Текст книги "Данте. Демистификация. Долгая дорога домой. Том V"

Автор книги: Аркадий Казанский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 33 страниц)

На Нерли и на Веккьо красовалась

Простая кожа, без затей гола;

Рука их жен кудели не гнушалась. [117]

И чернь (Нерли) и знать (Веккьо) не имели привычки белиться или румяниться, жены их сидели за прялкой и ткацким станком.

Как не вспомнить здесь знаменитую жену царя Итаки – Одиссея – Пенелопу, ткущую свою нескончаемую ткань. Да и Олимпийские Богини не гнушались рукоделием, сама Афина победила в искусстве ткачества лидийскую ткачиху Арахну, превратив её потом в паука.

Oh fortunate! ciascuna era certa

de la sua sepultura, e ancor nulla

era per Francia nel letto diserta. [120]

L'una vegghiava a studio de la culla,

e, consolando, usava l'idïoma

che prima i padri e le madri trastulla; [123]

l'altra, traendo a la rocca la chioma,

favoleggiava con la sua famiglia

d'i Troiani, di Fiesole e di Roma. [126]

Счастливицы! Всех верная ждала

Гробница, ни единая на ложе

Для Франции забыта не была. [120]

Одна над люлькой вторила всё то же

На языке, который молодым

Отцам и матерям всего дороже. [123]

Другая, пряжу прядучи, родным

И домочадцам речь вела часами

Про славу Трои, Фьезоле и Рим. [126]

И простолюдинки и знатные дамы были счастливы. Все они могли спокойно умереть у отцовских гробниц, а мужья их не рвались во Францию по делам или долгу службы.

Разница между ними заключалась в одном – простолюдинка напевала у колыбели простые колыбельные «баюшки-баю», а знатная дама часами могла рассказывать в кругу семьи про Троянскую войну, Фивы и Великий Рим, сидя за прялкой и непрерывно вращая своё веретено..

Saria tenuta allor tal maraviglia

una Cianghella, un Lapo Salterello,

qual or saria Cincinnato e Corniglia. [129]

A così riposato, a così bello

viver di cittadini, a così fida

cittadinanza, a così dolce ostello, [132]

Казались бы Чангелла между нами

Иль Сальтерелло чудом дивных стран,

Как Квинций иль Корнелия – меж вами. [129]

Такой прекрасный, мирный быт граждáн,

В гражданственном живущих единенье,

Такой приют отрадный был мне дан [132]

Болтушка и пустомеля (Чангелла) или попрыгушка и непоседа (Лапо Сальтерелло) были в те времена таким же чудом дивных стран, как во времена Данте простоволосый, не покрытый париком (Цинциннат) знатный человек, либо дама в рогатом венце, без парика (Корнелия). Таким тихим, прекрасным, патриархальным, дух описывает быт граждан своего времени и отечества.

Maria mi diè, chiamata in alte grida;

e ne l'antico vostro Batisteo

insieme fui cristiano e Cacciaguida. [135]

Moronto fu mio frate ed Eliseo;

mia donna venne a me di val di Pado,

e quindi il sopranome tuo si feo. [138]

Марией, громко призванной в мученье;

И, в древнем вашем храме восприят,

Я Каччагвидой стал в святом крещенье. [135]

Моронто – брат мне, Элизео – брат;

Супругу взял я из долины Падо;

Отсюда прозвище ее внучат. [138]

Непорочной Девой Марией Богородицей, которую роженица призывает в муках, Каччагвида был воспринят в древнем храме. И себя, крещёного Святым крещением он называет изгоем, изгнанником, ставшим вожаком изгнанников (Каччагвидой). Попавший в опалу и постриженный в монахи при Борисе Годунове в 1600 году, он был освобожден Лжедмитрием I в 1605 году, претензии которого на Московский престол поддерживал, был патриархом при Лжедмитрии II в 1608 году, был активным сторонником семибоярщины в 1610 году, не возражал против занятия престола Владиславом Сигизмундовичем Ваза, но в последний момент отказался, оставшись в польском плену в 1611 году. Пока он там сидел, его малолетний сын Михаил занял Московский престол, начав собой династию Романовых. Освобождённый из польского плена в 1619 году, управлял Московским царством, совмещая монашеское звание патриарха, руководя нерадивым сыном – царём и принимая за него все важные решения вплоть до своей смерти в 1633 году.

