Текст книги "Связь, которая горит (ЛП)"

Автор книги: Брайер Болейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 28 страниц)

ГЛАВА 2 – МЕДРА

На следующий день я услышала, как ключ поворачивается в замке, когда сидела в кресле у окна и читала. Я ожидала, что это будет Блейк, но вместо него вошел Виктор Дракхэрроу.

– Среди блайтборнов принято стучать, – не удержалась я, откладывая книгу и вставая.

Он проигнорировал меня. Его присутствие заполнило комнату, когда он двинулся ко мне. Холодный. Гнетущий. Он прожил дольше, чем кто-либо другой в королевстве, и всё же в этом человеке не было ничего по-настоящему живого. От него разило смертью.

Я почувствовала, как дрожь пробежала по моей спине, когда его взгляд остановился на мне.

– Блейк знает, что ты здесь?

Губы Виктора скривились в легкой усмешке. Он прищурился, и прежде чем я успела подготовиться, волна силы обрушилась на мой разум. Я потянулась за чем-нибудь, чтобы ухватиться, когда мои колени подогнулись, но это было бесполезно. Я упала на пол, не в силах удержаться. Боль пульсировала в висках.

Я стиснула челюсти. Единственное, что удерживало меня в сознании, было выражение разочарования на лице Виктора, когда он смотрел на меня, лежащую на полу. «Это не сработало», – подумала я с триумфом.

Слегка собравшись с силами, я воздвигла еще одну блокаду стен. Когда-то они были толщиной с бумагу, теперь это были кирпич и строительный раствор. Я заделала каждую щель. Я всё еще не была уверена, как у меня это получается, но я была полна решимости – он не войдет.

Раздражение Виктора стало еще сильнее.

– Маленькая гнилорожденная сучка не должна быть способна противостоять своему высокородному хозяину.

– И всё же посмотри, как я это делаю, – сладко сказала я.

Его рука метнулась вперед, и, прежде чем я успела пошевелиться, моя голова дернулась в сторону – он сильно ударил меня. Моя щека запульсировала. Я почувствовала вкус меди на губах.

– Так кто же я? – сердито спросила я. – Проклятая сука или всадница дракона, которая тебе нужна? Либо ты меня ценишь, либо я ничего не стою. Что из этого?

Виктор наклонился, его голос понизился до шепота.

– Ты хочешь, чтобы тебя пытали, девочка? Потому что, уверяю тебя, я более чем способен. Ты консорт только на словах. Ты не часть этой семьи и никогда ею не будешь. Уверяю тебя, я ничего не утаю.

Мой пульс участился, но я заставила себя выдержать его взгляд, мой разум лихорадочно соображал.

– Почему бы тебе сначала не задать мне вопросы? Возможно, тебе не понадобится пробиваться в мой разум или разрушать мое тело.

– Нет, но я бы с удовольствием это сделал, – пробормотал он, окидывая меня быстрым взглядом. Мне потребовались все силы, чтобы не вздрогнуть.

Он выпрямился, расправив плечи. Я внезапно заметила, что он был ниже Блейка. И всё же в его облике не было ничего умаленного. Он был самым страшным человеком, которого я когда-либо встречала. А учитывая моего дедушку, это о многом говорило.

– Хорошо. Давай попробуем по-твоему. Расскажи мне, как тебе удалось разбудить дракона?

Я глубоко вздохнула. Моя ложь должна была быть идеальной. Убедительной. Этот человек не был дураком.

– Это был несчастный случай. Я не хотела, чтобы это случилось.

Его глаза сузились.

– Говори конкретнее. Наверняка ты можешь что-нибудь вспомнить.

Я покачала головой.

– Ты помнишь, когда в школе начались подземные толчки? – я вспомнила, что он жил в другом месте. – Пожалуйста, просто спроси директора. Он расскажет вам всё об этом. Я думаю, тогда это и началось. Несколько месяцев назад. Это было не так давно. Никсарис уже некоторое время находится в процессе пробуждения. Но, – не преминула добавить я, – Никсарис считает, что я его разбудила. Он поблагодарил меня за это.

– Ты говорила с драконом? – спросил Виктор.

Я кивнула.

– Разум к разуму. Да.

Он долго смотрел на меня.

– Я пока приму этот жалкий ответ. Но его очень не хватает. Вы проанализируете каждую деталь, которая привела к первому толчку, и узнаете больше. Я буду знать, как это произошло. Ответ находится в вашем сознании, и я получу его. Добровольно или не очень.

