знать!» – не переставала Астра удивлять практикантропа. А тот в свою очередь её. У неё в руках зазвонил телефон, попутно вибрируя. Она в испуге поспешно избавилась от него, и даже хотела наступить разок сверху ногой.

«Не спеши с выводами! Он не опаснее паразита! А не кусается и не жалит! Да – электричество – опасная штука! Но тут вроде бы обошлось без него! Или ты умеешь вырабатывать его?»

«Любое теплокровное существо, за исключением иродов и троглодитов, но последним требуется кровь! Они без неё не могут долго находиться в нашем мире – каменеют!»

«Постой, так в той пещере, где мы столкнулись с тобой – точнее сначала со странным на вид существом, а затем ещё и иродом – было логовом троглодитов?»

«Да! Такие места у нас называются – гибь!»

«А у нас эти ваши троглодиты – в нашем мире – упырями и вампирами!»

Амазонка силилась донести до практикантропа кое-что ещё.

«Как их оживить? Они восстанавливают свои силы?»

«Это я и пыталась выяснить! Да пока что не постигла их сущность до конца! А вот тот ирод-шаман знал наверняка, но вы не дали мне возможности пообщаться с ним!»

«Ещё успеешь наговориться вдоволь с этими исчадиями!» – пообещал Мих.

Астра и без его подсказки нисколько не сомневалась в этом, и знала много больше, чем пока сообщила ему.

– Чем это они там занимаются? – заинтересовалась Ворона у Зуба относительно молчаливо уставившихся друг на друга амазонку и сокурсника, едущих на бронезавре верхом.

– Чем-чем…  – огрызнулся он. – Тем самым…

– Это чем же? А таким…

– Влюбляются один в другого! Неужели неясно?

– Чё, правда?

– Ну, ты, блин, одно слово – птица, Ворона! Как будто самой всё объяснять надо, а, разжевывая класть в рот! Так что потеряли вы, девки, одного из нас! А вас ща больше чем нас, мужиков! Кому-то достанется людоед в качестве мужика! Ха-ха…

– Дурак ты, Зуб! И шуточки у тебя такие же точно!

– Не скажи, Ворона! Если что, заделаюсь горемыкой…

– Кем-кем?

– Гаремщиком – заведу себе гарем…  горемык! Не всё же нашим девкам мыкаться! Ты как на это смотришь?

– На что?

– На меня!

– Чё с дурака взять…  – осадила Ворона Зуба.

– Потом не подваливай, когда прижмёт!

– А те уже ждём кое-что? Так потри руками! Чай не впервой!

Зуб заскрипел зубами. Это был облом. Но также отомстил.

– Лесбиянка!..

Воронович не стала молчать и отплатила аналогичной звонкой монетой, обозвав его геем, но в более грубой форме выражения на словах – не поскупившись на них в его адрес.

– Спасибо на добром слове, Ворона!

– Жри на здоровье, Зуб, да не обляпайся!

Умыла, так умыла. А всё равно, что вылила ушат – и не холодной воды на голову Зуба – помоев.

Но нет худа без добра. Практикантропы, как и дикари при них, уловили мелодию из забытой одними, а иными неведомой жизни чужаков.

В мобильнике у Беккера, выпавшего из рук Астры заиграла мелодия «7.40».

– Не понял шутки юмора!? – выдал Варвар. Его больше прельщали симфонии Шостаковича, кои использовали в своей идеологической пропаганде фашисты.

– Таки мине звонят! – прокричал Беккер на радостях.

Каково же было его разочарование, когда выяснилось: звонок исходил от одного из практикантропов, а он уже начал было жаловаться, не поглядев на чужой номер, что над ним вроде как подшутили. Он думал: ему из дома звонят, а, скорее всего обетованной родины. Да облом как в случае Зуба с Вороной.

– А здорово ты это придумал, Мих! Хи-хи…  – держался Зуб за бока – особенно в месте полученной им раны от вожака-ирода. Зажить – зажила, да, похоже, что не до конца – рана оказалась сколь серьёзной, столь и глубокой. – Даже мне бы такое в голову не взбрело! А как умудрился – научи!..

– Да это не я – мне Астра помогла…

– Типа подзарядка – ток из рук вышибает? Или молнии…  Хи-хи…

– Зуб…  прекрати! Сейчас же!..

– Да ладно те, дружище! Такое случается раз в жизни! Ой, не могу! Хи-хи…  – аж прослезился Зубченко.