Двоюродными братьями Феодора Никитича Захарьина Юрьевича Кошкина по его тётке Анастасии, жене Ивана IV Великого Грозного были: – царь Фёдор Иоаннович – Элизео (Райский) и убитый Иваном IV, сын Иван Иванович – Моронто (Убитый). Супруга Феодора Никитича – Ксения Ивановна Шестова, в иночестве Марфа, происходила из костромской фамилии Шестовых.

Как правильно указывает Каччагвида, фамилия или прозвище рода Романовых идёт не от него и не от супруги, а от какого-то места в долине Pado, откуда родом его супруга, Ксения Шестова – из древнего города Кострома на реке Волга. В то время река Волга называлась Дон Ра или Ра Дон, где Дон – река.

Из академического словаря Ф. А. Брокгауза и И. А. Ефрона:

Река Волга (в древности Ра, в Средние века Атель, Итель или Этель) [Рис. Р. XV.4.] – одна из значительнейших рек земного шара и величайшая из рек Европы, берет начало в западной части Тверской губернии, в Осташковском уезде, на одном из наиболее возвышенных пунктов Валдайского плоскогорья, вытекая из незначительного родника, местными жителями называемого Иорданом, лежащего посредине болотистых озер, близ деревни Волговерховье, на высоте 750 футов над уровнем океана, на 57°15» северной широты и 2°10» восточной долготы от Пулково (32°30» от Гринвича). Пройдя извилисто от запада к востоку через всю центральную низменность Европейской России, почти вплоть до предгорий Урала, Волга у Казани круто, почти под прямым углом, поворачивает к югу, а затем, медленно понижаясь и направляясь прямо к великой Понто-Каспийской низменности, у Самары пробивается через цепь возвышенностей, образуя знаменитую Самарскую луку, а у Царицына подходит на весьма близкое расстояние к Дону, составляя с ним замечательный в южной России волок, у которого поворачивает к юго-востоку и сохраняет это последнее направление до Астрахани и Каспийского моря, куда впадает множеством рукавов, заканчиваясь у острова Бирючья коса, лежащего на 84 фута ниже уровня океана, на 45°43» северной широты и 17°16» восточной долготы от Пулкова (47°36» от Гринвича). Направление Волги – с запада на восток, а затем резкий поворот на юг, к Каспийскому морю, находятся в непосредственной зависимости от орографии местности, по которой она протекает. Восточная покатость Валдайского плоскогорья, встречаясь с западной покатостью Урала, образует ложе Волги, масштабом понижения которой могут служить следующие пункты: абсолютная высота среднего меженного горизонта воды Волги у Твери составляет 57 саженей, у Нижнего Новгорода 27 саженей, у Казани 17 саженей, у Самары 8 саженей, у Саратова 1 сажень, у Камышина 3 сажени ниже уровня океана, откуда Волга уже окончательно вступает в каспийскую впадину.

Отсюда Данте берёт название Долины Pado. В названии города Кострома звучит фамилия Романов, во всяком случае, такую игру слов предлагает поэт. Патриарх Филарет, мечтающий о восстановлении Древней Римской империи, даёт своим потомкам и себе фамилию Романовы – Римляне.

Дополнительно отмечаю здесь святого Сергия Радонежского, получившего фамилию от реки Ра – Дона.

Poi seguitai lo «mperador Currado;

ed el mi cinse de la sua milizia,

tanto per bene ovrar li venni in grado. [141]

Dietro li andai incontro a la nequizia

di quella legge il cui popolo usurpa,

per colpa d'i pastor, vostra giustizia. [144]

Quivi fu» io da quella gente turpa

disviluppato dal mondo fallace,

lo cui amor molt» anime deturpa;

e venni dal martiro a questa pace». [148]

Я следовал за кесарем Куррадо,

И мне он пояс рыцарский надел,

Затем что я служил ему, как надо. [141]

С ним вышел я, как мститель злобных дел,

На тех, кто вашей вотчиной законной,

В чем пастыри повинны, завладел. [144]

Там, племенем нечистым отрешённый,

Покинул я навеки лживый мир,

Где дух столь многих гибнет, загрязнённый,

И после мук вкушаю этот мир». [148]

Каччагвида проговаривается о том, что он служил кесарю («mperador) – (императору Священной Римской империи германской нации) – Рудольфу II (Кур – король, кесарь, Радо – Рудольф) В то время это был единственный император Христианского мира. Статью о нём смотри (Чист. Песнь VII).

