355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Антон Антонов-Овсеенко » Портрет тирана » Текст книги (страница 23)
Портрет тирана
  • Текст добавлен: 22 марта 2018, 09:00

Текст книги "Портрет тирана"


Автор книги: Антон Антонов-Овсеенко


Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 32 страниц)

«Челюскин» покоится на дне Чукотского моря. В каком море утопить исторический позор страны?

…Вот они на фотографии, в дни триумфальной встречи в Москве: начальник экспедиции на «Челюскине» Отто Шмидт, с импозантной бородой и улыбкой победителя, капитан Воронин, парторги, комсорги… А кто это слева, крайний, в форме… ну да, в форме НКВД? Он стоит в профиль и бдит из-под своей фуражки. И на второй фотографии, на трибуне мавзолея он, как старательный пастух, стережет свое маленькое стадо челюскинцев.

В тридцатые годы на сценах многих театров давали спектакль по пьесе Николая Погодина «Человек с ружьем». В ее основе – эпизод, рассказанный Лениным: старая крестьянка встретилась с красногвардейцем. Он помог ей. И крестьянка – впервые в жизни! – не испугалась человека с ружьем. То случилось во время гражданской войны.

Символом новой эпохи, ее центральной фигурой стал человек с револьвером, охраняющий тотальное счастье. Ему, славному герою, творящему историю, – оды, песни, стансы, пьесы. Он вошел в нашу жизнь навсегда, скромный труженик армии сыска, непременный персонаж сталинского театра теней.

* * *

В мае 1937 года экспедиция Главсевморпути высадилась на Северном полюсе. Начался ледовый дрейф четверки папанинцев. Все было давно готово – люди, самолеты, снаряжение, провиант, – когда журналисты «Известий» взяли интервью у видных полярников-скандинавов. Иностранные специалисты единодушно отвергли самолет как транспортное средство в условиях Арктики. Их ответы опубликовали, а через несколько дней советские самолеты отправились на полюс.

За пятнадцать отпущенных ему судьбою лет Сталин еще не такую рекламу придумает.

…Экипирована экспедиция была основательно – в полном соответствии с требованиями престижа. Тут и унты из оленьего меха и нерпы, меховые костюмы и шапки разных видов – на любую погоду, тут и специальные концентраты из мяса, кур, овощей, изготовленные специальным институтом. И особо обработанные сметана, масло, паюсная икра, шоколад… Предусмотрели все – даже специальный церемониал торжественной встречи победителей Арктики. Ничего не забыли.

Только бы народ забыл о миллионах лагерных рабов, обутых в чуни – куски резиновых автомобильных покрышек. Рабов, «накормленных» черпаком тюремной баланды.

* * *

…В лагерном бараке, в самом далеком закутке собрались на толковище блатные. Судят своего же вора, преступившего воровской «закон». Он не в состоянии оправдаться, и вот уже услужливая шестерка накидывает ему сзади на шею веревочную петлю. Жертва хрипит, а вокруг пляшут блатные, отстукивая чечетку на дощатом полу, прихлопывая, по-цыгански, ладонями по ляжкам.

 
Та-ля-па-тя-ти-та-ти-та,
та-ля-па-тя-ти-та-ти-та…
 

И не слышно предсмертных воплей, и не узнает завтра кум, уполномоченный оперчекотдела (ОЧО), – кто, почему, как…

К тридцатым годам Сталин накопил кое-какой режиссерский опыт. Он научился создавать сильные шумовые эффекты. Он уже знал, что для успеха спектакля нелишне усилить контраст между светлым и темным, между добром и злом. В дни процессов над «презренными врагами народа» газеты публикуют то репортаж о героических перелетах летчиков, «сталинских соколов», то – о не менее героических достижениях рабочего класса.

…В кабинете следователя висит на стене радиорепродуктор. Он сотрясается от ликования счастливых масс. Перед следователем – седой революционер, завтрашний мертвец, Антонов-Овсеенко.

– Слышите, – говорит следователь, – это народ приветствует нашу сталинскую партию и своих славных чекистов. Слышите?! Я вот за вас орден получил…

* * *

Полеты на Северный полюс, на Дальний Восток и в Америку, дальние автопробеги, трудовые рекорды «стахановцев», строительство каналов и «комсомольских городов», насаждение лесов и «мичуринских садов», – с помощью этих трюков наш купец рекламировал свой пахучий товар. Он похвалялся летчиками – соколами и учеными – академиками, со скрипачами-лауреатами впридачу.

