Текст книги "Неоновый Поток (ЛП)"
Автор книги: Ава Торн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 33 страниц)
Тогда я попытался проснуться. Я чувствовал, как сознание зовет меня, но что-то тянуло меня глубже в бездну – в воспоминание, о котором я не позволял себе думать. Никогда.
Я брел по воде, не думая о бактериях и токсинах, клубящихся в ней.
Мне было плевать.
Дверь в квартиру была приоткрыта, в узкой щели застрял мусор. Я толкнул хлипкий материал, и он осыпался, промокший безвозвратно. Я шагнул через обломки на кухню, которую знал всю свою жизнь.
– Иши… – Мой голос был тихим, потому что я уже знал, что ответа не будет.
Маленькие тела плавали лицом вниз в гостиной. Я на них не смотрел.
Мне было плевать.
Холодильник опрокинулся, придавив мою мать. Труба пронзила ее живот, грязная вода вокруг нее темнела, пока из нее вытекала жизнь. В ее объятиях лежал младенец.
Мне было плевать. Я даже не знал, зачем я здесь.
Затем она закашлялась, ее тело содрогнулось. Должно быть, в холодильнике образовался воздушный карман, которого хватило, пока вода не отступила.
– Сайанос… это ты? – Она была прижата и не могла меня видеть. Я поднял с нее эту махину; ее лицо было уже бледнее смерти.
– Касан…
– Твоя сестра… вытащи ее. Вытащи их всех. – Она протянула мне абсолютно мертвого младенца. – Забери их, Сайанос.
– Мама…
Она втиснула холодное, окоченевшее тело мне в руки.
Ее рука потянулась к моему лицу, и я вздрогнул, ожидая удара. Она была намного меньше меня – была с тех пор, как мне исполнилось двенадцать, – но мое тело всё еще хранило эти воспоминания. Вместо этого ее ледяная рука легла мне на щеку.
– Ты всегда был моим любимчиком, знаешь? Мой маленький голубой ангел.
Она издала еще один дрожащий вдох, и свет в ее глазах померк.
И мне было совершенно, блядь, плевать, пока вода текла по моему лицу, а глаза горели.
Мне было совершенно, блядь, плевать.
***
Я не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я наконец оторвался от этого зрелища. Всё, что было между этим моментом и тем, как я снова стоял на поверхности, глядя в зараженное неоном небо, было черным пятном – мой мозг знал, что у меня нет желания вспоминать. Я смотрел на эти лучи света, на рекламу за рекламой, уходящие в небеса. Мир, который я знал, исчез.
Я был свободен так, как никогда в жизни.
Дождь лил по моему лицу, смывая грехи всего, что произошло под землей. Я мог пойти куда угодно. Стать кем угодно. Я был свободен – жить со всем, что совершил, со всеми воспоминаниями, которые, если присмотреться к ним слишком внимательно, съели бы меня заживо.
Поэтому я сделал единственное, что мог. Единственное, что когда-либо делал: пошел вперед, не оглядываясь. Я не умел чувствовать ничего, кроме гнева – чистой ярости. И я знал, что она уничтожит меня, сожжет дотла изнутри. Мне нужен был проводник. Кто-то, кто направил бы ее, ровно настолько, чтобы я смог пережить еще один день.
Я приложил черную карточку к дужке своего «Вайзора», и появилось всего несколько слов:
Чак Текскукано
Служба безопасности ПОМ
589.3443245.33467
Я позвонил по этому номеру и продал свою душу новому хозяину, вместо того чтобы страдать от бесконечных возможностей в одиночестве. Я сдался тому, чем, как я уже знал, являлся.
У меня была сила. И люди всегда будут меня бояться.
Это делало меня идеальным оружием. Чем-то, что может контролировать кто-то другой.
Кайдзин. Призрак. Но никогда не человек. Никогда не мужчина.
Глава 41
ЭОН
Я спала крепко той ночью – крепче, чем за последние годы. Проснувшись, я попросила ДИТУ сделать звонок.
