Текст книги "Призрачная свобода (СИ)"

Автор книги: Александра Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

Глава 3

Альмонзея, столица колоний Корпорации «МТ» на Альмонзис

Тедди Росса раздражало множество вещей, но больше всего он бесился, когда его не воспринимали всерьез. Чертов бугай мало того, что чуть его не задушил, так еще и разговаривал как с умственно отсталым, а под конец просто перешагнул через него, словно через кучу мусора.

Тедди не сразу смог ринуться в погоню – пару минут он сидел неподвижно, радуясь, что жив. На миг его даже посетило искушение все бросить, вернуться в редакцию и сделать вид, что ничего не было. Но то была минутная слабость – зря он, что ли, уже почти год торчал в «Стандарт Либерти», единственном месте, куда его взяли не потому, что отец за это заплатил.

Тедди удрал от нянек, приставленных к нему папашей, сел на стрим-поезд и через пару суток без приглашения ворвался в офис главного редактора «Стандарт Либерти». Тот меланхолично выслушал Росса, пробормотал что-то насчет молодежи, начитавшейся историй про Фархада Джамаля и его журналистские подвиги, а потом велел приступать завтра, с восьми утра.

Росс приступил и с тех пор бросался на самые жгучие темы, писал статьи, не стесняясь в выражениях и не боясь тыкать палкой в столпы общества. А тут Вайсберги – не тема, а вулкан! Тедди завидовал черной завистью всем журналистам, которым удалось прикоснуться к ней хоть пальцем. Вот бы ему удалось разрыть что-нибудь подобное! И тут вдруг в баре, прямо напротив работы, появляется черноволосый здоровяк с разноцветными глазами – видно же, что существо военного назначения – и затевает чертовски интересный разговор про доноров и органы.

«Ну нет, так просто я тебя не упущу,» – подумал Росс. Как только колени перестали дрожать, а руки – трястись, он вскочил, выбежал из переулка и успел заметить такси, исчезающее вдали. К счастью, Тедди расслышал, как бугай повторил на ходу: «Четырнадцатая? Скоро буду», и сразу пришел к выводу, что речь о больнице. Иначе с чего бы существу уматывать прочь с такой перекошенной рожей?

Росс бросился к парковке перед редакцией, благо она была всего через квартал, прыгнул в свою машину и через двадцать минут прибыл на место. Такси, в котором от него удрал бугай, нигде не было видно; значит, существо либо уже внутри, либо Тедди ошибся с адресом. Ну что ж, способ проверить – только один…

– Эй! – крикнул он, вламываясь в двери и подлетая к стойке регистратуры. – Вы не видели моего друга? В темно-сером костюме, огромный, как орангутан, и рожа такая, словно хочет всех убить, но глаза добрые, разноцветные…

Обращался он, само собой, не к терминалу регистрации, а к медсестре, которая лихорадочно стучала по клавиатуре. От голоса Росса, который большинство коллег сравнивали со скрипом гвоздя по стеклу, женщина подпрыгнула и толкнула рукой монитор. Тедди прилип к окошку и разглядел кусочек файла, который заполняла медсестра: «Автомобильная авария, один пострадавший в тяжелом состоянии, доставлен сегодня в 11.34».

– Нашего коллегу сбила машина, я приехал как только смог, – заявил Росс; сердце замерло в груди. Автомобильные аварии – большая редкость, но в курортном городе, где постоянно напивается то одна, то другая компания золотой молодежи…

– О Боже, – выдохнула медсестра. – Мистер Брандт, верно?

Росс на всякий случай кивнул.

– Он в реанимации, его оперирует наша лучшая бригада хирургов. Мистер Фонтейн уже там, вам нужно на второй этаж в третьем корпусе. Мы вызвали вашего врача…

– Нашего врача? – в замешательстве повторил Росс.

– Главного врача вашего экспресса, она уже здесь. Я могу вас проводить, сэр, – медсестра поднялась, поправляя форму, но Тедди, кое-что сообразивший, сказал:

– Не отвлекайтесь, спасибо. Я их сам найду.

