Текст книги "Неоновый Поток (ЛП)"
Автор книги: Ава Торн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 33 страниц)
Глава 31
САЙ
Вот в чем дело с большинством людей, выросших в Пурпурном Районе: они никогда не могут отмыться от этой вони. Неважно, как высоко они поднимутся, насколько разбогатеют, они всё равно носят на себе грязь этого места, как шрам. Назначенный мне корпоративный психотерапевт называл это травмой. Я не думаю, что это слово хоть отдаленно подходит. Это гниль, которая проникает в твою душу и никогда не отпускает.
Я никогда не пытался ее отскрести. Носил ее как знак почета – даже со своей модной корпоративной должностью и зарплатой. Я знал многих, кто пытался и потерпел неудачу.
Эон сделала это с легкостью.
Пока она сидела за столиком в кафе, никто – даже я – не принял бы ее ни за кого иного, кроме как за женщину высшего класса. Профессор, а может, менеджер в ПОМ. Она изменила себя настолько полностью: речь, осанку, манеру улыбаться. Теперь я понимал, как она так легко меня одурачила, и должен был признать, что впечатлен. В очередной раз я подумал о том, каким превосходным активом она могла бы стать. Способности мимикрировать, словно хамелеон, под любую ситуацию невозможно научить.
Когда этот кусо мадзимэ нарисовался в своих дорогих брюках и рубашке, они составили идеальную картину. Словно сошли прямо с ебучей голографической рекламы Университета Элизиума. «Посмотрите, какое будущее вас ждет, если вы будете учиться у нас». Он потянул ее к себе, обнимая, и практически полностью закрыл собой. Какого вообще роста был этот ублюдок? Метр девяносто?
Он флиртовал с ней, как сделал бы любой нормальный мужчина в здравом уме. Но я знал, что он видит лишь красивую картинку. Он видел то, что хотел от нее получить, а она была хороша – слишком хороша – в том, чтобы это давать. Но я знал ее. Я знал ее грязную, разрушенную душу, и от этого хотел ее только сильнее. Он никогда не сможет овладеть ей так, как мог бы я – каждым ее сломанным кусочком.
– Хироми Ямамото, двадцать шесть лет. Кандидат на постдокторантуру в Университете Элизиума, Колледж киберинженерии и лингвистики. Неплохое резюме, – прочитал Мэддокс со своего экрана, тихо присвистнув. – Сразу после получения докторской степени получил предложения о работе от ПОМ и «МедТек», но отказался ради постдокторантуры.
– Легко отказываться от работы, когда ты при деньгах, – процедил я сквозь стиснутые зубы. От этого парня буквально разило старыми деньгами. Пахло дорогим одеколоном, слабой моралью и мамочкиными комплексами.
– А еще тут сказано, что он каждую неделю волонтерит в клинике для жертв Гео Флюкса, – продолжил Мэддокс.
Ебаный святой – да еще и сложен, как двухдверный холодильник. Все чертовы ангелы в мире не смогли бы убедить меня в том, что на небесах есть справедливый бог.
– Там, блядь, такого не написано.
Мэддокс лишь широко ухмыльнулся.
– И мать, и отец всё еще в Японии. Его отец – президент «Ямамото Индастриз», крупнейшего производителя аэрокаров в мире.
– Расскажи мне то, чего я не знаю. Пацан, наверное, даже задницу себе подтирать не умеет.
– Думаешь, твоя девушка считает так же? – спросил Мэддокс с хитрой ухмылкой, и клянусь, я чуть не пристрелил его прямо на месте. Я слышал, как она смягчила голос до того самого тембра, которым когда-то стонала мое имя. От того, как она произносила им его имя, мой Флюкс запульсировал, а терминалы в нашем наземном фургоне начали сбоить. Мэддокс нахмурился.
– Чувак, я же говорил тебе: это была, блядь, плохая идея. Ты слишком запал на эту девчонку. Из-за этого ты теряешь хватку.
– Я на нее, блядь, не запал. Я хочу получить этот бонус, а потом уйти в отпуск куда-нибудь, где чисто и полно кисок. Вот и всё.
