Текст книги "Связь, которая горит (ЛП)"

Автор книги: Брайер Болейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 28 страниц)

Я рухнул вперед, тяжело дыша и дрожа. Я оглянулся. Крылья. Темные, багровые, скользкие от крови, раскрывающиеся у меня за спиной, как какой-то уродливый цветок.

Я поймал выражение лица Виктора. Триумф и благоговение. Он купался в этом. Моя агония была его победой.

Так ли это было с моим отцом? В какой момент он положил этому конец? Действительно ли трансформация убила его? Или он напал на Виктора и потерпел неудачу? Был унижен как монстр, животное?

– Крупнее, – пробормотал Виктор почти благоговейно. – Сильнее. Возможно, этот выживет.

Я ударил кулаками по земле, услышав, как под ними хрустнул камень. Мое тело снова содрогнулось. Я почувствовал, как челюсть удлинилась, зубы заострились, руки превратились в когти.

Внезапно комната показалась мне невероятно маленькой.

Воздух сдавливал мне грудь. В промежутках между приступами боли я чувствовал панику. Стены сомкнулись, когда мое тело изогнулось и растянулось. Мои кости затрещали, как гром, смещаясь и меняя форму. Огонь в крови разгорелся еще жарче.

Но потом… агония начала отступать. Боль отступила. На смену ей пришло кое-что другое – сила. Могущество. Возможность.

Я рос. Всё больше и больше. Мои крылья раскрылись с громким кожистым хлопком.

Что-то происходило с лицом Виктора, пока он наблюдал. Оно тоже преображалось. Нетерпеливое предвкушение перерастало в нечто такое, чего я никогда раньше у него не видел.

Ужас. Страх.

Он отшатнулся к своему столу, его бравада растаяла.

– Стража! – Он поднял руку, указывая на меня, кем бы я ни был. – Мы ждали достаточно долго. Уничтожьте это существо. Сейчас же!

Стражников не пришлось просить дважды. Они бросились на меня. Клинок первого стражника сверкнул, когда он занес его. Я взмахнул массивной лапой. Мужчина пролетел через комнату и с отвратительным хрустом врезался в дальнюю стену.

Другой бросился на меня сбоку. Мой хвост хлестнул его, и он растянулся на земле, как сломанная игрушка.

Они всё приближались, и я реагировал так же быстро, как и они. Я больше не был человеком. Больше не Высокородный. Больше не поддающийся разрушению.

Их оружие скользило по моей чешуе. Одного за другим я прорывал их ряды, разрывая и кромсая.

Бойня не требовала усилий. Более того, я жаждал ее. Я наслаждался ею. Было приятно смотреть на кровь. Брызги разлетались по стенам, растекались по полу. Огонь внутри меня разгорелся, и я позволил ему взреветь так громко, что Черная Крепость, казалось, задрожала.

– Стой! – Виктор закричал. Он выглядел таким маленьким, стоя подо мной. Как я мог его бояться? – Блейк, послушай меня!

Я медленно повернулся, мое массивное тело возвышалось над ним. Жар моего дыхания запарил воздух между нами.

– Подумай о том, что ты делаешь! Вспомни, кто ты! – Голос Виктора был слабым, надтреснутым от паники. Я никогда раньше не видел его таким. И все же я всегда знал, что это тот, кем он был на самом деле. – Контролируй себя. Контролируй свои страхи. Ты не обязан этого делать. Я могу дать тебе всё. Всё, что ты захочешь. Всадница? Ты хочешь ее? Она твоя. Навсегда.

Она уже была моей. Навсегда. Ничто не отнимет ее у меня. Даже сквозь пелену пламени и крови я знал это.

Наша кровь была связана.

Но как только она увидит, что ее кровь сделала со мной? Что она сделает тогда?

Я вздрогнул и снова заревел. Я наблюдал, как мой дядя прижался спиной к стене.

– Блейк, ты выше этого. Ты лучший человек. Я всегда это знал. Я сделаю тебя своим наследником, – лепетал мой дядя. – Всё, что я построил, когда-нибудь будет твоим. Marcus – твой брат поклонится тебе в ноги. Только подумай об этом!

Всё, о чем я мог думать – это о том, насколько он был похож на добычу. И о том, как хрустели и ломались бы его кости, когда его кровь наполняла бы мой рот.

