Текст книги "Равеннский экзархат: доместик арканитов (СИ)"
Автор книги: Александр Никатор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 32 страниц)
Шли в поселение, через поле, медленно возвращаясь в послебоевую реальность: надо было убрать несколько десятков тел убитых псилов и токсотов, лучников нескольких также убили прорвавшиеся к ним, из-за паники псилов, бандиты.
Забрать оружие и доспехи своих и вражеских мёртвых. Пересчитать раненых и приготовить повозки и сопровождение для тех кого стоило сразу же вернуть в Равенну, в лекарню при нумере или храме – и найти места в домах селян тем кто скоро оклемается здесь, на месте и через пару дней вернётся в строй.
После смытия крови и пота, устройства начального госпиталя в глиняной большой хижине и ожидания новых лекарей за которыми уже послали в город – Лихотатьев, как новый командир псилов, после того как Поллиодор сломал руку в недавней схватке, стал пересчитывать своих бойцов: из девяноста бойцов псилов “веронского” нумера что вышли из Равенны , после первого же боя, – убитыми числились двадцать четыре и ещё восемь пропавшими без вести.
–Скорее всего сдрысли – не в поселение, под защиту скутаторов, а куда в лесок у реки – мы вряд ли их больше увидим! – смачно жуя яблоко прокомментировал информацию Кассиодор, ставший чем то вроде писаря при Сергее.
–Минус тридцать два безвозвратных... – качал головой Сергей. – И ещё тридцать восемь раненых... Это издевательство! Потерять в первом же бою семьдесят бойцов из девяноста! Бред! Кто так с молодняком бестолково поступает?
–Не торопись! – поднял руку Кассий. – Двадцать восемь увезут на телегах в Равенну, на лечение, но десять, с царапинами или синяками – останутся с нами. Нас, всего – тридцать псилов остаётся!
До самой ночи распределяли по домам раненных и искали им корпию или примитивные лечебные мази у старух знахарок. Суетились приданные к нумеру лекари, вытаскивая из массивных кованных железом ящиков на телегах горшки с мазями, наливая в бронзовые кувшинчики оливковое масло и смешивая с травами из мешков, грея это всё на кострах и давая в качестве питья стонущим ежеминутно людям.
Дороги в посёлок заблокировали телегами и повозками, поставили “смотрящими” на них, токсотов и сговорились что скутаторы в полном облачении будут бодрствовать сменами по десять человек – на случай внезапного нападения на лагерь имперцев бандитов.
Никакой радости что прогнали и почти полностью уничтожили отряд бандитов не было и в помине: усталость, злость на странные приказы командиров, дурацкую бойню для псилов из молодняка.
Сергей, Вадилла и Кассиодор заснули уже хорошо за полночь: провели осмотр всех раненных и выставили посты, снова и снова обсудили недавнюю схватку и лишь после этого, под телегами у колодца, сами улеглись на полученные у крестьян циновки, сверху покрыв их плащами.
Глава 6
Утро не принесло облегчения: слишком большие потери в недавнем бою, отказ нумера прислать подкрепления из ветеранов псилов и требование справляться своими силами, то, что многим раненным, которых оставили на транспортировку в Равенну за ночь стало плохо – всё это вызывало потоки ругани и немотивированной агрессии у бойцов остававшихся на ногах.
–Идиоты! – крыл старших командиров Поллиодор, кривясь при каждом случайном движении своей руки на перевязи, но постоянно хоть чем помогавший Сергею и Ратсимиру переносить раненных ближе к сеновалу, у которого и грузили на свободные телеги бойцов, что утром отправлялись в Равенну, в тамошний госпиталь при храме. – Никакой системы нет и в помине! При цезарях была подготовка для молодняка, поддержание боевой формы для ветеранов – сейчас каждый дурак называет себя “стратегом” и придумывает всё новые теоретические вариации, метОды обучения – они что, слепые? Не видят, что эта мешанина из стилей подготовки и совершенного ученического безумия УЖЕ разваливает армию Империи?
