Текст книги "Неоновый Поток (ЛП)"

Автор книги: Ава Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц)

Глава 22

САЙ

Покинув «Хеллфайр», я кое-что придумал. У Эон не было известного адреса, но её арестовали именно в этом районе Пурпурного. Возможно, кто-то здесь её знал.

Мэддокс забраковал идею, назвав её «до смешного аналоговой», но я никогда не позволял его негативному настрою останавливать меня.

Я показал голографию Эон, кажется, уже сотням людей, но никто ничего не сказал.

– Это бессмысленно, Сай. Мы теряем время, и если бы Текс узнал…

– Что ж, хорошо, что он не знает. Пошли.

Сегодня мы были в форме и масках. Это означало, что мы получаем то, что хотим, но люди обходят нас стороной так, будто мы ходячая инфекция C89.

Толпа расступалась перед нами, как река перед валуном, все отводили глаза. Затем я заметил кого-то, кто боролся с потоком, – женщину, чью руку дергал маленький мальчик, маша чем-то в витрине магазина. Я подошел к ней, и её глаза расширились, но она оказалась зажата между мной и своим сыном. Я вывел рендер Эон на дисплей на запястье, чтобы показать ей.

Женщина покачала головой:

– Никогда её не видела, – ответила она на автомате.

Она попыталась уйти, таща за собой своего дикаря, когда он прощебетал:

– Мам! Это же Эон!

Она бросила на сына убийственный взгляд и попыталась потащить его быстрее, но было слишком поздно.

– Притормози-ка, чемпион. Откуда ты знаешь эту женщину?

Мальчик улыбнулся мне, в восторге от того, что знает правильный ответ:

– Она работает в магазине модов, куда меня водила мама. Она лучшая! Подарила мне новые серии «МегаБоя».

Тупой сопляк.

Я выпрямился во весь рост и навис над женщиной, чтобы она точно поняла, что будет, если она снова солжёт.

– И где же находится этот магазин?

Её губы сжались в линию, и она так крепко стиснула руку мальчика, что он попытался вырваться. Её глаза метнулись к оружию у меня на поясе и значку ПОМ на груди. Она выдохнула:

– Клиника доктора Чопры. На сорок пятой улице и Q7.

Мэддокс посмотрел на меня, но я махнул ему следовать за мной, зная дорогу.

Я отсалютовал мальчику, и он повторил жест. Я посмотрел на его мать:

– Лучше сделайте его покрепче, если он хочет выжить здесь. Стукачей никто не любит.

Мы пробирались сквозь Пурпурный Район, вверх по лестницам и по узким мостикам. Я даже нырнул в шорткат через старую вентиляцию, поверх которой кто-то грубо приварил решетку. Два удара от Мэддокса, и она открылась. Здоровенный, блядь, ботан, но такой, который никогда не пропускает день ног.

– Ты и правда хорошо тут всё знаешь, а? – спросил Мэддокс, вырывая решетку и отбрасывая её в сторону.

– Первую не забывают, верно?

Мы нырнули в вентиляцию, и с другой стороны она выплюнула нас менее чем в сотне метров от клиники.

– Есть шанс, что там есть камеры, к которым мы можем подключиться? – спросил я.

– В магазине модов? Нет. Даже нам для этого нужен ордер, – ответил Мэддокс.

– Полагаю, тогда сделаем всё по старинке. – Я вытащил пистолет из кобуры.

Мэддокс подозрительно посмотрел на него:

– Ты собираешься в нее стрелять?

– У нее есть щит, – сказал я.

– Ты предполагаешь, что у неё есть щит.

– У нее, блядь, есть щит, иначе она тупая сука, которая живой всё равно ничего бы не стоила.

Он приподнял бровь:

– Значит, ничего личного?

– Заткнись нахуй, чувак.

