Текст книги "Шиноби (СИ)"
Автор книги: Василий
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 33 страниц)
И повернувшись ко мне с матерью, добавил:
– Глаза требуется извлечь, оставлять их у Нагато нельзя. Нужен хранитель.
– Ясуо лучше не пересаживать, – влезла Цунаде. – У него система циркуляции не восстановилась. Непонятно, как скажется.
– Я возьму, – сжала губы Юмико. – Пациенту в любом случае требуется длительное восстановление системы чакры.
Шисуи недовольно скривился. Он явно хотел, чтобы глаза достались мне. Исключительно с точки зрения полезности на войне.
Цунаде, увидев его недовольство, отрезала:
– Позже, как Ясуо подрастёт и восстановится. Всё, оставьте нас, приступлю к операции.
Мы переглянулись с Пятым и покинули госпиталь. Встав в тени высаженных возле входа деревьев, мужчина поправил форменную шляпу и предупредил:
– За Нагато отвечаешь ты. Делай что хочешь, хоть держи в печати постоянно, но проблем от него быть не должно. С женщиной я поговорю сам, а Нагато на тебе. Всё, до воскресенья.
Он исчез в Мерцании, а я тяжело вздохнул да поплёлся домой.
И как мне с ним поступить? Нагато ненавидит Коноху, да и, в целом, с головой у него непорядок. Как там: «Я бог»? Пока его подержат без сознания, но надо решать. Тоже мне, блин, родственник…
Ночь мама провела в госпитале под наблюдением Цунаде. А утром я встретил её на пороге дома, уже смотря в глаза, где от зрачка расходились концентрические круги. После Бьякугана не смотрится особо необычно.
На мой немой вопрос Юмико отмахнулась:
– Всё нормально. Ближайший месяц могу на работе не появляться. Глаза удивительные. Надо привыкать.
Так и получилось. Она их не использовала первые дни, отдыхая и давая адаптироваться системе чакры. Да и мне оказалось не до того.
Отоспались, сделали пару новых печатей, и через три дня переместились к берегу моря очень далеко от деревни. Я, Карин, Наруто, мама и Шисуи с Джирайей.
Рассыпался в руках свиток, а на мелководье рухнул ревущий Однохвостый. Моментально его прибило к земле техникой воздуха, а потом сверху упало два десятка Наруто с огромными Расенганами. Следом оплело давящими и вытягивающими чакру цепями.
Почему у Узумаки всё самое вкусное идёт по женской линии? Вот честно, у меня никаких цепей нет, и чакра не столь хорошо лечит. У Карин, к слову, они есть. Что она и продемонстрировала, когда золотистые цепи присоединились к выпущенным Юмико. Однохвостый и реветь не мог – они стянули ему пасть.
Биджу – оружие деревень, да? Огромная тварь униженно сопела, безрезультатно пытаясь вырваться.
Теперь дело за мной. Мерцание, я оказался на лбу монстра, где моталась детская фигурка, вмурованная в плоть биджу. Для него с момента битвы, где он был запечатан, прошло едва ли несколько часов.
С трудом удерживаясь на голове монстра, я ухватился за джинчурики, пытаясь провести диагностику. Жив. И удивительно: лишь крайне крепко спит. Это странно, биджу мог бы его легко убить. Однако же… Тем лучше.
С трудом сконцентрировавшись, я медленно влил чакру в его печать, пока по демону чакры не поползли чёрные круги. Тут тоже странно: биджу успокоился, поняв, что его запечатывают обратно. Даже болтанка прекратилась.
Десять минут спустя красноволосый мальчик лежал на песке, а я возился с его печатью.
Она плохая. Печати для биджу должны быть особенные, а тут использовали стандартную, как вещи запечатывать, с парой усилений. Она и пропускала чакру, как решето. Уверен, монстр пацану жизни не давал. Из плюсов? Он хороший джинчурики, сродство с силой тануки прекрасное. Когда не поймёшь, чьей чакры в системе циркуляции больше, твоей или биджу, сдохнешь или станешь таким, без вариантов.
Печать я усилил, отсекая монстра практически полностью. Для парня сейчас сложно будет вообще силу биджу использовать.
– Готово, – закончив, кивнул Шисуи. – Он просто спит, а монстр безопасен на ближайшие месяцы.
