Текст книги "Равеннский экзархат: доместик арканитов (СИ)"
Автор книги: Александр Никатор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 32 страниц)
Венед смотрел на него улыбаясь, поглаживая левой рукой, как ребёнка по голове, навершие своего оружия и всем видом показывая что больно его сопернику не будет – тюк, и голова скутатора “непобедимых”, прямо в шлеме – сомнётся как тыква, при ударе ногой.
Все кроме “гота”, что снова пытался играть в гляделки с Лихотатьевым, чуть не до скрипа сжимая зубы – сейчас таращились на Ратсимира: друзья с подхихикиванием, видя растерянность соперников. Бойцы из нумера “непобедимых”, с сомнением: как же они справятся с подобной тушей, когда прикончат своих оппонентов – да и справятся ли с ним?
Венед с необычной защитой и вооружением сейчас стал звездой: на него с опаской или уважением смотрели почти все, что то прикидывая в уме или рассматривая тропки в низине – коими можно будет сбежать если гигант начнёт, размахивая булавой как Циклоп дубиной, гоняться за противниками по площадке в низине.
Ещё когда спускались по козьей тропе, в самый низ, Сергей подумал что жаль что Ратсимира, при распределении номеров на рейде, определили в пикинёры, из-за отсутствия у него бригантины по размеру: возможно в зарубе с бандитами в поле он смог бы взять на себя “топороносца” варваров и тот не смял первые ряды псилов “веронского” нумера, те бы не побежали в панике, сминая собственный отряд и не случилась бойня...
–Хватит! – взорвался криком усатый в ламелляре, после очередного поражения в схватке взглядов. – Или вы, скоты безмозглые – вернёте нам деньги и извинитесь при всех, в лагере, за то что натворили, став нашими слугами в Равенне на год – или мы вас на ремни разрежем! Хватит таращиться на нас как бараны! Здесь вам махание руками и ногами не поможет, станем драться как мужчины – с оружием в руках! Никакие суды экзарха вас не спасут: скажем что лангобарды выскочили из кустов и разрезали вас на куски и нам поверят. Мы давно служим и никто ничего проверять не станет! Что взять с этих длиннобородых дикарей?
Он быстро дёрнул рукоять меча вверх и с лязгом вернул оружие на место, видимо пытаясь придать жестом достоверности своему требованию.
–Неврастеники... Или мы их крепко раздраконили что тогда отмудохали и обобрали, а сейчас, имея Ратсимира в качестве козыря – совершенно не боимся. – подумал Лихотатьев, но сказал следующее. – Неа! В прошлой встрече у нас оружия не было, в отличие от вас – и что? – мы забрали ваши денежки себе... Сейчас у нас есть оружие в руках – возьмём вместе с вашим скарбом и ваши жизни. Это называется логика: у нас ныне явное преимущество.
Сергей вроде бы небрежно повёл головой в сторону венеда, указывая кого считает преимуществом.
–Тогда нас было трое невооружённых против вас, четверых и с оружием. Сейчас численно мы будем равны, и по вооружению – тоже. В моём понимании вам и извиняться, да ещё не забыв дать нам какой выкуп, что бы простили вас...
Усатый лидер “инвикторов” показал жестом что то вроде “горло перережу” и потребовал у своих товарищей готовиться к поединку.
Отошли чуть назад и “веронцы”: Сергей предложил следующий вариант – он удерживает фехтованием на расстоянии своего усатого оппонента, как впрочем и Вадилла с Кассием – своих. Ратсимир старается как можно скорее сбить с ног или покалечить ударами булавой по щиту или рукам, ногам собственного соперника и когда тот свалится на землю – не добивая его, атакует с фланга сперва бойца с которым дерётся Кассиодор, потом усатого “гота”, если Сергей его уже не прикончит – потом вместе добиваем тех из врагов кто остаётся в живых.
–Они в панике и несут полную ерунду! – подбадривал Сергей своих людей, когда располагались линией в пяти шагах друг от друга, начиная медленное сближение с оппонентами. – Ратсимир, постарайся быстрее напугать или покалечить своего и заходи с фланга, на тебе основной удар!
