Текст книги "Чужой престол (СИ)"
Автор книги: Анна Шнайдер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 34 страниц)
Анастасия возмущённо вскинула брови, но тут Роланд добавил:
– Пожалуйста, ваше высочество, я прошу вас сейчас не возражать. Я потом всё вам объясню. Обещаю.
Это меняло дело, и Анастасия поднялась с кресла.
– Хорошо, тогда я действительно пойду. Всем доброй ночи.
– Доброй ночи, ваше высочество, – откликнулись все присутствующие, кроме Каролины – она по-прежнему, не отрываясь, смотрела в пол и беззвучно плакала.
Роланд
Ему было жаль Каролину, безусловно. В такой ситуации не будет жаль разве что человеку без сердца, а канцлер никогда им не был. Но он был конструктивным – поэтому знал, что жалость не всегда бывает уместной. Вот сейчас, когда вокруг происходит непонятно что и в этом явно замешано много народу, – она точно неуместна.
– Я хочу кое-что предложить, – сказал Роланд, как только Анастасия и трое её сопровождающих вышли из покоев короля. – Всем вам, но в первую очередь это будет касаться Каролины.
Канцлер внимательно посмотрел на девушку, но головы она по-прежнему не поднимала. Не отреагировала вообще никак, даже не вздрогнула. Впрочем, что толку реагировать? Каролина наверняка отлично понимает, что никто не даст ей право выбора – она будет делать то, что скажет Огден.
– Но сначала я вкратце расскажу вам, ваше величество, что случилось вчера вечером.
Роланд обрисовал ситуацию, умело обойдя вопрос с тайными ходами – не желал, чтобы Огден о них знал, иначе прикажет немедленно переселить Анастасию. Глупо, на самом деле, – ведь канцлер вроде бы и сам не собирался больше наведываться к принцессе. Точнее, он умом не собирался – сердце с этим утверждением было не согласно.
В общем, по рассказу канцлера получалось, что он успел выскочить из комнаты в обычную дверь, потом нашёл Эрнеста, Риана и Моргана, и они обезвредили артефакт, оказавшийся родовым. Повествование хромало на обе ноги, но Огден не обратил внимания на несостыковки, а Эрнест и Морган не подали виду, будто что-то не так.
Хорошо, что клятва, когда-то данная Фредерику, позволяла подобные вольности. И если Роланд не желал чего-то плохого для кого-то из своих братьев, то вполне мог и недоговаривать, и даже врать. Иначе было бы совсем тяжко.
– Ты кого-нибудь подозреваешь? – проворчал Огден, когда канцлер закончил говорить.
– Вариантов может быть масса, – пожал плечами Роланд. – Но определённый – только один.
– Ого, – не выдержал и усмехнулся Эрнест. – Вы уже определились с каким-то вариантом?
– Я просто не рассказывал вам об этом, извините. Не успел, – посетовал Роланд, поморщившись.
Да, тот факт, что он несерьёзно отнёсся к разговору – точнее, к двум разговорам с Каролиной, – несомненно, сыграл свою отрицательную роль. И Роланда не оправдывает даже то, что вечером следующего дня было покушение на него, а затем попытка приворота.
– За сутки до покушения ко мне заходила Каролина, об этом вы знаете. Но содержание нашего диалога я вам не передавал. А она поведала мне, что к ней наведывался человек Верховного судьи, чтобы сделать интересное и заманчивое предложение. Если вкратце, то Каролину попросили уехать из Альтаки взамен на более чем приличное содержание и защиту. За ответом человек Верховного должен прийти… да, если учесть тот факт, что время перевалило за полночь, то сегодня вечером.
– Интересные сведения, – кивнул дознаватель. В отличие от Огдена, который смотрел на канцлера растерянно и явно не понимал, что к чему, Эрнест сразу же ухватил мысль Роланда за хвост. – Да, вы правы – непонятно, зачем это Верховному, и причина может быть одна – Каролина как-то мешает. А мешать она может только тем, кто хочет, чтобы Огден скорее женился на Анастасии. Значит, Верховный либо участвует в каком-то заговоре, либо он что-то знает.