Беккер от досады ударил мобильником оземь и добил ногой, только теперь уяснив: тумана под ногами не оказалась – земля была открыта – отчётливо виден мох с лишайниками.

– Выбрались…  – кинулся он на четвереньки и принялся биться лбом оземь – целовал.

– Чего это с ним? – заинтересовался Варвар.

– Да вот, Мих, доконал его – предателя! Ха-ха…  – всё ещё не мог остановиться Зуб. И вдруг умолк. Они находились на границе тумана.

Проклятая долина смерти осталось позади. Отныне им требовалось отыскать тропу, ведущую к собственному лагерю и…

А чё толком делать дальше не знали, и ещё сомневались. Без обсуждения тут никак не обойтись.

– Мих, – окликнули напарника разом Варвар с Зубом. – Дело есть! Не мешало бы кое-чего обмозговать! И с этим…

Они презрительно скосились на Беккера. Тот также пришёл в себя. И видели, что дикари поглядывают на него, как сами на амазонку. Он для них – мессия, а и сами стали защитниками людоедов. Что казалось кощунственным для них после того, чего устроили друг другу, пока их не стреножили ироды.

Совет оказался скоротечным. И так всем всё было очевидно: чужакам не выжить без дикарей, а и людоедам без практикантропов никуда. Тем более на этом настаивала ещё и амазонка, мысленно давая всем одну и ту же подсказку. Единственное, чего она не советовала делать – идти к полевому лагерю геодезистов. Но это с одной стороны, а с другой – там тоже остались люди. Да не успеют спасти их, только свои головы сложат.

Кто там орудовал у практикантропов, она не стала распространяться – могли хозяйничать как ироды, так и троглодиты при пробуждении. Если вспомнить зловещее знамение на небе с затмением на земле. А принимать бой на открытой местности с кем бы то ни было им не с руки. Да и ироды стремительно приближались в их направлении.

Глава 22

БОЙНЯ

«Мы поймали ирода! Можно мы его съедим?» сколько людоеда не корми – всё мало

– Сколько их? А осталось этих исчадий с тварями? – поинтересовался Мих у амазонки, чтобы все, кто находился рядом слышали это. Соответственно и Астра должна была продолжить общение аналогичным образом, пусть и мысленно – ей так проще, а собеседникам без разницы. – И как они далеко? У нас есть время, а шанс подготовиться надлежащим образом к их встрече здесь?

«Вижу всадника – одного…  – начала отвечать Астра по мере своих возможностей, получая извне доступную только ей информацию, и старалась не ошибаться. Сил пришлось потратить немало, но её усилия стоили того. – Ещё пеших иродов…  десяток…  Нет – два…  Чуть больше…».

Практикантропы испытали лёгкое разочарование. Хотя прекрасно понимали: за ними куда больше двинуло иродов, так что долина смерти взяла свою плату не только с исчадий, но и людоедов. У дикарей также имелись потери, а нынче в стане «союзников». И также лишились воинов, а и некоторых женщин со стариками. Старейшин практически не осталось. Да и толку от них в предстоящей битве, затеваемой практикантропы. Хотя ни одни руки лишними не будут. Ну и для массовости – устрашения противника – самое оно.

И снова амазонка озадачила их.

«С ними свора нагров, принадлежащая всаднику. И что-то около десятка тварей…».

– А цепных псов – сколько при них? – вставился Зуб, памятуя и про этих зверюг.

Астра немного промешкала, пытаясь обобщить их общее количество. Уточнила:

«Могу ошибаться, но где-то десятка три…».

– Итак, – продолжил обсуждение Мих на совете. – Мы имеем приблизительную численность противника, достигающую с тварями и иродами порядка шести с лишним десятков! Каковы же силы у нас?

Варвар в мгновение ока назвал точное число практикантропов.

– Нас – пятнадцать, но держать оружие и сражаться в бою сможет не больше половины! Там более, что два серьёзно ранены – Сосок и Борец!

Мих покосился на Астру. Та в ответ качнула отрицательно головой, поясняя: они не жильцы. И сколько им отпущено, а мучиться в этом мире – также не уведомила.

– Ладно…  – осознал Мих: силы несопоставимы даже с пешими иродами. Практикантропов в лучшем случае разве что хватит завалить всадника на ящере, ну и возможно побить свору луками в виду наличия почти десятка стрел. – А что дикари?

