Текст книги "Эра Мангуста. Том 10 (СИ)"

Автор книги: Андрей Третьяков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 22

Три золотых рыцаря стояли на дальнем поле и не двигались.

Это выглядело бы величественно, если бы поле не принадлежало поместью, а за спинами рыцарей не торчали два старых пугала. Получалась странная картина: конец света пришёл в гости, но не успел договориться с местным хозяйством.

Я стоял у ворот рядом с Дмитрием, Ксенией и Натальей и смотрел на золотые фигуры. До них было около четырёхсот метров. Между нами лежала промёрзшая трава, низкая каменная ограда и несколько кустов, которые уже пережили КРАБ, Свинякиных и два неудачных ремонта купола. Кусты выглядели уставшими, но держались.

Трое рыцарей тоже держались.

Они были похожи на людей только общими очертаниями. Золотые доспехи закрывали тела от шеи до пяток, шлемы не имели прорезей для глаз, а за плечами висели длинные плащи цвета пепла. Не серые. Именно пепельные, будто ткань однажды сгорела, но решила не рассыпаться из принципа.

Средний рыцарь держал меч остриём в сторону дома.

Не в сторону ворот, не в сторону людей за воротами. Острие смотрело прямо на маленький каменный постамент возле внутренней стены, где лежала статуэтка Комариных.

Статуэтку достали из хранилища пятнадцать минут назад. До этого она находилась в тройной коробке, под двумя печатями и под присмотром Львовича. Потом Либи сообщила, что золотые фигуры реагируют на неё сильнее, чем на меня.

Я не обиделся. Статуэтка выглядела действительно подозрительно.

Небольшая, чёрная, с крылатой фигурой, которая напоминала комара, вставшего на задние лапы и решившего заняться архитектурой. Вокруг основания шли тонкие насечки. Часть уже светилась.

– Ты уверен, что это не просто очень дорогая игрушка? – спросил Дмитрий, не отрывая взгляда от поля.

– Нет, – признался я. – Но она пережила больше покушений, чем большинство людей в этом доме. Значит, либо ценная, либо хорошо умеет притворяться бесполезной.

– Почему её вынесли наружу? – уточнил Дмитрий, не отрывая взгляда от поля.

– Потому что рыцари всё равно пришли бы за ней, – ответил я. – А я предпочитаю, чтобы опасные вещи стояли там, где их видно.

Ксения повернула голову.

– Ты поставил неизвестный артефакт на постамент у ворот, чтобы его было видно? – переспросила она с таким видом, будто не верила своим ушам.

– Не только поэтому, – усмехнулся я. – Ещё хотел проверить, кто именно на него отреагирует.

– Ты мог проверить на расстоянии, – возразила Ксения.

– Мог, – согласился я. – Но тогда мы бы не знали, что рыцари умеют ждать.

– Мы и сейчас не знаем, умеют ли они ждать, – заметила Наталья. – Может, они просто не умеют ходить.

– Это было бы удобно, – вздохнул я.

– Не надейся, – отрезала она.

Львович стоял на башне над воротами. Он поднял зрительную трубу, посмотрел на поле и опустил её почти сразу.

– Они не реагируют на охрану, – доложил он. – Люди ходят вдоль стены, и рыцари даже головы не поворачивают.

– У них нет глаз, – напомнил Дмитрий.

– Тогда не меняют направление внимания, – предположил Львович.

– А на нас меняют? – спросил я.

– На вас, – подтвердил следователь. – И на статуэтку.

Я посмотрел на свой левый рукав. На нём осталась тонкая золотая точка, возникшая после того, как я поднял серый лист у портала. Точка не горела и не двигалась. Просто была. Как неоплаченный счёт, который ещё не пришёл, но уже испортил настроение.

– Рыцари появились сразу после того, как портал выбросил лист, – произнесла Ксения. – Они могли идти за знаком.

– Или за тем, кто оставил знак, – предположил я.

– Не включай предвидение без предупреждения, – предупредила Ксения.

– Я только подумал, – возразил я.

– Именно это меня и беспокоит, – отрезала она.

Наталья протянула руку к статуэтке, но остановилась в нескольких сантиметрах от камня.

– На ней есть отпечаток чужой души, – сказала она. – Не человек. Не бог. И не обычная магическая запись.