– Я бы делал ставку на второе, – предположил Роланд. – Но я могу ошибаться, поскольку руководствуюсь лишь собственным мнением о личности Валтера Бивиуса. В любом случае пока это единственная зацепка. И моё предложение связано именно с Верховным и тем, что он хотел от Каролины. Сегодня вечером, напомню, к ней должен прийти человек Бивиуса, и я предлагаю Каролине осторожно и ненавязчиво отказаться, но при этом заявить своё недовольство поведением Огдена. Чтобы стало понятно – девушка обижена и готова даже отомстить обидчику.
– Мне этот план нравится, – признался Эрнест и обратился к королю: – Что думаете, ваше величество? Всё зависит от вас.
– Я, если честно, ничего не понял, – покачал головой Огден. – Что это даст?
– Может, и ничего, – уточнил Роланд и усмехнулся. – А может, что-нибудь и даст. В любом случае – надо проверить. Если Верховный никак ни с кем не связан и не передаёт никакую информацию, подобный выпад от Каролины останется без ответа. А если что-то там есть – пойдёт дальше. И Каролина нам расскажет, не пытался ли с ней связаться кто-нибудь ещё.
На несколько секунд в комнате повисла тишина, а потом девушка сипло и негромко произнесла, не поднимая головы:
– Роланд, я же не актриса… Я не смогу.
– Ты не актриса, зато ты шаман, – вмешался Морган. – Тебе нужно будет просто сказать определённые слова и зажечь свечи с определёнными травками, я дам тебе такие. А дальше человек Верховного судьи сделает всё сам, поверив тому, что ты говорила.
– Ну вот и отлично. Ваше величество, одобряете? – поинтересовался канцлер у слегка растерянного Огдена. – И, да, кстати. Если Каролина поможет нам обнаружить ячейку заговора, я предлагаю смягчить приговор.
– Не надо ничего смягчать! – горячо прошептала девушка, и Роланд поморщился. Каролина своим идеализмом ему сейчас только мешала. – Я предпочту смертную казнь всему остальному!
– Не надо говорить ерунду, – укоризненно произнёс Морган, косясь на Каролину с неодобрением. – Молодая девчонка, ещё жить и жить. Главное, больше глупостей не делай, и всё будет хорошо.
– Кстати, – Роланда вдруг осенило, – ваше величество, поскольку никто из нас не разбирается в шаманской магии, я предлагаю передать Моргану право ответственности за Каролину.
– Не надо! – воскликнула бывшая невеста Огдена и наконец подняла голову, посмотрев сначала на канцлера, а потом и на Рида с диким ужасом. – Я и без этого всё сделаю! Всё, что скажете!
– Нет, Роланд прав, – кивнул король. – Мы теперь не можем тебе доверять. Мало ли, что ты решишь предпринять, вдруг свяжешься с нашими врагами в отместку. Всё правильно. Морган, вы слышали? Ответственность за Каролину теперь лежит и на вас.
– Ладно, – невозмутимо откликнулся Рид. – Прослежу. Заодно и поучу тебя, Каролина, а то шаман ты сильный, но бестолковый.
Обсудив ещё пару минут подробности дальнейших действий, Роланд заключил, что можно отправляться по комнатам и наконец ложиться спать.
Хотя до рассвета к тому времени оставалось не более пары часов.
Морган Рид
Несмотря на то, что у Моргана уже начинала болеть голова из-за бессонной ночи, он не мог проигнорировать то, о чём забыли все, даже канцлер.
– Погодите, – проворчал Рид, как только они с Эрнестом, Роландом и Каролиной вышли из покоев короля. – Канцлер, в вашей комнате по-прежнему находится то, что вызывает приворот. Поэтому, прежде чем вы туда зайдёте, мы с Каролиной всё уберём.
– Да, я помню, – кивнул мужчина, не удивившись. – Как раз хотел попросить это сделать. Кстати, а что будете убирать? Каролина, что ты использовала?
Морган посмотрел на девушку и вздохнул – несчастная, зарёванная, щёки красные, глаза тоже. И чего плачет, обошлось же всё, жив канцлер. Радоваться надо. Был бы мёртв – вот где была бы катастрофа.