«А ведь это многое объясняет», – подумал он, пока лестница катила его к третьему корпусу. Если этот бугай, Фонтейн, и пострадавший Брандт из экипажа элитного экспресса, то неудивительно, что вокруг них все прыгают. Полиция уже, наверное, зарыла водителя в асфальт голыми руками.

Тедди достал телефон, набрал в поисковике Сиона «экспрессы трансгалактика 2», а затем вбил в поиск по официальному сайту фамилию Фонтейн. Когда лестница доставила журналиста к дверям третьего корпуса, он нашел, что искал: фото бугая среди экипажа экспресса «Бриарей», подписанное «Аксель Делано Фонтейн, шеф службы безопасности». И краткий послужной список, от одного вида которого Тедди пробрала слабая дрожь.

Именно поэтому к операционной на втором этаже Росс крался осторожно, стараясь никому не попадаться на глаза. Вскоре он увидел двоих: искомого бугая в компании высокой, очень красивой женщины в светлом пляжном платье и медицинском халате. Росс достал диктофон, настроил его на максимальный охват звука и положил на пол, а сам укрылся за большой кадкой с цветком. Ему пока еще не очень хотелось снова встречаться с Фонтейном, тем более, когда тот явно не в настроении. До него доносились обрывки разговора, из которого стало ясно, что коллегу бугая сбила машина с водителем за рулем, но поймать любителя высоких скоростей полицейские почему-то не смогли.

«Странно, – подумал Тедди. – Обычно всех ловят. Потом отпускают, кого надо отпустить, но чтобы совсем не догнать? Гм, выпотрошенная тачка с другим двиглом?»

Сам он тоже на такой гонял, когда учился на первом и втором курсе, но ему повезло – он никого ни разу не сбил. Вообще такие манипуляции с машиной были нелегальны, хотя и карались не особенно сурово. Но все-таки… может, из этого получится история?

Бугай собрался уходить. Тедди схватил диктофон и юркнул в ближайший туалет. Фонтейн прошел мимо, неся в руке большой красивый букет. Росс подождал немного и двинулся следом. И уже через пять минут потерял и Фонтейна, и дорогу, заплутав в совершенно одинаковых больничных коридорах. Как назло, навстречу никого не попадалось, а табло с указателями путали Тедди еще больше.

«Топографический кретинизм и журналистика несовместимы, Росс!» – грозно изрекал редактор, каждый раз, как Тедди терялся где-то на пути к редакционному заданию. Ну что поделать, не все могут ориентироваться в пространстве без навигатора, а чертова больница напоминала лабиринт.

Наконец Росс добрался до какой-то двери, без особой надежды дернул ручку – и вдруг дверь открылась. Тедди выбрался на волю, под пекущее изо всех сил полуденное солнце. Взглянув на замок, журналист обнаружил, что он сломан, и как будто совсем недавно. Хотя черт его знает, в замках Росс не разбирался.

Жара ударила Тедди в лицо, как раскаленная сковородка. Приближалось время, когда даже коренные жители Альмонзеи старались не выходить из дома. Росс заторопился к парковке, держась в тени здания. Нужно добраться до машины раньше, чем температура доползет до сорока, и он рухнет в обморок.

Впереди послышался чей-то голос. Тедди воспрял духом и заспешил навстречу людям. Но едва он отчетливо разобрал первую фразу, как замер на месте:

– … и чертов поваришка выжил. Сейчас его оперируют и того гляди вытащат с того света.

Росс достал диктофон и щелкнул кнопкой. Судя по короткой паузе перед следующей фразой, этот человек, усталый, раздраженный мужчина, с кем-то говорил по телефону.

– Да в больнице я, где ж еще-то… в четырнадцатой… Все шло отлично, пока ты, косорылый дебил, не врезался со всей дури в пешехода, который оказался… что⁈

Росс прижался к стене здания. Господи, только бы этот мужчина не направился в его сторону!

– А какого черта⁈ – внезапно рявкнул он так, что Тедди подпрыгнул и выронил диктофон. Благо тот беззвучно упал на мягкий газон, а не на дорожку, но свирепый рык незнакомца заставил Росса замереть на месте с протянутой рукой:

– Совсем охренел⁈ Ты хоть понимаешь, что теперь в городе пернуть нельзя без того, чтоб из-под земли не выскочили уроды из «МТ»⁈ Мы угрохали столько сил, столько времени, а ты…

Снова пауза, и тут негромко раздался другой голос, женский:

– Ну успокойся. Гектор знает, что делает.