– А что? – спросил я.

– След, который умеет выживать без носителя, – ответила Наталья.

– То есть ещё одна вещь, которая живёт отдельно и считает меня удобной дверью? – усмехнулся я.

– Нет, – покачала она головой. – Этот след старше твоей нынешней проблемы.

– Прекрасно, – вздохнул я. – Значит, меня преследует не один неизвестный наблюдатель, а целая очередь из них.

Дмитрий выдохнул через нос. Он не улыбнулся, но уголок рта дёрнулся.

За воротами послышался женский голос. Одна из служанок спросила, почему всех не пускают на поле. Рыцари стояли в четырёхстах метрах от дома и не предпринимали ничего, но люди всегда начинали нервничать быстрее, чем враги.

– Увести всех из двора, – распорядился Львович. – Обычным тоном. Без паники.

– А если уже есть паника? – крикнул снизу кто-то из охраны.

– Тогда скажите, что это учения.

– Какие?

– По золочёным людям.

– Очень успокаивает, – пробормотал я.

Один из рыцарей поднял голову.

Возможно, голову. Шлем был гладким, без лица, и я не мог утверждать, что внутри вообще находилась шея. Но вся золотая фигура повернулась к дому. Не к охране, не к служанке, не к Дмитрию.

Ко мне.

На поле ничего не изменилось. Рыцарь всё так же стоял. Но пространство между нами стало плотнее. Воздух будто натянули, как струну.

– Все назад, – произнесла Ксения, и в её голосе не было ни капли сомнения.

Я поднял ладонь.

– Подожди, – попросил я.

– Андрей, – предупредила она.

– Они ещё не атакуют, – возразил я.

– Ты это понял по их неподвижности? – уточнила Ксения.

– По тому, что я всё ещё жив, – усмехнулся я.

Средний рыцарь медленно опустил меч.

Не убрал. Просто направил его ниже. Острие смотрело теперь не на постамент, а на землю перед воротами.

Наталья побледнела.

– Он отмечает место, – произнесла она.

– Для чего? – спросил я.

– Не знаю, – призналась Наталья.

Золотой рыцарь ударил мечом о землю.

Звук получился негромким. Даже слишком негромким для такого удара. Но по полю разбежалась тонкая золотая линия. Она прошла по траве, пересекла ограду и остановилась у моих сапог.

Внутри головы щёлкнуло.

Предвидение включилось само.

Я увидел три варианта.

В первом линия поднималась по моему телу и выжигала золотую точку на рукаве вместе с рукой. Во втором она проходила под домом, находила статуэтку и открывала в ней пустое пространство. В третьем я отступал, и рыцари переходили в атаку.

Я выбрал четвёртый вариант, которого не было в сетке.

Прыгнул в сторону и ударил сапогом по каменному постаменту.

Статуэтка взлетела в воздух.

– Ты что делаешь? – рявкнула Ксения.

– Убираю мишень!

В воздухе я поймал чёрный камень одной рукой, а второй потянулся к Либи. Она поняла раньше, чем я сформулировал приказ, и развернула над воротами серебристый экран.

Золотая линия ударила в постамент.

Камень раскололся, но не взорвался. Изнутри вырвался столб пепла, который поднялся вверх и свернулся над домом. Пепел не рассеивался. Он складывался в круг.

Средний рыцарь поднял меч.

– Теперь понятно, – пробормотал я. – Они не хотят зайти. Они хотят поставить метку.

– Дай мне статуэтку, – потребовала Наталья.

– Не сейчас, – отрезал я.

– Андрей, она может быть опасна, – настаивала она.

– Именно поэтому я держу её сам, – ответил я.

– Это не аргумент, – возразила Наталья.

– Для меня очень даже, – усмехнулся я.

Первый рыцарь сорвался с места.

Не побежал. Просто исчез с поля и появился у ворот.

Между этими двумя точками оставалась пустота, но воздух взорвался от запоздалого удара. Каменная арка над воротами задрожала. Сверху посыпалась пыль.

Я успел увидеть только золотой силуэт и движение меча.

Удар шёл мне в грудь.

Я включил ускорение тела, но не на полную. Слишком много людей стояло за спиной, а если я пробью стену, мне придётся объяснять Наталье, почему ради защиты дома разрушил дом. Это был бы слишком знакомый стиль поведения, и я решил не давать ему развиваться.

