Текст книги "Княжна-попаданка. Между Русью и Степью (СИ)"

Автор книги: Александра Каплунова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)

Глава 5

Едва мы шагнули внутрь, как повисла тишина. Ну прям-таки гробовая. Стихли разговоры, а красавицы местные все замерли и на меня уставили свои очи ясные. За то время, пока мы с Айбике выясняли отношения, девиц тут поприбавилось. Видать, как прознали, что я приехала, так все и сбежались. На знакомство.

Или вернее сказать будет – на травлю? Потому как взоров дружелюбных я тут покамест не замечала. Все с вызовом или брезгливостью. На самый крайний случай – показательно-равнодушно.

Все они были молоденькие. Пожалуй, что Айбике была самой старшей из них, прямо выделялась. Если ее я оценила лет на тридцать пять по меркам своей современности, то остальным было около двадцати, а то и меньше. Зато нарядами и украшениями щеголяли все. Кто во что горазд. Тут и шелка цветные, и золото с камнями, и прически вычурные.

– Это княжна Евпраксия, – представила меня Айбике. Да таким тоном, будто мне приговор на смерть зачитать собиралась. Смурно так, строго. Еще и добавила недовольно: – Невеста светлого оглана Арслана.

Тут же зашептались, прикрывая лица ладошками и взглядов враждебных с меня не сводя. Видать, угрозой я была для них. Ну, оно и понятно. Они-то промеж собой тут борьбу вели наверняка на роль первой жены. А тут – я. Подарок русских полей.

Я искоса глянула на Айбике, та мне снова холодом ответила. Интересно, а сама она тоже в жены метила? Она ведь наверное даже старше Арслана. Сколько ему самому? Лет тридцать, молодой же еще, хоть и здоровенный и с этой бородой своей страху наводит. Но по глазам я запомнила – ни морщинок вокруг, ни жизненной усталости. Нет, точно он моложе Айбике.

Ну ладно, с тем мы потом разберемся.

Я сделала еще шаг вперед, отрываясь от своей провожатой. Оглядела всех взором властным, чуть голову приподняв.

– Здравствуйте, девушки, – я тут перед ними, как на планерке перед новым коллективом. Нужно себя сразу показать со строгой стороны. Это после можно расслабиться с теми, кто не подведет. А вот на старте уж лучше в рукавицах ежовых подступиться. А то так нежные пальчики протянешь – откусят и не подавятся.

Еще и хулить будут, что невкусное.

– Рада знакомству, – я коротко поклонилась, не слишком глубоко, но все же выражая почтение.

Они зато оное выражать не спешили. Ох и змеюшник же.

Захихикали только, снова шепотком обмениваясь. Так он и покатился вокруг меня, от одной к другой передаваемый.

Одна из них, высокая, статная южная красавицы с густыми шоколадными косами, поднялась. Изящно так, точно змейка взвилась, того и гляди – язык высунет раздвоенный и шипеть станет. И тоже поклонилась мне, но вот точь-в-точь, как Айбике. Их тут что, этому специально учат? Как унизить поклоном – урок первый…

– Какая… скромная невеста для нашего господина, – голос-то медовый, так и льется. Липкий и тягучий. Я едва не скривилась. Это она меня так поддеть силится? Ну давай, голубушка, попробуй. – Низенькая, худенькая. Такую в уголок поставить и любоваться.

Она оглянулась к своим и те подхватили ее речи хихиканьем. А она и рада. И уже к ним обращаясь, будто меня тут и не было:

– Зря мы переживали. Оглан сразу поймет, что такая сына не выносит. Сразу вторую жену смотреть начнет.

Ага, думала, уест меня. Ну-ну. Как начнет так и закончит.

– А ты, стало быть..?

– Лейла, – засранка снова ко мне повернулась. – Дочь ногайского мурзы. И я здесь уже пол года.

Ага. Ну вот ты сама себя и закопала.

– И за пол года ни сына не зачала, ни в жены не выбилась? – и взглядом ее презрительным окатила.

Та дернулась, точно я ее по лицу саданула. Весняна моя уже за сердце схватилась. Надо будет с ней что-то решать. Она мне поддержкой быть должна, а только охает.

С другой стороны я от ее трескотни за время пути много чего полезного узнала. Вот и сейчас не преминула воспользоваться. Знала, что у Оглана до сих пор нет детей. Ни единого.