Венед заулыбался и даже рыкнул, ну точь-в-точь берсерк из сказаний северян, только без пены у рта – но визуально настоящий “воин-медведь”. Оборотень невиданной силы и здоровья, живой таран армий варваров в боях.
Соперники “веронцев” шли мелкими неспешными шагами, осторожно всматриваясь в почву под ногами и оценивая передвижения врагов при садящемся солнце.
Карапуз напротив Ратсимира стоял на месте и оглядывался: он планировал скорее максимально долго убегать от гиганта и ждать помощи от товарищей, что быстро прикончат своих неопытных противников и придут ему на помощь. Скопом забить “мамонта”, идущего на него с дубиной.
Соперники Кассиодора и Вадиллы, вооружённые спатионами и короткими щитами удобными в одиночных поединках, осторожно подходили к ним: они недобро улыбались и всем видом показывали что “сейчас то уж устроят” – но при этом предательски бросали частые взгляды на Ратсимира, который начал раскручивать свою булаву для мощного суперудара или броска, было непонятно и “инвикторов” это пугало.
Визави Лихотатьева вышагивал с занесённым над головой мечом, но остриём в сторону Сергея: то ли зная какой ударно-маховой приём, то ли умея наносить внезапный короткий жалящий укол длинным обоюдоострым мечом. В левой руке короткий круглый щит псилов и длинный кинжал.
–Соображает, зараза, что кроме щита и второе оружие может пригодится. – мысленно согласился с противником россиянин. – Щит не для прямой защиты, а для скользящей, в свободном поединке, не толчее свалке сражения – важен манёвр на ногах и что бы хорошо видеть врага, а не закрывать себе обзор большим скутумом. Опытен чертяка, хотя и несколько нервен – этим стоит воспользоваться.
–Я вырву твои усики намотав на пальцы, и лезвие не пригодится для бритья! – бросил Лихотатьев в лицо сопренику. – Всем стану показывать и хвалиться как сделал тебя безусым.
Лицо гота посерело, потом побагровело и если Кассий и Вадилла начали подбадривать Сергея на данный поступок, то их противники уже просто ругались.
Вдали заржали кони, много коней. Где то множество кавалеристов объезжали лагерь или смотрели территории близ него.
–К чёрту! – заорал гот, в мгновение, чёрной молнией, бросаясь на Лихотатьева. – К бою! Я не позволю этим разъездам примицерия нас остановить, зарежу тебя как собаку!
Восемь мужчин немедленно ринулись друг на друга, даже коротышка, противник Ратсимира – и тот бросился с отчаянным криком на венеда.
Короткий выпад мечом, в свою сторону, Лихотатьев запросто отразил отмахивающимся движением щита: усач перестарался с силой, возможно в нервическом возбуждении от начала поединка.
Шаг в бок, к Вадилле и остриё меча врага, с неприятным постукивающим звуком – оставило борозду на щите Сергея.
Пока, после выпада, визави замешкался при возвращении в позицию – Лихотатьев сам перешёл к активным действиям и попытался повторить увиденный им у соперника приём: выпад вдогонку – с подкруткой острия меча чуть за щит оппонента.
Молнией сверкнул красноватым закатным солнцем спатион гота и с явственным лязгом отбил атаку Лихотатьева.
Чувствовалось что фехтовальщик усач опытный и в отличие от россиянина, щитом станет пользоваться в крайней ситуации, предпочитая почти весь бой вести именно основным в поединке – длинным мечом.
–Хреново! – думал про себя Сергей, отскакивая пантерой обратно и высматривая в начинающейся полутьме что предпримет противник. – Чую, что этого дяденьку так просто мне не одолеть – мечи, явно не моё... Где запропастился Ратсимир? Пора бы ему уже расправиться со своим пузаном и помочь нам, с флангов.
Только сейчас Лихотатьтьев заметил что они с готом единственные, кто тяжело дышат после всего пары выпадов и блоков, все прочие поединщики стоят на своих местах и таращатся куда в сторону нескольких тропок, что вели с равнины на низину.
Видимо в пылу схватки Сергей слишком увлёкся рассматриванием оппонента и слежением за его оружием и пропустил нечто важное.
