Текст книги "Неоновый Поток (ЛП)"

Автор книги: Ава Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 33 страниц)

Глава 20

ЭОН

Спустя еще один день я больше не выдержала и решила вернуться на работу к Деву – просто чтобы выбраться из этого чертового подвала хотя бы на несколько часов. Моя личность никак не была связана с магазином, ни в цифровом, ни в каком-либо ином виде, так что если только Сай не решит зайти через парадную дверь в поисках тюнинга чипа, я была в безопасности.

– Ну надо же, это ли не моя любимая антикорпоративная террористка.

– Заткнись, Дев! Уф, мне вообще не следовало тебе ничего рассказывать.

– Я твой босс – разве я не имею права знать всё, что ты делаешь в любое время? – Он ухмыльнулся, когда я плюхнулась на диван в подсобке магазина.

Я застонала, закинув руку на лицо:

– Мой босс. Мой пособник. И, судя по всему, мой психотерапевт.

– Психотерапевт? Умоляю. За это я беру куда больше. – Он крутанулся в своем кресле; перед ним на верстаке были разбросаны инструменты. – К тому же, ты была бы кошмарным клиентом. Слишком много багажа.

– И это говорит парень, у которого на стене всё еще висит голограмма бывшего, – огрызнулась я, выглядывая из-под руки.

Ухмылка Дева не дрогнула.

– Это не багаж. Это предупреждающий знак.

Я закатила глаза и села, схватив со стола наполовину пустую бутылку энергетика. Он был теплым, но я всё равно сделала глоток.

– Ты так и не рассказал, как очутился в этой дыре?

Он рассмеялся.

– Стара как мир история. Я приехал сюда за одним парнем. Ничего хорошего из него не вышло, а вот из этого города – вышло, так что я остался.

При этих словах я выпрямилась.

– Этот город оказался для тебя хорошим?

– Может, и не хорошим, но лучше, чем дома. По крайней мере здесь я смог быть тем, кто я есть на самом деле – больше не нужно было прятаться. Я могу ходить на свидания и в клубы, и единственный человек, который меня за это осуждает, – это ты. – Он подмигнул.

– Ты же знаешь, у меня нет никакого морального права осуждать тебя за то, с кем ты спишь.

– И тем не менее, ты это делаешь, – сказал он, откинувшись на спинку кресла с всё той же широкой ухмылкой.

– Тот последний парень был просто бомжом! Ты заслуживаешь кого-то равного тебе.

Мне не понравился взгляд, которым он меня одарил – словно мне самой стоило бы прислушаться к своему совету. Я встала и подошла к нему.

– С чем ты там вообще возишься?

– Выброшенные чипы Флюкса. Достались мне даром, вот и решил проверить, смогу ли их восстановить. Хватит пытаться вытянуть из меня сплетни и отработай свою зарплату хоть раз.

Теперь я повисла на спинке его кресла, заглядывая через плечо. Он поправил увеличительное стекло, чтобы нам было лучше видно чип. Пока он ковырялся с ним, я тихо спросила:

– Ты когда-нибудь скучаешь по дому? – Это был вопрос не только к нему.

Он вздохнул.

– Постоянно.

– Никогда не думал вернуться?

– Некуда возвращаться. Родители сказали больше не показываться им на глаза, если только я не заявлюсь с женой, как хороший сын. – Он покачал головой. – А этого никогда не случится.

Я положила руки ему на плечи.

– Полагаю, тогда ты застрял со мной.

Он усмехнулся, но в этом было столько тепла, что я почувствовала себя чуточку менее одинокой.

– Не такая уж и плохая сделка. – На мгновение груз всего того, во что я вляпалась, показался немного легче.

Дев продолжал работать над чипом перед собой, но он не смог бы его починить. Проблема была на уровне схем – то, что могла увидеть только я. Я положила свою руку поверх его, останавливая работу. Я вытянула один палец над чипом, и мой Флюкс отозвался низким гулом. Я нашла ошибку – сгоревший транзистор – и направила туда энергию, ровно столько, чтобы перезаписать кремний и починить чип. Куда более ювелирная работа, чем та, что я проделала с «Вайзором» Сая, но теперь я была спокойнее, а не обезумевшей от Вектора. Я напомнила себе, что именно ради этого я была чиста. Вот что я могла делать, когда не была потеряна в потоке.