Но что-то во мне сдерживалось. Я не хотел, чтобы вкус Виктора Дракхэрроу застрял у меня в горле. Прилипал к языку, как яд.

Мое зрение подернулось красным. Невежели мой дядя видел мир таким? Сквозь призму крови? Сейчас он выглядел таким хрупким. Он был просто человеком. Человеком, который контролировал мою жизнь. Уничтожал меня, гнул, ломал так, как я до сих пор даже не осознавал.

Сейчас? Не осталось ничего от того, что он создал.

Огонь в моей крови требовал выхода. Странное ощущение поднималось в груди. Скручивание и жжение. Живой ад. У меня болело горло. Я подавился, когда жар по спирали поднялся вверх.

Я подумал о Никсарисе. О разрушительной красоте, которую высвобождало его пламя.

Мой рот открылся. Лицо Виктора изменилось. Его внешнее спокойствие дало трещину, уступив место явной панике.

Он закрыл лицо руками, в его голосе слышалось отчаяние и хрипота раболепия. Но раболепие не действовало на драконов.

– Блейк! Остановись! Я нужен тебе. Подумай о том, что ты делаешь. Ты лучше этого. Не позволяй зверю управлять тобой.

Но я не стал лучше. Больше нет. Разве не таким он хотел меня видеть?

Я двинулся вперед, с каждым выдохом из моей пасти вылетали угольки.

На этот раз Виктор Дракхэрроу выглядел именно так, как и должен был выглядеть с самого начала: маленьким, слабым и донельзя напуганным.

Он управлял мной с помощью страха. Теперь этот страх исчез.

Огонь разгорелся. И я позволил ему разгореться.

ГЛАВА 41 – МЕДРА

Я вошла во Двор Дракона, набрасывая плащ на плечи, его края задевали подол черно-золотого платья под ним. Кулон Блейка лежал у моей ключицы. Я осторожно коснулась его пальцем. Внезапно он стал тяжелее. Все, чего он хотел, – это поговорить с Никсарисом. Так почему же у меня было такое плохое предчувствие по этому поводу? Земля под ногами была ледяной. На камнях блестел иней, сияющий, как звездное поле.

Я избегала внутреннего двора с момента пробуждения Никсариса в прошлом году. Большая часть завалов, оставшихся после его драматического возрождения, была убрана. На месте, где он когда-то более века стоял каменной статуей, не было возведено ничего, что могло бы заменить ее. Вместо этого его собратья остались без него. Три огромных каменных дракона, застывших во времени.

Раньше я смотрела на них как на прекрасные произведения искусства, благоговея перед мастерством, которое было вложено в их создание. Теперь я знала правду. Не искусство, а какая-то темная магия осквернила драконов, удерживая их в ужасном плену, который вытравил из них память, если не саму душу.

Мой взгляд остановился на первом драконе, которого я увидела. Вораго, красный Инферни из Дома Дракхэрроу. Поверхность дракона, вырезанного из красного песчаника, была грубой. Глаза Вораго, казалось, горели даже сейчас, а раздувшиеся ноздри отражали неподвластное времени выражение страсти и ярости.

Я обратила свое внимание на золотого дракона Молиндру, Луминтара Дома Орфос. Родригес сказал, что это был дракон, которого он разбудил бы, будь у него выбор. Прожилки золотистого мрамора, которые бежали по каменной поверхности Молиндры, казалось, заставляли ее мерцать. Ее царственное лицо смотрело на меня сверху вниз, ноздри изящно раздувались, а рот изогнулся в том, что некоторые могли бы назвать улыбкой.

Наконец, мой взгляд упал на Алабри, сильврейнского дракона из Дома Мортис. Выражение лица белого дракона было безмятежным. И все же что-то в этом покое было тревожным. Дракону со льдом в дыхании и битвой в крови не место выглядеть таким спокойным.

Я подняла глаза, когда по ночному небу прокатился раскатистый грохот. Никсарис. Он появился на звездном фоне, широко расправив темные крылья. Устремившись вниз, он приземлился с оглушительным грохотом, его когти заскрежетали по скользким от инея камням.

«Вот и я, – негодование в его голосе было ощутимым. – Зачем вы позвали меня сюда?»

– Я же говорила тебе. Это не моя идея, а Блейка. Он должен тебе что-то сказать. Он сказал, что это важно.

Никсарис оглянулся на меня, его золотые глаза сузились: «Я этому не верю. В воздухе разит обманом».