Ну а то, что Огден на Каролине теперь уж точно не женится, – разве это новость? Давно же было понятно, и дело совсем не в принцессе.
– Думаю, она использовала какое-то летучее соединение, – предположил Морган, видя, что Каролина пока не собирается отвечать. – Примерно как я, когда сыпал на вас нейтрализующий травяной сбор. Делается подобное просто – собираются травы, спрессовываются, например, в шарик, он пропитывается заговорённым маслом – и всё. Если подбросить в комнату, масло с шарика будет постепенно испаряться, а человек, находящийся в комнате, – привораживаться. Хотя, судя по тому, как быстро вас скрутило, Каролина свой приворотный шарик подожгла.
– Это был не шарик, – негромко откликнулась девушка. – Палочка. Если бы Роланд заметил, я бы сказала, что она ароматическая… Но он не заметил. Да, я сожгла её во время разговора с ним. И специально ещё говорила… всякое, чтобы на него скорее подействовало.
– Вот нельзя было так делать, – строго произнёс Морган. – Хотя привораживать вообще ни к чему, но уж если берёшься, то хотя бы головой думай.
На этот раз Каролина промолчала, только взгляд опустила.
Спустя пару минут Эрнест отправился на этаж, где жили слуги, а Морган, Роланд и Каролина свернули в коридор, где находилась комната канцлера. Оставив последнего снаружи, Морган зашёл внутрь, захватив с собой и девушку.
Оказавшись в комнате, Каролина моментально вырвала свою ладонь из руки Рида и осторожно отошла на шаг.
– В который раз убеждаюсь, что шаманов ты отчего-то боишься, – констатировал Морган, принюхиваясь. Но за прошедшее время приворот почти развеялся – сейчас в воздухе уже ничего не чувствовалось, в комнате было безопасно. Однако Рид на всякий случай всё равно насыпал на пол немного нейтрализующего сбора. – Отчего? Тот, кто тебя учил, – он тебя обижал?
Каролина молчала, но судя по сжавшейся фигуре, по поднятым плечам, внутрь которых она втягивала шею и голову, – Морган попал в точку.
– Чёрные шаманы – не самые приятные личности. Не всегда, но очень часто, – продолжал мужчина. Сыпанул чуть травок на журнальный столик – здесь пахло сильнее всего – и вновь повернулся к Каролине. – Тебе не повезло. Но меня можно не бояться – я не стану тебя обижать.
– Не верю, – прошептала девушка и повернулась в сторону – словно не желала смотреть на Моргана. – С тех пор, как вы открыли мне свой дар, я вижу… Вижу кровь на ваших руках. Тот шаман, который меня учил… Даже он не был таким…
– Ах, вот в чём дело, – понимающе кивнул Морган. В сердце неприятно кольнуло, но он не подал виду. – У тебя такая индивидуальная особенность, получается, – ты видишь убийц.
– Не всех. Только шаманов. Если речь об обычном человеке, надо обряд специальный проводить.
– Ясно. А я отлично умею брать след. Говорю, чтобы предупредить – не вздумай пытаться убежать, я тебя всё равно найду.
– Конечно, я не убегу, – сказала Каролина быстро и как-то обречённо – и Морган мгновенно догадался, о чём она думает.
Что ж… значит, придётся предпринять кое-что ещё. Вряд ли подобное добавит симпатии к нему, но это лучше, чем позволить Каролине выпрыгнуть из окна или повеситься – а именно это, судя по всему, она и собиралась сделать в самое ближайшее время, не желая участвовать ни в чьих планах и играх.
Каролина даже не успела отреагировать – она была всё-таки слишком неопытной шаманкой. Поэтому, когда Морган достал из своей сумки пузырёк с заговорённым маслом, а затем положил её на журнальный столик и шагнул вперёд, к Каролине, девушка даже не шелохнулась. Затрепыхалась она, только когда Морган резко заключил её в объятия и, открыв пробку зубами, обмакнул указательный палец в масло и начал чертить на лбу девушки шаманские руны.
