![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vostochnyy-kvest-220559.jpg)
Текст книги "Восточный квест"
Автор книги: Анатолий Матвиенко
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 22 страниц)
51. ЗЕМЛЯ-2. 16.11.1670. ЛИССАБОН
– Здравствуйте, коллеги! – приветствовал прибывших Голдберг. – Мое почтение, ваше величество. Наслышан, как вы лично таки возглавили штурм Раббата. Уверен, португальский народ никогда не забудет имя правителя, уничтожившего пиратское гнездо и вновь присоединившего порты Западного Марокко к землям короны.
– Беня, что ты тут делаешь? – Мохаммед, совершенно не ожидавший увидеть у причала старого банкира, оттащил его в сторону. Через минуту к ним присоединился Тиит.
– Таки вы не поверите, у меня свадебное путешествие.
– Не поверим. Можешь жениться хоть на всей Португалии, но что ты здесь забыл? Помню, тебя было не вытащить из Амстердама.
– О, моя Сарочка дала мне кусочек молодости, я подвижен и энергичен, как молодой царь Давид. А если серьезно, решил посмотреть на банковскую систему Лиссабона и Мадрида, мне пока не все нравится.
– С Сарой познакомишь? – вступил в разговор Тиит.
– О чем речь. Вернемся в Париж – непременно! – И, увидев недоумение, добавил: – Я сказал, у меня свадебное путешествие. Не у нее же.
Пока миссионеры переговаривались, в городе воцарилось ликование. Впервые за десятки лет метрополия увеличила свои владения в Африке. Флот вернулся с победой, доставив сотни тонн ценных трофеев и более двух тысяч освобожденных невольников. Хотя их свобода оставалась относительной: волю нужно было отработать на строительстве железной дороги Лиссабон—Мадрид. Часть армии осела гарнизоном крепостей Раббата и Сале, драгунский полк с артиллерийским дивизионом на предоставленных султаном лошадях двинулся в глубь Марокко отрабатывать союзнический долг. Фуонг, неплохо проявивший себя при штурме, остался смотрящим при драгунах, нарабатывая фронтовой опыт.
– Дело вот какое. У нас окончательно испортились отношения с Мехмедом Четвертым. Сам он политикой не слишком интересуется, предпочитая охоту и посещение гарема. Но великий визирь Фазил Ахмет-паша Кепрюлю имел какие-то особенные интересы в Средиземноморье, которые уважаемый Мохаммед ущемил рейдами по пиратским портам. Кроме того, паша в юности получил богословское образование и крайне недоволен появлением новой мировой религии. Султан послушался его советов и казнил нескольких французских купцов, выслал посла и вообще ведет себя так, будто он разгромил нас на море, а не мы его. При всей скудости поступающей информации, могу предположить, что Порта в ближайшие месяцы сделает какую-то глупость. Вплоть до десанта на наши территории.
– Нужно обидеться, принять удар, затем от обиды урвать у оттоманов что-то вкусное? После нападения агрессора завоеванная территория воспринимается всеми как законный трофей.
– Мохаммед, ты меня пугаешь. Все знаешь, скоро старый еврей будет никому не нужен.
– Ладно тебе. Тиит останется в Лиссабоне, Ольгерт в Париже, трое с Олегом, Фуонг в Африке, значит – все мне разгребать?
– А что тебе еще нужно? – Голдберг ответил вопросом на вопрос. – Ближайшая наша база на Сардинии, испанцы перевешали всех сепаратистов. Утюжим оттуда Северную Африку и южное побережье Балкан, особенно район Крита. Подружимся с венецианскими дожами, сейчас они главные враги осман по мере того, как турки закончили продвижение на юго-востоке Европы. У Порты перемирие с мадьярами, поляками, австрийцами и русскими, самое время сделать гадость в Средиземном море.
– Если они не проявят решимость – спровоцировать?