Разглядывая за суетливое утро ряды раненных и огромную яму, на околице посёлка, куда, в общую могилу – должны были скинуть, после отпевания ещё не прибывшего из Равенны священника, погибших – Лихотатьев не мог не согласиться со словами лысого инструктора “веронского” нумера.
Странный бой, когда самых малоподготовленных из солдат, с самым слабым вооружением и защитой – отправили первыми. Странная стратегия.
Будь рядом опытные ветераны – они наверное смогли бы без труда задержать “топороносца”, что в первые минуты боя так напугал молодняк своим лихим умением обращаться с подобным оружием.
Но случилось что случилось: паника, суматоха и толчея, бегство части отряда и спасение от разгрома лишь по причине значительного людского превосходства бойцов нумера над бандитами.
Против полусотни варваров сражались восемь десятков псилов, два десятка вышедших им на помощь из посёлка скутаторов, столько же лучников, пяток разведчиков на конях и с дротиками – что метали с флангов и тыла свои снаряды. Лишь при подобном способе ведения боя удалось обвалить отряд врага.
Принимая дела у Поллиодора, который скоро должен был вместе с прочими раненными отбыть в Равенну, россиянин понемногу понимал что слышал ранее многократно: ромеи до одури боятся варваров.
Судя по вчерашней схватке, причины для этого были немалые: как явно лучшее боевое настроение в отрядах налётчиков из варваров, так и то – что они, своим примитивным оружием владеют лучше чем цивилизованные ромеи своим – многие из которых путаются в стилях боя, какое вооружение брать на какую конкретную схватку, командиры не умеют настраивать собственные отряды перед решительной битвой.
–Ладно, не так страшен чёрт... – мрачно успокаивал сам себя Лихотатьев, официально становясь новым командиром оставшихся псилов “веронского” нумера в рейде.
Поллиодор его всячески расхваливал и даже намекнул скутаторам – что через короткое время, вполне может быть они примут Сергия в собственный тесный коллектив. Это привело к заинтересованным взглядам и тому, что к россиянину стали подходить с расспросами ветераны, советовали что предпринять и как строить своих оставшихся солдат на следующем выходе.
Скутаторы считали что Поллиодор сам виноват, что не смог доказать командиру рейда что не стоит выпускать псилов в качестве штурмовой силы: лёгкие рейдовики, пешая разведка, метатели дротиков или отгон кавалерии – это да. Но вот лобовые схватки против варваров – вряд ли. Требовать же подобного от новичков, что чуть более месяца провели на подготовке, так и вовсе было глупостью.
Поговаривали что примицерий Гонорий, который и командовал отрядом “веронцев” в рейде, не очень хороший военный – но неплохой чиновник оффициума экзарха, и скорее присматривает за нумером со стороны главы экзархата, чем командует воинами.
Решив помочь Поллиодору с рукой, Сергей было начал безуспешно искать гипс или пытался предложить что подобное из глины – что бы сломанные кости скрепить и в поездке конечность не доставляла столько боли своему обладателю. Всё же крестьянские телеги не имели рессор, впрочем как и все повозки здесь и ехать на них по каменным староримским дорогам, с подобной травмой – вполне могло считаться одним из видом пытки.
–Если обмазать руку в тряпице глиной и высушить на солнце, тогда кости закрепятся и можно с зафиксированной... – начал объяснять свою идею, новый командир псилов старому, но тот его прервал взмахом здоровой руки.
–Рука? Ты чего? – какие ещё обмазывания глиной? – может у варваров антов так и принято, но у нас переломы лечат в больницах при храмах. Не переживай: ваш Ратсимир сказал что сможет вытесать мне что вроде деревянной люльки на руку и мы вместе с Кассием, родственничек неплохой врач, кстати – туда её осторожно вложим. Далее перевязь на ремне и всё будет в порядке: доеду до Равенны без писка...
Выяснилось, что Кассий и Ратсимир раньше Сергея побывали у раненного Поллиодора и измерили его руку, после чего Кассий что-то высчитал и взяв великана венеда в качестве помощника – отправились на опушку леса что бы найти дерево из которого изготовят “люльку” под сломанную руку инструктора.
В течении часа вернулась пара “столяров” и пришлось Лихотатьеву им помочь осторожно упаковать сломанную конечность Поллиодора в новый футляр, потом перетянуть кожаными ремнями и удобно закрепить крест накрест за спиной.
В это же самое время, прибывший наконец из Равенны священник, отпевал погибших и благословлял раненных – что оставались в рейде дальше.
Лихотатьев и Вадилла помогли засыпать общую могилу. Речей, кроме священника, никто не толкал: ветераны привычно и как то просто взирали на то что видели до этого десятки раз в своей жизни. Молодняк стоял совершенно раздавленный вчерашним боем и теми потерями, что он принёс.
После отправления телег с раненными в Равенну, из поселения в дальнейший рейд вышел и отряд “веронского” нумера: пройдя пол дня приблизились на солнцепёке к городку что недавно захватили лангобарды, но ни о каком штурме речи и не шло.
Командиры решили пока что вести разведку за дорогами и мостами, перехватывать банды что из города могли направлять в сторону столицы экзархата, мешать лангобардам поживиться добычей в ближайшей сельской местности.
В эти два дня новому командиру псилов удалось снова себя проявить: он ловко, вечерами на закате или малолунными ночами – подкрадывался к одиноким конным разъездам варваров и либо резал, закопчённым до черноты, на костре, ножом врагов – либо сбивая их с лошадей шустро затыкал пленникам рот деревянной чушкой в полотнище – получая “языка” своему отряду.
Усилиями Лихотатьева стало известно, что после разграбления городка в нём осталось не более полутора сотен варваров, прочие ушли обратно – в северные герцогства лангобардов.
Командиры рейдового отряда “веронского” нумера немедленно отправили вестовых в Равенну и соседним, таким же вышедшим из столицы в рейды, отрядам прочих нумеров.
Как пояснил у костра Кассий: “Скорее всего попытаемся отбить город внезапной атакой в тысячу бойцов – старшие офицеры собирают ударную группу! Нашего нумера точно будет мало, значит следует договориться с “соседями” и получить подмогу и разрешение в оффициуме экзарха, что бы потом не обвиняли в преступной самодеятельности и провале...”
Днями псилы Лихотатьева сторожили перекрёстки дорог и помогали пастухам перегонять, под охраной, большие овечьи стада, с места на место: пару раз случались и схватки с конными разъездами варваров что пытались угнать животных себе.
Но каждый раз это были небольшие налёты в пять-семь лангобардов: те выскакивали из-за холмов и с гиканьем ломились к пастухам. Когда получали ответку в виде брошенных дротиков псилов – то сперва отступали. Но тут же разворачивались и пытались атаковать всей массой пару ближайших врагов.
Лихотатьев в первой схватке кольнул в ноги несколько овец и они, с громким меканьем, бросились под ноги лошадям варваров.
Когда всадники резко остановились, что бы не выпасть из сёдел из-за внезапного препятствия перед лошадьми – Сергей метнул в них все свои дротики, его примеру тут же последовали и прочие псилы на выходе. Медленная мишень что практически не двигалась – была отличной целью для дротиков!
Из пятерых варваров четверо оказались убитыми или раненными, а единственный не задетый лангобард – развернулся и с криком поскакал прочь, совершенно забыв о цели набега.
На вечерней поверке псилы стали героями дня и их новый командир ужинал уже за костром офицеров, где сидели на стульях, у стола, командир “веронского” отряда в данном рейде – примицерий Гонорий.
Пятидесятилетний лысеющий мужчина с явным брюшком и носом, как у траченного жизнью орла. Он показался Лихотатьеву отличным собеседником и... Довольно слабым командиром, с детскими суждениями о подготовке и настрое бойцов перед схваткой – ставшим главным скорее по протекции родственников, чем собственным достижениям.
Были здесь и командиры токсотов и скутариев – все в должностях или званиях, пока Сергей и сам не разобрался в этом – секундацериев.
Секундацерием был и Поллиодор, ставший командиром псилов лишь на выходе в рейд – обычно же он отвечал за отбор пополнения и упражнения с топорами и малыми или изогнутыми мечами, начальную шагистику и маневрирование массой на бегу.
Секундацерии были мужиками опытными, со множеством шрамов на загорелых усатых лицах.
Но они в основном молчали и лишь посмеивались с суждений Гонория, показывая Сергею что командир отряда не пользуется уважением в коллективе.
На ужине с офицерами говорилось что скоро, возможно будет сделана попытка отбить городок недавно захваченный варварами и было бы неплохо что бы Сергий и его люди снова ночами добыли каких пленных, а ещё лучше – помогли внезапно ворваться в городок: например проникнув внутрь и открыв ворота во время атаки или ночной порой.
Лихотатьев тут же стал подробно объяснять что он готов немедленно создать отряд из псилов и что именно на такие действия и был “обучен” на прежнем месте службы.
Гонорий обещал покровительство, но сейчас просил заняться проблемами с проникновением в город: что бы бойцам не пришлось долго стоять у стен и терпеть обстрелы, пока таранами выбивают ворота.
Говорили что прибудут завтра отряды прочих нумеров и пополнение от экзарха, и тогда, общими усилиями – попытаются отбить поселение обратно.
После ужина и надежд что скоро ему позволят создать собственный отряд ССО в нумерах экзархата, спать совершенно не хотелось и Лихотатьев долго разговаривал с Кассием, расспрашивавшим его о разговорах с офицерами и чего ждать бойцам: новой бойни в поле или командиры что иного удумали?
–Кто такие примицерии и секундоцерии? – наконец сам задал вопрос россиянин. – Ты же знаешь, я пока что ещё слабо разбираюсь в ваших званиях...
–Чего разбираться то? – даже поднял брови, от удивления, Кассиодор. – Примицерий, от слова Прима – первый. Первый заместитель командира крупного отряда.
–”ЗамОк” полкана... – тут же, про себя, отметил Лихотатьев.
–Секундоцерии, от Секунды – вторые заместители. Чаще всего командиры отдельных отрядов нумера, или по подготовке – как наш Поллиодор, или по снабжению... Но тебе к ним рановато, ты бы сильно в мечтах не улетал...
Следующим утром пришёл приказ: собрать отряды и выдвигаться на развилку дорог почти у самого, захваченного лангобардами, городка.
–Ставим лагерь на развилке! – тараторил Кассий, помогая Сергею и Вадилле забрасывать в повозки тюки с копьями и топориками, и вязанки дротиков. – Слышал, наши командиры между собой чертыхались: экзарх решил что пора начинать наступление и приказал “армянскому” и “непобедимым” нумерам идти к нам на развилку – туда же подтянутся и наши подкрепления из Равенны. Ставим лагерь вне стен какого нормального поселения, и видимо ждём: либо варвары испугаются и сами свалят, либо наши поймут что снабжать подобный отряд, в поле, крайне муторно и после показухи скомандуют возвращение в Равенну.
–А осада, штурм? – предположил Лихотатьев, почёсывая правую щёку, что после бритья горящей щепой сильно чесалась.
–Надеюсь что нет! – покачал головой ромей. – Сам же видел каковы мы в схватке... А теперь представь, что за стенами, в городе – сидит несколько сотен лангобардов и они нас поджидают... Ужас!
Чуть не назвав товарища паникёром, Сергей всё же сдержался но про себя отметил: что хотя из его новых знакомых Кассиодор и самый умный, но при этом и самый трусоватый и, пожалуй, некоторые вещи ему говорить не стоило – ибо мог запаниковать.
Выдвинулись колонной к указанной экзархом развилке: впереди конные разъезды разведчиков, за ними вооружённые псилы.
В повозках ехали, с комфортом, ветераны скутаторы в полных доспехах – готовые выбраться из поовзок по первому приказу, в случае опасности. Сзади – всех прикрывала дюжина пикинёров с длиннющими острыми пиками и среди них выделялся гигант Ратсимир.
Токсотов отправили вместе с разведчиками осматривать опушки и холмы у дороги, так что они лишь изредка появлялись что бы сообщить об увиденном и снова, легконогими ланями – уходили вне дороги следить за обстановкой.
Устройство лагеря на столь неудобной местности показалось россиянину откровенной глупостью и он спросил Кассия стоит ли обратиться, в честь вчерашнего знакомства, к Гонорию, что бы сменил позицию лагеря на более защищённую: бойцы ставили повозки гигантским кругом практически посреди поля, примерно в паре километров от видневшегося вдали городка.
Если передвижения лангобардов в городе, благодаря стенам – были неизвестны ромеям, то византийские манёвры, при стоявшем ярком солнце – были как на ладони, для врагов.
Какие скрытые манёвры – какой обман противника что бы не знал численности твоей армии? – “не, не слышал...”
Ромей однако посоветовал не лезть куда не просят, так как вполне могут не только послать, но и прописать кнута, за нарушение субординации.
Договорились с Гонорием о том, куда станут, для постоянного наблюдения за городом – бойцы псилы подчинённые Лихотатьеву и как им помогут лучники, приданные к тройкам псилов в качестве дальнобойных стрелков.
Когда начали готовить обед, состоявший из лепёшек захваченной с собой из Равенны муки и солёных маслин с оливами, твёрдого сыра и луковиц – понемногу завязался разговор между Сергеем и Кассием, и пришедшими, после нарядов, Ратсимиром и Вадиллой.
Кассий опасался что их всё же отправят на “этот долбанный штурм” и получится бойня, как недавно с бандитами в поле.
Правда он был уверен что идёт сотня старослужащих псилов “веронцев”, чей командир и сменит Сергия на посту главы данного отряда. А может и нет.
–Мне кажется что город брать будут скорее всего они, – пояснял свою надежду Кассий, любовно помешивая варево из каши и сыра, пары маслин и одной луковицы, в его личном , вместимостью на три литра, казане. – К нам движутся ещё части из нумеров “армянского” и “непобедимые”, так что в пределах шести-семи сотен мы тут конечно соберёмся, но вот достанет ли нам этих сил на полный штурм – вопрос... Кстати! Друзья мои Сергий и Вадилла, мы можем встретить наших недавних знакомцев, отчего ситуация неприятно накаляется для нас дважды.
–Кого это? – недоуменно поднял брови рыжий приземистый славянин, явно не понявший намёка ромея. Зато Сергей стал буквально кататься по земле от смеха.
–Я уже и забыл про них! Неужели четверо балбесов, из таверны – с нами пойдут на штурм города? – смеялся от души Лихотатьев, так и представляя, как впереди, за крепостными низенькими стенами – его поджидают толпы лангобардов, а сзади – четверо прибитых им “коллег”, по службе в равеннских нумерах.
–Не уверен, хотя всё возможно. – громко смеясь отвечал Кассий. – “инвикторы – непобедимые”, это их нумер. Так что следите за усатыми или гладко бритыми мордами среди них, мало ли что учудят в качестве подлянки... Но с нами ныне есть Ратсимир – ныне мы четыре на четыре!
Друзья ещё немного обсудили ситуацию и решили что тобьются и не стоит раньше времени впадать в панику.
Ближе к вечеру пришёл отряд “армянского” нумера численностью в четверть тысячи: много псилов, почти полторы сотни, полсотни лучников и столько же скутаторов – чьи доспехи везли в повозках, пока они налегке, по жаре, в одних светлых грязно-белых рубахах, шествовали с мечами на боку рядом с повозками со своим скарбом.
Ночью Сергей, по просьбе примицерия “веронцев” Гонория – дважды выходил в разведрейды вокруг городка, что бы понять по кострам или какому шуму как много людей в городе готовится к обороне или стоит патрулями на воротах и стенах.
Костров командир псилов заметил с десяток, но возле них ошивалось по три-пять человек и они всю ночь пили и гоготали – скорее всего бухали, а не столько охраняли город.
Иногда тени, на фоне лунного неба, показывались на стенах, но ночью там постов не было особо видно – складывалось ощущение что лангобарды совершенно не опасаются концентрации имперцев близ них: или уверенны что отобьются, или – что сбегут и ничего ромеи им не сделают...
Отметив про себя, что обратные лагерю имперцев ворота города имеют всего один костёр и скорее всего охраняются слабее всего, под утро Лихотатьев вернулся в свой лагерь и доложившись писарю Гонория, отправился спать.
Поздним утром ближе к полудню, после пропущенного россиянином подъёма и завтрака – Кассий тихо выругался и указав ладонью в сторону поднимавшегося над дорогой облаку пыли, тихо сказал: “Идут. Непобедимые...”
–Которых мы уже побеждали. – тут же парировал Лихотатьев и все, кроме великана Ратсимира, громко расхохотались шутке.
Венед лишь крутил головой и пытался понять чего его товарищи так внимательно рассматривают идущий к лагерю новый нумер экзархата.
Прибыли последние части пополнения для ударного кулака, что направил экзарх для возвращения недавно захваченного варварами города: сотня псилов, сотня лучников и семь десятков, вооружённых в тяжёлые бригантины с многочисленными стальными или медными вставками или ламеллярные доспехи – скутаторов.
Вот среди последних и оказались четверо знакомцев по ссоре в таверне: трое шли в бригантинах, наполовину закрытых металлом, а четвёртый, блондинистый усач которому Сергей не позволил вытащить кинжал из ножен в драке у таверны – в “стальной рубахе” почти до самых колен, с парой мечей, в ножнах красноватого оттенка и шлеме – отличном по дизайну от прочих скутаторов в строю.
–Да он гот, оказывается... – протянул Кассий указывая рукой на усача, на которого смотрел и Лихотатьев. – Такие “горшки” на головах носят именно они, что бы подчеркнуть свою особенность: не ромеи, но и не дикари варвары – как лангобарды или франки. Они – образованные и цивилизованные готы!
Жест не укрылся от шествующих строем, новоприбывших скутаторов “непобедимых”: если некоторые из них лишь походя осмотрели псилов соседнего нумера и скривившись в пренебрежительной ухмылке начинали смотреть на иные цели – то четверо драчунов из таверны буквально сперва оторопели. Даже столкнулись, при замедлении шага, когда входили в воротца лагеря.
Потом что то стали между собой бурно обсуждать, часто размахивая руками и показывая пальцами на Сергея и его друзей.
Наконец тот, кого Кассий назвал готом, в ламеллярной мощной защите – вытянул руку в сторону Лихотатьева и громко крикнул: “Всё! Никуда от нас зайцы не убежите! Мы в поле, здесь нет городской стражи! Аха-ха-ха...”
–Он прав. – немного поёжился Кассий, пока Вадилла и Ратсимир слали проклятия в сторону ветеранов “непобедимых”, получая в ответ обещания что им отрежут спатионами уши. – В поле оружие вполне допустимо при разборках, да и в бою, неприятно будет иметь подобных ребяток в прикрытии – сами ведь зарежут, не дожидаясь лангобардов!
Получив указания сегодня отдыхать и не идти в ночное патрулирование, так как сейчас в шатре у примицерия Гонория пройдёт совещание всех командиров отрядов отдельных нумеров и специально прискакавшего из Равенны викария, одного из заместителей, по военной части, экзарха, по поводу того каким образом освобождать город от врагов: быстрым налётом или правильной осадой – Лихотатьев занялся осмотром своего прореженного втрое отряда псилов, что пока оставались в его подчинении и разговорами с Кассиодором о том чем бы разнообразить ужин, ибо лепёшки и каша просто осточертели.
–Вот потому я и люблю постои в поселениях! – качал головой ромей. С грустью разглядывая запасы четверых друзей вываленных перед ним на короткий плащ Ратсимира. – Там всегда можно что выменять, на нож или кружку из города, какие бусики для местных дурочек – курицу или отличного сыра, мёда или бурдюк вина... А в лагерях, да ещё на вражеской территории – будем жрать каши и старый хлеб, радуясь подгнившей маслине или глотку кислого вина из Тосканы!
Лагерь быстро расширялся новыми секторами повозок прибывших нумеров. Если сперва было решено всех вместить в ограждение “веронского” нумера, что бы лангобарды подумали что подкрепление прибыло незначительное, то вскоре поняли что люди станут ночевать буквально на головах друг друга и от подобной идеи отказались.
Солнце только начинало садиться когда более-менее выставили все повозки и телеги, назначили патрули и пароли для них, выставили фишки с лучниками в лесу у дороги и на крышах повозок.
–К нам гости! – коротко предупредил Сергея Кассий и поднялся с корточек, на которых сидел у костра, помешивая варево понемногу закипавшее на огне.
Степенно и важно, словно бы полномочный посол, подходил “гот” в ламелляре – ростом с Сергея, около ста восьмидесяти сантиметров, в меру крепкий, не качок, скорее гимнаст или пловец.
Длинные, немного обвисшие русые усы свисали к подбородку. Волосы были завязаны в короткий узел сбоку справа, что то вроде “свевского узла” – значит не стриг накоротко, как многие в имперской армии экзархата.
Подошедший сразу начал говорить с Лихотатьевым, мало обращая внимания на реплики прочих: “Предлагаем, как только солнце покраснеет – вместе выйти из лагеря на встречу... И выясним всё что недосказали в Равенне! С оружием в руках! Никаких больше фокусов с дракой кулаками и бабьих криков о страже и суде, здесь это не пройдёт – или вы или мы!”
Посол присылал вызов на поединок, именно так воспринял эти слова россиянин. Варианта с отказом не возникало, следовало разрулить сложившуюся ситуацию и схватка вполне могла дать ответы на все вопросы.
За себя Лихотатьев не боялся, как и за гиганта Ратсимира – однако судьба в скором поединке Вадиллы, слишком горячего по характеру и Кассия, явно не самого лучшего из бойцов что видел Лихотатьев – его беспокоила.
Впереди был поединок против четырёх скутаторов, среди которых один – явно ветеран, причём скорее всего тот самый “оптимат” – в которые Поллиодор ещё только готовит самого Сергея.
Отказаться было невозможно: затравили бы как трусов. Следовало как пренебрежительнее выставить прочь посла и начать придумывать хитрости для схватки, вряд ли уже есть кодекс поведения на дуэлях, а значит... Значит следовало заготовить побольше подлянок, например золы из костров в ладонях, что бы распылить в глаза врагов при сближении и потом приканчивать их – пока те не протрут очей.
–Да вы сама доброта! – рассмеялся Сергей нарочито громко. – Настоящие наши товарищи, что всегда выручат! Наверное у скутаторов “непобедимых” завелись снова деньжата и они опять готовы подкинуть нам свои кошельки, как пару дней назад? Так стоит ли выходить на опушку? – срежь с ремня свой и кинь мне в руки! И притащи кошели своих корешков, пускай не мнутся как девушки и накинут всё что есть или у кого займут, нам нужна сотня, не меньше – серебра!
Вадилла и Кассий наигранно дружно заржали, Ратсимир, не понимающий что происходит – из солидарности вовсю разулыбался, поигрывая огромным свиноколом в руке, что в его лапище смотрелся как щепка для чистки зубов.
–Вам конец! – громко прошипел прошептал “гот”. – Всех прикончим – перережем как овец, будем медленно вас добивать – пока частями не распотрошим, не добьём! Плевать на деньги, упьёмся вашей кровью! Сперва пальцы отрубим, потом руки и ноги. Лично выгрызу тебе сердце...
–В “башню” дать, ну, пока мы ещё в лагере и оружие под запретом? – миролюбивейшим тоном спросил Лихотатьев и “гот” немедленно убрался, под смешки и ухмылки четвёрки “веронцев”.
Решено было не есть, так как пища в скором поединке отягощает и может, всякими позывами и бурлениями – сильно навредить тому кто пренебрегает данными правилами.
Сергей вооружился щитом псилов и имеющимся у его отряда, в запасе на телегах, спатионом – пару штук после недавней бойни с бандитами ему оставили в качестве резервного оружия на схватки.
Второй меч взял себе Кассиодор, сейчас постоянно что рассказывающий невпопад и откровеннейшим образом мандражировавший перед схваткой.
Вадилла предпочёл вооружиться щитом псилов и длинным кривым кинжалом, отдалённо напоминавшим Лихотатьеву турецкий клыч.
Славянин из Македонии клялся что данное оружие гораздо удобнее топориков псилов и в следующих поединках он станет выступать только с ним.
Ратсимир пришёл к повозкам друзей разодетый в огромную чёрно смоляную шкуру, вместо линотракса что ему выдали в нумере: гигант вырядился в медвежью шкуру, точнее какой тулуп безрукавку из неё – напоминая сейчас Геракла. Одел на левую руку овчину шерстью наружу, что бы смягчала удары и взял в правую – гигантскую полутораметровую булаву-шестопёр, чей размер становился понятен лишь когда венед ставил своё оружие около телеги и просил дать ему немного воды, перед выходом из лагеря.
Под смешки патрулей “веронцев” четверо друзей выбрались за ограду своей части лагеря, из повозок и направились в низину между лагерем и леском у дороги – ранее указанную посланцем противников в качестве “укромного места встречи”.
Шли молча: всё что хотели сказать друг другу – высказали в лагере, о том как сражаться и защитить себя, что сказать при возвращении – если останутся живы. Каждый молча настраивался на скорый поединок.
По козьей тропинке обогнули заросший кустарником и тонкими деревцами холм и сразу же за ним начался спуск в укромную низину, где виднелись, в лучах заходящего светила, четыре фигуры в накидках поверх бригантин – с обозначениями нумера “инвикторум”.
Подходя ближе по ровной площадке низины, Лихотатьев демонстративно смотрел глаза в глаза усатому “готу”, с которым решил проводить поединок: становилось очевидным что и усач, и сам Сергей – являлись негласными лидерами своих кампаний и им следовало в схватке именно меж собой расставить все точки.
Шаг. Пять. Десять – усач не выдержал и моргнул, всё же Лихотатьева неплохо учили психологической устойчивости в ССО.
Тут же гот стал переминаться с ноги на ногу, пару раз отвёл взгляд в сторону и зло сплюнул на изумрудную траву, и немедля растёр плевок ногой, словно бы хотел пнуть почву за какую давнюю обиду.
–Жим-жим. – внутренне рассмеялся россиянин, уже совершенно расслабленно подходя вплотную к группе противников. – Явно ребятки больше хорохорятся, как и тогда, близ наливайки в Равенне, чем из себя представляют...
С минуту стояли молча, глядя глаза в глаза на визави: Лихотатьев стал напротив усатого “гота” в ламеллярной защите, Кассий и Вадилла слева и справа от него – выбрав своими соперниками примерно равных им по габаритам бойцов.
Отличился лишь гигант Ратсимир, которому, случайно или нет – в противники достался карапуз-пузан ростом сантиметров в сто шестьдесят.
Выглядело это скорее комичным, чем воинственно: напротив гиганта венеда, в медвежьем чёрном тулупожилете поверх светлой рубахи, с овчиной на левой руке вместо щита и гигантской булавой-шестопёром в правой – располагался невысокий пузатый скутатор, постоянно вытиравший пот со лба и растерянно поглядывающий на товарищей.
Соперник Ратсимира совершенно не ожидал такой подлянки в схватке и сейчас был немало растерян.