Мы добрались до уровня с магазином. Он выглядел так же, как и всё остальное в Пурпурном Районе – обшарпанно и заклеено плакатами. Фасад выглядел как легальная клиника по установке чипов, но каждый магазин в Пурпурном предлагал и нелегальные апгрейды. Модификаторы гормонов на черном рынке были самыми ходовыми, но я видел всё: от шпионских программ до так называемых улучшителей Флюкса.

Я небрежно подошел поближе, но прошел мимо двери, вернувшись назад, чтобы заглянуть в витрину.

Она была там, склонившись над стойкой так, будто знала, что я смотрю. Выставив задницу и скрестив руки на стойке перед собой, приподняв сиськи, она смеялась с каким-то клиентом. Выглядела как мечта. Это была она – настоящая. Теперь её волосы были лавандовыми, а на ней была рваная майка с графикой какой-то лапшичной и ничтожно короткая юбка. Истинная мода Пурпурного Района. Рваная, грязная и безупречная.

Видеть её такой… у меня пошла кругом голова.

Я бы ворвался в магазин, намотал её волосы на кулак и впечатал лицом в стойку. Стекло бы треснуло, из её лба потекла бы кровь, когда я вжал бы её и зашел сзади. Я провел бы пальцами по её кремовым бедрам, под юбку, пока не нашел бы её киску, текущую для меня. «Ненасытная шлюха», – прошептал бы я ей на ухо, расстегивая штаны, и она бы застонала, когда я протолкнулся бы…

– Какой план, Сай?

Я тряхнул головой.

– Стандартный арест. Ты берешь дверь, я объявляю задержание, затем…

Лицо Мэддокса посуровело, и он потянулся за пистолетом. Я резко обернулся, чтобы снова посмотреть в окно.

Она исчезла.

– Блядь! Я иду напролом, ты обходи.

Мэддокс сорвался с места без лишних слов, а я вышиб входную дверь.

Я перемахнул через стойку; растерянный клиент едва успел увернуться. Дверь в подсобку застряла, словно она чем-то ее подперла. Я снова и снова врезался в нее плечом.

– Эон Ибарра, тебе, блядь, лучше снова не бегать от меня. Тебе больше негде прятаться.

Никакого ответа, но я слышал возню по ту сторону двери. Она всё еще была там. Я снова врезался в дверь.

– Твой ID в розыске. Ты никуда не уйдешь.

Но теперь я ничего не слышал. Блядь. Я сделал три шага назад и снова бросился на дверь. Я почувствовал, как она поддалась ровно настолько, чтобы я смог просунуть голову и руку.

Она выбиралась через другое окно на мостик позади здания. Я выстрелил в нее. Пули застыли в воздухе, заключенные в желтую ауру её щита. Ей удалось протиснуться в окно, но она обернулась ровно на столько, чтобы показать мне средний палец, прежде чем исчезнуть.

– Дерьмо. Мэддокс, – заговорил я в рацию на гарнитуре, – она в бегах – мостики на южной стороне.

– Это место – ебучий лабиринт, чувак. Я не знаю, что… подожди, вижу ее.

– Преследуй. Я за вами. – Мне наконец удалось оттолкнуть ящики от двери, и я бросился к окну.

Я протиснулся наружу и увидел, как Мэддокс завернул за угол следом за ней. Дерьмо. Пурпурный Район был идеальным местом для побега: полон крысиных нор и тысяч разных путей отхода. В резком искусственном свете её лавандовые волосы мелькнули, когда она нырнула в какой-то магазинчик.

Мы с Мэддоксом ворвались в лапшичную, которая была набита посетителями так плотно, что я не представлял, как она добралась до черного хода, никого не сбив. Мэддокс был не так грациозен. Дешевые пластиковые столы разлетались во все стороны, когда он мчался сквозь них напролом, размазывая лапшу и суп по полу и стенам.

Возмущенные стоны и проклятия полетели от посетителей забегаловки, но я не сбавлял ход. Я перепрыгнул через стойку, оттолкнув продавца, и врезался в дверь кухни, резко входя в поворот.