Мэддокс снова повернулся к экрану, нахмурившись еще сильнее.
– Что теперь? – спросил я.
– Я и забыл об этом. У него была младшая сестра.
Я скрестил руки на груди. Меня это должно волновать?
– Я помню – это показывали в новостях. Она была геотехником.
Значит, она мертва. Такое никто не переживал. Даже богачи. По сути, все обладатели Флюкса рождались со смертным приговором. Дети из первого поколения проявления все сгорали изнутри к четырнадцати годам. Прошло около пяти лет, прежде чем были разработаны первые примитивные биомоды Флюкса, и восемь – до появления биочипов нового поколения. Я родился через десять лет после первоначального проявления, и всё равно меня угораздило получить старые технологии. Я буду страдать от этого до конца своих дней – но, по крайней мере, я не родился геотехником.
И по сей день никакие технологии не могут предотвратить их выгорание. Они обладали колоссальной силой – способностью заставлять вибрировать любой твердый материал. Некоторые дети могли раскачивать камень, пока он не плавился в лаву, другие могли разорвать на части тетракарбоновые баррикады за считанные минуты. Но то, что всегда ломалось первым – это они сами. Сила была слишком велика, и большинство умирали еще до того, как им исполнялось тринадцать.
– Представь себе: бог даровал тебе двоих детей, но у одного из них Гео Флюкс, – задумчиво произнес Мэддокс.
– Куча пожертвований на исследования биомодов, чтобы найти решение, а?
Мэддокс кивнул.
– Должно быть, здорово, когда тебе никогда не приходится пачкать руки.
Мэддокс посмотрел на меня – даже сквозь его затемненный «Вайзор» я это увидел.
– Я думал, ты не завистлив.
– Я не завидую. Я просто ненавижу богатеньких уебков, которые ни дня в своей жизни не работали.
– Ты же в курсе, что работаешь на кучу таких, верно?
– Я могу работать на кого-то и всё равно его ненавидеть. Одно другому не мешает.
– Внимание. Свидание окончено.
Я смотрел, как Эон обнимает его – снова, – а затем направляется к наземному фургону, в котором мы затаились. Она распахнула дверь.
– Ну, что дальше? – Ее мизинец дернулся на дверной раме.
– Что значит «что дальше»? Ты получаешь этот перевод и рассказываешь нам, что, черт возьми, он означает.
– Это не будет готово до пятницы. А что мы делаем сейчас?
– Мы не делаем ничего.
– Пытаемся организовать встречу с Кицунэ, – до одури любезно встрял Мэддокс.
Я резко повернулся к нему:
– Ты на чьей стороне, напарник?
– На своей собственной. У нас осталось не так уж много времени, Сай. Она – ресурс. Мы должны ее использовать. – Он повернулся к Эон. – Разведка докладывает, что они, возможно, прятали данные для Ренарда.
– Что за данные? – спросила она.
– Это вопрос на десять миллионов кредитов, не так ли? – Я закатил глаза, но она не стала огрызаться. Ее лицо было серьезным.
– Так каков план? Что нам известно об их внутренней безопасности? Мы говорим о ЧАП или о чем-то более продвинутом? Я, наверное, смогла бы…
– О, нет. Ты с нами не пойдешь. Мы тут не в копов и грабителей играем, куколка. Речь идет о том, чтобы сунуться в Логово Хромированных Кицунэ. Одно из самых опасных мест в этом городе.
Она перевела взгляд с меня на Мэддокса.
– И кто из вас двоих киберраннер? Вы пытаетесь извлечь данные – данные, которые, если ваша теория верна, Ренард очень старался спрятать. И что вы сделаете? Просто ввалитесь туда и вежливо попросите?
– Она права, Сай, – сказал Мэддокс.
– Как и всегда, верно? – простонал я. – Мы работаем на ПОМ. У нас такие технологии, что даже у тебя бы голова пошла кругом. Нам не нужен киберраннер внутри.
– Плевать, насколько навороченные у вас технологии – ни одна из них не дает стопроцентной защиты. Вы реально собираетесь так рисковать?