– Опять меня пугаешь своей восточной проницательностью. Ой вей, пора на покой старому Бене. Только не перестарайся. Считай, у тебя каперское свидетельство от Венецианской республики.
– Понятно. Ты от имени Петрухи засыпаешь пашу угрозами и требованиями прекратить разбой вокруг Балкан и Северной Африки, а я именно этим разбоем и занимаюсь. Что же мы будем забирать у турок в ответ на их агрессию?
– Для начала территории, которые контролируются номинально, то есть янычарские берберские страны.
– Это же почти все африканское побережье.
– Именно. Начнем с Ливии. Получим доступ к месторождениям нефти – закроем скважины во Франции и Германии, там слезы. Нужно строить терминал у Марселя, Триполи, один-два танкера. Потом постепенно доберемся до Суэцкого канала. Знаешь, сто лет назад султан Селим Второй и его визирь Мехмед Соколлу планировали строительство Суэцкого канала, но оказалась кишка тонка. Захватим Суэц, начнем копать. Но для стройки нужна техника, для техники – топливо, а для топлива – Триполи.
– Последний вопрос: почему не сделать базу в Венеции? Оттуда простреливается вся Адриатика.
– Как ты себе представляешь доставку туда грузов? Никак, только морем. Разве что продашь там трофеи. Поэтому держи базу с топливом и боеприпасами на Кальяри. В грабеже помогут французы, еще привлеки пару-тройку венецианцев. Родригес потихоньку подготовит армию для оккупации Ливии. Мазл тов, Мохаммед!
Адмирал, привыкший к еврейским пожеланиям счастья от своего друга-начальника, необычно звучавшим в адрес правоверного, отправился готовить корабли к перегону на Сардинию после краткой стоянки в Лиссабоне.
52. ЗЕМЛЯ-2. 20.11.1670. ВЕРХОВЬЯ ЯНЦЗЫ. ОЛЕГ
Неторопливо обогнув Гималаи по южной границе Тибетского массива, мы вползли в Китай. Срезав угол через хребет Айлаошань, где местами пришлось подниматься до полутора километров над уровнем моря, спустились в долину Янцзы. Безопаснее, наверно, взять еще южнее, к Индокитаю, но не хватит топлива.
Высота над холмами – метров двести, не то что из «Владимирова», из «калаша» достать. Экономия, блин. Настроение препаршивое. Раджа – капитан нашего летучего гроба, я заведую военно-силовой частью, поэтому оба несем ответственность за аферу с перелетом гор. Из-за нее чуть не погибли и теперь ползем со скоростью беременной улитки.
Прикинув расстояние, распаковал контейнер со всем дальнобойным – тяжелым антигравом, разведывательными жучками, ракетами к беспилотнику, запасными аккумуляторами – и начал прилаживать жуков. Пора отправлять технику вперед, пиратски влезать в китайскую сеть и вносить раскол в их стройные ряды.
В раскрытый люк ворвался холодный забортный воздух, с ним хлопотание винтов, сиротливо вращающихся от одних электромоторов. Но не успел спустить с цепи беспилотник, как прорезался Раджа:
– Погоди, есть сеть.
Опа, крадемся, как индейцы Фенимора Купера, а под нами уже китайская цивилизация.
– Давай жука вперед отправлю, вдруг вычислят, к какому ретранслятору подключились.
Только шкипер ничего не ответил, потому как Тан Цзияо вытащил свой переговорник, который пиликал рингтоном и моргал вызовом.
– Меня вызывает старший полковник Вей.
– Включай, – откликнулся Цинлин. – Давай на громкую связь.
За долю секунды произошло превращение из ренегата-соучастника во властного партноменклатурного босса.
– Здесь Тан Цзияо. – Голос занятой и деловитый.
– Здравствуйте, Тан.
Проигнорировав неформальное обращение, китаец попытался продолжить в начальственной манере:
– Добрый день, товарищ старший полковник. Доложите обстановку.