– Эй, эй, эй, эй! – заорал на нее повар, когда она опрокинула между нами стеллаж с мисками и продолжила бежать. Я поскользнулся на посуде, но с трудом бросился за ней. Она выскочила в «окно», ведущее на другой мостик. Я протиснулся следом, пока Мэддокс просто вышиб запертую дверь рядом, словно она была из картона.

Она распахнула дверь, из которой вырвались глубокие басы, и исчезла внутри.

Я последовал за ней, резко распахнув дверь в клуб.

– Дерьмо.

Повсюду были люди. Неважно, что была середина дня, клуб был забит битком. Когда ты никогда не видишь солнца, день и ночь не имеют значения.

– Я налево, ты направо, – сказал Мэддокс по связи.

Я не колебался. Я стал проталкиваться сквозь толпу; чьи-то случайные руки пытались втянуть меня в танец. Я нихера не видел. Я пустил волну Флюкса, и мигающие неоновые огни над головой перестали пульсировать, но вокруг всё еще было слишком много суеты. И тут я почувствовал это: эхо ответного Флюкса. Я зафиксировал сигнал и увидел копну лавандовых волос, пробирающуюся вдоль задней стены.

– Западная сторона, движется к тебе. Задняя стена, – передал я Мэддоксу.

– Понял… блядь…

Она вспыхнула; искры полетели по её рукам, когда Мэддокс приблизился к ней с пистолетом наголо. Толпа нервно зашевелилась вокруг нее. Если она была готова использовать свой Флюкс, значит, она в отчаянии и у неё нет выхода. Отлично.

– Оттесни ее к толпе, – сказал я.

– Слишком много гражданских, плохая идея.

– Я знаю, тупица. В этом-то и суть: она не рискнет причинить им вред.

– Ты не можешь знать наверняка, Сай.

– Знаю. А теперь давай.

Громоздкая фигура Мэддокса двинулась к ней, и она попятилась в толпу. Теперь люди активно шарахались от неё, их лица были освещены страхом в свете её Флюкса. Мэддокс продолжал наступать, а я обошел её кругом, пока не оказался прямо у неё за спиной.

Я двинулся, чтобы схватить её, но она предвидела это и увернулась. Однако мы с Мэддоксом были отличной командой. Мы загнали её в угол, и ей некуда было деваться.

Электричество обвило её руки, собираясь в ослепительные шары в её ладонях. Её взгляд метался из стороны в сторону, отражая неон клуба вокруг нас. Она искала любую лазейку, любое место, куда можно было бы выпустить заряд, не причинив вреда другим. Но вокруг нас было слишком много всего. Динамики, освещение, проекционные установки – весь чертов клуб был одним гигантским устройством. Ей некуда было разрядиться так, чтобы дуга не перекинулась на что-нибудь или через кого-нибудь. Она этого не сделает.

По мере того как я приближался к ней, воздух гудел от её поля, и оно пело в моей крови. Мой Флюкс поднялся навстречу её, и я почувствовал, как по коже пробегают разряды. Электричество на её коже резонировало с моим, словно они танцевали в мягком ритме. Но я не собирался делать с ней абсолютно ничего мягкого.

– Бежать больше некуда, куколка. – Искры в её руках вспыхнули ярче, предупреждая. Я сделал шаг ближе, а она отступила, вжавшись в стену. – Давай. Поджарь меня и половину этого квартала вместе со мной. Это твой единственный выбор.

Она не пошевелилась, но теперь я был достаточно близко, чтобы увидеть ненависть, клубящуюся в её сияющих глазах.

Я сделал еще один шаг вперед; я был так близко, что почти чувствовал ее вкус. Но вместо этого я уперся левой рукой в стену над её головой и наклонился, чтобы прошептать ей на ухо. Она попыталась скрыть это, но я почувствовал, как она вздрогнула, когда мои губы коснулись её и между нами проскочило статическое электричество.

– Давай. Я хочу посмотреть, на что ты способна. Покажи мне это – покажи мне всё.

Она повернула голову и метнула в меня испепеляющий взгляд.

– Я не такая, как ты.

Я знал, что большего оскорбления она не могла бы мне нанести. Я провел рукой вверх, пока не зацепил ее нижнюю губу большим пальцем.

– В том-то и дело, куколка – мы одинаковые. Ебучее ничтожество. Никто, представляющий хоть какую-то ценность, не делает того, что делаем мы. Так что прими это.

– Иди нахуй, – прорычала она, её губа дернулась под моим пальцем.

– Всему свое время, куколка. А пока нам нужно…

Внезапно её глаза закатились, тело обмякло, а Флюкс угас. Я едва успел подхватить её, когда Мэддокс убрал руку от её шеи, где теперь торчал чип-нейроподавитель.

– Прошу прощения, если прервал, но нам нужно немедленно очистить зону.

Мэддокс ткнул большим пальцем через плечо на толпу. Они начинали паниковать. Даже в Пурпурном Районе уличные драки с таким количеством Флюкса были редкостью вне разборок банд – или Службы безопасности ПОМ. Людей сбивали с ног и топтали, так как у дверей клуба образовалась давка.

Я присел, и обмякшее тело Эон перевалилось через мое плечо.

– Конспиративная квартира М56 недалеко отсюда.

«Вайзор» Мэддокса сверкнул, и я понял, что он бросил на меня раздраженный взгляд.

– Мы должны доставить её в штаб-квартиру.

– Видишь хороший выход, чувак? Через несколько минут весь этот сегмент превратится в ебучее стадо.

Я не лгал. Толпа уже вышла из-под контроля, и люди гибли в давке во время подобных приступов паники здесь почти еженедельно. Мэддокс тоже это знал.

– Ладно. – Он использовал свои внушительные габариты, чтобы расчистить мне путь сквозь толпу, и моя рука крепче сжала бедра Эон, когда я последовал за ним. Мне стоило всех сил не фокусироваться на том, какой была её кожа на ощупь и как охуенно вкусно она пахла.

Скоро для этого будет время.

Глава 23

ЭОН

Задняя часть шеи ужасно ныла. Я попыталась открыть глаза, и веки с трудом разлепились, словно сквозь песок. Надо мной нависло размытое лицо, и я увидела в руке Сая блеск металлического чипа-нейроподавителя, который он вытащил из моей шеи. Он зажал его в ладони, и его размытый силуэт двинулся к тому, что, должно быть, было столом позади него. Раздался глухой стук, когда он бросил чип на поверхность и начал рыться в ящиках. Другой глубокий голос что-то ему говорил, но в моей голове слова сливались в неразборчивый гул.

Мозг едва ли ощущал связь с телом, но я мысленно приказала своим конечностям двигаться. Они наткнулись на твердое сопротивление, и я повернула голову ровно настолько, чтобы разглядеть толстые черные ремни, приковывающие мои руки к стальному стулу, на котором я сидела.

Мелькнула синяя шевелюра, и я увидела, как приближается темный силуэт Сая. Тупая боль пронзила челюсть, когда он сжал мое лицо большим и остальными пальцами.

– Просыпайся, красавица. – Он встряхнул меня, и не сказать, чтобы нежно. – У нас к тебе есть пара вопросов.

Он отпустил мое лицо, и я простонала, когда давление ослабло.

– Сай, всегда-а-а-а рада-а-а т-тебя ви-идеть.

Мой рот плохо слушался, но я изо всех сил постаралась одарить его ухмылкой.

– Не выделывайся, куколка.

Я набрала в легкие побольше воздуха и закричала так громко, как только смогла.

– Эй, без этого.

Я почувствовала вкус кожи, когда Сай сунул мне в рот два пальца, надавив на язык так, что у меня сработал рвотный рефлекс. Я изо всех сил сжала челюсти, и он усмехнулся.