И конечно же, она была, блядь, права. Нам нужны были эти данные. Насколько нам было известно, глифы на стенах могли быть просто чьей-то гребаной шуткой. Мне нужно было использовать всё, что только можно, если мы хотели закрыть это дело в срок. Я выдержал ее взгляд, в этих фиолетовых глазах плясали искры, и я знал, что она такая же жадная, как и я.
– Я не соглашаюсь с этим. Но сегодня вечером нам нужно подготовиться, и ты можешь пойти с нами.
– Окей, встретимся в штаб-квартире ПОМ.
– О, мы не поедем в штаб, куколка.
Глава 32
ЭОН
В коридоре пахло чистотой, что для Нео Стелларис было редкостью. Я стояла перед дверью квартиры Мэддокса, сжимая и разжимая пальцы опущенных рук, пытаясь стряхнуть с себя нервозность, словно это было что-то, от чего можно отмахнуться. Глупо. Я бывала в местах и похуже, с людьми и похуже, и выжила. Сай и Мэддокс не собирались перерезать мне горло и сбрасывать в канал. По крайней мере, пока. Я всё еще была им нужна.
Я выдохнула и дважды стукнула – твердо, но без отчаяния. Шаги, пауза, затем дверь отъехала в сторону. Открыл Сай, прислонившись к косяку с таким видом, будто у него была уйма времени на то, чтобы демонстрировать, насколько я его не впечатляю.
– Заблудилась по дороге? – протянул он, скользнув взглядом вниз, словно ожидал, что я уже сбежала.
Я скрестила руки на груди.
– Тебе бы этого очень хотелось, да?
– Избавило бы меня от огромной головной боли.
Я не удостоила это ответом, просто протиснулась мимо него в квартиру. Здесь было убрано, но это место ощущалось домом гораздо больше, чем берлога Сая. Мэддокс явно проводил тут время: по разным поверхностям были разбросаны какие-то недоделанные проекты, а пухлая мягкая мебель выглядела изрядно потертой. На стенах висели схемы различных робототехнических проектов. Мэддокс сидел за столом, перед ним были разложены экраны и чертежи; его взгляд метнулся ко мне ровно на мгновение, чтобы отметить мое присутствие, прежде чем вернуться к тому, над чем он работал. Никаких «привет». Никакой дерьмовой светской беседы. Меня это вполне устраивало.
Сай закрыл за мной дверь, запирая меня с ними. Я расправила плечи, заставляя себя вести так, будто я здесь на своем месте, даже если все инстинкты кричали об обратном.
Сай плюхнулся на потертый диван, положив винтовку на колени. Он взял тряпку и начал ее протирать – медленно и методично, – словно не просто чистил оружие, а намекал на что-то. Металл щелкнул, когда он проверил патронник, поведя плечами так, чтобы всё это выглядело непринужденно. Но это было не так. Он хотел, чтобы я это видела. Хотел, чтобы я точно знала, на чьей территории нахожусь.
Я стиснула зубы, отказываясь реагировать. Последнее, что я собиралась делать, это позволить Саю думать, что он действует мне на нервы. Этого не было – даже если я не могла оторвать взгляд от металла, поблескивающего в его руках.
– Всегда так делаешь? – спросила я, скрестив руки. – Или этот спектакль только для меня?
Сай едва поднял взгляд.
– Нужно убедиться, что она готова. – Он провел рукой по дулу винтовки с чем-то почти похожим на благоговение. – В отличие от некоторых, мне не доставляет удовольствия идти на дело неподготовленным.
Пошел он. Кровь, лужами растекающаяся по полу серверной, мертвые дети под дымящимися стойками. Неважно, насколько с ним было хорошо, он был монстром. Я не могла этого забыть.
Я повернулась к Мэддоксу, который всё это игнорировал. Он возился с каким-то устройством размером с чемодан. Я заглянула ему через плечо, чтобы рассмотреть получше.
– Это RX-578? Такие довольно сложно достать в настолько хорошем состоянии.
– Ага, Мэддокс «реквизировал» его у отдела утилизации ПОМ, – встрял Сай с дивана, вставая и направляясь на кухню.