– Бросьте. Неизвестно, где вы пропадали все это время, но с вашей и Чи Гао санкции изменены координаты переброса в КНР. Вы совершили чудовищное преступление, и по статье девяносто седьмой Положения о Даеджин отстранены от должности.
– Ван Вей, вы ответите! Решение о моем смещении вправе принять только Госсовет и ЦК!
– При отсутствии связи с ними, которое, очевидно, продлится еще очень долго, пришлось образовать новый руководящий орган. Им принято решение о вашем отстранении. Кстати, я вижу в сети Чжоу Цинлина. Он рядом с вами?
– Да, Ван, это я, – включился гэбэшник. – Слушай, ты не все знаешь. Тан действовал под принуждением.
– Не важно, – отрезал оберполковник. – Такое немыслимо даже под страхом смерти. Тем более, вы улетели на запад с людьми в скафандрах. Вы или в сговоре с ними, или под их контролем. Слушайте внимательно. Вас засекли в двухстах километрах к юго-западу от Чунцина на высоте тысяча сто метров. Вы находитесь в зоне поражения передвижного поста с пулеметом КПВ. Прямо по вашему курсу разворачиваются новые посты. Считаю, у вас проблемы с дизтопливом, и вы ограничены в вертикальном маневре. Предлагаю развернуться и убираться из Китая. Дирижабль оставьте себе. Мы не можем идти на контакт с силами, уничтожившими миллионы граждан КНР. Конец связи.
Пока все оторопело переваривали ультиматум, я скинул жука, взял из контейнера ракету, скрутил предохранитель и запустил за борт беспилотник, превратившийся в пусковую установку.
– Раджа, есть по курсу источники электромагнитного излучения?
– Есть. Два из них идентифицируются как вертолеты.
– Чанг, контроль пространства из гондолы. Вонг и Фуонг – наблюдение за землей. По наземным источникам радиоволн и воздушным целям открывать огонь на поражение без команды. Я – на оболочку, беру под контроль верхнюю полусферу.
– Да, сэр.
В нижней части конструкции все прочное – гондола, мотогондола, каркас, зато верх пузыря мягкий и упругий. Никак не мог принять устойчивое положение на ногах, держался на антиграве. Плюнул, шлепнулся на спину. Осмотрел все вокруг оптикой скафа и беспилотника. Над головой облака, вертолеты еще далеко. Ладно, круговую оборону заняли, голыми руками нас хрен возьмешь. А что дальше? С боем до Трех ущелий?
От принятия трудного решения нас избавил Тан Цзияо.
– Всем внимание, примите картинку, – напряженным голосом сказал Раджив.
Мокрый от возбуждения, несмотря на холод, среди гондолы стоял низложенный китайский лидер и двумя пальцами удерживал за хвостовик ракету от беспилотника. Предохранитель скручен, видел сукин сын, как ставится головка на боевой взвод.
– Я требую… я требую, чтобы вы все покинули дирижабль. Мы с Цинлином сдаемся новому командованию Даеджин. Хватит смертей.
– Тан, не надо! – Гэбист испуганно вжался в переборку.
– Чонг, ты ближе всех. Готовься к прыжку. Осторожнее, взрыватель ударного типа. Раджа, выруби двигатель и успокой идиота.
– Мы принимаем ваши требования. Сейчас повернусь и остановлю «Париж». – Раджив медленно, чтобы не провоцировать психа, двинулся к органам управления.
Он развернулся, я переключился на картинку с камер Чонга. Изображение смазалось – он прыгнул.
И тут произошло непредвиденное, нелепая случайность, статистически невозможная, но иногда происходящая в реальной жизни. Позже, восстанавливая картину по сохранившейся на сервере записи, выяснили, что же произошло. Дирижабль тряхнуло. Он попал в нисходящий поток, или, может, в бок ударил порыв ноябрьского ветра. Тан качнулся, и рука в бронированной перчатке не схватилась за ракету, а ткнула ренегата в кисть. Боеголовка упала прямо в открытый контейнер с другими зарядами и запасными аккумуляторами высокой энергии.