Так в старину помещик выставлял на показ крепостных музыкантов…

Часть третья
ГОРНЫЙ ОРЕЛ

С вечностью на «ты»

В 1906 году молодой большевик Сергей Басист вел агитацию среди моряков Севастополя. На крейсере «Андрей Первозванный» один моряк спросил его:

– Вот вы говорите, что при социализме все будут равны. А вдруг появится какой-нибудь Толстой или еще толстее и захочет забрать всю власть себе. Тогда что?..

Такого вопроса Басист не ожидал, но ответом не затруднился. Он разъяснил, что при социализме руководителей будут избирать открытым всенародным голосованием. Поэтому личная диктатура возникнуть не может. Да и кто это допустит? Вот вы, военные моряки, вы же дети рабочих, крестьян, разве вы захотите посадить себе на шею нового царя?

Моряки засмеялись…

* * *

Прошло тридцать лет. Алексей Сванидзе, брат первой жены Сталина, работал в должности заместителя председателя правления Госбанка. По воскресениям генсек имел обыкновение играть с ним на биллиарде. Однажды в понедельник Сванидзе пришел в свой кабинет на улице Неглинной в подавленном настроении.

– Что с тобой? – спросил его старый друг. – Неужели вчера в бильярд проиграл?..

– Почему ты считаешь меня таким плохим человеком? – обиделся Алексей.

– Ведь если я выиграю хоть одну партию, он потом целую неделю будет вымещать зло на неповинных людях…

Сванидзе помолчал немного и добавил:

– Никак не могу в себя придти. Ночь не спал. Знаешь что заявил Хозяин? Он промазал по шару, поставил кий на стол и сказал: «А ведь русский народ – царистский народ. Ему царь нужен». Эти слова меня так потрясли, что я ушел, не доиграв партии. Больше ноги моей у него не будет. Ведь это он нечаянно высказал вслух затаенную мысль. Вот увидишь, он что-то затеял…

Двести лет назад крестьяне, мечтая о справедливом государе, нарекли царем Емельяна Пугачева. «Отцом» называли они позднее императора. «…все справедливо, как в делах божества, ибо русские уверены, что великий князь есть исполнитель воли небесной…»

Цитируя это свидетельство Герберштейна, маркиз де Кюстин замечает: «Я не знаю, характер ли русского народа создал таких властителей, или же такие властители выработали характер русского народа»[184]184
  Маркиз де Кюстин. Николаевская Россия. 1930, с. 57.


[Закрыть]
.

Автор «Николаевской России» мыслил как диалектик. Его предположение блестяще подтвердилось во второй четверти XX века, когда советский народ начал обожествлять узколобое существо с негасимой трубкой в черных зубах. И чуть раньше, незадолго до революции, разве Россия не готова была признать Иисусом Христом бывшего конокрада Григория Распутина?..

Разве Сталин не той же породы?

Обожествление партийного вождя явление отнюдь не случайное. На заре советского государства соратники Ленина признали за ним право «безапелляционных решений» (так выразился Леонид Красин на XII съезде). Если бы не глубокий ум и аскетизм Ленина, его бы еще при жизни возвели в ранг святых.

Когда в августе 1924 года тело усопшего вождя поместили в мавзолей, возник прецедент.

Преклонение перед вождями сродни чувству стадности. В среде меньшевиков оно не бытовало никогда. «Вождизм» был чужд всякому здравомыслящему социалисту.

Генсек – Вождь – Хозяин – Божество. Такова генеральная линия падения партии и возвышения Одного. Здесь совпали обоюдные стремления Сталина и «народных масс». В этом совпадении нашел свое выражение самый позорный и, увы, слишком часто повторяющийся акт истории.

Впервые бурные продолжительные аплодисменты в честь Сталина раздались на XIV съезде в 1926 году. Впервые стенографы зафиксировали аплодисменты, «переходящие в овацию». Впервые все делегаты встали. И после заключительного слова встали. И повторили овацию[185]185
  Стенографический отчет XIV съезда ВКП(б), с. 8, 55, 508.


[Закрыть]
.

В следующем году рабочие сахарного завода преподнесли «железному, непобедимому» генсеку барельеф-портрет из сахара.