Оттолкнулся от земли, развернулся боком и пропустил меч возле плеча.

Клинок прошёл через мою куртку и задел кожу. Боли почти не было. Только холодная полоса, которая сразу начала неметь.

Я ударил рыцаря в шлем.

Кулак встретил не металл, а плотную пустоту. Руку отбросило, будто я ударил по закрытому порталу. Золотая фигура не качнулась.

Вот это уже было невежливо.

Рыцарь повернул меч и ударил рукоятью. Я пригнулся, и над головой прошёл поток серого света. Он врезался в стену, оставив идеально круглый провал.

– Ксения, не подходи! – крикнул я.

– Я и не собиралась! – отозвалась она.

Ксения бросила нож. Он пролетел мимо рыцаря и вошёл в землю. Не потому, что она промахнулась. Она пыталась проверить защиту.

Нож застрял в траве, а вокруг него мгновенно образовалось кольцо инея.

– Защита реагирует на предметы, – доложила она.

– Очень полезно, – проворчал я.

– Рада, что пригодилось, – усмехнулась Ксения.

Второй рыцарь двинулся к обломкам постамента.

Он не атаковал людей, которые бросились от ворот к стенам. Один охранник споткнулся прямо на его пути. Золотая фигура обошла его, даже не повернувшись. Зато когда охранник поднял арбалет и выстрелил, рыцарь развернулся.

Стрела остановилась в воздухе перед его грудью.

Рыцарь даже не коснулся её. Золотой свет прошёл по древку, и стрела упала на землю двумя ровными половинами.

– Они действительно игнорируют людей, – произнесла Наталья.

– Только пока люди не стреляют, – заметил я.

– Это всё равно лучше, чем КРАБ, – вздохнула она.

– Ненамного, – покачал я головой.

Первый рыцарь снова пошёл на меня.

Я отступил за пределы ворот, чтобы вывести его с линии стены. Тело требовало ускорения, голова требовала предвидения, а статуэтка в левой руке неприятно нагревалась. Я не мог использовать все способности сразу. Два дополнительных измерения после разговора с миром оставили в сознании тяжёлый металлический привкус.

Моя скорость была высокой, но не бесконечной. Я двигался быстрее обычного человека, успевал видеть направление удара, мог перескочить через низкую ограду и не сломать при этом ноги. Но рыцарь двигался не быстрее.

Он просто не тратил время на то, чтобы начинать движение.

Каждый его шаг выглядел как пропуск нескольких кадров. Меч возникал там, где его не было. Золотой плащ оставлял за собой серый след, и пространство вдоль него коротко сжималось.

Я отразил один удар, ушёл от второго и получил третьим по боку.

Доспехи выдержали. Рёбра тоже, хотя последнее решение было принято ими без моего участия.

– Андрей! – крикнула Наталья.

– Я занят! – рявкнул я, уходя от очередного удара.

– Это видно! – отозвалась она.

Третий рыцарь наконец покинул поле.

Он двигался медленнее двух остальных. Шёл прямо к воротам, держа в руке короткое копьё. Не атаковал. Просто приближался к статуэтке.

Либи спустилась перед ним и выпустила серебряную сеть.

Сеть коснулась доспеха и исчезла. Либи отлетела в сторону, закрутилась и едва не врезалась в каменную стену.

– Мои контуры не распознают материал, – доложила она. – Он не металл. Не камень. Не энергия.

– А что тогда? – спросил я, не отрывая взгляда от третьего рыцаря.

– Неполное присутствие, – ответила Либи.

– Очень конкретно, – проворчал я.

– Это всё, что я могу сказать, – вздохнула она.

Первый рыцарь поднял меч для удара сверху.

В этот раз предвидение показало не три варианта, а одиннадцать. В девяти я получал рану. В одном терял статуэтку. В последнем рыцарь проваливался в землю, но я не понимал почему.

Я выбрал последний.

Вместо того чтобы отступить, я шагнул навстречу и подставил под удар левое предплечье. Золотой клинок прошёл через защиту, но в тот же момент я вогнал правую руку в грудь рыцаря.

Моя ладонь прошла внутрь.

Не сквозь броню, сквозь пустоту.

