Текст книги "Срыв печатей (СИ)"

Автор книги: Арис Вега

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 23 страниц)

Глава 25. История

Глава 25. История.

Июль.

Перебои с интернетом прекратились так же внезапно, как и начались. Без предупреждений. Без объяснений. Без официальных заявлений.

Просто однажды утром сеть снова заработала идеально. Спутники больше не сбоили. Связь не обрывалась. Фильмы грузились. Игры обновлялись. Даже видеозвонки с материком снова шли без задержек.

На острове быстро сделали вид, что ничего особенного не произошло. Мастера говорили про «стабилизацию каналов». Техники – про «успешное завершение работ». Кто-то шутил, что Сфинкс наконец победил собственный интернет.

Но никто толком не понимал, что случилось на самом деле. И почему всё закончилось настолько резко. Ученики ещё какое-то время обсуждали это в столовой, строили теории, спорили, но в итоге просто радовались, что всё наконец наладилось.

* * *

Резиденция была тихой. Слишком тихой для места, где недавно всё держалось на бесконечном напряжении. Наконец-то всё как будто стало налаживаться.

Июль на острове Лана любила. Именно за тишину. На экваторе это было самое приятное время по погоде – сухое, ровное тепло без изнуряющей влажности.

Эйлиса тихо постукивала по клавиатуре, перебирая документы – её вечная, спокойная рутина. Рядом сидела Мистиен и, снова разобрав свой любимый эксклюзивный пульсар, перебирала барабан со световыми капсулами. Лана сидела у стола, закинув ногу на ногу, и лениво крутила в пальцах ручку. Напротив – Влад, по видеосвязи. Он выглядел чуть похудевшим.

– Я уже почти договорилась, – уверенно произнесла Лана. – Илай готов отдать меч заранее, до того как мы выплатим всю сумму частями, чтобы ты мог спокойно вернуться к своим тренировкам. Это будет считаться официальной арендой. Выплату за меч мы растянем примерно на год, чтобы не бить сильно по бюджету. Потом меч уже официально станет вновь твоим.

Влад помолчал. Но по его лицу было видно, что подобная новость его обрадовала.

Мистиен, заметив изменение на лице Влада, не удержалась:

– О, смотрите, ожил. Меч вернули – и сразу лицо как у кота, которому подложили подушку.

– А теперь у меня к тебе есть задание, – Лана постучала ручкой по столешнице. – Не только как к главному чемпиону Ордена. Мне нужен лучший из лучших, чтобы учить Дэмиена. Ты не хотел бы стать его тренером? – спокойно спросила Лана.

Влад растянул широченную улыбку и кивнул:

– Хочу.

Лана чуть склонила голову.

– Ну тогда тебе придётся больше времени проводить на острове. Я впишу тебе часы тренировок с Дэмиеном.

Влад прищурился:

– Только не с самого утра, можно? Мне ближе во второй половине дня.

– Что за люди на меня работают? – Лана пожала плечами и с улыбкой покачала головой. Мистиен усмехнулась нагловатости Влада. – Я вроде как Глава Ордена, а мне кажется, это вы тут все начальники, которые решают, во сколько и где работать.

Мистиен тихо хмыкнула, будто мысленно сказала: «А ты только сейчас это поняла?»

Лана продолжила:

– Мало кто на острове реально понимает, на что может быть способен Дэмиен. Когда снимется сдерживающая печать, оставленная Кристофом, его способности просто выстрелят. Мне необходимо, чтобы к тому времени он довольно хорошо справлялся со своими инстинктами. Драконы не ручные. Он подрастёт – начнёт бунтовать. Мужская фигура как пример для него необходима.

Эйлиса аккуратно спросила:

– Мне приказ о назначении тренером писать завтрашним числом?

Лана кивнула:

– Да. Только, Влад, нужно быть чуть строже. Если ты наставник, то ты наставник.

Мистиен усмехнулась:

– Ага, а то ведёшь себя как дружбан-переросток с пацаном.

– Эй! – оскорбился Влад.

Лана не сдержала улыбки:

– Ему сейчас нужно больше концентрации. Он ведь молод, гормоны… Возможно, вскоре встретит первую любовь.

– Классика, – хмыкнула Мистиен.