Засахаривание – примета будущего. А вот примета уходящего времени: «Слава нашим старым железным бойцам – товарищам Рыкову, Бухарину, Сталину, Петровскому, Калинину, – Слава!..»[186]186
  Там же, 1935, сс. 65, 80, 311–313, 358, 367.


[Закрыть]
.

Такое уж не повторится.

В тридцатом году, на XVI съезде, в честь Сталина раздались крики «ура». Бурные аплодисменты перешли в длительную овацию. Его чествовали как вождя партии. Под сводами Георгиевского зала Кремля прозвучал лозунг: «Да здравствует наша партия в лице товарища Сталина!»[187]187
  Там же, 1950, сс. 7, 17, 707.


[Закрыть]

Пройдет четыре года и Сталина нарекут «гениальным учителем». На закрытии партсъезда Калинин, под гром аплодисментов и крики «ура» произнесет: «Товарищи, в лице XVII съезда вся партия приветствует своего вождя товарища Сталина»[188]188
  Стенографический отчет XVII съезда, 1934, сс. 505, 665.


[Закрыть]
.

Скромное начало. Уже через полгода «Правда» возвестит: «Теперь коммунизм – великая, несокрушимая материальная сила, перед которой до глубочайших оснований содрогается буржуазный мир. Во главе этой великой материальной силы стоит великий Сталин, гениальный вождь третьего интернационала»[189]189
  Источник – «Правда», 28 сентября 1934 г.


[Закрыть]
.

Вождь, подобно цирковому чревовещателю, стал изрекать вечные партистины. Отныне каждое слово, каждая благоглупость генсека подлежали экстренной канонизации.

Миновало еще пять лет. И каких лет… Что осталось от партии к весне 1939 года, к открытию XVIII съезда?.. Кое-что, конечно, осталось. И это кое-что отличалось невиданной монолитностью.

«Появление на трибуне товарищей Сталина, Молотова, Ворошилова, Кагановича, Калинина, Андреева, Микояна, Жданова, Хрущева встречается громом аплодисментов. Бурная овация, все встают. С разных концов зала несутся возгласы на всех языках народов СССР в честь великого Сталина. „Вождю народов – великому Сталину – ура!“. „Родному, любимому Сталину – ура!“. „Да здравствует сталинский ЦК!“. „Да здравствует наш вождь и учитель – Сталин!“. „Хай живе Сталин!“. „Да здравствует первый маршал армии коммунизма – Сталин!“

Звонки председательствующего – товарища Молотова тонут в непрекращающихся, все усиливающихся овациях»[190]190
  Стенографический отчет XVIII съезда ВКП(б), изд. 1939, с. 3.


[Закрыть]
.

Так начинался съезд…

Стоит ли продолжать? Она уже описана, клинически четкая история болезни партии. И народа.

…Однажды Ленин ехал вместе с Марией Ильиничной в авто. Какой-то молодой рабочий вскочил на подножку машины.

– Поезжайте, а я буду махать фуражкой и кричать: «Ура вождю мировой революции!»

Ленин осторожно оттолкнул восторженного крикуна…

Рассказывая об этом странном событии, Мария Ильинична вспоминает, что посчитала того человека ненормальным[191]191
  (…)


[Закрыть]
.

При Сталине ненормальным стал весь народ. И это стало нормой.

* * *

Из множества земных профессий Сталин выбрал одну – сразу и навсегда – профессию вождя. Он обладал всеми данными для службы тюремным надзирателем, сыскным агентом, актером, но выбрал иную долю. Вначале он зацепился за придуманный в последний момент формирования правительства семнадцатого года пост наркома по делам национальностей.

Кем он был, что умел? Интриговать да произносить невразумительные речи?.. В двадцать первом году делегаты X съезда с пренебрежением отнеслись к пустому, путанному докладу Сталина. Никакого почтения к будущему вождю. Председательствовавшему на заседании Ворошилову пришлось усовещать делегатов: «Мы должны будем самым решительным образом запретить хождение, чтение газет и прочие вольности, потому что у меня десятки записок, которые говорят о том, что абсолютно невозможно слушать и заниматься на съезде»[192]192
  Протоколы X съезда, с. 191.


[Закрыть]
.

Но Сталин верил в свою звезду. Вот он уже пробрался на пост генерального секретаря… Однако, не помешала бы и слава. Не одному же Ленину ею наслаждаться. И генсек обзаводится собственным хором аркадских соловьев.