– Что вы делаете? – она вытаращила глаза, открыла рот, явно намереваясь завопить – но не успела. Использовать обычную магию было нельзя, поэтому Морган просто – и эффективно – поцеловал девушку, крепко и сильно впиваясь в мягкие губы, чтобы не издавала звуков и не привлекала внимание канцлера.
Рид уже и не помнил, когда в последний раз вот так целовался – с широко открытыми глазами и у себя, и у партнёрши, – впрочем, он в принципе давно не целовался. И даже насладился бы этим поцелуем – всё-таки Каролина была красивой, – но сейчас у него была другая задача.
По руке девушки скользнул острый нож, прокалывая палец. Каролина вскрикнула Моргану в губы, попыталась отпихнуть его от себя, но Рид проигнорировал её попытки. Извернувшись, проткнул и свой палец, а затем соединил их руки, чтобы смешалась кровь, оторвался на пару мгновений от губ Каролины, чтобы быстро произнести нужный заговор, – и только потом, когда дело было сделано, закрыл девушке рот ладонью и тихо проговорил:
– Не ори, не нужно канцлеру это всё видеть. И знать про твои тайные мысли о том, как ты хочешь прекратить своё существование, тоже не надо. Не таращь глаза – я не умею читать мысли, просто догадался. И поставил привязку. Теперь ты связана со мной и не сможешь покончить с жизнью без моего разрешения. Да, это чёрное шаманство. И, да, такое карается смертью, но мне уже ничего не будет, я давно приговорён.
Глаза Каролины наполнились слезами, и Морган не выдержал – произнёс сочувственно:
– Я не буду использовать привязку тебе во вред. И уберу, как только ты избавишься от суицидальных мыслей. В остальном это никак не повлияет на твою жизнь.
Рид осторожно отнял руку от лица Каролины – и устало вздохнул, когда девушка после этого затряслась и заплакала, оседая на пол.
– Вот дурочка, – пробормотал он, подхватывая бывшую невесту короля на руки. Она вновь попыталась его отпихнуть, но он только фыркнул. – Да не дёргайся, я просто отнесу тебя в комнату, а потом усыплю, чтобы ты нормально отдохнула. Несчастье…
Кое-как открыв дверь, Морган вышел в коридор, сказал удивлённому канцлеру, что всё в порядке, и пошёл на этаж фрейлин со всхлипывающей Каролиной на руках.
Усыплять её не понадобилось – она уснула сама по дороге.
Глава семнадцатая
Анастасия
Принцесса думала, что не уснёт, но ошиблась. По-видимому, сказались усталость и накопленный за ночь стресс – в результате Анастасия погрузилась в сон почти сразу, как её голова коснулась подушки.
Снилась Анастасии какая-то ерунда, явно вызванная страхом и тревогами: то Роланд по-прежнему бегал по её спальне, скрываясь от заклинаний, то Морган швырял ему в лицо свои засушенные травы, то всхлипывала и горестно вздыхала Каролина.
Проснулась принцесса в результате с тяжёлой головой. Посмотрела на часы и поморщилась – Защитница, почти десять утра! Давно пора вставать, но никто её отчего-то не разбудил. Хотя в принципе понятно отчего – у неё ведь, в отличие от канцлера, нет обязанностей, которые нельзя отменить. Вот кто наверняка на рабочем месте, а возможно, даже и не ложился вовсе.
Недовольно вздохнув, Анастасия перевернулась на другой бок, намереваясь встать с постели – и неожиданно задела локтем какую-то бумагу. Резко выпрямилась и посмотрела на то, что оказалось у неё под рукой, – конверт!
Вот, значит, чем Роланд решил заменить свои тайные визиты. Будет упражняться в эпистолярном мастерстве. Что ж, почитаем…
«Ваше высочество! Не удивляйтесь: Каролина по-прежнему будет исполнять обязанности вашей старшей фрейлины. О том, что случилось ночью, никто не должен узнать. Почему я объясню при встрече. Хорошего дня. Канцлер».
