Текст книги "Равеннский экзархат: доместик арканитов (СИ)"
Автор книги: Александр Никатор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 20 (всего у книги 32 страниц)
Глава 14
Сергей и Кассий, чуть не в прыжке, вломились в калитку дворика соседних трёх домов, где сейчас квартировали диверсанты “теневого” отряда экзархата.
Петляя по улицам как зайцы, в опасении встретить ещё нескольких убийц из числа стрелков баллистариев – они добежали до “своей территории” и буквально влетели внутрь ухоженного выметенного дворика, что укрывался под тенью огромного ореха.
Все стоявшие в патруле диверсанты и те, кто отдыхал за ужином под открытым небом – вскочили на ноги и схватились за оружие, думая что лангобарды совершают ответное нападение.
–Идиоты! – проорал собравшимся людям запыхавшийся Кассий, пока Лихотатьев устало валился на ближайшую скамейку и стаскивал с себя бригантину и рубаху, что бы лично осмотреть рану. – Зовите Боэция! Срочно! Командира задели болтом самострела!
Пока диверсанты бросились в поисках отрядного медика, пока его привели, вместе с холщовой медицинской сумкой – Сергей успел ощупать синяк возле раны и понять что ничего страшного не произошло.
В суматохе происшествия, испуге от того что по глупости попал в засаду, нервной перебежке к базе диверсантов – сложно было понять насколько тяжело ранен и лишь сейчас, сидя на скамейке внутри ровного квадратного дворика, Лихотатьев понял что его опасения были напрасны.
Болт не торчал в руке и не пробил насквозь мышцы, лишь прошёл по касательной чуток разрезав кожу и немного повредив мускулатуру левого предплечья. Кости не болели и вряд ли вообще были задеты. Сильной кровопотери, из-за плотной ткани рубахи и того что ранку боец зажимал пальцами руки – удалось избежать.
–Везучий чертяка! – тихо пробормотал себе под нос командир диверсантов и почти бесшумно рассмеялся, не от шутки, а что действительно, удачно отскочил. – Признание пришло – уже засады на меня ставят.
Прибывший Боэций, после короткого осмотра, начал деловито обрабатывать рану какими настойками из деревянных баклажек. Провёл вокруг раны тряпицей, смоченной уксусом, от чего сильно запекло и распространился специфический запах.
–А это зачем? – спросил раненный, после того как немного пошипел из-за неприятных ощущений вызванных уксусом.
–Против заразы невидимой! – важно подняв палец в небо объяснил Боэций. – Староримские солдаты, ещё времён Сципиона Африканского – всегда получали в легионах уксус: что бы им руки смачивать или раны протирать, дабы невидимые отравы не проникли и не расслабили желудок и не стали усугублять гниением раны!
–Дезинфицирование! – хлопнул себя по лбу, здоровой правой рукой, Сергей. – Док, тогда просьба... мыло есть?
–Чего?
–А, ну да – вы же в банях маслами моетесь, я помню... Хм... Найди, пожалуйста, сухого креплёного, максимально градусного вина и ещё и им, как сейчас уксусом, протри мне рану, включая и сам её эпицентр, хорошо?
Медик странно посмотрел на командира, видимо переводя “эпицентр” как Эпический центр – но сходил и принёс горшок с настойкой на орехе, в котором было, по словам хозяйки дома где сейчас обитался Боэций, крепости в два раза больше обыкновенного вина.
Под внимательными взглядами собравшихся диверсантов, от ранения никто не застрахован, к тому же всех уже развлекал байками, о происшествии в городе, Кассий – Боэций ещё раз смочил чистую тряпицу, на этот раз ореховой настойкой и провёл по ране Сергея максимально осторожно.
–У антов так принято? – поинтересовался врач.
–Ага. – кивнул головой Лихотатьев. – Уксус тоже применяется, но реже – чаще максимально крепкоградусные напитки, что всю заразу выжигают своей крепостью – внутри и снаружи... Док, что со мной?