– Какой-то Однохвостый не очень сильный, аники!
– Вот-вот. Мы его р-р-раз и всё! – поддержала Наруто сестра.
Блондин на секунду замер а следом удивлённо воскликнул:
– Девятихвостый говорит, будто Шукаку не хотел убивать своего партнёра. Вот и сдался быстро.
– В тюрьму его, к Нагато. Будет ждать, когда Песок созреет для переговоров. Отправляемся, отдам приказы, – произнёс Шисуи, протягивая руку сестре.
Карин кивнула, и они исчезли, оставив меня вдвоём с Джирайей. Беловолосый расслабленно присел на камень, дожидаясь возвращения «транспорта», между делом, заявив:
– Неплохо вышло с Однохвостым. Вы бы его и в свободном виде легко запечатали.
– Даже легче выйдет, – согласился я. – Свернём с местностью и перетянем в другую печать. Но джинчурики такое не переживёт.
Он задумался, представив себе процесс, и передёрнул плечами:
– Бр-р-р. Я взрастил монстров. Так и Хаширама не мог!
Я почесал в затылке. Наверное, Первый, правда, не мог. Когда изучал печати, моё представление о них свернуло куда-то не совсем в правильную сторону. Вырезать именно кусок пространства-времени, а не материю или чакру, моя фишка.
Получилось, в общем-то, случайно, думал, так и должно быть. Удивлялся ещё, а почему столь много чакры жрёт? Потом мне, само собой, объяснили, как правильно. Но вопрос «что я запечатывал раньше?» остался. Это мне пригодилось, когда пошло запечатывание чакры и техник. И сильнее всего с природной энергией. Так из ошибки и желания узнать больше и выросло всё моё умение.
Забавно, что оно не основано на каких-то клановых секретах. Четырёхсимвольной и печатям Узумаки на основе силы Шинигами меня учил вообще Третий, пусть и его когда-то научила Мито. Однако запечатал Однохвостого я не клановым наследием, а своей разработкой, выросшей из ошибки и кучи потраченной чакры на исследования.
Возможно, предки Узумаки могли в подобное, а может и нет. Ведь, в конце концов, чакра отражает личность человека. И чем техника сложнее, тем больше в ней неповторимого и индивидуального. И в запечатывании тоже, как оказалось.
Поэтому, гордо усмехнувшись, я откликнулся на слова Джирайи:
– То ли ещё будет. Дайте нам немного времени, и мы перевернём мир!
Глава 20
– Значит, мир через боль? Натаскивать, как детей, которые вешают кошек, не понимая сути страдания? Причинить миру шиноби столько мучений, чтобы сама мысль о новой боли стала противна человеческой натуре? Таков твой план?
Сидящий напротив Нагато, облачённый в тюремную робу, страстно воскликнул:
– Ты понял! Не месть и не угроза – воспитание! Твоя аналогия с жестокостью ребёнка верна. Заставить людей повзрослеть, понять страдания, донести, что другим также больно, как им!
Серые глаза – мамины, между прочим – горели искренней верой в свои слова. А голос лучился уверенностью и магнетизмом. Настолько сильно, что сидящий в соседней камере Гаара зачарованно внимал его словам.
Я громко, протяжно зевнул.
Нагато сбился с мысли и, с раздражением посмотрев на меня, сплюнул:
– Ты просто не познал боль!
– А ты идиот, поехавший крышей от силы. С чего ты вообще взял, словно можешь кого-то воспитывать? Ты хотя бы детей вырастил? Нет? Тогда с чего? По праву силы? Так ты больше не «бог». Обычный шиноби. И сила твоя оказалась ничтожна, чтобы диктовать волю всем.
Его лицо исказилось от злости, и он прошипел:
– Я был богом! Способным воскрешать мёртвых, менять реальность по своему желанию!
Я вздохнул:
– Ты лишь использовал чужие глаза, пересаженные тебе в детстве, Нагато. Можно ли назвать их Глазами Бога? Наверное. Но они не твои и никогда ими не были.
– Ты лжёшь!
На его слова я постучал по бумаге о генетическом сродстве.
– Учиха Мадара. Это его глаза.