– Ну, а я ему верю, – твердо сказала я. Точнее, доверяю ему.

Я подумала о том, что Блейк сказал о желании извиниться перед Никсарисом. Было ли совершенно наивно думать, что они могут начать все сначала? Не то чтобы Никсарис планировал надолго остаться в моей жизни, не говоря уже о жизни Блейка.

Звуки приближающихся шагов заставили нас обоих повернуть головы в сторону дальнего входа в галерею.

Никсарис ощетинился: «Если это ловушка, знай, что я так легко не попадусь».

– Это не так, – горячо возразила я. – Я бы никогда так с тобой не поступила. Конечно, ты знаешь меня лучше, чем…

Я резко остановилась. Потому что из тени вышел не Блейк. Вместо этого вперед вышел профессор Родригес, за ним последовал Каге Танака. У обоих мужчин были арбалеты.

У меня внутри все сжалось.

– Родригес? Кейдж? Какого черта вы здесь делаете?

– Медра, – сказал Родригес твердым голосом. – Отойди от дракона.

Я осталась точно там, где стояла:

– Что вы здесь делаете? Почему вы держите оружие?

Никсарис зарычал, звук завибрировал в воздухе. Но Родригес даже не вздрогнул.

«Если они думают причинить мне вред этими жалкими инструментами, они будут разочарованы, – сказал Никсарис почти скучающим тоном. – Их стрелы разобьются о мою чешую».

Это заставило меня почувствовать себя немного лучше. Но ненамного. «Ты уверен?»

«Я не птенец, бескрылая. Моя шкура выдерживала более серьезные угрозы, чем эти».

– Медра, – заговорил Кейдж. – Уйди. Ты не понимаешь. То, что мы делаем, необходимо. Мы здесь не для того, чтобы причинить тебе вред. Мы защищаем тебя.

«Необходимо… Слово, которое я слышал раньше. Обычно предшествующее предательству», – пробормотал Никсарис.

– Мне не нужна твоя защита. И, думаю, я многое понимаю, – отрезала я. – Вы угрожаете Никсарису.

«Сейчас я уничтожу их обоих, – сказал Никсарис почти лениво. – Ты должна уйти с пути пламени».

Ситуация быстро выходила из-под контроля.

– Мы спасаем тебя, – твердо сказал Родригес, поднимая арбалет. – Спасаем всех нас.

Никсарис пошевелился у меня за спиной. Его крылья раскрылись: «Если вы не хотите, чтобы вас уничтожили, тогда я уйду».

Это показалось мне гораздо лучшей идеей. Я не могла поверить, что он предоставил мне выбор. Потом я подумала о статуях. Возможно, он не хотел рисковать, уничтожая их.

«Да, пожалуйста, уходи. Они идиоты. Я разберусь с ними», – сказала я с облегчением.

«Единственная причина, по которой я не уничтожаю их сейчас, – это из уважения к вам. Если я увижу кого-нибудь из них снова, они будут едой, а не мужчинами».

«Я понимаю. Это невероятно любезно и больше, чем они заслуживают», – поспешно ответила я.

– Кейдж, – рявкнул Родригес. – Сейчас!

Кейдж сделал выпад – не в сторону Никсариса, как я ожидала, а в мою сторону. Я была так потрясена, что повернулась слишком поздно. Мои кулаки взлетели в воздух, но он поймал мое запястье в середине удара. Я изогнулась, плащ запутался, когда я попыталась ударить, но хватка Кейджа была непреклонной. Он схватил меня за другую руку, заломив ее мне за спину.

– Отпусти меня! – закричала я, отбиваясь от него. – Ты ублюдок! Отпусти меня!

Взревел Никсарис, его массивное тело подалось вперед: «Я передумал».

– Никсарис! – закричала я. – Нет! Убирайся отсюда!

Родригес поднял свой арбалет.

«Пусть летят их жалкие стрелы, – Никсарис грохотал в моей голове. – Я раздавлю…»

Звон тетивы заставил его замолчать. Стрела полетела точно в цель. Я ждала, что она отскочит от чеши черного дракона и упадет на землю. Но вместо этого стрела ударила Никсариса чуть ниже плеча, с ужасающей легкостью пробив чешую. Его гневный рев внезапно перешел в крик боли.

– Нет! – закричала я, сильнее отбиваясь от Кейджа.