Личная корона Рудольфа II стала позднее короной Австрийской империи, до того не имевшей короны, о чём нам и сообщает Филарет. [Рис. Р. XV.5].

Законной вотчиной Романовых – Россией завладели те, на кого с кесарем Куррадо шёл Каччагвида: сначала Борис Годунов, затем Василий Шуйский и «Семибоярщина» чему потворствовали Православные пастыри. В результате происков западной знати и папства была отторгнута у Московского царства при смене династии, пользуясь слабостью первых Романовых. А сам Каччагвида, отрешившись от мира, стал монахом и патриархом, потеряв права на все престолы.

Немного о пастырях, которых обвиняет Каччагвида. Это патриархи и папы периода Смутного времени (1598 – 1613 годы):

Из академической статьи:

Патриарх Иов (в миру Иван (Иоанн); ок. 1525 года—19 июня 1607 года) – первый Патриарх Московский (1589—1605 годы).

Канонизирован Русской церковью в 1989 году в лике святителей.

Родился около 1525 года в Старице в семье посадских людей.

Обучался в школе при Старицком Успенском монастыре, где в 1556 году под влиянием архимандрита Германа принял монашеский постриг с именем Иов в честь Иова Многострадального. В обители Иов был духовно «воспитан и грамоте, всему благочинию и страху Божию добре обучен».

Впоследствии стал игуменом (с 1566 по 1571 годы) Старицкого Успенского монастыря. Так как Старица была одним из центров опричнины, привлёк внимание Ивана Грозного, результатом чего стало избрание настоятелем монастыря в сане архимандрита. В 1571 году его перевели в Москву на ту же должность в Симонов монастырь. В 1575 году стал архимандритом царского Новоспасского монастыря в Москве. С 1581 года епископ Коломенский. В Коломне был до 1586 года, когда был назначен архиепископом Ростовским.

С середины 1580 года близкий сподвижник Бориса Годунова; при его содействии собором епископов в 1586 году возведён в митрополиты Московские (1586 год) и 26 января 1589 года поставлен находившимся в Москве константинопольским патриархом Иеремией II в первые Патриархи Московские. В дальнейшем поддерживал политику Бориса. Из важных церковных событий его патриаршества – канонизация Василия Блаженного и Иосифа Волоцкого, распространение христианства в Поволжье, покорённом при Иване Грозном, и в Сибири, присоединённой как раз в годы правления Бориса Годунова. Возросло печатание богослужебных книг; также по просьбе грузинского царя Александра Иовом в Грузию были направлены «для исправления православной веры учительные люди».

Смерть Годунова в 1605 году и победа Лжедмитрия I означали и падение Иова. Иов отказался признать самозванца сыном Ивана Грозного и требовал от москвичей верности Фёдору Борисовичу, Лжедмитрий и его сторонники, «которые государю изменили, а тому вору и богоотступнику последуют и именуют его князем Дмитрием», были преданы патриархом анафеме. Так как секретарём Иова некоторое время был Григорий Отрепьев, то исследователи, отождествляющие этого персонажа с Лжедмитрием I, объясняют стремление последнего поскорее удалить Иова из Москвы нежеланием разоблачения. Сам патриарх Иов в своих грамотах называл Лжедмитрия «расстрига, ведомый вор, в мире звали его Юшком Богданов сын Отрепьев, жил у Романовых во дворе и заворовался. …да и у меня, Иова Патриарха, во дворе для книжного письма побыл во дьяконах же. А после того сбежал с Москвы в Литву». Иов был смещён с кафедры и заточён в монастырь в родной Старице ещё до прибытия самозванца в столицу, который направил указание «взять его там в приставы» и содержать «во озлоблении скорбнем». После убийства Фёдора Годунова, Иова арестовали за богослужением в Успенском соборе Кремля, сорвали с него патриаршье облачение и как простого монаха отправили в изгнание. После изгнания Иова церковный собор избрал новым Московским Патриархом грека Игнатия, примкнувшего к сторонникам Лжедмитрия. Однако смена Патриархов не была законной: святитель Иов не был ни низложен, ни тем более лишён сана.