Я кивнула. Что еще я могла сделать?

– Я постараюсь вспомнить больше.

– Почему проснулся дракон Дома Авари? Почему Никсарис, а не Вораго?

Я облизала губы, ощутив вкус крови.

– Это хороший вопрос, – осторожно сказала я. – Я тоже задавалась этим вопросом.

– Мне сказали, что однажды ты забралась на это существо, – губы Виктора скривились от отвращения. – Тогда мисс Пансера держала тебя под своим контролем.

– Да, – призналась я. – Она использовала на мне рабскую сеть.

Виктор нахмурился.

– И всё же внезапно ты стала не такой восприимчивой. Странно.

– Директор и мои профессора – я была осторожна, не упоминая конкретно Родригеса, но знала, что Виктор всё равно узнает. – Они все согласились, что было бы разумно обучать меня ментальному щиту. Как всадников в старину.

Лицо Виктора вспыхнуло.

– Дураки. Надо было посоветоваться со мной. Блокировать меня должно было быть невозможно.

Я ничего не сказала, но от этих слов по телу разлилось тепло, как будто это была похвала. Значит, немногие могли отгородиться от Виктора? Он не привык, чтобы ему перечили. Не в первый раз я почувствовала прилив благодарности за то, что с ним не посоветовались до того, как директор Ким принял свое решение.

– Ты прикоснулась к черному каменному дракону. Ты взобралась на него. – Я почувствовала, как мои щеки покраснели. В том, что Риган заставила меня сделать в тот день, не было абсолютно ничего эротического, и всё же то, как Виктор произнес эти слова, заставило мой желудок перевернуться. – Возможно, это была единственная связь, которая была необходима, – размышлял он. – Прикосновение всадницы и статуи. Так глупо. Так просто.

Конечно, это, а также несколько капель моей крови и ритуальное стихотворение. Я не была уверена, что Виктор был прав насчет того, что мое прикосновение было ключевым. В конце концов, я взобралась на Никсариса задолго до проведения ритуала. Но пусть он думает всё, что хочет.

Красные глаза Виктора затуманились, когда он изучал мое лицо.

– Теперь давай перейдем к сути дела. И не думай, что я не узнаю, если ты лжешь, девочка. Ты можешь это контролировать? Это существо, которое ты пробудила из камня?

Я медленно поднялась на ноги, выпрямляясь и вызывающе вздернув подбородок.

– Да. Никсарис вернется ко мне, когда я позову. Он в моем распоряжении.

Глаза Виктора сузились.

– Ты думаешь, что сможешь управлять драконом? Ребенок, не имеющий представления о настоящей силе? – Он наклонился ближе, и я вспомнила про кровь на своей губе. – Ты действительно думаешь, что я поверю в такую наглую ложь?

Мое сердце бешено колотилось, но я стояла на своем.

– Это правда, лорд Дракхэрроу. Если вы хотите, чтобы Никсарис был под вашим командованием, тогда я вам нужна. Возможно, я еще не полностью контролирую ситуацию… – я произнесла это как признание. – Но со временем я установлю контроль. – Мой пульс учащался с каждым словом. – Но если ты зайдешь слишком далеко, он это почувствует. Ты готов рискнуть потерять нас обоих?

Он грубо схватил меня за подбородок, приближая мое лицо к своему.

– Позволь мне выразиться предельно ясно. – Его голос понизился до шепота, от которого дрожь пробежала по моим костям. – Если ты не выполнишь то, что только что пообещала, если опозоришь этот дом… Я позабочусь о том, чтобы твоим страданиям не было конца. Мы понимаем друг друга?

Мое горло сжалось от страха, но решимость окрепла. Этот человек блефовал так же сильно, как и я. Он нуждался во мне.

Я вырвалась из его хватки и отступила назад.

– Убери от меня свои руки. Я единственная, к кому вернется Никсарис. Я единственная, кто может поставить его на колени. – Я прищурилась. – Если ты не можешь смириться с этим, тогда убей меня сейчас, лорд Дракхэрроу, и смотри, как твой дракон навсегда исчезнет в облаках.

Ноздри Виктора раздулись. Он шагнул вперед и сильно толкнул меня. Со вскриком я упала обратно в кресло, на котором сидела, когда он пришел.

– Если ты планируешь пытать меня, то просто помни, что мой дракон узнает об этом, когда вернется, – смело сказала я.

