Текст книги "Неоновый Поток (ЛП)"

Автор книги: Ава Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 33 страниц)

Глава 43

САЙ

Как и ожидалось, Текс был в своем кабинете, несмотря на то, что было уже за десять вечера. Я думал, что я не сплю, но иногда я всерьез задавался вопросом, не робот ли Текс.

Я уже собирался постучать в открытую дверь, когда заметил, что он не один. Напротив него сидела фигура, которую я редко видел на нашем этаже – сам Леви; его черный костюм по фигуре резко контрастировал с унылой офисной обстановкой. Осанка Текса была другой, чем обычно – чуть менее жесткой, почти почтительной.

Я постучал, и они оба подняли глаза. Текс немедленно выпрямился.

– Сайанос, – кивнул Текс. – Заходи.

Я вошел, но остался стоять, остро ощущая присутствие Леви. Его глаза следили за мной с пугающей точностью, словно он каталогизировал каждое мое движение.

– Мы как раз обсуждали твое расследование, – произнес Леви, его голос был мягким и культурным. – Текс очень хвалит твой прогресс.

Я бросил взгляд на Текса, который слегка кивнул.

– Всё еще много чего неизвестно, сэр. Миссия в Логове прошла не так успешно, как мне хотелось бы. Эон просит доступ, чтобы ускорить восстановление данных, которые нам удалось получить.

Леви слегка подался вперед, его интерес был заметен невооруженным глазом.

– Мисс Ибарра. Да, я просматривал ее досье. Впечатляющее портфолио по реконструкции данных – до того как она покинула университет, конечно. И электротехник. Действительно, большая редкость.

Что-то холодное пробежало у меня по спине при упоминании Флюкса Эон. Большинство руководителей не стали бы тратить время на такие детали о подрядчике.

Текс забарабанил пальцами по столу.

– Она является признанным риском для безопасности. Вы считаете, оно того стоит?

– Честно говоря, если наши технари не способны удержать её снаружи, это уже наша проблема, – ответила я, обращаясь к Тексу, но чувствуя, что Леви не сводит с меня глаз.

– Хорошее замечание, – сказал Леви, прежде чем Текс успел ответить. – Я считаю, что нам следует предоставить ей доступ.

Текс кивнул в знак согласия.

– Я сейчас же всё оформлю.

– Однако, – продолжил Леви, вставая с грацией хищника, – я хотел бы поговорить с мисс Ибаррой лично, прежде чем мы продолжим. Она сейчас здесь?

Я напрягся.

– По какому поводу?

Текс бросил на меня предостерегающий взгляд, но Леви лишь улыбнулся – идеальная, отрепетированная мимика, которая никогда не доходила до глаз.

– Любопытство, в основном, – ответил Леви. – Нечасто мы встречаем кого-то с ее… специфическими талантами.

Мне это не понравилось. Мне не нравилось, что Леви приближается к ней, видит ее. Любому, у кого есть хоть капля мозгов, было очевидно, что Эон – исключительная личность, а у ПОМ была привычка вонзать когти в таких людей. Особенно у Леви, чей интерес к Флюксу и сферам его применения был хорошо известен.

Я вспомнил ощущение ее рук на себе, то, как наш Флюкс так легко синхронизировался. То, как она смотрела на меня, полная тревоги. То, как она спасла меня. Моя жизнь всегда состояла из жестокости и насилия, но она была мягкой. Леви захочет заполучить ее.

Но проблема была в том, что я хотел ее сильнее.

– Я могу ввести ее в курс дела, – предложил я, стараясь звучать непринужденно. – Сэкономлю вам время. Насколько я знаю, оно довольно ценное.

Взгляд Леви оставался прикованным ко мне, и на секунду я мог бы поклясться, что в его глазах отразилось что-то, чего не было в комнате. Это напомнило мне Текса.

– Беспокоишься за свою напарницу? – спросил Леви, его тон был легким, но проницательным.

– Она не моя напарница.

Даже если она забирала мою боль, когда я заслуживал только еще большей.

Текс тоже не сводил с меня своего бездонного взгляда, и это ощущалось так, словно иголки вонзались в кожу и проникали в легкие.

– Есть какая-то проблема, Сайанос? – спросил Текс с явным предупреждением в голосе.

Я пожал плечами, стараясь держать голос ровным.

– Я думал, моя работа – выполнять для вас такие поручения. Я могу с ней справиться.

Леви снова улыбнулся – на этот раз чуть заметнее, но как-то искреннее. И бесконечно более тревожно.

