Текст книги "Статус: студент. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Андрей Федин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 30 страниц)

Глава 22

Я перешагнул вслед за Корейцем через порог его комнаты. Сразу же отметил, что здесь пахло… корицей и ладаном. Я вдохнул эти ароматы с удовольствием – после прогулки по коридорам общежития, где царили запах табачного дыма и запашок пролитого на линолеум пива. Я бегло оглядел комнату. В очередной раз отметил, что все три кровати аккуратно застелены, словно в армейской казарме, где за этим следили строгие сержанты. Увидел, как Верещагин по ходу включил электрический чайник. Я сразу же подумал о том, что подобного чайника очень недоставало у меня в комнате (мы по старинке кипятили воду для чая на газовой плите на кухне).

Кореец положил на тумбочку свою чёрную кожаную папку, обернулся и сказал:

– Проходи, Максим. Выпьем чаю. С плюшками. Поговорим. Надолго тебя не задержу.

Он указал рукой на стол. Я поставил около двери сумку с бутылками, прошёл через комнату и уселся на стул спиной к окну. Сразу же увидел на столешнице обещанные Корейцем плюшки – это они источали запах корицы. Мой желудок поприветствовал плюшки радостным урчанием. Я сообразил, что поедание плюшек Верещагин запланировал заранее. Потому что вымыл руки ещё на третьем этаже – сразу же, как только мы проникли в общежитие через пожарную лестницу. Он вдохновил меня своим примером: я смыл ржавчину со своих ладоней там же. Теперь я понаблюдал за тем, как Кореец разлил по пузатым белым чашкам чай.

Верещагин повесил на спинку стула пиджак, засучил рукава рубашки. Поставил передо мной парящую чашку – к ароматам ладана и корицы добавился запашок мяты.

Кореец сдвинул на середину стола тарелку с плюшками.

Он проследил за тем, как я оттяпал зубами от плюшки большой кусок и спросил:

– Максим, тебе нужна хорошая работа?

– Хорошая работа нужна всем, – пробубнил я с набитым ртом. – Что за работа? Какая зарплата?

Кореец улыбнулся.

– Работа непыльная, – ответил он. – Я бы даже сказал, что халявная. Охранником. В кафе. График работы: сутки через трое. В тепле и уюте. Зарплата: тридцать долларов за смену. Это втрое больше, чем получают твои приятели в «Ноте». Только тебе в кафе будут платить без задержек. Гарантированно. Добавь сюда бесплатное питание во время смен.

Я прожевал и произнёс:

– Бесплатное питание – это круто.

Кореец кивнул.

– Зарплата не очень большая, – сказал он. – По московским меркам. Но и не маленькая. Хозяйка кафе – моя хорошая знакомая. Выпускница нашего университета, между прочим. Из Воронежа. Я вместе с ней учился, когда только сюда поступил. Умная девчонка. Вышла замуж за московского бизнесмена. Два года назад он подарил ей кафе. В Москве, разумеется.

Я сделал глоток из чашки – крохотный: чай был горячим.

Верещагин взял с блюда плюшку.

Поднял на меня взгляд и сообщил:

– Я встретился вчера с Викой. Вика – это та самая хозяйка кафе. Она рассказала, что позавчера уволила одного из охранников. Спросила, нет ли у меня подходящего человека на освободившуюся в её заведении должность. Не поверишь, Максим, но я сразу же вспомнил о тебе. Потому что ты подходишь под её требования по всем параметрам.

Кореец указал на меня плюшкой.

– Ты отслужил в армии, – сказал он. – Спортсмен. Приехал в Москву недавно из другого города. Поэтому с московскими бандитами никак не связан. При этом ты студент и пока не избалован деньгами. Тридцать баксов в сутки для тебя не копейки. К тому же ты нормальный парень. Неплохо дерёшься. Я рассказал Вике о том, как ты разобрался с Ряховым и Прошиным.

Верещагин пристально посмотрел мне в глаза и заявил:

– Максим, я за тебя поручился. А Вика меня знает. В людях я разбираюсь – абы кого ей бы не предложил. Кафе небольшое. Но уютное. Муж Вики не пожалел денег на его обустройство. Я пару раз там был. Спокойно, хорошо кормят, приятный персонал. Раньше они обходились без охранника. Потом случились несколько… неприятных моментов. Время сейчас такое.

Кореец усмехнулся.

– Вика сказала, что человека на роль охранника её муж отыскал бы без труда. Вот только она считает, что справится без его помощи. Доказывает мужу, что тоже кое‑чего стоит в бизнесе. Два других охранника в этом ресторане тоже студенты, между прочим. Одного из них весной этого года Виктории посоветовал я. Он не наш – сосед, из горного универа. Крепкий парень.

Верещагин снова взмахнул плюшкой.

– Это нормальная работа, Максим, – сказал он. – Никакого криминала. С криминалом там разбираются другие люди. Бандитские дела тебя не коснутся. Твоя работа – буйные клиенты. Вика сказала, что такие к ней в ресторан заходят нечасто. Но от них никто сейчас не застрахован, сам понимаешь. Работа нетрудная – для тебя. Никаких вагонов, никаких грязных ящиков.

Кореец пожал плечами и добавил:

– Прогулы занятий на первом курсе, конечно, нежелательны. Но они не критичны: всегда можно подстраховаться справкой. Не бесплатно, разумеется: врачам тоже нужны деньги. Связи в нашей поликлинике у меня есть. Помогу, если тебя вдруг деканат возьмёт за жабры. Режим работы охранников сутки через трое. Вика сделала его как раз из расчета на студентов – чтобы пропусков было меньше.

Кореец посмотрел мне в глаза и спросил:

– Что скажешь?

Сообщение от игры появилось у Верещагина за спиной.

Доступно задание «Первый рабочий день в кафе»

Срок выполнения: 120 часов

Награда: 5 очков опыта

Принять задание?

Да/Нет

«Пять очков за первый рабочий день? – не поверил я. – Всего за один? Халява. В чём подвох?»

Я улыбнулся и ответил:

– Сергей, скажу тебе, что предложение замечательное. Десять смен в месяц – это триста долларов. Всё равно, что тринадцать с половиной вагонов разгрузить. Если не считать стоимость питания. Прекрасное предложение. Вряд ли я сейчас найду работу лучше. Только у меня вопрос. Для полного понимания ситуации. По какой причине твоя знакомая уволила того охранника?

– Застала его пьяным на рабочем месте, – ответил Кореец. – Так она мне сказала. Вика женщина принципиальная. Сразу предупреждаю: никакого алкоголя и наркотиков на рабочем месте. Курение не запрещено, насколько я знаю. Но… лучше бы ты встретился с Викторией, и сам её выслушал. Вика деловая женщина. Она сразу тебя проинструктирует. Если твоя кандидатура её устроит.

Я с десяток секунд поразмыслил (проглотил очередной кусок плюшки).

Произнёс:

– Да.

Игра услышала мой ответ.

Задание принято

Я вздохнул и спросил:

– Сергей, где и когда я эту Вику увижу?

– Её зовут Виктория Владимировна, – сказал Кореец. – Третий охранник ей нужен в кратчайший срок. Сам понимаешь, что два других охранника сейчас работают сутки через двое. Пропускают занятия в своих ВУЗах чаще, чем планировали. Вика ждёт тебя в своём кафе. Это около станции метро «Отрадное». С полудня до полуночи. Только…

Кореец хитро сощурился.

– … Только я не советую тебе, Максим, ехать на собеседование прямо сегодня. Одним из главных требований Вики был приятный и солидный внешний вид кандидата в охранники. Виктория всерьёз озабочена имиджем своего заведения. Я сейчас не говорю, что ты уродлив. Но я бы на твоём месте перед встречей с Викой заглянул в парикмахерскую. И ещё.

Верещагин направил на меня плюшку.

– Максим, у тебя есть хороший костюм? – спросил он. – И приличные туфли. Они тебе понадобится не только во время собеседования, но и для работы. Туфли чёрные или коричневые, желательно из натуральной кожи. Брюки классического кроя, чёрные. Чёрный пиджак не подойдёт, я думаю. Лучше серый. Сгодится и светлый. Только ни в коем случае не малиновый.

Я поднял руки и покачал головой.

– Нет ни костюма, ни нормальной обуви, – сказал я. – Пока.

Кореец хмыкнул и заявил:

– Я так и подумал.

Он вернул плюшку на блюдо, прогулялся к своей папке – достал из неё кожаное портмоне. Зашуршал купюрами, вынул две и положил их передо мной на стол. Доллары США. Номиналом в пятьдесят и сто долларов. Я с интересом посмотрел на эти банкноты. Выглядели они знакомо. Вот только в руках я такие деньги в прошлый раз держал, будучи ещё школьником. В нынешнем тысяча девятьсот девяносто пятом году о долларах я слышал едва ли ни чаще, чем о рублях. Вот только пока ещё не привык озвучивать все цены в «баксах», по примеру моих нынешних приятелей.

Кореец уселся на стул, сдвинул купюры в мою сторону.

– Вот, держи, Максим, – сказал он. – Не знаю, как у тебя с деньгами. Но приодеться тебе сейчас не помешает. Идти на собеседование в таком наряде я тебе не советую.

Верещагин выразительно посмотрел на мою джинсовку.

– Деньги вернёшь, когда сможешь. По срокам тебя, Максим, не ограничиваю. Но… в рамках разумного, разумеется. Бери, бери, не стесняйся. На по‑настоящему крутые шмотки этих денег, разумеется, не хватит. Но наши фабрики сейчас тоже относительно неплохо шьют. Зато встретишься с Викторией грамотно упакованным. Купи солидный костюм. Не чёрный. Кафе – это не похоронное бюро.

Кореец усмехнулся и добавил:

– Пусть Вика увидит товар лицом. Честно тебе скажу: её поначалу смутил твой возраст. Двадцать лет. Я ей объяснил, что безработного студента старших курсов, да ещё и спортсмена, найти сейчас нереально. Бывшие спортсмены теперь крышуют рестораны и кафе, а не охраняют. Она и сама это знает, поверь мне. Костюм добавит тебе солидности. И немного состарит – в твоём случае это даже хорошо.

– Спасибо.

Я сунул деньги в карман.

– Не за что, – ответил Кореец.

Он хитро сощурился и добавил:

– Удачи тебе… Сержант.

* * *

Брюки, пиджак и туфли я приобрёл в универмаге «Московский» – отправился туда в пятницу после занятий в университете. Вася и Колян посоветовали купить одежду на рынке. Заверили, что там мне покупки обошлись бы дешевле. Но идея примерять штаны, стоя на картонке около уличного лотка, меня не вдохновила. Поэтому я пожертвовал дешевизной в угоду комфорту. О чём не пожалел: примерок в универмаге было много, но я всё же подыскал себе вполне приличные вещи. Чёрные брюки выглядели словно пошитыми персонально для меня. Серый пиджак был приемлемого качества. Туфли слегка поскрипывали при ходьбе, но выглядели солидно.

Мой дополненный новой белой рубашкой и Васиным бордовым галстуком наряд первыми оценили в субботу утром Зайцева и Плотникова. Наташа и Ксюша окинули меня взглядами, удивлённо приподняли брови.

– Замечательно выглядишь, Максим! – сказала Наташа. – Ты такой… солидный!

– Ага, настоящий красавчик, – согласилась Ксюша. – Васин галстук на тебе неплохо смотрится.

Похожие комплименты я услышал раз пять, пока мы спускались в общежитии по лестнице. Мичурин разъяснил нашим спутницам, по какой причине я сегодня «так вырядился» (вчера я пересказал своим соседям по комнате ночной разговор с Корейцем).

Не меньше десятка раз мой «солидный» внешний вид похвалили и в университете. В коридоре универа я встретил куратора своей группы. Пожал ему руку. Фёдор Михайлович заявил, что я сегодня выглядел не первокурсником, а «как минимум» аспирантом.

Сокурсники тоже оценили мой внешний вид. Во взглядах парней я опять замел смущение и зависть. Девчонки меня снова заметили: до и во время занятий они то и дело посматривали на меня, кокетливо поправляли причёски.

Перед лекцией по физике Наташа Зайцева спросила:

– Максим, а как же твоя книга?

Она положила передо мной на столешницу чистый лист бумаги и шариковую ручку.

– Что с ней не так? – поинтересовался я.

Нарисовал на листке первую звезду.

Зайцева нахмурила брови и сказала:

– Максим, как ты будешь писать книгу, если… ну, станешь охранником? Бросишь писательство?

Я развёл руками.

– С чего это вдруг? Книгу я обязательно допишу. Не вижу, что мне помешает. График работы в кафе сутки через двое – это не так уж часто. Я сейчас чаще езжу на разгрузку вагонов.

– Не будешь больше работать грузчиком? – удивилась Зайцева.

– Передам своё место в первой бригаде Коляну, – сообщил я. – Если меня возьмут на работу в кафе, разумеется.

Наташа пожала плечами.

Стёкла её очков блеснули.

– Конечно, возьмут, – заявила Зайцева. – Василий сказал: твоей начальницей будет женщина.

Наташа иронично скривила губы.

– Что с того? – сказал я.

– Как это что?

Зайцева улыбнулась.

