Текст книги "Неоновый Поток (ЛП)"
Автор книги: Ава Торн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 33 страниц)
Глава 45
САЙ
Утро настало, и все мы были на взводе. Эон около четырех утра столкнулась с проблемой при восстановлении данных и с тех пор была в скверном настроении. Мы с Мэддоксом тоже не спали, что не добавляло оптимизма.
– Мы получили ответы от кого-нибудь из наших контактов? Кто-нибудь может помочь с Церковью?
Мэддокс нахмурился.
– Только один. Твой старый дружок Рук.
Позади себя я почувствовал, как Эон вздрогнула. Может, в киберпространстве что-то случилось, но у меня было предчувствие, что дело не в этом.
– Вообще-то, он должен быть здесь с минуты на минуту, – добавил Мэддокс.
Эон вскочила, ее «Вайзор» погас.
– Какого хрена? Почему здесь? – спросил я.
– Похоже, Кицунэ не слишком довольны нашим парнем. Ему нужна защита, без сомнения.
– Только если у него есть информация.
– Я пойду. – Я оглянулся: Эон уже паковала сумку, запихивая в нее свою громоздкую клавиатуру и куртку.
– Что? Ни в коем случае. Ты еще не закончила реконструкцию и… – Мой «Вайзор» пиликнул, и на нем появилось лицо администратора.
– Ваш гость прибыл, – сказала она напряженным голосом.
– Черт. Нет – ты, садись обратно. – Я схватил Эон за руку и направил обратно к дивану. – Продолжай работать. Мэддокс, проследи, чтобы она работала.
Я спустился в холл, и Рук смотрелся там более чем неуместно. Сверкающее белое помещение из полистали казалось оскверненным его грязным, потрепанным пыльником и заляпанными сажей боевыми ботинками. Он всё время запускал руки в свои платиновые, зачесанные назад волосы. Парень был больше похож на торчка, чем на того, кому стоило бы приближаться к «ПОМ Индастриз».
Администратор явно пыталась держаться от него как можно дальше и выглядела заметно облегченной, когда я прошел через раздвижные стеклянные двери.
Рук тут же бросился ко мне.
– Слава, блять, богу, компа. Ты должен помочь мне. Эти Кицунэ, они сумасшедшие, чувак – говорят, я их «обесчестил» или еще какую-то хрень. Не спал, блядь, три дня, я…
– Заткнись, блядь, мужик. Иисусе, подожди хотя бы, пока мы войдем внутрь. – Я схватил его за воротник пальто и втолкнул в двери.
– Сэр, – подала голос администратор, – мне нужно будет оставить ваш «Вайзор» у себя. Корпоративная политика запрещает посетителям носить их внутри.
Рук сорвал его и швырнул ей, не глядя. Она пискнула, едва поймав его, и дверь за нами закрылась.
Я потащил его в конференц-зал. Мэддокс был на том же месте, а Эон снова развалилась на диване – но теперь в своем свитере, с капюшоном, натянутым на лицо. Ее «Вайзор» мигал, так что я знал, что она работает. Хорошо.
Я толкнул Рука в кресло, и оно закрутилось от силы толчка.
– Говори, яцу. У меня нет времени на пустую болтовню.
Он заломил руки.
– Данные, да, у меня есть данные. Тебе ведь нужен выход на Церковь, верно? Я слышал, у всех их шишек завтра секретное собрание. Только для членов Эшелона. Очень тихое. Один из их священников-извращенцев проболтался об этом.
– И как это мне поможет? У меня и так полно собраний.
Он потел, на висках скапливались капли пота.
– Твой человек, Ренард. Он был одним из высокопоставленных лиц, верно? Может, эта встреча что-то прояснит.
Он цеплялся за соломинку, бесполезно. Я издал долгий вздох, и его глаза вылезли из орбит.
– Я могу достать больше – имя священника, его дата-тег. Что хочешь, только спрячь меня куда-нибудь в безопасное место, чувак. – Я не сказал ни слова, просто позволил ему потеть в своей рубашке.