– И про все эти «мужские» темы… – Лана, видимо, сама почувствовала себя не в своей тарелке, обсуждая подобное, и пыталась подобрать правильные слова. Она даже немного отвела взгляд к окну. – Про все эти «мужские» темы… У него должен быть кто-то, к кому можно прийти и поговорить.

Лана закончила. Мистиен тихо посмеивалась. Тишина на секунду стала плотнее.

Эйлиса вытащила из принтера приказ о назначении и поднесла Лане на подпись.

Влад откинулся назад:

– А я и так бы это сделал. Не нужно волноваться, мы с пацаном отлично ладим.

Лана посмотрела на него. Долго.

Потом чуть улыбнулась:

– Хорошо.

Она сделала небольшую паузу.

– Рада, что мы договорились. С завтрашнего дня и начнёшь.

* * *

Столовая.

Как обычно, банда Дэмиена сидела вся в сборе. Макс наяривал зажаристую курицу. Виктор на своей тарелке занимался странным делом – раскладывал овощи по цветам. Мишель всех настраивал поучаствовать в местном конкурсе и подпеть ему под гитару – он сочинил новую песню. Люсьен и Дэмиен с абсолютно серьёзными лицами отвечали, что в подобном участвовать не желают даже под страхом смерти.

Телефон коротко завибрировал. Дэмиен машинально посмотрел на экран – и сердце будто подпрыгнуло.

Влад: Короче. Тебе назначили доп-уроки. И я буду тебя тренировать. Жду на тренировочной площадке. Локацию сбросил. Хватай велосипед и гони сюда.

У Дэмиена сама собой растянулась улыбка – широкая, настоящая, почти детская. Он даже выдохнул так, будто наконец-то что-то внутри встало на место. Он ведь правда очень переживал за Влада: того не было на острове всё это время, и Дэмиен по-настоящему соскучился.

Макс, заметив выражение его лица, приподнял брови:

– Что там?

Дэмиен хвастливо хлопнул в ладоши:

– Угадайте: кого сегодня будет тренировать Влад?

Макс и Люсьен одновременно:

– ТЕБЯ?!

Мишель присвистнул. Дэмиен повернул экран, показывая всем сообщение с нескрываемо довольной рожей. Макс выдал такой восторг, что несколько человек за соседним столом обернулись:

– Чёрт! У тебя тренером будет САМ ВЛАД! Это же… это же просто пипец какой-то!

Все начали возбуждённо орать, и лишь Виктор спокойно ковырялся в своей тарелке. Макс хлопнул его по спине:

– Чувак! Ты что там, заснул, что ли? У Берзиньша Грифон будет тренером!

Виктор недовольно отодвинулся от вечно орущего Макса:

– Я всё слышал. Я сижу за тем же столом, что и ты. Просто я выражаю эмоции без криков.

Макс заржал:

– Шевчук, ты выражаешь эмоции как булыжник, лежащий на дороге, которому пофиг, что по нему проехался грузовик. У тебя по морде не поймёшь – похороны или свадьба!

Дэмиен, хватая рюкзак и с предвкушением закидывая его на плечо, уже не мог скрыть радости:

– Короче, пацаны, бегу на тренировку!

Он выскочил из столовой почти бегом. У академии, как всегда, стояли бесконечные ряды велосипедов и электросамокатов – бери любой, никто не спрашивает. Дэмиен схватил ближайший, запрыгнул в седло и рванул вперёд, ориентируясь по метке на карте.

Дорога уходила в сторону западного лесного участка острова – туда, где обычно тренировались старшие мастера. Солнце било в глаза, ветер тянул рубашку назад, и Дэмиен вдруг почувствовал, что действительно принадлежит этому месту.

Ведь впереди, среди деревьев, его ждал Влад.

* * *

Дэмиен чувствовал себя так, будто внутри него включили прожектор.

Он ещё не доехал до поляны, когда это случилось.

Аура Влада ударила по ощущениям – ярко, почти телесно. Будто он сидит у костра где-то в горах и чувствует запах приближающейся грозы. Сильной. Живой. Настоящей.

Через минуту он уже увидел его.

Влад двигался по утоптанной тренировочной поляне – быстро, молниеносно, так, что воздух вокруг будто дрожал. Каждый удар, каждый шаг был точным, резким, выверенным.

И как Скала вообще мог его победить?..

Влад поднял голову. На лице – довольная ухмылка:

– Ну что, чемпион? Не хочешь получить пару синяков и бесценный опыт от пенсионера?