Чудовищный удар в спину вышиб из меня дух. В глазах потемнело, чувствую – падаю, но ничего не могу сделать. Наконец, понял, не глаза отказали – умер комп скафандра. Падение замедлилось, меня еще раз тряхнуло, всё замерло. Не могу дышать и пошевелиться. Через комм дал команду на аварийный сброс скафа, она должна сработать при любом раскладе. Шлем отлетел, грудной щиток раскрылся, судорожно схватил холодный, пахнущий дизельной гарью воздух. Перед глазами пелена и сиреневые круги, кислорода не хватает, сейчас сдохну от удушья. Взвыл от злости, из горла вырвался высокий мерзкий скрип. Понятно, наглотался гелия. Из последних сил вывернулся из объятий скафа и заскользил по фотоэлементам солнечных батарей. Только когда морда скатилась с оболочки и уткнулась в землю, втянул горящими легкими сырую свежесть, начал приходить в себя. Вырвало, желчь пополам с кровью. Приплыли, внутри все отбито.
– …твою мать, Олег, что у вас? Ни один комм, кроме твоего, не виден! – достучался до моего сознания далекий беспокойный голос. Меньше всего хотелось говорить, голова раскалывалась, затылок – сплошная гематома.
– Диего, отстань. Мы взорвались. Смотри запись с камер Чонга.
Встал с трудом. Вроде ничего не сломано. Под кожей узор полопавшихся сосудов. По моим обнаженным прелестям стекают капли осеннего дождя.
Поймал коммуникатором антиграв. Прикол: у меня под контролем мощное высокотехнологическое оружие, но нет ни трусов, ни обуви. Беспилотник покружил и засек одинокое полуразвалившееся строение, куда я и почапал, шлепая босыми ногами по грязи.
В заброшенной хижине нашел лоскуты грубой ткани типа мешковины и обрывки веревки, которыми побрезговали даже бедные кули. Мне, полковнику десанта Объединенного космофлота Земли – в самый раз. Не скажу, что стало теплее, но мужчина чувствует себя неуверенно, если причиндалы болтаются, не прикрытые ничем. Мужики меня поймут.
Вернулся к обломкам. Над ними поднимался дизельный чад, обгорала обшивка, на которую плеснула солярка из лопнувших баков. Гелий улетучился. Скользя по блестящей оболочке, дотянулся до скафа. От него мало толку. Антиграв поглотил часть мощнейшего ускорения от удара и испустил дух на перегрузке. Тяжелый бластер погнут и ни на что не реагирует, даже аккумулятор не извлечь. Превратился в дубину. Из богатого снаряжения десантника удалось выколупать только аптечку, нож и ручной бластер, со всем остальным – облом.
Облегчился. В моче кровь, харкаю тоже кровью. Аптечка удивилась, что сама уцелела, и приступила к врачеванию. Снова всплыл Родригес.
– Похоже, от взрыва ракеты сдетонировали запасные батареи. Ребят не искал?
– Щас, только дырки в тушке залатаю.
Фанга, Вонга и Раджу выбросило из гондолы. Изуродованные скафы сохранили человекоподобную форму. У Раджива смог открыть забрало. Он отвернулся в момент взрыва. Лицо спокойное, бледное. Просто ушел в очередной круг реинкарнации. Шлемы остальных деформированы, не стал даже пытаться. Запомню ребят, какими они были при жизни.
Не знаю, как сумел перетащить их в кучу. Почти четверть тонны в скафе. Стрессовый адреналин помог. Похоронил без шанцевого инструмента, просто сложил их в нишу под скалой и мощным разрядом бластера обрушил сверху валуны. Чонг, самый близкий мне из всех, товарищ по изматывающему первому походу, был в полуметре от эпицентра взрыва. Видно, он остался лежать под обломками. Десятки тонн, без спецтехники не сдвинуть.
