Текст книги "Раскол или единство (СИ)"
Автор книги: Александра Селиванова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 24 страниц)
– Это что такое? – напряженно спросил он.
Я вырвала руки.
– Нет, подожди! Что значит 7 раз пытались убить? – голос у меня задрожал. – Ты… почему я ничего об этом не знала⁈
– Алатиэль, тебе надо руки обработать…
– Да какие руки, Торр⁈ А если бы кому-то это удалось⁈
Я даже не сразу поняла, что плачу. Осознала, только когда Торрелин стал стирать слезы с моих щек.
Кажется, слишком устав от переживаний последних месяцев, я провалилась в качественную полноценную истерику. Но Торр не пытался меня урезонить. Просто сидел рядом со мной, обнимая, гладя по спине и позволяя мне плакать, кричать, ругаться и цепляться за него, словно пытаясь убедиться, что он здесь, со мной.
Но стоило мне представить, что его в самом деле могли убить, как меня накрывало заново. Даже думать о таком исходе было больно.
В библиотеке мы просидели до самой ночи. Мне понадобилось неожиданно много времени на то, чтобы успокоиться.
– Пойдемте, – наконец, когда я выдохлась и просто устало сидела, прижавшись к его плечу, проговорил Торр. – Нужно всё-таки обработать руки Алатиэли… И мне есть, что вам всем рассказать.
– Мы хотели вообще-то… – попытался напомнить об изначальной цели Амдир, указывая на ряды библиотечных стеллажей.
– Здесь ничего не найдете. Все материалы о Спесии – у меня, хоть их и немного.
Торрелин не задумываясь поднял меня, одной рукой подхватив под спиной, а другой – под коленями. Оказалось неожиданно приятно.
* * *
Комнаты Торрелина были просторными, но полупустыми. В кабинете – всего-то широкий стол, пара стульев да шкаф. В спальне – вовсе только кровать и комод. Всё сдержанное, темное, без каких-либо украшений, разнообразия и хоть каких-то деталей, за которые мог бы зацепиться взгляд.
Видимо, перехватив мой взгляд, Торрелин пояснил:
– Такая обстановка временная. Когда будет возможность, я обставлю всё поживее. Мне самому здесь неуютно, но найти подходящую мебель и заняться своими комнатами пока не в списке приоритетов.
Я согласно кивнула. Торрелину, кажется, было действительно тяжело, и задумываться о подобных мелочах он был не готов.
Мы, дружно проигнорировав стол и оба стула, расселись прямо на полу. Кстати, полы дворца на Громарисе были единственным местом, где моим босым ногам было удобно и тепло – кроме родной Орионты, конечно.
– Итак, – с ленивым любопытством протянул Амдир, – рассказывай всё, что тут у тебя было. Сдается мне, много интересного у тебя скопилось… о великий Император!
– Я просил меня так не называть! – отчетливо скрипнув зубами, напомнил Торр.
Я и сама укоризненно покосилась на фригуса. Торрелин не хотел всего этого, ему, должно быть, тошно от этого обращения, зачем же его ещё больше ранить?
– Зануда… Рассказывай, Торр!
Торр стал рассказывать. Довольно кратко, без подробностей и переживаний, но по тому, как он сжимал зубы, морщился, напрягался или слишком сильно щелкал металлическими шариками (кто бы знал, как я соскучилась по этим звукам!), я догадывалась, что всё было вовсе не так легко, как он пытался обрисовать.
– Жестко они к тебе, – вздохнула Вистра после его рассказа.
У меня слов не нашлось. Я просто обнимала своего ингиса, пытаясь его хоть чуточку согреть и поддержать.
– Я Император, – не сдержав горькой улыбки, повторил Торр. – Обязан быть непоколебимым и сильным. Ингисы не терпят слабости, а если я хочу действительно происходящее в своей Империи, я должен заработать авторитет.
– Мне кажется, ты будешь прекрасным Императором, – вдруг вырвалось у меня.
– Хотелось бы…
Мы ещё немного помолчали. Я всё так же обнимала Торрелина, а Вистра и Амдир, хоть и не сидели вплотную, но мило переплели пальцы.
– А насчет Спесии… о ней сведений мало.
Торрелин положил на середину между всеми нами несколько плотных папок.
– Это журналы с космических кораблей. Всё, что нашлось на Громарисе. К сожалению, наше знакомство с ними было кратким… Мы наткнулись на Спесию лет 200 назад. Это была планета, по уровню технологического развития сопоставимая с нашим, но без военного устроя и с куда более мягким климатом. Планировалось наладить с ними связь, но не успели. На них напали… Империя Менд, как утверждается в этих журналах. Всё население увезли в их Империю, кого не взяли – убили. Ингисы не нашли потом никого живого.
– А тенебрий? – тут же уточнил Амдир.
– Ингисы тех времен о нем не знали, – Торр покачал головой. – Поэтому и не изучали этот вопрос.
– По-хорошему, на Спесию надо бы слетать, – фригус смотрел куда-то в пространство. – Посмотреть, что осталось от планеты. Мы слишком опираемся на старые и ненадежные воспоминания. А чтобы делать какие-то уверенные заявления, нужно обладать твердыми фактами.
– А что Империя Менд, о ней что-то известно?
Торрелин покачал головой.
– Я знаю только про стычки перед созданием союза Астрокварты. О чем Амдир в оранжерее рассказывал.
– А что, если…
Амдир умолк, а мы с Вистрой только ахнули, когда дверь вдруг резко распахнулась, являя нам ингиса. Лицо у него было жутко изуродовано алыми жжеными пятнами, а ещё он серьезно хромал.
– Братишка, я… Оу.
Пришедший, увидев нашу компанию, замер, приподнял брови и тут же чуть поморщился. Но меня куда больше заинтересовало его обращение.
Неужели…
– Кстати, забыл сказать, – спокойно произнес Торрелин. – Один из моих старших братьев выжил. Знакомьтесь, это Шионасс.
Я с недоумением посмотрела на брата Торра. Если он жив, то почему Император не он?
Впрочем, тот с таким же удивлением оглядывал нас. Да, Император, фригус, каркарема и друиса – странная компания. Особенно его глаза задержались на мне, поскольку я продолжала обнимать Торра.
– У меня есть к тебе вопросы, брат… И новости. Когда освободишься.
– Можешь спокойно говорить при них, – бесстрастно возразил ему Торрелин. – Это мои друзья, я им доверяю.
Шионасс снова покосился на меня.
– Ты… уверен? Нет желания обидеть твоих гостей, но это дела политические.
– Тем более! Говори.
Прежде чем Шионасс всё-таки расслабился и сел на стул, Торру пришлось объяснить ему, в какие потрясающие переделки мы всей компанией влезли. Только после этого он согласился с нашим присутствием.
– Собственно, новости с Инновии, – старший брат Императора покосился на Амдира.
Тот слегка вскинул бровь.
– Дай угадаю: очередное убийство члена Конгресса управления? – со вздохом спросил он.
– Двоих.
Мы напряженно переглянулись. Что-то здесь было не так, всё больше и больше…
– Они так скоро закончатся, – невесело хмыкнул Торр, нахмурившись.
И вдруг Вистра от души стукнула Амдира кулачком по плечу.
– И думать не смей! Я тебя туда не пущу! Это опасно!
Фригус тоже невесело улыбнулся.
– Вистра… Если кто-то и разберется, то только я. Опасно сейчас тянуть с этим. Я должен как можно скорее попасть в Конгресс, уже не дожидаясь окончания учебы в Академии.
Глава 27
Тот день определенно был днем скандалов. Сперва я ссорилась с Торрелином, потом Вистра ругалась на Амдира, потом снова досталось Торру – уже от его брата, за умолчание о столь обширных и полезных связях.
Я так и не дождалась, до чего кто договорится: уснула прямо на плече своего Императора. А проснулась в своей комнате, заботливо укрытая одеялом.
Но разлеживаться или искать Торра не было возможности. В конце концов, я на Громарис вовсе не в гости приехала, даже если вчера вечером именно такое чувство у меня и было.
Меня ждала практика. Под внимательными взглядами Торрелина, его брата и нескольких неразговорчивых Генералов мы осматривали и приводили в порядок технику, которую нам показывали: технические отделы космических кораблей Громариса и их оружие. В какой-то момент Торрелин не удержался и сам присоединился к нам, видимо, всё ещё считая себя студентом Академии Астрокварты.
Разумеется, никто ему не возразил.
Полдня мы проводили в таких трудах, а затем нас отпускали. Я бы не отказалась проводить и оставшееся время с Торрелином, но тот, мрачнея на глазах, просил меня держаться подальше от его политических дел. «Временно!» – добавлял он каждый раз.
Что ж, я не спорила, вместе с Амдиром и Вистрой гуляя по дворцу и изучая его закутки. Торр категорически запретил нас останавливать, и мы были совершенно свободны.
Так и прошла вся неделя. Я наконец-то занималась делом, изучала императорский дворец, наобщалась с Торрелином и даже немного привыкла к его старшему брату. И перестала мерзнуть! Наконец-то теперь, когда мы с Торром объяснились, меня больше не терзал этот жуткий внутренний холод.
Последний вечер перед отлетом Торр освободил ото всех своих дел, чтобы поговорить с нами.
Вистра так и не переубедила Амдира, тот по-прежнему был твердо намерен влезать в политику Инновии в расчете на то, что сможет понять причину этих массовых убийств.
– Мне не нравится, что там используются пули наших образцов, – устало вздохнул Торр. – Я даже не могу определить, кто может быть к этому причастен… Проблема жесткой дисциплины – все так привыкли скрывать свои мысли, что понять, кто что думает, уже совершенно невозможно… Шионасс, кстати, тоже ни о каких подобных приказах не слышал.
– Я и не думал, что ты сумеешь как-то официально это определить, – хмыкнул Амдир. – Надо копать глубже и тоньше. Посмотрю, чем вообще занимается сейчас Конгресс, может, это наведет на мысль.
Вистра, нахмурившись, собралась что-то сказать, но фригус решительно её опередил:
– Нет, Искорка, я больше не буду спорить! Я отдаю себе отчет в уровне опасности и готов на неё пойти.
– Я поняла, – девушка поджала губы и нервным жестом взъерошила пышные рыжие кудряшки. – Я… Я хочу с тобой! Да, конечно, я к Конгрессу управления не буду иметь отношения, но я хочу побыть рядом!
Наш ночной разговор с каркаремой дал свои плоды, хоть я их и не ожидала… Я говорила о себе и не думала, что Вистра позаимствует эту идею.
Амдир ничего подобного тем более не ожидал. Он напряженно смотрел на девушку, не зная, что и думать. Та и не думала отступать.
– Я не смогу сидеть где-то вдали и переживать! Вспомни, каково было Алатиэли, когда Торрелин улетел, я не хочу так же изводить себя тревогами и волнениями!
Торр вздрогнул, прижав меня к себе покрепче. Наверное, ещё немного чувствовал себя виноватым, хоть я на него и не злилась уже давным-давно.
Кстати о нем… Я повернулась к ингису.
– Вистра непроста начала такой разговор… Я тоже во время перерыва в учебе хочу быть с тобой.
Сейчас нам троим предстояло вернуться в Академию Астрокварты, но буквально через несколько дней нас отпустят. Нам давали время отдохнуть, а затем, через месяц, мы вновь должны были вернуться на занятия. Тогда мы будем считаться студентами второго курса.
Даже не верилось, что мы уже проучились целый год… Хотя, справедливости ради, он был очень насыщенным на события!
– Ты точно решила? – Торр сосредоточенно нахмурился. – Я не уверен, что меня точно приняли в качестве нового Императора, а это значит, что мне и моему ближайшему окружению пока может быть… небезопасно. Амдир ведь очистил мой браслет от лишних ушей, мы сможем общаться. Может, тебе лучше побыть на Орионте?
Я не ответила. Просто молча смотрела в темные глаза Торра.
Его хватило всего на 9 секунд.
– Хорошо, я понял, – парень с тихим вздохом склонил голову, признавая мое решение. – Будь по-твоему.
– Вот видишь, даже Торрелин не сопротивляется! – с новой силой набросилась на Амдира Вистра, пока я с улыбкой целовала своего Императора в щеку.
– Хорошо, я последую его примеру и тоже смирюсь с неизбежным, – рассмеялся фригус.
– Друзья, это, конечно, не очень красиво с моей стороны, – вдруг обратился к ним Торр, – но не могли бы вы?..
– Считай, нас уже нет, – Амдир нам подмигнул и за локоток потащил Вистру к выходу.
Уже из-за двери до меня донеслось его обещание в комнате рассказать, «что он затеял».
Меня зацепило любопытством, и я перевела недоумевающий взгляд на Торрелина. Действительно, что же он затеял?
– У меня есть к тебе ещё один разговор. Тоже серьезный.
Я подобралась. Торр сразу стал каким-то очень уж взволнованным и напряженным. Он даже почти было опустил руку в карман, где лежали его неизменные шарики, но в последний момент одернул ладонь.
– Расскажи, что ты знаешь о традициях ингисов?
Я почувствовала, что начинаю краснеть. Я знала слишком уж мало. Основным источником информации был сам Торр, но у него не всегда было настроение рассказывать о порядке на Громарисе. Тем не менее, кое-что я запомнила и принялась вслух вспоминать о том, как устроена его Империя.
– Нет, я… о другом.
Я так и замерла, с нескрываемым интересом изучая лицо Торрелина. Нет, мне не показалось… Он покраснел!
– О чем же?
Вместо ответа он поднялся и достал что-то из ящика стола.
Повернулся, всё такой же напряженный, наградил меня сложным взглядом. То, что он достал, прятал за спиной.
Я встала напротив него.
– Я совсем не романтик, – вздохнул он не без горечи. – Хотел сделать это как-то красиво, но… не придумал. Решил, что просто выскажу всё как есть.
От напряжения внутри живота всё свело и скрутило. Тревога била в грудь молотом, не давая толком вздохнуть.
– Пугаешь меня, – я нервно улыбнулась и сцепила пальцы в замок перед собой. – Что выскажешь?
Вместо ответа он показал мне то, что держал за спиной. Передо мной оказалась широкая полоса черной кожи со шнуровкой, украшенная золотой вышивкой.
Что это и что означает?
– Это кожаный браслет, – немного дрогнувшим голосом пояснил Торрелин. – Вернее, один из двух… Для второго пока рано. Кхм…
Ингис глубоко вздохнул, словно собираясь с силами, и я замерла. Чувствовала: сейчас случится что-то очень важное…
– Алатиэль, этот браслет – это знак… помолвки. Я хочу видеть тебя рядом со мной всю жизнь. Как свою жену, как Императрицу Громариса. Скажи, ты… со… сог… согласилась бы… выйти за меня… замуж?
И взгляд глаза в глаза – такой отчаянный, что ноги подкашивались.
Я прикрыла лицо руками, пряча неведомо откуда взявшиеся слезы. Я вся словно искрилась от нежности и любви, которые волной накатили на меня.
– А говорил, что не романтик, – я попыталась хихикнуть.
– Что случилось? Я… не так что-то сделал?
Он осторожно убрал мои руки, но я не смогла ответить. Вместо этого потянулась вперед, к его лицу, и поцеловала, пытаясь вложить в поцелуй все свои чувства.
– Надеюсь, мне надо расценивать это как согласие? – с напряженной улыбкой переспросил он, когда я немного отстранилась.
– Определенно…
Пока пыталась перестать тихо плакать от трепета, восторга и нежности, Торр помог мне надеть браслет на правое запястье и немного поправил шнуровку.
– Это только первый браслет, – параллельно объяснял он. – На самой свадьбе я надену тебе второй такой же, на левую руку. Запястье – достаточно уязвимое место, а у девушек… ну, ты сама видишь.
Его запястье действительно было куда мощнее и крепче, чем узкое и тонкое мое.
– Вот… А эти браслеты как бы показывают, что эта девушка под защитой мужчины.
– А что девушки дарят мужьям на свадьбу, по вашим традициям?
Торр посмотрел на меня с некоторым недоумением.
– Да как-то… ничего…
Видимо, мое возмущение и удивление отразились на лице слишком ярко, потому что он хрипло рассмеялся:
– Если ты считаешь нужным сделать мне подарок, я не стану отбиваться.
– У нас принято, что и муж, и жена дарят друг другу что-то… Слушай, а вышивка же неспроста золотая, да? Из-за того, что ты – Император?
– Да, – признался он, явно любуясь моей рукой в широком черном браслете. – Его моя мама когда-то носила…
– А что с ней стало? – осторожно спросила я. О матери он не говорил никогда, а я не спрашивала: мне казалось, что это была тяжелая для него тема.
– Тяжело заболела и умерла… Давным-давно. Я её даже не помню.
Глупые слова не могли бы передать мое сочувствие. Разве стало бы ему легче, скажи я что-то бессмысленно обыденное? Я обняла его покрепче, словно напоминая: я с тобой, я рядом.
– Слу-у-у-ушай, – вдруг пророкотал Торр куда более веселым тоном. – А ведь тебе теперь можно распустить волосы, да?
Да, он был прав. До этого вечера я, не будучи на самом деле помолвленной и тем более замужней, не имела права распускать косу, но теперь…
– Дались тебе мои волосы, – засмеялась я. – Почему ты так сильно этого ждал?
– Мне очень понравилось, как ты выглядела с распущенными волосами, – признался он, покручивая кончик моей косы. – Такая красивая… Ещё красивее, чем обычно. Хочу тебя почаще такой видеть.
Я сглотнула, глядя ему в глаза, и не торопясь сняла с волос тонкий ремешок, которым всегда завязывала косу. Торрелин, кажется, даже дышать перестал, когда я так же неспешно принялась распускать пряди волос. Из-за косы они теперь казались волнистыми.
– Вау, – глухо выдохнул он, когда я закончила и тряхнула головой.
Я второй раз осталась перед ним с распущенными волосами, но теперь это казалось… настоящим. Правильным. Почти что естественным.
– Такое сокровище никому не отдам, – улыбнулся мне Торрелин.
И когда он запустил руку мне в волосы, перебирая локоны, я осознала, как мне это нравится.
Да, я свое Императорское сокровище тоже никому не отдам.
* * *
Студенты Астрокварты возвращались на корабль почти что в абсолютном молчании. Когда в тронный зал, откуда нас должны были отвести на корабль, вошла я, все замерли. Сперва дернулись друисы: я заколола только несколько прядей у висков, оставив большую часть волос распущенной, и, конечно, они поняли, что это значит. А потом я правой рукой заправила один локон за ухо, и рукав серого комбинезона съехал вниз, показывая черный браслет… Вот тогда заметно дрогнули и ингисы. Понадобилась минута, чтобы выводы облетели весь первый курс, и после этого стало подозрительно тихо.
Если, конечно, не считать моих друзей. Вистра, покраснев, явно пыталась сдержать смех, оценив мое эффектное появление, а Амдир просто широко улыбался.
– Какое пафосное появление, – не преминула заметить каркарема.
– Пусть все знают, – я ничуть не собиралась стесняться.
– И когда?..
– Позже, – я быстро огляделась и тише добавила: – Когда разберемся… с происходящим.
Это напоминание заставило моих друзей стать более серьезными.
На корабле Астрокварты ингисы продолжали глядеть на меня с шоком, да и друисы, замечая мои распущенные волосы, зависали. Вот уж не думала, что их всех так волнует моя личная жизнь!
На следующий день после возвращения нас поздравили с завершением первого года обучения, напомнили о месячном перерыве и отпустили. Теоретически, не возбранялось оставаться в Академии до начала занятий, но у нас были другие планы. Мы с Вистрой и Амдиром обнялись на прощание и договорились связываться каждый день, а затем разошлись: уже сегодня их ждал корабль на Инновию, а я должна была отправиться на Громарис лишь через несколько дней.
Тем не менее, следующим утром меня разбудил… Торрелин.
– Хорошая… реакция… – прохрипел он.
Спросонья я не сразу разобралась в том, что происходило вокруг, поэтому, почувствовав на плече чужую ладонь, я испугалась и дернула руку так, чтобы пришедший упал на кровать, а затем локтем придавила горло.
Поняв, что здесь каким-то чудом оказался не невесть кто, а мой Император, я сразу же выпустила его с искренними извинениями, но он только хрипло рассмеялся.
– Ты всё правильно сделала, молодец. Я не обижаюсь.
– Как ты здесь оказался? – удивленно спросила я его, когда убедилась, что не причинила ему вреда.
– Прилетел. – Его взгляд сразу потяжелел. – Есть пара дел. Пойдешь со мной?
– Конечно! Что за дело?
– Суд. Над тем друисом, который пытался убить нас обоих.
* * *
Так я впервые оказалась в Зале Астрокварты, где проходили важные серьезные собрания, касающиеся всего союза. Правда, сейчас здесь были только мы с Торрелином, несколько Генералов Громариса, Шионасс, Глава Клана шепчущих листьев, ректор Академии и пара врачей.
И внизу, перед нами, сам друис.
Только что один из Генералов (поименно я их пока не знала) зачитал заключение о его преступлениях против нас. Тот никак не реагировал, только бесстрастно изучал меня взглядом. Наверное, его тоже удивляли мои распущенные волосы.
– Что Вы готовы сказать в свое оправдание? – с усталым вздохом спросил его ректор.
Дриус не ответил. Даже хвостом не дернул, словно бы не слышал или же его вообще не трогало происходящее здесь.
На момент нападения на Торрелина его отец уже был убит, поэтому формально уже в те минуты он был Императором. А за нападение на Императора на Громарисе была принята смертная казнь. Не только за это преступление, конечно, но подобное уж точно никому не спускалось с рук.
Но друиса это как будто не волновало. Он безо всяких эмоций глядел на меня, и, признаюсь, мне было от этого весьма не по себе.
Это нельзя было считать внутренним заговором. Тогда убийцей был бы ингис, а не друис. А этот… зачем он ещё и ко мне пристал сначала?
– Если ты так ничего и не скажешь, тебя казнят, – зло, напряженно напомнил парню Глава его Клана.
– Пусть, – внезапно улыбнулся тот. Очень злой, недоброй улыбкой. – Он почему-то ещё жив… Везучая тварь. Но скоро многое изменится. А ты, отступница, – он снова зло оскалился в мою сторону, – тоже свое получишь!
– Она не отступница, – холодно отчеканил Торрелин, впервые за время собрания подав голос. – Она скоро станет моей женой.
Глава Клана быстро и с изумлением покосился на меня, но не стал комментировать.
– По делу скажешь что-нибудь? Из-за чего ты вообще…
– Так нужно было! Без них всех стало бы лучше! И ещё станет, увидите!
Он словно снова провалился в то озлобленное безумное состояние, в котором он напал на меня. Видеть его снова таким было жутко. Показалось даже, что горло у меня снова сдавило…
Торр сжал мою руку, желая подбодрить, и мне действительно стало легче. Быстро с благодарностью улыбнувшись ему, я задумалась о его словах.
«Ещё станет лучше»… звучало зловеще. Как будто с нами ещё не закончили…
Или не только с нами?.. Какая страшная опасная мысль…
Но как узнать наверняка? Что мне там Вистра рассказывала про провокации?..
– Ещё и фригусы, – глядя в воздух, вздохнула я, достаточно громко, чтобы друис услышал.
И он всё-таки повелся.
– Да! У нас не получается выкосить их разом, и…
Ненадолго хватило его запала. Он осекся и наградил меня очередным злым взглядом.
Напряженным взглядом меня окинул и Торрелин.
– Фригусы? – переспросил ректор Академии.
– Скорее всего, он связан с теми, кто совершает нападения на членов Конгресса управления, – кратко ответил ему Торр, верно поняв мою мысль.
Атмосфера в зале, и без того тяжелая, потяжелела ещё больше.
– Кто ещё с тобой?
– Что вам нужно?
– Что это за затея?
Но друис, поняв свою ошибку, перестал отвечать, только рассмеялся жестоко и холодно.
– Император, Вы ведь понимаете, что теперь, раз мы выяснили, что дело куда запутаннее, мы не можем попросту его казнить, – вполголоса обратился к Торру ректор Академии.
– Увы, – процедил мой ингис.
Мы переглянулись. Придется друису ходить безнаказанным до тех пор, пока он не соизволит рассказать что-нибудь… Или пока Совет Астрокварты не махнет на него рукой.