Боэций немного помедлил с ответом, ещё раз посмотрел на рану, прежде чем окончательно закрыть её повязкой с вкладышем с густой мазью и наконец произнёс: “Болт прошёл вскользь. Яда я не обнаружил – обыкновенно он сразу меняет край раны или сильно воняет, по крайней мере те что я видел прежде – ничего этого нет. Пробито мясо, но не сильно. Кость не задета. Кровь, сгусток внутри руки – сойдёт недели за две. Это же время поболит, но всё пройдёт – если каждый день обрабатывать уксусом... Ну и настойкой ореха, если Вы так считаете необходимым.
Следующие дни, в захваченном городе, Сергей передвигался с отрядом охраны из пяти своих бойцов, где всегда присутствовали, в разное время как начальники телохранителей – Кассий, Ратсимир, Вадилла, Авалия.
Вариантов, о том кто совершил покушение, было несколько и пока не появились железные доказательства рассматривали всерьёз два из них: Гонорий излишне психанул после оскорбления на заседании в оффициуме или всё же лангобарды имеют мощную агентуру внутри города и могут, хотя бы иногда, сами проводить диверсионные акты против командиров экзархата.
При обсуждении с диверсантами планов по дальнейшей своей работе, Сергей и прочие офицеры смогли выработать ещё несколько “фишек” при проникновении в город и использовании “гасила” при атаке на стражников. О чём Лихотатьев и рассказал Скалии, когда тот попросил начать подготовку к захвату нескольких крепостиц у важных мостов – и городков сполетского герцогства, что граничили с недавно захваченным полисом.
Использовать гасило следовало, при разных обстоятельствах, как кистень или болло: кистеневым ударом оглушать безшлемоного противника или даже убивать его, болло швырять под ноги лошадям лангобардов и таким образом валить животных и всадников на землю, где и приканчивать шокированных людей.
–Можем снимать металлические детали с телег уже после проникновения в город, на поясе завяжем лишь бичеву или длинную петлю из жил. – Пояснял свою мысль, командующему армией экзархата, Сергей. – Можно, наполненный медью или серебром, кошель – в качестве груза: и взятку сунуть и приманить стражу куда в таверну на выпивку, где “гасилом” из верёвки и этого самого кошеля и утрамбовать ударом по кумполу, или придушить, связать пленника!
Получив разрешение действовать по своему усмотрению, но сообщать обо всём Скалии – в течении четырёх следующих суток диверсанты захватили для экзархата три крепостицы на мостах, где засели, в окружении, примерно по полудюжине стражников и пять небольших полисов, с численностью населения – от пары сотен человек до полутысячи.
Для стражи крепостиц на мостах – диверсанты разыгрывали сценку: с одной телегой, тремя беженцами внутри неё что убегают прочь “от зверств имперцев”.
Видя что рядом нет крупных отрядов имперцев, стража обыкновенно спускалась немного прибарахлиться вещами беженцев и без опаски открывала воротца своих укреплений, смело выглядывала из них и видя что никого нет, ну, кроме трёх мнущих шапки хмурых небритых селюков – уже смело, как “настоящие мужики”, показывала свои немалые брюха вне стен крепостицы.
Получасовой разговор со слезами, беглецов: о том как туго в тех землях куда пришли чёртовы ромеи. Осмотр вонючих селян, у которых не было с собой даже кухонного ножа – лишь дешёвые верёвочные пояски с массивными грузами в виде амулета или чего ещё.
Стрелки наверху быстро бросали таращиться вниз и зевая спокойно смотрели вдаль, отходили на другой конец бастиды.
После чего раздавался короткий свист третьего из “пейзан”, что за стрелками всё это время наблюдал и опля! Пояски селюков немедленно распускали узлы, “гасила” шуршали в воздухе и не успевали стоявшие у телег лангобарды понять что происходит – как их вырубали поставленными ударами в висок, кадык или затылок.
Потом диверсанты вооружались кинжалами и мечами, топориками поверженных врагов и тихо входили внутрь крохотных примостовых укреплений в плащах убиенных – начиная зачистки многоуровневых крепостиц ничего не ожидающих, расслабленных на италийском солнце, длиннобородов с луками...
Мосты переходили под контроль экзархата и теперь по ним без проблем можно было переводить большие массы войск ближе к Сполето или Нарни, снабжать их тележными или лодочными караванами с припасами.
При захвате полисов тактика диверсантов была похожа, но со своими особенностями: туда диверсанты заходили как богатые купцы что спешат прочь от зверств мародёров ромеев.
Светили на воротах кошелями с серебром или, всего раз, даже выданными на эти нужды золотыми солидами – но всего парой штук на брата.
При осмотре стража видела солидных, богатых людей в отчаянии, что со скарбом и, главное, монетами – еле спаслись прочь от отморозков головорезов экзарха, чёртова ставленника Константинополя.
Оружия при них привычно не было, зато кошели массивно свисали на кожаной петле пояса из жил, кожи или шёлка – когда как.
Просьба от “купцов” помочь им устроиться в городе, подсказать где найти себе квартиру или харчевню, подругу безотказную – и немедленное приглашение от новоприбывших в полис: “что бы и господа стражники с нами провели время, просим-просим!”
В самых крупных полисах диверсанты сперва спаивали “дружеских” стражников, а лишь потом вырубали на улице гасилами из кошелей и поясов, иногда просто ударами в шею.
За столом можно было услышать много интересного о службе у герцога Тразимунда и того, ждут ли в городах от него помощи или нет, каковы опасения по армии экзархата и нет ли сведений о том не идут ли Северные лангобарды на помощь своим южным сородичам.
Болтуны за столом рассказали, что прошёл слух что у Тразимунда сейчас армия разделена на сполетскую, где его личная дружина и капуанскую – там он собирает наёмников с Севера, что привозят ему кораблями негоцианты. Сперва пойдут в бой наёмники, а уж за ними – личная дружина герцога.
В малых полисах дело доходило лишь до приглашения стражнику вместе пойти в таверну: в ближайшем тихом месте стражника вырубали и в их одеянии возвращались к воротам и немедленно их зачищали.
Потом скакал конный гонец к обыкновенным нумерцам, что прятались рядом в лесу, на указанном диверсантами месте – и вскоре городок уже захвачен людьми экзарха.
Крепостицы у мостов захватывали трое на телегах и пятеро их прикрывающих, прятавшиеся в полях у мостов.
Города брали отрядами по пятнадцать-двадцать диверсантов, что бы пока первая группа держала ворота и тихо зачищала стражу, их товарищи, раньше обычных бойцов нумеров проникли в полис и смогли по-тихому обезвредить как можно больше вражеских бойцов.
Пока что “схема” работала и все лангобарды в городах, с диким ужасом, таращились на появляющихся, словно бы из ниоткуда, всё новых бойцох империи которые непонятно каким образом уничтожали стражу на стенах и воротах – и врывались в город практически мгновенно и без привычного во всё время боя, гама и криков.
Во время частых разговоров с жертвами из стражи в кабаках, Сергей сообразил, по их рассказам – что противник сам не понимает как города так быстро сдаются и почему стражники не оказывают яростного сопротивления: кто грешил на магию, кто на чертей что стали служить императору Константинополя, “о чём ему уже сообщали родственники с Севера! – там черти целые тысячи наших ветеранов разгоняли своими ужасами...”
Понемногу территорию сполетского герцогства начинала обуревать паника и люди перестали верить в военные таланты герцога Тразимунда.
Он сам, по слухам, впервые в своей карьере не рискует немедленно отвечать противнику, так как тоже опасается что тут что то не чисто и хочет разузнать больше что за противник сейчас напал на него: почему его бойцы не удерживают крепостные стены и ворота, как получается что имперцы внутри города оказываются почти что мгновенно? В подкупы он не верит, в силу, прежде пугливых на поле брани ромеев – тоже. Остаётся только магия.
Сергей сообщил о полученных сведениях об армии герцога Скалии и тот подтвердил, что уже Папа и экзарх ему также сообщали вестовыми: Тразимунд готовит два мощных ударных кулака – пеший отряд наёмников с Севера, что сейчас быстро формируется в Капуе, бывшем личном владении Тразимунда и второй, основной, где будет много кавалерии лангобардов – в Сполето.
