Текст книги "Призрачная свобода (СИ)"

Автор книги: Александра Торн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

– Но ты же сейчас вроде в привилегированном положении, да? К тому же ты говорила, что тебя никто не видит, потому что принц отключил все камеры.

– Лучше не рисковать. Если он заметит, то ему не понравится.

– Да ладно, по твоим рассказам, не такой уж он тиран. Я же говорил, что вы поладите.

– Ну… да, в каком-то смысле, – признала Джемма. – Он не такой полоумный, как обычные религиозники. Даже вполне трезвомыслящий. Как у тебя дела?

– Хорошо, но было бы еще лучше, если бы эти люди, которых приставил к нам твой принц, не останавливали курьеров с пиццей.

– Это для нашей же безопасности.

Эрик помолчал; она чувствовала, что он обеспокоен.

– Слушай, – сказал он, – а ты не можешь… ну… бросить все это? Запросить перевод в другой центр?

– Пока нет. Вряд ли меня переведут, когда у нас все это. Не бойся за меня, – быстро добавила Джемма. – Я тут в безопасности.

– В центре-то да, а когда едешь домой?

– Меня сопровождают, не волнуйся. Ой! – Джемма услышала звук лифта. – Принц возвращается! Мне пора. До вечера!

– До вечера. Я заказал тебе соленых орешков, мороженное крем-брюле и пирог с сыром.

– Спасибо, – с чувством сказала Ночная Птица. Еда из аппарата успела изрядно ей надоесть.

АльНилам и его якзан были с ног до головы покрыты грязью и каменной пылью – видимо, поехали в центр, не заворачивая домой. Джемме очень хотелось узнать, что же они нашли, исследуя шахты в Фанзиле, но, конечно, она не могла задавать таких вопросов.

– Ну как наш Рамос? – поинтересовался его высочество, пока Ан-Файяз потрошил пищевой автомат. Голос у принца был усталым.

– Я закончила и переслала результаты вам на почту, эфенди.

– Отлично. Как только мы поедим и смоем с себя залежи грязи, расскажете нам, что вам удалось раскопать.

– Хорошо, эфенди, – с затаенной завистью ответила Ночная Птица. Она не могла пожаловаться на условия работы, но то, что у Шуфрира в кабинете была комната отдыха, душевая и диван размером с балкон в квартире Джеммы и Эрика, отдавало какой-то классовой несправедливостью.

Через час, когда за окном уже стало смеркаться, вад-принц вызвал Джемму в кабинет. Ночная Птица вошла и с некоторым трепетом (вдруг она где-то накосячила⁈) посмотрела на результаты своей работы, выведенные на панель.

– Рассказывайте, – добродушно велел его высочество. – Порадуйте нас хоть чем-нибудь в этот день.

«В шахтах что-то пошло не так?» – подумала Джемма. Якзан сидел за терминалом Шуфрира, мрачный, как сыч.

– Итак, по Диего Рамосу Оронья было собрано довольно подробное досье в САП, – начала Ночная Птица, щелкнув по папке с банальным «родился, учился, сбежал из дома в восемнадцать лет». – Он родился в гетто в пригороде Эстанты, семья крайне неблагополучная. Школу не закончил, сбежал из дома, занимался мелким воровством, через год оказался в тюрьме, – Джемма кликнула по выписке из тюремного дела. – В той же тюрьме, что и Сильверберг. Сидел с ним в одном блоке.

– Эпохальное знакомство, – пробормотал вад-принц и сунул под платок трубочку из стакана с фруктовым чаем.

– Они вышли из тюрьмы с разницей в пару месяцев, а спустя еще несколько недель САП засекла обоих на встрече с мелкими сошками, которые обслуживали местное подразделение одного из наркокартелей, принадлежавших Энрике Сальваторе.

Джемма вывела на экран кадры из оперативной съемки.

– Тогда на них никто особенно не обратил внимания. Рамос и Сильверберг ничем не выделялись из числа мелких уголовников и радикалов. САП следила за встречей потому, что там должен был появиться он, – девушка щелкнула по папке с красным ярлычком «Высокий приоритет». – Лютер Магринья, по кличке Папа.

Мурад встал и подошел к панели. Принц тоже заинтересованно подался вперед.