Никсарис слегка пошатнулся вперед, и я издала крик ярости при виде его в таком состоянии – ошеломленного и страдающего, с золотыми глазами, полными шока. Затем в него попала вторая стрела. Она вошла ниже, глубоко в бок.

«Как? – его голос дрожал в моей голове. – Их оружие не должно…»

Слезы текли по моему лицу.

– Что вы делаете? – закричала я. – Какого черта ты делаешь, Родригес? Зачем ты это делаешь? Я никогда не прощу тебя! Никогда!

Родригес шагнул вперед, глядя на меня с сочувствием в глазах. Я ненавидела его за это. Он указал на арбалет:

– Это не просто оружие. Можешь передать это Никсарису, он, вероятно, в замешательстве. Стрелы были покрыты алхимическим составом, предназначенным для проникновения сквозь шкуру дракона. Реликвия моего ордена.

– Какого еще гребаного ордена? – вспыхнула я. – О чем ты говоришь?

Никсарис зарычал, но его голос прозвучал слабее, чем раньше. Его массивное тело дрожало: «Страж Углей… Охотники на драконов».

Родригес опустился на колени рядом с Никсарисом, выдергивая нижний болт. Кровь полилась на мерзлую землю, темная и дымящаяся. Слезы застилали мне зрение, пока я смотрела.

– Ты убиваешь его! – закричала я.

– Мы не убиваем его, – спокойно ответил Родригес. – Но нам нужна его кровь.

– Зачем? – спросила я. – Какого черта ты творишь, Родригес? Что бы это ни было, это неправильно! Не нужно быть гением, чтобы понять это!

– Неправильно? – Родригес встал, его глаза горели. – Я никогда в жизни не делал ничего более правильного. Это единственный способ защитить тебя. Защитить всю Санграту. От него. – Он указал на Никсариса.

– Он не причинил вреда Санграте! – воскликнула я. – Он никому не причинил вреда! Кроме Высокородных, конечно. Я думала, ты будешь только рад этому. – Я уставилась на болт в руке Родригеса. – Что ты собираешься делать с кровью?

– Использовать ее, чтобы превратить его в камень, – сказал Родригес.

– Нет! – Я отчаянно замотала головой. – Ты не можешь этого сделать! Его пытали достаточно долго!

Мой взгляд приковался к золотистым глазам Никсариса, в них была очевидна его боль. На этот раз у дракона не было остроумных замечаний. Ни одного едкого слова. Его морда выглядела почти смиренной.

– Этого не может быть… – Всё это время я боролась с Кейджем, пытаясь высвободить руки.

Его хватка на моих запястьях болезненно усилилась:

– Медра, остановись. Пожалуйста. Ты только всё усложняешь.

– Иди нахуй, Танака! – я изо всех сил пнула его в голень.

Но Кейдж даже не дрогнул. Он был силен. Так же силен, как Блейк. Это не было похоже на противостояние с Риган или Куинн. Так же, как и Блейк, он был сложен по-другому – впечатляюще, почти устрашающе.

– Никсарис представляет угрозу для рожденных мором, Пендрагон, – отрезал Родригес. – Если он останется жив, хрупкое равновесие, которое мы поддерживали столетие, рухнет. Ты знаешь, что тогда произойдет? Война. Хаос. Потери жизней будут огромными. Ты не хочешь, чтобы я это делал? Но какая альтернатива? Позволить Высокородной душе соединиться с тобой? Ты этого хочешь?

– Нет, – выдохнула я, все еще извиваясь в хватке Кейджа. – Но не это. То, что ты предлагаешь – зло, Родригес. Я думала, ты хороший человек.

Его лицо посуровело:

– Хороший человек защищает свой народ, какой бы ценой это ни обошлось его душе.

Голос моей матери все это время звучал в моей голове, нашептывая слова кровопролития. Теперь я повернулась, и всего на секунду хватка Кейджа на моей правой руке слегка ослабла.

Мои пальцы пошарили в складках плаща, нащупывая рукоять клинка, который я прикрепила к бедру в своей комнате в башне Авари, прежде чем спуститься во внутренний двор. Я выдернула его и сильно толкнула Кейджа. Затем, заведя запястье назад, я изо всей сил вонзила лезвие в то, что, как я надеялась, было его боком.

Лезвие встретилось с плотью.