Я схватил то, что находилось за ней, и потянул.

Рыцарь впервые отреагировал.

Его корпус выгнулся, плащ взметнулся, а земля под ногами провалилась на ладонь. Внутри доспехов не было тела. Там находился плотный узел золотого света, обвитый пепельной нитью.

Я не смог вытащить его, но сумел сбить равновесие.

Рыцарь рухнул на одно колено.

Я ударил его локтем в шлем, затем ногой в грудь. На этот раз фигура отлетела на несколько метров и вспахала землю.

– Он пустой! – крикнула Наталья. – Внутри нет души!

– Мне всё равно, что у него внутри! – рявкнул я. – Как его остановить?

– Разорвать нить! – крикнула Наталья.

– Где? – не понял я.

– Не знаю! – призналась она.

– Замечательно! – выругался я.

Второй рыцарь уже добрался до обломков постамента. Он протянул руку к месту, где ещё недавно стояла статуэтка, и замер, обнаружив пустоту.

Я хотел броситься к нему, но первый рыцарь поднялся. Движения оставались точными. Ни следа повреждения.

Тогда я посмотрел на меч.

Мой гномий клинок висел за спиной. Он был слишком тяжёлым для обычной схватки, слишком коротким для дуэли и слишком упрямым для аккуратной работы. Зато гномы ковали его не для разрезания плоти. Клинок умел рвать магические соединения.

Я вытащил меч.

Первый рыцарь снова исчез.

На этот раз я успел увидеть направление. Не потому, что стал быстрее. Я перестал смотреть на рыцаря и посмотрел на пепельный след, который он оставлял перед прыжком.

След возник за моей спиной.

Я развернулся заранее и ударил мечом по воздуху.

Клинок встретился с золотым мечом.

Вспышка обожгла ладонь. Золотой рыцарь остановился всего на долю секунды. Этого хватило.

Я врезал плечом ему в грудь, прижал к каменной стене и поднёс гномий клинок к месту, где под доспехом прятался узел света.

– Лежать, – произнёс я, прижимая его к стене. – Или хотя бы перестать прыгать. Я сегодня не в настроении изучать ваши привычки.

Рыцарь не ответил.

Он ударил головой.

Шлем врезался мне в нос. В глазах вспыхнули белые пятна. Я выругался и отшатнулся.

Золотая фигура подняла руку.

Меч в её пальцах начал меняться. Лезвие стало длиннее, тоньше, а по краю пошли чёрные искры.

Мне снова показали варианты.

В первом я блокировал удар и терял меч. Во втором отходил и позволял рыцарю ударить по дому. В третьем бросал статуэтку, и второй рыцарь прекращал атаку. В четвёртом отдавал статуэтку Наталье. В пятом бросал гномий клинок в третьего рыцаря. В шестом делал всё сразу, но ломал собственную руку.

Я выбрал пятый.

Меч полетел.

Гномий клинок вращался в воздухе, ударился о плечо третьего рыцаря и вонзился в землю за ним. Ничего не произошло.

– Вот же… – начал я.

Первый рыцарь атаковал.

Я успел подставить руку. Лезвие пробило защитный контур, разрезало рукав и остановилось в сантиметре от кости. В этот момент третий рыцарь сделал шаг назад.

Меч в земле вспыхнул.

Гномы не делали оружие, которое работало только при прямом попадании. Это было бы не оружие, а дорогой способ расстроиться.

От клинка по земле разбежались короткие руны. Они сомкнулись вокруг третьего рыцаря и сжали его пепельную нить.

Фигура замерла.

Я выдернул руку из-под золотого лезвия, схватил первого рыцаря за плечо и рванул вниз.

Он не ожидал, что я снова пойду навстречу. Мы оба рухнули на землю. Я ударил кулаком в его грудь, второй раз, третий. Пустота внутри доспеха сжалась.

На четвёртом ударе я увидел узел.

Не глазами. Через короткое тактическое предвидение. Узел был не в груди. Он находился в точке, где пепельная нить выходила из пустого тела и уходила в землю.

Я перевернулся, прижал рыцаря коленом и ударил ладонью по земле.

Скорость помогла не только ногам.

Я протолкнул импульс через камни и траву, нашёл нить и рванул её на себя.

Золотой рыцарь дёрнулся.