Лейла предо мной уже столько воздуха в себя втянула, что должна была вот-вот лопнуть, видать готовила мне обличительную речь.

– Ну-ну, – прежде чем она успела ответить, я шагнула к ней ближе и по плечу похлопала. – Ты не переживай, теперь это не твоя забота.

– Ты… – она уже шипеть начала, но я снова ее одернула.

– Не советую, – жестко, тон понизив, рыкнула на нее. – Не забывай, что я приехала сюда не наложницей, а свободной русской, чтобы стать женой твоего господина. Оскорбишь меня – оскорбишь самого оглана. И мой княжеский род в придачу. Я такого терпеть не стану.

Я, конечно, здешних законов не так чтобы хорошо знала, но наверняка за открытое пренебрежение что-то да будет. Еще и склоки устраивать.

– Не забывай, княжна, тебе тоже здесь жить, – Айбике, похоже, решила вмешаться. А вот чуть пораньше нельзя было?

– Как и вам, – в тон отозвалась я. – Всем нам.

Я выдохнула, скользнула взглядом по Лейле, которая нос уже задрала так, что хоть прям на него золотые кольца вешай.

– Потому, давайте продолжим знакомиться, – я нарочито и тон сменила на более дружественный. Если не дуры, поймут что к чему.

– Лейла, представишь княжне остальных? – Айбике сперва на меня поглядела внимательно, после неторопливо повернулась к Лейле.

Та не скрываясь носик свой поморщила, фыркнула на высокой ноте, плечами передернула и глаза закатила.

– Так и быть.

Ну… лед тронулся, господа присяжные заседатели!

Глава 6

Меня познакомили с остальными. Как оказалось, не все из присутствующих наложницы. Тут были и просто служанки-приближенные. Среди служанок нашлись даже русские девки, которые были при том весьма довольны своим положением.

По всему выходило, что жизнь в гареме имеет строгую иерархию и структуру, (а голова у меня пошла кругом от всех этих хазнерад, одалык, джарийе…). И разбираться в этом мне придется самой.

Весняна вот тоже не очень-то разбиралась в этих вещах, и я все больше уверялась, что надобно себе искать другого зама. А то с ней каши не сваришь.

Из всех, кого мне представляли, я пока запомнила наверняка только тех, что назвали “икбал”. Фаворитки. Они еще не были женами, но именно их мой огланчик выделял среди прочих. И именно к ним относила себя и Лейла.

Кроме нее были еще трое – Надия, Зара и Альфия. Все как на подбор восточные красавицы. Глаза – миндаль. Кожа гладкая, нежная. Формы – ух! И тут и там подержаться есть за что. Вкусы у Арслана, похоже, были строго определенные.

И я в этот ряд ну никак не вписывалась. Голубоглазая, светлая, с косой золотой. Еще и на голову ниже каждой из этих икбалок, а телом хоть и ладная, но тоненькая.

Ну да ничего, раз уж мне женой предстоит стать, то впечатлять будущего мужа я вовсе не телом планирую. Да и вообще это местные с чего-то решили, что я его впечатлять обязана. А на деле это он пусть за меня еще поборется. А то ишь!

Может, он мне вообще не понравится. Пусть бы при первой встрече и ничего такой показался.

Когда все присутствующие были представлены, Айбике свернула все это представление с хихиканьем в мою сторону и шепотками-обсуждениями, кои я просто игнорировала.

– Княжне нужно подготовиться к вечернему пиру, – сообщила она всем. – Ее покои еще не готовы, но я думаю, Малика может уступить свою комнату на день-другой.

Малика, тихая черноглазая девушка из рядовых наложниц, которых кедхуда назвала одалык, сидела тут же на подушечках. На предложение Айбике и ее настойчивый взгляд, она ответила затравленным таким взором. Будто привыкла, что ее постоянно за что-то ругают. Но кивнула хоть и медленно, но смиренно.

– Конечно, госпожа.

Ага, вот это нужно себе отметить и с этой Маликой пообщаться получше. Если меня селят именно в ее комнаты, то вероятно, она из тех, кого тут могут ущемлять. А именно такие обычно более охотно докладывают о своем начальстве. Нужно только найти правильный подход.

Айбике хлопнула в ладоши, отвлекая меня от составления плана.