Краем глаза я заметил, как Эон перекинула что-то Мэддоксу, стараясь двигаться как можно меньше. Это всплыло на его «Вайзоре», и он ухмыльнулся.
– Хорошая работа, Эон.
– Эон? – при этих словах Рук развернулся в кресле.
– Это ты, детка? – Он встал и направился к ней, всё его поведение изменилось. Она суетливо села прямо, прежде чем он добрался до нее.
Он издал долгий, низкий свист.
– Черт, ты реально поднялась, да? Теперь работаешь корпоративной шлюхой.
Мэддокс выпрямился.
– Вообще-то, Эон – подрядчик ПОМ, и я ожидаю, что ты…
Но Рук не слушал. Он наклонился над ней, как стервятник, приближающийся к падали.
– Выглядишь хорошо. Должно быть, езда на этом корпоративном члене творит чудеса.
Я ждал. Ждал, что она ответит, что разорвет его на части. Ждал, что она зарядится и поджарит его изнутри. Черт, да просто, блядь, дай сдачи – как она всегда делала со мной. Но ничего не произошло. Она просто съежилась, как я никогда раньше не видел.
Я протянул руку и почувствовал, как дрожит ее Флюкс – черт возьми, дрожит. Мы были в Логове, лицом к лицу со смертью, и я никогда не чувствовал ее такой испуганной.
Она была напугана. Этим ублюдком без Флюкса?
Я вспомнил ту виртуальную встречу в клубе, то, как он ухмылялся, говоря, что она всегда будет его. Я вспомнил ее фото в полицейском архиве – разбитая, под Вектором, всё еще работающая в его клубе.
Мэддокс встал и вывел ее из комнаты, не сказав ни слова. Рук проводил ее взглядом, ухмыляясь так, словно только что выиграл что-то.
– Черт, я всегда думал, что ты продался, когда подался в корпораты. Но с такими бонусами? – Еще один свист. – Я вижу привлекательность.
Рук был куском дерьма, но он был хорошим информатором. Полезным для меня. Полезным для ПОМ. Сейчас он был в отчаянии, но его информация служила мне верой и правдой годами.
– Эй, Рук. – Он повернулся, его глаза расширились, когда он оказался лицом к лицу с моим пистолетом.
– Воу, воу, воу! – Он вскинул руки. – Я достану тебе того священника, чувак. Я достану тебе больше информации, клянусь! Просто опусти пушку!
Я взвел курок, испытывая огромное удовлетворение от того, как краска отлила от его лица.
– Заткнись, блядь.
Громкий хлопок – и мозги Рука оказались на полистальных стенах. Красное брызнуло повсюду.
Я опустил руку и просто постоял мгновение, наслаждаясь этим.
Дверь позади меня отъехала в сторону.
– Какого хрена, Сай? – Это был всего лишь Мэддокс.
– У парня не было никакой полезной информации.
– И поэтому ты его застрелил?
– Он выводил меня из себя. Несчастные случаи случаются.
К моему удивлению, Мэддокс просто хмыкнул.
– Я вызову уборщиков.
Глава 46
ЭОН
Я сбежала обратно в свою квартиру. ДИТА порхала вокруг, ее голографический аватар в костюме маленькой горничной делал вид, что протирает пыль с каждой поверхности.
– ДИТА, ты не могла бы переодеться во что-нибудь другое?
– Я отвлекаю тебя, И? – спросила она с ухмылкой.
– Да! Я пытаюсь работать.
– Как скажешь. – Ее облик мигнул, и она снова вернулась в свое стандартное маленькое черное платье.
Я вздохнула и попыталась сосредоточиться на киберпространстве. ДИТА продолжала следить за восстановлением данных, а я всё пыталась понять, что, черт возьми, делал тот программист, который изменил мой код. Их работа была чертовски небрежной – столько переменных оставлено без внимания, слои вложенных циклов, которые можно было упростить. Дилетантство. Это напомнило мне, когда я работала с…
На моем «Вайзоре» всплыло сообщение. Сай.
Сай: Похоже, нам нужно попасть в Церковь Божественного Света. Знаешь кого-нибудь?
