Текст книги "Равеннский экзархат: доместик арканитов (СИ)"
Автор книги: Александр Никатор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 32 страниц)
Задушенные бобры сейчас покоились в почти невидимых, на животах бойцов, небольших серых сумках, что сливались с грязными рубахами надетыми на тела “жертв” друида.
Бобров разместили в виде поясов, что бы Сергею было удобно наносить удары сикой в область пояса товарищей и он их случайно не задел.
–Амбарамтах! – резкий взмах рукой с кривым балканским кинжалом и точный медленный пропарывающий удар в “живот” Вадиллы.
Славянин с громким криком трясётся несколько секунд на ногах, звезда театральной сцены показывает мастер класс паузы – пока его “убийца” не вытаскивает руками почти все потроха и немного мяса с костями бобра наружу, так что зрителям у моста кажется что это кишки и кровь, малые кости самого Вадиллы.
Падение македонца, в судорогах, на камень моста и замирание там. Всё повторяется с Авалией: громкий крик друида, чёткий удар сикой в область сумки с мёртвым бобром, небольшая сценка мучений гота на ногах и его “потрошение” голыми руками перед замершими в ужасе зрителями.
Друид отскакивает назад и воздев руки к небу что то бормочет, потом становится на колени в сторону холма и причитает, словно бы моля кого сильного и важного, одного из кельтских кровавых богов, прийти к нему и принять дар убиенными мужчинами.
Тут же, рыча как медведь, одетый в медвежью шкуру и с зачернённым лицом, появляется гигант Ратсимир.
Лихотатьев лобызает ему руки, но венед лишь брезгливо отпихивает своего “друида-жреца”. Потом дудит в два, выданных Ратсимиру кавалеристами, рожка-свистка и происходит чудо: оба зарезанных и распотрошённых привселюдно воина медленно начинают двигаться, дёргаются на камне моста – потом становятся на четвереньки, несмотря на “собственные” кишки что волочатся по поверхности моста и на четвереньках же начинают рычать и поскуливать, как собаки. Или ожившие умертвии...
Вадилла и Авалия сыграли на отлично: они кривлялись и прихрамывали, словно бы тела их плохо слушались после “оживления”, они исходили слюной и постоянно скулили как верные псы своего хозяина, Ратсимира. Пытались укусить друг друга и начинали выть на солнце. Видимо и оборотни они были необычные – дневные.
За спиной Ратсимира заорал дурным голосом Кассиодор, что понемногу подползал и сейчас прятался у ног гиганта: “Хочу мяса лангобардов Севера! Хочу головы их вожаков, сделаю себе из них кубки, как Альбоин в своё время творил! Хочу новых послушных слуг в мою армию умерших! Ахраммхра!”
Трёхсекундное оцепенение и вдруг истошный крик раздался, над почти что тысячной, толпой длиннобородых: “Это тот, что ночью на нас наших же лошадей направлял! Хозяин леса!!!”
–Он мёртвых поднимает, это же умертвии – они питаются живыми!
–Это страшный маг и чародей, он непобедим!
В течении минуты кавалеристы в панике и спешке вскочили на своих лошадей и понеслись прочь.
Люди в повозках последовали за ними. Раненные в повозках орали на все лады что бы прекратили этот ужас и бежали прочь, не стоит связываться с духами снова...
Половина пехотинцев бросилась вслед скачущим конникам полями. Вторая половина, с тем самым Лиутпрандом во главе – выстроив подобие “стены щитов”, быстро отступала метров сто по дороге, обратно к границам экзархата.
Но видя что их не преследуют – развернулись и сверкая пятками бросились догонять товарищей сбежавших раньше.
Вслед беглецам, на свежих лошадях, поскакали патлатый разведчик и его люди – не добивать, скорее просто понять как далеко сбегут варвары прочь и где они остановятся.
К мосту конный разъезд вернулся уже к вечеру, когда чертыхающиеся диверсанты начали ловить раков и коптить их на небольшом костерке с экраном из рубахи на ветках, в выкопанной ямке.
–Всё! Гоготал, как ужаленный осой в гортань, патлатый. – Всё!!!
–Что всё? – не понял Сергей.
–Сбежали прочь! Вприпрыжку валили до самой границы. Они уже в своих землях, никто из этого отряда у нас не остался – все сбежали! Ахахаха.
После короткого совета решено было ехать в полис который и защищали диверсанты, и переночевать там, под защитой стен – поужинав не в лесу чем из мешковых припасов, а нормальным жарким в кабаке.
Три часа ушло на путь. Заходили в город уже в ночь. Стража узнала Кассия и Авалию и впустила отряд в город.
Ещё много нумерцев из Равенны оставалось в городской страже в качестве временных патрульных команд, после недавней бойни.
Сидя в большой комнате того самого оффициума который они вместе и штурмовали, запивая вкуснейшую похлёбку из зайца местным кислым вином, друзья вспоминали вчерашние сутки.
–Да всё просто отлично! – орал, немного пьяненький, Кассий. – Мы их просто порвали!
–Кассь, да ведь ты чуть было нам не завалил выход... – напомнил, но без строгости, Сергей. – Чего ты там решил резать кольчугу?
–Пустяки! – не соглашался ромей. – Результат мы показали просто отменный: один отряд покоцали на треть, второй – заставил отступить... мы сила!
–Кассиодор прав. – закивал головой Авалия. – Мы вместе действительно отлично действуем, мы – реальная сила в подобных ночных войнах... – гот вопросительно посмотрел на Лихотатьева., ожидая ответа.
–Да! – согласился россиянин. – Нам следует договориться и вместе дальше воевать. Думаю, нет смысла каждый раз сговариваться и находить лазейки что бы помочь друг другу – мы должны все вместе стать ядром нового подразделения экзархата!
Дружно выпили за рождение нового отряда и его костяка. Снова взял слово Кассий: “Господа! То что мы сегодня видели, описывали ещё эллины времён классических Афин – город это территория порядка, территория людей – а вот Лес... Это Хаос! Там может происходить всё что угодно! Там властвует бог Пан, что и нагоняет на всех, названную в его честь, Панику! Именно в лесу можно напугать, до дрожи, обыкновенно храбрых на войне лангобардов – небольшой сценкой из бродячих сюжетов и они верят в это! Лес – это мистика, загадка и тайна. Именно в нём, как считают многие варвары – “восстановитель мёртвых” Сергий запросто может вызвать духа Леса Ратсимира и они вчетвером, и я за их спинами, обращают в бегство многие сотни лангобардов!”
Спать уходили сытые и довольные: вдоволь насмеялись шуткам Кассия и байкам ветерана Авалии. Получили похвалы от командира Сергия и обещание Ратсимира придумать что пострашнее, в своём “диком”наряде, для следующего ночного выхода группы.
Утром в полис входили отряды трибуна Гонория и Сергей, разбуженный Кассиодором, поспешил умыться и до завтрака отправился на отчёт к непосредственному командиру который и ставил ему задачу в Равенне.
Идти, на самом деле, никуда не надо было: Гонорий, на коне, в окружении четверти сотни кавалеристов в бригантинах и с дротиками за спиной – въехал на форумную площадь и направился сразу же к зданию оффициума, где и ночевали диверсанты.
Когда выскочили новые магистраты городка и ответственный за гарнизон, Лихотатьев было спрятался за их спинами что бы потом, когда все разойдутся, дать ответ Гонорию о том что произошло вчера – но трибун отмахнулся от всех и лишь Сергея взял под локоть и увлёк за собой, потребовав что бы им дали кабинет где можно поговорить наедине.
–Что происходит?! – набросился Гонорий на своего секундацерия. – Юн орёт что варвары сбежали прочь и вряд ли скоро вернутся! Я отправляю несколько патрулей конной разведки и они подтверждают что лангобарды фактически уже полностью отменили поход... Что вы сами совершили, у вас есть успехи? Есть понимание отчего длиннобородые решили всё переиначить?
–Кто такой Юн? – сперва спросил Лихотатьев, хотя уже догадываясь.
Как он и предполагал, под этим именем скрывался патлатый начальник конных разведчиков – что выводил его людей на лагерь в лесу и потом помогал следить за противником на северных территориях экзархата.
Россиянин, с подробностями, описал налёт на спящий лагерь лангобардов и как они там всех “почикали” мечами и кинжалами.
–У меня в отряде настоящие Чики имеются! – гордо объявил казачью истину Сергей, хотя, судя по лицу Гонория, тот вряд ли что из этих слов понял.
Далее был рассказ как перехватили беглецов из лагеря и рассказали им кучу баек от прочих “свидетелей бесчинств ночных чертей”. Как оказались рядом, во время споров лангобардов конных и пеших, и разыграли при них новую сценку – после чего те просто улепётывали со всех ног куда подальше от моста, где “дух Леса” – мёртвых оживлял, дудя в пару свистков конных разведчиков одновременно.
–Ладно! – устало махнул рукой Гонорий. – Всё конечно весело, но скорее напоминает трёп старой матроны... Посидим в городке трое суток. Я пока отправлю разведчиков всю северную границу осмотреть.
Дни прошли в весёлых попойках в оффициуме и местных кабачках, проделках Кассия и Ратсимира что разыгрывали прохожих и сговора Сергея и Авалии – как они станут убеждать своих командиров, Гонория и Петрания, главу “инвикторов”, что бы объединиться в едином отряде “ночной войны”.
Лихотатьев однако заметил: что когда Юн прискакал и сообщил что всё подтверждено и никакого вторжения варваров не готовится, те отступили чуть не до самой Павии – Гонорий не обрадовался, а скорее сильно огорчился услышанному и сейчас смотрел волком на диверсантов.
Командир “веронцев” не стал никого дожидаться и первым, без предупреждения, ускакал в Равенну.
Приказ о том что следует ехать ему вслед, прочие бойцы приведённого в город отряда и диверсанты – получили лишь утром следующего дня.
–Он зол на нас! – сообщил Кассий товарищам, когда ехали, без всякой спешки, в собственных повозках обратно в столицу экзархата. – Специально первым свалил в Равенну, что бы пообщаться с главными людьми... не нравится мне это!
–А чего ему на нас злиться? – не понял Сергей. – Мы же задачу на отлично выполнили, враг бежал до подхода основных сил! Победа!
–То то и оно! У Гонория явно на поход были отдельные планы, в том числе и что бы стать главным полководцем экзархата, а теперь, оказывается, что вторжение отменено и ему не удалось отличиться! Совсем! Вряд ли он сильно тебя станет хвалить... Или у него был сговор с лангобардами и он их сам пригласил!
–Болтовня! – резко прекратил разговоры Лихотатьев. – Вскоре всё сами узнаем, вы как бабки на лавочке..
–Что?
–Вы как пожилые матроны в саду при гимнасии. – тут же поправился командир, копируя высказывания самого Гонория.
При въезде в столицу экзархата появились люди в сиреневых плащах и найдя повозку с Лихотатьевым, а это оказались, уже знакомые диверсанту, “советники” Феодора на пиру – передали приказ экзарха немедленно прибыть к нему во дворец и отчитаться о действиях отряда и результатах.
Командир диверсантов отдал приказы Авалии и Кассию – первому, что сказать в своём нумере, второму – куда отвезти вещи и повозки на территорию “веронцев” и как оформить, у интенданта нумера: так как лошади и повозки арендованы всего на неделю и трофеями в бою не являются.
Сели в экипаж запряжённый четвёркой лошадей и отбыли в сторону дворца Теодориха.
По пути, чиновники главного оффициума экзарха – постоянно задавали вопросы о произошедших событиях и, что было странным, о действиях Гонория и его успехах во время отражения лангобардской угрозы.
–О чём? – про себя изумлялся Сергей. – Каких действиях?! Когда прибыли отряды под командованием трибуна – варвары уже бежали... Или наш достославный командир что набрехал всем, как Кассий и говорил?
Двор при дворце экзарха. Очередной обыск и требование оставить сику и парамерион в комнате охраны.
Быстро прошли по ступеням наверх и снова попали в зал официальных приёмов. Там уже восседал, на подобии трона, сам Феодор Второй в окружении охраны и нескольких людей в бригантинах – но не из охраны, скорее старших офицеров – все седые или лысые, с брюшками и мордами исполосованными шрамами. Не чета ухоженному, прилизанному Гонорию, явно сейчас побаивавшемуся своих соседей за столом.
–Ваше превосходительство, – поклонился Сергей. – Вы вызывали меня?
–Да. Прошу вас, господин... эээ – Гонорий, какой у него чин?
–Секундацерий псиллов! – ответил, с готовностью, командир “веронцев”. – официально...
–Да. Прошу вас, господин секундацерий – опишите нам, в подробностях, что же произошло на северной границе экзархата?
Россиянин постарался без особых прикрас, но при этом не забывая себя и своих людей, рассказать события последних дней: встреча с конной разведкой Гонория и вывод теми диверсантов на лагерь варваров в лесу. Ночное нападение на врагов и прохождение всего лагеря насквозь, потом попытка психологического давления всякими сценками из кустов и голосами, обещаниями всех порвать и загрызть...
–Мы посчитали что варвары легковерны и могут подвергнуться усиленному эффекту подобных криков, особенно ночью. – улыбаясь проговорил Лихотатьев, видя что многие за столом, из “шрамированных”, откровенно ржут и комментируют вполголоса, а Феодор даже утирает слёзы смеха катящиеся у него из глаз.
Далее было описание того, что конные разведчики, утром – признали что это не тот отряд на который их направляли: это кавалерия длиннобородых что пришла к городку ранее пехоты, но пряталась у леса, поджидая пехотинцев для общего нападения.
–Поняв что враги, после нашего ночного налёта, решили сбежать – мы их преследовали и вскоре ещё раз с ними “пообщались”…. – продолжал Сергей, описывая как вместе с Кассием выдавали себя за беглецов с латифундии, что тоже прячутся от “чертей прибывших на помощь имперцам”.
Хохот за столом и часть сивых командиров просто легли головами на столешницу, пока экзарх трясся от смеха вместе со своими телохранителями.
Смеялись все. Но Гонорий как то странно, негромко и вежливо, бросая откровенно ненавидящие взоры на говорившего сейчас человека. Диверсант это сразу почувствовал.
Командир “веронцев” не то что не был рад успеху своих диверсантов, он просто проклинал их – хотя и вынужден, из-за реакции экзарха и старших командиров, вместе со всеми улыбаться. Но он их проклинал...
Все надежды Гонория отличиться славной победой ещё раз, как у городка что он недавно так блестяще освободил – пошли прахом из-за секундацерия Сергия, который теперь получал похвалы от экзарха и его старших командиров.
План что бы быстро прославиться и стать “первым из полководцев экзархата”, а в дальнейшем, получив благословение из Константинополя и самому стать экзархом, сменив Феодора – этот план сейчас трещал по швам.