– И как именно ты справляешься с мисс Ибаррой?

Я стиснул зубы.

– Как с профессионалом, коим она является.

– Тогда ты понимаешь, почему я хотел бы поговорить с ней лично, – сказал Леви, направляясь к выходу решительными шагами. – Ее подход к реконструкции данных в киберпространстве… уникален. Я положил глаз на ее работу еще после инцидента с Кинетическим Щитом.

Я замер. Откуда он об этом знает? Я похоронил эти связи, уничтожил любые документы, связывающие ее с этим. Из-за нашей сделки. Не для того, чтобы защитить ее.

Леви задержался у двери.

– Текс, пожалуйста, завершите авторизацию доступа, пока я буду говорить с мисс Ибаррой.

– Конечно, – ответил Текс, уже потянувшись к терминалу.

Леви повернулся ко мне.

– Где мне ее найти?

Я ненавидел это. Ненавидел стоять здесь, пока Леви нацелился на нее, решая, каким инструментом она может стать. Потому что именно этим всё и было – Леви не тратил время впустую, если не видел того, что может использовать.

Но я давно научился избегать драк, которые не могу выиграть.

– Лаборатория 42-Б. Она работает с фрагментами данных.

– Идеально, – сказал Леви, разворачиваясь, чтобы уйти.

Прежде чем он вышел из комнаты, Текс заговорил.

– Еще минуту, сэр. – Он повернулся ко мне. – Твое плечо стало лучше.

Это был не вопрос.

– Да, наконец-то сходил к врачу.

Это не было ложью.

– Рад это слышать. – Глаза Текса задержались на мне еще на мгновение, прежде чем он вернулся к терминалу.

Леви наблюдал за нашим обменом репликами с явным интересом.

– Неисправность имплантов? Я не знал, что она была устранена.

Почему Леви в курсе моей медицинской карты – я знать не хотел.

– Недавнее событие, – отрезал я.

Леви кивнул, казалось, удовлетворенный, хотя что-то в его выражении говорило мне, что он отложил эту информацию на потом.

– Как прискорбно, что мы не можем обновить их для тебя, – сказал он небрежно. – Скелетные модели довольно… устарели.

Он ушел, не дожидаясь ответа.

Воздух всё еще был наэлектризован после его ухода – и дело было не только во Флюксе Леви.

Я повернулся к Тексу, который уже снова был поглощен своей работой, отмахнувшись от этого момента.

Хотя мое плечо не болело так сильно с тех пор, как Эон что-то сделала, призрак боли никогда не исчезал. И я почувствовал, как она кольнула меня сейчас.

***

Я практически побежал к столу Мэддокса, который выглядел таким же встревоженным, как и я.

– Что случилось? – спросил я, бросаясь в свободное кресло.

– Эон прислала мне часть данных, которые она уже восстановила.

– С ними какая-то проблема?

– Нет… но ее ИИ объяснял мне это, и… – Он провел рукой по боковой панели своего «Вайзора», чтобы я мог слышать то же, что и он.

«…И еще одно, мне не нравится, как ты давил на И в тунелях своей винтовкой. Ты же знаешь, она не любит оружие. Тебе следовало проявить больше уважения…» – Мэддокс снова коснулся «Вайзора», и голос ИИ-помощника Эон замолчал.

– Она орала на меня около десяти минут.

Я хлопнул его по плечу.

– Женщины, а?

– ДИТА сообщила мне, что она не женщина, а цифровое существо, чей пол зависит от ее текущего желания и функций.

– Цифровое существо? Только не давай юристам слышать, как ты это говоришь.

Мэддокс фыркнул.

– Что показывают данные?

Мэддокс снова коснулся края «Вайзора», и голос ДИТЫ вернулся.

– Спроси ее сам.

– Это Сай? У меня тоже есть пара слов для тебя!

– Оставь на потом. Рассказывай о данных, и я разрешу тебе орать на меня сколько угодно.

– Я припомню тебе это. И удалось восстановить лишь несколько файлов с ваших разбитых «Вайзоров», но они указывают на цепочку крупных пожертвований Церкви Божественного Света от корпорации под названием «Ахарут».

– Какого хера там было такого сомнительного, что Кицунэ пришлось скрывать это?

– Мне пришлось проследить это через пару других холдингов, но всё ведет обратно к Ренарду, – добавил Мэддокс, и ДИТА одобрительно прощебетала.

– Значит, по крайней мере часть того, что скрывал Ренард, – это его связь с Церковью, – задумчиво произнес я, откинувшись на спинку стула.