Теперь я снова стояла у жилого комплекса Сая, непрошеная… снова. Но я должна была сделать этот шаг, пока не потеряла решимость. Я отправила Деву сообщение.
Я: Буду через 5 мин.
Дев: Я готов. Почему я снова не могу пойти с тобой?
Я: Парень – агорафоб. Не любит новых людей.
Дев: Ты сказала ему, что я нравлюсь всем?
Я: Ты бы слишком сильно флиртовал.
Дев: Оооо, так он милашка. Понятно. Придерживаешь его только для себя?
Я проигнорировала это и вошла в здание. Добравшись до квартиры Сая, я вошла без стука. Он поднял взгляд от того места, где сидел на кухне, завтракая.
– Вижу, ты всё еще не обновил систему безопасности.
– Не вижу смысла. Ты всё равно ходишь куда хочешь. – Он встал, держа в руках миску с мисо, и направился ко мне. – Что тебе нужно на этот раз? – Его глаза метнулись к кейсу у меня в руке.
– Я надеялась, что ты поиграешь со мной в доктора.
Его лицо просияло, и мне стало почти стыдно за то, что я ввела его в заблуждение. Почти.
– Знаешь, я опытный медбрат – очень практичный. Я позабочусь о том, чтобы ты была в надежных руках, куколка. – Он потянулся ко мне, но я с щелчком распахнула кейс, и он замер. – Что это за херня?
– Это устройство для диагностики проблем с твоими имплантами.
Он тут же закрылся.
– С моими имплантами всё в порядке. – Он смотрел на диагностическое устройство так, будто это была бомба.
– Лжец. Они всё еще сбоят, – сказала я. Он не стал спорить. Его глаза были прикованы к кейсу.
– Те ублюдки из ПОМ ничего не смогли с этим сделать. Думаешь, ты сможешь?
– Не я. Но Дев сможет. Он работает с моим чипом уже много лет. Он знает, что делает – вероятно, у него больше опыта с ЭМ-чипами Флюкса, чем у всего отдела ПОМ.
– Чипы. Это не то же самое, что вот это. – Он указал на всё свое тело.
– Я знаю. Но если кто-то и может помочь, так это Дев. Я подключу нас всех к звонку через минуту.
Он колебался больше, чем когда-либо на моей памяти. Его Флюкс пульсировал неровно. Он… нервничал? Я думала, он просто строит из себя мачо по поводу имплантов, но дело было в чем-то большем. Я смотрела на него слишком пристально, и он это заметил.
– Почему ты просто не привезла дока сюда?
Я покачала головой.
– У меня на звонке активен фильтр размытия лица. Сказала Деву, что ты агорафоб, сидишь взаперти и очень ценишь приватность.
Он поднял бровь.
– Почему ты соврала?
Его уличный акцент стал гуще, и я поняла, что он и правда нервничает. Он пытался этого не показывать, но что-то заставляло его быть на взводе. Мой взгляд задержался на шраме на его лице, спускающемся к центру груди. Я снова подумала о юном Сае, глубоко в Пурпурном Районе, у худшего моддера, которого я могла себе представить.
Я выдержала долгую паузу.
– У тебя что, комплекс из-за того, что ты призрак или еще какая-то херня? К тому же, Дев – хороший парень. Я не хотела, чтобы ты запаниковал и поджарил его.
Он даже не стал это отрицать.
– Ему придется увидеть мое лицо. Увидеть импланты.
– Ты не против?
– Да. Я тебе доверяю.
Доверяешь мне. Какое опасное утверждение.
– Снимай рубашку.
Я увидела, как он запер свой страх, когда его ухмылка стала хищной.
– Если ты хотела увидеть меня голым, куколка, тебе нужно было просто попросить. Не обязательно было затевать эту долгую игру.
– Заткнись, пендехо. Мне нужен контакт с кожей для датчиков. – Я подвела его к дивану и позвонила Деву.
– Эй, ты видишь его? – спросила я.