–Сергий! – проорал Кассиодор, подходя к другу и осторожно трогая его за плечо. – Откуда у нас здесь столько кавалерии? Чего они скачут как оглашенные всюду, они же только мешают своей...
Договорить ромей не успел: с гиканьем и свистом, каким утробным криком, в низину повалил отряд примерно в десяток конников: все в тёмно зелёных или коричневых рубахах, с высокими шлемами на головах, с копьями или спатиона в качестве оружия.
–Длиннобородые! – закричали “непобедимые”, все кроме усатого гота, что вполоборота смотрел на скачущих кавалеристов, но не упуская из виду и самого Лихотатьева. – В лагерь! Налёт этих чёртовых ублюдков! Скорее за повозки! Ночной налёт кавалерии!!
Трое бросились на позиции “веронцев”, пока усач застыл на месте шумно вдыхая воздух. Тем временем восемь из десяти врагов спустились по тропам в низину и с криками направили лошадей на людей, стоявших там.
–Стоять! – проорал своим “гот”. – Куда?! Они нас на прямой дистанции догонят и лошадьми сомнут, копытами затопчут! – Драться! Только так у нас будет шанс!
–Он прав! – закричал Сергей своим друзьям. – Дерёмся! Ратсимир – постарайся своей дубиной бить по лошадям, если сил хватит – они быстро испугаются и понесут седоков!
Когда то, ещё подростком, Лихотатьев читал что датчане в Англии, в сражениях с кавалерией использовали огромные двуручные “датские топоры”: те могли запросто калечить лошадей и вызывали панику у животных, даже если слегка задевали – отчего всадники выпадали из сёдел и их приканчивали на земле.
В его понимании, в сложившейся ситуации именно гигант Ратсимир мог стать отличным антикавалерийским бойцом, который станет сбивать с коней врагов.
Но это было в будущем, а сейчас, увидев что оказавшегося ближайшим, к налётчикам, усатого гота готовится, на скаку, атаковать патлатый седой лангобард, в кольчуге и с копьём в руке – Сергей в пару резких движений перерезал мечом ремни своего щита и замахнувшись им как дискобол на Олимпиадах – со всей силы метнул прямо в морду лошади, наскакивающего на усача гота, врага.
От неожиданного шороха, пролетающего сбоку своего от шлема, щита – гот резко обернулся в сторону Сергея, но увидев что тот на прежнем месте – тут же перевёл взгляд на лангобарда с копьём.
Ситуация снова изменилась: получившая прямо в зубы щитом лошадь заржала и стала на дыбы, лангобард с седыми волосами начал что ей истерично приказывать, но было видно что он еле усидел на ней.
Тут же в брюхо несчастного животного прилетел длинный кинжал Лихотатьева – он не был уверен что с такого расстояния поразит седока и решил что проще воздействовать на скакуна: лошадь дёрнулась и попыталась, стоя на двух копытах, развернуться кругом – но завалилась на бок и привалила своей тушей и хозяина.
Лангобард закричал и начал дёргаться под огромной массой своей лошади. Животное также било копытами, дёргало шеей и казалось что она взбесилась.
Тут же к поверженному лангобарду подбежал гот усач, с которым должен был драться Лихотатьев и одним взмахом, мечом по горлу, упокоил того раз и навсегда.
Кровь из шеи лангобарда заливала тело налётчика, заливая чёрной лужей и бьющуюся на земле лошадь.
–Мастер... – отрешённо подумал Сергей, мысленно неприятно переживая что именно с таким бойцом, он сам, всего минуту назад – собирался фехтовать на равных. Без помощи от Ратсимира – это сейчас казалось самоубийством.
–А-а-а-а-! – взорвался криком великан Ратсимир и бросился к ближайшему к нему кавалеристу.
Всадники что ранее гикали и рвались в атаку приостановились, явно не ожидая что их лидера так скоро зарежут и сейчас от прежней уверенности налётчиков не осталось и следа.
Венед с громким выдохом ахнул булавой по шее ближайшего коня. Стук удара. Хруст сломанной шеи.
Звук падения коня и седока на поверхность низины – тут же второй удар, на этот раз по голове распластавшегося на изумрудной траве лангобарда: шмяк – и шлем смялся, вместе с головой внутри.
–Вперёд! – заорал Лихотатьев, понимая насколько важно в бою подловить подобный момент успеха у своих и шокового ступора у врага. – Мы их порвём! Вперёд!!!
Вадилла с рёвом понёсся к Ратсимиру. Венед уже скакал, огромными прыжками, размахивая над головой булавой – к трём запаниковавшим конным налётчикам, что разворачивали лошадей что бы скорее выбраться из этой ловушки в низине. Жертвы оказались охотниками.
Уже бежал с мечом над головой и усатый гот, стараясь атаковать сбоку одинокого всадника – усача окружали трое его друзей.
Сергей и Кассий, привычно спрятавшийся у него за спиной – бежали, что бы также отличиться: Сергей решил перекрыть тропинку по которой всадники попали в низину, разумно полагая что в панике они именно через неё постараются выбраться и здесь, как рыбаки с сетями – налётчиков и уничтожат.
Бойцы имперских нумеров вместе загоняли лангобардов...
Глава 7
Началось побоище: паникующие кавалеристы лангобардов в спешке натыкались друг на друга у тропинок, на скальные стены низины, ругались и кричали на лошадей – пытаясь развернуть их к тропе что уже заняли легконогие Лихотатьев и Кассиодор.
Когда ревущий, как несколько небольших медведей, Ратсимир, в своей чёрной как смоль медвежьей накидке на могучем туловище и с гигантской булавой в руках накинулся на новую жертву – пара врагов просто соскочили со своих коней и опрометью бросились лезть, просто по склону, вверх, надеясь хоть так скорее спастись от ужасного молотобойца, коим ныне был гигант венед.
Великан сбил с лошади, единым ударом, замешкавшегося всадника в зелёной рубахе под бригантиной, а потом, вторым могучим замахом – превратил голову того в куски черепа и ошмётки мозга, что теперь валялись близ туловища в заляпанной кровью бригантине.
Вадилла всё никак не мог найти себе жертву и буквально выл от огорчения, так ему хотелось также отличиться – что бы Ратсимир не чувствовал себя слишком уж героем.
Соперники “веронцев” на поединке, скутаторы из “инвикторов” – метнув кинжалы, как ранее Сергей, заставили одну из лошадей сбросить с себя всадника и прикончили его парой точный выверенных ударов остриём меча под ключицу.
Всего за минуту, из дюжины весёлых задиристых длиннобородых варваров, что ворвались в низину на лошадях покуражиться над дуэлянтами – четверо отправились к праотцам, двое спрыгнувших с коней сейчас скользили вниз, из-за крутости склона и неудобной сухой травы и Вадилла, наконец то опередивший своего друга Ратсимира – с азартом охотника всаживал одному из них топорик прямо в бок, где защита бригантины не имела металлической накладки.
Второго, привычно громко ахнув вдохом кислорода в организм при замахе – распластал на земле венед, снова жахнув своей гигантской булавой, на этот раз по шее – так что голова противника ударилась лбом о грудь своего носителя, прежде чем безжизненно обвиснуть на одной лишь коже.
Ещё шестеро лангобардов метались по низине в поисках свободных от противников мест и лазеек, наверх, куда бы они могли броситься в отчаянное бегство.
“Инвикторы” разделившись на пары – начали работать как загонщики, показывая Сергею жестами что стоит им помочь и выводить кавалеристов на Ратсимира и Вадиллу, те мол завалят их всех.
Объяснив, как сам понял, Кассию, Сергей спрыгнул с тропинки вниз и побежал в сторону одинокого растерянного бойца лангобардов: тот явно опешил от случившийся перемены в делах и после первых истерических попыток сбежать, остановился и лишь крутил головою во все стороны, не понимаю где сейчас найти путь к спасению.
Но Лихотатьев и Кассий к нему не успели: Вадилла первым добежал до одиночки и на бегу метнул в того топорик.
Попал. В голову – точно в затылок. Конник на мгновение замер, потом стал буквально сползать с лошади вниз. Не достигая головой почвы он был добит славянином из Македонии, который начал орать охотничий клич своего племени.
Пятёрка лангобардов, видимо понявшая что придётся с боем прорываться к тропинкам и просто ускакать не получится – развернула коней и передумав идти напролом на скутаторов “непобедимых”, бойцов в тяжёлых бригантинах – направилась вскачь к легокозащищённым псилам “веронцев”, Сергею и Кассию.
–Да они нас всей оравой давить станут! – испуганно пролепетал другу на ухо Кассиодор, явно не ожидавший что судьба так часто станет меняться в этом бою. – Ратсимир не успеет к нам...
–Сами!
Но Лихотатьев ошибся: над головами друзей, с громким жужжанием пропеллера вертолёта чем жука, пролетела гигантская булава венеда и попав в зад одной из лошадей, которых в спешке разворачивали для бегства лангобарды, заставила ту присесть хвостом до самой земли.
Ратсимир постарался, чем смог, помочь попавшим в беду товарищам – метнув собственное длинное тяжёлое оружие в толпу, готовых к тарану лошадьми, врагов.
Секунды, что лангобарды восстанавливали строй и осматривали в поисках новой опасности не прошли даром: с одной стороны к ним набегали парами скутаторы из нумера “непобедимых”, с другой, тройка “веронцев” – с Сергеем во главе атакующего клина.
Суматоха драки в тесноте семерых пеших с пятью кавалеристами. Хрипы лошадей и стук копыт, крики раненных и звон оружия.
Скутаторы оказались людьми опытными и старались заходить в атаку с боку лошади, не позволяя всадникамми ставить лошадь на дыбы и бить себя копытами. Пару таких ударов и кости, державшие щиты, станут трещать – не говоря уже о лобных...
Лихотатьев метался постоянно меняя положение и повторяя манёвры скутаторов: заходил в атаку с хвоста лошади или с боку, орал что лошади прямо в ухо шли старался её как напугать – громким звуком или махом меча у глаз.
Сергею удалось заколоть одного из всадников и помочь усатому готу, с которым они дрались на поединке – убить второго.
Ещё двоих завалили прочие скутаторы “непобедимых”, подсекая лошадям ноги, что бы они падали или пропарывая им брюхо длинными ножами и добивая всадника, которого сбросила с себя животное.
Вадилла зарубил топориком пятого лангобарда в группе, последнего, из бывших варваров в низине – но при этом получил ранения и сам: его кольнули копьём в левую руку, лошадь ударила его своей головой в лоб, челюстью и лягнула в левую ногу.
Оставив Вадиллу на попечение Кассиодора, у которого оказалась с собой корпия и пару баклажек с бальзамами, ромей явно готовился к дуэли ещё и как врач отряда – прочие из поединщиков выскочили на равнину что бы посмотреть что там происходит и не стоит ли помочь лагерным бойцам экзархата отбить внезапное нападение кавалерии варваров.
Примерно три десятка кавалеристов металась в начавшейся полутьме быстрыми тенями, они что гортанно орали и изредка метали дротики за ограждения лагерных повозок и телег.
По ним, в ответ, давали залпы лучники токсоты и псилы нумеров кидали свои дротики, впрочем, довольно неприцельно и падавшие чаще всего в ковыль равнины.
У лагерных воротец валялась груда из нескольких десятков трупов людей и в половину меньше – животных.
Скорее всего лангобарды внезапным наскоком попытались открыть-растащить воротца лагеря ромеев – что бы ворваться внутрь для отчаянной рукопашной, и тут случилась основная заруба.
Кое-как темнели “холмики” убитых людей и лошадей вне лагерного периметра, но становилось совершенно очевидным что имперцы отбились от налётчиков варваров и у тех, после потерь и столь малого результата – не достанет сил на новый штурм.
–К лагерю! – предложил усатый гот Сергею, когда они вместе завалились в траву у козьих троп низины и осматривали поля, близ стоянки войск экзархата. – Эти черти на конях сейчас получили по голове и уже не так ярятся как вначале! Сейчас самое время вернуться за ограду, пока нас не посчитали перебежчиками или, не знаю что хуже – трусами и дезертирами...
–А если налетят пока движемся по равнине? – на всякий случай переспросил россиянин.
–Отобьёмся! – хмыкнул в усы гот. – Ты же видел как мы их прикончили там, внизу... Да и потери у длиннобородых, судя по тому сколько их валяется у ворот – такие, что они не о победе думают, а как менее позорно свалить. Атака у них провалилась, это очевидно.
Прочие из “непобедимых” согласились со своим вожаком, но сказали что опасаются наскока конём в ночи, когда лангобарды могут их сбить с ног или, если конники тройками начнут дротики метать им в спину, при перебежке к лагерю.
–Сделаем так, – предложил свой вариант Лихотатьев, – Кто из вас, – он ткнул пальцем в бывших противников по поединку, – в одиночку бежит к патрулям в лагере и предупреждает что мы идём с раненным и ворота следует отворить, и стоять там с отрядом с пиками копьями, что бы конники внутрь, в случае чего не прорвались...
–Да как его тащить, на руках? – возмутился кто из “инвикторов” за спиной гота. – Ему же несколько человек за руки и ноги понадобится, если конечно сам не может двигаться!
–Плащи! – пояснил свою мысль Сергей. – Свяжем пару плащей как “гибкие носилки” и туда уложим Вадиллу. Один из вас предупредит стражу на воротах что бы токсоты были внимательными и по нам, в темноте, не дали залп, и высматривали кавалеристов – мы же все пехом добираться станем. Итого: один раненный, один в лагере с донесением – прочие шестеро разделятся так – двое тащат раненного, ещё четверо, ромбом, охраняют санитаров... Прорвёмся!
Усатый гот с интересом рассматривал сейчас Лихотатьева. Потом покачав головой что-то буркнул своим на незнакомом языке и те, быстро посовещавшись – направили в лагерь вестового, того самого пузана с которым должен был сражаться Ратсимир.
Пара “непобедимых” осталась наблюдать обстановку. Сергей, его усатый соперник по поединку, Ратсимир – спустились в низину и с помощью плащей Ратсимира и усача гота, соорудили подобие гибких носилок, что и сам нередко делал Лихотатьев во время сумбура схваток в Сирии – но из простыней и пододеяльников, найденных кусков материи и чего подобного.
Вадиллу немного лихорадило и он впадал в забытьё. Кассодор обещал что всё будет хорошо, но требовал скорее попасть в лагерь и найти лекарей нумера, у них есть более мощные средства для восстановления здоровья друга.
Осторожно поднимали на носилках славянина вверх, боясь потревожить. Но всё же пару раз он вскрикнул, видимо были проблемы с костями и при движении боль нестерпимо усиливалась.
Наблюдатели наверху сказали что лангобарды почти все уже ускакали, осталась лишь группа полуголых фанатиков – но по ним “работают” десятками токсоты на крышах лагерных повозок и скорее всего скоро всех достанут.
Быстро начали выдвижение к воротцам между крупными тяжёлыми повозками: Ратсимир шествовал впереди в своём “облачении Геракла”, с булавой на плече и готовый, при малейшей опасности, сбить могучим ударом оружия как всадника, так и саму лошадь – на землю.
Кассий и один из “непобедимых”тащили раненного Вадиллу. Усач гот и Сергей расположились в охранном ромбе на флангах, их сзади страховал четвёртый из “инвикторов”.
Под шумные крики, то ли угрозы то ли похвальбы, процессия фактически заскочила быстрым шагом внутрь лагерной охраняемой территории и на них посыпались вопросы: какого рожна они оказались вне территории лагеря, где шатались во время боя, почему тащат на себе раненного?
–В лекарский шатёр! – заорал опытный в подобных делах Кассий и все, дружно, не отвечая даже на вопросы встреченных офицеров, помчали, по указанию ромея – в сторону нескольких повозок выставленных квадратом и гигантской многоместной палатки натянутой над ними, что и был штабом имперских врачевателей в походе.
Ратсимир привычно служил людским “ледоколом” и перед ним расступались даже опытные ветераны скутаторы, признавая мощь данного детинушки.
После того как донесли к врачевателям Вадиллу и стараниями Кассия уложили на одно из десяти лож под навесом, что уже понемногу наполнялись всё новыми ранеными ночного нападения лангобардов – Сергей нашёл лекаря своего нумера и как новый командир псилов “веронцев”составил заявку на лечение друга: попросив сообщить что из лекарств понадобится утром, возможно достать какие травы или мази в соседних посёлках, или найти ингредиенты для изготовления настоек.
Когда всемером выходили из лекарского шатра, усатый гот сказал: “Когда ваши командиры станут орать что вы предатели и бросили своих в бою, скажите что были с нами, на разведке в низине: нас хорошо знают и в вашем нумере – проверят, увидят лангобардские трупы в низине и поверят... Я – Авалия! А это мои друзья: Людигер, Теобальд, Аудульф”
Гот, с тихим звоном металлических “чешуй”, стукнул себя кулаком по ламелляру в районе сердца и немного склонил голову, буквально на миг, показывая что они представились.
Троица скутаторов “непобедимых”, за его спиной, также обозначила кулаком, в районе сердца, приветствие.
Этот жест повторил и Сергей, решив что негоже оставаться безымянными после слов усача: “Сергий, Ратсимир и Кассиодор. Раненный наш товарищ – Вадилла.”
Жест “кулаком у сердца” был скопирован почти один в один, как и крохотный наклон головы.
–Скоро станут делать выводы по нападению... – продолжил, после паузы, разговор Авалия. – завтра днём станут разбирать что случилось и выставлять новые посты – думаю наши конные разъезды просто вырезали вечерней порой, когда они отвлеклись и налёт длиннобородым так здорово удался. Сегодня Утром восстановление лагеря и подсчёт потерь, выставление новой разведки на дорогах и проверка что с нашими старыми разъездами... К вечеру всё успокоится и можно будет поговорить. Предлагаю сегодня вечером встретиться у костров нашего нумера, приглашаю! Не стоит, после событий этого вечера, продолжать нашу ссору: вы опытные солдаты и наш спор, возле таверны и потом – просто глупость от пьяных слов, не более того... Предлагаем встретиться и за хорошей едой и чаркой вина спокойно всё обговорить.
–Согласны! – за всех ответил Лихотатьев. – Не стоит из-за пустяков калечить друг друга.
Когда “инвикторы” ушли на свою территорию, Кассиодор громко расхохотался и стал тараторить Ратсимиру и Сергею, когда они втроём пробирались в свои палатки: “ Видали? Нас скутаторы, из “непобедимых” – признали равными! Это что-то... Да это же просто прекрасно! Нас зауважали! Мы – сила!”
Восторг ромея был прерван появлением патруля “веронцев” и требованием немедленно прибыть, всем вместе, на доклад – в палатку примицерия нумера.
–Изменники! – орал Гонорий на Сергея, воздевая руки к верху своей палатки. – Пока мы сражались, вы прятались неизвестно где, зато как только бой закончен – вы тут как тут! Сколько славных воинов ранено, слава Богу – никто из нашего нумера не погиб... Серий, какой из вас командир псилов?! – вы слабак и трус, тряпка! Поллиодор совершенно в вас ошибся – не быть вам никогда не то что оптиматом, гордостью нумера, но даже начальным скутатором – не быть! Вы все дерьмовые дезертиры, за что вас хвалили в недавней схватке с бандитами на дороге, не пойму...
Россиянин на “критику руководства” не реагировал: он и в бытность свою лейтёхой ССО нередко получал напихивание от отцов-командиров, особенно после боёв с большим количеством потерь и знал что это возможность снять стресс, не более того. Завтра же с тобой станут говорить привычным образом, просто надо снять напряжение после опасного момента и подчинённый выступает в виде боксёрского мешка.
За спиной у Лихотатьева пыхтел, как рассерженный гиппопотам, Ратсимир. Постоянно переминался с ноги на ногу и громко щёлкал костяшками пальцев Кассиодор, нервически разминая кисти рук.