Дэмиен даже не стал тормозить. Он просто спрыгнул с велосипеда и влетел во Влада, врезавшись ему в грудь:

– Конечно! Чёрт! Ты ещё спрашиваешь?!

Влад по-братски хлопнул его по плечу:

– Ну вон, – он кивнул на бревно. – Там доспехи и шлем. Надевай защиту. Я собираюсь тебя погонять как следует.

Дэмиен удивлённо поднял бровь, натягивая защиту:

– Ты прямо настроен так, словно реально собираешься меня помучить.

– Ага, – заржал Влад. – Я ведь теперь наставник. Обязан быть построже. И что ты напялил? Всё болтается же.

Он подтянул ремни, проверил крепления, потом взял два тренировочных меча – один кинул Дэмиену. Тот поймал.

– Первое, что будем осваивать, – твоя стойка. Это тебе не в Playstation на джойстике играть. Пропустишь удар – будет ой как неприятно.

– Но ты войдёшь в моё положение? – осторожно спросил Дэмиен. – Не будешь прямо сильно лупить?

Влад развёл руки:

– Хорошо. Тогда первым твоим заданием будет нанести мне хоть один приличный удар.

Он вспыхнул электрическим всполохом – и в следующую секунду оказался за спиной Дэмиена. Дэмиен даже не понял, как.

– Проспал! – заржал Влад и лёгким пинком отправил его в траву.

Дэмиен повалился, ошарашенно моргнул:

– Капец! А как?!

– А вот так! – Влад сделал сальто над его головой, приземлился и выбил меч из рук одним движением.

Дэмиен смотрел на него с чистым упрямством. Он не собирался отступать. Ну хоть раз – но он точно попадёт.

– Ещё! – потребовал Дэмиен, поднимая меч.

– Отлично, чемпион! Ты сам напросился! – смеясь, проговорил Влад, легко уходя от размаха.

* * *

Академия.

После тренировки с Владом Дэмиен чувствовал себя побитым – плечи ныли, спина саднила, на скуле проступал лёгкий синяк. Но, как ни странно, он был абсолютно доволен. Даже счастлив. И главное – Влад после Турнира не расклеился. Не стал жаловаться. Просто тренировал его так, будто ничего не произошло. Хотя они ни разу не упомянули бой со Скалой.

Пацаны уже стояли у выхода из академии, ждали его. На их лицах читалась самая честная, самая понятная пацанская зависть – та, которую никто не скрывает.

Макс сразу бросился вперёд:

– Ну что, Дракон? Как было?

Дэмиен чуть поморщился, потирая плечо:

– Было… ну… примерно так: я встал – и сразу упал. Потом ещё раз. И ещё.

Люсьен прищурился, разглядывая синяк:

– И это всё? Один синяк? Я думал, ты придёшь весь синий.

– Да Влад пока вообще не трогает меня, – пожал плечами Дэмиен. – А синяк… это я опять упал. Только мордой в бревно.

Макс прыснул:

– Блин! Хотел бы я посмотреть на твою эпичную встречу с бревном.

Дэмиен фыркнул, но улыбка не исчезла.

– Ладно, – сказал Макс, – у меня сейчас История. У тебя тоже?

– Ага. Впервые поставили.

– Тогда пошли быстрее нормальные места занимать.

Они двинулись к академии, и Дэмиен поймал себя на том, что идёт чуть быстрее обычного. Синяки болели, но внутри было тепло – то самое чувство, когда всё наконец-то начинает становиться на свои места.

* * *

Академия.

Большая аудитория истории Воплощённых оказалась совсем не похожей на обычный класс. Высокие стены поднимались метра на четыре, теряясь в полумраке. По ним в строгом порядке висели десятки гербов – разных форм, цветов, символов. Под гербами были подписи: «Орден Златоглавого Паука», «Орден Мантикоры», «Орден Коронованной Змеи» и так далее.

Дэмиен, конечно, не особо этим интересовался. Но взгляд парня сразу притянуло к огромной мозаике у входа. Она занимала почти целый пролёт стены.

Он остановился. И на секунду забыл, как дышать.

На картине бушевала битва. Внизу – тысячи фигур. Люди, стоящие плечом к плечу, вытягивали руки вперёд, и от них вверх тянулись тонкие золотые нити. Их было так много, что они напоминали светящийся дождь, устремлённый в небо.