– А теперь, – она снова оглядела меня с головы до ног и обратно, – пора в баню. Лейла, ты поможешь княжне.

Я едва удержалась от смешка. Ох уж эта Айбике! Специально ведь назначила мне в помощь Лейлу, чтобы раздора побольше посеять.

Ну ничего, и не с такими управлялись.

Да и баньке я была рада. После стольких дней в пути, где мне только влажной ветошью обтирания предлагали, это казалось даже каким-то подарком.

Меня повели дальше через коридоры терема. Контраст, конечно, был очень интересный. Похоже было, что изначально это и правда русский терем был. Я даже замечала здесь и там резные узоры в народном стиле моих земляков. Но при этом соседствовал он с традициями здешних восточных хозяев. Этакое смешение культур и достроек.

А еще и гаремное крыло отличалось. Если по коридорам, коими мы сюда добирались все было чинно и строго, пусть и с позолотой, то здесь прямо явственно все заявляло – тут женщины живут. Везде шелка, драпировки, цветы и благовония.

Через небольшой закрытый дворик нас с Весняной провели в строение поменьше. Кроме Лейлы с нами в баню отправились и ее прислужницы. Мне обещали назначить таковых позже – по усмотрению оглана.

Баня оказалась не такой жаркой, как привычная мне из моей прошлой жизни, русская. Но при том по виду она все ж напоминала нашу, разве что без разделения на парилку и помывочную. И попросторнее. И с бассейном. Ладно, не очень-то напоминала. Просто тут тоже какое-то странное смешение культур выходило.

Две крепкие девицы постарше, банщицы, принялись меня намыливать и растирать с таким усердием, что я едва не постанывала. И не только от удовольствия. Впрочем, после долгой дороги это было то, что нужно.

Лейла и другие девушки, сидели поодаль. Икбалка расслаблялась в большой купальне, куда ее пустили после умывания. Большая чаша прямо в полу, была отделана камнем и вся наполнена водой.

– Значит, ты из княжеского рода? – спросила она, когда я присоединилась к ней в купальне.

Служаночки тут же кинулись делать что-то с моими ногтями, натирать руки маслами и что-то чудить с волосами.

– Да, – ответила я коротко. Уж точно я не собиралась ей докладываться, что вовсе не местная.

– Странно это…

– Что ж странного? – я откинулась на бортик и голову запрокинула, нежась.

– Взгляд у тебя вовсе не такой, как надобно.

Я фыркнула. Вот тебе и конспирация.

– А какой надобно?

– Говорили, что княжна Евпраксия покладиста и тиха. Мила, голосом звонка, ликом светла.

– И что ж я, не светла? – я глянула на Лейлу одним глазком.

– Светла. Но покладиста ли?

– А ты сама?

Мы обменялись взглядами снова. Лейла смотрела на меня из-под полуопущенных ресниц. Томно и тяжело. С превосходством.

Я же по-простому спокойно.

– Я стану женой оглана, запомни это, русская княжна, – произнесла она в наступившей тишине, когда служаночки меня оставили в покое.

– Может и станешь, – я поднялась из воды, не стесняясь собственной наготы перед ней. Шагнула наружу и только когда прислужницы укутали меня в холстину навроде полотенца, продолжила: – Только не моего.

Эх, вот так еще даже мужика толком не узнала, а уже приходится на него права озвучивать.

Глава 7

После бани меня отвели в отдельную комнату для одеваний. Здесь уже не было так душно и влажно. В центре стояло что-то вроде нашей печки-буржуйки, сверху на ней камни и какие-то особые гребни грелись. Ими-то мне стали волосы расчесывать. Чтоб, значит-ся высохли быстрее. И по объяснениям моих провожатых служаночек, камень, из коего гребень выточен, был какой-то особый.

Для волос полезный, силу им придающий.

– У вас волосы, точно золотые нити, княжна, – удивлялась та, что расчесывала меня. Это приятно польстило. Не скажу, что такая коса была прямо удобна, но я довольно быстро к ней адаптировалась.

Вообще если первые пару дней было очень странно себя в иных габаритах осознавать, то сейчас уже будто бы и нормально. Да, разум человечий штука гибкая.

Когда волосы подсохли, меня принялись натирать мягкими мазями. К слову, весьма ароматными. Они буквально таяли на коже, не оставляя жирных следов.

А потом уж стали наряжать.