–Второй отряд самый опасный! – объяснял идею Скалия, показывая Сергею депеши на табличках от Феодора. – наёмники нас потрепют и ослабят, а через сутки налетит кавалерия длиннобородцев и станет бить службу провианта и снабжения, загонять нас в города – как в своё время Тотила поступил с Велизарием и Нарсесом! Когда подойдут пехотинцы герцога, то все городки станут в осаду и будут ими захвачены поочерёдно. Стоит подумать как нам поступить, двойного удара, тем паче от столь разумного государя как Тризимунд – мы можем и не выдержать!
К сожалению, без потерь отряду Лихотатьева не удалось обойтись: кроме одной группы отряда что охраняла штаб и поместье в самом экзархате, пришлось потерять ещё семь человек из числа раненных – тех кого всё же зацепили в схватках самые бойкие из стражников полисов, что всё же замечали неладное и готовы были дорого продать свою шкуру.
Сейчас под командой Лихотатьева находилось не более тридцати бойцов и Боэций, что не был диверсантом и которого берегли как единственного настоящего лекаря отряда.
Раненных сопроводил в валентудинарий в Равенну Вадилла: он попросился туда сам, так как у славянина начались очередные осложнения с ногами – видимо его собственные раны заживали не так хорошо, как всем он говорил и нервотрёпка и беготня, при захвате городов, сказывались на его самочувствии.
Вечером дня когда отправляли повозки с раненными в Равенну, в помещения что занимали диверсанты, вбежали галопом Кассий и Авалия. Они тащили под руки непонятного человека с мешком на голове, что волочил ногами по земле и лишь громко мычал.
Потребовав что бы присутствовали лишь офицеры а прочие не мешали, прибывшие затащили своего пленника в сарай и пригласили, жестами, Сергея и офицеров пройти за ними.
–Кто это? – сурово спросил командир, совершенно не желавший что бы его бойцы втихаря “доили” негоциантов города или просто не понравившихся им людей. – Что он вам сделал?
–Не нам, тебе! – хмыкнул Кассий, пока гот деловито развязывал пленника. Сорокалетнего мужчину с длинными сивыми волосами и большой залысиной, хорошо выбритого, но какого то помятого жизнью, словно бы не раз “встававшего” после многочисленных падений на пути.
Пока пленника садили на скамью и тумаками заставляли внимательно выслушать угрозы Авалии и Теобальда, что грозились сделать его скопцом если он попытается их обмануть – Кассий вкратце шёпотом, на ухо Сергею, объяснил ситуацию: вместе с родственником Поллиодором они стали проводить начальное расследование по поводу покушения на командира диверсантов и секундацерий скутаторов, на одной из пирушек “веронцев”, узнал что Гонорий каждый день отправляется за город, в неприметное поместье под охраной конных ветеранов своего нумера.
Поллиодор затесался с ними и оказалось что там, среди полей и оливковых деревьев – расположилась неизвестная группа воинов, все в неприметной одежде, но при этом с самострелами, кинжалами, мечами.
Секундацерий и Кассий отправили туда несколько “слуг” с корзинами со свежим хлебом, из числа диверсантов – и те определили их как наёмных убийц, которые пьяными шепчутся что лишь Гонорий их наниматель и заказчик, прочие – лишь его свита.
–Вот эта скотина, напившись – плакалась прочим, на вилле: что Гонорий дал ему в морду за то что завалил “работу”неделю назад! – стал орать Кассиодор, пнув пленника под колено, что тот взвыл. – Командир, это же он по нам тогда выстрелил болтом!
–Не я! Не я... – заорал пленник, брыкаясь на скамье. – Это ошибка, я пьяный был! Мы не убийцы, о нет – просто слуги господина Гонория! Ездим за ним, помогаем...
–В чём? – спросил строго Сергей, смотря глаза в глаза схваченному мужчине.
Тот стал юлить и что трындеть о каких странных работах по чистке гардероба Гонория и прочей лабуде.
–Тебе конец! – зарычал Авалия и начал медленно “выжимать” большими пальцами глаза пленнику. – Говори тварь, убью! Всё рассказывай! Твоя голова медленно лопнет как глиняный горшок, не жди скорой смерти...
Кассий смеялся и тихо рассказывал что они ещё с Поллиодором узнали: Гонорий в бешенстве и практически не стесняясь содержит на личные деньги данных неучтённых никем бойцов, после провала первой попытки убийства Сергия все замерли, но Поллиодор и “слуги”, что приносили вино и еду на виллу от имени Гонория – говорили что наёмники шепчутся: “Сейчас у противника много работы и вскоре те совсем станут заняты – можно будет повторить атаку.”
Тут же, под истошные крики пленного, новая идея пришла в голову Лихотатьева и он вышел из сарая в поисках Ратсимира. Попросил того переодеться и замазать сажей лицо, лишь бы зубы хорошо были видны.
Вызвал Кассия и объяснил “номер” что сейчас разыграют на допросе. Зашли с ромеем внутрь в сарай и громко объявили: “У тебя время пока песочные часы не истекут, после – отдадим тебя на ужин нашему главарю!”
Задержанный криво ухмыльнулся и стал что-то бубнить, потом пожал плечами и объяснил что его бьют и он себя оговаривает, а на самом деле он простой слуга из дома Гонория и ничего больше... Было видно что подобные допросы ему не в новинку.
Грохот в двери сарая и Лихотатьев, изображая испуг, бросается с криком к ним: “Хозяин прибыл. Голодный! К чёрту этого идиота, он ничего не знает – отдадим хозяину и всему конец...”
Ворвался, бешено вращая глазами Ратсимир: в своём фирменном медвежьем тулупе, полуголый мускулистый гигант, с зачернённым лицом и подобием пены на щетине.
–Где жратва? Где моё мясцо на ужин?! – взревел гигант, бросаясь, в пару длинных прыжков, к замершему в ужасе на скамье человеку. – Этот? Почему такой худой?! Ладно, на какое варево сгодится, да и кости можно погрызть...
Кассий и Сергей носились “в испуге” по сараю, пока Авалия и Теобальд, давясь от смеха, кое как, в полруки, отвешивали шокированному наёмнику, оплеухи.
Ратсимир тряс его за плечи что голова ходила кругом, поднимал, вместе со скамьёй, над землёй пола – потом бросая вниз. Делал вид что примеряется зубами к пальцам, громко клацая – типа на пробу откусить, и вообще, вёл себя как самый настоящий варвар-каннибал.
–Скаж-ж-ж-у, всё скажу! – завопил в отчаянии пленник. – Стойте! Я многое знаю! Скажу-у-у...
Ещё немного поиграли в цирк-шапито. Но после пары оплеух от Авалии наёмник окончательно решил говорить и начал.
Гонорий нанял их ещё до похода на Юг против сполетского герцога: им следовало прикончить главу нового отряда экзархата и его ближайших офицеров в Равенне – Гонорий обещал что это никто расследовать не станет благодаря его связям с патрициатом города и вскоре убийцы, с хорошей наградой, смогут покинуть экзархат.
Потом случился поход и планы изменились: Гонорий пару раз пытался узнать о передвижении врагов но терпел неудачу и попытку, переодевшись лангобардами умертвить имперцев “случайным нападением из засады в лесу” – решили отменить.
–Неделю назад он нас поселил, сразу после захвата этого мерзкого городка, в поместье в низине, у реки! – заливался соловьём пленник, под внимательным взором “хозяина”Ратсимира, которому всё это и выкладывал. – В тот же день мы только прибыли и немного выпили вечером, как Гонорий прибыл с парой охранников, наорал на нас и потребовал что бы немедленно выдвинулись в город, пароли для патруля на воротах он дал – и застрелили... – Вот его!