Неважно, насколько хорошо это ощущалось…

С моего пальца сорвалась единственная искра, и Дев проверил диагностический экран, к которому был подключен чип.

– Черт, а ты и правда хороша, да?

– А я думала, поэтому ты меня и нанял. Но это всё благодаря твоим модификациям моего чипа.

При этих словах Дев ухмыльнулся, с радостью принимая все заслуги на свой счет.

Моддинг был даже престижнее киберинженерии. Лучшие из лучших работали в таких местах, как ПОМ, «МедТек» – во всей крупной фарме, – разрабатывая новые чипы-модификаторы гормонов не только для мутантов с Флюксом, но теперь и для всевозможных болезней и улучшений тела. Они приносили корпорациям огромные деньги, и им за это хорошо платили.

Дев был хорош. Он окончил лучший университет в Индии, и его навыки говорили сами за себя. Но вот он здесь, вживляет чипы прошлого сезона детям в трущобах почти за бесценок.

– Будь осторожна, а то заставлю тебя чинить этот металлолом целыми днями.

– А прибавка будет?

– Точно нет.

Мы оба рассмеялись, и он продолжил проводить диагностику чипа. Какое-то время я просто наблюдала за ним, глядя на этого человека, обладавшего таким огромным талантом, спасшего больше жизней, чем я могла сосчитать – и никогда не просившего награды.

– Почему ты здесь, Дев?

Дев не поднял глаз.

– Нигде больше не хотел бы быть.

– Я серьезно. Ты мог бы работать в «МедТек», заколачивать бешеные кредиты, заниматься передовыми исследованиями. А ты здесь, ешь лапшу быстрого приготовления с кем-то вроде меня.

– Больше никто не станет разучивать со мной танцы из старых болливудских фильмов, – с улыбкой сказал он. Я не ответила тем же.

Дев медленно выдохнул, отложил инструменты и стянул перчатки. Он постучал пальцем по губам, задумываясь.

– Потому что если не я, то никто другой. – В его темных глазах сверкнуло что-то жесткое, скрытое под привычным сарказмом. – Замечала когда-нибудь, что люди, которые больше всего нуждаются в помощи, – это те, на кого всем плевать? Такие люди, как ты. Как я.

Я нахмурилась.

– Значит, ты занимаешься благотворительностью?

Дев издал короткий, лишенный юмора смешок.

– Благотворительность – для тех, кто хочет чувствовать себя хорошим человеком. Я делаю это, потому что это бесит тех, кто считает, что мы должны просто страдать. Корпоратов. Богатых ублюдков. Родителей, которые вышвыривают своих детей на улицу, потому что те не вписываются в их идеальный маленький шаблон. – Его губы изогнулись в чем-то среднем между ухмылкой и оскалом. – Каждый раз, когда я кого-то собираю по кускам, это всё равно что плюнуть им в лицо. И вот это? Это того стоит.

Теперь я улыбнулась ему в ответ:

– Значит, ты просто мстительная стерва?

Он ответил мне такой же ухмылкой.

– А почему, по-твоему, мы так хорошо ладим?

Я потянула его за мочку уха, и он вздрогнул.

– Поосторожнее с техникой, И! – Он отмахнулся от меня, и я снова села на диван, наслаждаясь несколькими минутами комфортной тишины. Он закончил свои тесты и встал, потягиваясь, сцепив пальцы длинных рук над головой.

– Собираешься сегодня ночевать здесь? – спросил он.

– Да, если ты не против. У меня нет…

Он махнул рукой, прерывая меня.

– Какой смысл мне быть сердобольным добряком, если ты не будешь этим пользоваться? – Он усмехнулся, но у меня упало сердце.

– Дев, тебе не обязательно это делать. Я могу позаботиться о себе. Я что-нибудь придумаю. – Мой мизинец дернулся, и я знала, что Дев это заметил.

– Хочешь, я закажу тебе еще детокса? – Его голос был мягким, и я ненавидела это.