Он покосился на Беккера с Йоё. Бывший сокурсник уступил пальму первенства дикарю – тому, что предал его, уведя из-под носа дикарку. Да не собирался вспоминать былых обид, ибо пока сокурсники сами терпели его, не напоминая о том же…  до поры, до времени. Ссориться им сейчас не с руки. Всё-таки ироды продолжали неотступно следовать за ними повсюду.

Дикарь быстро уточнил, что из четырёх отрядов у людоедов способных держаться на ногах, а не факт оружие, осталось порядка трёх-четырёх десятков.

– Хм, знать по одному на цепную зверюгу…  – хмыкнул Зуб. – А кто пехоту иродов выкосит?

Покосился в надежде на Астру. Амазонка могла их взять на себя, но разве что отвлечь на какое-то время.

– Не проблема – будет потом – во время схватки, – напомнил Мих: чем сидеть, лучше действовать. А не мешало выбрать место для последней битвы с иродами и их тварями. И лучше бы встретить их не на открытой местности, а где-нибудь в зарослях и желательно дебрях. Тогда и детвора с бабами, а и студентки посодействуют им по мере своих сил в расправе над исчадиями. – Посадим их на деревья, а в руки дадим…

– Вот именно – чё?! – заинтересовался Варвар на пару с Зубом у него.

– Всё, что угодно, а чем наши женщины и любые способны метать в мужиков, когда им попадается кое-что под горячую руку! За оружие – и метательное – сойдёт всё без исключения – камни, дубинки, колья…

– Это понятно, Мих, а сами где встанем? Не за деревьями же?

Подсказала амазонка, указав им направление движения – повела.

– Куда это мы, а?! – поглядывали они в недоумении не столько на неё, сколько на напарника.

Им пришлось ломиться через заросли кустарника.

– А мне наша прогулка начинает нравиться, – оскалился самодовольно Зуб, намекая на то самое – хитро подмигнул.

– Глаз подобью, – выдал Мих.

– А я ещё и морду набью! – присовокупил Варвар.

Зуб и без того поплатился за свои слова, едва не провалился в расщелину глубокого оврага.

Затея амазонки понравилась практикантропам. Дикарь также был в восторге от её задумки. На иную сторону и перебрались союзники с превеликим трудом, не желая обходить стороной, дабы преследователи не думали избегать прямой стычки с ними, а точно продолжали бы идти по их следам. Ширина оврага впечатляла и составляла метра три-четыре, а в глубину чуть больше достигая пяти-шести. И заросли скрывали её – сразу и не определишь, даже в метре от обрыва, что впереди опасность.

Практикантропам с дикарями лишь осталось расположиться своими силами за оврагом, чем спешно и занялись, а затем, начертав на земле план карты, их вожаки засели за обсуждение плана боевых действий, быстро пришли к единому мнению, при этом немного поспорив и покричав, размахивая руками в воздухе. А когда успокоились, занялись последними приготовлениями к битве, подбирая всё, что могло послужить оружием им и дикарям, а заодно и женщинам.

Баклицкая на пару с Ёйо возглавила студенток и дикарок. Мужчины рассадили их всех на кронах деревьев, строго-настрого наказав раньше времени не высовываться – сигнала, который подадут им в ходе битвы практикантропы.

Дикари-воины и охотники примкнули к практикантропам – к двум из них – Зубу и Варвару – иные остались подле Миха с бронезавром, а меж ними расположилась Астра. И все стали дожидаться появления заклятого врага с замиранием сердец и затаённым дыханием, поглядывая туда, откуда пришли сами.

Ироды не торопились появляться, хотя некоторые из них со своими тварями и псами уже достигли края границы долины, дожидались общего сбора клана. Во-первых, им требовалась небольшая передышка перед новым марш-броском, а во-вторых – собраться с силами, поскольку враг доказал: вооружён и опасен. Недооценивать не стали. Наконец собрались.

Новоявленный вожак клана негодовал. Ему досталось жалкое отребье. Единственный всадник – он, а у него неполная свора, поредевшая на треть. Пехота уцелела только наполовину, и столько же псов при них.