Из доспеха вышел пепельный дым. Он поднялся вверх и рассыпался в воздухе.

Фигура потеряла плотность.

Я успел откатиться за секунду до того, как золотые доспехи рухнули на землю. Внутри не было ничего. Только маленький осколок золота, похожий на обломок иглы.

– Первый готов, – выдохнул я, поднимаясь с земли.

– Он умер? – спросила Наталья, глядя на рухнувшие доспехи.

– Не знаю, – пожал я плечами. – Но теперь точно не спорит.

Второй рыцарь повернулся ко мне.

Он не стал тратить время на обломки, которые уже осмотрел. Его шлем смотрел прямо на мою руку, и я понял: он знает, где статуэтка. Рыцарь ударил по моей руке, и чёрный камень выскользнул из пальцев.

Зажатый в перчатке, он вспыхнул чёрным светом. Вокруг фигуры открылись десятки тонких линий. Они уходили вверх, вниз и в стороны, пересекали дом и, кажется, тянулись к закрытому порталу.

– Отпусти её! – крикнул я.

Рыцарь повернул шлем ко мне.

Впервые я почувствовал от него не приказ и не холодную процедуру. Внимание.

Он собирался бросить статуэтку не в меня.

В портал.

Я рванулся вперёд.

Наталья одновременно подняла руку. Её магия смерти ударила по пальцам рыцаря, не пытаясь уничтожить его. Она отделила движение от намерения. Перчатка разжалась.

Статуэтка упала.

Я поймал её на лету и врезался плечом в золотую фигуру.

Мы прокатились по земле. Рыцарь ударил меня локтем в грудь, но я уже держал его за запястье. Под доспехом не было костей. Только узкие золотые нити, которые пытались свернуться вокруг моей руки.

Я сжал пальцы.

Нити лопнули.

Рыцарь рассыпался на отдельные пластины.

– Два, – выдохнул я.

Третий всё ещё стоял в руническом кольце. Гномий меч удерживал его, но руны уже тускнели. Пепельная нить натягивалась, пытаясь вырваться. Из-под шлема раздавался звук, похожий на трение камня о стекло.

Я поднялся.

Ноги дрожали. Рука кровоточила. Бок горел. Предвидение требовало ещё топлива, а топлива в голове оставалось примерно столько же, сколько денег у Дмитрия после уничтожения счетов.

То есть на один плохой поступок.

– Не убивай третьего, – сказала Наталья.

– Я и не собирался.

– Ты уже сказал это о двух предыдущих.

– Они сами не оставили вариантов.

– У этого оставь.

Я подошёл к рыцарю.

Он повернул ко мне шлем без прорезей. Внутри не было лица, но я чувствовал направленный взгляд.

– Послушай, золотой, – пробормотал я. – Я понимаю, что у тебя служебная задача. Ты пришёл за знаком, статуэткой и, возможно, за тем, что сидит у меня за глазами. Но у меня тоже есть служебная задача. Не дать тебе разрушить дом. Поэтому давай без резких движений.

Рыцарь поднял руку.

Я ударил его рукоятью ножа по шлему.

– Это было резкое движение, – заметила Ксения.

– Я предупреждал.

Руны на земле начали гаснуть.

Я вытащил из травы гномий меч и положил лезвие поперёк золотых доспехов. Клинок сразу нашёл пепельную нить. Она проявилась тонкой тёмной полосой.

Я не стал резать.

Вместо этого прижал меч к земле и вызвал короткое ускорение.

Нить натянулась.

Рыцарь дёрнулся, но не исчез. Золотые доспехи сжались вокруг пустого тела. Я почувствовал сопротивление, будто тянул не человека, а закреплённую в мире дверь.

– Андрей, – тихо произнесла Ксения. – Не рви.

– Почему?

– Если это разведчик, через него может идти канал.

– Я понимаю.

– Нет. Если порвёшь, канал может вернуться к тому, кто его послал.

– Тогда тем более не порву.

Я изменил направление импульса. Не наружу, а внутрь рунического кольца. Гномий клинок разложил пепельную нить на отдельные узлы, а Либи подхватила их серебристыми контурами.

Третий рыцарь впервые издал звук.

– Не трогайте… – произнес он.

Голос был мужским, но очень далёким. Словно его пропустили через пустую комнату.