Я сильно сомневалась, что Никсариса это волнует. Но черный дракон не казался особенно добросердечным существом, так что пусть Виктор опасается.

– Я не боюсь вытянуть из тебя правду, девочка, – прорычал Виктор. – Если придется…

– Дядя, вот ты где. Я искал тебя.

Блейк стоял в дверном проеме, тяжело дыша. Его взгляд сразу же упал на меня. Я чувствовала, как он замечает мое состояние и кровь на моих губах.

Виктор выпрямился, его руки упали по швам.

– Ты перебиваешь, Блейк.

Блейк не шелохнулся, но я увидела, как сжались его челюсти.

– Прости. Я думал, ты хотел поговорить со мной. Что ж, теперь я здесь.

На мгновение я затаила дыхание. Было ли слишком надеяться, что мои угрозы дошли до Виктора? Виктор посмотрел на меня сверху вниз, усмехнулся, затем направился к двери. Когда его дядя переступил порог, Блейк бросил на меня быстрый взгляд, но ничего не сказал, просто закрыл за собой дверь.

Ключ повернулся в замке, и я снова осталась одна.

ГЛАВА 3 – БЛЕЙК

Я неподвижно стоял, пока Виктор мерил шагами роскошные покои внутри Черной Крепости. Тяжелые шторы были задернуты, приглушая солнечный свет и придавая комнате гнетущий вид. Виктор широкими шагами ходил взад-вперед по ковру перед камином, крепко сцепив руки за спиной. Он был зол. Не нужно было быть гением, чтобы понять это.

– Она сопротивлялась мне, – сказал Виктор без предисловий. – Ты хотя бы понимаешь, насколько это редкость?

Я пожал плечами.

– Она упрямая, ничего особенного. Я не сомневаюсь в твоей способности достучаться до нее в конце концов, дядя.

Виктор остановился на полушаге, повернувшись ко мне с ледяным взглядом.

– Кто разрешил ей изучать Щит братства?

– Я не присутствовал на собрании, где это было решено, – медленно сказал я. – Но я бы предположил, что директор Ким был вовлечен.

Виктор заскрежетал зубами.

– Этот глупец, любящий блайтборнов. Он вообще подумал посоветоваться со мной?

Я сильно сомневался, что Ким питал чрезмерную любовь к блайтборнам. Или даже к Пендрагон. Но я ничего не сказал. Я слегка наклонил голову.

– Все всадники древности обучались траллгарду, не так ли? Возможно, они просто основывали свое решение на этом прецеденте? – Я знал это только потому, что мне рассказал Родригес. – В конце концов, Пендрагон чуть не умерла в свой первый день из-за того, насколько восприимчивой она была.

Губы Виктора скривились в усмешке.

– Ничего этого не произошло бы, если бы ты держал своих женщин в узде. Не читай мне лекций об истории, свидетелем которой я был, мальчик. Те всадники были верны своим домам. Они знали цену неповиновения. А эта?

Моя челюсть сжалась.

– Уроки траллгарда не сделают ее неприкасаемой. Она просто девчонка, играющая с огнем.

Глаза моего дяди сузились.

– Девушка, которая разбудила дракона, Блейк. Не стоит ее недооценивать.

Казалось, что именно он уже сделал это, но я придержал язык.

– С ней нужно особое обращение, – сказал мой дядя, как бы самому себе. Он взглянул на меня. – Чего бы я хотел, так это выбить из нее ответы. Я никогда не встречал рожденную мором, которую нельзя было бы сломить надлежащим… убеждением. Я мог бы с болью вытягивать правду из ее уст, пока не осталось бы ничего, кроме покорности. Но…

Я немного подождал.

– Но? – наконец осторожно спросил я.

Его губы сжались.

– Она утверждает, что дракон мог знать.

– Ах. Это… – Я поискал подходящее слово. – Неудачно. И ты ей веришь?

– Я не знаю, чему верить. Вполне возможно, что она может общаться с ним. Это не подлежит сомнению. Нам нужен этот дракон. Она – наша единственная связь с ним в его нынешнем виде. Авари будут пытаться помешать нам на каждом шагу. Нам нужно, чтобы она была послушной. Нам нужно, чтобы она была покорной.

Я решил не упоминать, что с этим могут возникнуть сложности. Виктор посмотрел на меня.