Их и пустили ироды вперёд себя, не думая рычать и предупреждать убегающего противника о собственном приближении – стремились втихую застичь врасплох и всех перебить, поскольку передавить за неимением всадников – уже не получиться. Да и вообще придётся помучиться. Так просто чужаки с дикарями не сдадутся им, а уж на милость – и подавно. Заруба выйдет славная. Зато кто после из иродов выживет после неё, непременно пополнит ряды всадников клана. Новоявленному вожаку оставалось надеяться: потери составят в основной массе твари и зверюги при них. Но, помня, что у беглецов в наличии амазонка, усомнился в правильности сделанного выбора. Ему бы следовало повернуть остатки клана к логовам иных пещерных приматов-примитивов и разгромить там, добывая вожделенные трофеи, а не гоняться за достойным противником по неведомым землям для иродов. Того и гляди: сами сложат здесь свои головы, оказавшись оскальпированными черепами, нанизанными на колья в дальнейшем на всех тропах в качестве угрожающе-предупреждающих знаков: иродам здесь нечего ловить, кроме собственной смерти.

Да поздно отступать – выбор сделан – жребий как водится брошен. В противном случае его клан перейдёт в подчинение более сильному.

Тщеславие и жадность иродов была безгранична, поэтому они всегда руководствовались только собственной выгодой. И пока набеги приносили им хорошие трофеи с минимальными потерями, ходили в них, да нашла коса на камень. Не один клан подвергся ожесточённому сопротивлению – и не дикарей, исчезая бесследно в местах обозначенных как «гибь». Так что данному отряду иродов ещё несказанно повезло. Для них ещё ничего не было потеряны, и они до сих пор сохраняли собственные силы, и пускай не такие большие, как прежде, но даже с ними приходилось считаться не только беглецам, а и амазонке.

Она напряглась, просматривая пространство за холмами. Наконец-то утвердительно кивнула на пытливо-вопросительный взгляд одного из практикантропов, восседавшего верхом на бронезавре.

Он взмахнул рукой с костяным мечом, подавая сигнал о скором появлении иродов. Однако спустя какой-то продолжительный промежуток, в округе и дальше царила гробовая тишина, пока до слуха людей отголосками эха не долетели отзвуки отдалённых шорохов. И шум нарастал с каждым новым мигом, а и шагом тех, кто подбирался к ним.

Разномастной толпе народа сразу стало очевидно: это втихую к ним крадутся ироды, стараясь не обозначать себя для людей боевыми кличами-рыками. Даже их твари с псами молчали и не рычали, в том числе и про себя – ступали, выверяя каждый шаг – крались, прижимаясь как можно ближе к земле, едва ли не ползли на брюхе.

– Хм…  – хмыкнул Зуб про себя и узрел перед носом кулак Варвара.

Говорить запрещалось даже им, но это ни значит не обнаруживать себя для противника. Ироды давно заприметили их – глаза исчадий были зоркими как у хищных зверюг. А и полагаясь на нюх. От дикарей разило едва ли не за версту, да и практикантропы являлись заметными фигурами среди не таких уж плотных зарослей кустарниковой растительности. А уж не приметить громадину и на нём одного из них – надо быть полным слепцом.

Да неожиданно перед ними, сотрясая оружием – дубинами – объявились дикари. Что-то около десятка. И метнули камни, провоцируя свирепую живность иродов на атаку.

Всадник подал сигнал пехоте, и та ринулась с рычащим гиканьем вперёд на отряд дикарей. Уловив сигнал к атаке, цепные твари сорвались с места в карьер и…  первые из них особи и полетели в обрыв, падая на дно оврага, а сверху на них камни и не от одного десятка дикарей, а разом трёх или даже четырёх, коими руководила искушённая парочка чужаков.

Зато иные псы уже знали: впереди в земле провал, сумели перемахнуть через него, да толку – напоролись на стену частокола – кольев выставленных дикарями.

Людоеды обрадовались – мало того, что они поквитались с иродами, расправившись с их цепными зверюгами, так ещё и надеялись полакомиться в будущем их мясом. Поскольку колья с псами напоминали шампура с кабанами. Побежали от края оврага, заманивая за собой пеших иродов, но за ними вдогонку кинулся всадник, спустив свору нагров.

Вмешалась Астра, обрушив порыв сильного ветра, поднимающего с земли весь сор, скрывая им видимость противнику. Да где там – и толку – всадник не пехота, пусть и нагры замешкались, перебираясь через овраг, а оттуда уже выползали выжившие цепные псы.