И вот тут настала первая заминка. Ибо кутать меня принялись в те же шелка, что носили и наложницы. И на тот же манер.

– Это что? – если нижние сорочки я еще удосужилась принять, к тому ж в здешнем климате тонкий материал их был куда более кстати, то вот на тунике почуяла неладное.

– Госпожа Лейла великодушно уступила вам один из своих новых нарядов княжна, – низко поклонившись, сообщила мне одна из прислужниц. Те, конечно, служили черноокой красавице и действовали по ее указке. – Она не успела его надеть ко двору, только пошито, не переживайте.

И звучит-то как услужливо. Лейла, красотка, сама щедрость.

Только ничего, что мы размером с ней разных и ее наряды на мне мешком висеть будут? И это уж не говоря о прочих нюансах.

– Любезные мои, – я скрестила руки на груди. – Пусть ваша госпожа не сочтет за грубость, – (а даже если и сочтет, то чихать я хотела), – но я русская княжна. И наряды буду носить себе под стать.

Девушки, а их здесь было четверо, опустив головы переглянулись меж собой. Явно им было надобно добиться от меня облачения в сей наряд.

– Она вас накажет, если я это не надену? – чуть прищурившись уточнила у них.

Та, что держала в руках тунику, тут же дрогнула и голову ниже опустила.

– Госпожа Лейла всегда действует из лучших побуждений, госпожа. И нам, в силу нашего положения, не положено судить пресветлую икбал.

Ага. Прилетит им значит. И если среди местных начальниц мне нужно было утвердиться во властности, то вот что касается рядовых сотрудниц…

– Есть идеи, как и мне не наряжаться в это, и чтобы вам за то не прилетело?

Кажется, вопрос застал их врасплох. Вероятно мнение таких прислужниц тут редко когда вообще кто-то воспринимал. И уж точно не задавал вопросов.

– Я должна быть сегодня вечером в своей одежде, – продолжила я, обводя их внимательным взглядом.

Девушки неуверенно переглянулись между собой. Насколько они верны своей госпоже? Отправила ли она своих самых явных соглядатайниц или наоборот дала “черную” работу нелюбимым служанкам.

Ставки мои сейчас были высоки, но кто не рискует, тот не подходит к станку без защитных перчаток и маски. А я так делала не раз. Правда чуть однажды не осталась без пальцев… Техника безопасности ведь не зря прописана, но отчаянные времена требуют отчаянных мер.

Как и сейчас.

– Если позволите, госпожа, – одна из служанок шагнула ко мне.

– Салейко, – зашипели на нее остальные, но та только губы поджала и фыркнула на них.

– Говори, – подогнала я ее, пока у нее решимость не иссякла.

– Мы могли бы подколоть вам одежды, чтобы они смотрелись на вас… – она обвела взглядом мои худосочные телеса, – приемлемо.

Я качнула головой.

– Нет, – это мне не подходило. – Я должна быть на приеме в своей одежде.

Салейко кивнула, давая мне понять, что поняла.

– Да, княжна. Вы будете на приеме в своей одежде, – остальные уже переминались неуверенно.

– Салейко, – одернула ее за рукав та, что принесла мне тунику. – Госпожа будет гневаться.

Она шептала ей, но достаточно громко, чтобы и я услышала. Ухты-пухты. Госпожа будет гневаться.

– А сам оглан не станет гневаться на прислужниц, что обрядят его невесту, как пугало? Разве ж вы не умеете подобрать наряд? – я посмотрела на них прямо. – Или не видите, как мы с отличаемся с пресветлой икбал?

– Потому я бы и хотела, коли позволите, – Салейко отмахнулась от той, что ее остановить пыталась, – поступить немного иначе.

Весняна моя все это время сидела в стороночке, держала шкатулку с украшениями, кою принесла из моих сундуков, и вздыхала.

Я же, кажется, уже нашла ту, что ее сможет заменить.

Салейко смотрела на меня хоть и чуть склонив голову, но все же довольно прямо. Без утайки или желания напакостить.

– Говори, что задумала, – подбодрила я ее снова.

Глава 8

В общую комнату отдыха гарема я явилась, как того хотела несравненная Лейла. В ее, стало быть, подаренном наряде.