– Нет, я чиста. – Это не считалось.

Доброта на его лице вызывала у меня желание сбежать как можно дальше.

– Эон, ты же знаешь, что это не в тягость.

Мое лицо исказилось. Я не привыкла к тому, чтобы в моей жизни происходило что-то, не основанное на товарно-денежных отношениях. Дев знал это, поэтому дал мне лазейку.

– Как насчет того, чтобы ты оставила клинику открытой допоздна? Посмотрим, зайдет ли кто-нибудь записаться на прием. Тогда будем в расчете за ночевку.

– Ты уходишь?

– Я собираюсь пойти проведать одного парня насчет простыней на резинке. Справишься тут одна пару часов?

– Конечно, справлюсь. – Теперь я наконец ответила на его улыбку. – Только не делай ничего такого, чего не сделала бы я.

– Это очень короткий список, И.

Я швырнула в него подушкой, когда он выходил за дверь.

Глава 21

САЙ

– Это то самое место? – спросил Мэддокс, но даже сквозь его привычную монотонность я почувствовал осуждение.

Клуб «Хеллфайр» был настоящей дырой, даже по меркам Нео Стелларис. Неоновая вывеска мерцала и гасла, половина букв уже перегорела, оставив лишь тускло светиться красным Х Е Л Л. На стенах висели глючащие экраны с записями танцовщиц, которые, вероятно, не работали здесь уже много лет. Тяжелая басовая синти-музыка внутри грохотала так громко, что я чувствовал ее вибрацию в груди еще до того, как мы перешагнули порог.

Я поправил куртку и бросил на Мэддокса косой взгляд.

– Ты ждал красную ковровую дорожку? Или элитный лаунж?

Он не ответил, лишь оглядел фасад с нечитаемым выражением лица. Не то чтобы я ожидал чего-то другого.

Я толкнул дверь, и мы шагнули в пелену дыма и тускло освещенного отчаяния. В воздухе разило дешевыми духами, потом и спермой. Горстка посетителей рассредоточилась по залу, потягивая напитки; их взгляды то и дело метались к главной сцене, где танцовщица вяло покачивалась в такт музыке. Она выглядела скучающей. Как и бóльшая часть толпы.

Рука было легко найти – король в собственном рушащемся королевстве. Он развалился в полузакрытой кабинке, наполовину скрытый тусклым светом: в одной руке выпивка, другая закинута на плечо свернувшейся рядом танцовщицы, обдолбанной в хлам. Его костюм был безупречен, резко контрастируя с разрухой клуба вокруг. Его белобрысые волосы были зачесаны назад, выставляя напоказ шрам, тянувшийся по бледному лицу. Всё тот же старина Рук. Делает вид, что всё еще контролирует ситуацию, даже когда мир вокруг него горит.

Мы с Мэддоксом подошли, и он поднял глаза; медленная, понимающая улыбка поползла по его лицу.

– Эй, каброн, давно не виделись. Что привело тебя обратно в мою сточную канаву? – Рук скалился во все тридцать два зуба, улыбаясь мне. Он чуял кредиты, ждущие его, за милю.

– Нужны данные. Думаешь, у тебя что-то найдется?

Его улыбка стала еще шире, если такое вообще было возможно. Он махнул нам рукой, приглашая следовать за ним.

Рук завел нас в одну из своих VIP-кабинок: низкие диваны из веганской кожи тянулись вдоль трех стен тесного пространства, в центре стоял круглый стол. Я плюхнулся на дальний диван, закинув ногу на ногу и раскинув руки по спинке дивана. Мэддокс сел рядом со мной, прямой как палка.

Рук потыкал в датапад возле двери, и пара небольших сисек в комплекте с неплохим телом оцифровалась из проектора в центре маленького столика.

– Расслабьтесь на минутку, я скоро к вам вернусь, джентльмены. – Он похотливо усмехнулся и выскользнул из комнаты; дверь за ним задвинулась. Она отрезала звуки клуба, и теперь я слышал лишь бит, под который танцевала виртуальная стриптизерша.

Рот Мэддокса недовольно искривился.