Сай усмехнулся, снимая рубашку, и я определенно не позволила своим глазам задержаться на V-образном рельефе мышц под поясом брюк, прекрасно зная, к чему это ведет. Я чувствовала, как начинаю разогреваться, и это было не то направление, в котором стоило двигаться.
– О, я вижу его, И. Черт возьми, где мне найти себе такого отшельника? – спросил Дев.
– Я включаю громкую связь, Дев, – сказала я с нажимом.
– Ладно, ну хорошо – тебе нужно прикрепить датчики на все импланты клиента, – сказал Дев, возвращаясь к врачебному тону. Я позволила этому привести меня в чувство. Я смогу это сделать.
– Будь со мной нежна. Это мой первый раз. – Улыбка Сая стала шире – не думала, что это возможно.
Я сорвала липкую основу с электрода и с удовлетворительным шлепком прилепила его к его груди.
– Ай, как грубо, куколка.
– Ты вытерпишь, – парировала я. Его глаза сверкнули, и я возненавидела то, как предательски запульсировало существо у меня между ног. – Переворачивайся. – Я слышала, как Дев сдерживает смех. Он прислал мне сообщение, которое могла видеть только я:
Дев: Мне стоит дать вам двоим минутку?
– Креплю электроды, Доктор. – Я прижимала их к каждому его импланту – сначала на спине, потом на груди. Я заставила его лечь обратно, и он подчинился, заложив руки за голову и ухмыляясь. Он прекрасно знал, что делает эта поза, как она напрягает его руки и грудь.
Я включила диагностическое устройство, и оно загудело, ожив, а на экране расцвела серия сложных графиков. При этом улыбка Сая исчезла.
– Так, я получаю показания. Пусть выполнит протокол Мерсера.
– Ебать мой мозг. – Сай застонал и сел.
– Эм, у вас там всё в порядке? – спросил Дев.
– Да, – сказала я, сверля Сая взглядом. Он невинно пожал плечами и начал постукивать пальцами. Он плавно прошел через все этапы, пока ему не пришлось выпустить искру между вытянутыми руками. Я передавала всё это Деву, по мере того как настроение Сая портилось.
– Отображается нестабильная односторонняя волатильность. Это согласуется с глюками, которые вы наблюдали. Пусть сделает это снова, и я подтвержу.
Сай застонал, но повторил действие. Его плечо снова сбоило.
– Данные хаотичны в районе акромиально-ключичного сустава. Проблема именно там. И, мне нужно, чтобы ты пропальпировала эту область, чтобы вызвать ответную реакцию.
Я положила руку на датчик у него на груди и надавила. Дыхание Сая участилось, грудь вздымалась под моей ладонью.
– Не то чтобы совсем безболезненно, куколка.
Я проигнорировала его и надавила снова. Он зашипел, мышцы под моей рукой напряглись. Я следила за экраном вместе с Девом. Сначала ничего – никаких изменений – пока…
– Блядь! – Сай согнулся под моей рукой, и показания пошли вразнос. Его Флюкс скакнул, искры затрещали по его коже.
– Эй! Успокойся!
– Пытаюсь, куколка, но… – Его снова скрутило. Датчик выдавал показания, которых я не понимала, но знала, что они плохие.
– Дев?
– И, тебе нужно немедленно доставить его ко мне. Ему нужна операция…
– Никакой, блядь, операции! – рявкнул Сай, и затем разряд энергии прошел от его тела к настенным экранам, выведя их из строя каскадом искр и статики.
– Дев, я перезвоню. – Я не дала ему возможности возразить.
Флюкс Сая теперь был непредсказуем. Искры прыгали с него на меня, жаля, но я могла это вынести. Я искала ритм его силы, как делала это в Логове. Я снова нажала рукой на датчик, и на мгновение сигнал очистился. Я испустила долгий вздох.
Я попробовала снова, и сигнал стабилизировался, прежде чем подскочить еще сильнее. Сай теперь стонал.
– Сай, хватит. Мы доставим тебя к Деву, я не могу… – Но он не останавливался. Всё его тело яростно дергалось, глаза закатывались. Молния взорвалась, исходя из него, и разбила окно.