Кратко и по делу. А главное – подпись «канцлер», а не «Роланд», что сказало Анастасии о многом, и в первую очередь о том, что он решил сделать вид, будто ничего не произошло. И ничего особенного он принцессе не предлагал. Конечно, ведь это было действием приворота – и только его.
Анастасии, судя по всему, Роланд советовал сделать то же самое. Забыть, не думать, не обсуждать. Выйти замуж за Огдена – тем более что тот теперь уж точно к Каролине больше не ходок – и успокоиться.
Интересно, канцлер и вправду верит, что Анастасия послушается?
.
Чуть позже, когда принцесса вышла из спальни в гостиную, выяснилось, что там уже полно людей – Анастасию ждали и служанки, и фрейлины, в том числе Каролина. Последняя сразу же виновато посмотрела на её высочество, и Анастасия поняла: без приватного разговора тут не обойтись.
– Вы хоть завтракали? – поинтересовалась принцесса, обводя глазами присутствующих, получила в ответ краткое «нет» и вздохнула. – Понятно. Тогда сейчас все, включая служанок, уходят в столовую и завтракают. Остаётся только Каролина, чтобы помочь мне одеться и причесаться.
Возражать никто не стал, все послушались безоговорочно, хотя Флоранс и Нинель, проходя мимо Каролины, с подозрением посмотрели на её бледное лицо и переглянулись.
Сама же Каролина, как только все ушли в столовую, выпалила, опуская голову:
– Ваше высочество, я…
– Погодите, – перебила её Анастасия. – Я очень хочу умыться. Пойдёмте в ванную, расскажете мне всё там.
– Да нечего рассказывать, – пробормотала Каролина, шагая за принцессой. – Я просто хотела извиниться…
Анастасия невольно коснулась кончиками пальцев шаманского браслета на запястье левой руки – он был прохладным, как и множество раз, когда она общалась с Каролиной наедине. Значит, девушка ничего против неё не замышляла.
А вот Роланд накануне, получается, замышлял. Или браслет просто считал проявление шаманского приворота? Надо будет уточнить у Моргана.
– Я поступила нехорошо, я знаю это. Поддалась своим чувствам. Но я не желала зла ни вам, ни канцлеру, поверьте. Мне просто хотелось, чтобы у нас с Ог… – Каролина запнулась и мучительно покраснела.
Она вновь виновато покосилась на Анастасию, но принцесса только улыбнулась понимающе и, кивнув, сказала:
– Я знаю, что вы этого хотели, Каролина. И дело не в вас. Его величество может сколько угодно сбрасывать с себя вину, но на самом деле это он настроил вас на подобный исход дела.
– Что вы, Огден не виноват, – возразила Каролина горячо. – Он не давал мне никаких приказов, наоборот, сказал, чтобы не вмешивалась, только смотрела и слушала. А я сначала Роланду всё рассказала, потом на вас попыталась воздействовать… Не магией, нет, – разговором. А теперь ещё и приворот этот.
– С вас вины я и не снимаю. Как и с моего дяди, который убил моего отца. Я всегда буду помнить об этом. Однако я буду помнить и о том, что именно мой отец был организатором заговора и пытался убить дядю первым. То, что случилось, – закономерное развитие ситуации, понимаете? Если в какой-то момент взять и нагнуть здоровое молодое дерево, а затем привязать его к чему-нибудь, оно начнёт неправильно расти. И, скорее всего, больше не выпрямится.
Каролина задумчиво молчала, пока Анастасия умывалась, и принцесса не представляла, какие мысли бродят в голове девушки. Осторожно сняла эмпатический щит, но тут же, поморщившись, поставила его обратно, не выдержав потока лютой грусти, из-за которой у Анастасии появилось ощущение, будто она наглоталась ледяной воды.
– Наверное, он меня вовсе и не любил, раз так быстро вычеркнул из своей жизни… – протянула в конце концов Каролина и печально улыбнулась. – Возможно, если бы не тот обряд, закрепляющий чувства, я бы и вовсе не оказалась в подобной ситуации. Сама виновата.
– Значит, и выбираться из этой ситуации будете сами, – сказала Анастасия, вытирая лицо полотенцем. – Роланд, как я предполагаю, дал вам задание? Я сделала такой вывод, потому что вы остались здесь и случившееся ночью никто не афишировал.