А в небе… Зверь. Дракон. Огромный. Чёрный. Его чешуя блестела, как отполированный обсидиан. Крылья заслоняли половину неба, а пасть была приоткрыта, словно он сейчас закричит – и от этого крика треснет мир.

Золотые нити, сияющие так ярко, что казалось – они и есть свет, обвивали дракона, стягивали его, удерживали.

– Впечатляет, да? – раздался голос за спиной.

Дэмиен вздрогнул и обернулся. Рядом стояли Мишель и Макс.

– Это… правда было? – тихо спросил Дэмиен.

Мишель кивнул:

– Конечно. Это ж крупнейшая битва в истории, тогда Ордена объединились против Тёмного Дракона.

– Чёрт… – проговорил Дэмиен. – Этот дракон реально настолько здоровенный был?

Мишель фыркнул и сразу подхватил:

– Прикинь, считается, что он в длину был сорок метров! Как тринадцатиэтажный дом. Я бы точно в штаны наложил, если бы такое увидел вживую.

Макс ткнул пальцем в огромного зверя:

– А прикинь, какие какахи у него размером! Размером с машину, наверное!

Они оба одновременно заржали, как два идиота. Макс даже согнулся, держась за живот.

– Представляешь, – выдавил Макс сквозь смех, – летит такой дракон, а снизу… ба-бах! И целый квартал в дерьме!

Дэмиен тоже заржал, хотя всё ещё было немного не по себе от масштаба картины.

– Вы серьёзно сейчас? – покачал он головой. – Там битва века, а вы про какахи.

– А что, – пожал плечами Макс, вытирая слёзы от смеха. – Реалистичный подход к истории.

Дэмиен снова посмотрел на мозаику.

Тысячи людей внизу. Золотые нити. И один… огромный страшный чёрный дракон.

* * *

– Итак, – голос преподавателя был ровным, но уверенным, – вспомним основы. Большинство из вас это уже слышали, но у нас есть новенький.

По аудитории сразу прошёл лёгкий шум. Несколько девушек впереди тут же обернулись на Дэмиена.

– Это тот самый?

– Ага… который дракон.

Макс, сидящий рядом, моментально покраснел почти так же сильно, как сам Дэмиен.

– Дэм, они на тебя пялятся… – прошептал Макс, начиная хихикать. – Может, поулыбаешься им в ответ?

– Ты чё, больной? Сам улыбайся, если хочешь, – Дэмиен уткнулся взглядом в стол, и у него покраснели уши.

Прекрасно. Просто великолепно.

Проекция изменилась. Появилась карта. Не обычная – она не показывала страны или города. Это была огромная сеть: узлы, линии, пересечения.

– Мир Воплощённых на данный момент состоит из двадцати пяти Орденов, – продолжил учитель.

Некоторые узлы на карте засветились ярче других. В центре схемы проявилась фигура. Не человек – скорее символ. Рядом – герб, похожий на корону.

– Над Орденами стоит Повелитель.

В аудитории стало тише.

– Он не управляет каждым из Орденов напрямую. Но именно он удерживает баланс системы.

Макс тихо хмыкнул:

– Или делает вид.

Мишель толкнул его локтем:

– Тише ты.

Преподаватель будто не услышал:

– Каждый Орден – это не просто группа. Это система. Иерархия. История. Сила. Раньше Орденов было больше сотни. Позже, в период Большого слияния, многие малые ордена объединились в один большой. Самый многочисленный орден сегодня – это Орден Коронованной Змеи. Наш орден намного меньше, но наша история намного старше, чем у большинства. И глава нашего Ордена внесла самый большой вклад в мировую безопасность от Теней и от Тёмного Дракона.

Преподаватель кивнул в сторону Дэмиена:

– Ладно, Берзиньш… ты это и в книге прочитать можешь.

Учитель обратился дальше ко всем:

– Не забывайте, что у вас экзамен через месяц. И нужно выучить названия всех двадцати пяти Орденов. Не путаться в изображениях гербов, именах глав и важных датах.

Проекция приблизилась. Символы начали проявляться чётче.

– Это я напоминаю. Но сегодня нас интересует не это.

Свет сменился, и в центре появился силуэт зверя, каких-то цветов, предметов. Сначала один. Потом второй. Третий.

– Тотемы, – сказал преподаватель. – Основа силы Воплощённого. Наша магия напрямую связана с тотемом.