Темные щеки Мэддокса залились милым каштановым румянцем, и это было, честно говоря, очаровательно. Я поняла, почему Мерси так втюрилась.
– Крадешь у корпорации? А я-то думала, что ты у нас правильный парень. – Я подмигнула ему, а он хмыкнул, скрестив руки на груди. Он отвернулся, поэтому я обошла его с другой стороны, чтобы посмотреть на робота на его верстаке.
– Черт, ты модифицировал IMU? Это ювелирная работа. Помогло с проблемами балансировки? – Я увидела, как его голова едва заметно склонилась ко мне, и поняла, что он близок к тому, чтобы сдаться.
– Не заводи его. А то он всю ночь не заткнется, – сказал Сай, возвращаясь с банкой пива под мышкой и контейнером с лапшой навынос в руке. Он заталкивал ее в рот палочками, словно голодный беспризорник.
– Чья бы корова мычала, магистр неспособности заткнуться, блядь. – Я наклонилась чуть ближе к Мэддоксу и мягко улыбнулась ему.
Он сохранял суровое выражение лица еще несколько секунд, затем протянул руку и включил бота. Тот поднялся на своих четырех собачьих лапах. Мэддокс сильно толкнул его, и тот быстро восстановил равновесие.
– Класс!
Он не смог скрыть довольной ухмылки. Отлично. Один шаг вперед.
– Будем использовать его для дела с Кицунэ?
– Говорил же – никаких – «мы» – проворчал Сай с набитым лапшой ртом.
Мэддокс покачал головой и достал небольшой армированный футляр. Он откинул крышку магнитным рычажком, открывая гладкое хромированное устройство. Абсолютно бесшовное. Чем бы оно ни было, выглядело оно дорогим.
– Вот это, – наконец сказал Мэддокс, поднимая его, – то, что проведет нас в их систему.
Я шагнула ближе, рассматривая устройство.
– Выглядит круто. Технологии ПОМ?
Мэддокс кивнул.
– Прототип. Прямиком из отдела исследований и разработок. Подключается к внутренней защите сети, имитирует системные доступы и отправляет обратно ложные данные. – Он осторожно положил его на стол.
– Звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Он хмыкнул.
– Почти. Чтобы оно работало, нужно находиться в радиусе пятидесяти футов, а Логово всё окружено клеткой Фарадея – никаких беспроводных сигналов ни внутрь, ни наружу. Придется пронести его внутрь.
– Полагаю, они не любят впускать технологии, которые им не знакомы? – спросила я.
– Динь-динь-динь. Ты и правда гений. – Голос Сая источал сарказм, пока он кружил вокруг меня. Я его проигнорировала.
Устройство было маленьким – на самом деле не больше тюбика блеска для губ – и идеально герметичным. Я взяла его у Мэддокса и покрутила в пальцах.
– ДИТА?
Она прозвенела мне в ухо:
– Довольно впечатляющее анти-шифровальное ПО, но ему всё равно понадобится навигация, чтобы найти нужные данные.
Я знала, что нам нужно делать.
– Я иду с вами, – сказала я.
– Черта с два. Если я не могу взять Мэддокса, то уж тебя-то точно не возьму. – Сай скрестил руки на груди.
– Ты не можешь взять Мэддокса?
Сай покачал головой.
– Кицунэ и так дерганые, когда вокруг вынюхивает корпорат, не говоря уже о двоих.
– Я думала, ты один из них?
Наконец Сай выглядел удивленным.
– С чего ты взяла?
Я схватила его за лицо и пустила пульс Флюкса ровно настолько, насколько было нужно. Схемы под его кожей засветились.
– Это нелегальная работа. Я видела похожие моды в «Хеллфайре». У многих Кицунэ была такая же устаревшая техника. Хотя и не настолько масштабная. Когда я впервые увидела их, я подумала, что это просто те самые татуировки Флюкса, которые были в моде пару лет назад. Но это…
Он стряхнул мою руку, но возражать не стал.
– Теперь я симин. Есть пара контактов, но это лишь позволит нам войти, не более. Никакого особого отношения. Пройти смогу только я.
– Просто скажи им, что я шлюха, которую заводит легкий экстрим. Они не обратят на меня внимания.