– Да, у канцлера есть кое-какие подозрения, и мне предстоит помочь их развеять, – пробормотала Каролина не слишком довольным тоном. – Хотя я не уверена, что справлюсь. Но мне обещал помочь… ваш врач.
Анастасия заметила, что Каролина слегка изменилась в лице, и поинтересовалась:
– Он вам не нравится?
– Я… – девушка неожиданно покраснела. – Я бы не хотела говорить, простите. Я и так уже натворила дел, не хватает ещё настраивать вас против вашего же человека.
– Если вы про то, что он, скорее всего, убийца, то я догадывалась, – пожала плечами Анастасия и поймала в зеркале удивлённый взгляд Каролины. – Наверное, это прозвучит ужасно, но мои родители тоже убийцы. Что же мне, не любить их теперь?
– Родители? Я думала, только отец…
– К сожалению, мама тоже, – вздохнула принцесса и повернулась к своей главной фрейлине лицом. – Пойдёмте на завтрак, Каролина. Я на вас не сержусь. Гораздо сильнее я сержусь на Роланда, честно говоря.
– А на него-то за что? – откровенно удивилась бывшая невеста Огдена. – Он же вообще ни в чём не виноват.
– За то, что отрицает очевидное, – пошутила Анастасия и впервые за последнее время увидела на лице Каролины лёгкую, искреннюю улыбку.
Роланд
Ночью он в итоге так и не лёг. Точнее, лёг, но уснуть не смог – слишком много было мыслей, которые следовало обдумать.
Про Анастасию и всё то, что он ей наговорил, Роланд старался не рассуждать – только расстраиваться и мучиться от сомнений. Следовало подумать о другом.
Почему начали с него, а не с Огдена? Проще убить? Спорный момент. Да, охрана в коридоре у его высочества лучше, но вот потайного хода в его покоях нет – и подобная попытка точно не могла провалиться. Так что если бы целью был не Роланд, а король, то осталась бы Альтака без монарха. Но почему-то заговорщики выбрали канцлера.
Если представить, что конечная цель – посадить на трон Тедеона, то возникает вопрос: как этому мешает Роланд? Его можно убить и позже, гораздо эффективнее уничтожить короля. С учётом договорённости с Ареном о поддержке странно убивать канцлера – иначе что делать в том случае, если в события вмешается Альганна? А Арен может вмешаться – всё-таки во дворце находится Анастасия. Поэтому для тех, кто рассчитывает увидеть на троне Тедеона, убийство канцлера особого смысла не имеет.
То же самое касается возможных соратников Грегора. Огден мешает им гораздо сильнее, чем кто-либо ещё.
А вот если те, кто спланировал попытку убийства Роланда, желают сменить династию – тогда да, можно начать и с канцлера. А потом на какое-то время затаиться и подождать, что будет – вполне вероятно, что оставшаяся троица претендентов на престол уменьшится хотя бы на одного человека, а то и на двух. Причём самопроизвольно, без вмешательств извне, точнее, без вмешательств со стороны группировки, которая хочет поменять правящую фамилию. Соратники Тедеона, Грегора и Огдена сами друг друга поубивают – а ты только сиди и смотри. И потом, когда останется лишь один претендент на престол, – уничтожь и его, расчистив себе дорогу.
Использование родовой магии было неплохой зацепкой – потому что вряд ли хотя бы один альганнский аристократ согласился бы участвовать в подобном без хороших преференций для себя. Значит, за престол желают побороться аристократы из числа соседей, обладающие сильной родовой магией. И не боятся её использовать, потому что носители подобной силы якобы вымерли – концы спрятаны в воду. И спрятаны, судя по всему, хорошо.
Может ли Верховный судья быть связан с альганнскими аристократами? Всё-таки он и сам из их числа, причём обладает весьма сильной родовой магией – ментальной, способен в чём-либо убеждать своих собеседников без особого труда. Ходят слухи, что именно поэтому он и носит мантию – на самом деле это не обычная одежда, а амулет против влияния его родовой силы. Чтобы, если вдруг Бивиус не сможет себя контролировать, окружающие ни в чём не убеждались. Полная ерунда, конечно, – если бы это было так, то маги рядом ощущали бы потоки родовой силы от одежды Верховного. Обычная «городская легенда».