Как оказалось, очень даже живой Мадара, по крайней мере, на момент пересадки глаз Нагато тридцать лет назад. Его могилу проверили и не нашли там ничего. Учихи теперь роют по всему миру, выясняя его дальнейшую историю. Хорошо хоть нашли клочок его волос для теста.
С учётом того, насколько глаза требовательны к пользователю, его идея в старости отдать их на хранение Узумаки довольно трезвая. И подняло вопрос: а кому они потом должны достаться? Ради чего Учиха всё планировал? Кто его помощники и последователи?
Мой собеседник, тем временем, презрительно фыркнул:
– Один «Мадара» помогал моей организации. Разумеется, никаким Мадарой он не был, пусть и Учиха.
– Да, покойный Обито, – кивнул я.
Вытащенная из Нагато в отделе допросов информация говорит, что больше знает некий Чёрный Зецу, с которым Обито вроде как ближе контактировал. Акацуки собирались захватить всех биджу, запечатать их в статую, которую призывает Нагато, и, используя получившееся оружие, стереть одну из стран с лица земли.
Таким образом, став мировым пугалом и, попутно, жандармом. С учётом того, каких мразей он набрал в свою организацию, даже если бы получилось, кончилось всё точно «великолепно». И вот такой человек сидел по ту сторону стола, пытаясь склонить в свою веру.
Революционер, террорист, лидер и, на мой взгляд, как и многие харизматичные люди, полностью поехавший. Он нужен, пока идёт следствие, а что потом с ним делать? Есть тюрьма для шиноби в Траве, там ему поставят печать, блокирующую возможность пользоваться чакрой, и будет срок коротать. Пожизненный.
Однако его принадлежность к Узумаки... Мне жалко так бездарно тратить потенциал. К сожалению, на данный момент парень не особо договороспособен.
– Вы неизбежно скоро погрузитесь в очередную войну! – чуть ли не смеясь, заявил Нагато. – А я буду сидеть в камере и смеяться! Находясь в полной безопасности, когда идиоты как всегда режут друг друга!
Я прищурился:
– А, может, Конохе стоит провести демонстрацию в Деревне Дождя? Выжечь дотла вместе со страной? И тогда никакой войны не случится?
– Вы не посмеете! – отшатнулся он.
– Почему? Ты же считаешь такую стратегию рабочей?
– Вы недостаточны могущественны диктовать свою волю всем, – усмехнулся Нагато.
Я поднял брови, изображая удивление.
– А ты, значит, достаточно силён?
– С силой всех биджу нас бы никто не остановил! Жаль, не успели…
– Чужие глаза, чужая сила, банда отморозков в коллегах. Я ничего не забыл в твоём гениальном плане?
Ядовитая ирония, сочащаяся в моих словах, заставила его скривиться, а я продолжил:
– И, более того, это даже не твой план, Нагато. Вся твоя жизнь ложь с того момента, как тебе вживили Риннеган. Тебя использовали, как временного хранителя глаз из-за силы чакры Узумаки, а, в итоге, вырвали Риннеган и оставили умирать!
– Мы бы остановили войны, – сквозь стиснутые зубы выдавил бывший лидер Акацуки.
– Очень сильно сомневаюсь. Вся система шиноби заточена на войну. Что будут делать тысячи профессиональных убийц, оставшись без работы? Дома строить?
– Мир не ограничивается Элементальными Странами, пацан, – фыркнул собеседник.
– То есть предлагаешь перенести войну к чужакам? Пусть умирают их дети? Таков твой мир для всех?
Он угрюмо замолк и положил ладонь на стол кистью вверх, всем видом демонстрируя окончание разговора.
Я положил руку сверху и сконцентрировался, вытягивая чакру. Большую часть его резерва. Вытянул бы и ещё, но будет вредно для его восстановления. До сих пор надеюсь, что из него получится что-то более полезное, чем очередной заключённый.
Мужик истощён до крайности, весит около сорока килограмм. И в таком состоянии жил десятилетия. Для него тюрьма как курорт, благо паёк увеличенный.
Закончив, указал ему на дверь. Он молча поднялся и, под лязг засова, вышел наружу, откуда его проведут в камеру.
Я немного расслабился, пока вели новую жертву. С Гаарой проще: мне на него плевать.
– Узумаки! – скорчился от злости появившийся на входе джинчурики Однохвостого.
– Садись, – приказал, кивнув на стул напротив.
Гаара округлел, пропали мешки под глазами, успокоился. Его особо не допрашивают, сразу оповестили: скорее всего он вернётся домой. Меня он ненавидит, ведь, оказывается, я убил его брата. Мог прибить и сестру, если бы не старуха, как правильно помню.
И одновременно, самую малость, парень благодарен за крепкую печать и нормальный сон. Биджу действительно сводил его с ума. Он и сейчас не в себе, очень равнодушный и пассивный, но хоть способен осмыслять окружающее.
Впрочем, потихоньку оживает, даже нарушил молчание первым, процедив:
– Есть новости по моему делу?
– Похоже, у вас скоро будет новый Каге. Не поверишь кто, – хмыкнул я.
– Сасори? – поднял бровь юноша.
Разочарованно скривившись от его реакции и мгновенного попадания в цель, я кивнул, а джинчурики без особых эмоций произнёс:
– Он сильный. Хорошо. С ним у деревни есть шанс.
– Отомстить?
Гаара поджал губы и тяжело обронил:
– Выжить.
Хм, а не глупый он парень, несмотря на многолетнее издевательство и бессонницу. Я хмуро произнёс:
– Как у них закончатся разборки, начнутся переговоры. Срок неясен, жди. Руку давай.
Он повторил движение Нагато, и я приступил к вытягиванию чакры. У него неплохой резерв, больше моего нынешнего.
Моя печать на руке заполнилась ещё сильнее, и, закончив, я велел ему возвращаться в камеру, а сам постарался быстрее покинуть серые стены тюрьмы.
Не нравится мне тут, много воспоминаний будит.
Мерцание, и во дворе дома прикладываю руку к хранилищу чакры. Короткий миг, пока сработает система опознания, и всё мной забранное утекает в семейное хранилище вместе с моей чакрой, оставив самому совсем немного.
Выждав десяток секунд перемешивания энергии, заполнил свой объём обратно, отложив немного в личную печать.
Хорошо, когда в тюрьме ещё один Узумаки. Его чакру нам контролировать проще, особенно в смеси. Когда вся семья наполняет печать каждый день, это помогает, с учётом того, что Наруто туда ещё и силу Девятихвостого добавляет. Лис в полной форме может её делать более похожей на обычную.
Сложив печати, направил чакру и рядом возникло два клона. Поморщившись от мгновенной потери двух третей резерва, наполнил его из хранилища заново и прошёл на тренировочную площадку, где скинул рубашку и присел на скамейку.
Прикрыть глаза, сложить несколько печатей и замереть, чувствуя, как по телу проходит потрескивающая электричеством волна чакры.
Вдох, выдох, заставляя потоки молнии гулять по телу.
Растопырились во все стороны волосы, но я не обращал внимания, полностью концентрируясь на чакре, заставляющей срываться электроны со своих мест и бежать по телу.
Электричества становилось всё больше, в том числе и естественного, окружённого и направляемого созданной чакрой молнии.
Ещё немного добавив, создал больше. И полностью замер, боясь пошевелиться. Большая часть резерва, преобразованная в молнию, сейчас окружает тело. Если ошибусь – меня зажарит.
Очень медленный вдох и выдох.
Когда так много чакры и естественной молнии, я начинаю чувствовать магнитные поля и свою нервную систему – то, как бегут импульсы по телу, переплетаются в мозгу.
Именно в таком состоянии я замер, зная, что клоны анализируют и запоминают, как всё функционирует.
Минута. Три. Сознание мутнеет, не выдерживая нагрузку.
Ладони клонов ложатся на тело, и вся чакра молнии уходит к ним, а я получаю возможность глубоко вдохнуть. Резерв уровня Какаши пуст за несколько минут использования частичного Покрова Молнии.
Отскочив в сторону от клонов, я поморщился, когда один из них запах горелым и исчез в хлопке дыма. Первый пошёл.
В сознание упала глыба воспоминаний и остатки чакры. Очередная попытка клона вмешаться в работу своей нервной системы. Неудача.
Через пару минут за ним последовал и второй.