Не все дикари успели забежать за амазонку, а и за практикантропа на бронезавре. Всадник нагнал отставших, принявшись давить ящером. Последовал прыжок и под костистыми стопами раптора оказался один из людоедов. Молниеносная атака челюстями ящера и…  разорвал дикаря пополам, отшвырнув окровавленный обрубок тела в сторону, а головой захрустел, и не думая делиться ей в будущем с наездником.

Ирод погнал ящера дальше, также успел отличиться, проламывая бивнем череп иному дикарю. Уже мчался на амазонку, да та укрылась от него за вращающейся воронкой сора. Отскочил, и даже мимо практикантропа на бронезавре проскочил, понимая: сталкиваться ему с ним в одиночку не с руки, а вот давить дикарей – самое оно сейчас для него. Пускай с теми, кто из чужаков остался за хвостом у его ящера, разбираются пешие ироды.

Он в одиночку покрошил что-то около десятка людоедов, пока они укрылись в дебрях, прыгая на деревья. Повернул вспять. Вот тут в него и полетели камни и дубинки с кольями. В дело вступили – и раньше времени – женщины.

Но видеть этого практикантропы не могли, они ждали встречи с пешими иродами, отступали неспешно туда, где путь к планомерному отступлению им преградил ирод-всадник, призывая свору нагров.

Практикантропы оказались отрезаны от дебрей. И ироды практически не пострадали. В основном их цепные зверюги – и выбили дикари не более двух десятков. Ещё один кружил подле них на ящере, а они отмахивались от них кольями, грозя пешим иродам топорами.

– Во попали! – негодовал Зуб.

Стрелы, предназначавшиеся иродам, пришлось тратить на нагров. И то побили не всех, скорее разогнали, ранив всего-то половину.

– Где Астра? – потерял её из виду Варвар.

А и Мих. Она скрылась, укрывшись волной сора поднятого в воздух, казалось: растворилась – иродам, как тогда у обрыва в долине. Да были научены горьким опытом – не полезли на верную погибель через кусты, огибая овраг стороной, оставив у себя за спиной.

– Это шанс – если сумеем опрокинуть их туда…

– Ты явно не в себе, Мих…  Хи-хи…  – дико заржал Зуб, не в силах сдержать эмоции рвущиеся из него наружу.

– М-да, хреновый у нас план оказался! – согласился Варвар. – Одного не учли – всадника!

– Отвлеките его, пока я буду заниматься пехотой!

– Мих! Миха! Михей…

Зубу его не сдержать ни то что на словах, но и силой. Напарник погнал бронезавра прямо на смыкающихся в боевом построении двух десятков иродов напротив оврага.

Это была главная их ошибка, а казалось ещё и практикантропам. Ну, столкнёт их лидер часть из иродов, так ведь и сам полетит с ними на дно оврага.

Никто из практикантропов не мог смотреть на то, что там сейчас произошло, потупили на мгновение взоры в землю. И тут же среагировали на приближающиеся зловещие рыки.

– Нагры-ы-ы…  – проревел Зуб. Он приберёг одну стрелу – на всякий случай – и не для себя. Всё-таки не патрон, и лук не пистолет – не застрелиться при всём желании. А желание было у него одно – поразить и не только воображение, но и самого всадника-ирода. Подпускал того, как можно ближе к себе, опасаясь дать маху. Спустил наконец-то тетиву, провожая взглядом стрелу. – Ну-у-у…  Ух…

Сил в выстрел вложил немало, а уже умел бить более или менее пристойно из лука на близком расстоянии. И промахнуться во всадника на ящере сложней, чем попасть. А тут эта пасть. Стрелой и подавился раптор.

Ящер оступился и стал заваливаться, теряя телом равновесие. Поведение скакуна озадачило наездника, ирод еле успел с него соскочить, перед тем, как тот зарылся всей массой тела, взрывая мох с лишайниками, рухнув вблизи от толпы практикантропов. Те кинулись как ошалелые на него и добили, орудуя топорами – отрубили голову.

Главный противник был повержен – всадник превратился в такого же пешего воина, как и иные ироды в его клане. И таковых осталось стоять на ногах вблизи оврага не больше десятка. Иной десяток оказался сметён практикантропом на бронезавре, подминая их даже на дне под себя. А тут ещё на них грозились обрушиться пешие практикантропы. Да дожидаться возмездия ироды не стали – они впервые дрогнули, испытав природное чувство страха. Враг оказался им не по зубам, и надавал всему клану по клыкам.