– А разве это не так? – невинно поинтересовался Сай.
Мой Флюкс скакнул – и он это знал, ухмыляясь. Но это маленькое устройство всё еще было у меня в руке, и я хотела поиграть.
– Ты проведешь меня внутрь, а я буду управлять устройством.
– Ты не нужна. Я сам справлюсь.
– О, так ты сможешь запустить протокол поиска и отслеживать загрузку данных, и всё это время не вызывая у них подозрений? Сам?
Он переступил с ноги на ногу, а Мэддокс крякнул.
– Да, это моя работа, – сказал Сай.
– Значит, ты будешь рисковать получением данных, когда мог бы просто взять меня с собой? Пока ты будешь очаровывать их своей сногсшибательной личностью, я обчищу их до нитки.
– Это план получше, – встрял Мэддокс.
– На чьей ты стороне, напарник? – с болью в голосе спросил Сай.
– На ее.
– Она один раз похвалила твоего робота, и я стал вчерашним соевым мясом.
– Я не смогу за вами присматривать внутри. Сигналы не проходят ни туда, ни обратно. Мне это не нравится, – ответил Мэддокс.
– Значит, договорились. – Я улыбнулась. – Я немедленно приступлю к работе над программой поиска.
– Притормози, куколка. Мы еще не решили, как пронесем эту маленькую жемчужину внутрь.
– Я пронесу его. Без проблем.
– И куда именно ты… – Его глаза расширились, а затем он рассмеялся. – Да ни за что, блядь. – Он рассмеялся снова. – Никогда не думал, что буду завидовать куску железа.
Глава 33
САЙ
Она разлеглась на диване Мэддокса так, будто была здесь хозяйкой. В больших наушниках, явно довольная тем, что может нас игнорировать, и с головой ушла в работу над устройством для внедрения. Ее дурацкая клавиатура лежала у нее на коленях, и она время от времени взмахивала рукой, чтобы подкорректировать код. Я уселся рядом с Мэддоксом, который проверял мой новый пистолет. Не то чтобы это имело значение – я всё равно не мог пронести его в Логово.
– Уверен, что готов снова туда сунуться? – спросил он.
– У меня там еще остались друзья. К тому же, похоже, им нужен Вектор, какие-то проблемы с их обычными поставщиками. Они будут рады меня видеть.
Я бросил взгляд на Эон на диване, и Мэддокс проследил за ним.
– Будет полезно иметь своего человека внутри, – пробормотал он, возвращаясь к своей возне.
– Она не наш человек, как бы она ни притворялась. Она не обучена. Текс будет в бешенстве, если она из-за этого погибнет.
Мэддокс хмыкнул.
Я свирепо на него посмотрел.
– Что? Я, вообще-то, тоже не в восторге от того, что рискую жизнью из-за этого.
– Тогда не облажайся. – Он встал и потянулся. – Я иду спать. Не трахайтесь на моем диване.
– Истинный профессионал! – крикнул я ему вслед. Он не обернулся.
Эон всё еще стучала по клавишам. Было далеко за полночь, и обычно я бы вырубился на диване Мэддокса – но сегодня, очевидно, этому не суждено было случиться. Я достал из холодильника еще одно пиво.
Я занял гораздо менее удобное кресло и наблюдал за ней. Она была в своей стихии, полностью сосредоточена.
Она чувствовала себя слишком чертовски комфортно.
Каждый раз, когда мне казалось, что я ее раскусил, она выкидывала что-то подобное – разваливалась на диване Мэддокса так, будто была на своем месте, будто ее только что не втянули в это дело силой. Она должна была дергаться, злиться, превращать мою жизнь в ад из чистого упрямства. Но нет. Она просто работала, погруженная в свой дурацкий код, едва замечая меня. Словно я даже не стоил ее внимания.
Меня это бесило.
Она была безрассудной, неосторожной обузой. Она не заслужила своего места в этом деле. Не прошла через то дерьмо, через которое прошел я. Я должен был бы тащить ее на это задание волоком, пока она брыкается и орет – но вот она здесь. Пальцы порхают по клавиатуре, словно она неприкасаемая.