Кейдж взвыл. Звук был грубым, первобытным, яростным. Вряд ли он был человеческим. Волосы у меня на руках встали дыбом. И все же я не собиралась останавливаться. Я бы никогда не остановилась.

Родригес кричал. Кейдж рычал. Я проигнорировала их обоих.

«Снова, доченька, снова!» — подбадривала меня мама. – «Не останавливайся, пока он не начнет истекать кровью на земле. Сражайся сейчас за свою жизнь, за дракона!»

Мои пальцы снова потянулись назад за кинжалом, сжимая рукоять и выдергивая его. Затем я вскинула руку, насколько могла, и ударила Кейджа локтем в живот со всей силой, на какую была способна. Он застонал, его горячее дыхание коснулось моей шеи, но не отпустил.

Рукоять кинжала в моей руке была влажной. Я вывернула запястье, когда Кейдж нащупал мою руку, пытаясь снова прижать меня к себе. С собственным диким рычанием я рубанула назад, но его рефлексы были быстрее. Его рука перехватила мое запястье в середине замаха, кинжал дрожал в моей руке.

– Хватит, – прорычал он низким гортанным голосом.

«Ему больно, – удовлетворенно промертвовала моя мать. – «Хорошо. Он мне никогда не нравился. Всегда думала, что есть что-то странное в человеке, который может оставаться таким спокойным».

У меня не было времени закатывать глаза. Я была слишком занята, пытаясь освободиться, пытаясь вырваться из оков собственных костей, мышц, тела. Каждая унция моей силы противостояла силе Кейджа, но это было бесполезно. Он вырвал кинжал из моей хватки. Клинок звякнул о камни, звук прозвучал как похоронный звон. Паника разлилась по моим венам.

«Ты сражаешься с духом воина, – слабо прогрохотал Никсарис в моей голове. – Но я бы не хотел, чтобы они сломали тебя здесь сегодня, бескрылая малышка».

– Не смей сдаваться! – закричала я вслух. – Сожги их! Сожги их обоих! Никсарис, сделай это! Просто сделай это, черт возьми! – Я рыдала. – Не дай им превратить тебя в камень. Никсарис, пожалуйста!

Руки Кейджа сжались вокруг меня, удерживая на месте. Его тяжелое дыхание отдавалось у моего уха. Все, чего я хотела – это быть подальше от него. Я никогда больше не хотела видеть его лицо или лицо Родригеса.

– Медра, пожалуйста. Просто остановись.

– Никогда! – взревела я, мой голос дрогнул, когда горячие слезы заструились по замерзшим щекам. – Отпусти меня! Сейчас же!

Мой крик был резким, рвущимся из глубины меня, пока Кейдж крепко держал меня железной хваткой. Золотые глаза дракона сверкнули. Они были тусклее, чем раньше. Его крылья опустились, силы, чтобы поднять их, иссякли.

«Их яд… – выплюнул он. – «Ослабляет меня. Я не могу вызвать пламя. Мне… жаль».

«Не смей извиняться! – прошипела я в ответ. – «И ты, блядь, тоже не смей сдаваться! Ты сильнее этого! Ты сильнее всех нас, вместе взятых! Сожги их, Никсарис! Я знаю, ты можешь это сделать!»

Никсарис издал низкий рык, но он был глухим. Лишенным своей обычной силы. Его голова слегка опустилась.

– Медра, ты никому не помогаешь, – проворчал Кейдж позади меня, его дыхание было прерывистым. Я спиной чувствовала, как колотится его сердце. – Просто… остановись!

Вместо этого я прижалась к нему еще сильнее.

– Хватит! – прорычал Кейдж, в его голосе слышались разочарование и боль. – Я не хочу причинять тебе боль.

– Тебе придется убить меня, черт возьми, когда ты меня отпустишь, – прорычала я в ответ. – Потому что в противном случае я убью тебя первым, Танака!

Родригес был занят тем, что что-то делал на земле. Я наблюдала, как он открыл свою кожаную сумку и достал флаконы. Внезапно он огляделся. Затем его взгляд остановился – не на мне, а на Кейдже.

– Где Блейк? – позвал он.

В этот момент что-то внутри меня широко раскрылось.

ГЛАВА 42 – ФЛОРЕНС

Была половина первого ночи. Трапезная, превратившаяся в бальный зал, опустела. Праздничная энергия, которая была ощутима ранее вечером, по мере того, как тянулись часы, тускнела. Музыка смягчилась и стала более медленной. Большинство оставшихся студентов разбились на пары, танцевали или тихо разговаривали за столами. Начали подходить слуги, чтобы убрать тарелки и центральные блюда.