В Старице Иов прожил ещё два года и умер в 1607 году. Перед смертью реабилитированный при Василии Шуйском посетил Москву, но по здоровью (совершенно ослеп) отказался от возвращения на патриарший престол и вернулся в Старицу, где скончался 19 июня и был похоронен в Старицком Успенском монастыре.

Был традиционалистом и консерватором. После него остались написанные им «Завещание» и «Повесть о царе Феодоре I Иоанновиче» (Панегирик, написанный после смерти царя, восхваляет его добродетели).

Впоследствии над могилой святителя была устроена часовня. В 1652 году при патриархе Иосифе (1642—1652 годы) нетленные и благоуханные мощи святителя Иова были перенесены в Успенский собор Московского Кремля и положены около гробницы патриарха Иоасафа (1634—1640 годы). От мощей святителя Иова происходили исцеления.

Из академической статьи:

Игнатий (ок. 1540 года, Крит—1620 год, Вильно) – церковный деятель греческого происхождения, де-факто Патриарх Московский и всея Российского царства при царе «Лжедмитрии I».

Прибыл в Москву в 1595 году в составе миссии Константинопольского патриархата и остался в России. Принимал участие в коронации Бориса Годунова.

В 1602 году назначен патриархом Иовом митрополитом Рязанским и Муромским. Сведений о его деятельности в Рязани нет.

После смерти Годунова, как и большая часть высокопоставленных иерархов Русской православной церкви, примкнул к сторонникам Лжедмитрия. Игнатий первый из архиереев в июне 1605 года выехал в Тулу навстречу самозванцу, признал его и приводил к присяге царю «Дмитрию Ивановичу» народ в Туле. Вместе с самозванцем парадно вступил в Москву, и ему как патриарху предносили посох и крест. Через четыре дня по вступлении (24 июня), по указу Лжедмитрия собор епископов возвел Игнатия в патриархи вместо сосланного Иова.

30 июня Игнатий разослал окружную грамоту, в которой всем церквам предписывалось петь торжественные молебны о здравии «Димитрия Иоанновича» и его матери инокини Марфы.

Короновал Лжедмитрия I и венчал его с Мариной Мнишек, присоединив ее через миропомазание к православию.

Лжедмитрий посылал Игнатия испросить благословения у сверженного патриарха Иова, но Иов отказался благословить его, «ведая в нем римския веры мудрование». В Риме знали расположение Игнатия к унии и возлагали на него большие надежды.

На следующий день после убийства Лжедмитрия – 18 мая 1606 года был лишён сана (не только патриаршего, но и епископского) и заточён в Чудов монастырь как простой монах. Впоследствии в 1620 году ради усугубления вины Игнатия, патриарх Филарет приписал ему то, что он, не крестив по-православному, только миропомазал Марину Мнишек, венчал с Лжедмитрием и допустил её к причащению:

«Патриарх Игнатий, угождая еретикам латинской веры, в церковь соборную Пресвятой Владычицы нашея Богородицы введе еретическия папежския веры Маринку, святым же крещением совершенным христианского закона не крестил, но токмо единем святым миром помаза и потом венчал ю с тем росстригою и обоим сим врагом Божиим росстриге и Маринке подаде Пречистое Тело Христово и Св. Кровь Христову пити. Его же Игнатия за таковую вину священноначальницы великие св. церкве российские, яко презревшего правила святых апостол и святых отец, от престола и от святительства, по правилам святым, изринуша».

Так как попытка быстро избрать нового патриарха не увенчалась успехом (Гермоген был избран только 3 июля), Василий Шуйский венчался на царство митрополитом Исидором 1 июня 1606 года вообще без патриарха.