Дизтопливо догорело. Дрожа от холода, проклинал неторопливых китаез, что неспешно катили ко мне на джипе.
– Привет, Олег, – вышел на связь Мохаммед. – Сможешь за месяц выйти к Гуанчжоу? Подгоню туда «Новак».
Тоска, холод, бесконечный осенний дождь, низкое серое небо. Длинная цепочка событий, которая привела меня на заросший мокрый холм: галактский плен, побоище у Баланса, воскрешение у Льва, Тортуга, казацкий атаман и миллионы китайских трупов Земли-3.
Десант умирает, но не сдается. Или это только слова?
– Спасибо. Не нужно. Пока я жив, продолжаю выполнять задание. Куда идет «Новак»?
– В Бомбей.
– Супер. Буду в кассе, куплю билет.
Наш карманный адмирал слишком хорошо меня знает, отключился без лишних увещеваний.
В джипе трое. Водитель остался у машины, лейтенант и сержант побрели к месту катастрофы. Сержант здоровый, толстый, его надо брать аккуратно. Чтобы одежду не испачкать.
Водитель повалился мягко, как куль. Будем считать, тебя завалил монах из Шао-Линя. Тем более, в лохмотьях гораздо быстрей сойду за монаха, чем за блестящего французского офицера. Связал пленника его собственным ремнем, носки запихнул в рот на манер кляпа. Зато живой. Прихватил пистолет на случай, если оружие системы «ки-я» даст осечку.
Двое стоят у обломков, переговариваются, лейтенант что-то доложил по рации. У меня лицо, руки, ноги в грязи и копоти, прихватил палку на манер посоха и заковылял к ним.
– Господин, – говорю. – Там странный человек лежит в кустах.
– Где? – удивился старший.
Показал ему палкой в кусты и, уловив момент, шлепнул ладошкой по гортани. Сержант сорвал с плеча АК-47, пришлось выхватить из-под рубища пистолет. Удачно, чуть капнуло на спину, пятно потеряется в камуфляжных разводах.
Форма пришлась почти впору, только между берцами и штанинами полоска кожи, да рукава по-неуставному коротки. Все равно шик, не сравнить с бомж-костюмом, в котором щеголял ранее.
Водитель остался в канаве. Ничего, оклемается, руки развязаны, переместит носки изо рта на ноги и как-нибудь доковыляет до своих. Лейтенант массирует горло, сидя на правом сиденье, бросает на меня враждебные косяки. Блин, почему меня так не любят все китайцы? Потерпи, расспрошу и километров через десять высажу. До ближайшей железнодорожной станции почти двести, надеюсь, солярки в канистрах хватит. Ездить верхом я зарекся.
Перед глазами прыгало бездорожье, а перед внутренним взором в который раз всплыл языческий провидец. Объясни, старик, почему меня совсем не гложет бойня на Земле-3, будто пустил в расход виртуальных юнитов в симуляторе. Нажал на кнопку, абсолютно незнакомые мне люди исчезли с игрового стола в иной реальности. Очерствел вконец? Вряд ли – от гибели ребят выворачивает наизнанку.
Наши умерли, пусть от несчастного случая, сержант убит специально, ради завладения формой, оружием и джипом. Он – не последний в цепочке. Скажи, старик, сколько людей мне еще придется отправить на тот свет, чтобы достичь самому не понятной цели?
53. ЗЕМЛЯ-2. 21.11.1670. ЧАТЕМ
Размещая в Англии производство крупной гусеничной техники, Голдберг настоял, что оно непременно должно находиться близ удобной гавани, где можно организовать ее погрузку на суда. Город Чатем на северном побережье графства Кент идеально подошел для этой цели. Находясь между Лондоном и Дувром, он лежал на естественном пути для прокладки железнодорожной ветки со стороны столицы до ближайшей точки от материка. До тоннеля под Ла-Маншем еще очень далеко, но постоянное каботажное сообщение между Дувром и Кале наладить не сложно. Останется соединить Кале с Амьеном и Парижем, и два крупнейших деловых и политических центра окажутся в трех днях пути друг от друга.