– Расслабься, чувак. Рук не настолько туп, чтобы с нами связываться. Так ему не заплатят.

– Ты же раньше с ним работал, да? – спросил Мэддокс.

– С Руком? Не. Он не был из Хромированных Кицунэ. Он просто всегда совал свой нос в чужие задницы, всегда имел с ними дела. – Я фыркнул. – Будь он Кицунэ, он бы не встречал меня с такими распростертыми объятиями.

Мэддокс кивнул. Я никогда особо не рассказывал ему о временах, когда был Кицунэ, но нетрудно догадаться: когда уходишь из банды, всё не ограничивается просто обидами и парой пролитых слезинок. Обычно всё заканчивается как минимум несколькими трупами – или, в моем случае, множеством.

Дверь отъехала в сторону, и Рук плюхнулся на скамью напротив меня.

– Какого рода данные вы ищете?

– Просто ищем кое-какие ответы, – сказал я. – О Ренарде.

Его улыбка не дрогнула, но в глазах что-то мелькнуло. Интерес? Раздражение? Трудно сказать.

– Ренард, значит? Давненько не слышал этого имени. – Он откинулся назад, раскинув руки по сиденью. – И почему, скажите на милость, я должен что-то о нем знать?

– Кончай заливать, Рук. Мы знаем, что он здесь бывал – часто. Что он делал?

– Полагаю, то же, что и все здесь – мочил свой член.

Я в раздражении провел рукой по волосам, когда песня сменилась и перед нами материализовалась новая цифровая девушка. А вот у этой сиськи были идеальные. На мгновение я позволил себе насладиться ими – а затем мои челюсти сжались.

Это была она.

Зеленые волосы обрамляли это великолепное веснушчатое лицо, пока она извивалась всем телом. Эон Ибарра, запечатленная в идеальной цифровой копии. Ну, почти идеальной. Хотя двигалась она как чертова мечта, ее глаза были мертвыми.

Мэддокс поймал мой взгляд, и, узнав ее, напрягся еще сильнее – если это вообще было возможно. Рук заметил это движение и проследил за нашими взглядами.

– А, она вам нравится, да? Не могу вас винить – она была единственной в своем роде. – Он покачал головой. – К сожалению, она больше не одна из моих девочек. Но, к счастью, она навсегда останется в моей базе данных. Так что, по сути, она всегда будет моей.

Он одарил меня той самой зубастой ухмылкой, и я чуть не сломал зубы, еще сильнее стиснув челюсти.

Моя рука метнулась к поясу, но Мэддокс бросил на меня предостерегающий взгляд. Вместо оружия я достал из кармана пиджака свою «VaPurr», зажег ее и снова откинулся на спинку. Рук не унимался.

– Я могу загрузить ее на одну из РобоКисок, что у нас есть, если вас заводит вирт…

– Я здесь не для того, чтобы спускать пар, Рук. Хотя то, как ты мне тут ебешь мозги, может заставить меня передумать. У тебя есть что-нибудь полезное, или мы закончили?

Его улыбка тут же сползла.

– Вы же знаете, в этом бизнесе конфиденциальность – это всё. Если люди услышат, что я раздаю данные клиентов…

– Значит, никто об этом не услышит. Либо ты рассказываешь нам всё, либо все эти виртуальные киски в твоей базе данных внезапно исчезнут во время следующего обновления системы. Так что выбираешь?

Шея Рука покрылась испариной; он был взбешен, но не мог тягаться со мной так же, как не мог тягаться с ПОМ.

– Ладно – но это останется между нами. Да, Ренард приходил сюда. Ему нравились девочки – очень нравились. Но ему также нравилось встречаться с лидерами Хромированных Кицунэ, которые тоже наслаждались моими девочками. Сечете?

– Кто? Мне нужны имена.

Его губы сжались, но Рук был в первую очередь трусом. Теперь это была просто игра в ожидание.

– Хидэки Хинокава.

При этих словах я выпрямился. Хинокава-сан был оябуном – главой клана. Если он встречался с Ренардом, это не какая-то мелкая уличная сделка.

– Записи есть?

– Что, я похож на идиота? Конечно нет. Потому они здесь и встречались.