И всё же.
Она не колебалась. Вот что меня цепило. Я видел многих, кто ломался под давлением – хороших людей, крепких людей – но Эон? Она просто продолжала двигаться, продолжала искать подходы, продолжала решать проблему, как будто принадлежала этому миру убийц и преступников.
Я сделал глоток пива и позволил своему взгляду задержаться на ней.
Может, так оно и было.
Эта мысль сидела во мне неправильно, как осколок стекла под кожей. Мне не нравилась мысль о том, что она вписывается в этот мир. Она была слишком резкой, слишком упрямой, слишком готовой сгореть дотла ради людей, которые с такой же легкостью выбросили бы ее. Наверное, именно это бесило меня больше всего. Она настолько привыкла к тому, что ее используют и выбрасывают, что даже не вздрагивала.
Я выдохнул через нос и отвел взгляд. Это не моя проблема.
Внезапный вздох с дивана вернул меня обратно. Эон моргнула, свечение киберпространства в ее зрачках угасало, пока она возвращалась в реальность. Она потянулась, выгнув спину, и с тихим вздохом закинула руки за голову.
– Закончила? – спросил я, стараясь говорить нейтрально.
– Пока что. – Она стянула наушники, оставив их висеть на шее. – Нужно только провести пару тестов. Убедиться, что эта модная игрушка Мэддокса не поджарит меня на задании.
– Никому бы этого не хотелось.
Она ухмыльнулась, склонив голову в мою сторону.
– Наблюдаешь за моей работой, Сай? Мне стоит брать за это плату.
Я закатил глаза.
– Просто убеждаюсь, что ты нас не кинешь.
– Ой, да ладно. Если бы я хотела вас кинуть, ты бы даже не понял, откуда прилетело.
– И что именно тебя останавливает?
На этих словах ее ухмылка увяла.
– Ты меня шантажируешь, помнишь?
– Точно. А я-то думал, ты просто хочешь, чтобы Текс снова тебя похвалил. – Это ее задело. Она покраснела, и было очаровательно видеть этот румянец под россыпью веснушек.
– Что ж, похоже, у нас много общего. – Как и всегда, она была права.
Она неловко заерзала на диване, и я понял, что она собирается сбежать. Но что-то всё еще грызло меня.
– Когда я был в «Хеллфайре», у Рука всё еще была твоя цифровая копия. – Я увидел это. Она чертовски хорошо умела это скрывать, но каждая мышца в ее теле едва заметно вздрогнула при упоминании клуба.
– Тебе понравилось то, что ты увидел? – спросила она с подмигиванием. Нет. В этот раз ей меня не отвлечь.
– Почему Рук всё еще держит твою виртуалку? Ты могла бы удалить это дерьмо давным-давно.
– У него первоклассная система безопасности, – сказала она, не встречаясь со мной взглядом.
– У этого дешевого яцу высококлассное ПО для безопасности?
– Естественно. Я его написала. – Это имело еще меньше гребаного смысла. Она бы оставила себе черный ход. Почему она не стерла свои данные? Черт, почему она не обрушила весь его блядский бизнес? Она увидела замешательство на моем лице.
– Единожды шлюха – всегда шлюха, верно? Если я удалю эти записи, это не изменит того, кем я была. Того, что я делала. Поверь мне, если я хочу что-то спрятать, оно остается спрятанным. – Ее лицо было непроницаемым, но голос звучал напряженно. Значит, самобичевание. Открытая рана, чтобы напоминать себе о собственной слабости.
Вот это я мог понять.
Я потер плечо, не задумываясь об этом, и моя левая рука начала беспорядочно дергаться.
Ее взгляд приковался к ней.
– У тебя проблемы с имплантами. – Это был не вопрос.
– Ничего такого, с чем бы я не справился. Не забивай этим свою прелестную головку.
– Я буду забивать ее чем, блядь, захочу, спасибо большое. Ты начнешь вот так дергаться, когда мы будем в Логове, и я труп. Иди сюда.