Всего год минул со дня кончины Ленина, а Валериан Куйбышев предлагает переименовать Царицын в Сталинград. Крещение города состоялось 16 апреля 1925 года. Царицын получил имя человека, который в годы гражданской войны столь успешно саботировал оборону. В следующем году в честь Сталина переименовали шахтерский город Юзов-ка в Донецком бассейне.

И пошло…

В то самое время старый большевик А.Д. Сидоров с группой товарищей обратился в РВС к Ворошилову с предложением – создать мемориал Ленина в Петрограде или в Самаре. РВС ходатайствовал перед ПБ. Генсек начертал резолюцию: «Считаю нецелесообразным создавать культ товарища Ленина».

Действительно, зачем создавать второе солнце?

* * *

…На временном, деревянном мавзолее дорогого Ильича генсек держится еще в тени, за спинами подлинных лидеров партии.

Временно.

Но вот построен мавзолей гранитный, и Сталин восходит на него уже как Вождь. Он взял полный реванш за положение чуть ли не десятого при жизни Ленина. За все, за все.

В двадцать третьем году на XII съезде генсек, пытаясь дискредитировать руководителей ЦК, сравнил их с жрецами. Тех жрецов давно уж нет в живых. А новые – Молотов, Каганович, Калинин, Ворошилов, Микоян, Жданов, Маленков, – какие ж это жрецы… Они давно растворились в могучей воле Властителя, как олово в соляной кислоте.

То, что не удалось египетским фараонам, сумел сделать он, сын сапожника. Он стал не только владыкой огромной страны, но и верховным жрецом собственного культа. В первосвященники Сталин рукоположил себя сам. И ревниво следил за отправлением богослужения.

…Самед Вургун, азербайджанский поэт, читал на приеме в Кремле стихи о вожде.

 
Он – сын моей страны; улыбкою родною
Народы греет он, – и полон счастья тот,
Кто руку жал ему… И высясь над землею,
Завидует земле высокий небосвод…
 

Самед-стихотворец пал на колени и так закончил, простирая руки к Божеству. Сталин бросил через плечо Лазарю Кагановичу: «Наш человек. Надо поддержать».

На другой день Вургун получил орден, звание народного поэта и полный набор благ. То была плата. И аванс. И приглашение – другим одописцам.

Сесиль из уайльдовской комедии «Как важно быть серьезным» сама себе писала письма. Сталин был куда как скромнее этой милой девочки. Он довольствовался редактированием написанной услужливыми «академиками» биографии И.В. Сталина. Собственной рукой вставлял в текст пассажи вроде «Сталин – Ленин сегодня». И эпитеты подбирал: для оппозиционеров – «презренные шпионы», для товарища Сталина – «Великий Вождь».

Как-то незаметно для современников Сталин стал «на ты» с вечностью.

…Три дня заседали академики, не будучи в состоянии сразу высказать безмерную радость по поводу избрания Сталина почетным членом. Они перечисляли заслуги Универсального Гения Человечества перед мировой наукой. Овация сменяла овацию… То, что Академии наук удалось справиться с этой грандиозной задачей всего в три дня, является бесспорной исторической заслугой ее членов.

Писатель Леонид Леонов предложил установить к семидесятилетию Вождя новое летоисчисление – со дня Его рождения. Сталин воздержался. Он, конечно же, всемирной славой давно превзошел Иисуса Христа, но лучше оставить летоисчисление в покое. Отсюда можно сделать вывод – воспользуемся партийным жаргоном – что по линии скромности у товарища Сталина имелись определенные достижения.

Только вот народ ему попался какой-то непонятливый. Вождь желает быть «таким же скромным и простым, как Ленин», а народ, не в силах совладать с непомерной любовью и преданностью, норовит Его возвеличить…

Древним грекам, чтобы пройти путь от Крона к Зевсу, понадобились столетия. Сталину удалось перестроить религиозное сознание подданных в считанные годы.

«Нет божества ему равного и нет никого, кто бы мог его в чем-либо превзойти. Мудрость ему подвластна, замыслы его совершенны, приказы его превосходны… Сражается он без устали и, пока не покончит со всеми, не щадит никого.

И в то же время он милосерден, полон сладостной кротости и ласково покоряет сердца. Народ его любит сильнее, чем себя самого, ликует при виде его больше, чем при виде своих богов.

…Мужчины и женщины приходят толпами и приветствуют его. Он покорил их еще тогда, когда находился во чреве матери. Со дня рождения ему суждено было повелевать.