Если рассуждать не учитывая мнение Роланда о Бивиусе, а просто логически – то он, разумеется, может желать, чтобы и на альтакском престоле находились аристократы. И всё же…
Нет, Фоксу был ближе другой вариант, в котором Верховный просто что-то знал – и информация от Каролины через него могла бы попасть к нужному человеку.
.
На совещание с министерством безопасности Огден не пришёл – решил отоспаться, – и Роланд ему даже позавидовал, потому что сам постоянно сдерживался, пытаясь не зевнуть. А между тем отвлекаться было нельзя: безопасники – не те люди, сведениями которых можно пренебречь. Тем более что именно министерство безопасности отвечало за сохранность старших братьев Огдена и регулярно отчитывалось Роланду о том, что они делают и как себя чувствуют. В этих отчётах обычно не было ничего особенного – принцы пили и бездельничали. Короче говоря, занимались привычным для себя делом.
В комиссию, кроме сотрудников министерства, входил ещё и Джулиан Шолто, начальник дворцовой гвардии, – крепкий молодой мужчина с коротким ёжиком тёмных волос и орлиным носом. Роланд давно относился к нему настороженно, поскольку Шолто когда-то был другом Тедеона. Точнее, он пользовался покровительством старшего принца, и весьма успешно. Однако во время дворцового переворота Джулиан Тедеона не поддержал, несмотря на то, что тот пытался возмущаться и поднять бунт. Никто не поддержал – никому не хотелось связываться с императором Ареном, который, как объявил канцлер, взял Огдена под своё покровительство. По крайней мере, на тот момент подобного никто не ожидал – авантюра Фокса застала всех врасплох. Но теперь-то совсем иная ситуация…
Дворцовая гвардия формально относилась к министерству безопасности, но стояла немного особняком – у неё даже были отдельные статьи расходов, и зарплаты назначались не министерством, а лично начальником гвардии. Хотя в целом министерство имело влияние и на эту структуру, но лишний раз не вмешивалось – своих дел хватало.
В отличие от большинства других министров, министр безопасности не отправлял на совещание кого-то из своих заместителей, а приходил сам. Роланду он нравился – спокойный и серьёзный, Мартин Айден был уже человеком в годах. Волосы у него были совершенно седые, но лицо казалось молодым, и светло-жёлтые глаза, похожие на птичьи, светились интересом к происходящему. В его участие в каких-то заговорах Фокс не верил, хотя опять же у него для подобного рассуждения не было рациональной причины – приятелями они с Айденом не являлись, обсуждали всегда исключительно рабочие моменты. Просто вот так чувствовалось.
А вот первый заместитель Айдена, Нэтта Грэм, которую он обычно брал с собой на совещания, Роланду не нравилась. Хотя вела она себя нормально, была милой и приветливой. Но канцлеру казалось, что Грэм не искренна, пусть и нареканий к ней у него не было. Отличный маг и специалист по охране – она множество раз это доказывала. Но что-то было не так.
Сегодня очень хотелось присмотреться ко всем получше – после покушения как раз самое время, – но Роланд, уставший после бессонной ночи, был не в силах этим заниматься. Все ему чудились одинаково тошнотворно бодрыми, тогда как самому хотелось просто лечь и уснуть.
И тем не менее в самом конце совещания канцлер заметил, как многозначительно переглянулись Нэтта Грэм и Джулиан Шолто.
Анастасия
Принцесса не удивилась, не встретив канцлера ни на обеде, ни после него – Роланд пропадал на совещаниях. А вот король там не пропадал и даже честно признался Анастасии во время обеда, что сегодняшнее заседание с комиссией из министерства безопасности он пропустил, а значит, канцлер будет докладывать о содержании встречи отдельно.