–Мы следовали, тайно, за бросившимися в бегство кавалеристами противника, – продолжал диверсант, – и у каменного моста обнаружили встречу конного и пешего отрядов лангобардов. Во время их ссоры выступили с попыткой напугать, пока враг в шоке от ночных потерь и... – отчего то Лихотатьев решил не рассказывать всё о своих “театральных фокусах” на мосту и часть секретов разведчика оставить себе, уж больно быстро здесь друзья становились врагами – следовало что припасти в рукаве. – Мы, с громкими криками, обстреляли из самострелов сборище варваров и, видимо задев вождей, заставили тех сесть на коней и начать паническое отступление – за ними бросились и рядовые бойцы. Началась всеобщая паника и лангобарды отошли от городка что мы должны были оборонять!
Всё. Командиры за столом хлопают ладонями о столешницу и ржут. Экзарх доволен и потирает руки. Один Гонорий мрачен и улыбается как змея, что готовится к броску уже приняв решение убить жертву.
–Мои люди доложили... – взял слово Феодор. – Что длиннобородые не просто отступили, но полностью очистили даже земли что соседствуют с нами, собственные приграничные территории своих герцогств! Они разбежались, своими герцогскими ополчениями, по столицам и стоят там в обороне, рейд на Равенну отменён. Все боятся странных “чертей и волшебников, духов Леса” что поднимают мёртвых на живых и заставляют животных драться против своих хозяев! Один ваш отряд заменил нам весь нумер Гонория, что снова было собрал штурмовое подразделение что бы провести потом триумф у нас в столице, а?
Диверсант почувствовал как радуется неудаче трибуна экзарх. Феодор видимо давно просчитал интригу Гонория и сейчас упивался возможностью макнуть того в гудрон, всячески расхваливая Лихотатьева и шпильками унижая Гонория. Это было опасно... Для младшего по званию, то есть Сергея.
Гонорий развёл руки и выдавил из себя ухмылку. По нему было видно что он не ожидал, что его собственный подчинённый лишит его очередной победы и триумфа.
–Итак, секундацерий Сергий... – начал снова Феодор. – Мои советники сообщили что именно Вы открывали ворота в город, во время первого освобождения этого полиса, будучи ныряльщиком “веронцев”?
–Так точно! – постарался щёлкнуть, отсутствующими каблуками на сандалиях, Лихотатьев.
–Вы же помогали захватить форумную площадь и оффициум магистрата городка, а сейчас, по приказу трибуна Гонория – смогли остановить, а потом и обратить в бегство отряд, примерно в тысячу лангобардов... Неплохо. Просто отлично!
–Я не сам, у меня прекрасная команда. – тут же вмешался Сергей, желая что бы награды достались всем, если именно на это намекает экзарх.
–Прекрасно! За такой короткий период времени, после нашего разговора, Вы смогли создать отличный отряд! Прекрасно! Итак, моё повеление: секундацерий Сергий и его люди переходят под прямое управление оффициума экзарха, то есть моё! Поименование в номенклатуре документооборота... эм... “ночная стража дворов при поместье экзарха”. Пускай придумают что многосложное, но нейтральное, словно бы это не разведка и диверсанты, а просто сторожа садов или какая прислуга, что бы сложно было понять реальную суть подразделения. Отряд переходит под управление лично экзарха и никто, кроме экзарха и моего письменного приказа – не смеет использовать данный отряд на отвлечённые цели. Довольствие полностью обеспечит оффициум экзарха, как то денежное и материальное, что явно выше в моей дружине чем простом нумере... Вам, Сергий, я выделю поместье в Равенне, для базы вашего отряда – что бы было где хранить вооружение и припасы, содержать на постое бойцов и готовить их к дальнейшим вылазкам, в том числе и на вражеские территории. Численность отряда определим пока что в полсотни душ, как именно и где их стоит набрать – обговорите завтра с моими советниками, что станут вашими кураторами в официуме.
–Благодарю ваше превосходительство! – коротко поклонился секундацерий псиллов.
–Вы не против, Гонорий? – несколько с вызовом спросил Феодор, у командира “веронцев”.