После заточения в 1611 в Чудов монастырь патриарха Гермогена Игнатий был освобожден поляками и восстановлен в патриаршем сане. Совершил для них в день Пасхи (24 марта 1611 года) богослужение в Кремле. Чувствуя своё положение непрочным, через несколько месяцев отправился в Речь Посполитую. Близ Смоленска Игнатий был схвачен поляками и представлен королю Сигизмунду III, который предложил ему или возвратиться в Москву, или остаться в польских владениях. Игнатий избрал последнее и пожелал поселиться в Троицком монастыре в Вильно, находившемся тогда во власти униатов. Там же принял униатство. В 1615 году король Сигизмунд пожаловал на содержание его дворец, принадлежавший витебской архиерейской кафедре.

Русская Православная Церковь не считает его законным патриархом (хотя он был избран её иерархами с соблюдением всех формальностей), поскольку не считает законным отстранение патриарха Иова.

Двух пастырей Смутного Времени – патриархов Московских и поминает недобрым словом Каччагвида. Чин патриарха Московского (и Всея Руси), введённый при царе Борисе Годунове в 1589 году; при царе Петре I в 1700 году он был отменён и восстановлен уже после падения династии Романовых, Советской властью в 1917 году. Таким образом, чин патриарха просуществовал при Романовых 87 лет, в дальнейшем, при этой династии он отсутствовал 217 лет, в течение которых делами Православной Церкви управлял подконтрольный императору Синод.

Сказание о пастырях Смутного Времени будет неполным, если не упомянуть о понтификах того времени, занимающих Великий престол во время правления императора Куррадо, которому следовал Каччагвида:

Папа Климент VIII (Ипполито Альдобрандини, 1592 – 1605 годы понтификата). Согласно «Пророчеству о папах» приписываемому Святому Малахии, его девиз – Крест Рима (Crux Romulea). Интересно, что он является последним поименованным папой в этом пророчестве, как Климент VIII, последующие папы обозначены в пророчестве только девизом.

Папа Лев XI (Алессандро Оттавиано де Медичи, 1605 год, понтификат 27 дней). Его девиз – Человек волн (Vndosus uir).

Папа Павел V (Камилло Боргезе, 1605 – 1621 годы понтификата). Его девиз – Подкупленная нация (Gens peruersa).

Чтобы покончить с «Пророчеством о папах», сообщу, что занимающий Святой престол сегодня – папа Римский Франциск (Хорхе Мария Бергольо, понтификат с 13 марта 2013 года), замыкает это пророчество. Малахия пишет:

In precutione extrema S. R. E. sedebit. Petrus Romanus, qui pascet oues in multis tribulationibus: quibus transactis ciuitas septicollis diruetur, & Iudex tremedus iudicabit populum suum. Finis.

(Во время последних гонений Святой Римской Церкви воссядет. Пётр Римлянин, который будет пасти овец среди множества терзаний: по свершении чего город семи холмов будет разрушен, и Судия страшный будет судить народ свой. Конец.)

P. S. Всё кажется верным, но следующие строки Комедии не укладываются в характеристику великого предка поэта:

С ним вышел я, как мститель злобных дел,

На тех, кто вашей вотчиной законной,

В чем пастыри повинны, завладел.

Там, племенем нечистым отрешённый,

Покинул я навеки лживый мир,

Где дух столь многих гибнет, загрязнённый,

И после мук вкушаю этот мир».

Каччагвида говорит, что он вышел на борьбу с захватчиками и там навеки покинул лживый мир. Патриарх Филарет под эту характеристику никак не подходит; намного пережив Смутное Время, он благополучно окончил дни свои, фактически управляя и Православной Церковью, и Московским Царством. Зато под эту характеристику блестяще подходит его предшественник на патриаршем престоле, погибший мученической смертью в польском плену.

Итак, версия №2. Неочевидная, но не менее невероятная. Кто такой этот Дух, с которым беседует Данте?