– Разве ты не сказал, что Хинокава что-то говорил? А Акира сказал, что теперь он тоже с Церковью.

– «Ангелы, изгнанные с небес, становятся дьяволами» – или какая-то такая херня. Думаешь, это что-то значит? Я думал, он просто впал в маразм.

Мэддокс пожал плечами.

– Похоже, Церковь замешана. ПОМ заставила нас следить за ними некоторое время, с тех пор как они начали набирать популярность. Может, у Ренарда были дела с ними, о которых он не хотел рассказывать остальным членам правления.

– Блядь, еще одна зацепка? У нас осталось всего несколько дней.

– Почему ты думаешь, я здесь так допоздна? Я уже обзвонил информаторов, но пока пусто. Тебе стоит сделать то же самое.

– А я-то думал, тебе нравится проводить со мной время, Мэддокс, – промурлыкала ДИТА, ее голос звучал слишком кокетливо.

– Не особо люблю, когда меня отчитывают.

– Не притворяйся, – ответила она прежде, чем я успел, и мы оба рассмеялись, пока Мэддокс скрестил руки на груди.

– Не мог бы ты сказать своей де… – начал Мэддокс, прежде чем ДИТА издала серию сердитых сигналов. – Я имею в виду, не мог бы ты спросить Эон, когда ожидать завершения восстановления?

Я резко встал, готовый прервать любую встречу, которую она там проводила с Леви.

Глава 44

ЭОН

Потоки данных текли вокруг меня, словно течения в бесконечном цифровом океане. Я позволила своему Флюксу вести меня сквозь виртуальную архитектуру, мое сознание расширялось, выходя за пределы физической оболочки. Здесь, в глубинах киберпространства, привычные ограничения отпадали. Я могла ощущать сложные структуры сетевой инфраструктуры Нео Стелларис, к которым теперь имела доступ – яркие, чистые каналы Небесного Района, хаотичное сплетение Синего, ограниченные линии Зеленого и разрушающиеся пути Пурпурного Района.

И еще кое-что.

Это был не первый раз, когда я чувствовала присутствие в данных, настолько масштабное, что оно, казалось, охватывало весь кибермир. Словно стоишь на краю бездны, и чувствуешь, что она смотрит на тебя в ответ. Оно никогда не проявлялось напрямую, просто зависало на периферии восприятия. Цифровой призрак – или что-то похуже.

Я искала на форумах похожие случаи, и они приводили меня только в кроличьи норы теорий заговора. «Deus est Machina» и прочая столь же бесполезная чушь. Я даже нашла одну особенно забавную, утверждавшую, что Леви каждую ночь сдирает с себя костюм из плоти, чтобы дать подышать своей рептилоидной коже, поэтому никто никогда не видел его после наступления темноты. Смехотворно.

Но даже отвергая эти объяснения, присутствие не исчезало. Сегодня оно ощущалось ближе. Внимательнее. Словно оно решило перестать прятаться.

Я протянула Флюкс дальше, пытаясь яснее почувствовать аномалию, когда сеть вокруг меня внезапно сдвинулась. Активировались протоколы безопасности. Пути перенаправились. Кто-то с доступом высокого уровня менял мою среду.

Я отступила, вернувшись к работе по реконструкции. Мой Флюкс запел, когда я позволила привычным ограничениям растаять. Я пропустила через себя столько тока, сколько могла собрать, расширяясь в потоке данных. Я больше не пряталась, и было просто невероятно ощущать такую свободу.

– Увлекательный подход, мисс Ибарра. Нестандартный, но элегантный.

Я не слышала, как он вошел в лабораторию. Я села при внезапном появлении Леви Эмере, стоявшего позади меня с непринужденной властностью человека, который владеет не только зданием, но и самим воздухом внутри него.

Я полностью отключилась от интерфейса, мой Флюкс неохотно отступил под кожу.

– Я не знала, что генеральный директор «ПОМ Индастриз» интересуется методологиями извлечения данных.

Его улыбка была безупречной, выражение, разработанное в зале заседаний.

– Я интересуюсь исключительными талантами. Ваши методы восстановления… беспрецедентны. Даже наши лучшие инженеры по данным не смогли разобрать эти фрагменты.

Было что-то отчетливо тревожащее в том, как он изучал меня. Не с клинической отстраненностью, которую использовал Текс, а с почти хищным очарованием. Для него я была особенно интересным экземпляром под стеклом, который можно было изучать.

– Просто выполняю работу, на которую меня наняли, – сказала я, слегка отодвигая стул, чтобы установить дистанцию.

– Разве? – Леви подошел ближе, непринужденно, но обдуманно. – Я просмотрел ваши шаблоны доступа. Вы исследовали области далеко за пределами параметров расследования дела Ренарда.

Я сохранила нейтральное выражение лица.

– Восстановление данных не бывает линейным. Иногда приходится следовать по касательным путям, чтобы реконструировать исходный паттерн.

– Хм. – Он протянул руку, и голографический дисплей ожил. Плавным жестом он переставил фрагменты, над которыми я работала, формируя новые узоры. – И какие же паттерны вы обнаружили, мисс Ибарра?

То, как он манипулировал данными, было тревожным, и по моей спине пробежала дрожь. Возможно, дело было в его Воздушном Флюксе – в том, как он прогибал саму среду под свои нужды, ни на секунду не задумываясь о последствиях.

– Пока ничего убедительного, – осторожно ответила я. – Только фрагменты.

– Фрагменты могут быть поразительно красноречивыми, если смотреть на них под правильным углом. – Он сложил кусочки в новую конфигурацию плавным жестом. – Например, это не похоже на базовые архивные документы. Больше похоже на экспериментальный код, которому место в лаборатории ПОМ, не находите?

Он перемещал всё вокруг, удивительно ловко управляясь с манипуляциями. Полагаю, нельзя стать гендиректором крупнейшей в мире компании по обработке данных, не зная некоторых вещей.

Обычно.

– А, но прошло так много времени с тех пор, как мне удавалось поработать с данными, за которые я отвечаю. Вы простите мне это микроуправление. Теперь я вижу – вы всё расположили так, чтобы это синхронизировалось с вашим уникальным ЭМ-полем. Прошу прощения за вмешательство.

Мой пульс участился. Он не должен был быть способен заметить такой уровень детализации в моей сигнатуре Флюкса.

– Я не уловила этой связи.

– Нет? – Его глаза встретились с моими, и они были темными. Такими темными, что я едва могла различить его зрачки. – Вы скромничаете. Ваша чувствительность к электромагнитным паттернам весьма экстраординарна. Именно это делает ваш подход к киберпространству таким уникальным.

Я подавила желание отшатнуться.

– Я не понимаю, к чему вы клоните.

– Ваши методы навигации. Они интуитивны, а не алгоритмичны. Вы не просто получаете доступ к системе – вы резонируете с ней. Ваш Флюкс действует как посредник между системой и кодом, который вы пишете, исправляя любые ошибки. – Он наклонился ближе, его голос слегка понизился. – Это использование Флюкса, которого я никогда раньше не видел. Которое очень меня интересует.

Подтекст был ясен: он не просто следил за моей работой. Он следил за мной.

– Именно поэтому вы одобрили мой контракт? – спросила я. – Потому что я интересная?

– Я одобрил ваш контракт, потому что вы ценный специалист, мисс Ибарра. Намного более ценный, чем вы сами подозреваете. – Его безупречная улыбка вернулась. – Паттерны, которые вы способны воспринимать… они выходят за рамки обычных структур данных. Они касаются чего-то более трансформирующего.

То самое чувство, которое я испытала в киберпространстве, вернулось – это ощущение, что нечто огромное и неподвластное мне наблюдает за мной. Только теперь оно было не на периферии. Оно стояло прямо передо мной.

– Какое это имеет отношение к смерти Ренарда? – я изо всех сил старалась сохранить голос ровным.

– Всё связано, мисс Ибарра. Паттерны внутри паттернов. – Он выпрямился, поправляя свой безупречный пиджак. – Вот почему я основал эту компанию. ПОМ была когда-то просто «ПОМ Дата». Профиль для каждого человека на планете. Их желания, их потребности, их действия. Люди думают, что мы просто таргетировали рекламу – но это нечто гораздо большее. По отдельности каждый из этих профилей не стоит многого. Но паттерны, которые они создают? В этом и есть истинная ценность.

– И что вы делаете с этой информацией? – спросила я едва слышно.

Улыбка на его лице стала искреннее. Это не утешало.

– Хотите узнать? Я могу подготовить трудовой договор…

– Нет, спасибо. – Я знала ловушку, когда видела ее.

Он склонил голову в пугающем жесте.

– Какая сопротивляемость. – Он сделал паузу. – Скажите мне, что вы обнаружили об активе Хосина во время вашего сотрудничества?

Этот резкий переход застал меня врасплох.

– Сай? Какое он имеет к этому отношение?

– Потешьте мое любопытство.

Я заколебалась, тщательно подбирая слова.

– Он эффективно справляется со своей работой. Преданный. – Я сделала паузу. – Смертоносный. – Все знали, чем занимается Служба безопасности ПОМ, но я сомневалась, что об этом часто говорили так прямо. Леви проигнорировал это.

– А ваши электромагнитные частоты – как они взаимодействуют?

Лед разлился по моим венам. Не было никакой причины, по которой он мог бы знать об этом – о резонансе между нами. Как он мог знать?

– Мы соблюдаем надлежащие границы, – ответила я сухо.

Смех Леви был мягким и совершенно лишенным искреннего веселья.

– Границы – это захватывающие конструкты. Необходимые для определения, но всегда проницаемые на каком-то уровне. Особенно для людей, чья природа фундаментально связующая.

Каждый инстинкт кричал об опасности, хотя в его словах не было ничего открыто угрожающего – лишь вес, тяжелый и навязчивый.

– Мне нужно вернуться к работе, – сказала я, указывая на свой «Вайзор». – Данные сами себя не реконструируют.

– Пока нет, во всяком случае. Возможно, новый проект на следующий квартал. – Леви отступил назад, давая мне пространство. – Но мы сможем обсудить это позже.

Он развернулся, чтобы уйти, каждое его движение было плавным и точным. Что-то в нем напоминало мне о моих встречах с Тексом. Но если Текс казался расчетливым, то Леви излучал что-то более древнее – более холодное.

– Совет, мисс Ибарра.

Я напряглась, ожидая.

– Некоторые открытия трансформируют больше, чем просто наше понимание. – Его глаза встретились с моими, и я не могла отвести взгляд. – Они трансформируют нас. Будьте готовы к этим переменам.

Слова опустились на меня, словно саван.

– Что это должно значить? – удалось мне спросить.

Его выражение смягчилось до чего-то почти сострадательного – что почему-то сделало это еще более пугающим.

– Не волнуйтесь. Когда придет время, я позабочусь, чтобы вы были именно там, где вам нужно.

Он ушел, и пространство, которое он занимал, осталось наэлектризованным энергией, которой я не могла дать названия. Я поняла, что дрожу, мой Флюкс пульсировал неровно под кожей. Экраны передо мной мигнули, данные сформировали узоры, которые я почти могла осознать – а затем снова разрушились.

Один вдох. Два. Мое сердце бешено колотилось. Присутствие Леви было не просто гнетущим – оно было подавляющим, словно комната не могла вместить в себя то, чем он был на самом деле.

Я покачала головой. Мне нужен был сон, если какой-то богатый ублюдок мог так выбить меня из колеи.

Я заставила себя сосредоточиться на экране, пытаясь уловить нить, но всё было тщетно.

Звук шагов вернул меня в реальность. Сай появился в дверном проеме, темная пустота, оставленная Леви, теперь была заполнена его знакомой электрической аурой. Что-то внутри меня успокоилось – он был противовесом хаосу, который посеял Леви.

– Ты в порядке? Выглядишь так, будто увидела призрака.

Я чуть не рассмеялась от того, насколько близко это было к правде.

– Да. Получила вычисления. Если продолжим, к утру данные будут восстановлены.

Он ухмыльнулся, и это было так нормально, так по-человечески, что остаточное беспокойство начало утихать.

– Я сварю нам кофе.

Он задержался в дверях, и еще один момент растянулся между нами – не напряженный, а полный возможностей. Словно что-то ждало, чтобы увлечь меня, если бы я только позволила.

– Не привыкла видеть тебя таким, – сказала я, прежде чем успела остановиться.

Ухмылка Сая смягчилась до чего-то более искреннего.

– Ты имеешь в виду, не привыкла, что я бываю милым?

Я рассмеялась, остатки напряжения испарились.

– Да, пожалуй, именно это я и имела в виду.

– Не ищи в этом глубокий смысл. Просто не хочу, чтобы ДИТА ругала меня.

– Что?

Он снова рассмеялся, и у меня внутри всё перевернулось – по причинам, не имеющим ничего общего со страхом.

– Возвращайся к работе, куколка.

Я повернулась обратно к терминалу, но мои мысли оставались разделенными – наполовину занятые кодом передо мной, наполовину двумя мужчинами, которые только что стояли в одном пространстве. Один, чье электромагнитное поле гармонировало с моим способами, которые я до сих пор не могла объяснить, и другой, чье присутствие простиралось далеко за пределы того, что должен был содержать в себе один человек.

Когда я снова погрузилась в поток данных, теперь он ощущался – успокаивающе – пустым.