Ее руки легли на меня, она сдвинула мой «Вайзор» вверх, потянув за кожу под глазом. Она практически сидела у меня на коленях, склонившись надо мной. Я почувствовал пульсацию ее Флюкса, и мой имплант загорелся; под кожей вспыхнуло мягкое синее свечение. От одной только этой волны ее силы меня чуть не разорвало, и я попытался оттолкнуть ее.
– Слезь! Что, теперь ты еще и эксперт по биомодам?
Она закатила глаза.
– Полагаю, ты не заметил, что я работала в магазине модов, пока ты за мной гонялся, да? Дев – один из лучших моддеров в Нео Стелларис. Я помогала ему достаточно, чтобы знать, на что смотреть. – Она замолчала, прикусив губу. – Ты был достаточно молод, чтобы поставить чип. – Не вопрос.
– Выбор был невелик. Либо это, либо сгореть, пытаясь пережить пубертат.
Она убрала руку, теперь уже хмурясь.
– Значит, ты повредил его и не пошел к своим модным врачам в ПОМ. Почему? – Наконец-то вопрос.
– Как я уже сказал, я справляюсь. Мне не нужен врач, ковыряющийся во мне, чтобы сказать то, что я и так знаю: эта технология – мусор, и попытка ее извлечь, скорее всего, убьет меня.
– Поверить не могу, что они вставили это тебе в лицо… – Мне не понравился взгляд, которым она на меня посмотрела. Как на того, кого следует пожалеть. Я схватил ее за запястье, когда она снова потянулась, чтобы прикоснуться ко мне.
– Что, хочешь сказать, я больше не красавчик?
– Не, к какому бы подвальному моддеру ты ни пошел, он сработал неплохо. Вообще-то, он мог даже помочь тебе. – Она ухмыльнулась, и грусть в ее глазах испарилась.
Отлично. Мне не нужна была ее жалость. Хотя то, как она смотрела на меня, мне нравилось.
– Это не отменяет того факта, что тебя глючит. И я не собираюсь рисковать жизнью из-за твоей гордости. Почини это дерьмо, или я отказываюсь от дела.
– У тебя не то чтобы есть рычаги давления, чтобы ставить условия.
– А вот увидишь. – Она вышла, показав мне средний палец напоследок.
***
Я не смог уснуть и притащился в штаб-квартиру в несусветную рань. Теперь я стоял в стерильно-белой комнате, постукивая пальцами по металлическому столу рядом со мной. Всё здесь было спроектировано так, чтобы успокаивать. Мягкое белое освещение, едва слышная приятная музыка, всё настолько чисто, что здесь, наверное, было бы безопаснее есть с пола, чем в любой забегаловке Пурпурного Района. Это действовало мне на нервы, и моя рука дергалась сильнее обычного.
Зачем я вообще здесь? С какой стати я ее послушал, словно это у нее был рычаг давления на меня?
В пизду всё это. Я оттолкнулся от стены, к которой прислонялся, как раз в тот момент, когда дверь в маленькую комнату открылась и вошел доктор ПОМ в белом халате.
– Сайанос Хосина, я вижу, у вас возникли некоторые проблемы с вашими технологиями Флюкса. – Он отключил свой «Вайзор», сделав его прозрачным, чтобы хорошенько меня рассмотреть. – Давайте взглянем на этот чип и разберемся.
– Простите, док. Чипа как такового нет. Сегодня вам понадобится тяжелая артиллерия. – Его глаза расширились, пробежавшись по моему телу так, как я к этому не привык. Оценивающе – как будто я лабораторная крыса, какой-то новый эксперимент, в котором ему разрешили покопаться.
– Полномасштабная модификация тела… Я никогда… – Он кашлянул, одернув себя. Не стоит позволять яцу, с которым ты работаешь, знать, что ты понятия не имеешь, что делаешь.
– Что ж, мы определенно с этим разберемся. Каковы симптомы?
Боль во всем теле. Проблемы со сном. Туман в голове настолько густой, что без Вектора я работать не могу.
– Левая рука дергается, особенно когда я использую Флюкс.
– Хорошо, не могли бы вы выполнить для меня протокол Мерсера?