– Как хочется послать куда подальше этот Покров… – тоскливо вздохнул я.
Техника слишком сложная, опасная и требующая на тренировку океаны чакры. Мне на Покров достаточной величины не хватает ни общего запаса энергии, ни уровня управления молнией. Разрабатываю на перспективу, когда стану сильнее. Ну и как тренировка стихийного контроля хорошо.
В Режиме Мудреца с его увеличением объёма и мощи чакры потяну затраты, но упавший контроль гарантированно меня зажарит.
Потянувшись к печати с чакрой, я восполнил резерв, создал клонов, и повторил тренировку ещё раз, чуть не упустив контроль, когда по дорожке зашуршали мягкие шаги.
Благо, клоны успели снять Покров, а остатки я выпустил в стальной столбик специально для этих целей вкопанный в землю. Хотя всё равно воняло сгоревшими волосами, но уже привык.
– Прости, что помешал, – виновато улыбнулся Гай.
– Время тренировки? Я сам забыл, простите, Майто-сан.
Он чуть скривился:
– Перестань, Ясуо. Просто Гай.
Я улыбнулся в ответ:
– Отдохну минут десять и начнём. Хочешь чаю, лимонад?
– Можно!
Попытавшись подняться, я полетел головой в песок, не упав только из-за того, что меня подхватил наставник. Ноги отнялись. Долбанная молния, влияющая на нервы, сраный Покров! Хочу Землю, она отличная, универсальная стихия!
Удерживая на вытянутых руках, Майто отнёс меня домой, где усадил в кресло, сам открыл холодильник и налил обоим лимонад. Я благодарно кивнул, жадно сделав пару глотков. А он уселся в кресло напротив, опустив босые ноги в ворс ковра.
– Ты слишком торопишься с молнией, Ясуо.
Я отмахнулся стаканом.
– Хочу максимально плотно использовать время, пока не использую сенчакру. Есть возможность отточить стихию, надо пользоваться.
Ноги кольнули, и я согнул покалывающую конечность в коленке. Нормально. Скоро разойдётся.
Лидер команды сжал губы и покачал головой, заметив:
– Главное не убейся. Молния опасна.
Я развёл руками, не считая необходимым комментировать очевидное.
– Награду за тебя подняли. До пятидесяти миллионов рьё, – неожиданно оповестил шиноби, заставив поперхнутся лимонадом. И пока я откашливался, он добавил: – А твой ранг указан, как джонин.
– Что?!
Он мрачно оскалился:
– А как ты хотел? В состоянии Аватара кое-кто джонинов резал, как траву. Плюс, кто-то слил информацию, будто твои печати позволяют мгновенно перемещаться и вводить людей в Режим Мудреца.
– Орочимару, – скривился я. – По Режиму больше некому. Да и то, он не до конца был в этом уверен.
Гай виновато отвёл взгляд в сторону.
– После появления Ли в бою, не думаю, что секрет остался. Моя ошибка, не стоило вам вообще там появляться. Свиток на биджу мог применить и другой шиноби.
– Там не простая печать, Гай. Её надо уметь направлять, и в запасниках всего одна такая у Конохи. Меньших версий её не делал, тренироваться пользователю не на чем. И знаешь, если тебе будет легче, ты не один такой. Я ведь тоже позволил брату с сестрой участвовать, а к чему оно привело ты видел.
– Значит, юный гений Узумаки тоже ошибается? – хмуро улыбнулся Майто.
– Перестань, – поморщился я. – Не ты ли меня только что до дома нёс?
– Так я и Ли ношу, когда он перестарается!
– А не ты ли, мучитель, заставляешь его работать, пока не упадёт?
– Такова Сила Юности!
Я рассмеялся и, отставив пустой стакан, поднялся, хрустнув пальцами.
– Готов к сеансу избиения!
Две минуты спустя, принимая тяжёлые удары, я проклинал Шисуи, отправившего меня именно к Гаю. Почему не к Хатаке, а? Тот, лентяй, просто оставил команду в покое и читал книжки!
Двойка в голову, отступить, блокировать предплечьем взмах ноги. И тут же ещё один, нанесённый в воздухе – Гай даже не коснулся земли!
При этом, я отлетел в сторону, ещё сильнее ускоряя поток чакры по телу.