Росс оцепенел. Их еще и несколько!

– Да срал я на твои идеи! – зарычал мужчина, явно не убежденный доводами собеседника. – Нам теперь даже на дно не залечь, потому что…

– Не ори. Нас услышат, – сказала женщина.

– Пошла ты! Вот почему нельзя связываться с идейными малолетками! Один криворукий кретин, дергающий руль во все стороны – и второй, не способный нажать кнопку чертова вызова на чертовом телефоне, чтобы сказать, что им сели на хвост!

Снова пауза, на этот раз долгая. Тедди опустился на колени, дрожа, дотянулся до диктофона и схватил его, как утопающий – соломинку.

– Хватит нести херню, – вдруг гораздо тише произнес мужчина. – Я и так от тебя устал. Вернусь и поговорим. Гектор уже там? – пауза. – Ну вот и отлично. Дебилы недоношенные!

– Гектор знает, как все исправить, – сказала женщина. – Не нужно так нервничать.

– А как нужно? Семнадцать тачек без трекеров – и вот на последней этот дегенерат ухитрился засыпаться. Хотя единственное, что ему нужно было сделать – подхватить Гектора на улице! Все!

– Ты можешь так не орать под окнами больницы?

– Какими еще окнами, тут глухая стена!

– Тогда почему я слышу, как кто-то дышит, и этот кто-то – не ты?

Тедди похолодел, несмотря на жару, метнулся обратно к двери и юркнул в нее, как мышь в нору. От резкого перепада температур у него закружилась голова, и ноги стали ватными, но он, прекрасно понимая, что те двое вот-вот найдут эту дверь, ринулся прочь по коридору, не разбирая дороги.

Коридор закончился уже знакомой Россу лестницей, но она ползла так медленно, а он так хотел увеличить расстояние между собой и теми двумя как можно скорее, что помчался по ней, как заяц.

У Тедди уже сердце колотилось в горле, когда он пролетел мимо регистратуры, выскочил наружу, сбежал по лестнице к парковке – и рухнул, задыхаясь от бега и обжигающей жары после прохладного воздуха больницы. Точнее, рухнул бы, если бы кто-то не поймал его за шкирку.

– Ну же, ну же, – сквозь шум в ушах и бешеный стук в висках пробился успокаивающий баритон. – Вы же только что оттуда, неужели хотите так быстро вернуться?

В глазах Росса потемнело. Он вцепился в чье-то плечо, пытаясь вдохнуть горячий воздух, но он никак не желал проходить в легкие. Тедди в полуобмороке повис на незнакомце, лицо которого даже не мог толком разглядеть. Тот сочувственно поцокал языком, подхватил журналиста, как тряпичную куклу, и спросил:

– Где ваша машина?

– Т-т-там, – выдавил Росс. – Белая «Белла Поларис», номер 47К-210–16…

Дальше он, наверное, отключился из-за жары и бешеного сердцебиения, потому что очнулся от того, что все тело обволакивала приятная прохлада кондиционера. Тедди поморгал, несколько раз глубоко вздохнул, и вдруг у его губ оказалась открытая бутылка с водой.

– Пейте, – раздался все тот же баритон. – Как вы додумались скакать под таким солнцем без шляпы и даже без воды?

Журналист расстроенно булькнул газировкой; опустошив бутылку, он перевел взгляд несколько выше. На ним склонялся мужчина, лет сорока пяти на вид, характерно аверонской внешности, и смотрел на Тедди с таким видом, будто был его нянькой. Росс залился краской негодования от корней волос до шеи.

– Это ваше, – сказал незнакомец и положил на колени Тедди диктофон. – Вы чуть не выронили. Я его выключил.

Мужчина был очень смуглым и очень широкоплечим. Из-под густых бро вей на Росса смотрели до странности черные, невыразительные глаза без блеска. Над полными губами незнакомца были пушистые черные усы, у висков – короткие мягкие баки, а когда он повернулся в профиль, чтобы убавить кондиционер, Тедди увидел крупный, изогнутый, словно клюв хищной птицы, нос.

– Вижу, вам уже получше, – заключил незнакомец. – Езжайте домой, лучше с автопилотом, и не выходите на улицу, пока жара не спадет. Всего хорошего, – с чем он открыл дверь машины и был таков. Тедди не успел даже спросить, как его зовут. Он дернулся было выйти из машины, но снаружи уже началось такое пекло, что он обреченно упал на сиденье и пробормотал:

– Белла, автопилот. Домой.

– Добрый день, сэр, – отозвалась машина. – Маршрут домой.

– Отправь письмо редактору на рабочую почту, – простонал Тедди и вытянулся на сиденье, прикрыв глаза. Похоже, у него опять солнечный удар. – Добрый день, это Росс. У меня есть история для статьи. Запись с диктофона расшифрую и пришлю позже, но дело касается экспресса «Бриарей» нашей дорогой Корпорации «МТ».

* * *

«Бриарей» возвышался над перроном как огромный мифический змей – гладкое темно-синее тело в изящных серебристых узорах. Сто двадцать четырехпалубных вагонов поднимались ввысь, сверкая стрельчатыми иллюминаторами в рамах с витражными узорами. Акс служил на элитном экспрессе уже пять лет, но до сих пор испытывал восхищение и трепет, глядя на это творение инженеров «МТ».

Гигантская тень поезда закрывала весь перрон. Фонтейн много времени провел в поездах, несущихся по стрим-тоннелям от планеты к планете, но экспрессы класса «Трансгалактика 2» были особенными. А «Бриарей» – лучшим из особенных. За эти годы Акс ни разу не пожалел, что из всех предложений после службы выбрал пост шефа безопасности именно здесь.

Экипаж в тысячу четыреста тридцать семь человек и существ заботился обо всех нуждах богатых и знаменитых пассажиров. Здесь было все, чтобы обеспечить комфортное и безопасное путешествие по освоенному рукаву Галактики – медвагон, оснащенный самым современным оборудованием, рестораны и кафе, кинозалы и театры, стрип-бары и шопинг-палубы, бассейны и фитнес-залы, сады, эро-клубы и даже библиотека с некоторым количеством настоящих книг.

Тысяча сотрудников технического персонала и сервис-службы тщательно следили за тем, чтобы экспресс работал, как часы, а пассажиры отлично проводили время и ни в чем не нуждались. Акс же и его четыреста солдат обеспечивали безопасность пассажиров и экипажа. Эту нелегкую ношу он разделял с ИТ-департаментом – те следили за информационной безопасностью, а Фонтейн и его подчиненные – за, так сказать, физической.

СБ экспресса занимала семь вагонов ближе к хвосту поезда – за ними следовали только экспедиционный отдел и багажные вагоны. В вагонах СБ размещались отлично обустроенные казармы, тренировочные залы, зона отдыха, столовая, арсенал и даже тюремные камеры – СБ во время рейса выполняла функции полиции.

В распоряжении Акселя был рабочий кабинет с приемной и собственное уютное купе, но, как бы он не хотел поскорее там оказаться, сначала следовало уведомить начальницу о том, что случилось с Ференцем. И отдать Клод букет, пока жара его не доконала.

Командный вагон, который занимала начальница поезда, следовал сразу за инженерно-техническими и локомотивом с огромным вензелем «МТ» на щитке. Как и остальные вагоны управления и жизнеобеспечения, они отличались от пассажирских более темным синим цветом, почти без серебристой отделки. Вместо иллюминаторов в них были экраны с сенсорами, вместо изящных кованых лесенок – решетчатые металлические ступени. Акс взбежал по ним и коснулся пальцем датчика на двери. Створки бесшумно откатились в стороны, и Фонтейн едва не споткнулся об техника, который что-то придирчиво изучал в длинных линиях проводов под напольными панелями. Ковер был свернут в рулон и отодвинут к стене.

– Извините, – сказал Акс, когда техник бросил на него взор, полный молчаливого негодования и невысказанных эпитетов. – Мисс Реналь здесь?

– Мимо меня не проходила, – буркнул техник и нырнул обратно в брюхо вагона. Техосмотры перед отправлением шли круглосуточно, по очень плотному графику.

Диспетчер «Бриарея» Клод Реналь, очаровательная пухленькая блондинка, сидела в приемной за терминалом и вместо приветствия встретила Акса суровым вопросом:

– Купили?

Фонтейн вручил ей букет, и девушка придирчиво его осмотрела. Все, что делалось к юбилею начальницы поезда, должно было отвечать высочайшим стандартам. Предыдущие два букета Клод отвергла как недостаточно утонченные.

– Пятьдесят пять цветов?

– Надеюсь. Не пересчитывал. Она здесь?

– Да, но занята. Сверяет маршрут.

– Мне нужно с ней поговорить. Ференц в реанимации.

– О Господи! – глаза Клод испуганно расширились. – Что случилось⁈

– Сбила машина. Слава Богу, в больнице догадались позвонить Фрине. Она следит за операцией.

– Боже мой, какой ужас! Кто это сделал?

– Пока не знаю, – процедил Акс. – Но скоро выясню.

– Бедный Ференц! Хоть бы все обошлось! – Клод нажала кнопку на телефоне. – Анна Дмитриевна, к вам мистер Фонтейн. Это… это срочно.

– Пусть войдет, – раздался холодный низкий голос начальницы поезда, и Фонтейн переступил порог кабинета.

Хрупкая фигурка Анны Лавровой, начальницы экспресса «Бриарей», терялась за массивным рабочим столом. Склонившись над панелью в раме из черного дуба, она сверяла присланный диспетчерами маршрут с утвержденным в дирекции. Акс почтительно замер у противоположного края стола, дожидаясь разрешения заговорить.

В Анне Лавровой было чуть больше полутора метров роста, чуть меньше пятидесяти килограмм веса, и она привела Акса в восхищение с первой же встречи. Ее недовольный голос мог вызвать волдыри на чувствительной коже, а гневный взгляд по силе воздействия напоминал нервно-паралитический тазер. Всегда с белоснежным каре, в очках с черной оправой, в синем кителе, она чем-то напоминала Аксу командира его десантного взвода – хотя между его кирпичной мордой и узким смуглым лицом Лавровой внешне не было ничего общего.

– Говорите, – наконец произнесла начальница поезда.

– Нашего шеф-кондитера Ференца Брандта сегодня днем сбила машина.

Анна Дмитриевна резко выпрямилась; ее ярко-голубые глаза вспыхнули, как у тигрицы, обнаружившей потерю тигренка, и она отрывисто спросила:

– Где он?

Акс кратко доложил, как обстоят дела. Анна Дмитриевна нажала кнопку связи с диспетчером:

– Клод, мне нужны данные по страховке Брандта. Отправьте запрос в четырнадцатую больницу. Если они заявят, что страховка не покрывает лечение, то вышлите им мое распоряжение об использовании резервного фонда. И добавьте еще один день к отпуску доктора Акинолы.

– Да, мадам.

Лаврова повернулась к Фонтейну:

– Полиция выяснила, кто это сделал?

– Пока нет. Точнее, со мной они еще не разговаривали, но, думаю, скоро наберутся смелости.

– Вы сообщили его семье?

– Я свяжусь с Элизой, как только вернется Фрина с последними новостями. Доктор Акинола, – добавил Акс, – считает, что операция пройдет успешно, но выйти в рейс Ференц не сможет.

– Само собой. Сколько времени ему потребуется для восстановления?

– Фрина сказала, что не меньше месяца.

– Бедняга. Я распоряжусь оплатить билеты и отель для Элизы, – начальница экспресса нахмурилась. – Думаю, в этих обстоятельствах празднование юбилея будет неуместно.

– Но Ференц бы очень расстроился, – сказал Фонтейн. – Он вчера всю ночь выпекал торты и пирожные. К тому же нам теперь требуется новый шеф-кондитер, и быстро.

– Тоже верно. Мы, конечно, можем отправиться без шеф-кондитера, но…

– Остальные повара просто разорвутся, если им придется заниматься еще и кондитерским цехом. На праздник приглашены начальники «Альтаира», «Веги» и «Галатеи», – с намеком добавил Аксель.

Анна Дмитриевна побарабанила пальцами по дубовой раме. Сливки общества, которые путешествовали в экспрессе, желали вкушать самые изысканные десерты по первому требованию. Страшно представить, какой скандал способна учинить всемирно известная певица или дочь премьер-министра, если не подать ей крем-де-флер с ананасами.

– Хорошо, – решила начальница. – Я расспрошу коллег о возможных кандидатах. А вы окажете полиции полное содействие в поисках этого водителя. Даже если, – с некоторой угрозой добавила она, – полиция будет сопротивляться.

* * *

В свой кабинет Фонтейн вернулся в глубокой задумчивости. На Альмонзис, принадлежащей Корпорации «МТ», желание начальницы экспресса «Бриарей» – закон. Когда восемьдесят лет назад на этой планете открыли залежи сырья, необходимого для рекомбинации ДНК, то «МТ» провела терраформирование, которое превратило раскаленный ад в не такой раскаленный. Получилось два пригодных для жизни пояса в северном и южном полушарии, где Корпорация выстроила заводы, станции для стрим-поездов, депо и столицу, которую, не мудрствуя лукаво, назвали в честь планеты. Всем здесь владела «МТ», а экспрессы «Трансгалактика 2» были жемчужинами в ее короне.

Акс не сомневался, что если он сам начнет расследование, то это полиция окажет ему всю возможную помощь, даже если будет ненавидеть каждую минуту их сотрудничества. Тем более странно, что ни один полицейский до сих пор не связался с ним или хотя бы с диспетчером поезда. Неужели настолько боятся?

Фонтейн включил терминал и тут же увидел шесть новых запросов на проверку пассажиров. Вы всегда можете купить билет на экспресс класса «Трансгалактика 2» (если у вас есть столько денег), но решать, войдете ли вы в купе, будет шеф безопасности. Поезд, под завязку набитый политиками, миллиардерами, звездами всех видов и величин – это великое искушение и постоянная мишень…

Кого только Аксель не обнаруживал в списках пассажиров! О том, кто и зачем пытался пробраться в экспресс, можно было бы написать книгу – если бы не договор о неразглашении. Иногда Фонтейну казалось, что он за годы службы в десанте видел меньше террористов, чем за пять лет предрейсовых проверок. Про полоумных фанатов и фанатиков, мошенников всех мастей и обыкновенных воришек даже говорить нечего.

Фонтейн открыл первый запрос. Поскольку почти все билеты уже были проданы, он отпустил своих офицеров в увольнительные, и последние проверки проводил сам. Однако не успел он загрузить фото и биометрию первого пассажира в Общий Реестр, как зазвонил телефон. При чем не рабочий, а личный.

– Да? – осведомился Акс, на всякий случай – неприветливо. В наушнике раздалось неуверенное сопение.

– Мистер Фонтейн?

– Мда.

– Шеф службы безопасности экспресса «Бриарей»?

– Все еще я.

– Мы вынуждены сообщить вам, что ваш сотрудник…

– Я уже в курсе, – оборвал собеседника Аксель, гадая, почему все это до него доносит не автодиспетчер. Им там в полиции совсем нечего делать, что ли, раз живые сотрудники тратят время на обзвон со стандартным текстом? – С кем имею честь?

– Капитан Лидманн, сэр, начальник отдела особо тяжких преступлений против личности. Нам бы хотелось увидеть вас лично, дабы… – собеседник сглотнул. – Видите ли, дело в том, что данный инцидент… данное печальное происшествие… – раздался короткий шум, похожий на звуки борьбы за телефон, и совершенно внезапно знакомый голос внес ясность в ситуацию:

– Акс? Это Фан Тхи Линь. Давно не виделись. Как дела?

– Фан! – воскликнул Фонтейн; на душе потеплело. Сколько же они не виделись – лет пять? – Это ты!

– Да. Прибыла расследовать кое-какой инцидент.

– Со сбитым кондитером из моего экспресса? – удивленно спросил Аксель.

– Нет. Не совсем. Это нетелефонный разговоров. Жду тебя в управлении полиции. Сможешь приехать?

– Конечно, – с облегчением ответил Фонтейн. Наконец-то разумное существо! – Рад буду тебя увидеть. Через полчаса доберусь.

– Отлично. До встречи.

Фан положила трубку, и Акс свернул проверку пассажира. Перед тем, как выключить терминал, он быстро пролистал до конца список купивших билеты и, не веря своим глазам, уставился на последнее фото с подписью: «Теодор Эдвард Росс, журналист 'Стандарт Либерти». Ему-то какого черта здесь надо?

* * *

Белое здание полиции как будто чуть покачивалось в жарком мареве, плывущем над улицами Альмонзеи. Акс, обмахиваясь шляпой, нырнул в блаженную прохладу кондиционированного воздуха и с радостью устремился навстречу Фан Тхи Линь. Ее узкая ладонь утонула в руке Фонтейна. Майор приветливо улыбнулась.

Она ничуть не изменилась за пять лет, что они не виделись – чуть выше среднего роста, изящная, как статуэтка, с гладкими, блестящими, словно черный шелк, волосами и лучистыми темными глазами. Фонтейн ухмыльнулся. Многие совершали фатальную ошибку, принимая ее за милую безвредную кошечку из-за пухлых щечек с очаровательными ямочками.

Видимо, офицер полиции, который мялся за спиной Фан, не стал исключением. На его мясистом лице застыло несчастное, почти скорбное выражение.

– Капитан Карл Лидманн, – представила его Фан. Акс пожал ему руку.

– Мы глубоко сожалеем о случившемся, – пробормотал тот, старательно не глядя на Фан. – Шеф полиции ждет нас в кабинете, сэр.

Причина их скорби и тревоги была ясна Акселю как день. Не успела полиция толком приняться за расследование, как выяснилось, что сбитый пешеход – из экипажа элитного экспресса. После чего на пороге полицейского управления мгновенно материализовался офицер службы дознания «МТ». Как тут не поседеть – особенно, когда это такой офицер, как Фан. Но почему? Что за дело службе дознания до сбитого кондитера?

– Поздравляю, – негромко сказал Акс, пока они поднимались в кабинет высокого начальства, и кивнул на блестящие майорские нашивки Фан. – Ты, как я вижу, ничуть не жалеешь, что взяла добровольный контракт.

– Спасибо. Я и минуты не сомневалась.

Лидманн тоже покосился на зеленый мундир Фан Тхи, но не на нашивки, а на знак «эпсилон», при чем с таким мученическим видом, будто всей полиции в полном составе было что скрывать. Хотя как раз этому Акс бы не удивился.

Шеф полиции, высокий седоусый мужчина по имени Франсуа Моррель, долго пытался трясти руку Фонтейна, всячески уверяя его в их искреннем сочувствии и готовности всестороннее содействовать, хотя Акс был уверен, что Моррель с радостью бы его задушил. Все полицейские ненавидели дела, связанные с «МТ», поскольку Корпорация с зоркостью горного орла следила за сохранностью своей собственности. Интересы полиции для «МТ» – ничто, когда дело касается ее имущества или людей.

– Так что же произошло? – спросил Аксель, когда они все расселись по мягким креслам. – Я выяснил, что нашего шеф-кондитера сбила машина без трекера, за рулем которой сидел водитель. Вы смогли установить его личность?

Судя по лицам полицейских, оба его предположения оказались верны, и ни Лидманну, ни Моррелю это не понравилось.

– Все несколько сложнее, Аксель, – сказала майор Фан. – У нас произошло, гм, хищение, и машина, сбившая твоего кондитера, входит в список автомобилей, которыми пользовались преступники.

Шеф полиции слабо сглотнул; Акс почувствовал запах пота, пробивающийся через одеколон Морреля.

– Хищение?

Фан пристально посмотрела на него. Фонтейн постарался очистить мозг, сосредоточился на пустоте, и в его голове прозвучал мысленный голос майора:

«Кто-то ограбил одну из лабораторий нашего завода. Он производил… материал для рекомбинции. Прости, Акс, без подробностей. Ты больше не в штате».