– Перчатки усилены тетракарбоном. Но хорошая попытка. А теперь: ты перестанешь орать, или мне действительно придется вставить тебе кляп?

Сказав это, он сильнее надавил кончиками пальцев, пока меня не начало тошнить. Я разжала челюсти, и он вытащил пальцы; ниточка моей слюны потянулась между моими губами и его пальцами. Мне показалось, что в его глазах мелькнуло разочарование, а затем он вытер перчатки о мое лицо.

Я зашипела, и он снова усмехнулся.

– Ты милая, когда выглядишь как катастрофа.

Он снова потянулся рукой к моему лицу, когда недовольное хрюканье позади него напомнило мне, что Мэддокс тоже здесь. Сай отступил в сторону, и мое тоннельное зрение сфокусировалось на затемненном «Вайзоре» Мэддокса и его мрачном выражении лица.

– Всё еще чувствуешь эффект от подавителя?

Я не видела его глаз, но знала, что они сканируют мое расслабленное лицо и струйку слюны, которую я чувствовала в уголке рта.

– Как после жуткого похмелья, – выдохнула я.

– Что ж, трезвей.

В руке Сая было что-то металлическое, но намного больше любого биочипа. Он вытянул руку вперед и нажал большим пальцем на верхнюю часть маленького куба. Всё устройство завибрировало, и из его боков выскочили восемь тонких отростков – похоже на какого-то извращенного титанового паука. Он спрыгнул с его руки и приземлился мне на грудь. Я зашипела, когда эти восемь лапок выпустили нанонити и впились мне в кожу.

– Сай, может, нам стоит… – начал Мэддокс, но Сай его оборвал.

– Вечно ты к женщинам мягок, чувак. Она застанет тебя врасплох, как тех идиотов из полиции Нео Стелларис. Соберись, блядь.

Пока они спорили, я попыталась призвать свой Флюкс, чтобы поджарить эту мелкую тварь на моей груди, но ослепительно-белая боль пронзила голову. Сай заметил, как я стиснула зубы, и ухмыльнулся.

– На тебе стоит подавитель Флюкса. Не держи меня за полного идиота.

– Нет причин думать иначе. – Мне удалось растянуть онемевшие губы в улыбке.

Его глаза сузились, а челюсти сжались, когда он двинулся ко мне, но Мэддокс встал между нами.

– Ты знаешь, что это такое? – Мэддокс указал на устройство у меня на груди.

Я наконец-то посмотрела на него. На верхней части кубического корпуса был небольшой экран; его зеленые показатели медленно пульсировали в такт биению сердца – моему сердцебиению.

– Полагаю, детектор лжи.

Мэддокс кивнул.

– Да, но это еще и устройство мотивации.

Я изогнула бровь, глядя на него:

– Мотивации, да? Это такой корпоративный сленг?

– Почему бы тебе не проверить его в деле, куколка. – Сай обошел громоздкую фигуру Мэддокса. – Давай, солги мне. Как тебя зовут?

– Леди Годива.

Устройство вспыхнуло красным и начало вибрировать. Когда его процессоры загудели, оно стало нагреваться.

– И это всё?

Сай положил руку на спинку моего стула, наклонившись ближе; его глаза горели, когда он произнес:

– Солги мне еще раз, красавица.

Мэддокс тихо кашлянул, но мы оба проигнорировали его.

– Я генеральный директор «МедТек».

Устройство завибрировало сильнее, и я поняла, что оно не просто нагревается от работы – оно стало невыносимо горячим. Затем, словно огнем, каждая из нанонитей в моей коже вспыхнула, и боль прострелила от груди к затылку.

– Я царица Савская, – прошипела я, и боль усилилась так, что в глазах побелело. Даже если бы я попыталась, я бы не смогла ответить ни на какие вопросы.

Сай хлопнул по зеленому огоньку, и устройство отключилось.

– Чем больше ты лжешь, тем быстрее сгораешь. Видишь – мотивация.