– Наверняка возьмёт, – заверила она, – когда увидит тебя в этом пиджаке. Точно тебе говорю.

– Надеюсь.

Рядом с первой звездой я нарисовал вторую.

– Максим, это значит, что мы с тобой теперь будем видеться редко, – сказала Зайцева.

– С чего это вдруг?

Я отвлёкся от рисования, взглянул на Наташу.

Зайцева ответила:

– У меня теперь режим. Каждый день после занятий я сразу же усаживаюсь за компьютер. Как ты и говорил. Работаю, пока девчонки гуляют. Ночью работать не получится: гремлю клавиатурой, мешаю соседкам спать.

Наташа покачала головой.

– Поэтому в общежитии мы вряд ли друг с другом пообщаемся, – сказала она. – Я допоздна работаю. Ты вечером уезжаешь в эту свою «Ноту». Увидимся только в универе. Да и то не каждый день. Если тебя возьмут на работу.

Зайцева печально вздохнула.

Я улыбнулся и сообщил:

– Люди обычно так и живут, когда занимаются делом. Потому и ценят общение друг с другом: этого общения не так много. Но я ведь никуда не исчезну. Разве не так? Ты знаешь, где и когда меня сможешь найти.

– Знаю, – ответила Наташа. – Но всё равно: грустно. Уже привыкла, что ты каждый день рядом.

Она сощурилась, пристально посмотрела мне в глаза и сказала:

– Максим, но я всё равно буду читать твою книгу. И исправлять ошибки. Не сомневайся. А тебе принесу свои главы… когда текста там станет немного побольше. Посмотришь на них? Потом… через недельку… или через две.

– Разумеется, посмотрю, – пообещал я. – Сколько ты вчера написала?

Зайцева дёрнула плечом, чуть приподняла подбородок.

– Не скажу, – ответила она. – Но… больше шести тысяч знаков.

На Наташиных щеках появились ямочки.

– Молодец, – сказал я. – Так и продолжай.

Наташа кивнула и сообщила:

– Я теперь просто работаю над каждой главой по отдельности. Не сочиняю сразу всю книгу, как ты и сказал. Пишу по одному слову за раз – прямо как Стивен Кинг.

* * *

После занятий я не отправился с Наташей в общежитие – пересел в метро с Кольцевой ветки на серую, доехал до станции «Отрадное». Кореец говорил, что кафе я отыщу без труда: оно находилось рядом с кинотеатром «Байконур». Я признал справедливость его слов, едва только выбрался из метро на поверхность. Сразу же увидел и кинотеатр, и яркую цветную вывеску над входом в стоявшее слева от него здание. На вывеске красовалось имя нынешней хозяйки кафе: «Виктория». В сравнении с громадиной кинотеатра здание кафе выглядело маленьким. Оно прижималось к ведущим в кинотеатр широким ступеням, словно было частью архитектурного ансамбля.

Я свернул на мощённую квадратными тротуарными плитами площадь. Взял курс на вывеску кафе, словно на свет маяка. Издали оглядел большие ростовые окна с вертикальными жалюзи. Увидел стоявший около настежь распахнутой двери рекламный штендер. Надписи на штендере обещали посетителям кафе «вкусную» пиццу и «ароматный» кафе. Рядом с входом в кафе прогуливались будто бы заинтересовавшиеся рекламными обещаниями голуби. Они вытягивали шеи, заглядывали вглубь заведения. Прогуливались голуби и рядом с выстроившимися на площади около кинотеатра ларьками. Около киоска с надписью «Куры‑гриль» дремал серый пёс.

При виде меня пёс лениво приподнял голову и зевнул – продемонстрировал жёлтые зубы. Его зубы впечатлили голубей. Те пугливо взлетели, пару секунд покружили у меня над головой, приземлились на крышу кафе. Они будто бы заняли место в зрительном зале. Голуби наблюдали за моим приближением, подбадривали меня своим курлыканьем. Солнечный свет превратил окна кафе в большие зеркала. Я увидел в окне своё отражение: молодой мужчина в сером пиджаке и в чёрных брюках с бордовой полосой‑галстуком на груди. Отметил: в пиджаке мои плечи выглядели шире, а каблуки туфлей добавили моему и без того немаленькому росту пару сантиметров.

Сместил взгляд за закреплённое на окне около двери расписание работы кафе: «Ежедневно с 11−00 до 24−00»

Пробормотал:

– Что ж. В общепите я ещё не работал. Надеюсь, что это будет продуктивно и интересно.

Конец второй книги