![](/files/books/160/oblozhka-knigi-vostochnyy-kvest-220559.jpg)
Текст книги "Восточный квест"
Автор книги: Анатолий Матвиенко
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)
35. ЗЕМЛЯ-2. 06.09.1670. ПАРИЖ
Новый учебный год в Сорбонне начался с неурядиц. Резкое увеличение набора и открытие новых факультетов сами по себе источник проблем. Хуже другое – труднообъяснимое снижение образовательного уровня абитуриентов. Если в прошлом году в студиозусы шли молодые люди, фанатично тянущиеся к знаниям, то в этом основной поток составляли выходцы из богатых семей. Авторитет Франции в области науки, техники, политики и военного искусства вырос настолько, что огромное количество недорослей приехало в Париж из соображений престижа.
Появились иностранные студенты. Кроме дружественных Провинций, покоренных Испании и Португалии, союзной Британии, в Париж приехали пруссаки, шведы и даже русские. Количество претендентов почти в три раза превысило плановый набор.
На втором курсе шли занятия, но пан Тадеуш практически все время проводил с первокурсниками, утрясая скандал за скандалом.
Русские отроки, казалось, сами не понимали, куда и зачем приехали. Сопровождаемые косматыми бородатыми дядьками в островерхих шляпах, они потерянно толпились в приемной. Мало того что боярские дети ни слова не понимали по-французски, они и на родном языке говорили коряво, с трудом читали и, высунув от усердия язык, выводили свою подпись, забрызгивая чернилами все вокруг.
Шведские ребята все как один были из купеческих семей, обученные грамоте и счету. Но и для них французский язык оказался не самым понятным.
Обсудив ситуацию с Голдбергом и Гюйгенсом, пришли к самому очевидному решению: открытие подготовительного отделения, где будущие студенты за год выучат язык, освоят основы математики и других наук, привыкнут к стандартной для Парижа гигиене. Таким образом, удалось не обидеть знатных и влиятельных родителей, их отпрыски хоть в каком-то виде начнут учебу в университете. Первый набор на ПО составил целых двести человек!
Но и после этого сотни молодых людей остались за бортом. Мазовецки вынужден был провести отбор путем устного собеседования. Всех стремившихся на производственные специальности и отвергнутых отправили на предприятия избранного профиля с гарантией преимущественного поступления в следующем году, когда будут введены конкурсные условия, известные заранее.
Двадцать семь иностранных абитуриентов, то есть практически все, удовлетворительно понимавшие по-французски, были приняты. Еще, к непередаваемому возмущению консервативного преподавательского состава, в число первокурсников попали две парижанки. Хотя равноправие полов закреплено в конституции, дарованной «святым» Клинтоном, пройдет еще несколько поколений, пока романтические и галантные французские мужчины начнут считать женщин людьми, а не самками человека.
36. ЗЕМЛЯ-2. 07.09.1670. ТУНИС
Снова северное побережье Африки, снова город называется так же, как и страна. Как и прежде, в прицеле главная база средиземноморского пиратства, предыдущая превратилась в груду развалин. Отсюда до сицилийских портов чуть больше двухсот километров, огорчительно для тамошних мореходов.
Короткий переход из Кальяри не прошел впустую. Два берберских судна и бриг, не отреагировавшие на предупредительный под бушприт, были остановлены самым решительным образом. На мостике неожиданно раздался громкий голос на арабском: уничтожаю бриг, не остановитесь – тоже пойдете на дно.
Мохаммед с интересом наблюдал за эффективностью новых снарядов, давно забытых на Земле-1. Семидесятипятимиллиметровое орудие полыхнуло вспышкой, фугас влетел в левый борт в районе грот-мачты. Пороховые запасы не взорвались, но все равно картина гибели изящного парусника не могла оставить равнодушным никого. Особенно тех, кто на нем находился. Корпус вспух, между бортом и гротом поднялся гейзер огня, дыма и досок настила. В воздух полетели обломки шлюпки, бочки и ящики, принайтованные на палубе. Несколько метров обшивки вылетели наружу, образовав огромную брешь. Подрубленная у основания и не удерживаемая вантами слева, грот-мачта рухнула по ветру вперед и вправо, упав стеньгой на рею фок-мачты. Ванты фока, вырвав кусок из разбитого борта, взлетели вверх, и обе мачты тяжело рухнули в воду. Трюм быстро заполнился через разорванный борт и многочисленные щели между разошедшимися досками. Команда не успевала повернуть шлюп-балки и спустить шлюпки на воду, все, кто избежал контузии от ударной волны, прыгали за борт и пытались уцепиться за плавающие предметы. Нонсенс, но большинство из них не умело плавать. Нелегко удержаться на воде, когда на голове тюрбан, на теле халат, на ногах сапоги, а на поясе – абордажная сабля и пистолет.
Увлекаемые балластом, остатки брига ушли на дно, образовав воронку. В нее засосало несколько человек из команды, остальные ухватились за кусок грота и прочий оставшийся на поверхности мусор. Им на помощь поспешил нидерландский работорговец, и его трюм пополнился первым товаром.
Головной бербер начал спускать паруса, а экипаж второго заложил поворот к отмели, явно надеясь, что нападающие вцепятся в груз и не будут преследовать шлюпки. Их надеждам не было суждено сбыться.
– Вторая башня, пулемет, короткими по корме, вывести из строя рулевое. Пулемет, огонь по пиратам на юте.
Башня огрызнулась короткими очередями, изрешетив корму. ПКМ смел очередью стоявших на шканцах.
Лишенный управления парусник начал разворачиваться по ветру, одновременно на борту засуетились, спуская шлюпки. Не успела первая из них коснуться воды, в нее влетел свинец калибра 12,7 мм, брызнули щепки, остатки кормы и носа повисли на шлюпочных талях отдельно друг от друга.
Даже это не заставило экипаж сдаться. Не убирая парусов, мусульмане столпились на палубе неуправляемого судна. В руках держали сабли, пистолеты и мушкеты, на лицах злобная решимость. Они явно пустили бы в ход пушки, но пароходы держались под неудобным для них углом.
«Энола Гей» впервые испытала малый артиллерийский калибр в боевых условиях. Орудие послало снаряд в корпус, и Мохаммед понял, что даже такой небольшой боеприпас причиняет деревянному кораблю значительные разрушения. Понимая, что этот груз им уже не достанется, дал команду на добивание. Лишь впоследствии выяснилась причина упорства берберов: полный трюм европейских рабов. Они ушли на дно вместе с тюремщиками.
Самый покорный корабль принял призовую команду с флейта. Мусульмане перекочевали в трюм, а голландцы отправили приз в Кальяри: прием захваченных судов с грузом был оговорен во время стоянки на Сардинии.
Размявшись на несчастливой тройке, эскадра вошла в Тунисский залив. На горизонте появилось несколько парусов, но крупных целей, ради которых стоило затевать охоту, не нашлось. Поэтому развернули трехкилометровую ловчую сеть. «Миссури» принял к северному берегу, парусные корабли вытянулись в линию к югу и легли на параллельный курс. При виде эскадры местные моряки спешно разворачивались, шли к порту или пытались прошмыгнуть в южную часть залива. Принявшие к югу стали легкой добычей «Энолы», а на оставшихся севернее оторвался «Миссури».
У самого города предупредительными по курсу остановили бербера, галеот, шхуну и шлюп, чтобы экипажам парусников было чем развлечься. Порт Туниса не был прикрыт крепостицей, как Алжир. На берегу возвышался одинокий форт. Не желая тратить времени и снарядов, Мохаммед четырежды нажал на спуск ручного бластера. Судя по взрывам пороховых бочонков, посылка нашла адресата.
В порту оказалось всего шесть четырех– и трехмачтовых судов, остальное – мелочь. Учились бить экономно. Двухмачтовые суда расстреливались пятидесятимиллиметровыми, все остальное прекрасно шло на дно от короткой очереди из ДШК под ватерлинию. Через четветь часа порт превратился в экзотический лес: корабли, затопленные по палубу и выше, тянули вверх наклоненные мачты. Этот лес горел.
Пришла очередь главного калибра. Стволы приподнялись, и тротиловая смерть понеслась на портовые сооружения. Удивительно, сколько могут натворить за двадцать минут два орудийных ствола, если в качестве мишеней выступают деревянные и глинобитные постройки. Сожалея, что не сможет организовать рейд по освобождению рабов, Мохаммед дал приказ отступить.
Соединившись с соратниками, которые с упоением поделили добычу, каратели двинулись вдоль берега в сторону Ливии. До Триполи, следующего пиратского логова под управлением янычарских беев, с заходом в залив Габес предстояло пройти тысячу километров.
37. ЗЕМЛЯ-2. 11.09.1670–12.09.1670. ЗАЙСАН. ОЛЕГ
К старости стану ворчливым, если доживу. Меня раздражали длинные переходы в седле. Проведя неделю на баржах в недвижении, захотелось на коня. Нет, в самом деле, на носу меж якорных клюзов был маленький пятачок, где мы валялись, разминались, ели, разговаривали, спали, учили китайский. Кайф. Теплый сентябрь, роскошные речные и озерные пейзажи, не надо никого убивать. Мы путешествовали, открыв шлемы, вдыхали запахи дерева, ароматы тайги, свежесть воды. Оба понимали, что скоро придет пора действовать, принимать быстрые и порой очень жестокие решения. Сначала расслабились, а потом быстро пресытились отдыхом, пожелалось активности.
Из перехватов разговоров понемногу вырисовывалась картинка. Город Фуюнь, где сейчас сидел второй разведзонд, оказался столицей добывающего региона. От экипажа узнали, что большинство работающих на реке китайцев – обычные аборигены, жизнь которых резко изменилась около тридцати лет назад. Нынешнее поколение выросло при Даеджин, новом порядке, который принесли с собой новые властители, не принадлежавшие ни к одной из старых династий – Мин или Цин. Это мне понятно, они явно относились к династии Мао.
Новые китайцы очень напоминали новых русских, памятных по истории 1990-х годов. Установив свою власть и поставив на колени остатки императорской администрации, они высокомерно относились к простым обитателям речной долины. А еще пользовались техническими приспособлениями, которых здесь никогда ранее не видели.
Зато при Даеджин, работая с утра до ночи и проявляя лояльность к хозяевам жизни, можно скопить некоторую сумму юаней, построить дом, накормить и одеть семью. Словом, уровень жизни рядового кули несколько вырос по сравнению с феодальными временами. Капитализм, мать твою.
Куда шли тысячи тонн металла, полные баржи пиломатериалов и прочих богатств сибирской земли, наши речники, естественно, не знали. Разведзонд, шпионивший в городе, сподобился запечатлеть железнодорожную станцию и джип с гордой надписью «Great Wall». Что, здесь филиал доисторического китайского автопрома?
Из ценного мне еще удалось понять, что у них на борту единственная носимая рация, по которой они могут вызвать патрульный катер «Тайкунжэнь», если случится какая-то хрень. Ну, ЧП мы бы точно смогли обеспечить. Но не успели.
– Аларм! – шепнул Чонг и опустил забрало. Я захлопнул свое. Жук сообщил, что по доскам в нашу сторону прется один из речных волков.
– Брать тихо, но пока не мочить, а то сами будем бросать уголь.
Хрен знает, что китайцу понабилось на носу. Когда он поравнялся с краем брикета, его подхватили четыре руки, сдернули вниз и погрузили в темноту. Чтобы не светиться на досках, соскользнули в воду, по борту перебрались к корме и нарисовались в рубке, когда, по моим понятиям, главный бобер уже должен был задуматься, куда пропал посланец.
Я выхватил коробочку рации, а Чонг открыл забрало и гаркнул на шкипера:
– Армия Даеджин. Учения по спасению утопающих. Срочно вызови «Тайкунжэнь», скажи – увидел перевернутую баржу. Быстро!
Судя по охреневшему виду бобра, он совершенно не врубился, что от него потребовал странный новый китаец. Или учения в диковинку, или спасение утопающих не актуально. Чонгу помочь не мог – шкиперу для полного счастья не хватает нового русского. Но напарник сам справился. Взял у меня рацию, сунул в трясущуюся руку и медленно произнес:
– Вы-зы-вай ка-тер. Здесь пе-ре-вер-ну-лась бар-жа.
Судорожно потыкав на кнопки узловатыми пальцами, старик связался с патрулем, сказал про аварию. Коммы, перехватывавшие разговор через приемник жучка, услышали, как отвечавший уточнил местоположение судна, а затем вклинился властный голос, спросивший, кто несет в эфир всякую херь. Не желая, чтобы наш судоводитель выболтал про двух неадекватных в броне, еще раз конфисковали матюгальник, заставили спустить пар в котле и залить топку, затем заперли всех троих в машинном.
Два ума хорошо, а толпа лучше. Тиит, любитель электронных подслушек и подглядок, прогнав голос через комп, сразу сказал, что уверенный командный бас на «Ян Ливэе» – стопудово из новых. Такие интонации, акцент, лексические особенности засекали в радиопереговорах главы Фуюня с некими собеседниками в Сансья, которые давали ему ценные указания по увеличению поставок.
Применительно к XVII веку мой комм и сервер Миссии ничего путного сказать не могли, а в третьем тысячелетии на Земле-1 слово «Сансья» писалось всем понятными значками: 三峽. Кракозябли означали «Три ущелья», где возвели самую большую электростанцию начала XXI века. Ни фига не понятно, зато к нам мчится кораблик, где рулит китайский Мохаммед, мечтающий подробно рассказать обо всем.
Ждали его часа два. Завидев на горизонте, отправили жука, который заложил вираж, снизился и рассмотрел экипаж. Искомый «новый китаец» стоял на мостике рядом с рулевым. На форме – погон с двумя просветами и четырьмя здоровыми звездами в ряд.
– Чонг, у них катером командует целый старший полковник.
– Нормально, наш адмирал заведует четырьмя катерами и называет их «крейсеры», чтобы не было смешно. Может, у оберполковника есть еще надувнушка и плот, – предположил мой узкоглазый спутник.
– Мохаммеда будешь дома подкалывать. Сейчас другое важно. Мы их команду не свяжем, как этих трех. Чую, придется всех в расход. Но не сразу. Скажешь на новокитайском: «Товарищ старший полковник, у меня для вас секретное сообщение».
– О перевернутом корыте с досками?
– Детский сад. Давай серьезнее. Похоже, у них гораздо больше коммунизма, чем было в двадцать первом веке на Земле-1. Значит, они воспитаны в секретах, враг не дремлет и т. д. Про баржу ты сказал для привлечения внимания, в эфир нельзя было. Бронескаф на тебе – символ принадлежности к новым, это не униформа экипажа буксира.
– Допустим, он поведется. Отведу в каюту, накачаю химией, он мне рассказывает, откуда они взялись. – Чонг проверил зарядку инъектора носимой аптечки. – После этого придется всех мочить. Блин, не верю, что мы с ним поцелуемся в десны и начнем обмениваться опытом ускорения прогресса на отсталой планете.
– Олег, давай не торопиться. Сначала попробуем без жертв. Если перебьем экипаж – мы объявили войну, задний ход не дашь.
Чонг прав, надо постараться. Но я вспомнил страшный прогноз уральского языческого провидца и почувствовал, что без крови не обойтись. Лучше бы продолжали загорать меж досок.
Включил голографическую иллюзию китайской формы. Понизил себя до майора. «Тайкунжэнь» подошел борт в борт. Я подхватил конец, обмотал кнехт, Чонг перевалился через леер, поднял забрало, предъявил узкоглазое корейское рыло, которое сошло за китайское.
– По секретному поручению генерала Сюя Циляна. – Партнер использовал фамилию, услышанную при радиоперехвате, и кивнул на матросов. – Не в присутствии этих.
Старший полковник изумился, но двинулся вниз по узкому трапу. Получилось. Везунчики, вам удастся пожить еще немного.
Не понимавшие своего счастья уставились на меня. Надо чем-то занять бездельников, в армии это первое дело. Посмотрел на пулемет, увидел пятнышко грязи. Включил внешний динамик.
– Товарищ сержант второго класса, почему пулемет не чищен?
Расчет кинулся драить крупнокалиберную дуру, остальные зашарили по своим местам в опасении, что грозный новый китаец узрит какие-то грехи. Проверили свое оружие – легендарные советские АК, еще с деревянными прикладами, обзывавшиеся в несоветском мире АК-47. Я прислушался к тому, что происходило внизу, узнав – не поверил ушам, ринулся в каюту, бросив суетящихся на палубе солдат.
– Олег, Даеджин – программа строительства комплекса по переносу в этот мир избыточного китайского населения из параллельного мира.
Все встало на свои места. Хоть в чем-то галактская сволочь не соврала. Здравствуй, Земля-3. И прощай. Этот мир им нужен весь, чтобы заселить китайскими миллиардами. Нам – тоже весь, чтобы создать вундерваффе. Компромисс возможен, если убедить их помочь нам сделать суперпушку, а потом расселяться по лугам и весям. Не верю. Взгляд упал на АК-47. Извините, служивые, не ваш день. Чонг все понял. Я оторвал предохранительную скобу, чтобы пальцу в перчатке было удобней лечь на спуск, и потопал наверх.
Через девять секунд убедился, что рикошеты пуль от моего скафа не повредили ничего важного. Перенес защитников палубы в каюту, туда же, к сожалению, пришлось отправить троих пилотов баржи. На войне как на войне, на том свете вас ждет отличная компания – лихие волжские казаки со своим атаманом.
Разобрался с управлением катера. Ничего сложного, штурвал, рукоятка дросселя, ручка нейтрали и реверса водомета. Все по-китайски надежно и просто.
Чонг пригласил обера на палубу, внизу слишком людно, и продолжил допрос. Сейчас больше всего интересовало, как попасть к «Трем ущельям», где их руководство и портал перехода. Иртыш-штрассе скоро закончится, да и дизтоплива осталось часов на шесть.
Китайский офицер обрадовал, что топливозаправочный терминал «Тайпей» есть в пятнадцати километрах выше устья Черного Иртыша. Я не суеверен, но мрачное название верхней части сибирской реки мне не нравилось. Поднимемся до Фуюня и немного выше, пока автодорога идет по речной долине. Затем русло резко уходит на север и становится порожистым, здесь придется бросить судно и сделать пересадку на авто или на поезд. Спасибо цивилизаторам, больше не трястись на лошади, тем более что конь под человеком в бронескафе – одноразовый картридж.
Выскочив из Зайсана в Черный Иртыш, я сбавил скорость. Маневрируя между сухогрузами, проскребся к терминалу, неловко пришвартовался. Не знаю, что думал персонал на станции, но, раз на катере заправщиком служит четырехзвездный полкан, в каюте не меньше чем генерал. Жаль, через полсуток с ходячим справочником придется расстаться. Наш попутчик – ни разу не заведующий катером, он начальник всех вояк северо-запада, и его угораздило затеять инспекционный рейд.
38. ЗЕМЛЯ-2. 12.09.1670. РОТТЕРДАМ
Пятый систер-шип серии. Пора бы привыкнуть. Все равно торжество спуска на воду не сравнимо ни с чем.
Первенцы рождались в узком семейном кругу. До триумфального похода «Миссури» через океан эффективность нового типа кораблей была неочевидна, поэтому прием каждого из них в эксплуатацию не афишировался. Ни дебютант, ни «Ван Нааген» не получили рекламы до боевых действий. Французские газеты оповестили о начале службы «Энола Гей», только когда она уже ушла в море. «Олег», не успев толком завершить ходовые испытания, расстрелял английскую армаду, что по новостному накалу страстей затмило сам факт появления у миссионеров четвертого парохода.
«Новак» явил себя миру с помпой, с шумихой, с приглашенными гостями и журналистами, с оркестром и фейерверком. Давно забыты страхи и колебания инвесторов, боявшихся ссудить деньги под «Миссури». Чтобы заполучить такие корабли, выстроилась очередь желающих, несмотря на их громадную цену.
Трезво оценив возможности, Голдберг санкционировал закладку сразу четырех судов на деньги заказчиков с намерением поставить их на вооружение не позднее апреля-мая 1671 года. Вместе с тем, не желая ослабить влияние на вундерваффе XVII века, претендентам поставили жесткое условие сохранения контроля над пароходами со стороны адмиралтейства Франции, претендовавшего на штаб объединенного командования нового типа. Пока это условие приняли испанцы, на долю которых выделено сразу две строящихся единицы, Ост-Индская компания Нидерландов и португальцы для охраны сообщений с Бразилией. Англичане также весьма настойчиво пытались разместить заказы. Но условие контроля над судном со стороны французов настолько тяжело воспринималось бывшими хозяевами морей, что подписание контракта откладывалось. Королева была «за», осталось преодолеть сопротивление парламента. Шведы и датчане получили твердый отказ. Фридрих Вильгельм удовлетворился заверениями, что при развитии отношений между Францией и Пруссией-Бранденбургом все возможно.
Для ВМФ республики достраивался «Вашингтон».
«Новак» изначально задумывался как корабль сопровождения экспедиции к Шанхаю. Но с момента закладки будущего флагмана прошло еще только шесть с половиной месяцев. Огромный барк по меркам того времени, с длиной корпуса 75 метров по ватерлинии и 80 метров наибольшей, строился в Бресте, обрел каркас, и по набору приваривалась обшивка. Он вступит в строй не ранее весны, как и новый выводок систер-шипов. Чуть раньше появится деревянная баркентина с паровым двигателем, также рассчитанная на рейс к китайским берегам. Не дожидаясь рождения барка, «Новак» отправится в Брест. Там к 1 октября формируется эскадра для коммерческого похода в Индию. Надо отбивать деньги, затраченные на вооружение флота.