Побросав цепных зверюг, ироды спешно покидали поле битвы. Завыв, псы сами бросились без оглядки, куда глаза глядят, и только бывший всадник остался на поле битвы с горсткой нагров, окружив ими себя, грозно рычал, размахивая бивнем над головой.

– Этот ирод мой! И только! – предупредил Варвар Зуба. – Ты своего упустил!

– Не глупи – те в одиночку его не завалить!

Да где там – практикантропов опередили – и кто бы мог подумать из них, а и дикари, что на это сподобятся женщины – студентки с дикарками во главе с Баклицкой, а при поддержке Ёйо и Вороны.

Нагры дрогнули, поджимая хвосты, заскулили, прижимаясь к нижним конечностям ирода. Тот метнул боло, свалив одну из дикарок, а затем сеть, валя ещё пару студенток, но ту дылду, что мчалась на него прямиком, так и не смог повалить, даже завалить при рукопашной стыке, зато она его своей оглоблей с первого же удара, и старалась добить, да девицы…  едва оттащили её от него, и также накинулись следом на ирода.

– Звиздец! – осознал Зуб: терь им требуется ещё спасать ирода от сокурсниц с дикарками, иначе они разорвут его на части, как он ящером растерзал почти десяток людоедов. – Наш выход, Варвар…

Если б не они, ироду бы оторвали голову, а так лишь избили, выбив клыки, пару из которых торчали обломками.

– … здюк…  – уловил краем уха на слух Зуб, держа в руках Дину Полторак.

– Чё ты там сказала, а? Кто он – здюк?!

Дина повторила и несколько иначе, добавив впереди математический знак «пи».

– А…  так бы сразу и сказала!..

– Короче, – выдал Варвар. – Этот… здюк – пленник! И нужен нам живым!

– Это мы его поймали! Можно мы его съедим? – выдала Ёйо на нормальном человеческом языке.

Как и когда она освоила его, а в её случае явно без вмешательства амазонки не обошлось.

– Блин, эти ещё…  и достали! – вспылил Зуб. – Одно слово – людоеды!

– Мих! Где он? – напомнила Ворона. – Проворонили-и-и…

Все кинулись в едином порыве к оврагу, застыв на краю обрыва. Разглядеть его там, среди тел иродов, сразу не удалось, и даже спустившись, едва откопали под ними.

Астра первой прильнула к нему. У неё по лицу катили слёзы. Одна такая упала практикантропу-погонщику на уста, и он зашевелили ими.

– Ещё-о-о…  – из груди вырвался стон. – Воды-ы-ы…

– Живой, бродяга…  – мгновенно повеселел Зуб.

– Ах ты ж…  – толкнул его по-дружески в плечо Варвар.

– Больно-о-о…

– Всё-всё…  – отнял руки Ясюлюнец, не мешая и амазонке ухаживать за ним.

– Кто-о-о…  и-и-и…  кого-о-о…

– Мы – иродов, Мих! Ты молодчина! И если бы не ты, а уж Баки…  – затарахтел Зуб. – Одно слово – Танк! Чтоб мы делали без наших девок! А и дикарки не уступили дикарям! Кстати, у нас есть пленный ирод – Здюк!

– Кто-о-о…

– Всадника помнишь?

– Ну-у-у…

– Я завалил его ящера, а Танк самого оглоблей по кумпалу. Ну и девки конечно немного добавили – помяли. Так что он выглядит, прям как ты…

– Жить будет? – перебил Варвар Зуба – и пока на словах, обращаясь к Астре.

Та посветлела в лице. Это и был её ответ.

– А бронезавр-р-р…  Что с ни-и-им…

– Нашёл о ком беспокоиться, Мих…  Хи-хи…  Да ему, как кое-кому ещё – сотрясение мозга не грозит! Голова – она же кость – и по определению болеть не может! У самого-то есть мозг?

Мих пытался засмеяться, но вместо этого тихо простонал. Похоже, что он ещё успел после столкновения на краю оврага с иродами столкнуться с ними в очередной схватке на дне. Так как его костяной меч нашли торчащим в теле пешего исчадия – практикантроп проткнул его в нутро, пробив кожаные доспехи с металлическими заклёпками.

– Только гляньте – у них металл! Они умеют выплавлять его! Соответственно добывать! Живут в железном веке, а мы здесь в костяном!? – выдал Варвар.