Блокировать, увернуться, получить в грудь, отлетев назад. Подставить руки, потом опять и ещё.
Зелёный вихрь не останавливался, плюя на законы физики и инерции. Несмотря на активную трату чакры, всё, на что меня хватает, лишь защищаться и изредка пытаться атаковать, если он даёт возможность.
Десять минут сплошной мясорубки. Пятиминутный отдых и продолжение, с каждым раундом увеличивая время отдыха. Два с половиной часа заставили потратить весь резерв и немного сверху чисто на рукопашный бой. Тело превратилось в опухший кусок мяса, не способный шевелиться, а довольный Гай, наконец, выдохнул:
– Хорошо размялись. Ты потихоньку начинаешь понимать: мы шиноби. И если ниндзя хочет, чтобы удар без точки опоры имел вес, он будет иметь вес.
Я застонал с земли, а изверг участливо дополнил:
– На сегодня всё. Не забудь, завтра в десять командная тренировка на полигоне.
И довольно насвистывая песенку, прогулочным шагом покинул квартал. А я, вытянув из печати немного энергии, активировал Мистическую Ладонь, пытаясь привести себя в порядок хоть немного.
Убрать перелом рёбер, трещины в костях и опухоли. Своей лечебной чакры совсем нет, поэтому практикую медицинскую технику.
Полчаса спустя я смог дойти до дома и медленно смыть в душе кровь и грязь. А потом поднялся в свою комнату и рухнул на кровать.
Нет, тренировки с Гаем полезны, особенно такие, где он заставляет меня выживать на грани всех способностей. Техника растёт на глазах. Но как же больно…
Поморщившись, прикрыл глаза, пытаясь уснуть. Ужин ждать не буду, сегодня наставник совсем жёстко отделал. На фоне такой разницы в силе весьма смешно: я и джонин…
Утром проснулся с единственной мыслью: «Хорошо быть Узумаки, уже ничего не болит». Чакра восстановилась, несмотря на то, что пришлось залечивать повреждения. Она у меня быстро восстанавливалась всегда, так как из-за дисбаланса не используется весь объём жизненной и духовной энергии изначально.
Завтрак, пару свитков с техниками в карманы, и на полигон, встретив лениво сидящего на поваленном бревне Ли.
– Ты чего такой вялый сегодня? А где разминка и крики про Силу Юности? – поприветствовал я товарища, усевшись возле него.
– Сегодня бой с учителем, экономлю силы. Он обещал не давать нам поблажек.
– Как будто когда-то давал!
– Нас он не бьёт, как тебя, мы не выживем, – усмехнулся Рок.
Я уныло добавил:
– А Тентен и вовсе халява.
– Иди ты, Ясуо! – раздался возмущённый возглас девушки, как раз вышедшей рядом из телепорта, чтобы услышать последнюю фразу. – Пока вы сладко спали, я успела три миссии выполнить! С шести утра на ногах!
– Извини, – поднял я перед собой руки. – Он вчера меня так отделал, что едва восстановился!
– Как сражаться будем, друзья? – выступил голосом разума Ли.
– У меня Воздушный Таран и Запечатывающий свитки. Больше ничего нет.
Меня поддержала и Такахаши:
– Водяные Пули, и то хочу их сохранить для миссий. Чакры тоже не много.
Я вздохнул. Пора садиться за свитки с техниками всей семьёй. Прошедшая битва оставила огромный дефицит в селении и у семьи. Ничего нет. Конечно, в спецхране осталось большинство номерных, но самые ходовые далеко не они, а свитки среднего и нижнего уровня. Надо напрячь Шисуи, пусть выделит людей с огнём и землёй.
Особенно нужна земля, бой продемонстрировал большую необходимость в этой стихии. Земляные Стены, Валы и прочие, в основном, защитные техники. Почему у меня молния? Я бы круто стихии прокачал на техниках для продажи…
Молнию не сильно берут, её неудобно использовать в свитках – опасно для самого покупателя. А ещё я не знаю нормальной техники, вроде того копья, которым нас атаковал Какузу. Самый лучший специалист по молнии, Какаши, тоже не знает. Говорит «работай с формой». Сам он использует электричество в ближнем бою, как, в общем, и я. Непорядок.