– Ваше величество, – склонился Голдберг перед королевой. Вильгельм усмехнулся, но при виде суетящихся журналистов банкир повторил церемонию чинопочитания и перед ним.
– Бен, я вижу у вас на камзоле черную ленточку. Наслышан, вы вернулись из Лиссабона. Кто-то из близких погиб в Марокко?
– Нет, как раз в Африке все удачно. Суда коалиции могут беспрепятственно ходить вдоль западного и северного побережья. Мохаммед истребил основную массу пиратских банд и теперь отправился чистить восток Средиземного моря.
– Так что случилось?
– Вы, конечно, помните Раджива Викрамадитья, главного конструктора всех наших кораблей, от «Миссури» до «Клинтона». Он погиб вчера в Китае при взрыве дирижабля, с ним еще шесть человек.
– Прими Господь их души, – промолвила Мария.
– Это самая большая потеря посвященных Единого. Ушли выдающиеся люди, которые смогли запустить техническую революцию: ван Нааген, Новак и теперь Раджа. Они, конечно, подготовили многих способных специалистов, но полностью их никем не заменить.
– Вы мне рассказывали про дирижабль, – вспомнил Вильгельм. – Он опасен?
– Сам по себе – нет. Взрыв произошел по нелепой случайности. Можно сказать, от неосторожного обращения с оружием. Не только погибли люди, крайне осложнилось решение центрального на настоящий момент вопроса – китайского. Нам опять придется форсировать спуск на воду «Клинтона» и баркентины сопровождения, включать в конвой два парохода и снова идти в Азию.
– Жаль, конечно, что все погибли.
– Не все. Вы вряд ли знаете Олега Сакратова, он из неофитов, возглавил покорение Испании и пригнал тот дирижабль. – Голдберг и перед Оранскими поддерживал легенду, что Сартаков и Сакратов – не одно лицо. – Так вот, он в момент катастрофы находился вне кабины и остался жив.
– Что он сможет, один?
– На его месте никто бы не смог. В лучшем случае – попытаться вернуться в Европу. Но он отказался прервать задание. Олег непредсказуемый человек. Подождем – увидим. А пока посмотрим, чем смогут порадовать ваши умельцы.
Чатемского завода еще не существовало. Рядом с верфью на реке Мидуэй развернулась масштабная стройка. Ван Меер, проектировавший предприятие на основе опыта заводов ван Наагена, спланировал настоящего промышленного гиганта. Со временем здесь развернется полный цикл, от железной руды до конечного продукта. Пока что в небольших мастерских при верфи из доставленных по морю узлов собрали первые образцы.
Несмотря на сырую погоду и промозглый ветер, в Чатеме собралось множество людей. Скорее всего, городок не знал такого наплыва публики за всю свою недолгую историю. Королевская чета, парламентарии и их гости находились под навесом, остальные месили грязь и ежились от всепроникающего английского тумана.
– Ваше величество! Леди и джентльмены! – Ван Меер выступал в непривычной роли конферансье, используя для звукоусиления знаменитый артефакт, через который Мохаммед год назад отправил в пешую сексуальную прогулку английский Грандфлит у Роттердама. – Позвольте представить вам шасси для размещения на нем строительных приспособлений. Вы присутствуете при революции в строительной технике!
Из тумана донесся рокот. Присутствовавшие давно привыкли к ритмичному «чух-чух-чух» паровых машин. Но сейчас грохотал совершенно незнакомый механизм. Из ворот мастерских выкатилось… трудно сказать, что именно, даже у бойких репортеров не нашлось адекватных слов. На прямоугольной стальной раме по бокам крутились стальные ленты с ребристыми грунтозацепами. Сзади возвышался непонятный механизм, возможно, заменивший паровой двигатель. Впереди сидел рабочий, невозмутимо дергая за какие-то длинные штыри. Повинуясь ему, механический уродец шустро пробежался перед публикой, обдав ее дизельным смрадом, развернулся вокруг левой гусеницы, столь же резво взобрался на небольшой холмик, преодолел канаву и под восторженные аплодисменты убрался с глаз.