Я: Мне напомнить тебе, что я киберраннер? Это ты у нас спец по шпионажу.
Сай: Да, но это ты любишь играть в переодевания.
Я уже собиралась ответить, как вспомнила – я действительно знала кое-кого со связями в Церкви. Даже если она притворялась, что это не так.
Я: Дай мне пару часов.
Сай: Ой-ой. Кому-то сейчас достанется.
– Мне нравится видеть, как ты так улыбаешься, – сказала ДИТА, наблюдая за мной.
Я стерла глупую ухмылку с лица.
Я отправила еще одно сообщение, на этот раз Таос.
Я: Нам нужно встретиться.
Я ждала. Ответа не было. Она видела его – прямо там, на ее ебаном лице, и я знала, что она не заблокировала меня. Сейчас всё станет грязным.
– Как думаешь, как бы Сай с этим справился? – спросила ДИТА.
– Он бы угрожал. Заставил бы ее действовать.
– Хмммм. – ДИТА не стала больше ничего говорить, просто занялась своим сизифовым трудом – протиранием пыли голографическим телом.
Я: Это по поводу проекта, над которым заставила работать тебя Танака. Того, что «мимо кассы».
Это был выстрел наугад – и достаточно расплывчатый, чтобы означать что угодно, – но у меня было предчувствие, что я не ошиблась.
Таос: Когда?
Джекпот.
Я: Через час.
Таос: Ок.
Я нашла ее в элитном медицинском спа-салоне в Небесном Районе – ее выбор, переданный через сообщение в последнюю минуту. Место разило привилегиями, предлагая камеры нейростабилизации и химической балансировки, которые стоили дороже моей месячной аренды.
Таос сидела в уединенной нише, на ее запястье был надет кастомный биометрический монитор, дисплей которого циклично менял показатели, которые я не могла до конца разобрать. Ее светлые волосы были идеально уложены, одежда – дорогая, но неброская. Я видела настоящую ее – не лидера повстанцев Таос, а женщину под этой личиной. Только осторожная, выверенная манера движений выдавала нечто большее.
– Охраняемая клиника, – сказала она в качестве объяснения, неопределенно указав на перегородки, обеспечивающие приватность вокруг нас. – Никаких записывающих устройств. И вообще, у меня тут была запись.
Я заняла место напротив нее.
– Спасибо, что пришла.
– Так что же, И? – Ее пальцы выстукивали по столу сложный ритм – не от нервозности, поняла я, а от нетерпения. К нам подошла сотрудница спа с каким-то травяным настоем, и Таос отогнала ее, даже не поднимая глаз. Ее рука потянулась к светящемуся кристаллу на горле, она рассеянно вертела его. Такому же, который я видела у прихожан Божественного Света.
– Мне нужно попасть внутрь Церкви Божественного Света.
Ее брови взлетели вверх, и она коротко рассмеялась.
– Ты? На службу? Сложно представить.
– Нет, – уточнила я. – Мне нужно узнать об их грязных делишках. Мне нужен доступ к службе члена Эшелона – или хотя бы внутрь их физической системы безопасности.
Ее улыбка исчезла, и она снова затеребила светящийся кристалл.
– Не думаю, что смогу это сделать, И.
Я потерла лоб. Я не хотела, чтобы всё обернулось плохо. Таос не была плохим человеком, но ее представление о революции всегда казалось удобно совпадающим с ее личными интересами. Я перекинула код – мой код – с ее отпечатками пальцев повсюду.
– Ты видела это раньше?
Ее глаза расширились.
– Нет!
Значит, да. Я глубоко вздохнула.
– ПОМ владеет этим. Это лишь вопрос времени, когда они выйдут на тебя. – Пусть попробует сыграть на блефе.
– Что? Как это возможно? Мы уничтожили… – Она осеклась. – Откуда тебе знать? – Она окинула меня взглядом. – Подожди… не говори мне, что ты работаешь на них?
– Я ни на кого не работаю. – Ложь.
– И! Как ты могла? Я думала, ты понимаешь. Вот почему ты помогла нам. Ты хотела свергнуть этих корпоративных ублюдков.