– Сай! ХВАТИТ! – Но это было бесполезно. Он не слышал меня.
Экран мигнул красным, и его сердце остановилось.
Блядь, блядь! Что я наделала?
Я положила обе руки ему на грудь, и его Флюкс перекинулся на меня.
– Только попробуй умереть, корпорат!
Вот оно. Резонанс.
Я чувствовала это теперь, гул под его кожей – дикий и беспорядочный, но знакомый. Шторм, ищущий, за что заземлиться. Ищущий меня.
Его тело снова содрогнулось, еще один яростный треск энергии прошел между нами – но на этот раз, вместо того чтобы отпрянуть, я подалась вперед. Сила хлынула ко мне, обвиваясь вокруг моих пальцев, моих запястий, вплетаясь в мой пульс, словно второе сердцебиение. Это должно было причинить боль. Должно было уничтожить меня. Но энергии между нами было всё равно.
Я надавила на его грудь сильнее, чувствуя, как статика дрожит на моей коже. Я ударила его током.
Линия оставалась прямой.
Я ударила его снова, всем, что могла вызвать.
Вот – всплеск. Но он угас.
– Только попробуй, Сай!
Я ударила его током и удерживала, ища тот резонанс, который был только у нас двоих. Дело было не просто в синхронизации с ним – он синхронизировался со мной. Его ток переплелся с моим, подстраиваясь, выравниваясь, словно он узнал меня даже в этом хаосе. Он больше не боролся со мной.
На мгновение всё замедлилось. Его сила пульсировала сквозь меня, как продолжение моей собственной, словно две волны, сталкивающиеся и сливающиеся в нечто большее. Это было ужасающе. Это было опьяняюще. Это было то, о чем я мечтала месяцами. Его сердце снова запустилось, и на этот раз оно продолжало биться. Он застонал, и я почувствовала, как его Флюкс обволакивает боль, пронизывающую всё его тело.
Я потянулась к его импланту и проигнорировала диагностические показатели. Вместо этого я позволила своему Флюксу – нашему Флюксу – вести меня. У меня было больше силы, чем в Логове. Намного больше. Я оседлала этот поток сквозь тело Сая, как делала это в киберпространстве. Я позволила ему вести меня, позволила схемам его имплантов говорить.
Боль Сая была их болью, там, где кремний и медь разъелись, покрылись патиной до состояния почти полного отсутствия проводимости из-за халтурной установки тринадцать лет назад. Мой Флюкс понимал, я понимала. Это было похоже на чип, который я помогла починить Деву, но менее доработанный. Я переписала схемы и соединила разорванные связи. Я нашла ритм, нашла пульс его крови, текущей через имплант, пока боль не растаяла.
Искры потускнели, дуги молний втянулись обратно в его кожу, успокаиваясь. Его тело расслабилось под моими руками, дыхание вернулось в виде прерывистых вздохов. Я чувствовала, как его сердцебиение замедляется, подстраиваясь под мое, шторм внутри него наконец утих.
Я выдохнула, прижавшись лбом к его лбу.
– Ты в порядке, – прошептала я, голос едва был слышен в звенящей тишине.
Его ресницы дрогнули, глаза приоткрылись ровно настолько, чтобы встретиться с моими. Его рука обхватила мою поверх его груди. Мы оба тяжело дышали, словно пробежали десять миль, пот катился по нашим лбам. Он удерживал мой взгляд, затем сжал мои пальцы в своих. Его дыхание смешивалось с моим, и всплыли воспоминания, которые я отгоняла – воспоминания о том, как он смотрел на меня точно так же.
– Ты в порядке, – повторила я, голос был более хриплым, чем хотелось бы.
– Да. Чувствую себя на миллиард кредитов. – Его пальцы сжали мои сильнее. – Ты спасла меня.
– Я не могла позволить тебе умереть.
– Тебе не нужно лгать мне, куколка. Из всех людей, я бы понял.
– Думаешь, я лгу?