– Это беглое существо класса беллаторес, – продолжала Джемма. – Пятьдесят два года, в бегах уже двадцать лет.

– Отключенное клеймо, – сказал АльНилам. – Но даже и без клейма весьма впечатляющий результат. Не каждый террорист может так долго бегать.

На фото и видео был запечатлен высокий, крупный, чернокожий мужчина с правильными чертами лица, коротким ежиком седых волос и необычными ярко-синими глазами. Усы и бородка еще были черными, с легкой проседью.

– Он не совсем террорист, эфенди, – поправила Джемма. – Точнее, он и то, и другое.

– В смысле?

– Он называет себя последователем Эсме Ла Рохи, то есть поддерживает борьбу против рабства существ, но последние десять лет находится при дворе Энрике Сальваторе.

– Кто только не называет себя последователем Команданте, – фыркнул вад-принц. – Она бы в гробу перевернулась, узнав, сколько швали размахивает этим ее «Свобода превыше всего».

– САП так и не установила, чем же именно Магринья там занимается, – сказала Ночная Птица. – Они предполагают, что он тренирует бойцов Сальваторе и помогает с вербовкой новых солдат. Но при этом он ни разу не засветился непосредственно в делах, связанных с наркоторговлей.

– Так это он привел Рамоса и Сильверберга к Сальваторе, – сказал Мурад. Джемма кивнула, открыв еще пару файлов.

– Да. Но оба так и не приняли участие ни в одной операции наркокартеля. Похоже, что Магринья сразу включил их в группу террористов, которым прикармливает Энрике Сальваторе. Только я никак не могу понять, зачем, – призналась Джемма. – Ну, какой прок с террористов для наркоимператора?

– Мало ли, зачем, – задумчиво произнес принц. – Терять Сальваторе нечего, он и так один из самых известных преступников в Метрополии и колониях, а обокрасть Корпорацию – идея в своем роде заманчивая. Он потом сможет устроить настоящий аукцион и продаст украденное за такую цену, что это окупит все расходы.

– Конкурентам Корпорации? – встревожилась Ночная Птица.

– Тем, кто хочет ее свалить и поделить добычу. Как с «Арс Механа» в 36 году.

– Но из-за нее погибли миллионы! – возмущенно воскликнула Джемма. – Корпорация не делала ничего подобного!

АльНилам задержал на ней долгий насмешливый взгляд, и Джемме стало не по себе.

– Либо условные конкуренты Корпорации наняли Сальваторе, чтобы его руками сделать всю грязную работу, а при случае свалить все на него, – сказал Мурад. – Во всяком случае, у него достаточно денег и ресурсов, чтобы устроить ограбление и похищение.

– И даже купить им джеты, чтобы забрать, когда они выползут из шахты, – с досадой добавил АльНилам.

– Джеты⁈ – воскликнула Ночная Птица в полном смятении. В ее представлении террористы были нищими побирушками, которые грабят магазины с оружием, чтобы устраивать свои бессмысленные акции. А тут целый джет! Или даже два!

– В общем, след из шахты оборвался, – заключил принц. – Я, конечно, отправил пару запросов… посмотрим. Займемся пока этим Магриньей. Почему он Папа, кстати?

– Потому что активно проповедует среди молодежи свои взгляды. Один агент САП даже ухитрился сделать запись с какого-то из сборищ в гетто, – Джемма включила файл и убавила звук. – Он весьма зажигательный оратор.

– Ладно, послушаем на ночь. Вы неплохо поработали, Джемма, – сказал вад-принц. – Идите домой, уже поздно. Завтра утром займетесь детализацией и локализацией звонков с телефонов Сильверберга и Дауда Камаля, а то что-то местные операторы не шевелятся. Пните их хорошенько с утра пораньше.

Альмонзея, столица колоний Корпорации «МТ» на Альмонзис

Анна Дмитриевна задумчиво листала досье на Гектора Авилеса и Фелисию Арельяно, которые прислала Фан. Майор тоже присутствовала, правда, виртуально, по видеосвязи.

– Почему вы решили, что это именно они? – наконец спросила Лаврова и бросила поверх очков достаточно добродушный взгляд на журналиста. Юнец сглотнул и отступил подальше от стола и поближе к кондитеру.