Из академической статьи:

Патриарх Гермоген (Ермоген, в миру Ермолай; ок. 1530 года—17 февраля 1612) – второй (фактически третий, считая Игнатия) Патриарх Московский и всея Руси (1606—1612 годы, в заточении с 1 мая 1611 года), известный церковный общественный деятель эпохи Смутного времени. Канонизирован Русской Православной Церковью.

Происхождение Гермогена остаётся предметом споров. Есть мнения, что он из рода Шуйских, либо из Голицыных, либо незнатного происхождения. Возможно, он происходил из Донских казаков. Ещё подростком ушёл в Казань и поступил в Спасо-Преображенский монастырь, где его религиозные взгляды укрепились. В 1579 году совершилось явление чудотворной Казанской иконы Божией Матери. Будучи ещё священником, он, с благословения тогдашнего Казанского архиерея Иеремии, переносил новоявленную икону с места обретения в церковь, где служил священником. В 1587 году, после смерти жены, имя которой история не сохранила, постригся в монахи в Чудовом монастыре в Москве.

13 мая 1589 года хиротонисан во епископа и стал первым Казанским митрополитом. 9 января 1592 года святитель Ермоген направил Патриарху Иову письмо, в котором сообщал, что в Казани не совершается особое поминовение православных воинов, жизнь положивших за веру и Отечество под Казанью, и просил установить определенный день памяти воинов. Одновременно он сообщал о трех мучениках, пострадавших в Казани за веру Христову, из которых один был русский, по имени Иоанн, плененный тартарами, а двое других, Стефан и Пётр, новообращенные тартары. Святитель просил разрешения вписать их в синодик, читавшийся в Неделю Православия, и петь им вечную память. В ответ Патриарх прислал указ от 25 февраля, который предписывал «по всем православным воинам, убитым под Казанью и в пределах казанских, совершать в Казани и по всей Казанской митрополии панихиду в субботний день после Покрова Пресвятой Богородицы и вписать их в большой синодик, читаемый в Неделю Православия». Повелевалось вписать в тот же синодик и трех мучеников казанских, а день их памяти поручалось определить святителю Ермогену. Святитель объявил патриарший указ по своей епархии, добавив, чтобы по всем церквам и монастырям служили литургии и панихиды по трем казанским мученикам и поминали их на литиях и на литургиях 24 января среднею памятью. Святитель Ермоген сохранял твёрдость в вопросах веры, активно занимался христианизацией тартар и других народов бывшего Казанского ханства. Практиковалась и такая мера: новокрещёные народы переселяли в русские слободы, изолируя от общения с мусульманами. В сентябре 1592 года участвовал в перенесении мощей Казанского архиепископа Германа (Садырева-Полева) из Москвы в свияжский Успенский монастырь.

Около 1594 года в Казани на месте явления Казанской иконы был сооружён каменный храм; тогда им была составлена «Повесть и чюдеса Пречистыя Богородицы, честнаго и славнаго Ея явления образа, иже в Казани». В октябре 1595 года участвовал в обретении мощей святителей Гурия и Варсонофия, обретённых в ходе перестройки собора в казанском Спасо-Преображенском монастыре, и составил их первое краткое житие.

Митрополита Гермогена хорошо знали в Москве. Присутствовал он во время избрания на царство Бориса Годунова; участвовал во всенародном молении при Борисе под Новодевичьим монастырем. В 1595 году он ездил в Углич для открытия мощей удельного Угличского князя Романа Владимировича. Лжедмитрий включил его в состав Боярской думы как известного и влиятельного человека. Но там Гермоген показал себя противником Лжедмитрия: выступил против избрания патриархом Игнатия и потребовал православного крещения Марины Мнишек. Лжедмитрий приказал исключить его из Думы и сослать в Казань. Приказ выполнить не успели в связи с убийством Лжедмитрия.

3 июля 1606 года в Москве Собором русских иерархов святитель Гермоген был поставлен Патриархом Московским. Оставался сторонником Василия Шуйского, поддерживал его в подавлении восстания южных городов, отчаянно противился его свержению.