Мои руки дрожали в оковах, адреналин от боли всё еще бурлил в теле. Я попыталась замедлить дыхание, успокоить сердцебиение, прежде чем ответить.

– И к чему именно вы меня мотивируете?

– У нас просто есть пара вопросов, на которые мы хотим получить твои ответы – начнем с того, что ты знаешь о взрыве в дата-центре Зеленого Района.

– Я ничего об этом не знаю.

Боль немедленно пронзила мое тело. Тупица! Нужно быть умнее. Нужно выпутаться из этого. Тщательнее подбирать слова. Я стиснула зубы, чтобы не закричать, когда Мэддокс нажал кнопку на моей груди.

– Давай попробуем еще раз. Начнем с чего попроще. – Он отошел, скрестив руки на груди. – Весь этот разговор записывается. Назови свое имя для камеры.

– Эон Ибарра.

Они явно это знали, так что врать не было смысла.

– Что произошло в дата-центре Зеленого Района? – спокойно спросил Мэддокс.

– Я не знаю.

Устройство молчало. Мэддокс и Сай переглянулись.

– Но ты ведь знаешь что-то о группе, которая его атаковала?

Устройство начало снова нагреваться, когда я замешкалась.

– Да.

Казалось, Мэддокс был готов задать еще один вопрос, но вмешался Сай.

– Что ты делала в ту ночь в «Блэкауте»?

– Меня наняли, чтобы отвлечь тебя.

На лице Сая расплылась торжествующая ухмылка, и он хлопнул Мэддокса по руке – явное «я же говорил». Мэддокс никак не отреагировал.

– Старейший трюк в книге, классическая медовая ловушка. – Ухмылка Сая скривилась. – Полагаю, время, проведенное в «Хеллфайре», пошло тебе на пользу? – У него всё еще была эта тупая, безжалостная ухмылка.

У меня в груди сжалось, и это не имело ничего общего с устройством. Значит, он выяснил, кто я, и покопался в моем прошлом.

– Еще как. Тебя оказалось заарканить легче, чем топ-менеджера в запое.

Улыбка Сая сползла, и я не смогла отказать себе в удовольствии понаблюдать, как её сменяет гнев. Ничто не доставляло мне большего удовольствия, чем выражение лица идиота, осознавшего, что его одурачили; и видеть это на лице Сая пробуждало во мне что-то жуткое и порочное. Он рванулся ко мне, но Мэддокс схватил его за плечо.

– Откуда ты знала, что мы будем там? – В этой маленькой игре Мэддокс явно играл роль хорошего копа; его голос был всё таким же монотонным.

Я ухмыльнулась ему.

– Потому что вы пошли ровно туда, куда я вам сказала.

Они посмотрели друг на друга – еще один нечитаемый обмен взглядами.

Взгляд Сая снова скрестился с моим; его лицо окаменело.

– Как ты проникла во внутреннюю сеть ПОМ?

– Как будто это сложно?

Его глаза сверкнули. В них был гнев, но под ним, возможно, скрывалось что-то еще.

– Так кто ты? – спросил Мэддокс. – Шлюха и хакер?

Я закатила глаза.

– Из шлюх выходят лучшие хакеры, тупица. Большая часть хакерства – это социальная инженерия, ты должен это знать. И ни у кого нет большего доступа – и кого чаще оставляют без внимания, – чем шлюху. – Я специально выделила это слово, и, клянусь, он вздрогнул.

Но не Сай. Напротив, он снова ухмылялся.

– Это была чертовски хорошая приманка. Зачем ты это сделала?

– Друг попросил.

И в этом не было лжи.

Сай закатил глаза.

– Да? И кто этот друг?

– Старый друг. Мы давно знакомы.

– Аж со времен дата-центра Технорайона?

Я не ответила, и почувствовала иголки в груди.

– По крайней мере, с тех пор.

Он усмехнулся, больше не позволяя мне увиливать от ответов.

– Назови имя того, кто тебя нанял.