– Я не решил… мэм.

– Мадам, – сурово поправил его Аксель.

– Мадам, – щенок снова покосился на Агилара и, набравшись храбрости благодаря его присутствию, продолжил: – У меня не было никаких зацепок, и я ничего от вас не скрывал. Единственное, что я помнил о Донне – она выглядела как аверонка. Поэтому я стал искать среди тех, кто…

– Но почему вы выбрали именно этих?

– Я предположил, что для подготовки к краже с завода им потребуется какое-то время, и решил, что нужно искать среди тех террористов, о которых давно никто ничего не слышал.

– И ткнув пальцем в небо, вы случайно попали в цель, – пробормотала начальница поезда. Фонтейн заерзал на месте. Ему было крайне неприятно сознавать, что, возможно, журналистский щенок в компании с кондитером решил задачу, над которой безуспешно билась команда Фан и Акс вместе со всеми своими подчиненными.

– Но это еще не точно, хотя, конечно, многое совпадает, – сказала Фан. – Жаль, что САП не удалось выяснить, кто именно тренировался на Марии Галанте. Минутку, простите! Что такое, Самвел?

Майор исчезла с экрана, а Лаврова снова повернулась к Россу:

– Вы догадываетесь, что Донна Эдельман могла сменить внешность?

– Да, – вздохнул журналист. – Но это единственное, что у меня было. Я вообще не ожидал, что найду хоть кого-то, да еще так быстро.

– Люди не всегда меняют внешность радикально, мадам, – вдруг сказал Агилар. – Иногда они сохраняют те черты, которые считаются обычными среди их расы или нации. Донна вполне могла показать пластическому хирургу фото какой-нибудь аверонской модели или актрисы. Подобное сходство, кстати, затрудняет поиски.

– Странно, что они оба – и Донна, и этот Авилес – существа, – сказала Лаврова. – Насколько я понимаю, клейма, которые носят существа, позволяют отслеживать их местонахождение даже после службы. Разве клеймо можно стереть?

На лице Агилара мелькнуло странное, почти болезненное выражение, словно любое напоминание о клейме было ему неприятно.

– Их нельзя стереть или вытащить, но можно взломать. Это очень опасно – существо может умереть, но те, кто хочет скрыться от Корпорации, готовы на риск.

– Взломать? – удивленно повторила Анна Дмитриевна. – Но разве это… эм… прибор?

– Это вживленный биотехнический механизм, – ответил Агилар, – а любой механизм можно взломать, даже такой сложный. Иначе ни Авилесу, ни Донне Эдельман не удалось бы ускользнуть от «МТ».

Фонтейн невольно повел плечом. Ему объясняли базовые принципы работы клейма, но он никогда о них не задумывался. Есть – и ладно…

– Простите, – Фан снова появилась на экране. – Пришел ответ от моих коллег из Сант-Яго. Мы можем отбросить Фелисию Арельяно. Около ее группировку накрыла САП, и сейчас Арельяно в тюрьме строгого режима в Сант-Яго.

Лаврова закрыла досье Фелисии Арельяно. Всю панель занял Гектор Авилес.

– Неужели это он? – пробормотал Аксель. – Это же невероятное совпадение!

– Почему невероятное? – подняла брови Фан. – Мы же не посреди леса наткнулись на эти сведения. Поиск был целенаправленным, и хотя основания для него, ммм… остаются довольно шаткими, что нам мешает проверить результат?

– У Авилеса есть двое ближайших сподвижников, – Анна Дмитриевна вывела на панель еще пару файлов. – Альма Мария Филиппа Баррера Эстрада, беглое существо эпсилон-класса, тридцать три года, что вполне соответствует показаниями мистера Росса. Второй – это Винсент Савьер, человек, пятьдесят лет, бывший полицейский в колонии Темерис, лейтенант уголовного розыска. Бросил службу восемь лет назад и исчез.

– Вероятно, это с ним Донна, то есть Альма, говорила в больнице, – встрял Росс.

– Донна Эдельман и Виктор ван дер Холден, – пробормотала Фан. – Ах, как бы узнать – те же у них лица или нет! Почему вы, – с упреком обратилась она к Агилару, – не вырвали у нее хотя бы клок волос!