Ликует земля, господином которой он стал. Это он раздвинул ее рубежи!»[193]193
  Сказки и повести древнего Египта. М., 1956, сс. 24–25.


[Закрыть]
.

Это – не из стенограммы партсъезда. Такими словами повествует древнеегипетский вельможа Синухет о своем фараоне.

То был не обычный культ, слепо соблюдаемый абстрактный культ. Товарищ Сталин – не просто вождь, а Вождь мирового пролетариата. Не просто Бог, а божественное проявление Маркса и Ленина. Но ортодоксальность предполагает нетерпимость ко всем мыслящим иначе, ко всем, не приемлющим культ. Этих еретиков нечего переубеждать. Их надо уничтожать: казни укрепляют веру. Поэтому, когда извели первую партию еретиков, начали выдумывать новых.

Библейский Бог, попеременно, то любит, то ненавидит. То милует, то карает. Бог кремлевский только ненавидел. Только карал.

Церковь довольствовалась десятиной. Сталин забирал у земледельцев все. Библия велит верующим на седьмой год отпускать рабов. Божественный Сталин держал народ в пожизненном рабстве.

Христос пошел на муки ради спасения людей. Сталин обрек многомиллионный народ на страшные муки ради личной власти.

Антонов-Овсеенко сравнил Сталина с горным орлом. Это написал человек, посвятивший жизнь борьбе с монархией. Написал, искренне веря, что судьба подарила партии Великого Вождя[194]194
  «Известия», 30 июня 1936.


[Закрыть]
.

Надежда Мандельштам вспоминает сказанное поэтом:

«Они строят свою партию на авторитете, наподобие церкви, но это перевернутая церковь, основанная на обожествлении человека»[195]195
  Н. Мандельштам. Книга вторая, с. 26.


[Закрыть]
.

Вместе с другими слепцами, такими же как он сам, строил эту церковь Антонов-Овсеенко. А ведь многие видели, многие знали, что делают. Но в организации идолопоклонства партия выступила монолитной силой.

…На IX съезде Т.В. Сапронов, встревоженный некоторыми опасными симптомами бюрократического перерождения партии, смело спросил Ленина (тогда еще почему-то дозволялось спрашивать вождей):

«Кто же будет назначать ЦК?.. Очевидно, мы до этого не дойдем. А если дойдем, то революция будет проиграна»[196]196
  Протоколы IX съезда, М., 1960, с. 52.


[Закрыть]
.

И двадцати лет не прошло, как ЦК превратился в орган при генсеке. И он, Сталин, стал единолично назначать членов ЦК.

Наступила эра партийных молений. Это нечто гораздо худшее, нежели унижение. Впрочем, Сталин доказал, что унижению человека предела нет.

«Не оскорбляйте человечество обожествлением». Этот призыв Шиллера не был услышан ни в старой России, ни в новой.

Обожествление партийного вождя – это стыдливо называется культом личности – сказалось на жизни не одного поколения. Оно отразилось на внутреннем мире человека, обедняя и без того обкраденную личность, коверкая ее. Оно оставило след незаживающей язвы на этике и эстетике общества.

Служба обожествления была поставлена на государственные рельсы. Она располагала неограниченными средствами, могла привлечь к делу любого ученого, любого деятеля культуры. Особые успехи были достигнуты в области увековечения имени Вождя. Переименовали два десятка городов, две области, округ, морской залив. После войны имя Сталина проникло в оккупированные страны, его вознесли над чужими горными хребтами…

Его невыразительный профиль чеканили на монетах и медалях, художники трудились над его узким лбом, его облик прилежно вплетали в ковровые узоры тонкие пальчики туркменок и узбечек. Поля бороздили трактора марки «Сталинец».

Пришло время и Луна стала всходить на небосклон под сталинские песнопения. Настала очередь Солнца.

Присвоив себе прерогативы Бога, как мог он противиться горячему и безусловно искреннему стремлению верующих облечь его образ в бронзу и мрамор?

…Они были всюду: на площадях и на вокзалах, в помпезных залах и в деревенских клубах, на стадионах и на морских лайнерах, в школах и детских садах, надменные статуи Вождя. Они правили каждым городом, поселком, каждой деревней. Громадой серого, розового гранита нависли над реками и каналами, встречали пассажиров метро под землей и альпинистов в поднебесной выси.