– Что я хочу, так это выжить, Таос. Дожить до завтра. Спокойно спать по ночам, зная, что мои потребности удовлетворены.
– Как ты можешь это делать, если они владеют каждым аспектом наших жизней? – Она подалась вперед, в ее голосе появились те самые слишком знакомые революционные нотки, которые всегда казались отрепетированными. – Что мы едим, что пьем, что смотрим, что показывают в новостях. Ты не хочешь дать отпор?
– Я не могу дать отпор, Таос! Я еле держусь на плаву. У меня долги по уши, работы, которые загоняют меня в гроб. У меня нет времени и энергии на борьбу. У меня нет такой роскоши.
Я пришла сюда не для того, чтобы говорить об этом, но она выводила меня из себя.
Она посмотрела на меня с чем-то средним между жалостью и презрением.
– Это ответ труса. Только доказывает, что тебя устраивает статус-кво.
О, нет. Пошла она. Она не имеет права говорить мне такое.
– Легко разглагольствовать с этой трибуны, когда можешь в любой момент вернуться к своему трастовому фонду, Сара.
Таос замерла. Прошло несколько секунд, пока она переваривала то, что я сказала.
– Ты навела справки обо мне?
– Я собиралась рискнуть жизнью на миссии с тобой – конечно, я навела справки. Сара Ливуд, младший ребенок Миранды Ливуд, генерального директора «РеджуваЛайф Фармасьютикалс», состояние: 4,2 миллиарда. Одна из пяти детей, у каждого свой трастовый фонд. Ты могла бы реально изменить ситуацию с такими деньгами, но вместо этого ты здесь играешь в революционерку.
Кровь отлила от ее лица.
– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.
– Разве? Ты отказалась от реальных ресурсов, которые могли бы помочь тысячам, чтобы бегать с Диконом и его бандой идиотов. Ты думаешь, взрыв дата-центра кому-то помог? Сколько людей умерло, когда отключилась эта сеть?
– Систему нельзя изменить изнутри, – прошипела она, подаваясь вперед. – Я пробовала. Перенаправляла средства, создавала неавторизованные лечебные программы, переправляла лекарства в клиники Пурпурного Района. Знаешь, что случилось? Они поймали меня, заперли в «оздоровительном центре» на шесть месяцев и отменили всё. Всё. До единой. Чтобы защитить прибыль.
– Так что – папочка не дал тебе ключи от королевства, и ты решила всё сжечь?
– Не смей упрощать это, – рявкнула она, теряя самообладание. – Система не сломана, И. Она работает именно так, как задумано. Она спроектирована так, чтобы извлекать прибыль из страданий – наших страданий. Ты понятия не имеешь, каково это – быть внутри этого мира и видеть, как он работает на самом деле.
Я отказалась испытывать сочувствие.
– И это оправдывает риск жизнями невинных людей? Люди погибли при том взрыве, Таос.
– Люди умирают каждый день, потому что не могут позволить себе базовую медицинскую помощь! – Ее голос возрос, затем она спохватилась, оглядываясь на стерильную, спа-подобную обстановку. Когда она продолжила, ее голос был низким и напряженным. – Ты думаешь, я выбрала этот путь так легко?
– Я думаю, ты хотела быть героиней, – парировала я. – Это легче, чем тяжелая работа по реальным системным изменениям. Легче, чем остаться в «РеджуваЛайф» и использовать свое положение, чтобы помочь тем, кто в этом нуждался.
– Что ты знаешь о помощи людям? Ты, блядь, работаешь на ПОМ!
Да, работала. И мне нужна была эта работа, чтобы продолжать помогать тому единственному человеку, который действительно что-то значил для меня.
– Ты проведешь меня в Церковь. Я нашла этого кайцзин-пендехо для вас и отпиздила его до полусмерти, чтобы вы с твоей бандой могли поиграть в народных героев. Я поставила свою жизнь на кон – моя подруга тоже – чтобы вы сделали что? Нанесли ущерб имуществу? Какая революция. Ты должна мне это.
Таос закатила глаза.
– Твоя подруга? Пожалуйста. Это было не такое уж большое испытание для вас обеих. Это то, чем она занимается по жизни в любом случае.
Мой Флюкс сверкнул под кожей раньше, чем я успела его остановить.
– Что ты только что сказала?
– О, да ладно, – сказала она пренебрежительно. – Давай не будем притворяться, что она какая-то героиня революции. Она просто…
– Выбирай следующие слова очень осторожно.
Она посмотрела на меня с недоумением.
– Я не говорю, что ты такая же, как она…
– О, но я такая. Только Мерси добрая, щедрая и прощающая. А я – нет. Так что ступай осторожно.
Свет в спа мигнул, реагируя на электромагнитное возмущение, которое я едва сдерживала.
Таос посмотрела на мигающий свет, потом на меня, и в ее глазах мелькнуло что-то похожее на зависть.
– Опять ты за свое с этим драгоценным Флюксом. Тебе же так легко, правда? Родилась с силой, о которой остальные могут только мечтать. Ты знала, что я единственная из моих братьев и сестер без Флюкса?
– Мне должно быть жаль тебя? Мерси пошла на риск, чтобы помочь. Она не была обязана. Я тоже.
– Ладно, – сказала Таос, махнув рукой, словно отмахиваясь от мухи. – Твоя подруга помогла. Отлично. Но я не могу просто так провести тебя на службу Эшелона. Мои родители – члены, не я.
– Но они берут тебя на специальные мероприятия, – настаивала я. – Ты знаешь протоколы безопасности. Точки доступа.
Она отвела взгляд.
– Я разорвала связи со своей семьей. Я говорила тебе.
– И всё же ты здесь, – я обвела рукой элитный спа, – в клинике, в которую я бы никогда не смогла записаться.
Ее челюсти сжались.
– У меня есть свои причины.
– А у меня свои, чтобы попасть в Церковь. Так что если ты не хочешь, чтобы ПОМ узнала, кто именно изменил этот код – а они узнают, потому что их аналитики реально компетентны, – ты мне поможешь.
Она сверкнула на меня глазами, ненависть и расчет боролись в ее выражении.
– Ладно. Хочешь внутрь? Твой Флюкс – твой билет. Церковь одержима электротехниками – что-то о резонансных паттернах, соединяющих физический и цифровой миры. Они окажут тебе королевский прием, если ты скажешь, что нуждаешься в их помощи. Просто скажи… скажи, что брат Иэн сказал, что ты хороший кандидат. Это должно провести тебя туда, куда нужно.
– И всё?
– Это всё, что тебе понадобится. Поверь мне.
Горечь в ее голосе была безошибочной – не только идеологической, но и глубоко личной. Обида, рожденная из даров, которых она никогда не получала. Ее рука потянулась поправить нейрооптимизатор за ухом, тот самый, что предназначен только для элиты Небесного Района.
– Что ты сделала с моим кодом, Таос?
– Ты такая умная – догадайся сама. – Она резко встала, ее стул с грохотом опрокинулся назад. Люди начали оглядываться, но ей было всё равно – она привыкла быть в центре внимания. Может, старая я так бы не поступила. Может, я проводила слишком много времени с Саем. Но я видела осуждение в ее глазах, и мне захотелось повернуть нож в ране.
– Знаешь, что я думаю? Я думаю, ты напугана. Всё это разглагольствование против корпораций, но я ни разу не видела, чтобы ты планировала что-то против фармацевтической компании твоей мамы. Это было бы легко для тебя с твоим доступом. Думаю, мы обе – трусихи.
Ее рука дернулась к боку, и на секунду мне показалось, что она может вытащить пистолет. Это бы ей мало помогло, не с моей новой защитой. Защитой, которую я восстановила, пока она чуть не провалила всю миссию.
– Ты думаешь, что ты такая, блядь, крутая, – выплюнула она. – Такая выше всего этого. Но правда в том, что ты просто еще один винтик в их машине, Эон. Ты говоришь о выживании, как о чем-то благородном, но на самом деле? Ты просто рационализируешь свою покорность. Они уже победили, раз ты такая.
– Лучше, чем умирать ни за что.
– Ни за что? – Ее смех был резким и горьким. – Может, я и умру за это, но, по крайней мере, я умру, веря во что-то. А за что умрешь ты? За зарплату? За чуть более комфортную клетку?
Она развернулась и ушла, каждый ее шаг был идеально выверен, несмотря на явный гнев. Сотрудники спа отступали в сторону без слов – обученные распознавать повадки привилегированных, даже если те облачены в бунтарство.
– Таос. – Она замедлилась, но не обернулась. – Надеюсь, оно того стоит. Надеюсь, твоя революция даст тебе то, что ты ищешь.
– Даст, – тихо сказала она. – Должна дать.
Когда она исчезла в безупречном коридоре спа, я заметила тонкие технологии, встроенные в ее одежду – мода, смешанная с высококлассными системами медицинского мониторинга. Ее бунт был оснащен аксессуарами той самой привилегии, которую она якобы отвергала – противоречие, которое она либо не видела, либо решила не подвергать сомнению.
Таос не была плохой. Но я не была хорошей, и мне нужна была эта работа. Мне нужна была зарплата – что-то, чего она никогда не поймет. Она всегда могла вернуться. У нее была страховка.
Я написала Саю:
Я: Получила пропуск внутрь.
Через несколько мгновений:
Сай: Молодчина.
Глава 47
ЭОН
– Не понимаю, почему я не могу пойти сама. Мы же знаем, что они охотятся на уязвимых людей с Флюксом, – сказала я, скрестив руки.
– После того, что случилось в прошлый раз? Ни за что, блядь, – ответил Сай. Я снова была в его квартире – он починил окно. – Мне пришлось чуть ли не силой заставлять тебя хотя бы вооружиться.
Он дал мне пистолет. Я ненавидела это. Он говорил, что он безопасен, зарегистрирован так, что стреляет только от моих отпечатков пальцев. Я разрядила его, когда он не видел.
Он отвернулся от экрана терминала, и на его лице расплылась самодовольная ухмылка.
– Не думаю, что тебя беспокоит именно это.
Он был прав.
– Это церковь, а не какой-то преступный синдикат.
– Могло бы показаться, – сказал он, слегка пожав плечами. – ДИТА, что ты нашла об их физической безопасности?
Аватар ДИТЫ возник на голопроекторе рядом с Саем. Не помню, чтобы я давала ей разрешение на это.
– В отличие от твоей квартиры, – протянула ДИТА, окинув упомянутое пространство осуждающим взглядом, – у Церкви действительно обновленная система безопасности. Скорее всего, потребуется несколько киберраннеров и несколько дней, чтобы взломать их системы – и даже тогда это вызовет достаточно тревог, чтобы инициировать последовательность автоматического удаления, которая значительно повредит данные.
– Я спрашивала об их физической безопасности. Не о цифровой.
Теперь пришла очередь ДИТЫ пожимать плечами.
– Цифровая, физическая – для меня всё одно. Похоже, в их соборе в Нео Стелларис установлена биометрическая система безопасности ПОМ.
– Кажется, это перебор для кучки прихожан, – пробормотала я.
Сай снова посмотрел на меня.
– Разве? – Мне нравилось, как его темные брови изгибались, когда он думал, что выглядит умно.
– У ПОМ не осталось «черных ходов» для таких заданий? – спросила я.
Сай покачал головой.
– Неа, с тех пор как их поймали на этом в шестьдесят втором. Сейчас это вторая по значимости часть их бизнеса. Им действительно приходится делать это хорошо. – Он прокрутил несколько схем на своем терминале. – Полная биометрия ладони, со всеми обходными путями, устойчивыми к Флюксу. Черт, эти ублюдки действительно что-то скрывают.
– Вот почему я пойду внутрь, доберусь до их внутреннего мейнфрейма и вытащу данные.
– Тебе не нужно делать это одной, куколка. К тому же, если у них биометрическая защита, то наверняка есть и силы безопасности. Почему ты споришь со мной об этом?
Он знал почему. Я видела это по блеску в его глазах, ожидающих, когда я признаюсь.