Я стояла у края танцпола, теребя край рукава и пытаясь сдержать зевоту.

– Ты в порядке? – ко мне подошел Тео.

Я посмотрела на него, не пытаясь скрыть своего восхищения. Этим вечером он был очень красив в темно-сером костюме. Они с Воном были поразительной парой. То, как Тео смотрел на Вона… На что было бы похоже, если бы кто-то так смотрел на тебя? Я мельком, виновато подумала о Навине, но тут же отогнала эту мысль.

Тео откинул с лица прядь темно-русых волос:

– Не хочешь потанцевать?

Я покачала головкой:

– Нет, спасибо. Я просто хотела узнать, вернется ли Медра.

– Куда она пошла? – спросил Тео.

Я поколебалась, а потом решила, что на самом деле это не секрет.

– Она сказала, что должна встретиться с Блейком во Дворе Дракона в полночь. Что-то связанное с Никсарисом. Я думала, что она вернется позже, но, должно быть, я неправильно поняла.

– Блейк уехал на встречу с нашим дядей в Цитадель, – медленно произнес Тео. – Он ничего не упоминал о Драконьем Дворе.

Тео выглядел обеспокоенным, поэтому я выдавила из себя улыбку:

– Ну, я уверена, что ничего особенного. Вероятно, они куда-то ушли вместе, только вдвоем.

Он слегка улыбнулся:

– Я уверен, что ты права. – Затем его лицо омрачилось. – Хотя мне интересно, по какому поводу, черт возьми, наш дядя хотел видеть Блейка. Старый ублюдок. Не мог даже оставить его в покое именно этой ночью.

– Они с Блейком не ладят, не так ли? – нерешительно спросила я. – Лорд Дракхэрроу кажется очень жестким человеком. – Я хотела сказать что-нибудь похуже, но Блейк и Тео, в конце концов, были семьей лорда Дракхэрроу.

– Блейк ненавидит его, – прямо сказал Тео. – Но он должен делать все, что хочет мой дядя.

Я подумала о Медре:

– Надеюсь, не обо всем.

– Время от времени он дает ему отпор, – пробормотал Тео. – Он защищал меня не раз. Я… благодарен за это.

Я посмотрела через комнату туда, где Вон разговаривал с группой студентов факультета Орфос, вспоминая, что произошло с Корегоном годом ранее:

– Это хорошо. Потому что ты заслуживаешь быть счастливым, Тео.

Тем не менее, мои мысли внезапно понеслись вскачь. Что-то было не так. Чем дольше Медры не было, тем хуже становилось. Я подумала, не вернуться ли мне в нашу комнату. Даже если бы она была там с Блейком… Что ж, возможно, я неловко перебью, но, по крайней мере, тогда я бы знала, что с ней все в порядке.

Прежде чем я успела сказать Тео, что ухожу, появилась Виша, прокладывая себе путь сквозь редеющую толпу.

– Ты видела Лейс? – спросила она.

Я покачала головой.

– Нет, – сказал Тео, нахмурившись. – Почему? Что происходит?

– Я не знаю, – призналась Виша, выглядя расстроенной. – Я нигде не могу ее найти. Я подумала, может быть, она выскользнула подышать свежим воздухом, но на террасе ее тоже нет.

Я оглядела комнату в поисках девушки-гнома, с которой Виша провела всю ночь:

– Кейдж тоже ушел.

– Кейдж? – эхом повторил Тео.

Я попыталась слегка пожать плечами:

– Это не имеет значения. Я просто не видела, как он уходил, вот и все. – Хотя другие лидеры Домов все еще были там. Лизандер Орфос угрюмо сидел за столом в одиночестве. Я заметила Кэтрин Мортис, направлявшуюся к двери, за ней следовала группа студентов факультета Мортис. Этим вечером она была без своих рабов.

– Я собираюсь найти Лейс, – заявила Виша.

Тео засунул руки в карманы:

– После этого Вон устраивает вечеринку в честь Орфоса. Я не приглашен. – Он пожал плечами. – Я пойду с тобой.

– Я тоже. – Я не могла избавиться от ощущения, что что-то не так. – Я хочу найти Медру. Думаю, я проверю Драконий Двор, как только мы найдем Лейс. Пошли.