И ведь что примечательно: делалось это без особого указания Комитета по делам искусств или Министерства культуры. Сталинские песнопения – в детсадах и школах, на стадионах и на улицах, на сцене и на цирковой арене стали будничным явлением, как обязательная утренняя молитва для верующего.

А потом был сочинен новый государственный гимн.

 
Нас вырастил Сталин на верность народу,
На труд и на подвиги нас вдохновил…
 

Сколько драгоценных часов затратил генсек на прослушивание оркестровки музыки Александрова. Его вкусу угодил лишь 281-й вариант. Счастливым автором оказался Д.М. Рогаль-Левицкий. В отборе музыки отличился такой «знаток» как Клим Ворошилов. Новый гимн был записан для радио в исполнении оркестра Большого театра. По этому случаю был дан торжественный обед.

…Демонстрация на Красной площади в Москве. Это было нечто среднее между панафинеями, когда древние греки приносили дары в святилище божества, – и веселыми зловоинскими мистериями. В древнем Египте фанатики несли высоко над головами детородные органы. Подданные Сталина несли Его портреты – из дерева и металла, на холсте и на бумаге. Поскольку Божество почему-то не летало, его рукотворные лики запускали в небо на воздушных шарах.

…Он стоит на скамеечке, заживо обожествленный генсек. Приветственно подняв руку, отечески улыбается ликующим толпам. Люди несут и несут мимо мавзолея Его портреты.

Лучше бы они подражали древним египтянам.

А фараоны, по нынешним временам, не так уж и привередливы были. Божественный Аменхотеп IV носил всего шесть титулов.

Диктатор Доминиканской республики Трухильо довольствовался двенадцатью.

Сталину было мало двадцати четырех.

Великий Вождь советского народа.

Вождь мирового пролетариата и просто – Великий вождь.

Великий Друг детей, а также – Друг женщин, колхозников, художников, шахтеров и актеров, водолазов и бегунов на длинные дистанции…

Продолжатель дела Ленина.

Великий мастер смелых революционных решений и крутых поворотов.

Творец Сталинской Конституции.

Преобразователь природы.

Великий Кормчий.

Великий стратег революции.

Величайший полководец.

Маршал.

Генералиссимус.

Знамя побед.

Знаменосец коммунизма.

Отец Народов Отец, Вождь, Друг и Учитель.

Великий интернационалист.

Почетный пионер.

Почетный Академик.

Гений человечества.

Корифей науки.

Величайший гений всех времен и народов.

К чему бы не прикоснулась рука кремлевского кудесника, все становилось сталинским: партия, эпоха, конституция, пятилетка, знамя, трактор, летчики, вахта, планы лесопосадок и план реконструкции Москвы.

Газеты пестрели эпитетами из ряда «великий-величайший», «Мудрый-мудрейший». Так величали человека, загубившего миллионы и миллионы себе подобных. Не ищите слово «людоед» в печати той неповторимой эпохи. Судя по Частотному словарю, это слово встречается в сто раз реже слова «великий»[197]197
  Частотный словарь русского языка. М., 1968. На миллион словосочетаний – 692 «великий», 3 – «людоед» и всего 1 – «уголовник».


[Закрыть]
.

Вскоре в стране не осталось ни одного города, ни одного дачного поселка без улицы, без площади Его имени. В Гагре, небольшом абхазском курорте, было всего две улицы. Ту, что ближе к морю, нарекли именем Сталина. Как быть со второй? Назовешь «не тем» именем и… Один Вождь вечен. И нарекли вторую именем Джугашвили.

Чтобы никто из членов ПБ не мог даже мысленно упрекнуть Его в самовозвеличении, Сталин распорядился увековечить память подручных. При жизни. И запестрели заводы и колхозы, институты, артели, да что там, – целые города и области именами соратников. В их честь воздвигали памятники, сочиняли песни, рисовали почтовые марки.

Кульминация пришлась на 1939 год, когда вождю исполнилось шестьдесят. День рождения он отметил на языческий манер, с человеческими жертвоприношениями: под Финляндскими укреплениями полегли первые сотни тысяч солдат…

Приветствия Сталину, поступившие со всех концов страны, со всех континентов, составили объемистый том. Торжественные заседания, концерты, хоры, оркестры…

Что ж, он заслужил этот день, ибо еще в памятную октябрьскую ночь на Дворцовой площади, в нестройных криках «Ура!», расслышал извечное «Vive l'empereur!»

…Две тысячи человек устроили юбиляру в Большом театре получасовую овацию.