Ну да, дареному коню в зубы, как говорится, не смотрят. Но тут и без осмотра было видно – насолить хотела. Цвета яркие, неказистые. Пошито скверно, все как-то криво-косо. Прислужницы под началом Салейко сколько ни пытались, при всем старании ничего путного накрутить не сумели.

Лейла, как увидала меня в этом несусветном платье, которое даже будучи подколотым, больше напоминало накрученное на меня покрывало, едва не зашипела радостно. Змеюка.

Уж с учетом того, как я не была привычна следить за модой, но опрятность соблюдала всегда. А тут… кошмар одним словом. На мне даже рабочая роба лучше сидела.

– Вам так к лицу, княжна, – ворковала эта поволоокая. А девки ее похихикивали. – Очень освежающий цвет так подходит к вашим чертам.

Да, яркая фуксия прямо подсвечивала мои безвольно краснеющие от злости щеки. В этом теле я обнаружила одну особенность. Видать, княжна была привычна краснеть при каждом случае. И у меня, как бы и ни пыталась лицо держать, а кровообращение все ж помнило старую владелицу. Потому и сверкала свекольными ланитами.

Да и пусть.

– Благодарю за щедрость, – улыбнулась я этой ядовитой бабе. Доброжелательно так. – Мои сундуки еще не разобрали, так что подарок вышел весьма кстати.

Айбике вошла в гарем аккурат на этих моих словах. И как увидела меня, дар речи потеряла. В Лейлу глазами стрельнула, губы поджала. Я все ждала, чего она скажет, но кедхуда промолчала.

Похоже, мне нужна тетрадь, чтобы записывать.

– Как тебе наши бани, княжна? – она опустилась на подушки рядом с тем местом, куда меня усадили.

– Все прекрасно, – вежливо ответила я. – Но у меня будет одна просьба.

– Сделаю все, что в моих силах, – она вежливо склонила голову.

Да уж так я и поверила.

– Достопочтимая икбал Лейла милостиво предоставила мне своих прислужниц, – я начала издалека. Обе глядели на меня, ждали, чего это я изволю. – Поскольку девушки, что приехали со мной, не знают местных обычаев, я подумала, что будет не лишним обзавестись помощниками из числа местных.

Да, и это я уже Весняну отправила сундуки разгребать. Чтобы не вздыхала и не охала мне под ухо.

– Ты хочешь моих служанок? – с вызовом спросила она. Ага, уже заводится.

– Да, – бесхитростно сообщила я. После того разговора в купальнях она вообще на меня смотрела с затаенной злобой. Прямо резала меня своими черными глазками.

Айбике повернулась к ней, чинно-церемонно, и приподняв вопросительно брови.

Лейла же, явно ощутив себя хозяйкой ситуации, фыркнула.

– Я и так подарила тебе платье, разве этого мало? – это она сейчас на оглана намекала?

– Думаю оглан Арслан будет рад, если его любимая наложница окажет должное внимание его будущей жене.

Если Лейла не глупа, то поведется. Захочет привлечь внимание господина даже таким образом. Да, я ставила себя в ту позицию, что одна из его любимиц вероятно возжелает с помощью этого подарка переключить на себя внимание. И точно потом попросит у оглана подарок ради возмещения своей утраты. Но моя цель была Салейко и еще одна девушка, которую та назвала мне шепотом.

Айбике при этих словах покосилась на меня довольно странно.

– И ты сама скажешь ему о щедрости его наложниц и теплой встрече в гареме? – это уже она сама спросила.

Я едва не хохотнула. Что, неужто за время пока я намывалась, она пересмотрела приоритеты?

– Пожалуй, что так, – я повела плечом на манер, что подсмотрела у самой Лейлы, так же с ленцой и кокетливостью, будь она неладна. – Платье и новые служанки, разве не пример радушности?

Теперь на Лейлу смотрели мы обе.

Глава 9

Той явно не нравилась идея делиться, но я поставила ее ровно в такую позицию, что выбора у нее было здесь только два – согласиться и показать радушность и покладистость икбалки. Или не согласиться, фыркнуть и покрутить носом. И то и другое, само собой, дойдет до верхов, читай – до огланчика.

А его мнение для Лейлушки было очень важно.

– Так и быть. Можешь взять двоих, – и ручкой ить, повелительно. Ну спасибо за такое великодушное одолжение. Я кивнула ей с почтением. Теперь Салейко и та вторая девушка окажутся под моим начало.

А мне то было и нужно.