Мы шли по коридорам. В это время ночи все было тревожно тихо.

– Я уверен, что с ней все в порядке, – попытался успокоить Вишу Тео. – Вероятно, она слишком много выпила и вернулась в свою комнату, чтобы ее вырвало. – Он неуверенно рассмеялся. – Как ты делала в прошлом году, помнишь?

– Она бы не ушла, не сказав мне. – Виша была на взводе, ее голос дрожал. – Мы должны были уйти вместе. – Она бросила на меня быстрый взгляд. – Ты же знаешь, как некоторые из этих гребаных студентов Высшей крови относятся к Солнцестоянию, Тео. Я хочу найти ее.

Тео кивнул:

– Хорошо. Справедливое замечание. Что ж, мы скоро ее найдем. Не беспокойся об этом. А потом я сам провожу Флоренс до ее комнаты.

– Лейс из Дома Авари, – сказала я, заговорив впервые с тех пор, как мы покинули бал. – Давай проверим там. Мы могли бы избавить себя от многих неприятностей, если бы она вернулась в свою комнату.

Когда мы достигли входа в башню Авари, я вошла в общую комнату одна, оставив Тео и Вишу ждать снаружи. Я помнила о позднем часе. Большинство студентов пили весь вечер. Я не думала, что взять с собой двух Дракхэрроу было отличной идеей, даже если это было сделано ради благого дела.

Несколько минут спустя я выскользнула из башни, запыхавшись и чувствуя себя еще более взволнованной.

– Никто не видел Лейс. Я узнала, где ее комната, и проверила там. Никто не отвечает. Я попросила надзирателя отпереть мне дверь, но там пусто.

Виша молчала.

– Может, она вышла прогуляться на улицу? – предположил Тео.

Я нахмурилась:

– На холоде?

– Лейс не такая уж и нежная, – заметил он. – Если бы она чувствовала себя плохо, что ж, возможно, она подумала, что холодный воздух будет бодрящим.

– Я все равно собиралась проверить Драконий Двор, чтобы убедиться, что Медра все еще там, – медленно сказала я. – Думаю, мы могли бы поискать вместе. – Я взглянула на Вишу.

Она натянуто кивнула:

– Хорошо. Давай пройдемся в ту сторону. Потом мы сможем проверить территорию, если еще не нашли ее.

Я подумала о скалистых утесах и коварном море, окружающем нас со всех сторон. Не совсем то место, куда хочется отпустить друга на прогулку, если он слишком много выпил.

– Это хорошая идея.

Мы пошли через школу, выбрав кратчайший путь к Драконьему Двору. Когда мы свернули в коридор, я замерла.

– Что это? – спросила Виша, уже напрягшись.

Я указала на пол. Темные размытые полосы покрывали камни. Я не была уверена, но мне показалось, что это кровь.

Виша выругалась и бросилась вперед:

– Лейс!

– Виша, подожди! – крикнул Тео, но она уже исчезала за следующим поворотом.

Звук, раздавшийся затем, заставил мой желудок скрутиться. Вопль страдания, пронзительный и грубый. Мы с Тео посмотрели друг на друга, а затем бросились бежать.

Мы завернули за угол и резко остановились. Лейс лежала, растянувшись на спине на пропитанных кровью камнях. Ее глаза безучастно смотрели вверх.

– О, Служанка Крови, – прошептала я, прикрывая рот рукой.

Виша уже стояла на коленях рядом с Лейс, ее руки беспомощно блуждали по телу, словно она боялась прикоснуться к ней. Тео сделал шаг вперед, но прежде чем он успел сделать еще один, я схватила его за руку. Мой взгляд внезапно остановился на дальней стороне коридора.

Мы были не одни. Там, в тени дальше по коридору, притаилась маленькая фигурка.

Из темноты донесся звук. Смех. Легкий, похожий на детское хихиканье. Но это не прозвучало мило или невинно. У меня по спине пробежал холодок.

– Черт, – выдохнул Тео рядом со мной, когда Эния Дракхэрроу шагнула вперед.

Кровь была на губах, руках и даже на растрепанных белокурых волосах молодой девушки. Ее глаза встретились с моими, и я заметила дикий, отчаянный голод. Я уже видела это выражение в глазах сестры Блейка раньше. У меня перехватило дыхание, когда я подавила испуганный всхлип.