– Я не умею предсказывать будущее и не мог предположить, во что это все выльется.

– Зачем вы вообще следили за мистером Россом? – спросил Фонтейн.

Кондитер пожал плечами:

– Мне показалось, что он в опасности. У мистера Росса был очень испуганный вид, когда он споткнулся об меня на пороге больницы.

– Эй! – негодующе вякнул журналист. Глаза Акса подозрительно сузились:

– Вы решили проследить за ним только поэтому?

Кондитер в упор уставился на Фонтейна и невозмутимо, но с едва уловимой насмешкой ответил:

– Иногда меня охватывает нестерпимое желание сделать доброе дело. Разве у вас такого не бывает?

– Это сейчас несущественно, – строго вмешалась Лаврова. – Существенно то, готов ли мистер Агилар и дальше отвечать за безопасность мистера Росса?

– Да, мадам.

– Прекрасно. В таком случае возвращайтесь в купе и отвечайте, – сказала Анна Дмитриевна. – Если вы захотите еще что-нибудь поискать в сети, то, надеюсь, вы непременно поделитесь своими находками с нами. Не так ли?

Под ее взглядом журналист почти скрылся за спиной Агилара и оттуда пискнул:

– Да, сэр.

Начальница поезда нажала на кнопку на терминале и сказала:

– Клод, распорядитесь, чтобы мистера Росса и мистера Агилара проводили в их купе.

Как только кондитер с своей обузой покинули кабинет Лавровой, она повернулась к Аксу и спросила:

– Так что вы говорили о том, что можно поймать террористов на живца в моем лице?

Глава 14

– Какая жуткая тетка, – пробормотал Росс.

– Сильная, цельная личность, – хмыкнул кондитер и пощелкал кнопками пульта, настраивания панель в купе Тедди на внутреннюю трансляцию. Агилар зачем-то выпросил у Фонтейна право доступа к выступлению Лавровой – Росс не знал, зачем, и не особо хотел наслаждаться ее речью. Его несколько утешила горка хрустящего шоколадного печенья, которую ему сунул кондитер перед подключением к трансляции.

Анна Дмитриевна (Боже, ну и имя! Хуже был только Владимир Бореславович Цикорин, который преподавал у Тедди теорию перевода с фахти) поднялась на трибуну посреди конференц-зала. Он находился в командном вагоне и служил для сборов личного состава экспресса. Сейчас этот состав толпился чуть ниже трибуны и бурно перешептывался.

– Надо же, сколько их там, – удивленно сказал Тедди. В толпе одетых в бело-синюю или серо-синюю униформу членов экипажа выделялись солдаты СБ в черно-синих мундирах.

– Здесь не все. Я случайно услышал, как Фонтейн говорил, что инженерная бригада, механики, техники и машинисты сидят по своим купе под арестом.

– Эта горилла думает, что кто-то из них террорист?

– Вероятно. Если так, то им, – Агилар кивнул на Лаврову и высящегося за ее спиной Фонтейна, – едва ли позавидуешь.

– Добрый день, коллеги, – звучно сказала Лаврова, и Тедди вновь подивился тому, что такой мощный низкий голос заключен в настолько хрупкой с виду женщине. – Как вы уже заметили, традиционное собрание личного состава перед рейсом пришлось перенести на неделю вперед в связи с чрезвычайной ситуацией, с которой мы столкнулись, – она обвела своих подчиненных холодным внимательным взглядом (очки почему-то делали его еще более устрашающим). – Среди экипажа находится пособник террористов, который попытался вывести из строя навигационную панель экспресса.

По толпе пролетел громкий шорох, раздались изумленные и возмущенные возгласы. Люди и существа подались вперед, а Фонтейн подступил ближе к начальнице поезда, словно готов был закрыть ее собой от выстрела. Впрочем, почему «словно»? Он наверняка обязан.

– С помощью главного инженера Шэнь Вэя и старшего техника Макрири мы смогли обнаружить и ликвидировать поломку, – продолжала Лаврова. – Однако угроза для экспресса сохраняется, потому завтра утром я отправлюсь в дирекцию и добьюсь отмены рейса, а также – проведения расследования. В нем будет участвовать майор Фан Тхи Линь, существо эпсилон-класса, и ее команда.

Майор Фан выступила из-за спины Фонтейна и коротко поклонилась.

– Я приказываю оказывать майору Фан и ее следователям полное содействие. Надеюсь, что эта ситуация разрешится как можно скорее. Благодарю вас за терпение и помощь расследованию. Это необходимо для нашей общей безопасности.

– Интересно, на что они рассчитывают? – спросил Тедди. – На то, что потенциальный пособник еще в поезде и попытается убить Лаврову?

– Или просто сбежать. Или предупредить тех, кто снаружи. Интересно, получится у нее отменить рейс? В общем-то, взлом навигационной панели можно засчитать как попытку угнать экспресс.

– А зачем им угонять экспресс? – не понял Росс. – Помимо того, что я сомневаюсь в возможности это сделать.

– Ну, случаи угона поездов бывали и раньше…

– Поездов, – фыркнул журналист, – а не элитных экспрессов класса «Трансгалактика 2». Что террористы намерены с ним делать? Продать на черном рынке? Это же, черт подери, не вагоны со скотом, станками или сталью. Зачем им его угонять, если они хотят всего-то вывезти штуку, которую сперли на заводе?

– Да, верно, – задумчиво отозвался кондитер. – Но если террористам удастся угнать экспресс, нафаршированный представителями элиты, как пирог по-де-сан – каштанами, то это будет самый масштабный захват заложников в истории. При чем самых ценных заложников.

Росс поперхнулся:

– Но… но… но тут же еще есть люди!

– Кого волнуют пешки, – пробормотал Агилар, – когда есть шанс прославиться как самый успешный террорист в мире.

Тедди оцепенел. На обычных людей всем плевать, а вот на табун путешествующих экспрессом миллиардеров и политиков – уже нет. Террорист, который сумеет угнать «Бриарей», действительно сможет диктовать Континентальному Совету свои условия и… и что же он потребует?

Глава 7

20 июня 214 года NPrE

Альмонзея, столица колоний Корпорации «МТ» на Альмонзис

Служебная машина Лавровой – большая, бронированная «Каррера дель Росса» с тонированными стеклами – стремительно скользила над улицами Альмонзеи. Броню для «Карреры» изготовили на заводе Бернарда Росса – и сейчас Аксу было не очень приятно думать об этом, словно это делало их всех обязанными семейству Россов. О том, что именно юный гений от журналистики случайно нашел нужных им террористов, Аксель тоже старался не вспоминать. На что годятся СБ экспресса и служба дознания «МТ», если их может обставить щенок только что из университета?

Мимо проносились белые улицы и дома. За рулем сидел один из бойцов СБ, рядом с ним находился второй, еще двое расположились по обе стороны от Анны Дмитриевны на заднем сиденье, а перед ней устроился Фонтейн. Четыре машины сопровождения держались впереди, позади, слева и справа от «Карреры». Хотя Лаврова согласилась стать приманкой, никто не хотел, чтобы ее действительно убили.

Рука Фонтейна лежала на рукояти табельного пистолета, а соседнее сиденье занимала «Алекто-77» – последняя модель лазерной винтовки с многофункциональным прицелом и увеличенной мощностью. Не то что бы Акс намеревался устроить на мирных улицах стрельбу из крупного калибра, но дорога от депо до дирекции неблизкая, террористы нервные, мало ли что может случиться…

Путь кортежа лежал в самый дорогой деловой квартал Альмонзеи, где в двадцатипятиэтажном здании разместился офис «МТ Экспресс». Конечно, самое высокое начальство обреталось не здесь, не в какой-то колонии в системе Альфы Менаро, а на Аяле – ни много ни мало Колыбели Человечества, планете, где родился Марко Тадич. Тот, кто открыл стрим-тоннели, изобрел солар-двигатель, межпланетные поезда, трансгалактическую связь через все те же стрим-тоннели – и распахнул перед людьми двери в космос…

Так всех учили в школе. Фонтейн никогда не был на Аяле, только видел ее на картинках и в кино – но знал, что она заселена вся целиком, в отличие от колоний. На Альмонзис после терраформирования жить можно только в двух приполярных поясах, потому что только там летом асфальт не плавился под ногами. Сейчас термометр показывал, что снаружи уже около сорока градусов, а ведь еще было два часа до полудня.

Аксель не очень понимал, почему именно это пекло Корпорация выбрала как базу для «МТ Экспресс». Может, дело в удачном расположении Альмонзис на пересечении множества стрим-тоннелей. А может – в ценном сырье для стабилизации ДНК, которое тут добывала Корпорация. Частица этого сырья была и в Акселе, и в Фан, и в Агиларе – в каждом существе, которое прошло процесс рекомбинации. Впрочем, сам процесс рекомбинации Акс представлял себе крайне смутно, да и вообще никогда о его сути не задумывался. То ли дело устройство солар-двигателя, взрыв которого разнес полгорода во время теракта на «Доротее»…

«Если бы они подорвали один из экспрессов в Главном депо, когда рядом на путях стоят еще три „Трансгалактики“, то стерли бы в порошок всю Альмонзею и все, что вокруг», – подумал Фонтейн. Около десяти миллионов трупов, если считать город и все близлежащие промзоны и поселения.

Альмонзея была построена в северном приполярном поясе, одновременно с заводами по производству всего необходимого для экспрессов. В городе расположились Главное депо с диспетчерской, где планировали маршруты, Инженерно-технологический университет, Навигационный колледж, Центр подготовки технического персонала, курсы сервисной службы – всего не перечесть. Альмонзея – одна из самых лакомых мишеней для террористов.

Из жаркой дымки, окутывающей город, выплыла золотистая башня дирекции «МТ Экспресс». Затонированные стекла сверкали, как россыпь изумрудов, на крыше горела в ослепительных лучах солнца эмблема Корпорации: вензель «МТ», над ним летящий голубь, у основания птицеглаз – лаконичное стилизованное изображение птичьей головы в виде изогнутого клюва, переходящего в круглый темный глаз.

Башня «МТ Экспресс» напоминала Фонтейну кукурузный початок, в котором кишат жучки. Тысячи сотрудников наводняли офисный центр каждый день, и где-то здесь, среди персонала инженерных отделов и департаментов разработки, притаился один (надо верить в лучшее) пособник террористов.

«Каррера» остановилась перед роскошной белой лестницей. Из джипов высыпали бойцы СБ, окружили машину Лавровой и быстро осмотрели местность.

– Чисто, сэр, – сообщил сержант Карвер. – Раскроем щит и можно выходить.

– Хорошо, – ответил Акс и перебросил через плечо перевязь «Алекто». Один из бойцов снаружи раскрыл энергощит, чтобы прикрыть Анну Дмитриевну от снайперского выстрела сверху, и Фонтейн разблокировал дверь.

– Начнем представление, – сказала Лаврова и надела синюю фуражку с серебряной кокардой – крошечной копией эмблемы на крыше здания «МТ Экспресс».

Акс вышел из машины первым и подал руку начальнице. В окружении солдат СБ, под раскрытыми, как зонтики, энергощитами, Анна Дмитриевна и Фонтейн поднялись по лестнице. Солдаты распахнули двери, и они нырнули в прохладный воздух просторного холла. Не сбавляя шага, Лаврова, окруженная вооруженными до зубов бойцами в броне, направилась к длинной стойке администраторов. Фонтейн следовал за ней, с удовольствием ловя изумленные и испуганные взгляды посетителей и сотрудников. Одна девушка-администратор даже машинально протянула руку к тревожной кнопке.

– Лаврова, – лаконично представилась начальница «Бриарея», в упор глядя на девушку, так что та замерла, как кролик перед удавом. – К Бирхану Эрдему.

– Вам назначено? – пискнула администратор.

– На десять пятнадцать.

Девушка зарылась в терминал, чтобы проверить расписание заместителя шефа «МТ Экспресс». Непосредственно шеф, Невенна Тадич, находилась в штаб-квартире на Аяле и была недостижима, как Господь Бог в представлениях религиозников.

– Двадцать третий этаж, офис один, – сказала администратор. – Вас встретят.

– Спасибо, – Анна Дмитриевна кивнула Аксу, тот указал солдатам на лифт, и девушка за стойкой подпрыгнула:

– Куда⁈ В смысле, только вам назначено, они подождут здесь!

– Нет, – ответила Лаврова. Возразить девушка не посмела, так что их сплоченная группа двинулась к лифту. Бойцы СБ деликатно, но твердо пресекли все попытки сотрудников войти в лифт вместе с Лавровой, после чего Акс нажал на кнопку. Двери бесшумно захлопнулись, отрезав их от потрясенной публики.

– Думаете, это подействует, мадам? – спросил Акс (хотя он был совершенно не против того, чтобы в ближайшие дни она даже в окно выглядывала только под энергощитом и в окружении трех телохранителей).

– Корпоративные сплетни, – ответила Анна Дмитриевна, – разносятся, как чума. Если вор еще здесь, то он скоро узнает.

Лифт заскользил вверх – он был полностью стеклянным, и пол, и потолок, и круглые стены, и кнопки, и абажуры ламп в прихотливых узорах. Шахта лифта тоже была из стекла – затонированного зеленоватого, и потому ослепительный свет Альфы Менаро не так сильно бил в глаза. Когда они поднялись к пятнадцатому этажу, Акс даже различил вдали сине-зеленую полосу океана и мелкие точки круизных корабликов. У горизонта темные малахитовые волны как будто касались раскаленного бледно-голубого неба.

Акс опустил глаза. Под ногами лежал прямоугольник Сити, от которого лучами расходились дороги, усыпанные бесчисленными огоньками автомобилей. Альмонзея с такой высоты казалась цветком из алебастра, с белыми лепестками, украшенными мириадами драгоценных камней.

– Красиво, верно? – сказала Лаврова. – На пенсии куплю здесь домик у моря. А вы?

– Я предпочитаю более умеренный климат, мадам.

Лифт достиг двадцать третьего этажа. У дверей их встретил секретарь Бирхана Эрдема. Молодой человек изо всех сил старался не уронить своего достоинства, хотя заметно нервничал в присутствии солдат.

– А они что, останутся здесь? – полушепотом спросил он у Анны Дмитриевны, когда бойцы рассредоточились перед кабинетом Эрдема, заняв позиции, с которых простреливалась вся приемная.

– Да, – невозмутимо ответила Лаврова и, не дожидаясь приглашения, толкнула дверь. Акс последовал за начальницей, игнорируя руку секретаря, протянутую к его винтовке.

– О, мадам, ваше появление эффектно как никогда! – воскликнул мистер Эрдем и устремился навстречу начальнице экспресса. – Хотя несколько пугающе! Немного похоже на гангстерский рейд из старого кино, не так ли?

Маленькая ладонь Лавровой утонула в пухлой руке Эрдема, который излучал радость с такой же силой, как изотоп урана – радиацию.

– Прошу, присаживайтесь, – Бирхан Эрдем указал Анне Дмитриевне на глубокое кресло из кожи, едва удостоив Акса взглядом. – Желаете кофе со льдом? Освежающий коктейль? Холодный сок?

– Благодарю, но нет.

Заместителю шефа дирекции исполнилось, как помнил Аксель, шестьдесят семь. Это был холеный крупный мужчина с пышной черной бородой, чуть тронутой сединой, красивыми черными глазами и медоточивой улыбкой. Он уже больше тридцати лет царил в «МТ Экспресс», увеличив за это время прибыль до космических величин. Фонтейн даже не был уверен, что в математике есть числа с таким количеством нулей.

– Вы ознакомились с моим докладом? – спросила Анна Дмитриевна, опустившись в кресло. Фонтейн занял позицию по правую руку от нее.

– Да, конечно, мадам. Необыкновенно интересное чтение, однако, как мне кажется, вы несколько преувеличиваете опасность ситуации.

– Несколько? – холодно переспросила Лаврова.

– Я ни в коей мере не умаляю заслуг вашей службы безопасности, – уверил ее Эрдем, – и не отрицаю того, что у беспокойства есть причины, но они не представляются мне столь серьезными, чтобы поднимать вопрос отмены рейса.

– Это пока, – проронила Анна Дмитриевна.

– О, ну право же, вы ведь не будете утверждать, что нам грозит вторая «Доротея»!

– Буду.