Убийца кивнул головой в сторону всё это время молчавшего Лихотатьева. Гонорий чётко описал во что будет одет и как выглядеть жертва. Объяснил что скоро цель станет идти от форумной площади в сторону трёх домов, у крепостных ворот.
–Мы ему попытались объяснить что следует немного разведать и понять что к чему, полис сегодня только захвачен и полно военных и патрулей, все дёргаются по любому поводу – зачем такая спешка: проще через несколько дней, без суеты... Но Гонорий плевался и кидал в нас табуреты! Пришлось бегом отправиться в город и ждать на крыше домов, у развилке к воротам, жертву.
Лихотатьев улыбнулся – это многое объясняло: убийцы не выбирали подолгу место “работы”, не успели отследить привычки и охранение жертвы, вообще ничего! Гонорий, в бешенстве после скандала на совете просто отправил их сразу после прибытия “смывать кровью Сергия” свой позор и они банально завалили дела, эксцесс исполнителя – так как ни города, ни своей жертвы толком и не знали. Сергей – везунчик! О чём он и ранее догадывался...
После провала засады Гонорий сам испугался и запер своих наёмников на вилле, так что они не мешали, всю неделю, диверсантам и их командиру шерстить крепостицы при мостах или ближайшие городки.
–Он, вот его, – трындел без умолку пленник, глядя преданными глазами пса в сторону Ратсимира и тыча головой на Сергей, – всё равно собирается прикончить! Он ему как кровник! Вчерась говорил что в суматохе похода можно будет внезапно окружить где на улице или во время ночного рейда. Говорил, что вы ночами действуете и спокойно прикончить одного из вас в темноте не составит труда, а если возьмём в плен его – обещал тройное вознаграждение...
Сергей отозвал своих людей на другой конец сарая и стал совещаться: “Гонорий не успокоится, значит надо его успокоить!”
–Убить командира нумера экзархата? – удивился Кассий. – Я не уверен что это возможно... Разве что как этот идиот тарахтел, втихаря и ночью, с бородами и в одежде лангобардов, так и то – на нас Скалия всё равно подумает...
–Рано! – согласился с ромеем Сергей. – Пока вариант проще: захватим виллу и загасим всех местных киллеров на ней, потом оставим толстый намёк Гонорию что бы боялся. Думаю, ему хватит на пару месяцев испуга, а там и поход закончится и мы, в Равенне, как поквитаемся!
Пинки в живот и по ногам связанного убийцы и требование рассказать об условных сигналах при возвращении на виллу.
Оказалось что их всего несколько: одежда из запылённого чёрного материала, явно не новая, но добротная – жилет из кожи, плащ, платок на голове. Кроме того, стоит у калитки где ошивается до полуночи баллистарий, свистнуть: длинный-короткий-короткий.
–Там всегда с самострелом кто дежурит. – пояснил пленник.
–Обманешь, сварим в чане! – коротко сообщил Сергей, снова глядя глаза в глаза убийце. – Но учти: сперва сварим ноги, потом руки и лишь в самом конце – прочую тушку... Не обманывай нас.
–Нет-нет! – затрясся всем телом пленник. – Клянусь!
–Хорошо! Готовим выход. Пойдут все имеющиеся ветераны самой первой группы... Прочих, пожалуй, оставим пока здесь, они не в теме. – отдал приказы командир диверсантов и вышел прочь из сарая.
Через пять часов начался рейд на указанное пленником поместье: Авалия и Лудигер сходили на начальный осмотр, под видом патруля имперцев из нумеров и вернувшись подтвердили информацию.
–Там сейчас четверо сидят, явно ждут кого, скорее всего нашего “болтуна”. – Авалия важно провёл ладонью по усам, вытирая их после кружки воды. – Может и ветераны, но скорее всего всегда работали убивцами: мало военной сноровки, вооружение сугубо убийц – кинжалы и самострелы, метательные ножи... Походят больше на испуганных шакалов, чем голодных волков. Особо воевать там не с кем, можно было бы и под видом проверки патруля всех схватить и где в поле и прикончить...