* * *
Мы вернулись на Громарис на небольшом корабле Империи. Шионасс, долгое время не сводивший взгляда с моего черно-золотого браслета, улучив момент, ехидно напомнил Торрелину его слова пятилетней давности о том, что тот никогда не женится, а мне выразил сочувствие. Впрочем, его мрачноватый юмор не сумел скрыть, что на самом деле старший брат Торра всё же рад за нас: его выдавала слабая полуулыбка, которую он безуспешно пытался скрыть.
Торрелин, видимо, решил, что тянуть время больше не имеет смысла. Поэтому сегодня в сопровождала его во всех делах и встречах. Он бескомпромиссным тоном представлял меня как будущую Императрицу (как же непривычно было слышать такой титул!), а затем, не слушая никого, переходил к делам. Я никак не участвовала в обсуждениях. Прежде чем лезть со своим мнением, я приглядывалась к тому, как выстроено общение между Императором и его окружением, кто как предпочитает себя вести, кто косится на нас неодобрительно, а кого это не сильно задевает… словом, пока я просто приглядывалась.
– Знаешь, с тобой рядом я чувствую себя спокойнее, – признался Торр во время обеда. – Нет этого ужасного напряжения, и как будто дышать становится проще.
Я смущенно улыбнулась, отбрасывая волосы за спину. С распущенными волосами было до ужаса непривычно, но вместе с тем я чувствовала себя неожиданно спокойно и уверенно.
– Я для этого ничего не делаю…
– И не нужно! – Император пожал плечами. – Я просто знаю, что со мной – самая прекрасная девушка Астрокварты, которая меня любит, этого достаточно!
Я рассмеялась, снова покраснев. Когда Торр начинал заваливать меня комплиментами, мне становилось одновременно неловко и приятно.
– Слушай, Торрелин… А, я не вовремя?
Шионасс, несмотря на ожоги и ругань врачей, продолжал бродить по всему дворцу по делам, и у него явно создавалась привычка вламываться к Торру, сперва начиная говорить, а потом уже входя. Вот и сейчас он замер на пороге, с вопросом в темных глазах глядя на нас.
– Нет, всё хорошо, – вздохнул Торр. – Но я был бы рад, если бы ты наконец научился сперва стучать.
Я ожидала услышать привычное «Зануда» – так всегда отвечал Амдир. Я, оказывается, настолько привыкла к его с Вистрой присутствию…
Но Шионасс, конечно, этого не знал, он лишь махнул рукой и, тяжело хромая, вошел к нам.
– Присоединишься? – предложил Торр, указывая на несколько стоящих перед нами блюд.
– Мне пока нельзя такое, – отмахнулся тот, усевшись напротив нас. – Я по делу. О ваших отношениях говорят на каждом углу, все очень ждут официальное заявление. Не хотите ничего объявить?
– Если ты намекаешь на точную дату, то мы пока сами не знаем, – отозвался Торрелин, не отвлекаясь от обеда. – Можно только объявить о том, кто именно станет моей женой.
– И всё? – с каким-то, пожалуй, разочарованием переспросил Шионасс.
– И всё.
Я прикусила губу, вспомнив кое о чем очень важном…
Я появилась в очень демонстративном виде перед целой толпой, но так ничего и не сообщила своей семье. Я, на самом деле, даже боялась этого разговора. Особенно реакции Ошина…
Я представила его лицо, когда сообщу, что собираюсь замуж за Императора Громариса… Учитывая наш камень преткновения в прошлом, это будет очень странно… И забавно.
Я слабо хихикнула.
– Боюсь спрашивать, о чем ты подумала, – хмыкнул Торрелин.
– Надо бы брату сообщить, – протянула я.
Торр секунду подумал, а потом, припомнив прошлое, от души рассмеялся.
Я собралась связаться с Ошином тем же вечером. Распущенные волосы, белая рубашка с закатанными до локтя рукавами, обнажающими запястья… Весь мой вид сразу заявлял о моих намерениях.
Я сидела за столом, держа в руках голографическую пластину для прямой связи с братом: он дал мне её перед тем, как я снова покинула Орионту. Торрелин сидел на другом стуле в паре шагов от меня, готовый, если понадобится, тоже появиться в разговоре.
Я отправила вызов. Было чуточку волнительно и страшно, но я знала, что, если я объясню свои чувства, Ошин будет за меня только рад. Это было довольно забавно после того, как на Орионте я почти расплакалась при нем из-за воспоминаний о Торре, а брат предлагал мне его голову. Знал бы он, о ком тогда говорил…
Наконец связь установилась. В воздухе передо мной появилось изображение Ошина, он сидел на своем постоянном месте в кабинете. В этот момент он как раз делал глоток чего-то (чая, наверное) из кружки, но, разглядев меня, он широко распахнул глаза и закашлялся.
Я улыбнулась, дожидаясь, когда к нему вернется способность разговаривать.
– Ты шутишь? – изумленно спросил он наконец, в шоке рассматривая меня. – Нет, скажи, что ты шутишь… Когда успела⁈
– Недавно, – я ещё раз скромно улыбнулась. – Но я очень рада, что так вышло.
– Ты две недели назад в слезах передо мной сидела! – Ошин аж руками взмахнул от избытка эмоций. – А теперь?..
Торрелин рядом со мной нервно дернулся. Его всё ещё терзали мои переживания.
– А теперь мы объяснились. Я уверена в своем решении.
– Сама добыла его сердце? – хмыкнул брат.
– Вроде того.
Торр с удивлением покосился на нас, но тихо, не без ехидства спросил совсем другое:
– Он даже не спросит, о ком речь?
К сожалению, «тихий» голос Торрелина оказался недостаточно тихим. Ошин подобрался, глядя в край изображения, и посерьезнел.
– Это и есть твой жених, я полагаю? Познакомишь?
– Да, конечно, – я прикусила щеку изнутри, чтобы не смеяться. Повернулась к своему ингису, стараясь выглядеть формально: – Это мой старший брат, Глава Клана стремительной воды, Ошин. – Повернулась к брату, пока Торр двигал ко мне вплотную свой стул: – Ошин, это мой жених… Император Торрелин.
Мужчины замерли, изучая друг друга. Если Торрелин глядел просто с любопытством, то на лице моего брата был отчетливо виден шок.
– Алатиэль… Ты издеваешься? – наконец вырвалось у него.
Я не удержалась и всё-таки засмеялась, пряча лицо в ладонях.
– Не издеваюсь! Это случайно получилось.
Ошин тоже устало прикрыл лицо рукой в попытке привести мысли в порядок. Один Торрелин казался спокойным и уверенным. Впрочем, ему-то и не о чем было беспокоиться.
– Ладно, так многое стало понятнее, – через минуту вздохнул Ошин, как раз когда я отсмеялась. Он с интересом, изучающе рассматривал моего Императора. – Хотя, конечно, вы сумели меня удивить.
– Для нас многое тоже было неожиданным, – пророкотал Торр. – Тем не менее мы оба абсолютно уверены в своем будущем. Можете не беспокоиться: я сделаю для счастья Алатиэли всё, что угодно.
«Главное, будь рядом,» – подумала я, но не стала влезать в серьезный разговор со своей романтической просьбой.
– Надеюсь, Император, Вам это удастся лучше, чем мне. Вы приедете на Орионту? И я, и Ниор, и Заиль захотят быть рядом на твоей свадьбе, сестренка.
– Мы пока не обсуждали никакие детали. Всё это будет решено позже. Но, разумеется, мы позаботимся обо всем.
Мой брат и мой жених продолжили что-то вежливо и серьезно обсуждать, а я, прижавшись щекой к плечу Торрелина, просто слушала их. Я была рада, что они нашли общий язык, пусть пока и формальный. Со временем, надеюсь, их отношения потеплеют…
– Тебе идут распущенные волосы, – перед прощанием сказал мне Ошин с улыбкой. – И ты выглядишь счастливой. Я правда рад, сестра.
* * *
Через пару дней мы созвонились с Амдиром и Вистрой. Эти дни мы перебрасывались лишь краткими сообщениями о том, что всё в порядке, но теперь наконец им было что рассказать.
За спинами наших друзей была белая стена с холодно-голубыми узорами. Так были расписаны все стены в квартире Амдира, где мы жили во время практики на Инновии. Она вообще производила впечатление безжизненной и равнодушной.
– Можете меня поздравить! – с ходу, не размениваясь на приветствия, заявил Амдир. – Сегодня утром я официально стал членом Конгресса управления Инновии.