Он прошёлся вдоль аудитории.

– Каждый тотем, вне зависимости от уровня, может быть полезен, но в разных категориях. Кто-то может стать великим бойцом. Но великий боец тоже погибнет, если рядом не окажется хорошего артефактора или целителя. Или качественной брони и меча от мастера кузнечного дела. Великий воин может получить славу, но его раны лечат целители, а отправляют и строят маршруты в порталах мастера-вычислители.

Никакого пренебрежения в голосе не было. Просто факт. Преподаватель продолжил:

– Хорошие воины, конечно, всегда выделяются, но у нас есть главный исторический пример: наша Глава, Лана Сварткранц – маг поддержки. В первую очередь целитель, но благодаря изобретённым ею боевым артефактам ей удалось сразить Тёмного Дракона, а потом и большинство его последователей.

Дэмиен словно что-то странное увидел перед собой.

Лицо в зеркальной маске.

Стена из сотен Теней.

Огромная. Живая. И несущаяся вперёд.

И запах.

Горький запах дыма, от которого почему-то защипало в горле.

Он резко дёрнулся. Что-то в этом было… неправильное. Или, скорее, непонятное.

– Сегодня весь мир Воплощённых продолжает бороться с Тенями, – голос преподавателя стал чуть тише. – Считается, что во времена Тёмного было много атипичных Теней, которых он как-то вызывал. Сейчас подобные Тени уже давно истреблены.

В аудитории стало заметно тише.

– Но задача Воплощённых – продолжать чистить мир от Тьмы.

Мишель хмыкнул:

– И этим занимаемся в основном только мы. Другие Ордена вообще не пойми чем занимаются.

Проектор вспыхнул фотографиями сражающихся бойцов с автоматами-пульсарами на перевес расстреливающими Теней.

– Исторически так вышло, что на наши плечи легла эта главная военная задача, – продолжил преподаватель. – Другие Ордена занимаются больше гражданскими делами, многими задачами, которые необходимы нам. Система под мудрым правлением Повелителя даёт каждому задачу, с которой Орден может справиться лучше других.

Он остановился. Посмотрел по аудитории:

– Мы должны следовать законам.

Слова прозвучали почти как предупреждение. И Дэмиен почти поёжился.

– Чтобы больше никогда не появился столь страшный монстр, как Тёмный.

Дэмиен внезапно почувствовал тошноту. Внутри что-то тихо сдвинулось.

Перед глазами вдруг мелькнуло: стена из сотен Теней. Огонь, запах дыма.

Он моргнул. И всё исчезло.

– Мне нужно выйти… – еле справляясь с тошнотой, сказал Дэмиен.

– Чего? – не расслышал Макс.

Мишель тихо прошептал с гордостью:

– Круто, да? Понимать, что наша Глава прикончила Тёмного Дракона.

«ПРИКОНЧИЛА».

Слово зацепилось. Дэмиен смотрел на экран, но почти ничего не видел. Он словно накладывал несуществующую картинку поверх изображенных фотогрфий. Ему стало непонятно почему страшно.

Он резко вдохнул и отвернулся от экрана. Сердце билось быстрее. Слишком быстро.

Это глупо. Тени… Тёмный и Тени… Это просто… совпадение.

Но Дэмиен резко поднял руку и выкрикнул:

– Можно, я выйду? Мне плохо!

Учитель кивнул. Макс и Мишель недоумённо смотрели вслед выбегающему из аудитории Дэмиену.

Глава 26. Тёмный дракон. часть 1

Глава 26. Тёмный дракон. Часть 1.

Сегодня все знали, что Эдмунд Тёмный Дракон был просто чудовищем. Это была официальная история. Будто был чудовищный и невероятно сильный чародей-дракон. Он был просто злой и безумный. Без причин. Однако, очень мало кто знал, что Эдмунд изначально был невероятным героем, абсолютно непобедимым, храбрым и не имеющим никаких слабостей.

Возможно, с ним не случилось бы того, что случилось потом.

Возможно, он не пошел бы по пути тьмы и остался бы самым великим из всех воином в истории, если бы Повелитель однажды не привёл в Базальтовый Венец напуганную шестилетнюю девочку.