«Ясно, – мысленный разговор давался уже не так легко, как раньше. Акс давно не говорил ни с кем таким образом. – Но почему вы их не взяли? Как им удалось улизнуть?»

«Это очень трудно объяснить тому, кто без допуска. Суть в том, что у них был целый автопарк, они пересаживались с одной машины на другую, надеясь сбить нас со следа, и вот когда одна из них попалась нам в пригороде Альмонзеи…»

«Целый автопарк тачек без трекеров?»

Фан промолчала, но он чувствовал всю силу ее досады.

– Мне нужно допросить всех свидетелей, которые вы успели найти, – сказала майор. – Просмотреть все записи с камер. Также я проведу допрос ваших сотрудников. Не бойтесь, это совершенно безболезненно, как вы уже успели убедиться.

Моррель и Лидманн смотрели на Акса так, словно он у них на глазах вынес нечеловеческую пытку. Чего они так боятся? Фан никому и никогда не причиняла вреда… без повода.

– Начальница «Бриарея» поручила мне оказать всевозможное содействие расследованию, – произнес Фонтейн. – Поскольку пострадал сотрудник поезда, принадлежащего «МТ», вступает в силу поправка шестнадцать. Это я на случай, если вы не в курсе.

– Д-да, – пробормотал Моррель. – Я… Мы знаем. Мы предоставим в ваше распоряжение все… все, что вам нужно.

– Я приказал доставить к нам свидетелей, – сказал Лидманн. – Первые шесть уже ждут вас внизу.

– Благодарю. Приступим немедленно, – Фан повернулась к Аксу: – Ты хочешь наблюдать или участвовать?

– Участвовать. Я помню правила. Смотри, но не трогай, и все такое.

Полицейские вышли первыми. Когда Фан и Аксель остались одни, она поднялась на цыпочки и ободряюще похлопала его по плечу:

– Я найду тех, кто сбил твоего парня, Акс, обещаю. Но у меня гриф секретности, и я больше не могу рассказывать тебе все, хотя это чертовски осложняет мне работу. Зачем ты вообще ушел? – с полушутливым упреком воскликнула она.

– Ну знаешь, на гражданке не так уж плохо. На кухне экспресса работают отличные ребята, и еда отменная.

– Тебе лишь бы поесть, – хмыкнула Фан. – Всегда таким был – куда бы нас не забрасывали, в первую очередь искал, чего бы где схарчить.

– Но я всегда делился найденным со всеми, заметь.

На лице Фан мелькнуло отвращение – может, она вспомнила гигантских слизняков, которые десант, за неимением мяса и других продуктов, жарил во время осады Элланы.

– Не подумай, что я лезу в твой гриф секретности, – сказал Акс, – но все-таки, какого размера та штука, которую у вас украли? Они могут разделить ее на части и увезти в разные стороны?

– Это тубус, длиной двадцать пять сантиметров, диаметром – двенадцать. Он весит около килограмма, но воры не смогут его открыть, чтобы разделить содержимое.

– Гм. Жаль, конечно, что они не уволокли центрифугу на пятнадцать тонн, ее трудно пронести с собой незаметно. Однако и такой тубус в карман не спрячешь. Вы, я надеюсь, уже перекрыли все станции?

Фан пристально на него посмотрела. Аксель молча ждал. Он и так уже все понял.

– Депо, в котором стоят экспрессы «Трансгалактика 2», – произнесла майор спецслужбы. – Его нельзя просто так перекрыть или обыскать багаж пассажиров.

– Но можно, если у тебя есть знакомый шеф службы безопасности. Хотя мне все равно потребуется разрешение начальницы поезда. И она отвечает только за «Бриарей».

– Но вы ведь сможете замолвить словечко перед остальными начальниками экспрессов?

– Как будто тебе это нужно. Неужели тебе не отсыпали столько полномочий, чтобы ты могла перерыть всю Альмонзею?

– Не столько, когда речь идет о премьер-министрах или мультимиллиардерах, – уныло сказала Фан. – К тому же мне строжайше велено не поднимать шума. А если подниму, то отсыпят мне уже не полномочий.

– Ладно. После допроса свяжусь с Анной Дмитриевной и попробую что-нибудь для тебя сделать.