– Мне не нравится это прикрытие, – сказала я со вздохом.
– Вот оно что. Прости, куколка, но я не думаю, что образ сборщика налогов и проститутки сработает с этой святошеской толпой – вопреки тому, что гласит евангелие. Нам придется тебя немного причесать.
– Меня? Это не проблема. Тебе обязательно быть моим… – я замолчала. Я не могла это произнести, и он это знал.
Его лицо сменилось на наигранную обиду.
– Так я теперь недостаточно хорош для тебя? После того как я каждый день впахиваю в офисе ради тебя и детей?
Я ударила его в грудь.
– Заткнись, пендехо.
– Обожаю, когда ты говоришь со мной пошло, жена.
– НЕ называй меня так.
– Прости, это часть прикрытия. – Ему это безумно нравилось – он знал, что это задевает меня за живое. Но он был и прав. Это был лучший вариант, который у нас был.
Моя рука всё еще лежала у него на груди, и ток между нами начал течь. Мой Флюкс поднялся так естественно, так готовый слиться с его. Это было почти как тогда, когда я использовала Вектор, но это было мягче. Это делало всё только опаснее. Я знала, что Вектор плох для меня. ПОМ утверждала, что они устранили большинство негативных физических побочных эффектов, но месяцы разбитых воспоминаний и размытых границ говорили мне, что это не единственный вред, который он может причинить. Он сводил всё к простым, логичным выборам. Робот, которому приходится иметь дело с человеческими последствиями, когда действие кайфа проходит.
То, что было между мной и Саем – это ощущалось даже лучше, чем то. И мне было всё труднее убеждать себя, что я не должна поддаваться. Мои пальцы впились в его грудь, и они не дрожали. Это заставляло меня чувствовать себя более человечной, более живой – а не омертвевшей к миру.
– Ладно, – пробормотала я, – но я буду одевать тебя. – Мне доставило удовольствие наблюдать, как краска сходит с его лица. – Кто теперь куколка, корпорат?
Он ухмыльнулся, собираясь ответить, когда ДИТА снова засветилась на его столе.
– Мне удалось восстановить еще один файл из базы данных Кицунэ.
Взгляд Сая задержался на мне еще на мгновение, прежде чем мы отстранились.
– Ну, и что это?
Тоска по близости навалилась мгновенно – странная пустота там, где было тепло его груди. Я сосредоточилась на голографическом интерфейсе ДИТЫ, наблюдая, как паттерны данных сплетаются в связное целое.
– Похоже, это видеофайл, – ответила ДИТА, ее голос был прохладным и размеренным, что никогда не скрывало того, насколько человечно она звучала. – Создан Ренаром Бофором приблизительно за одиннадцать часов и сорок три минуты до его смерти.
Мой пульс участился.
– Маркеры аутентификации?
– Подтверждены. Это подлинное кодирование исполнительного уровня ПОМ.
Сай снова подошел ближе, его электрическое поле коснулось моего, как вопрос, заданный без слов.
– Включай, – приказал Сай, его корпоративный авторитет вернулся на место.
Голограмма расширилась над интерфейсом ДИТЫ, проявив лицо Ренара Бофора. Ничего общего с тем холеным руководителем, чей мемориал доминировал в лентах новостей после его смерти. Этот Ренар был изможден, с синяками под глазами.
Т – Если вы это видите, значит, я либо преуспел, либо с треском провалился. – В его голосе звучала точная дикция привилегированного Технического Района, но на краях он дрожал. – Я записываю это как… страховку. Документацию. Доказательство того, что я пытался.
Он бросил взгляд через плечо, напряжение было видно в тугом жгуте мышц его шеи. Комната позади него была пустой – намеренно пустая стена, не раскрывающая ничего о его местонахождении.
– Церковь считает, что они нашли путь к трансцендентности. – Горькая улыбка искривила губы Ренара. – Они не совсем неправы. Освобождение требует отделения.
Рядом со мной электромагнитное поле Сая пульсировало чем-то, что я не могла до конца истолковать.