– Флоренс! – крикнул Тео.

Но было уже слишком поздно. Эния сделала выпад, двигаясь быстрее, чем я когда-либо видела, ее руки были вытянуты, а ногти – остры, как когти. Я закричала и инстинктивно вскинула руки, уже зная, что было слишком поздно.

Внезапно рядом оказался Тео. Он переместился за спину Энии с невероятной скоростью, на какую способен только чистокровный. Я услышала крик Энии. Крик перешел в бульканье. Девушка Высшей крови замерла на полувздохе.

Я опустила руки, наблюдая, как она слегка отшатнулась назад. Тео выдернул что-то из спины Энии. Клинок. Она издала громкий, сдавленный крик, когда ее кровь брызнула на него, на камни, на меня. Она рухнула на землю.

Какое-то мгновение я не могла пошевелиться. Воздух наполнился металлическим запахом крови. Коридор казался наполненным смертью. Я поднесла руку к горлу, чувствуя, что меня вот-вот вырвет.

Позади меня по камню застучали шаги. Я обернулась и увидела Блейка, выходящего из-за угла с мрачным лицом. Он замер.

На мгновение всё стихло. Затем я медленно отступила в сторону, открывая маленькую безжизненную фигурку позади себя.

С губ Блейка сорвался жалобный звук. Мир, казалось, сузился до него и Энии. Он двинулся вперед, как человек, идущий по воде – медленно, но целенаправленно. Опустившись на колени рядом с сестрой, он подхватил ее тело на руки, прижимая к своей груди, как будто она всё еще могла проснуться. Его руки дрожали, когда он убирал с ее лица слипшиеся от крови пряди волос.

Я хотела что-то сказать, но слова застряли у меня в горле. Я посмотрела на Тео, но его лицо побелело.

– Блейк, – прошептала я срывающимся голосом. – Лейс… – Я хотела сказать больше. Хотела объяснить все должным образом. Сказать ему, что Тео спас меня. Но это были единственные слова, которые вырвались у меня.

Тишину пронзил сдавленный всхлип. На другом конце коридора на коленях стояла Виша. Блейк не дрогнул. Он медленно поднялся на ноги, держа Энию на руках, ее волосы рассыпались по его плечам, светлые и окровавленные.

Когда он поднялся, у меня перехватило дыхание: лунный свет, льющийся через окна, впервые упал на его лицо. Его левого глаза не было. Глазная впадина была окровавленной, ее окружали потеки крови и рваная плоть – рана была открытой и незаживающей.

Но дело было не только в его лице. Всё в нем было неправильным. Наряд, в котором он был на балу, исчез, его заменили порванные и пропитанные кровью остатки формы какого-то стражника. Пятна на ткани не могли быть только от Энии.

– Блейк, – прошептала я. – Что случилось? Кто это с тобой сделал?

Он не ответил. Казалось, он даже не слышал меня. Его взгляд был полностью прикован к Энии. Осторожным, нежным движением он положил ее голову себе на плечо, ее окровавленные светлые волосы рассыпались по его руке.

Я застыла на месте, разрываясь между ужасом и отчаянной потребностью как-то помочь. Я протянула руку, но было слишком поздно – Блейк уже отворачивался. Всё еще держа Энию на руках, он направился в сторону Драконьего Двора.

– Блейк, подожди! – позвала я. Мой голос звучал так тихо.

Я повернулась к Тео. Его лицо всё еще было пепельного цвета, а рука, которой он вонзил нож, безвольно висела вдоль тела.

– Я убил ее, – хрипло прошептал он. – Я убил ребенка. – Его плечи дрожали.

– Ты спас меня, – тихо сказала я. Но я знала, что никакие мои слова не утешат его. Не сейчас. – Давай. – Я схватила Тео за руку, затем посмотрела на Вишу и прикусила губу. Я не хотела оставлять ее одну, но прямо сейчас мы знали, что она в безопасности. Между тем, что-то было ужасно неправильно, и где-то там была Медра. – Мы должны последовать за Блейком. Должно быть, произошло что-то ужасное. Ты видел его лицо.

– Виша, – медленно произнес Тео, глядя сверху вниз на Высокородную девушку.

Виша даже не взглянула на нас:

– Уходите. Я ее не оставлю.

– Мы скоро вернемся, – пообещала я, пытаясь подавить страх.