Боль началась снова, простреливая прямо к основанию черепа, словно нож вонзили под позвонки. Я стиснула зубы, но по мере нарастания боли не смогла сдержать крика. Я никогда не чувствовала ничего подобного – такого неотвратимого, такого всепоглощающего. Зрение побелело, и всё, что я слышала, было глухим звоном, когда мой мозг начал отключаться.

А затем всё вернулось в одно мгновение.

Губы Мэддокса были плотно сжаты, на висках блестели капельки пота. Но это было ничто по сравнению со мной. Моя одежда насквозь промокла, волосы прилипли к шее. Меня бросало то в жар, то в холод, словно тело пыталось исторгнуть захватчика, который был не более чем призраком. Горло саднило. Должно быть, я кричала. Боль казалась вечностью, но было очевидно, что прошло всего несколько минут.

Лицо Сая больше не выглядело веселым.

– Было бы куда проще, если бы ты просто сотрудничала.

– Я не хочу сотрудничать.

– А я не хочу причинять тебе боль, куколка.

– И кто теперь лжец?

На этих словах он не смог скрыть ухмылку.

– Справедливо. Но только не так. Ты крепкая, это очевидно. Но этот маленький жучок подключается напрямую к твоей нервной системе, высвобождая гормоны, которые имитируют самую страшную, самую чистую боль. Ты не сможешь сопротивляться вечно. Рекорд выдержки на полной мощности – около восьми минут.

– На какой я сейчас мощности?

– Шестьдесят процентов.

– Это пиздец. Просто еще одно инновационное использование технологий от ПОМ.

– Точно. Но дело ведь не в технологиях, верно? Дело в твоем теле. Оно создано так, чтобы избегать боли, делать всё, чтобы от нее избавиться. Но мы не даем наступить шоку. Через восемь минут ты расскажешь мне всё, что я захочу услышать. Через десять минут ты сделаешь всё, что я захочу – даже убьешь собственную бабушку. Абсолютно всё, лишь бы боль прекратилась. Тебе не победить миллион лет эволюции, куколка.

– Так чего же ты ждешь?

Он тихо рассмеялся.

– Может, я просто старомоден – не люблю делать всё легким путем. К тому же, это бы поджарило тебе мозги. Он не рассчитан на такие нагрузки. Кажется ужасным расточительством, раз уж ты, судя по всему, хакер гениального уровня.

Теперь настала моя очередь смеяться.

– Не любишь женщин с отбитыми мозгами, да?

– Ну, имей хоть каплю уважения. – Он подался вперед и схватил меня за подбородок; его большой палец провел по моим губам. – Как думаешь, почему ты мне так нравишься?

Голод в его взгляде был тем, что я видела миллион раз до этого, и я использовала это, чтобы получить желаемое. Теперь я была связана, находилась в его власти, и знала, что больше ничего не контролирую. Теперь всё казалось куда опаснее – опаснее, чем устройство, пристегнутое к моей груди.

Но это не означало, что я не могла этим воспользоваться.

– И к тому же, я не хакер. Какой сейчас год, 2064-й? Я киберраннер.

– О? Киберраннер, секс-работница – есть еще какие-нибудь скрытые таланты, Мэри Сью?

– Что я могу сказать? Я многогранна. Не моя вина, что ты умеешь только драться и трахаться.

Его глаза загорелись. Он сделал это слишком легким.

– Ты думала об этом, да?

– Не так много, как ты обо мне. Быстро же ты меня нашел, Сай. Видимо, ты и правда по мне скучал. – Он сохранял бесстрастное лицо, и я надавила сильнее: – Сколько раз ты передернул, думая обо мне, до сегодняшнего дня?

Мэддокс тихо кашлянул и повернулся к нам спиной, занявшись чем-то своим. Я почти забыла, что он здесь.

– Этот твой рот доставит тебе неприятности.

– Всегда доставлял. Но я хочу посмотреть, как далеко ты готов зайти, чтобы получить желаемое.