Принцесса едва удержалась от колкости – настолько острым было внезапно нахлынувшее на Анастасию раздражение. Как же это удобно – когда есть на кого переложить ответственность за всё, а ты можешь просто выспаться и никуда не ходить. Доложат ведь. Разжуют каждый пункт, объяснят, что нужно делать. И ведь Огден считает подобное поведение нормальным! А что, он ведь король, имеет право выспаться, а Роланд вообще никаких прав в этой стране не имеет.
И тут Анастасию осенило, да так резко, что она едва на стуле не подпрыгнула. С трудом дотерпела до конца обеда, не обращая никакого внимания на ухаживания Огдена, который сегодня старался быть особенно вежливым, и скорее побежала к себе в спальню. Добралась она до своих комнат не без труда – король безумно мешал осуществить задуманное, отвлекая разговорами и предложениями пойти погулять, погода-то хорошая.
– Вы же собирались принимать канцлера с докладом, – Анастасия показательно-удивлённо подняла брови, но Огден не смутился:
– Это ненадолго. Фокс умеет быстро излагать суть дела. Полчаса – и я в вашем распоряжении. Пойдёмте, Анастасия. Вы ведь ещё не видели нашу конюшню? Можно покататься на лошадях.
Предложение действительно было заманчивым, но не из-за компании Огдена – лошадей принцесса очень любила, как и других животных. И при мысли о том, что можно совершить конную прогулку, у Анастасии даже немного поднялось настроение.
– Ладно, – всё-таки сдалась она. – Зайдёте за мной через два часа, хорошо? Я пока отдохну и переоденусь.
Огден обрадовался, улыбнулся и кивнул.
– Договорились. Вы не пожалеете, обещаю.
Анастасия в этом не сомневалась, по крайней мере относительно лошадей. А остальная компания… Что ж, это неизбежное зло, от которого пока никуда не деться. Но, может, ещё не всё потеряно?
В спальне Анастасия быстро откинула в сторону ковёр, потом открыла крышку люка, оказавшуюся неожиданно тяжёлой, и прыгнула внутрь потайного хода.
Да, дорогу к комнате Роланда она не знала. Но примерно представляла, где он живёт.
А остальное ей подскажет родовая магия.
Роланд
На обед канцлер и не пытался вырваться – из-за того, что он плохо соображал, совещание с безопасниками затянулось. Решил заглянуть к себе минут на пятнадцать, чтобы быстро выпить чаю в одиночестве, и, наливая заварку в чашку, весьма удивился, услышав шум под полом – там, где располагался люк, ведущий в потайной коридор.
Вариантов было всего три – к нему прорывается либо Эрнест, либо Риан, либо Морган. Только им Роланд показывал, как сюда можно добраться, и, теоретически, они могли повторить этот путь. Непонятно зачем, но вероятность такая была. Возможно, Риан на подобное и решился, он вроде парень любопытный.
Но нет – это оказался не Риан.
Роланд глазам не поверил, когда из распахнутого люка вылезла взъерошенная и какая-то недовольная Анастасия. Захлопнула крышку, сложила руки на груди и воинственно посмотрела на канцлера, который от неожиданности чуть чашку на себя не опрокинул.
– Ты… как здесь оказалась? – пробормотал Роланд, резко вставая с кресла. Он не мог понять, каким образом у Анастасии, которая в одиночестве могла остаться только в спальне, вышло добраться до его комнаты. Прямого пути оттуда не было, точнее, он был, но очень длинный и запутанный, поэтому Роланд предпочитал ходить к принцессе через гостевые покои, находящиеся этажом ниже комнат её высочества. И предположить, что Анастасия смогла не заблудиться в этом лабиринте потайных ходов, у канцлера не получалось.
– С трудом, – криво усмехнулась принцесса. Несмотря на то, что Анастасия немного испортила причёску, пока шла – а кое-где наверняка и ползла – по коридору, выглядела она прекрасно. В тёмно-синем бархатном платье с высоким горлом и оторочкой из белоснежного кружева, её высочество смотрелась строго, но в подобном образе было своё очарование. Она будто из белого лебедя превратилась в чёрного – тоже безумно красивую и гордую птицу, но совсем другую.