– Я хочу знать всё об этой девушке, Блейк. Что она знает, что скрывает и, что более важно, что она может сделать. Она многое скрывала от нас. С самого начала. Она появилась из ниоткуда. Пришло время выяснить, кто она на самом деле. Ты будешь регулярно отчитываться передо мной. Я ожидаю прогресса.

Я старался выглядеть уверенным.

– Конечно.

– Пока мы будем действовать осторожно.

Читая между строк, я понимал, что это значит. При необходимости он прибегнет к пыткам.

– Ты скучаешь по Риган?

Вопрос застал меня врасплох.

– Возможно, немного. Но она была непослушной.

Резкий смех вырвался из горла моего дяди.

– Ирония судьбы. Ты увольняешь одного консорта за непослушание, в то же время связываясь с другим, который бросает нам вызов на каждом шагу.

Мои губы изогнулись в невеселой ухмылке.

– Она не будет долго сопротивляться нам. Я могу сломить Пендрагон, дядя. Скоро она будет верна Дому Дракхэрроу. Подожди и увидишь.

Виктор изучал меня.

– Если ты потерпишь неудачу, я разберусь с ней сам. Это будет некрасиво. Обещаю, тебе не понравится результат.

– Я понимаю.

– А пока сохраняй ее послушность. Девушка, кажется, думает, что ты заботишься о ней. Не позволяй этому измениться. Блайтборны – рабы своих эмоций. Это их большая слабость. Используй это против нее.

Я кивнул.

– Мудрое предложение.

Виктор нахмурился.

– Она была на балу Ледяного Огня с Кейджем Танакой.

Я вздрогнул. Я не думал, что он знал об этом.

– Я не спрашивал её об этом. Танака увидел возможность и пригласил ее. Она согласилась. – Я пожал плечами и попытался выглядеть беспечным. – Это действительно имеет значение?

– Наличие Кейджа в качестве соперника пошло тебе на пользу. Мы, Дракхэрроу, преуспеваем в конкуренции. Но теперь ты, возможно, позволил этому щенку думать, что ему слишком многое сойдет с рук. Если он думает выкрасть твоего консорта из-под…

– Он не станет, – перебил я. Мои руки сжались в кулаки. Мысль о Кейдже Танаке, заманивающем Пендрагон в свой дом, в свою постель… – Теперь мы связаны кровью. Я увижу его мертвым прежде, чем это произойдет.

И всё же от меня не ускользнуло, что я, казалось, нуждался в Пендрагон больше, чем она во мне. Хотя, если бы она знала, что мой дядя запланировал для нее, возможно, она была бы более готова принять мою защиту.

– Тебе нужна её кровь. Что ей нужно от тебя? – требовательно спросил мой дядя, проницательный, как всегда.

– Я напомню ей о ее месте. Она забыла, где ее место. Она забыла, кто обладает здесь истинной властью, и всегда будет об этом помнить, – прорычал я. – Кейдж будет держаться от нее подальше. Я прослежу за этим.

И Пендрагон уж точно будет держаться от него подальше.

– Не убивай Авари. Его дом нанесет ответный удар, а мы не готовы к войне.

«Пока». Это невысказанное слово повисло между нами. Но когда дракон пролетел над Сангратой, а два самых могущественных дома приготовились сражаться за контроль над ним, у меня не осталось сомнений. Война была на горизонте.

Виктор двинулся ко мне, медленно обходя вокруг, как хищник, оценивающий свою добычу.

– Ты думаешь, ты понимаешь, с чем имеешь дело, не так ли, племянник? Девушка. Дракон. – Он позволил словам повиснуть в воздухе, затем наклонился. – Но ты ничего не знаешь, мальчик. Я видел, что происходит, когда Высокородные недооценивают всадников. И драконы… Что ж, они всегда были опаснее, чем мы позволяли кому-либо думать.

Я нахмурился, но постарался сохранить беспристрастное выражение лица.

– Конечно. Ты знаешь всё это не понаслышке, дядя. – Я сохранял почтительный тон.

Виктор улыбнулся. Это не коснулось его глаз.

– Давай просто скажем, что некоторые истории лучше оставить в прошлом. Сосредоточься на своей задаче. Предоставь всё остальное мне.

Он повернулся к своему столу, отпуская меня взмахом руки. Я вышел из комнаты, дверь с тяжелым стуком захлопнулась за мной. Впервые я поймал себя на мысли: а что еще было похоронено, когда драконы исчезли?