Таким же любителем мистерий был Мишка Япончик, знаменитый предводитель одесских уголовников. В девятнадцатом, ровно двадцать лет назад, Япончик прогарцевал на белом коне под музыку оркестра императорского театра по улицам вольной Одессы. Две тысячи «мальчиков» (бывают же такие совпадения!) восторженно приветствовали Короля…

И все же вершина его жизни – не юбилейный день тридцать девятого года. Тогда, может быть, – VIII съезд Советов, давший народу Сталинскую Конституцию? Или 9 мая сорок пятого – день победы?

Нет, не то, не то… Вершина Его жизни – тот день тридцать седьмого, когда полководец Иона Якир выкрикнул перед казнью: «Да здравствует товарищ Сталин!».

* * *

Выставка «Сталин в советском изобразительном искусстве» открылась в просторных павильонах на Фрунзенской набережной. Я был участником этого позора. По поручению дирекции подготовил методическое пособие для экскурсоводов и сам водил сотни рабочих, солдат, служащих, студентов, школьников по этим залам. Я останавливал их у каждой картины с фигурой Вождя: Сталин на трибуне, Сталин на крейсере, Сталин на канале, Сталин на паровозе, Сталин в окружении рабочих, колхозников, пионеров, ученых и т. п. Сталин в кабинете – с газетой и без. Сталин в театральной ложе. И всюду – соратники, соратники, соратники. Я подводил группу к скульптуре – везде Он, Он, Он. И на гравюрах. И на фарфоровых вазах Дулевского завода, на шкатулках палехских мастеров.

Года не прошло со дня гибели Антонова-Овсеенко, а его сын славит убийцу.

Для меня, девятнадцатилетнего юноши, имя Сталина было свято. А казни врагов народа, – что ж, государство имеет право защищаться от врагов. В таком деле возможны ошибки, но Сталин здесь не при чем. Он был и остается великим Вождем.

Так я думал тогда. Так меня воспитали.

Какой океан горя надо переплыть, чтобы прозреть?..

Лето 1944 я встретил на центральном пересыльном пункте (ЦПП) Печорлага. Это была большая зона, тысячи на три заключенных. Перед отправкой на производственные колонны тяжелой работой особо не морили. Мне досталось украсить клумбу возле небольшого клуба-сарая профилем Сталина. Цветов никаких, там они не растут. Так, серый песочек, половинки кирпича, кусочки битого стекла. И я сделал эту клумбу с божественным профилем.

Божество и в лагере оставалось Божеством. За этим следила целая армия охранников. Как рассказал один заключенный (в передаче Т.И. Тиля), в тридцать восьмом в Норильске оперчекисты выявили в зоне «группу» Иоффе. Борис Иоффе писал стихи. В одном стихотворении он раскрыл подлинный облик Сталина – палача.

Расстреляли всю группу.

На Печоре мне довелось встретиться с бывшим завхозом театра. Он получил 10 лет за то, что отнес бюст Вождя за кулисы и повернул его лицом к стене…

Тысячи и тысячи граждан, партийных и беспартийных, томились в лагерях за куда меньшие провинности. Многие попали за анекдоты. Достаточно было услышать и не донести. Не то что рассказать.

Сергей Михайлович Лунин учился на 5 курсе Первого Мединститута. В компании двоих сокурсников он рассказал:

…Идет колхозное собрание. Вручают премии передовикам. Доярке Маше Ивановой – платок на голову. Свинарке Ане Сорокиной – патефон с пластинками. Звеньевой Полине Рощиной – бюст товарища Сталина.

– Так ей и надо, сволочи! – заметила подруга.

…Лунина забрали на другой день: донесли друзья. Вдвоем пошли в Органы. Как же иначе? Если бы донес один, взяли бы двоих…

На Лубянке Сергея Лунина отличили, – все ж потомок знаменитого декабриста. Сам Берия вызвал к себе в кабинет, дважды лениво ударил по лицу. И отправил на Магадан.

* * *

«Масштабы оправдывают все», – говорит месье Верду в Чаплинском фильме. Миллионы тонн бумаги, миллионы тонн мрамора, миллионы людей были переработаны в книги, памятники, трупы. И все – для возвеличения Одного.

* * *

…Раненая память не расстанется со стихотворением Федора Сологуба – им закончилась первая часть нашей книги.

 
«И сойдется клином свет…»
 

Сбылось, сбылось предвидение поэта.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю