Текст книги "Пирог с корицей (СИ)"

Автор книги: Аля Гром

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 18 страниц)

Глава 32. Одна на двоих

Дни проходили, похожие друг на друга, как близнецы: дети собирали травы, Ярмилка с девушками ее сортировала, Уля со своей бригадой шила мешочки. Деревенские же в срочном порядке заготавливали на зиму сено. До ярмарки они делали это как-то вяло, без уверенности в том, что коровы все-таки появятся. Теперь же, когда в каждом дворе их было по две – деваться было некуда, и взрослое население с утра до вечера занималось покосом трав с лугов, выделенных для этого Ярмилкой.

Но, словно сговорившись, каждый день кто-то из местных в качестве благодарности приносил к завтраку в поместье то сливки, то сметану, то творожок. На все заверения, что у них свои три коровы прекрасно доятся, люди только улыбались, хмыкали, качали головой и просили отведать их угощенье. А потом по приглашению Ярмилки оставались на завтрак, слушали ее рассказы о магах и делились в ответ историями своей жизни. Ярмилка всегда была доброжелательная и спокойная. Люди в ответ тоже старались проявить заботу и сделать все, чтобы помочь молодой хозяйке поместья. Кто-то оставался на кухне помочь в готовке, кто-то работал в саду, убирался дом и делался мелкий ремонт. Жизнь, как и хозяйство, налаживалась.

Но Ярмилка с каждый днем становилась все грустнее и бледнее, пока однажды ночью Яник не обнаружил ее рыдающей на кухне.

* * *

Сердце дернулось и чуть не остановилось, когда я увидел ее слезы. «Кто?? – зарычал зверь, – Кто посмел обидеть нашу пару?»

– Пару!?

Я замер на пороге. За одно мгновение в голове пронеслась тысяча мыслей:

Да, последнее время зверь бесновался, что я выпускаю его только в лесу, а рядом с ней нахожусь в человеческом теле. Но я и подумать не мог, что она – наша с ним пара. Она ведь даже не оборотень! Как такое могло случиться? К, сожалению, я слишком мало знал о своем народе, о наших особенностях, привычках, традициях. Но я осознавал, что меня тянет к Ярмиле, как ни к кому другому. Меня, а не только зверя. Я сам готов был стоять часами возле нее, чтобы только втягивать запах, которых одновременно сводил с ума от вожделения и в то же время дарил спокойствие и уверенность в своей собственной жизни. Её улыбка придавала мне уверенности, а голос очаровывал и подчинял. Словно неразумный щенок я готов был бежать по её первому требованию… И еще я осознал, на сколько же мне повезло, что именно она была той, что могла влиять на меня. Что, если бы моей парой оказалась злая, невоспитанная девушка? И мне пришлось бы всю жизнь балансировать между желание ей угодить, и своими моральными принципами. Но, к моему счастью, моей истиной оказалась именно она. Эта золотоволосая красавица, умная и добрая, сострадательная и честная… Идеальное сочетание для будущей правительницы!

Я не могу объяснить, как почувствовал, что она плачет именно от тоски за зверем, от страха больше никогда не увидеть моего волка. Наверное, это и есть способность истинных чувствовать друг друга…

Все мои мысли пронеслись между двумя ударами сердца, и вот, я уже перевернулся в зверя, и он тут же, скуля от радости и нетерпения, бросился к ней.

* * *

Ярмилка тихо вскрикнула от неожиданности и упала перед волком на колени.

– Тим! Милый мой, хороший мой! Где же ты был! Как же я по тебе скучала, – она гладила его шерсть, тискала, заглядывала в глаза и бесконечно обнимала и прижимала к себе изо всех сил.

Волк урчал и ластился к ней, словно котенок.

– Я боялась, что ты больше не придешь!

Волк презрительно фыркнул.

* * *

Согласен, я перегнул палку, удерживая тебя! Видя сейчас её радость, в моем сердце разливалось тепло. И ощущение не просто счастья, но и понимания, что я дома. Она – мой дом… Но как же принц? Как же этот чертов конкурс?

Волк зарычал на меня, причем если бы он мог, то уже порвал бы меня только за одно упоминание другого мужчины.

– Я понял дружище, мы её уже оставили себе, да? И никому не отдадим, верно?

Согласное рычание, и снова ощущение счастья, что я его наконец-то понял и услышал.

Да-а…. Но что мне теперь прикажешь делать, а? Тебя-то она любит давно и навсегда. А я? Кто я для нее? Парень-слуга. Как мне завоевать её сердце? Как подступиться?

Я задумался… это не выглядело легкой задачей.

* * *

Ярмилка тискала зверя. А он урчал словно котенок.

Её. Сильный, смелый. Верный. И эти глаза. Она прищурилась. Вот сейчас она могла поклясться, что видит эти глаза каждый день. Тень догадки коснулась сердца. Волк встревоженно заворчал. Он помнил, сколько слёз его малышка пролила из-за Сэма-Александера, из-за его фокуса с магией иллюзии.

Ярмилка поднялась с пола и присела на пол, не отрывая взгляда от волка.

– Ты ничего не хочешь мне рассказать? – тихо спросила она, не сводя с того взгляда.

Он осторожно подошел к ней, положил свою голову ей на колени и легонечко заскулил.

– Ты не виноват? – улыбнулась она, – А тогда кто?

Зверь словно вздохнул.

– Я знаю, чувствую, что ты оборотился. И я очень за тебя рада! – искренне прошептала она, – Твой слуга вернулся и принес тебе рост-траву, я права, да?

Волк заурчал.

– Ну так это же здорово! Ты теперь – человек, можешь ходить говорить и … быть принцем, – здесь Ярмилка немного запнулась и уже с легким страхом в голосе продолжила, – ты уедешь в свое королевство… станешь королем…

Она снова обхватила голову волка и отчаянно зашептала ему в ухо.

– Я желаю тебе счастья, всего самого-самого лучшего. И отпускаю. Спасибо, что пришел попрощаться! И только об одном прошу – не забывай меня, – последние ее слова утонули в её рыданиях на шеи волка.

Через несколько минут Ярмилка пришла в себя от осознания, что она плачет в объятиях мужчины, а тот гладит ее волосы и шепчет успокаивающие слова.

Она резко отпрянула. На ее смотрели глаза ее любимого волка. Но она сидела на коленях у Яника.

Вдох– выдох.

– Тимьян, – мягко кивнул головой молодой человек.

Глава 33. Маски сняты

Одним зимним вечером, когда метель запорошила дорожки, а на окнах появились великолепные узоры, Ярмилка сидела возле камина. Перед ней стоял небольшой столик с несколькими пачками книг, которые она медленно просматривала, делая для себя подборку на долгие зимние вечера. Уже пару дней, как из-за заметенных дорог к ней перестали приезжать горожане на лечение, и она получала настоящее удовольствие от внезапно наступившей тишины и покоя. Внизу в ногах лежал волк и лениво поглядывал на блики огня.

– Все, как мы мечтали, да, Тим? – тихо прошептала Ярмилка, – Свой дом, камин, чашка какао и мы с тобой вдвоем, – она опустила руку и нежно погладила волка между ушей. Он закрыл глаза и блаженно заурчал.

Ярмилка прижала к себе книгу и легонечко вздохнула. Тихо-тихо, чтобы даже волк не услышал. Она давно поняла, что Тимьян и волк друг с другом могут общаться только образами, волк не может говорить, а поэтому и не способен передать слова. А еще она знала, что волк любит её и будет предан ей всю жизнь. Но вот Тимьян? Его чувства и мысли оставались для девушки загадкой. А ведь так иногда хотелось утонуть в его человеческих глазах, и жить одной семьей с ним и волком.

Тот момент, когда она однажды вечером очнулась в объятиях Яна-Тимьяна, она до сих пор вспоминает с краской на щеках. И никогда не забудет, как соскочила с его колен, пылая праведным гневом. Он, конечно же, попытался ее успокоить, всё объяснил и рассказал. И про Роджера, который привез чудо траву, и про то, что Уля и ее мать теперь его вассалы, и про волка, который тоскует по ней и рвется быть рядом. Ярмилка, смущаясь, попросила давать возможность им со зверем общаться, на что Тимьян согласился. Но в ответ он попросил пока ничего никому о нём не рассказывать и все так же обращаться с ним, как со слугой.

Ярмилка часто ловила на себе его долгие нежные взгляды, но ей оставалось только гадать, принадлежат ли они человеку или волку.

А еще она постоянно напоминала себе, что она хоть и баронесса, но лишь по милости Самуэля, а Тимьян, он хоть и живет здесь в роли охотника, но рано или поздно станет королем соседнего государства.

Она снова вздохнула. Волк тут же встрепенулся и поднял голову. Но прежде, чем она успела его успокоить, он вскочил на ноги и вылетел в коридор. Оттуда послышалось шипение и чуть внятное бормотание-ругание, и вот уже Тим втаскивает за рукав Самуэля.

– Ваше Высочество, – подскочив, Ярмилка тут же присела в реверансе, – Какая неожиданная …радость, – прошептала она с заминкой и сделала знак волку отпустить одежду принца, – Что-то случилось? Почему Вы к приехали к нам?

– О да, вы настолько рады, что готовы меня растерзать!? – скривился Самуэль, рассматривая порванный рукав.

– Я прошу прощения, – еще ниже присела Ярмилка, – должно быть он забыл Ваш запах и не признал за друга.

– За друга? С чего бы твоему дрессированному питомцу считать меня своим другом? – рот Сэма скривился, будто он съел с десяток кислых ягод.

– Он не питомец, – Ярмилка нахмурила брови и подняла взгляд на принца, – Он ваш брат. По крови.

Принц медленно прошелся по комнате, не глядя на все еще сидящую в реверансе девушку, потом смахнул часть книг на пол и присел на столик.

– Серьезно? То есть ты все эти годы верила в сказку о малютке-принце из королевства оборотней? – он неестественно захохотал, – Вот умора, поверить не могу! Так ты серьезно все эти годы верила в эту сказку? Неужели до сих пор не догадалась, что я просто оставил тебе маленького волчонка, чтобы ты не скучала, чтобы он напоминал тебе обо мне!?

Девушка вздохнула:

– Я привыкла верить Вашему Высочеству.

– Ну, это правильно, – тут же повеселел принц и, словно спохватившись, сказал, – Да ладно, Ярмила, садись, в ногах правды нет, так ведь говорят у нас в народе?

– Да, ваше Высочество, – она выпрямилась и, все еще хмурясь, согласно кивнула, – среди простых людей действительно ходит такая поговорка.

– Ну а ты, Ярмила, кто ты? Простая или, – принц сделал паузу, позволяя девушке додумать за себя мысль.

– Я такая, как Вам будет угодно, – равнодушно ответила Ярмилка, – Вы захотели – и скрыли мой дар от всего света, лишили меня возможности учиться, а может быть, и выйти замуж. Захотели – призвали во дворец, а теперь я – здесь. Везде и всегда – только Ваша воля в моей жизни. Вы никогда не спрашивали моего желания.

Проигнорировав большую часть высказывания, принц, усмехнувшись, сказал:

– А ты, значит, замуж хочешь? Одумалась?

Ярмилка удивленно подняла на него глаза.

– Что, думаешь, не понял я твоего плана? Хотела своим пирогом с корицей чувства мои проверить? Люблю ли я тебя настолько, что жизни своей не пожалею, лишь бы добиться тебя? принц широко улыбался, но глаза его были холодны и безразличны.

– От аллергии еще никто не умирал, – тихо, буквально себе под нос, прошептала Ярмилка.

– Ну, вот я здесь. Ты можешь извиниться и я забуду то летнее недоразумение. Вернемся во дворец и объявим о помолвке!

Ярмилка медленно встала с кресла и, делая вид, что хочет подойти к камину, обошла принца. Да еще и волк куда-то делся!

Девушка медленно протянула руки к огню, как будто озябла, задумалась.

– Ваше Высочество, а как же конкурс? – наконец тихо спросила она.

– Ну, а что конкурс? Мои поверенные уже доложили, как ты обреченной деревне выжить помогла, коров подарила. Будем считать, что ты его выиграла… Лечением опять же почти бесплатным занимаешься… Народ в восторге будет от такой королевы. Такая близкая им по духу, такая сострадательная, почти своя… Ну а что касается знати, то им придется смириться с моим выбором. И они это сделают рано или поздно.

– Ваше Высочество, правильно ли я понимаю, что речь идет о … политическом браке? – Ярмилка покраснела и, смущаясь, добавила, – Вы ведь меня не любите?

Принц молча смотрел в заснеженное окно. Его лицо было бесстрастным и чужим.

– Самуэль, – тихо окликнула его Ярмилка.

Он вздрогнул, но не повернул к ней головы. Она сделала новую попытку:

– Самуэль, я могу к Вам так обращаться в память о нашей прежней дружбе?

– Мне приятно слышать свое имя в твоих устах, – слабо улыбнулся принц.

– Самуэль, Вы ведь тогда приметили меня и выделили, потому что я была не похожа на других, правда? Из-за уникального дара… Вы еще тогда подумали, что я смогу вам пригодиться...

– И ты действительно пригодилась, ты спасла мне жизнь! – он повернул к ней голову и посмотрел долгим тяжелым взглядом.

– Да, но потом… зачем я понадобилась вам потом?

Принц снова посмотрел на нее и Ярмилке захотелось съежится и убежать. Было видно, что он раздумывает, сказать ли ей правду. Наконец, он решился:

– Ты одна в этом мире. Маленькая, никому не нужная девочка. И ты принадлежала бы только мне. За тобой нет рода, мне не пришлось бы не с кем делиться властью, никого возвышать или убирать в угоду новым родственникам.

– Я была удобна, – тихо кивнула Ярмилка.

– Да, – так же кивнул принц, – уникальный целитель и жена без родственников – прекрасное сочетание.

– Но Ваши письма, признание… колечко? – слабо выдохнула девушка, – Неужели…

– Прости, Ярмила, но раз уж мы говорим правду – ты должна понять, короли не влюбляются. Мы не можем позволить себе такой роскоши. Но мое предложение все еще в силе. Я уверен, что из тебя получится отличная королева, народ будет тебя любить. Наш союз укрепит мою власть… Но тебе лучше сразу понять, что личная жизнь у меня будет своя…

– Вы любите другую девушку? – произнесла свою догадку Ярмилка.

– Неважно! Тебя это не касается, – грубо ответил Самуэль

Они оба замолчали.

– Мне нужен ответ, Ярмила. Сейчас.

Но прежде, чем девушка успела открыть рот, в комнату вошел Яник, держа на вытянутых руках поднос с чаем и свежим пирогом. Это был яблочный пирог, который с утра испекла тетушка Глаша. От него шел тонкий пряный аромат корицы. Принц дернулся, уловив ненавистный запах.

Ярмилка зажмурилась и, выдохнув, решилась:

– Ваше Высочество, вы многое для меня сделали. Обеспечивали книгами, одеждой и деньгами пока я росла. Сейчас подарили титул. Но и я, смею надеяться, была Вам полезна.

– У меня пред тобой долг жизни, я не отрицаю, – покачал головой принц, – поэтому я и предлагаю тебе свою дружбу. И брак.

Ярмилка покачала головой.

– Благодарю Вас, Ваше Высочество, но замуж я пойду только за того человека, который будет меня любить, – и увидев насмешливую улыбку принца, добавила, – за того, кто не побоялся бы съесть этот пирог, зная, что у него аллергия. Ради меня.

Принц хрустнул пальцами, сжав их в кулаки, и поднялся.

– Я не намерен потакать твоим глупым фантазиям!

Яник, стоявший все это время молча, вдруг с громким стуком поставил поднос на стол.

– Брат! – он вскинул одну руку в останавливающем жесте, а другой быстро подцепил огромный кусок пирога. Потом, глядя в глаза Ярмилке, он мягко сказал:

– Я люблю тебя, Ярмила! Выходи за меня замуж! – и отправил пирог в рот.

Затем чихнул и тут же перекувыркнувшись, превратился в волка.

Зверь сделал несколько шагов по направлению к Ярмилке, потом его ноги подогнулись и он практически рухнул к ее ногам. Хвост мелко задрожал. Спрятав нос в лапы, он тихонечко заскулил. Ярмилка присела рядом и стала гладить его голову.

– Ну что ж, – просипел Самуэль, – неожиданно, но … поздравляю! Ты все-таки выйдешь замуж за принца!

Затем он развернулся и покинул библиотеку, громко хлопнув за собой дверью.

Ярмилка приподняла голову волка и заглянула в глаза:

– Ну всё, он ушел. Хватит притворяться!

Волк перестал скулить и посмотрел на нее умным взглядом.

– Мы никогда не кладем в пирог корицу, – пояснила Ярмилка, улыбаясь, – она просто посыпана по краю тарелки. Для аромата.

Она потянулась, чтобы по своей многолетней привычки чмокнуть волка в нос, но оказалась в объятиях Тимьяна.

– Я справился? – низким с хрипотцой голосом спросил он.

Ярмилка, улыбаясь, кивнула.

– Значит, ты согласна? – он широко улыбнулся, любуясь ее смущением.

– Ваше Высочество, – подняла она на него глаза, – вы уверены, что я – та кто вам нужен?

– Уверен, – серьезно кивнул оборотень, – ты – моя пара. Моя и волка, – он блаженно вдохнул ее запах, зарылся носом в волосы и прошептал в ухо, – И мы оба любим тебя. И никогда никому не отдадим. И для тебя – я всегда просто Тимьян. А за «высочество» нам еще придется побороться… Но это потом…

В камине догорал огонь. На столе стоял остывший пирог, а в воздухе все еще витал аромат корицы. Но теперь Тимьян и волк были уверены, что так пахнет счастье.

Конец.