Эта девочка, которая очень сильно хотела стереть следы своего грязного происхождения, желающая, чтобы весь мир знал её лишь под именем Лана Сварткранц, считала, что ей недостаточно того, что Повелитель сам дал ей новое имя, что Кристоф, как старший мудрый брат, принимает её за свою младшую сестру. Ей необходимо было, чтобы её всеми признанный брат, которым восхищались все, принял её как свою семью. Только тогда она стала бы настоящей Сварткранц.

* * *

Ей было тринадцать.

Она бежала по длинному коридору замка, и её светлые волосы разлетались за спиной. Сердце колотилось от счастья. Рога уже гудели – низко, торжественно, разрывая холодный горный воздух. Это означало только одно.

Эдмунд вернулся.

Лана свернула за угол, едва не врезавшись в служанку, и помчалась дальше. Под ногами стучали каменные плиты, а в груди разливалось тёплое, светлое чувство.

«Он вернулся! Брат вернулся!»

Она знала, что он снова победил. Что он отобрал у какого-то слабого Ордена важное место силы. Что все теперь будут говорить о Тёмном Драконе – самом великом воине их времени.

Она выскочила на широкую галерею, с которой открывался вид на главные ворота. Запыхавшись, ухватилась за холодный камень парапета и привстала на носочки.

Внизу, по широкой дороге, поднимались всадники.

Белые знамёна с остроконечной черной короной Повелителя трепетали на ветру. А рядом с ними – другой флаг. Чёрный дракон, раскинувший крылья.

Сердце Ланы подпрыгнуло.

– Эдмунд… – прошептала она, улыбаясь так широко, что щёки заболели.

Ворота уже открывались.

Повелитель и Кристоф спускались по широким ступеням навстречу прибывшим. Кристоф, как всегда, выглядел собранным и немного строгим. Повелитель шёл спокойно, с лёгкой улыбкой.

А впереди своей армии ехал он.

Эдмунд.

Чёрные волосы растрепались от ветра, синие глаза ярко блестели даже с такого расстояния. Он сидел в седле прямо, гордо, как настоящий герой. Сильнейший воин этого времени.

Она сорвалась с места и побежала вниз по лестнице, спотыкаясь на ступенях, едва не падая.

– Эдмунд! – кричала она на бегу. – Эдмунд!

Она хотела быть первой, кто его встретит.

Хотела, чтобы он увидел, как она рада.

Хотела быть частью этой семьи – самой младшей, но всё равно своей.

* * *

Лана добежала до ступеней как раз в тот момент, когда Эдмунд уже стоял на одном колене перед Повелителем.

– Моя победа – всецело ваша заслуга, Наставник, – произнёс он низким, уверенным голосом. – Без вашего учения я бы ничего не смог.

Повелитель мягко улыбнулся и положил руку ему на плечо.

– Встань, мой мальчик. Ты снова сделал нас всех гордостью.

Кристоф стоял чуть в стороне, прямой, как статуя. На его лице не дрогнул ни один мускул, но Лана, которая уже давно научилась читать старшего брата, видела – в его глазах мелькнула привычная, острая зависть. Он быстро её спрятал, как всегда.

Эдмунд поднялся. Высокий, широкоплечий, с растрёпанными чёрными волосами и ярко-синими глазами. Красивый и непобедимый.

Лана не выдержала.

– Брат! – крикнула она, подбегая ближе. – Брат, мы так рады твоему возвращению! Мы столько всего должны тебе рассказать!

Она остановилась перед ним, запыхавшаяся, с горящими щеками и сияющими глазами.

Эдмунд медленно повернул к ней голову.

На секунду его взгляд стал холодным. Почти брезгливым. Словно она была чем-то лишним, что мешает важному разговору.

Но уже в следующую секунду он надел вежливую маску – только потому, что рядом стоял Повелитель.

– Рад видеть тебя, сестра, – произнёс он ровно, без тепла.

Лана почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось.

Опять.

Опять он смотрел на неё так, будто она – пустое место. Будто она не часть семьи. Будто она – ошибка Повелителя, которую приходится терпеть.

Повелитель, заметив её, тепло улыбнулся и, приобняв свою маленькую ученицу за плечи, притянул к себе.

– Какая же у тебя талантливая сестра, Эдмунд. Сегодня по случаю твоего возвращения она сама выбрала блюдо и даже заказала редкие специи. Я уже предвкушаю ужин.

Лана заставила себя улыбнуться, хотя в глазах уже жгло.