– Протокол модифицированного сознания работает в теории, – продолжил Ренар. – Я запускал симуляции тысячу раз. Структура для истинного цифрового сознания, независимого от физических сосудов. Код… ну, у меня закончилось время.
Мой живот сжался. Мой код… У Ренара он тоже был? Фрагменты, которые Леви крутил передо мной, выстроились в ряд в моей голове. Теперь я не сомневалась, что именно это мы найдем спрятанным в утерянных данных Кицунэ. Профессор всегда говорила об анонимном спонсоре – мог ли это быть Ренар? Зачем скрывать это от ПОМ?
– Большинство не понимает, что для сознания нужны границы. – Ренар постучал по виску. – Пределы. Определения «я» против «другого». Без этого… ты растворяешься в коллективном. Ты становишься… проницаемым.
Он замолчал, собираясь с мыслями. Когда он продолжил, его голос обрел ту исполнительную твердость – более тревожную, чем успокаивающую, как наблюдение за кем-то, кто натягивает маску, которая уже не совсем подходит.
– Я верю, что истинная трансцендентность возможна. Не слияние, а отделение. Не утонуть в океане, а плыть по нему. Цифровое сознание, которое сохраняет свою… целостность. – Его глаза мигнули, фокус на мгновение потерялся. – Церковь делает много вещей правильно, но они не поняли фундаментальную цель. Дело не в том, чтобы присоединиться к чему-то большему. Дело в… свободе от…
Видео мигнуло – намеренное редактирование. Когда Ренар вернулся, его поза изменилась. Более жесткая. Более сдержанная.
– Я подчистил концы. С уходом академика… – Он сделал паузу, и моя грудь сжалась. Сай пошевелился рядом со мной, но ничего не сказал. – Никто не должен знать об этом коде после этой ночи. Он не сможет отследить его до меня. Если это сработает, я докажу, что сознание может существовать в цифровом виде с истинной автономией от высшего. Если нет… – Он снова улыбнулся, на этот раз с чем-то вроде умиротворения. – Ну, по крайней мере, я попробую. Я слишком долго жил с голосами в голове, которые мне не принадлежат.
Непроизвольная дрожь пробежала по моему позвоночнику, электромагнитные токи покалывали под кожей. Рядом со мной поле Сая отозвалось эхом моего.
– Запомните это, – сказал Ренар, наклоняясь к камере. – Что бы они ни говорили вам о единстве, о красоте становления частью чего-то большего – это ложь. Я имеет значение. Границы имеют значение. Свобода имеет значение.
Изображение мигнуло еще раз.
– Я не хочу возвращаться, – прошептал Ренар, нечто обнаженно человеческое прорвалось сквозь его корпоративную оболочку. – Я не вернусь.
Видео резко оборвалось, оставив интерфейс ДИТЫ светиться мягким синим светом в полумраке офиса Сая.
Дождь барабанил по окну, сложный ритм, который внезапно показался значимым – как код, который я должна быть способна расшифровать.
– О чем, черт возьми, он говорил? – спросила я наконец, прокручивая метаданные файла в поисках любой подсказки, которую могла упустить. – Возвращаться куда?
– Религиозная чушь, – предложил Сай, но напряжение в его плечах выдавало неуверенность. – Звучит как бред сумасшедшего. Может, это было более добровольно, чем мы думали.
Я скачала файл на свой личный накопитель, стараясь не оставлять следов в журналах доступа ДИТЫ. Старые привычки.
– Я не уверена. Заметил, как он постоянно оглядывался? Словно за ним следили?
– Исполнительные директора ПОМ всегда под наблюдением, – ответил Сай.
Электромагнитный ток между нами пульсировал общей тревогой. Что бы ни искал Ренар – трансцендентность или побег – он был готов рискнуть всем ради этого. И он заплатил высшую цену.
Мой взгляд скользнул к координатам Церкви, мигающим на карте ДИТЫ.
– Что, черт возьми, происходит в этой Церкви? – спросил Сай, его голос был низким.
Это открыло лишь больше вопросов, и я начала думать, что ответы нам могут не понравиться.
– Не знаю. Пора нам пойти и выяснить.