Он наклонился, положив руку на подлокотник стула. Второй он полез под куртку и вытащил пистолет. Он провел дулом по изгибу моей челюсти. Я сглотнула, когда оно заскользило вниз по шее, задержалось на пульсе, прежде чем спуститься ниже по ключице. Его щека задела мою, когда он наклонился еще ближе; его губы оказались рядом с моим ухом.

– Куколка, кое-что тебе стоит обо мне узнать: чего бы это ни стоило, я всегда получаю то, что хочу.

Пистолет скользнул ниже, и он подцепил оружием край моей майки, приподняв её. Там, вдоль ребер, тянулся яркий выпуклый шрам. Розовая огрубевшая кожа была испещрена мелкими белыми линиями, указывающими на электрический ожог.

Сай осторожно провел длинным пальцем по шраму, почти с благоговением. Ощущение было одновременно неприятным, щекотным и возбуждающим, и я прикусила губу, чтобы не отреагировать ни на одно из этих чувств.

– Я знаю, что наша первая встреча произошла не в «Блэкауте». Ты была внутри дата-центра Технорайона со своими дружками-анархистами, и у нас было маленькое свидание, не так ли?

Его Флюкс змеей спустился по пистолету, ударив током чувствительную кожу моего шрама, и я зашипела.

– Возможно, я и думал о тебе, но ты думала обо мне гораздо дольше, не так ли, куколка? – Он грубее вдавил оружие в шрам, и я оскалила на него зубы.

Его губы снова зашевелились у моего уха, когда устройство на груди нагрелось.

– Отвечай на вопрос.

– Да, я думала о тебе.

Устройство остыло и перестало гудеть.

– И сколько раз ты трахала себя, думая обо мне и проводя руками по этому шраму?

Врать не было смысла.

– Пару раз.

Устройство болезненно обожгло.

– Много раз.

Он усмехнулся и провел языком по чувствительной коже под челюстью, там, где бился пульс.

– И сколько раз ты трахалась с каким-нибудь бедолагой, желая, чтобы внутри тебя был я, зная, что никто другой никогда не сравнится с тем, что я заставил тебя почувствовать?

Я не ответила, и устройство задрожало на моей груди. Боль была жестокой, но не такой жестокой, как взгляд его глаз, когда он вцепился мне в волосы и запрокинул мою голову назад, чтобы я не могла отвести взгляд.

– Отвечай на ебаный вопрос.

Боль уже была невыносимой, но я не собиралась доставлять ему такое удовольствие. Его глаза горели этим электрическим синим светом, и он скалился на меня, но я стиснула челюсти и просто ухмыльнулась ему.

В его глазах плескалась чистая ярость, и я ожидала, что он ударит меня, сделает мне больно – когда боль внезапно прекратилась, и устройство отключилось.

Мэддокс подошел к нам очень близко, так что мы оба этого не заметили. Мы повернулись к нему.

– Кажется преступлением сжечь эти прелестные сиськи из-за вопроса, который не имеет никакого отношения к нашей работе здесь, Сай.

Мэддокс практически схватил его за шкирку и оттащил в сторону. Они начали спорить вполголоса, и я позволила голове откинуться назад. Отголоски боли всё еще пульсировали в теле, и всё, на чем я могла сосредоточиться, – это дыхание.

Мгновение спустя лицо Сая снова оказалось перед моим.

– Похоже, сегодня твой счастливый день. Нас вызывают обратно в штаб. Так что ты просто сиди здесь, и мы закончим этот разговор позже.

– Вы просто оставите меня вот так? А если мне нужно в туалет?

– Не моя проблема.

Мэддокс открыл тяжелую стальную дверь комнаты, в которой мы находились. Сай последовал за ним, обернувшись в последний момент, прежде чем скрыться из виду.

– До следующего раза, куколка. – Он послал мне воздушный поцелуй, и я бы отдала всё на свете, чтобы стереть эту дурацкую ухмылку с его лица хорошим разрядом тока.