– Я… я вычитала рецепт в старых зарубежных книгах. Думаю, тебе понравится.

Эдмунд лишь едва заметно кивнул. На его лице на миг промелькнуло скучающее выражение, которое он тут же скрыл.

– Конечно. Спасибо, сестра.

Повелитель счастливо рассмеялся и потрепал Лану по щеке.

– Ну что ж, пойдёмте. Мой великий ученик расскажет нам о своих подвигах за ужином.

– Да, Наставник, – почтительно ответил Эдмунд.

Они пошли вверх по ступеням. Повелитель и Эдмунд шли впереди, о чём-то тихо разговаривая. Кристоф шагал следом, молчаливый и собранный.

Лана шла чуть позади всех.

Она смотрела на широкую спину Эдмунда и чувствовала, как внутри разливается знакомая, тяжёлая пустота.

Он не считает меня сестрой.

Он вообще не считает меня своей.

Для него она – просто девчонка, которую зачем-то взял Повелитель. Нечто бесполезное. Мелкое. Лишнее.

Она быстро моргнула, прогоняя жжение в глазах, и упрямо подняла подбородок.

«Ничего. Я всё равно буду стараться. Я стану лучше. Я докажу ему.»

Но внутри уже тихо, но настойчиво болело.

* * *

Потом Лане было уже четырнадцать.

Она сидела за широким деревянным столом в своей комнате в башне. Перед ней лежали десятки листов пергамента – некоторые уже исписанные, некоторые ещё чистые. Комната освещалась мягким тёплым светом магических сфер.

За окном, выходящим во внутренний двор, росло многовековое вечно цветущее вишнёвое дерево. В его корнях жила древняя магия, уходящая глубоко под Базальтовый Венец – тихая, старая, терпеливая. Именно под этим деревом Повелитель однажды открыл тотем Ланы. С тех пор её аура жаркой палящей пустыни, аура Солнечного Сфинкса, носила едва уловимый аромат вишнёвого цвета – как напоминание о той силе, что спит в земле.

Лана протянула руку, дотянулась до ближайшей ветки, коснулась пальцами нежных лепестков и осторожно сорвала несколько цветков. Затем, создав пальцами знак, она заключила их в лёгкое консервирующее заклинание.

Она не даст ему забыть о своём существовании.

Она знала, что Эдмунду неинтересно, чем она занимается. Он никогда не отвечал на её письма. Но она всё равно писала. Каждый день.

Я живу здесь. Я ученица Повелителя. Я часть этой семьи. Признай же меня своей сестрой.

Лана обмакнула перо в чернила и начала новое письмо, как всегда, начиная с одних и тех же строк:

Дорогой брат.

Мы все ждём тебя домой.

Весь замок скучает по тебе.

Дальше она писала обо всём подряд. О том, как вчера Повелитель хвалил её за новый знак исцеления. О том, как Кристоф опять весь день просидел над счетами. О том, как она среди ночи напугала служанок, и они с воплями бегали по замку и переполошили стражу. О глупых, домашних, незначительных вещах.

Она писала, будто если расскажет достаточно, то однажды он наконец увидит – она здесь. Она настоящая. Она его семья.

Закончив письмо, Лана аккуратно сложила его, вложила внутрь несколько белых цветков вишни и запечатала воском с маленьким знаком Сфинкса.

Она всегда вкладывала цветы. Пусть вспомнит, что дома есть эта вишня. Пусть знает, что это она здесь живёт. Пусть почувствует, что она тоже его семья.

Лана откинулась на спинку стула и посмотрела в окно, на белоснежное дерево, которое никогда не увядало.

В глазах снова защипало.

Но она упрямо моргнула, прогоняя слёзы, и взяла следующий чистый лист.

* * *

Повелитель был доволен ею. Для Ланы он был как отец. Он баловал её, покупая ей все самые дивные редкие книги, которые она хотела. Нанимал ей лучших учителей, с которыми ей позволялось огрызаться и разговаривать язвительно только потому, что она младшая ученица Повелителя, реального древнего божества в мире воплощённых.

Кристоф, вечно сухой и холодный со всеми, проявлял терпимость к её капризам и постоянно поучал, как и положено старшему мудрому брату. Только для Эдмунда она была никто.

Лана старалась, чтобы он её заметил. Чтобы он ею гордился. Чтобы он её не стыдился.