Когда Луна стала заходить за частые облака – направились всемером к вилле у реки. Осторожно осмотрели парк и сад при вилле с холмов у города, потом разделились на группы: Сергей, Авалия и Кассий идут к калитке и свистят для того что бы впустили, Ратсимир и Лудигер заходят с низины у реки и крадутся к зданию, Теобальд и Аудульф перебираются через ворота и также, по дорожкам, стремятся к зданию.
Подошли к калитке. Лихотатьев выдал короткую тихую трель: длинный-короткий-короткий.
Замешательство и странные шорохи за дверью калитки, звук вставляемого в спешке в самострел болта и осторожный вопрос: “Фрой, ты?”
–Угу...
–Чего так долго?
–От хозяина, – хрипло, чуть слышно прошептал Сергей, стараясь копировать слова пленника лежавшего сейчас в сарае, – нам премия золотистыми солидами, в честь скорой работы... Впускай!
Россиянин перебросил через дверь один золотой кругляш и буквально, как только тень в лунном свете мелькнула за той стороной двери – Авалия подпрыгнул в высоком прыжке и заскочив на забор, выстрелил, одной рукой, из наладонного арбалета в согнувшегося у земли наёмника, что поднимал солид с камня дорожки.
Стон и наёмник валится вниз: Авалия оказался метким стрелком и болт попал идеально в шею: враг умер не столько от сильного яда, что был в крохотных отверстиях болта, сколько от механического воздействия самого металлического жала.
Гот перепрыгнул внутрь поместья и после крохотной паузы при осматривании территории, отпер прочим товарищам калитку.
Крадучись вошли внутрь. Распределили роли и стали врассыпную пробираться к дому – одноэтажному особняку метров на двести, расположившемуся буквой П среди цветочных кустов и сосен, каждая метров в двенадцать вышиной.
Когда все диверсанты оказались внутри, решено было закинуть лёгкого Кассия и Аудульфа на крышу с самострелами, дабы они могли сверху прикрывать и наблюдать за ситуацией во дворе.
Собак не было и пленник ранее сообщил что кроме пятёрки наёмников, прибывших из Равенны – никого внутри поместья нет. Слуги или торговцы заходили лишь днём и им не разрешалось оставаться на ночь.
Осторожный стук в дверь и когда её отперли, совершенно не спрашивая кто, видимо внутри дома считали что кроме своих никто к ним заходить ночью не станет – зажимание рта ладонью и вытаскивание человека за шиворот из дверного проёма.
Авалия парой ловких ударов по затылку вырубил брыкающегося мычавшего наёмника и пять диверсантов влетели внутрь дома тёмно-серой массой.
Ничего интересного не случилось: одного из наёмников нашли спящим на циновке в дальней комнате и тут же спеленали его же собственным плащом. Последнего из обитателей дома обнаружили сильно пьяным в винной комнате при доме, где он приканчивал третий двухлитровый кувшин янтарного греческого вина.
Удар в голову сшиб пьяницу лучше любого градуса и он, тащимый могучей дланью Ратсимира – присоединился к товарищам валявшимся в главной комнате поместья.
–Допрос! – объяснил свои действия Лихотатьев. – Лудигер на пост – станешь у калитки, пока пара на крыше дома смотрит что бы к нам не было никаких непрошеных гостей.
Вырубленных наёмников приводили в себя водой, имеющейся, в огромном глиняном кувшине во дворе.
Но сперва допрашивали ранее спящего, что сейчас, с кляпом во рту – таращил глаза и пытался понять что вообще происходит.
Авалия и Теобальд, как самые опытные в деле допросов – быстро наваляли оплеух и пару раз съездили в живот кулаком. Потом покричали в ухо, продемонстрировали лезвия своих кривых кинжалов и пообещали их накалить на огне очага и медленно срезать, ломтями, мясо со своей жертвы.
–Кто такие, что здесь делаете? – начал Лихотатьев.
–Торговцы из Равенны! – зашептал, правда очень громко и истерически, “соня”. – Считали что после того как полис вернулся в лоно империи сможем немного подзаработать...
–А где ваши товары, слуги, повозки?