ГЛАВА 4 – МЕДРА

Два месяца спустя

Свет свечей мерцал на каменных стенах моей комнаты. Это была прекрасная теплая ночь, один из последних летних вечеров. Я почти могла оценить эту красоту, если бы не тот факт, что я наслаждалась ею, находясь в тюрьме.

Я подошла к одному из высоких арочных окон и провела рукой по алой занавеске. Она была расшита черными нитками – закрученные узоры напоминали мне крылья дракона.

Я одернула платье – черное, шерстяное, узкое в талии, но со свободной юбкой и короткими рукавами. Юбка была длиной по колено, а под нее я надела облегающие черные леггинсы. Вдоль каждого рукава красовался девиз Дома Дракхэрроу, вышитый красной нитью изящным шрифтом. Всё в этом наряде казалось удушающим. В очередной раз я была заклеймена знаком Высокородных.

Я коснулась волос. Я заплела длинные рыжие локоны в низкую косу, но несколько выбившихся прядей прилипли к шее. Я распахнула окно, чтобы впустить прохладный морской бриз. Стало немного лучше.

Раздался стук, которого я так боялась. Блейк не стал дожидаться ответа – дверь просто открылась, и он шагнул внутрь так, будто ему принадлежала не только комната, но и всё, что в ней находилось.

Сегодня он выглядел как настоящий принц благородных кровей – надменный и сногсшибательно красивый. За лето его светло-золотистые волосы отросли чуть ниже подбородка, и он стал зачесывать их назад, закрепляя на затылке кожаным шнурком. Этот стиль ему подходил: он обнажал острые углы лица, придавая ему более властный и устрашающий вид. Летом Блейк завел привычку не бриться по несколько дней. Густую бороду он так и не отрастил, но щетина ничуть не смягчала его черты. Теперь его губы изогнулись в сардонической улыбке, и я увидела кончики клыков.

Я поставила два стула у камина, убедившись, что между ними осталось расстояние в фут. Мы делали это всё лето – раз в неделю. Слава богам, это был единственный раз, когда я его видела. Еду мне приносили в комнату, слуга раз в день выводил на прогулку по территории, а после первых нескольких дней попыток разговорить меня Блейк оставил меня в покое.

Наши короткие кормления стали обычным делом. Но я не планировала продолжать так вечно. Я села в кресло с высокой спинкой и с силой положила руку на подлокотник.

– Ну? Давай покончим с этим, – рявкнула я.

Блейк приподнял бровь, но сел на стул рядом. Его движения были медленными и обдуманными. Он хотел, чтобы это заняло как можно больше времени. Хотел затянуть встречу, спровоцировать меня. Я стиснула челюсти, но ничего не сказала, просто смотрела прямо перед собой на огонь.

Он взял меня за запястье. Его пальцы обхватили руку с удивительной нежностью, которая только разозлила меня еще больше. Тепло его кожи было невыносимым. Большой палец коснулся пульса, и на мгновение моё предательское сердце заколотилось быстрее.

– Так было бы проще, – сказал он, наклоняясь ко мне. Его голос был низким. – Если бы ты перестала притворяться, что тебе это ненавистно.

Я резко повернула голову, в груди вспыхнул огонь ярости.

– Не льсти себе, черт возьми. Если бы я могла, я бы позволила тебе умереть с голоду.

Его хватка усилилась. Не настолько, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы напомнить мне о его силе.

– Это не значит, что я прощаю тебя, – сказала я, чувствуя, как голос слегка дрожит. – Или что я когда-нибудь буду доверять тебе.

Взгляд Блейка скользнул по моему лицу.

– И это, – сказал он скучающим и надменным тоном, слегка приподнимая моё запястье, – не значит, что меня это волнует.

– Как ты мог подумать, что я захочу этого? – зашипела я. – Никогда не забывай: я бы с удовольствием оставила тебя гнить.

Блейк замер, его губы замерли в дюйме от моей кожи.

– О, я не забуду, Пендрагон. Но мы оба знаем, что произойдет, если ты попытаешься. Ты не настолько глупа, чтобы испытывать меня.

Мои губы скривились:

– Может, и стоит.

– Ты не сделаешь этого, – возразил он низким рычащим голосом. – Потому что точно знаешь последствия. Я бы сказал своему дяде правду: что у тебя нет абсолютно никакого контроля над этим драконом.

– Ты даже этого не знаешь наверняка, – парировала я. – Почему ты думаешь, что Виктор тебе поверит?