Я замер.

– Отлично. Разговаривать умеешь. Уже лучше, чем твои коллеги.

– Уберите… взгляд…

– С удовольствием. Сначала объясни, чей он.

Шлем повернулся к статуэтке в моей руке.

– Комарины… ключ…

– Ключ к чему?

Рыцарь задёргался. Пепельная нить в его доспехах начала чернеть.

– Не… открывайте… дверь…

– Это я уже слышал.

– Он… видит… через вас…

Внутри головы снова щёлкнуло.

Предвидение включилось без моего приказа. Перед глазами возникла одна картинка: девушка в пеньюаре, стоящая по ту сторону золотой линии. Её лицо было размыто. Она подняла руку, словно хотела коснуться меня через стекло.

Я отключил способность ударом собственной воли.

Рыцарь попытался подняться.

Я прижал его к земле.

– Имя, – потребовал я. – Кто тебя послал?

– Пепельная… Роза…

– Это организация?

Рыцарь замолчал.

Пепельная нить рванулась вверх. Если бы она ушла, мы потеряли бы пленника. Я воткнул гномий меч в землю рядом с его шлемом и сомкнул руны.

Либи выпустила второй контур.

Наталья положила ладонь на золотой нагрудник.

– У него нет души, – предупредила она. – Но есть отпечаток личности. Если я отделю его от нити, он может распасться.

– Можешь оставить отпечаток?

– Ненадолго.

– Сделай.

– Андрей, это может быть опасно.

– Всё опасно. Выбирай опасность, которая умеет отвечать на вопросы.

Наталья закрыла глаза.

Золотые доспехи загудели. Пепельная нить начала выскальзывать из них, но вместо того, чтобы уйти, свернулась в узел под ладонью Натальи. Рыцарь содрогнулся.

– Я не… человек, – произнес он.

– Это мы уже поняли.

– Я разведчик.

– Имя?

– Имя не имеет значения.

– Для пленного имеет.

– Вы… заражены.

– Все так говорят, когда хотят убить и не объяснять.

– Не убить. Изолировать.

– Очень вежливо.

Рыцарь повернул шлем к дому.

– Мы пришли не за вами.

– Врёшь. Вы пришли за статуэткой и атаковали меня.

– Мы пришли за источником связи. Вы были рядом с ним.

– Это не делает формулировку лучше.

– Вы носитель.

– Я человек.

– Одно не исключает другого.

Эта фраза мне не понравилась. Она была слишком похожа на правду.

Я посмотрел на статуэтку. Чёрный каменный комар перестал светиться, но насечки на основании продолжали мерцать. Между ними теперь виднелась тонкая золотая линия. Такая же, как на сером листе.

– Пепельная Роза занимается карантином? – спросил я.

Рыцарь молчал.

– Она закрывает миры?

Пепельная нить под ладонью Натальи вздрогнула.

– Она не закрывает. Она очищает.

– От кого?

– От Системы.

За спиной послышался тяжёлый вздох Ксении.

Я не стал задавать следующий вопрос сразу. Сначала посмотрел на поле. Первый рыцарь оставил золотой провал в земле. Второй рассыпался на пластины. Третий лежал в руническом кольце, а его голос постепенно становился тише.

На крыше люди Львовича держали оружие, но никто не стрелял. Во дворе служанки выглядывали из окон. Дом был цел. Статуэтка у меня. Наталья не ранена. Ксения стояла рядом, готовая в любой момент перерезать канал.

Малая победа.

Слишком дорогая для спокойствия.

– Ладно, – произнёс я. – Тогда мы поговорим подробнее. Но сначала ты объяснишь, почему твои товарищи пытались отправить эту статуэтку в портал.

Рыцарь поднял руку, и в его ладони зажёгся маленький золотой знак.

Знак повторил метку на моём рукаве.

В тот же момент где-то далеко, за пределами первого уровня, открылась дверь.

Я это почувствовал.

Не увидел. Не посмотрел. Просто почувствовал, как в мире появилась новая линия наблюдения.

Пленный рыцарь заговорил тише:

– Они уже знают, где вы.

Я поднял гномий меч и прижал его к золотому доспеху.

– Кто?

Рыцарь поднял шлем.

– Те, кто выжигают миры, когда находят в них ваш взгляд.