Я усмехнулся. Позже я попрошу внутренний отдел проверить его диски, но там, скорее всего, ничего не было. Рук был трусом, но он был прав. Он не был идиотом.

– Что еще? – спросил Мэддокс, не расцепляя скрещенных рук.

– Не так уж много. В том-то и суть, что я понятия не имел, о чем они болтают.

Мэддокс хмыкнул.

– У него была любимая девочка? – спросил я. Рук кивнул. – Пришли ее сюда. Может, я всё-таки намочу свой хуй.

Мэддокс снова хмыкнул, а Рук ухмыльнулся:

– Я знаю, что мы друзья, но товар не бесплатный.

– Да, да. – Я махнул рукой, и он ушел. Я буквально почувствовал, как кредиты списываются с моего счета.

Мэддокс нахмурился:

– Сай, мы работаем. И тебе не кажется, что это дурной тон…

– Я просто хочу поговорить с ней, боже, напарник. Вечно думаешь обо мне худшее.

– Ну да, конечно. Что ж, я буду снаружи. Не хочу в этом участвовать. – Он встал и вышел.

– Моралист! – крикнул я ему вслед, но он не отреагировал. Когда дверь снова задвинулась, в комнате остались только я и виртуальная Эон.

Я подался к голограмме, и на мгновение мне показалось, что она посмотрела прямо на меня.

– Не могу тебя найти, но и сбежать от тебя тоже не могу, да? – Я сделал еще одну затяжку из «VaPurr» и позволил этому чувству хлынуть сквозь меня; импланты отреагировали, и боль в плече утихла. Еще одна затяжка, и я почти перестал ее чувствовать. Свет в комнате начал рассеиваться, и я понимал, что принял слишком много – но, кажется, мне было абсолютно наплевать.

Я снова перевел взгляд на Эон на столе, когда она встала и заползла ко мне на колени.

– Соскучился, корпорат?

– Ни капельки, куколка.

– Ты ужасный лжец. – Проклятье, этот Вектор, должно быть, был совсем свежим, потому что я готов был поклясться, что чувствую, как ее руки сжимают мой воротник, чувствую ее вес у себя на коленях.

– Как долго еще ты заставишь меня ждать?

– Я всегда получаю то, что хочу. Любой ценой.

– Вот это мне нравится. – Она ухмыльнулась, и в этих глубоких фиолетовых глазах вспыхнули искры. – Так чего ты хочешь в первую очередь, красавчик?

– Что? – Я тряхнул головой.

– Блин, да ты совсем улетел. Я спросила, чего ты хочешь, красавчик?

Я моргнул, и зеленые волосы с идеальными губами растворились, превратившись в нечто иное – в кого-то другого. Темные волосы с прямой челкой обрамляли милое личико с волевой челюстью. Любимая девочка Ренарда.

– Как тебя зовут?

– Акико. – Она терлась всем телом о мое; ее ноги были широко расставлены у меня на коленях, а манящий жар прижимался к моему твердеющему члену. Но за последнюю неделю я и так достаточно отвлекался. Дело превыше всего. Я крепко сжал ее бедра, чтобы она не могла пошевелиться. Она постаралась не подать виду, но я заметил, как она вздрогнула.

– Расскажи мне о Ренарде.

– О ком? Сейчас здесь только мы с тобой, красавчик.

– Давай начнем сначала, милая. – Я сверкнул пистолетом под курткой, но ее взгляд приковался к значку ПОМ над моим сердцем. – Расскажи мне о Ренарде.

Краски схлынули с ее лица.

– Ты из этих, да? Кайдзины – бугимены корпорации ПОМ?

– И буги-вумен. Мы никого не ущемляем. – Я сжал ее бедро чуть сильнее, и она поморщилась.

– Я не хочу проблем.

– Тогда скажи мне то, что я хочу знать.

Она вздохнула, и маска спала с ее лица.

– Да что тут рассказывать? Хочешь узнать его любимые позы или типа того?

– Когда-нибудь подслушивала его встречи с Хинокава-саном?

Ее глаза расширились. Плохая лгунья.