Мы были связаны так, как я никогда раньше не чувствовала, и он знал, что это правда. Я не могла отпустить его, потому что между нами что-то было. Что-то, что обращалось к тем частям нас, которые были одинаковыми. Не только Флюкс – но и наша общая боль, наше общее подчинение людям, которые видели в нас лишь инструменты для использования.
Его дыхание смешивалось с моим. Мы были так близко, а его глаза были такими прекрасными, наполненными электричеством и звездами.
На моем «Вайзоре» всплыло уведомление, и я резко одернула руки.
– Хироми говорит, что закончил перевод.
Лицо Сая вытянулось.
– Ну, полагаю, тогда у тебя свидание, куколка.
– Точно, я отправлю тебе детали. – Я практически выбежала из его квартиры. Закрывая дверь, я услышала, как он пробормотал: – Блядь. Мне нравилось то окно.
Глава 42
ЭОН
Мои руки всё еще дрожали, когда я готовилась к встрече с Хироми. Всё, о чем я могла думать, – это Сай. То, как он смотрел на меня, и тот ужас, который я испытала, когда его сердце остановилось. Приливы и отливы его Флюкса, сливающиеся с моим, – первобытный ритм, который отзывался в самых глубинных частях моего существа.
Когда я собралась перекрасить волосы обратно в тот безопасный, естественный каштановый цвет, я заколебалась. Это больше не была я. Я наблюдала, как искры и звезды кружатся в моих глазах, как мой Флюкс танцует так, как я обычно его подавляла.
Было приятно отпустить всё это в Логове, позволить только гневу вести меня, когда я взрывалась силой. Даже на задании в дата-центре я никогда не позволяла себе такой разрядки. У меня никогда не было его, чтобы показать мне, насколько хорошо это может ощущаться.
Я надела единственный светлый наряд, который у меня был – бледно-кремовое структурированное платье с серебряной окантовкой, которое ощущалось как ложь. Я оставила волосы лавандовыми, собранными в два моих любимых маленьких пучка на макушке. Я начала уставать скрывать настоящую себя.
Я встретила Хироми в шикарном, модном ресторане в Небесном Районе. Они отказались от насыщенных цветов других районов, выбрав отделку под полидерево и гладкий белый мрамор. Каждый источник света был мягким, теплым и белым, скрывая грязь, которая пропитывала всё в Нео Стелларис. Даже Небесный Район был осквернен, как бы сильно они ни пытались отмыться.
Я сканировала толпу, пока не увидела Хироми, встающего из-за столика в углу. Он улыбнулся, заметив меня. Его темные волосы были идеально растрепаны на лбу, и он возвышался над толпой.
– И, твои волосы! Я почти не узнал тебя. Выглядит просто фантастически. – Он потянулся к моей руке, и я протянула ее. Он слегка сжал мои пальцы, прежде чем проводить к нашему столику. Я сбросила пальто и повесила его на спинку стула. Он подождал, пока я сяду, прежде чем сесть самому.
– Я заказал немного того нового вина на кукурузной основе, надеюсь, это нормально?
– Конечно. – Я услышала хмыканье по связи моего «Вайзора».
– Ты здесь ради перевода. И всё, – сказал Сай.
Я не смогла сдержать ухмылку. Я отстучала ему сообщение по бедру под столом.
Я: Ревнуешь?
– В твоих мечтах. У нас осталось не так много времени.
Я: О, Сай. Если бы ты только знал.
Я повторила его слова, и услышала, как он подавился.
– Что заставило тебя так улыбнуться, И? – спросил Хироми.
Я снова посмотрела на него.
– Просто всегда рада тебя видеть. К тому же, у тебя для меня кое-что есть, верно?
Хироми кивнул.
– Должен сказать, это было непросто. Я никогда раньше не видел ничего подобного.
Я откинулась на спинку стула и скрестила руки.
– Это-то и делало задачу интересной, правда?
Он усмехнулся.
– Да, но должен заметить, я не делаю этого для кого попало, И.