Она постоянно писала письма. Сотни. И в каждом письме она писала: «дорогой брат». И с каждым письмом она надеялась, что придет ответ, где он ответит: «дорогая сестра».

Она верила: когда Эдмунд признает её своей семьёй, тогда она станет настоящей Ланой Сварткранц и её прошлое исчезнет навсегда.

Удивительно, но её упорство всё-таки сработало.

В нём что‑то изменилось.

Однажды он улыбнулся ей и сказал «мы Сварткранцы», впервые имея в виду и её тоже.

* * *

Спустя годы.

Весть пришла поздно вечером.

Они с Повелителем сидели у камина в библиотеке. Между ними на столике лежала раскрытая древняя книга с пожелтевшими страницами.

– Нет, это точно не магия Земли, – упрямо сказала Лана, ткнув пальцем в рисунок. – Посмотрите на срезы. Они слишком ровные.

– Тогда чем, по-твоему, древние двигали горы? – усмехнулся Повелитель.

– Не знаю. Но здесь написано, что они разрезали скалы размером с быка на идеально одинаковые блоки. Земля так не работает.

– А ты уже стала великим специалистом по разрушению гор?

– Тогда что?

Повелитель задумчиво посмотрел на страницу.

– Возможно, мы просто забыли стихию, которой больше не существует.

Лана уже открыла рот для нового возражения, когда дверь распахнулась.

Гонец вошёл быстро.

Слишком быстро для человека, который должен соблюдать придворный этикет.

И потому оба сразу поняли: случилось что-то важное.

– Ваша Светлость, – гонец опустился на колено. – Депеша от лорда Эдмунда.

На секунду библиотека замерла.

Потом Повелитель забрал письмо. Пробежал глазами первые строки. И по-настоящему улыбнулся.

– Он возвращается.

Лана вскочила раньше, чем он договорил.

– Эдмунд?!

– Да.

– Завтра?!

– Завтра.

И библиотека мгновенно перестала существовать.

Не было больше древних чар.

Не было забытых стихий.

Не было книг.

Только одна мысль.

Эдмунд возвращается домой.

* * *

После этого никто уже не лёг спать.

Новость разлетелась по замку быстрее магии.

Огонь вспыхивал в окнах один за другим.

Слуги выбегали в коридоры.

Поваров подняли прямо с постелей.

Начальник стражи получил приказ подготовить почётный караул.

Базальтовый венец просыпался среди ночи.

Потому что возвращался его герой.

И никто не радовался этому больше Ланы.

Она носилась по замку так, словно была не ученицей Повелителя, а хозяйкой всего Венца.

– Нет-нет-нет, эти шторы нужно заменить!

– Почему в его комнате ещё не разожгли камин?

– Кто оставил здесь пыль?!

– А цветы?! Где цветы?!

Слуги только переглядывались и улыбались.

Потому что видели её такой каждый раз, когда возвращался Эдмунд.

На кухне уже шумела работа.

Разделывали мясо, замешивали тесто, чистили овощи.

Готовили пир, который начнётся только следующим вечером.

Кристоф с самого утра сидел над счетами, въедливо подсчитывая, во сколько замку обойдётся очередной триумфальный пир и разданные солдатам бочки вина, а Повелитель лишь отмахивался. Эдмунд мог быть транжирой, мог спускать состояния на безумные празднования, но Повелитель прощал ему всё – потому что в этой хвастливой, неудержимой силе видел самого себя.

А Лана успевала быть сразу везде.

На кухне. В коридорах. В гостевых покоях. В оружейной. Даже на конюшнях.

Пока наконец одна из служанок не поймала её за рукав.

– Госпожа.

– Что?

– А платье?

Лана замерла.

Платье.

Совсем забыла.

И тут же сорвалась наверх.

* * *

Платье ждало её в шкафу.

Аккуратно развешенное.

Нетронутое.

Она осторожно достала его.

И улыбнулась.

Тончайший белоснежный шёлк, вышитый серебряными нитями и хрустальным бисером.

Лана всегда носила белое, но такой ткани у неё ещё не было никогда.

Эта ткань переливалась в свете свечей так, будто её соткали из настоящего зимнего снега.

Она невольно вспомнила тот день, когда Эдмунд подарил ей рулон такой прекрасной ткани.

– Тебе нравится?

Эдмунд тогда стоял у двери и выглядел удивительно довольным собой.

Словно заранее знал ответ.