Тем временем Ли прервал мои безрадостные размышления:
– Тогда как обычно? Мы с Ясуо на коротке, а ты на подстраховке и финальной атаке?
– Угу, – подтвердила Тентен.
Как раз на тропинке показался неспешно шагающий Гай и, увидев, что все в сборе, белозубо жизнерадостно улыбнулся.
– Привет, команда! Не грустите, сегодня по простому варианту, без свитков и Врат.
Я прищурился, и руки сложили серию ручных знаков, а часть резерва перешла в рукотворное электричество, обвивая мои предплечья. Такое я поддерживать в бою уже способен. Ли снял и отбросил в сторону очки, демонстрируя Режим Мудреца, и задорно воскликнул:
– Вперёд, команда, покажем старику!
И мы атаковали. Гай блокировал ногу Ли, одновременно уходя от моего кулака. Контратаковал, поморщившись, когда его рука коснулась объятого электричеством предплечья. Больно, наверное, когда бьёт током при одном касании.
Главную роль в нападении нёс Рок, пользуясь мощью, дарованной сенчакрой. А я помогал, вынуждая наставника уходить в оборону. Каждый его удар, который приходил в мой блок, сильно бил его электричеством, и вопрос времени, когда молния добьёт до нервов и выведет джонина из строя.
Однако что-то момент всё не наступал, зелёный вихрь не останавливался. А когда, выбрав хороший момент, появилась Тентен, обрушив на него взмах заряженного ветром вакидзаси, Майто на секунду ускорился сильнее, и его пятка с дикой силой снесла меня вместе с моим блоком, отшвырнув на десяток метров.
Я поднялся, зло оскалившись, попутно залечивая трещины в костях. Да что Гай за монстр такой? Давно должен вырубиться! Столько молнии в него влил! Бесполезная стихия!
Мерцание, ощущая, как чакра облекает тело, убирая вес, подготавливая ещё и изменение размера тела. Давно знакомая техника, но я остановился, не доведя её до конца от пришедшей в голову идеи. Посмотрел на правое предплечье, окутанное потрескивающим электричеством. Работай с формой чакры, да? Как говорит Наруто: мы ниндзя, обман наше оружие! И если и есть техника, которая у меня тренирована на уровне запечатывания, то это Мерцание.
Покров с руки исчез, свернувшись в сферу. Трансформация окружающего воздуха, заключая её в кокон, оболочка не продержится долго, но и не нужно. Выплеск чакры, отправляя её в цель. Всё как при Мерцании, только двигаю я не себя, а невесомый снаряд.
Хлопок, и мою с Майто руку соединяет росчерк света.
Запахло горелым мясом, и учитель отлетел назад, недоумённо смотря на горелую рану на груди, развороченные сгоревшие грудные мышцы, под которыми виднелись почерневшие рёбра.
– Стоп! – разорвал воздух мой крик, и я бросился к Майто, активируя Мистическую Ладонь по пути. Проведя техникой над раной, сглотнул. Рёбра? Да я ему половину лёгких сжёг! И достал до сердца.
Какая тут Мистическая Ладонь? Я приложил руку к его груди и сосредоточился на желании исцелить, отдать силу, вливая в лежащее тело свою чакру. Много.
Застучало уже остановившееся сердце, восстановилось легкоё и сожжённое мясо. Я покачнулся, отменяя передачу чакры, и с трудом активировал Ладонь, помогая регенерации, механически соединяя техникой ткани и органы.
Страшно. Я ведь его чуть не убил. Точнее, рана смертельна, но вылечить получится. Долбанная молния!
Несколько минут, и на месте месива осталась лишь свежая, прозрачная, тонкая кожа. А Гай, который умудрился даже сознание не терять, наконец, пошевелился, с интересом смотря, как регенерирует тело.
И первое сказанное этим психом было:
– Повторить технику сможешь?
Глава 21
Сложить печати, формируя чакру молнии. Сжать её в шар, который медленно уплыл в руки сидящего рядом клона. Впитать энергию из личной печати. Положить руку на свиток, зная, что клон подготавливает трансформацию и импульс.
– Запечатывание!
Довольно выдохнув, убрать свиток в тубус.