Я выдержала его взгляд, пока его темные глаза не метнулись к моим губам, и легкий румянец не пополз по его шее. Он прочистил горло.
– Верно. Итак, перевод. – Он достал из кармана наладонное устройство и перекинул данные на мой «Вайзор». Я наблюдала, как слова прокручиваются на экране; подсвеченные символы рисовали весьма тревожную картину.
– Итак, у него нет корней ни в одном из известных языковых моделей. Мне пришлось использовать модель, основанную на праафразийском языке, прежде чем я вообще смог получить хоть какой-то результат. Но как только получилось…
Он коснулся устройства, и результаты изменились. Мой мозг лихорадочно работал. Как это возможно?
– Похоже, это…
– Код, – едва слышно прошептала я.
– Ага, как ты так быстро его узнала?
– Потому что я его написала.
– Какого хера это значит? – голос Сая резко прозвучал у меня в ухе, вырвав из транса, в который я погрузилась, глядя на светящиеся символы на экране.
Хироми выглядел озадаченным.
– Как это может быть? Это кричит об ИИ. Ничто другое не могло создать такое шифрование и языковую модель. Даже мои программы с трудом справились с этим, а это значит, что ИИ, написавший это, должен быть выше даже самых высокоуровневых корпоративных разработок…
Я встала.
– Прости, Хироми. Я тоже не могу это объяснить. – Я схватила пальто со спинки стула, услышав, как он поднимается следом за мной. – Я знаю, что обещала тебе выпить, но это не терпит отлагательств. Перенесем?
Он просто одарил меня той мягкой улыбкой, с которой не расставался никогда.
– Конечно, И. Я знаю, какими бывают дедлайны. Просто надеюсь, ты не заставишь меня ждать слишком долго. Я позволил тебе ускользнуть однажды. Я не допущу, чтобы это повторилось снова. – Он шагнул ко мне, его темные глаза горели так, что это застало меня врасплох. Он нежно взял мои пальцы, прежде чем поднести их к губам, оставив легкий поцелуй на костяшках.
Я почувствовала, как мои щеки заливает краска, пока он всё это время удерживал мой взгляд.
– Хироми…
– Перестаньте трахать друг друга глазами. Вернись обратно и объясни, что за херня происходит.
Я стиснула зубы.
– Скоро. Обещаю. – Я выдернула руку и повернулась, прежде чем покраснела еще сильнее. Тут мне в голову пришла мысль, которую я не могла игнорировать.
– ДИТА, отключи соединение.
ДИТА утвердительно прозвенела в ухе, разорвав связь с Саем, прежде чем я заговорила снова.
– Хироми, ты пиротехник. Ты когда-нибудь встречал кого-то, с кем резонировал твой Флюкс?
– Резонировал? Типа как в кино? Этого не существует. Если это то, о чем ты переживаешь…
– Нет. Еще раз спасибо, Хироми. – Я ушла, не оглядываясь.
***
Каким-то образом Сай убедил меня просмотреть перевод вместе с ним в штаб-квартире ПОМ. Я не сопротивлялась. Я знала, что их вычислительные ресурсы помогут разобраться с тем, что, черт возьми, происходит. Верхние этажи были пусты, когда мы прибыли – обычное дело для вечера пятницы, девять вечера, – но шестой подвальный этаж был полон активности. Кажется, у Службы безопасности ПОМ не бывает выходных. Сай потащил меня в небольшую конференц-зал, не говоря почти ни слова, что держало меня в напряжении.
В тесном помещении стоял диван, и я села на него, напряжение всё еще сковывало мое тело.
– Итак, ты собираешься объяснить, что, черт возьми, происходит?
Я скривила губы в его сторону, но вывела информацию, которую дал Хироми, на голопроектор в центре комнаты.
Переведенный код медленно прокручивался перед глазами. Прошло уже больше полугода с тех пор, как я видела его в последний раз, но до этого я смотрела на него три года – я не могла его забыть.