– Второе наше изделие – экскаватор! Он не нуждается во сне и отдыхе, заменяя десятки землекопов!
На глазах изумленных гостей желтый аппарат на таком же гусеничном шасси за считаные минуты вырыл глубокую яму, аккуратно сложив грунт в пирамидальный холмик.
– И, наконец, последнее изобретение – бульдозер!
Широкий стальной отвал разровнял оставшуюся от экскаватора землю. Потом он прошелся по грунтовой подъездной дороге, сравнивая колеи, проделанные повозками.
Обождав, когда стихнет буря эмоций, голландец произнес короткую речь. Он призвал инвестировать деньги в промышленное будущее коалиции – Франции, Нидерландов, Англии, Ирландии, Испании и Португалии. Время мускульной силы людей и животных уходит. На один фунт вложений машина сделает больше, чем лошадь за два фунта и человеческие мышцы за четыре. Отныне труд человека на производстве – создание машин и управление ими. Уповающий на дешевую рабочую силу, включая эксплуатацию рабов, неизбежно проиграет в конкурентной борьбе. Покупайте будущее, господа!
– Бен, здесь без обмана? – спросил штатгальтер, когда рекламная акция закончилась.
– Всё – правда, но не вся правда. Одних дизельных машин мало. Нужна нефть из Ливии для получения топлива, инфраструктура по ремонту и обслуживанию машин. Нужны грузовики, это вроде очень большой тачки, но самоходной, подъемные краны. Нужна целая экономика, чтобы имелся спрос на такие объемы строительства, что обеспечат эти монстры.
– Ливия формально принадлежит султану.
– Да, Вильгельм. Пароход уже вышел из Лиссабона, чтобы очень сильно поссорить нас с Портой. Их аппетиты в Средиземном море непомерны. Мир заканчивается. Предстоит захват всей Северной Африки, включая Суэцкий перешеек. Сейчас на нем действует сухопутная переброска грузов из зоны Индийского океана к Александрии. С помощью продемонстрированных сегодня машин мы за несколько лет пророем канал, судоходный для морских транспортов. Путь в Китай и Индию сократится вдвое.
– Вы серьезно?
– Абсолютно. Причем Франция справится в одиночку. Но зачем нужны друзья? Давайте объединять усилия и делить выгоду.
– Там до Святой земли подать рукой, – вмешалась Мария. – Если победить османов, можно освободить земли, где Гроб Господень?
– Поверьте старому еврею. Мне никак не меньше вас хочется увидеть Иерусалим. Но он никуда от нас не убежит. Думаете, сложно высадить драгунский десант и взять город? Не проблема. Только я вас спрошу: почему проиграли крестоносцы? Это были войска, обученные захватывать территории. Они не смогли наладить экономику, на основе которой можно завоеванное удержать. Мы пойдем другим путем – экономического покорения.
– Я хотела сказать, что для освобождения Святой земли смогу привлечь церковные средства.
– Замечательный гешефт. Христианские церкви станут лучшими акционерами нашего предприятия. Но без контрольного пакета.
– Биньямин, последнее. Мой прусский кузен, похоже, дозрел до более тесного союза.
– Его готовность удобрена шведской угрозой?
– Не только. Вы, вероятно, знаете лозунг Фридриха – все хорошо, что во благо государства. Он убежден, что союз принесет пользу Пруссии.
– Настолько, что отдаст Рур Франции?
– Кузен расчетлив. В пользование – да. Но на включение в состав республики только при завоевании шведской Померании на балтийском побережье. Что скажете, Голдберг?
– Что тут сказать… Бедная Швеция!