Отлично! Наконец-то я получил атакующую технику молнии, которую покупают! И неплохо берут – она недорогая, а пробивная мощь и скорость шикарные! Если попал, считай, врага можно списывать. Дальность там почти сотня метров и летит около пяти километров в секунду.
Отличная штука, которой горжусь! Да я телепортом так не гордился!
Таких свитков уже больше сотни сделал, радуясь, что теперь могу не просто сливать чакру на тренировках, а приносить пользу. Попутно развиваясь, конечно.
Мастерство в молнии хорошо скакнуло, на чужой-то чакре, которую теперь не стыдно тратить. Если пропускаешь сквозь себя в сутки несколько резервов уровня Каге, то и неудивительно, когда есть прогресс.
На радостях я себя чуть инвалидом за месяц не сделал. В один момент жжение в каналах чакры не прошло ни за одну ночь, ни за две. Тогда удачно привалило клиентов, Девятихвостый хорошо энергией поделился, свитков заготовлено много. И я за сутки прокачал какое-то неприличное количество силы сквозь себя.
Никакое тело Узумаки с нашим перекосом в жизненную энергию не спасло. Мама долго ругалась, запретив мне на три дня вообще чакру использовать, а потом на неделю любую затратную технику. Клонов в первую очередь.
Сидел, заготавливал свитки, помогал Наруто с его новой печатью. Жадность обуяла брата, а, точнее, его вместе с Девятихвостым. Или, правильнее сказать, Курамой. Они хотят всё возможное: хранение природной энергии, вещей, отдельно сенчакры, обычной чакры, телепорт.
Затраты, сложность? Да наплевать им. А с учётом того, сколько дополнительной чакры появилось в семье благодаря сотрудничающему лису, мне нечего возразить. Хочет Наруто, чтобы десяток клонов ежедневно сидели над его печатью? Не вопрос.
Да и нам тоже интересно: получится или нет? Конструкторское Бюро Узумаки и Компания – в виде армии клонов – намекает, что получится. Я всего пару дней как поправился, а блондин уже намекает, что пора помогать. Поможем, почему нет?
Хмыкнув, я встал, протянув руку клону.
Контакт. Передача чакры с его стороны, и он развеивается, оседая в памяти пакетом воспоминаний.
Шаг вперёд в темноту. Квадрат между девятой, тринадцатой и тридцатой метками. Сдвиг фокуса печати, и темнота сменилась видом на собственную кровать.
Офигенно. Я столько тянул, пока мама не заставила поставить печать. Такая же стоит у Гая и Джирайи, снизив нагрузку с Карин. И у матери, само собой. Хватит надеяться на чудеса и защиту деревни. Убийцы могут настичь нас и здесь, несмотря на как бы наступивший мир.
Песок выплатил контрибуции. Небольшие, но так и войны на их территории не было. Такая победа вызвала недовольство среди части шиноби, призывающих ответить за нападение полной мерой, снести Суну окончательно. Но победа – есть победа. Пусть и такая, заставляющая часть “ястребов” недовольно роптать.
Ведь как же: удобный случай, наконец, решить проблему. Впрочем, даже самые отмороженные не готовы сразиться со всеми остальными странами разом. И под такое дело Шисуи протащил увеличение срока обучения в академии на три года.
Теперь обязательными техниками становятся Телесное Мерцание, Передача Чакры и Мистическая Ладонь вместе с двухгодичным курсом анатомии и устройства системы чакроканалов. Обязательная стихийная предрасположенность, хорошее владение одной оборонительной и одной атакующей техникой. А ещё расширенный курс запечатывания, само собой.
Кроме непосредственно боевой мощи выпускников, увеличение учебной программы предназначено для выборки наиболее одарённых в конкретных областях и дальнейшего их обучения уже у профильных наставников. Курс Наруто последний, кто учился по старой программе и выпустился в двенадцать.
Систему, разумеется, придётся на ходу дорабатывать, не говоря уже о том, что теперь три года не будет выпуска генинов, что снизит экономическую и боевую мощь селения. Но Шисуи пошёл на такое в надежде, будто у нас будет три года мира. Хотя ещё больше он надеется на мою семью, что мы сможем поднять силу тех шиноби, служащих сейчас, до уровня, компенсирующего количество.