Время до пира провели в гареме без новых склок. Близилось время пира. Лейла вызвалась меня проводить, но я сослалась на необходимость проверить, все ли подарки готовы – на официальной части мы готовились к обмену дарами.

– Поторопись, – не преминула указать она. Конечно, времени оставалось всего ничего.

Догадывалась ли она, что я собиралась сделать? Вряд ли. Как объяснила Салейко, на то, чтобы собраться на подобное празднество, наложницам требовалось по несколько часов. Частично я наблюдала это, пока мы сидели в гареме. Им приносили на выбор платья, украшения, прислужницы занимались их волосами.

Зато Салейко уже ждала в отведенной мне комнате. Весняна принесла сюда платье – белое с красными вставками, расшитое жемчугом и золотыми нитями.

– Ох, госпожа, – начала она причитать, когда Салейко и Марика, так звали вторую девушку, что умудиралась переметнуться ко мне от Лейлы, принялись быстро распускать намотанное на мне чудовище. – Госпожа Лейла станет гневаться, что вы отказались от ее подарка.

– Где ж я отказалась? – усмехнулась я. – Я целый день, почитай, в нем проходило. По терему прошлась, перед чужими глазами показалась.

– Но пир… – у Весняны, очевидно, чувство вкуса отсутствовало как таковое.

– Давай-ка платье для княжны, – Салейко зато работала споро, без лишних разглагольствований. Надеюсь, не прогадаю я с ней. Надобно будет получше ее изучить. А заодно вызнать, чего она так от Лейлы лыжи навострила.

Весняна подчинилась и даже попыталась чем-то помочь, но Марика отправила ее выбирать шпильки. Похоже, чтобы не мешалась под ногами и руками.

На то, чтоб обрядить меня, затянуться все тесемки и еще и соорудить приличную косу, а потом спрятать ее под кокошник с белым свободным задником, ушло минут пятнадцать.

И это еще служаночки мои новые таких нарядов-то не видали прежде, похоже.

– Ох, вам очень идет княжна, – Салейко поправила подол. – Теперь вы хоть на себя похожи.

– А прежде на кого была?

– На свеклу, что привозят с соседнего подворья, – нагло сообщила она, мне в лицо глядя. И замерла. Ждет, как я реагировать стану на такую наглость и панибратство.

Я усмехнулась. Шутить – это можно. Если грань переходить не станет.

– Ну, ведите меня к жениху.

Мы прошли коридорами, по пути мне все кланялись, наконец, принимая за ту, кем я и была. И, честно сказать, мне даже это начинало нравится. Ну а что бы и нет? Приятно же, когда люди к тебе заведомо с почтением. А уважение натуральное – дело наживное.

Провели меня аккурат к тронному залу, или как его тут правильно называли – пиршетсвенная палата.

Стражники тут стояли – как подбор. Все в белых одеждах, поверх – кольчуги из мелких колечек. И топоры на длинных рукоятях массивные. Выглядело очень воинственно. При моем подходе они разом выпрямились, а топоры, прежде скрещенные поперек прохода, подняли. Глашатай, увидав меня, приосанился тоже и на весь зал, привлекая всеобщее внимание и перекрикивая голоса, провозгласил:

– Евпраксия Ярославовна, княжна Ярославская! – я же шагнула в проем. В зале воцарилась тишина, все меня разглядывать принялись.

И в этой тишине, кажись, отчетливо послышался скрежет зубов моей дорогой икбалочки.

– Добро пожаловать, княжна Евпраксия, – оглан, сидевший во главе стола, поднялся.

Одет он был сейчас куда как более богато, чем при первой нашей встрече. Светлые одежды с меховой темной оторочкой, подчеркивали ширину плеч. Шапка их национальная, тоже вся в драгоценных каменьях, ему странно шла. Точно он вот прямо сейчас готов был сорваться, вскочить на коня и на охоту с голыми руками двинуть.

И глаза его искристые из-под черных бровей смотрели на меня внимательно и с интересом.

– Прошу, присаживайся, – и указал мне на свободное место.

Место за столом на уровень ниже, чем его стоял, где он с приближенными восседал. Хотя при том и выше прочих гостей. Только сидели там те самые его фаворитки во главе с Айбике. И место было только в самом конце их строя.

Я же туда садиться не собиралась. Приподняв голову, я ступила в зал.