Был ярым противником семибоярщины, несмотря ни на что, пытался организовать выборы нового царя из русского рода (первым предложил эту должность Михаилу Романову). Скрепя сердце, согласился признать русским царём Владислава Сигизмундовича при условии его православного крещения и вывода польских войск из России. После отказа поляков от выполнения этих условий, стал писать воззвания к Русскому народу, призывая его на борьбу. С декабря 1610 года Патриарх, находясь в заключении, рассылал по городам грамоты с призывом к борьбе с польской интервенцией. Благословил оба ополчения, призванные освободить Москву от поляков. Грамоты, рассылавшиеся Патриархом по городам и селам, возбуждали русский народ к освобождению Москвы от врагов. Москвичи подняли восстание, в ответ на которое поляки подожгли город, а сами укрылись в Кремле. Совместно с некоторыми предателями из бояр они насильно свели святого Патриарха Гермогена с Патриаршего престола и заключили в Чудовом монастыре под стражу. В Светлый понедельник 1611 года русское ополчение подошло к Москве и начало осаду Кремля, продолжавшуюся несколько месяцев. Осажденные в Кремле поляки не раз посылали к Патриарху послов с требованием, чтобы он приказал русским ополченцам отойти от города, угрожая при этом ему смертной казнью. Святитель твердо отвечал:

«Что вы мне угрожаете? Боюсь одного Бога. Если все вы, литовские люди, пойдете из Московского государства, я благословлю русское ополчение идти от Москвы, если же останетесь здесь, я благословлю всех стоять против вас и помереть за Православную веру».

Уже из заточения Гермоген обратился с последним посланием к русскому народу, благословляя освободительную войну против завоевателей.

17 февраля 1612 года, не дождавшись освобождения Москвы, умер от голода.

Святитель Гермоген много занимался в монастырских библиотеках, прежде всего в богатейшей библиотеке Московского Чудова монастыря, где выписывал из древних рукописей ценнейшие исторические сведения, положенные в основу летописных записей. В XVII веке «Воскресенскую летопись» называют летописцем Святейшего Патриарха Гермогена. В сочинениях Предстоятеля Русской Церкви и его архипастырских грамотах постоянно встречаются ссылки на Священное Писание и примеры, взятые из истории, что свидетельствует о глубоком знании Слова Божия и начитанности в церковной письменности того времени. Церковная деятельность характеризовалась внимательным и строгим отношением к богослужению.

При нём были изданы: Евангелие, Минеи месячные за сентябрь (1607 год), октябрь (1609 год), ноябрь (1610 год) и первые двадцать дней декабря, а также напечатан «Большой Верховный Устав» в 1610 году. Патриарх тщательно наблюдал за исправностью текстов. По его благословению с греческого на русский язык была переведена служба святому апостолу Андрею Первозванному (память 30 ноября) и восстановлено празднование памяти в Успенском соборе. Под наблюдением первосвятителя были сделаны новые станки для печатания богослужебных книг и построено новое здание типографии, пострадавшее во время пожара 1611 года, когда Москва была подожжена поляками.

Заботясь о соблюдении благочиния, Гермоген составил «Послание наказательно ко всем людям, паче же священником и диаконом о исправлении церковного пения». «Послание» обличает священнослужителей в неуставном совершении церковных служб: многогласии, а мирян – в неблагоговейном отношении к богослужению.

Среди его сочинений: Сказание о Казанской иконе Божией Матери и служба этой иконе (1594 год), послание Патриарху Иову, содержащее сведения о казанских мучениках (1591 год), сборник, в котором рассматриваются вопросы богослужения (1598 год), патриотические грамоты и воззвания, обращенные к русскому народу (1606—1613 годы). Патриарх писал к мятежникам:

«Обращаюсь к вам, бывшим православным христианам, всякого чина и возраста. Вы отпали от Бога, от правды и Апостольской Церкви. Я плачу, помилуйте свои души. Забыли вы обеты Православной веры вашей, в которой родились, крестились, воспитались, возросли. Посмотрите, как Отечество расхищается и разоряется чужими, какому поруганию предаются святые иконы и церкви как проливается и вопиет к Богу кровь невинных. На кого вы поднимаете оружие? Не на Бога ли сотворившего вас, не на своих ли братьев, не свое ли Отечество разоряете? Заклинаю вас именем Господа Бога, отстаньте от своего начинания пока есть время, чтобы не погибнуть. А мы прием вас кающихся».