Эрдем помолчал. Излучаемая радость заметно угасла. Проблема заключалась в том, что Эрдем был, строго говоря, боссом Лавровой, и если ее аргументы не покажутся ему достаточно вескими, то он просто прикажет выпустить экспресс в рейс. А Фонтейн не очень представлял, как Анна Дмитриевна убедит в своей правоте человека, который превыше всего ценит деньги, а точнее – их количество.

– Но вы же должны понимать, – сказал Эрдем, – что случай с «Доротеей» нанес страшный удар по «МТ Экспресс». Если мы отменим рейс, и пойдут слухи о террористической угрозе…

– Поэтому лучше не отменять рейс и подождать, пока угроза воплотиться в реальность?

– Я этого не утверждал, но… – заместитель шефа снова помолчал и сухо спросил: – Как мы, по-вашему, должны будем объяснить всем этим людям, – это слово он произнес с придыханием, подчеркивая, что это, конечно, не просто какие-то там люди, – почему отменяем рейс?

– Именно за это вы платите табуну ваших маркетологов, – сказала Анна Дмитриевна. – Вы уже разговаривали с шефом?

– Я пока посчитал нецелесообразным беспокоить ее…

– А я посчитала, – оборвала его Лаврова и взглянула на часы-кольцо на пальце. – Она сейчас вам позвонит.

Эрдем побагровел и рявкнул:

– Вы позволили себе обратиться к ней, минуя меня⁈ Через мою голову, даже не поставив меня в известность⁈ Я считал, что субординация для моих сотрудников – не пустой звук!

– Какая ситуация – такие и меры, – пожала плечами Лаврова, пока Акс в немалом удивлении переваривал услышанное. – Перед нами впервые за много лет возникла угроза, сопоставимая с «Доротеей». Вы считаете, что мадам Тадич не должна об этом узнать?

– С вами очень трудно разговаривать, – процедил Эрдем, утратив остатки медоточивости в голосе. – Вы полностью игнорируете доводы рассудка. Билеты уже проданы, и проданы отнюдь не козопасам из какой-то сельхозколонии! Мои диспетчеры спланировали маршрут с учетом пожеланий, высказанных очень высокими лицами, и мы не можем произвольно, без веских причин…

Раздался мелодичный звонок видеовызова, засветился экран, занимающий стену напротив стола. Смерив Лаврову свирепым взглядом, Бирхан нажал на кнопку приема.

Фонтейн невольно вытянулся по стойке смирно. Шефом «МТ Экспресс» была Невенна Тадич – потомок той самой Николии, сестры Марко Тадича, которая основала «МТ Корпорацию». Великий изобретатель, увлеченный открытиями, изменившими судьбу человечества, не нашел времени на женитьбу и зачатие детей, а потому наследниками его обеспечили сестры – Николия и Брена.

– Добрый день, – сказала шеф «МТ Экспресс», статная, властная дама семидесяти с небольшим лет. Раньше Акс видел ее только на парадных портретах и даже представить не мог, что узрит настолько высокое начальство вживую. – Я получила ваш отчет, Анна Дмитриевна.

– Приношу свои извинения за это самоуправство, мадам, – тут же вмешался Эрдем. – Я не предполагал, что обеспокоенность Анны Дмитриевны заставит ее потревожить вас столь неуместным образом.

– Не вижу ничего неуместного. Последнее, что нам нужно – еще один теракт с миллионами жертв. Почему вы подозреваете утечку в одном из наших департаментов разработки?

– Выкрасть чертежи экспресса недостаточно, мадам, – сказала Лаврова. – Разобраться в них настолько хорошо, чтобы спланировать продуманную диверсию, мог только тот, кто получил подготовку инженера для работы на «Трансгалактике 2».

– Что вы предприняли в связи с этим? – спросила шеф у Эрдема.

– Мы инициировали тайную проверку всех сотрудников, имеющих доступ к подобной информации. Однако это займет определенное время, поскольку в департаментах инженерии и разработки трудятся тысячи человек и существ.

– Значит, сообщники террористов могут находится в здании прямо сейчас, – задумчиво произнесла Невенна Тадич и вдруг обратилась к Лавровой на ее родном языке. Эрдем дернулся, как подстреленный, от неожиданности и негодования; Акс с трудом сдержал усмешку.