–Ни коим образом! – вскочил из-за стола трибун. – У нас отменный нумер и мы легко восполним потерю небольшого числа совершенно незначительных бойцов!
–О как! – мысленно присвистнул Лихотатьев такой филиппике бывшего, теперь, командира. – Сжигает все мосты!
–Я благодарю их за частичное исполнение мною разработанного плана и дисциплину в начальном приведение его к исполнению! – продолжал соловьём изливать желчь, Гонорий. – Мы отменно спланировали удар диверсантами и подход основных сил моего отряда окончательно отбил бы желание, у длиннобородых, вторгаться на наши земли, но излишня активность Сергия и его неуместная корректировка плана, без моего разрешения … В общем, думаю, если бы враг взял в кольцо полис – то мы разгромили его в хлам. Лангобарды распылили свои силы на осаду и снабженческие части и отряд, под моим личным командованием – смёл бы их как ветер опавшие листья! Ну а так... Ругать своего секундацерия я сейчас не стану, но и хвалить, как по мне – его не за что. План, разработанный мною, был идеален: разгромить врага, заставив его распылить силы вокруг полиса и потом гнать до самой Павии! Но странная, неуместная активность Сергия, его шутовские приёмчики на войне – привели к тому что лангобарды просто сбежали и неизвестно когда вернутся и какими силами... Это не победа, скорее отложенное поражение! Если бы Сергий не принялся устраивать представления, как в амфитеатре, а просто подождал подхода основных сил под моим командованием – враг был бы совершенно разбит! Уничтожен и унижен. Наверное, мы бы даже смогли получить часть вражеских земель в придачу! Я признаю что был некоторый успех, у ново созданных нами арканитов, но в целом это провал! Считаю что нам необходимо не хвалить Сергия, а устроить тщательную проверку его действиям и возможно даже в суде... Я могу показать планы, что мы, с советниками – готовили на это наступление и доказать что действия подразделения секундацерия помешали нам осуществить их! Возможно заточить, в узилище, Сергия и не стоит, но вот строго наказать штрафом и изгнанием, прочь, за пределы Равенны – безусловно!
Это был какой то поток бессознательной ненависти. Казалось Гонорию изменила его прежняя хитрость и выдержка, и он, во власти объявшего его жгучего чувства злобы – сейчас “топил” подчинённого при руководстве экзархата.
–Редкостный гудрон! – думал про себя командир диверсантов, просчитывая варианты того что ранее услышал от Кассиодора: если Гонорий действительно планировал этим походом ещё выше подняться по иерархии экзархата, а Сергей, поневоле, своими успешными действиями всё это нарушил – трибун мог совершенно слететь с катушек и даже, как намекал ранее Кассий – нанять убийц что бы покарать выскочку. Приходилось опасаться теперь и Гонория.
–Готовилась грандиозная победа! – вздымая руки к потолку с фресками времён Теодориха и Юстиниана, где часть фигур, из свиты короля готов, были аккуратно закрашены, а оставались лишь византийцы. – Всё было расписано пошагово и когда ловушка должна была захлопнуться, Сергий, своими дурацкими действиями...
–Что то раньше ты такими победами не славился... – неожиданно громко произнёс один из сидящих седых одутловатых “командиров”, разместившийся как раз напротив трибуна “веронцев”. – Прежде, при Варде Склире – ты приказы подносил, да вместо него выступал с речами, а тут... И ещё: если приказы и планы завизированы ранее, до похода, в оффициуме экзарха – это одно. А если задним числом, без свидетелей – другое. Гонорий, ты же знаешь правила проверки подобных обвинений?
–Пятьдесят пять убитых в яме, на поле, у леса – примерно в три раза больше раненных! – неожиданно выступил один из “советников” экзарха. – Мы побывали там, еле успели вернуться в Равенну и сами видели всё. Мне кажется трибун Гонорий несколько преувеличивает гениальность собственного плана и малозначительность действий диверсантов Сергия...