В 1652 году его останки, по повелению Патриарха Московского Никона перенесены из ветхой гробницы в Чудовом монастыре в Большой Успенский собор. Его мощи в деревянной гробнице, обитой фиолетовым бархатом, были поставлены в юго-западном углу Успенского собора, где они пребывают и ныне.

Прославлен в лике святых в воскресенье 12 мая (25 мая по новому стилю) 1913 года (год 300-летия Дома Романовых, за несколько дней до прибытия царской семьи в Москву) как священномученик; богослужения в Московском Кремле возглавлял Патриарх Антиохийский Григорий IV; присутствовала великая княгиня Елисавета Феодоровна.

Патриарх Гермоген вышел «Как мститель злобных дел» и, «Отрешенный нечистым племенем» покинул скорбный мир, не дожив до воцарения своего сына. Поразительно, как его судьба переплетается с судьбой Филарета, также бывшего в плену у поляков, но благополучно пережившего смуту и ставшего после освобождения из плена Патриархом Московским.

А как же Филарет? Кем он доводится Михаилу Романову? Предлагаю взглянуть на один любопытный документ [Рис. Р. XV.6]. В рукописной Минее, датированной переписчиком 1681 годом, за 1 декабря приведено Житие Святого Праведного Филарета Милостивого. Чтобы не пересказывать его, привожу собственный полный перевод этого замечательного произведения:

МЕСЯЦ ДЕКАБРЬ Ã ДЕНЬ

В ТОТ ЖЕ ДЕНЬ ЖИТИЕ СВЯТОГО ПРАВЕДНОГО ФИЛАРЕТА МИЛОСТИВОГО

Блаженны милостивцы, потому что помилованы будут, сказал Господь.

Сбылось это на блаженном милостивом Филарете, который за свою многую к нищим милость получил от Господа премногое помилование, и богатое воздаяние в нынешнем и будущем веке, о чём и скажет его блаженное житие.

В стране Пафлагонстой, в селе, называемом Амния, проживал этот блаженный Филарет, родом от Галатийских стран, из благородных, сын отца Георгия, матери же Анны, от них же благочестию и страху Господню научен с детства, преуспевавшим целомудрием и украшенной всякой добродетелью жизнью. Достигнув же он совершенного возраста, взял себе жену честную, благородную и богатую, имя же её Феозва, которая от дома своих родителей принесла в дом его многое имущество. Родила же троих детей, сына Иоанна первенца и двух дочерей, Ипатию и Еванфию. Благословил же Бог блаженного Филарета, как некогда праведного Иова, и умножил ему имения много и богатства довольно. Было у него стада скотов многих, нивы и сады плодоносные, и удача во всём, хранилища его всяких благ земных исполнены, рабов и рабынь служащих в доме его число было многое: и был Филарет в стране той как первый от вельмож преславных.

Такие у себя премногие богатства блаженный имея, а других в большой скудости и в последней нищете бедствующих видя, подвигся на благоутробие, и умилился душою, сказав себе: Еды ли ради этой от руки Господней принял благодать, да сам один ею питаюсь, и в наслаждении балую и угождаю чреву; не взять ли тех великих мне от Бога данных имений разделить нищим, вдовам, сиротам, странным, убогим, их же Господь на страшном суде пред ангелами и человеками не постыдится братьями своими назвать, говоря: то что сотворите одному из братьев моих меньших, мне сотворите. И что мне эти имения, которые я скупостью удерживаю, полезны будут в день суда, имеющего без милости не сотворившему милости. Еда ли эта в грядущем веке будет мне бессмертною пищей и питьём; будут ли там мягкие мои ризы нетленным одеянием; либо никаким. Как глаголет апостол: Ничто же не будет внесено в мир этот, явно, так как никто же не сможет и вынести, то лучше всё это отдать Богу руками нищих, и Бог не возьмёт меня, и жены моей, и чад моих оставит, уверяет об этом меня пророк Давид, глаголя: Младенцем был, потом состарился, но не видел праведника оставленного, или же потомков его, просящих хлеба.