Детский сад. Я вытянул руки перед собой, поочередно касаясь большим пальцем каждого пальца и высекая искру между ними. Никакого дерганья. Затем я раскинул руки в стороны и пустил молнию туда-сюда между ладонями. Я чувствовал себя идиотом – особенно когда мою левую руку свело так сильно, что молния промахнулась и ударила в ближайшую электронную панель.
Доктор развернул голографическую клавиатуру и начал делать записи.
– Нестабильная односторонняя волатильность, возможное мышечное сращение. – Он махнул мне рукой, чтобы я продолжал, и я продолжал, как хорошая дрессированная обезьянка.
Через несколько минут всего этого я уже начал серьезно раздражаться, когда он сказал:
– Хорошо, ложитесь на стол.
Моя рука снова дернулась. Я посмотрел на эту металлическую плиту, и мой желудок сжался так, как я никогда себе не позволял. Это взбесило меня еще больше. Он был просто корпоративным доком. Это был, блядь, медблок ПОМ. Мне не о чем было беспокоиться. Ни о чем.
– Хорошо, док. Ставьте диагноз. – Я лег на холодный стол; тонкая подкладка из веганской кожи ни капли не смягчала поверхность. Люминесцентная лампа над головой ослепила меня, и мое тело свело судорогой, когда всплыло непрошеное воспоминание.
– Он очнулся. Какого хуя?
Это его Флюкс. Я работаю только с детьми-пиротехниками. Я не могу, блядь, компенсировать это ЭМ-дерьмо – оно сбивает анестезию.
Ну, теперь уже слишком поздно. Дай мне пилу.
От звука вращающегося лезвия я резко вскочил со стола, схватив дока за воротник, молнии плясали по моей коже. Его лицо побелело как мел.
– Это просто диагностический зонд – он не должен…
Я тяжело дышал, пот струился по шее. Зонд жужжал в его руке, мигая успокаивающими белыми и зелеными огоньками. Но пока он вращался, звук был слишком знакомым, и я готов был поклясться, что всё еще чувствую, как винты вгрызаются в мои кости.
– В пизду, я сваливаю.
Я был в порядке. Мне не нужно было, чтобы кто-то меня чинил. Эон просто придется с этим смириться.
Я оттолкнул дока назад так, что он споткнулся и упал на табурет без спинки позади себя. Я не оглядывался, когда дверь с грохотом захлопнулась за мной.
***
Мэддокс смерил меня взглядом с ног до головы, когда я, злой как черт, вернулся к своему столу.
– Выглядишь как дерьмо. Что случилось?
Теперь у меня дрожала не только левая рука – я чувствовал слабость и в ногах. Слабость в душе. Я плюхнулся в кресло.
– Вечно только: «Выглядишь как дерьмо, Сай», и никогда: «Рад тебя видеть, напарник. Спасибо, что не спал всю ночь с этой занозой в заднице, чтобы мы могли получить нашу долю, напарник».
Я отвернулся от Мэддокса и потер глаза. Я не мог заставить свой мозг остановиться. С каждой вспышкой света Моддер склонялся надо мной со скальпелем в руке, врезаясь в мое обездвиженное тело. Я чувствовал всё, но не мог пошевелиться. Не мог даже закричать.
Я загнал это поглубже. Не будь, блядь, слабаком. Не будь ебаным ёвамуси. По моей коже пробежали искры, когда рука Мэддокса опустилась мне на плечо.
– Эй, ты нормально спишь? Я знаю, у нас горят сроки, но мы не справимся, если ты будешь в таком состоянии. – Я знал, что ударил его током, но он даже не вздрогнул. Его рука сжалась только сильнее. – Мы давно работаем вместе, Сай. Я знаю, через какое дерьмо ты прошел.
Он знал не всё – но я не стал сбрасывать его руку, просто откинул голову на спинку кресла.
– Да, просто немного на нервах. Осталось всего две недели, а моя девчонка, как ты выражаешься, упрямится.
– Кажется, я знаю кое-что, что вернет тебя в строй. – Мэддокс ухмыльнулся, и я тоже.
– О, черт, у тебя накопились свободные минуты? – Он кивнул, и он был прав. Мне уже стало лучше.