Все, кроме Гонория, рассмеялись – кто деликатно, а кто и нарочито громко, прямо в лицо трибуну.
При выходе из залы один из “сиреневоплащников” подошёл к Лихотатьеву и сказал что бы тот сегодня же забрал своих людей из помещений нумера и переехал на новое, выделенное ему, место: “Мало ли что... Гонорий уже вторые сутки рвёт и мечет, орёт что вы украли у него великую победу – может ведь и отравить, на прощальном ужине!”
Вместе с провожатыми из советников экзарха, скорее прикрывающих его от беспредела Гонория, россиянин отправился к помещениям “веронцев” и стал собирать, внутрь повозок что недавно нанял на неделю – вещи своих людей.
–Что происходит? – спросил Кассий, пока Вадилла и Ратсимир молча таскали ящики и тюки, споро накидывая их внутрь повозок. – Поллиодор сказал, когда мы прибыли: что Гонорий орёт что мы идиоты и возможно даже предатели! Что за бред?!
–Собираемся и быстро валим! – кивнул головой Сергей. – Долго всё пояснять. Мы выполнили приказ, но сорвали личную интригу нашего трибуна – он реально в ярости... Переезжаем!
–А служба? – не понял ромей, даже остановился. – Контракт! Ты чего, Сергий, не забыл что мы с нотариатами экзархата подписывали? Это ведь судом пахнет, трибуналом претора...
–Переходим в личное командование экзарха Феодора. – тихо бросил ромею командир. – Не сейчас, в новом доме всё поясню. Хватаем вещи и тикаем, повторяю: Гонорий реально выбешен и может пойти на любую глупость.
Сваливали как беглецы: на две повозки скинули несколько ящиков с оружием и вещами, ящик припасов, оставшийся после рейда и не попрощавшись ни с кем из товарищей в нумере, вчетвером, выехали за территорию построек “веронского” нумера.
На площади уже ждал провожатый что и указал путь к вилле на окраине Равенны, в два этажа и примерно триста квадратов площадью, с садом в полгектара – с видом на замеленный военный порт столицы, где сейчас росли яблони и прочие деревья.
Кирпичный дом. Приземистый и слабо видный из-за множества высоких деревьев в “саду”. Сад, скорее просто заброшенный участок с тропками что бы добираться до свалки или колодцев у самых ворот. Дворик, с сараем для повозок. Небольшая собственная кузница.
–Ну что же, – мрачно думал Сергей осматривая жилище и прислугу при нём, семейную пару стариков лет семидесяти, – Вилла у реки, потом Равенна и “веронцы”, сейчас с– вой собственный отряд диверсантов – новые ступени карьеры, новое жилище. Начнём!
Вилла была давно не обитаема и сильно запылилась. До самого вечера убирали несколько кабинетов где решили разместить штаб, склад и спальни.
Мели пыль и труху, выкидывали куски кирпичей, что отвалились от потолка. Ратсимир отправился в “огород” и принялся там выкашивать целые площади, что бы вскоре новые диверсанты смогли нормально заниматься на своём личном полигоне.
–Что с Гонорием? – переспросил Кассий на ужине, когда все, выдохшиеся работой на свежем воздухе, жевали чёрствые лепёшки при свечах, чавкали кусками вареной свинины и заедали всё пересоленными маслинами.
–Пока что я его опасаюсь. – честно признался Сергей. – Буквально взбесился на совете у экзарха! Рвал и метал – чуть не укусил. Но это уже не важно... Собираем новый отряд, больше чем раньше: мне разрешили довести его до полусотни людей, следует постараться достать лучших, ну и экипировку и вооружение к ним. Завтра схожу к Феодору и определимся с довольствием. Всем спокойной ночи!
Сперва дежурил на посту Ратсимир, потом Кассий и последним, Вадилла. Сергей, так как ему предстояло идти утром снова к экзарху, сам себя освободил от караула.