Это был шок. И пережить удалось. При том при всём, что практикантропы понимали: те, кто из пеших иродов бежал с поля боя от них – вернуться к своим, и нового более кровавого набега не избежать. Тогда иродов уже никто и ничто не остановит – даже Астра со своими сёстрами-амазонками и подвластной им магией всех стихий.

Но когда это ещё случиться – не сегодня же, и явно не в этот набег. Практикантропы сами будут готовиться к очередному, а им…  требуется возвращаться в лагерь и в свою очередь также приготовиться к новой битве с иродами. Да и что-то надо было решать с дикарями. А те ещё людоеды. Но идти туда амазонка по-прежнему никому не советовала.

«Гибь там…». – а больше и пояснять ничего никому не стала. Дикарям и так понятно, а вот практикантропам отныне всё до того места. Им казалось: они способны горы свернуть.

– Придётся на месте лагеря построить крепость вместо забора…  – заявил Варвар.

Зуб согласился. А Мих так и вовсе давно этим грезил. И причалом у реки. Водные просторы со своими дарами и островами привлекали его больше всего. И там им было бы в разы легче отражать нападки иродов. Во всяком случае, уходить на острова во время набегов исчадий по диким краям людоедов.

Но прежде с этими, что присоединились к ним, следовало ужиться и обо всём заранее договориться.

Новый совет выявил: отныне дикари глядели на всех чужаков без исключения – даже их женщин – как на своих защитников ниспосланных им свыше духами-покровителями. Готовы были молиться, а пали ниц все как один по одному жесту Йоё – дикари, а дикарки с подачи Ёйо.

К концу совета Мих более или менее пришёл в себя. Оклематься ему помогла Астра, а вот на Борца с Соском без слёз и не взглянешь. Их и лили студентки, понимая, что теперь на них ложиться весь груз ответственности, а и дальше придётся браться за оружие. Да не раз – и сражаться с чудовищными порождениями данного жестокого мира.

– Да они сами как амазонки…  – отметил Андрталец.

– Ещё бы вооружить достойно, – согласился Варвар. – И лучше луками!

Он видел их лучницами. Этакими прирождёнными эльфийками. Да мечты…  А куда без них. Но реальность оказалась суровей. А будни кровавыми.

Если бы не тяжёлораненые практикантропы, «союзники» непременно бы выдвинулись к геодезическому лагерю с бараками ближе к ночи, а так решили заночевать вблизи дебрей, не опасаясь нападок не то что иродов, но и местного зверья. Одно присутствие Астры должно было отпугивать их, да и костёр. А зажгли не один – и все вокруг себя, а сами расположились внутри.

Потянуло жарким. Цепные псы иродов на запах оказались вполне съедобными, такими же и на вкус.

Никто из «союзников» не озаботился участью пленника. Здюка связали по конечностям и сунули в пасть кляп, дабы не рычал и не призывал своих сородичей. Те могли далеко не уйти, и больше того – попытаться отбить его у них с наступлением сумерек.

Йоё с охотниками из числа следопытов побродил по округе, читая следы, выяснил: вряд ли вернуться, но кто знает этих иродов, и на что они способны. А стоило бы допросить пленного. Даже можно было пообщаться, не вынимая кляпа из пасти исчадия при содействии со стороны Астры.

Сей мысленный посыл и уловила она от того, кто был дороже ей собственной жизни.

«Тебе нельзя напрягаться лишний раз! Ты должен отдыхать и набираться сил!» – запретила она, и думать Михею о том, о чём именно он просил её.

– Ну, началось…  – уяснил Зуб. – Опять эти ваши сеансы гипноза! Сведёте меня ими с ума! И ладно меня, так ещё Варвара! Тогда что делать станем, а такое творить…

Ему перекрыли канал связи, а заодно и дара речи лишили. Зуб замычал как бык и…  махнул с досады рукой. И его сменил Йоё, принявшись тыкать в Здюка дубинкой и что-то тарахтеть на дикарском наречии людоеда.

Мих хитро подмигнул Астре, и та с большими потугами уступила ему.

«Если тебе интересно, ирод…  – заявила амазонка мысленно пленнику, – то сейчас решается твоя судьба, а незавидная, как и участь! Дикарь, он же людоед, что для тебя не секрет – требует отдать им! А сам понимаешь, чем это чревато! Вот и интересуется в гастрономических целях – ты съедобный, да?»