– Этот код. Это проект, над которым я работала с профессором Танакой в Элизиуме, когда была в ее лаборатории. Это было… скажем так, неофициально. Профессор была убеждена, что мы можем оцифровать человеческое сознание – говорила, что это всё изменит. Я думала, что это бред, но это было…
– Интересная головоломка? – вставил Сай, ухмыляясь, глядя на экран. – Какова была конечная цель?
– Та же, которую люди ищут с начала времен: бессмертие. Твой мозг, сохраненный на чипе, который можно скопировать и обезопасить.
– Удивлен, что твоя бунтарка-профессор интересовалась чем-то подобным.
Что-то в его словах зацепило мой разум. Подсказка, которую я не хотела видеть. Правда, которую я не хотела знать. Я отбросила это и продолжила.
– На самом деле нет, но я знаю, что она получила на это огромное финансирование. Наверное, от какой-то биотехнологической корпорации – черт, может, даже от ПОМ. Ей нужно было платить по счетам. В общем, я работала над этим три года. Всё это было теоретически, конечно, и незаконченно… но похоже, кто-то попытался это закончить.
– Попытался?
Я пожала плечами.
– Ну, в теории это логично, да? Человеческий мозг – это набор электрических импульсов, не так уж сильно отличающийся от тех, что на компьютерном чипе. Если мы могли бы перевести это на машинный язык, почему мы не могли бы скопировать это? На самом деле, я сделала копию своего мозга. Это заняло ебаную вечность, но всё было отображено. Вся моя жизнь, сведенная к 2,5 петабайтам.
– Но у тебя так и не получилось это запустить?
Я покачала головой.
– Нет, всегда чего-то не хватало. Это всегда приводило профессора в бешенство. Но я думаю, это было…
Сай посмотрел на меня, его глаза пытливо изучали меня. Он приподнял брови в немом вопросе.
– Я думаю, это была… душа. Я могла загрузить свой мозг на накопитель, но это не делало его живым. Это не делало его мной. Мы никогда не могли создать ИИ, который мог бы считывать данные как конструкт личности. Все они получались одинаковыми.
– Недостаточно данных? – спросил Сай.
– Слишком много. Слишком много беспорядочных мыслей и паттернов, которые не коррелируют с активностью мозга. Во всяком случае, такова была теория. ИИ просто сворачивались сами в себя или деградировали до очень примитивных личностей. Можно научить ИИ вести себя как ты, может быть, даже думать как ты. Но это не ты. Определенно, не что-то живое. Не разумное.
– Юристы будут в восторге, услышав это, учитывая все протесты за права ИИ. – Его глаза сверкнули, губа искривилась. – Никогда не принимал тебя за религиозный тип – верить в души.
Он дразнил меня.
Я фыркнула.
– Я не верю. Просто есть… некоторые вещи, которые мы пока не можем объяснить. Это не значит, что мы не сможем сделать это когда-нибудь. Черт, посмотри, как изменился мир всего за пятьдесят лет.
Он снова посмотрел на экран, и его настроение помрачнело.
– Это не сулит тебе ничего хорошего. Твой код, расклеенный по всем стенам квартиры нашего бедного мертвого технического директора.
Теперь пришла моя очередь хмыкнуть.
– Я знаю. Но ты ведь знаешь, что я не имею к этому никакого отношения.
Он ведь знал. Правда?
Он махнул рукой, по-прежнему не глядя на меня. В этом жесте не было угрозы.
– Итак, ты сказала, что кто-то модифицировал его. Что они сделали?
– Буквально нет большего ада, чем копаться в чужом коде без документации. – Я провела рукой по лицу. – Тебе придется дать мне несколько часов. Я заставлю ДИТУ заняться восстановлением данных из Логова тоже. Это пошло бы намного быстрее, если бы я могла освободить пару мощных графических процессоров ПОМ.
К моему удивлению, он не стал со мной спорить.
– Я поговорю с Тексом об этом. Не уходи из этой комнаты, поняла? – Он наконец посмотрел на меня, и мне не понравилось, как приятно мне было видеть его ухмылку.
– Я бы никогда не сделала ничего, что могло бы тебя опозорить, корпорат.