Он ухмыльнулся:

– Просто признай, Пендрагон. Ты беспомощна без меня. Я – твоя единственная надежда выкарабкаться из всего этого.

– Это то, что тебе хотелось бы думать, не так ли? – я почти сплюнула эти слова. – Первое, что я попрошу Никсариса сделать, когда он вернется, – это поджарить тебя до хрустящей корочки. Больше никаких кормлений. Проблема решена.

Блейк рассмеялся:

– Если бы ты могла, ты бы уже это сделала. Но ты ничего не контролируешь. И если Виктор узнает…

Я сердито покраснела:

– Почему ты всё еще здесь? Ах да, точно. Потому что я нужна тебе. Так что продолжай. Пей уже.

Блейк свирепо посмотрел на меня, но промолчал. Он просто приподнял моё запястье и коснулся губами кожи. Укус был острым. Его клыки пронзили плоть с отработанной легкостью. Боль пронзила руку, сопровождаемая тошнотворным ощущением крови, покидающей тело. Не в первый раз я вспомнила о девушках в «Увядшей розе». Я содрогнулась. Как кто-то вообще находит это приятным?

Блейк сделал паузу, почувствовав мою дрожь. Я проигнорировала его, уставившись в огонь и отказываясь смотреть на него. Отказываясь признавать интимность того, что он делал со мной. Когда он наконец отстранился, его губы были испачканы моей кровью. Он лениво вытер их тыльной стороной ладони, явно никуда не спеша.

– Ты делаешь всё намного сложнее, чем нужно, Пендрагон.

– Ты думаешь, я забочусь о том, чтобы облегчить тебе жизнь? – резко спросила я. – В следующий раз будешь пить из пузырька.

Его лицо потемнело:

– Конечно, не буду.

– Почему нет? – спросила я, поднимаясь и хватая шарф, чтобы перевязать запястье. – Родригес сказал, что это возможно. Я сама наберу кровь, а ты…

– Нет, – Блейк перебил меня, его голос звучал решительно. – Это так не работает. Я не животное, которое кормят объедками. Если мне приходится это терпеть, то и тебе тоже.

Моя кровь кипела. Я гадала, смогу ли я сжечь его своим гневом.

– Ты невероятен. Ты отнял у меня всё: кровь, свободу. И всё равно ведешь себя так, будто это ты здесь страдаешь.

– Ты думаешь, я хотел этого? Быть связанной с кем-то, кто меня ненавидит, с кем-то, кто…

– Тебе это нравится, – огрызнулась я. – Я думаю, тебе это чертовски нравится. Как будто то, что у тебя было с Риган, не было таким же ядовитым. Как будто кто-то вроде тебя вообще знает, что такое – уважать другого человека.

Он уставился на меня, затем упрямо покачал головой.

– Неважно. Ты мне надоела, Пендрагон. – Он встал и направился к двери, но остановился. – Не беспокойся о завтрашнем суде. Вот почему ты на самом деле так расстроена сегодня, верно? Все знают, на чьей ты стороне. Ты принадлежишь Дому Дракхэрроу. И ты моя.

Пульс участился:

– Я никому не принадлежу.

Его губы скривились:

– Перестань лгать самой себе. Здесь каждый кому-то принадлежит. Даже я.

– Может, тебе стоит научиться смотреть на мир иначе, – предложила я. – Не все вокруг – собственность, которую можно использовать и выбросить по прихоти Высокородного. Даже если это твой дядя.

– Может быть, не все, – мягко сказал Блейк. – Но ты – безусловно.

На мгновение я затаила дыхание. Он серьезно?

– Ты веришь хотя бы в половину тех ужасных вещей, что говоришь? – спросила я дрожащим голосом.

Что-то темное промелькнуло в его глазах. Его взгляд опустился на моё запястье.

– Я думаю, ты зря тратишь моё время.

– Тогда убирайся к черту! – почти выкрикнула я.

Он ухмыльнулся:

– Не теряй сна перед завтрашним днем. Ты справишься.

Я сжала челюсти. Это должно было меня ободрить? Напоминание о том, что я пройду через трибунал только благодаря связи с ним, совсем не утешало.

Дверь со щелчком закрылась, и я плюхнулась обратно в кресло, баюкая руку. На мгновение я позволила себе представить, как всё могло бы быть без этого груза – предательства Блейка, трибунала и дракона. Но если Блейк думал, что выйдет победителем из всей этой истории, он ошибался.