–А.... Хм... Ну, пока ещё в пути. – выкручивался пленник, пока ему угрожали, горячим металлом оружия, гот и герул.
–Понятно. Тебя ослепить, как любят делать в Константинополе? – решил ускорить допрос Сергей. – Одного вашего мы задержали в городе. Догадываешься кого? Он многое пояснил о вашей шайке. Второй – сейчас беседует с нашей парой, вне дома – много интересного добавил к описанию отношений с Гонорием и заказах на убийство, меня например. – командир диверсантов ткнул себя пальцем в грудь. – Быстрее думай, тормоз!
Захлёбываясь рыданиями и постоянно причитая, как женщина, свалившись на колени на доски пола дома, пленник начал рассказывать что знал.
Они встретились впятером в Константинополе года три назад – кто сбежал от арабов из Карфагена, кто от булгар на Истре – но большинство были ромеями или италиками и колесили между Римом и Константинополем, в поисках работы в качестве охранника, доверенного гонца тайного письма или обыкновенного убийцы.
–Военный опыт имеете? – спросил, кривясь от презрения, Авалия, слегка пнув ногой под зад говорившего.
–Да! Я и Фрой были баллистариями, в северной армии императора, но сбежали – после того как хан булгар окружили передовые части, до разгрома самого государя... – кивнул головой пленник.
–Что здесь делаете? – вернул разговор, в нужное ему русло, россиянин. – Как оказались в экзархате?
–Мы часто работали на разных патрикиев из Константинополя что приезжали в экзархат. Иногда помогали примицериям стать новыми командирами нумеров, подрезав старого на отдыхе у моря, иногда – приканчивая соперников у какой любвеобильной куртизанки или делая заказчика единственным кандидатом на наследство.
–Гонорий?
–С ним сработались месяца четыре назад. Ему нужна была сплочённая группа о которой он мог навести справки и мы подошли. Помогали ему собирать информацию о его офицерах и конкурентах из соседних нумеров, кое-кого – того...
–Меня как заказывал трибун? – снова Лихотатьев ткнул себя пальцем в грудь.
–Что? Э-э-э-... не мне, Фрою – он был исполнитель в ту ночь!
–Как?
–Просто сообщил что следует немедленно прикончить указанного человека: передал точное расположение домов где он появится – как после выхода с форумной площади, так и где окажется при ночёвке – оставалось лишь сделать засаду и всё решить. Дал точный расклад по одежде и причёске, лицу. Требовал всё сделать в тот же вечер. Обещал солид исполнителю!
Далее четверть часа, пока Ратсимир и Авалия “расспрашивали” прочих пленников, все разговоры были лишь о наёмниках и их работе: в город прибыли после армейцев, засели на вилле и в город старались на заглядывать – лишь по заказу Гонория.
Постоянно получали припасы и рабынь от нанимателя, но тот пока, после провала с убийством Сергея – просил их не отсвечивать и меньше пьяными болтать даже между собой.
–Но сидеть скучно, делать нечего – вот немного и разговаривали о том что было... Фрой облажался и Гонорий был сильно зол на нас всех. Фрой старался сам что разнюхать о жертве и втихаря, пару раз, ходил в полис без разрешения.
–Ага, при “слугах” Гонория зря трепались... – мысленно ухмыльнулся Лихотатьев. – Длинный язык – верная смерть!
Никакой особой опасности, после услышанных признаний, от наёмников для себя диверсанты не увидели: обыкновенные труженики кинжала и самострела, убийцы и охранники, смотря как заказчик пожелает в конкретном случае.
Немного военные, но очень немного – больше бандиты широкого профиля. Держатся вместе бандой, но навыков довольно мало. Неосторожны, судя по тому как примитивно ставят посты в поместье.
–Мы зря испугались тогда! – констатировал Кассий на совете, после того как пленников связали и обыскали дом. – Нам всюду мерещились равные нам арканиты, а на самом деле просто обыкновенные кинжальщики и совершенно безумный Гонорий, с поехавшей от ненависти к тебе, командир, крышей... Всё!