– Нет, я никогда…

Я подтянул ее ближе к себе, выхватил пистолет из кобуры и провел дулом по ее бедру.

– Не лги мне.

Она заскулила:

– Окей, окей. Он ведь мертв, какая теперь разница? Они постоянно говорили о… хранении данных. О том, сколько у Хинокавы места в логове Кицунэ. Только об этом и говорили, как на гребаных деловых переговорах. Ренард хотел больше места на их сервере – хотел, чтобы они обновили свои процессоры. Говорил, что «проект» продвигается недостаточно быстро.

– Какой проект?

Она покачала головой.

– Я не знаю, клянусь. Они никогда не упоминали… – Теперь она дрожала, но не лгала.

Я прижал ее голову к своей груди и нежно погладил по волосам.

– Верю. Еще что-нибудь, что мне стоит знать?

Она не пыталась вырваться, говоря прямо мне в грудь.

– Мужик доплачивал кучу денег за то, чтобы трахаться без резинки – обожал это. Вообще-то он обрюхатил двух девочек здесь.

– Имена? – спросил я. Она назвала их, и я сделал пометку, но сомневался, что это приведет к чему-то большему, чем выплата отступных. Быть матерью внебрачного ублюдка кого-то из высшего руководства, вероятно, считалось одной из самых стабильных работ в этом городе.

Я откинулся назад. Зачем Ренарду хранить данные у Кицунэ? Он руководил крупнейшей технологической инфраструктурой в мире. Разве что он замышлял нечто такое, что хотел скрыть от чужих глаз. Больше вопросов, чем ответов – но это уже было начало.

Мой взгляд снова сместился к голографической фигуре Эон.

– Знаешь ее? – спросил я Акико, кивнув на стол. Она на мгновение обернулась.

– И? Да, какое-то время назад. – Она продолжала тереться о мои бедра, но я вскинул брови. Она вздохнула и замедлила движения. – Она была… она была хорошей. В нашей профессии некоторые становятся стервами – считают, что каждый сам за себя. Но И всегда обо всех заботилась. Я как-то попала в переплет; один бывший угрожал мне. Не знаю точно, что она сделала, но куча его данных утекла в сеть, и теперь он в тюрьме. Больше мне не нужно о нем беспокоиться.

Ну конечно, блядь, она это сделала. Киберраннер с сердцем ангела.

– Знаешь, где она сейчас?

Она покачала головой:

– Не-а, И вечно была в движении – никогда не задерживалась на одном месте, особенно после того, как выбралась отсюда. Единственное место, где ее можно было найти стабильно, – это Сеть. И нет, ее новых контактов там у меня тоже нет.

Я откинулся на спинку кресла, испустив вздох. Вот и всё на этом.

Акико прижалась ко мне, натирая мой полувозбужденный член своими бедрами и упираясь сосками мне в грудь; она прошептала мне на ухо:

– Эй, может я и не она, но я тоже ничего. Да ладно тебе, мне редко попадаются такие красавчики, как ты. Мы могли бы по-настоящему повеселиться. Она была умной – понимала, что парню из ПОМ лучше уйти с приятными воспоминаниями о ней.

Я ухмылся, и мои руки скользнули вверх по ее бедрам. Она издала самый сладкий тихий стон. Иногда я, блядь, обожал свою работу.

– Даже не знаю, мне ты кажешься жутко плохой девочкой.

Она ухмыльнулась и запустила руки под мою куртку, скользнув вниз к поясу штанов, и я простонал, когда она без колебаний сжала мой член со всей силы. Я потянулся за презервативом в карман куртки, когда мерцающие огни цифровой проекции привлекли мое внимание.

Эон двигалась – почти в точности так же, как Акико – вращая бедрами, ее глаза были полуприкрыты от удовольствия.

Я сделал еще одну затяжку, пока Акико раскатывала презерватив на моем члене. А потом мне стало казаться, что это рука Эон лежит на мне, это ее сладкая киска обхватила меня. Я сомкнул ладонь на основании ее горла – ровно настолько, чтобы почувствовать, как ускорилось ее сердцебиение.

Продолжай бежать, куколка. Мне не терпится тебя поймать.