–Можно ответить? – спросил Сергей, глядя прямо в глаза примицерия – не мигая и не отворачивая головы.
–Жалкие уловки не пройдут!
–Мы заметили активность вражеской кавалерии в низине и считая что это разведка, спустились туда на осмотр – внезапно напоролись на отряд из двенадцати кавалеристов, с которыми и бодались до своего возвращения... – начал занудно-номенклатурно Сергей, стараясь своей уверенностью показать командиру что тот ошибается, считая их дезертирами и трусами. – С нами было и четверо бойцов скутаторов из “Непобедимых” – Авалия, Аудульф, Теобальд и Людигер. Они могут подтвердить и к тому же, там остались трупы лангобардов – мы их не трогали. В схватке был ранен псил Вадилла, он сейчас на попечении наших лагерных лекарей.
–Хм... – начал быстро остывать Гонорий. – Авалию и Теобальда я знаю, отличные рубаки, сам видел их неоднократно в “работе”…. Хм. Они точно это подтвердят?
–Конечно! – кивнул Лихотатьев не опуская взгляда. – Можем завтра отвести в низину.
–Идёт! – совершенно примирившись с обстоятельствами согласился Гонорий. – Я тоже удивился что человек, ходивший на осмотр стен города в одиночку, человек, которого так нахваливал Поллиодор – странно сбежал при начале схватки... Это как то в голове не укладывалось. Завтра сходим на осмотр. Вы все свободны! Отдыхайте!
Оставшееся время ночи спали как сурки, без задних ног. Видимо несостоявшийся поединок с Авалией и его друзьями, бой с кавалерией в низине и разборки с примицерием – совершенно вымотали россиянина и его товарищей.
Утром он успел сбегать к Вадилле, до завтрака и поговорив пару минут со славянином, спросить у врачей как дела у друга.
–Всё в норме. – констатировали лекари. – Ничего внутреннее опасно не задето, а мясо... Оно заживёт, он ведь солдат! Рука зарастёт примерно за три недели. Голова будет болеть, от удара – около недели, но потом пройдёт и это, мы даём ему отвары от головных болей. С ногой сложнее, но думаю вскоре сможет ходить и помогать в хозяйственных заботах по лагерю, а через четыре недели и бегать сможет – всему своё время и на всё воля Божья!
После завтрака прибыл Гонорий с пятью скутаторами в его свите и сообщил что уже говорил с Авалией и он всё подтверждает: “Пойдём смотреть что вы там натворили!”
Спустились в низину за холмом у лагеря имперцев. Там продолжали валяться окоченевшие трупы дюжины лангобардов и троих лошадей, что зашиб великан венед своим грозным оружием.
Шокированный ранами у лошадей – примицерий спросил как они смогли убить животных и выслушав рассказ Лихотатьева о героизме Ратсимира, лишь прицокнул языком и покачал головой. Было видно что Гонорию льстит что именно в его подчинении есть такие лихие ребята.
Скутаторы из охраны примицерия посмеивались и говорили что Ратсимира следует не учить, совершенно ненужному ему бою на мечах, а готовить как “молотобойца” – явно в этом деле он преуспевает так, что способен заменить одним собою небольшой отряд.
На утреннем солнышке вчерашний поединок, суетливая паника, когда конники заскочили в низину и последующий бой – казались чем то из прошлой жизни, совершенно непонятным и даже романтичным... Если бы не задетый Вадилла, которого недавно посещал, в шатре медиков, Сергей.
Россиянин рассказал командиру как храбро сражался Вадилла, что сейчас ранен. Как Кассиодор, кроме того что дрался, оказывал помощь товарищам после ранений и помогал выносить Вадиллу на плащах.
–У тебя уже есть костяк... – задумчиво протянул примицерий, не уточняя что имеет в виду. – Мощный штурмовик с булавой – убийца кавалеристов и латников. Лекарь – боец который может идти с тобой в поход и во время сечи лечить раненных, верный товарищ “рубака”... Ты, кстати – сегодня вечером мне пригодишься: на совете примицериев нумеров принято решение ещё раз провести разведку, что бы понять как нам действовать при захвате городка и я нахваливал тебя... готовься!
