Текст книги "Шиноби (СИ)"

Автор книги: Василий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц)

Наша лавка не пользовалась бы таким спросом, не будь там свитков лечения. Да и работа Юмико в госпитале была, первое время, сильно завязана на особенностях чакры. Это сейчас она лечит в основном техникой, получив образование и отточив контроль.

Так что здесь, отнюдь, не одно желание личной силы у Узумаки. Нет, такие психи точно существовали, но сколько из них прикрывались сумасшествием, желая сделать собственную семью могущественней?

Хотя для окружающих результат одинаков вне зависимости от мотивации: демоны стремящиеся убить как можно больше, ещё и обеспечивающие душе врага муки в желудке Боги Смерти.

– Просто так активировать технику не собираюсь, Сенджу-сан. И, вы же знаете, условия должны быть специфические.

– Нужно убивать, а не сражаться с равными противниками. Иначе Шинигами заберёт твою душу, – понимающе кивнула Цунаде. И, немного помолчав, добавила: – Понимаешь теперь причину уничтожения клана? Не боишься?

– Только за семью, Сенджу-сан. И буду стараться сделать их такими сильными, какими смогу!

На мой твёрдый и уверенный ответ женщина сжала губы. Жалко мне её, Цунаде сломанный человек. Она в госпитале-то может работать лишь потому, что Шисуи использовал подчинение своих глаз для избавления её от боязни крови. И детей у неё нет не из-за невозможности их иметь. Для медика её уровня пятьдесят лет – вполне ещё возраст деторождения.

Она боится. Потеряв всех родственников, любимого когда-то человека, женщина больше не готова привязываться к людям. Особенно рожать нового Сенджу, за которым будет полмира охотиться. Именно поэтому она и Джирайю отшивает, кстати.

– Даже Хашираму убили, – ответила она соответственно моим ожиданиям. – Никакой мощи не хватит, чтобы защитить всех, кто тебе дорог. Никогда. Можно попытаться принести на землю мир, как и пытался дедушка. Но и его сил не хватило. Система деревень, которую он создал, желая счастья всем, его и убила.

На её слова я недоумённо поднял бровь:

– И что? Нам накрываться простынкой и ползти на кладбище? Наши кланы существовали сотни лет, мы выживем!

Она посмотрела тусклым взглядом, полным равнодушия.

– Жили, ибо никто не смог сконцентрировать достаточно сил для уничтожения. У Скрытых Деревень такая возможность появилась. Сначала Узумаки, а потом и Сенджу. Дальше последуют Учихи и Хьюга, вопрос времени.

Действительно, полностью сломленная женщина. И ответить ей нечего, по факту. Всего один бой, который моя семья еле пережила. А ведь в большой войне подобных сражений окажутся десятки. Впору идти на поклон к Орочимару за секретом вечной жизни, если он жив, конечно. Хотя, может на такое змей и рассчитывал в долгосрочной перспективе, делая своё предложение.

Впрочем, мне есть, чем парировать:

– Сенджу-сан, ваши слова не способствуют тому, чтобы я больше не использовал Аватар. Вот нисколько.

Её до сих пор красивое, несмотря на возраст, лицо неожиданно пересекла уродливая гримаса злобы, а наружу вырвалась настоящая подсердечная ненависть:

– Убивай, Узумаки! Заставь тварей ответить за всех наших. Пусть, когда видят тебя на поле боя, воют и бегут. И если нам всем суждено уйти, то сделать мы должны это красиво. Дабы они столетиями дрожали от ужаса от одной памяти!

Я вздрогнул. Вот тебе мирная целительница и Воля Огня, призывающая откинуть клановые предрассудки. Последняя Сенджу явно ничего не забыла и никому ничего не простила.

Хотя кое-что я всё-таки хочу изменить, пусть тема и не самая для неё приятная.

– Сенджу-сан, а если мы выживем и обеспечим мир на ближайшие годы, вы дадите Джирайе шанс?

– Ты сначала выживи, мальчик, – фыркнула она. – А потом будешь просить за своего дурака учителя.

– Кто же виноват, что сам он будет лишь страдальчески вздыхать, Сенджу-сан?

Она усмехнулась и, поднявшись, бросила на прощание:

– Посмотрим. Не буду с тобой спорить, однажды ты уже совершил невозможное. Выздоравливай и становись сильнее, Узумаки.

– Спасибо!

Неожиданно. Я ожидал попыток выяснить, не поехал ли крышей, коварных вопросов на верность деревне. Но не этого…

Однако, разговоры разговорами, а быт никто не отменял, и, дождавшись, пока за женщиной закрылась дверь, я устремился в туалет. Моя руки, плеснул холодной воды в лицо и чуть поморщился, смотря на отражение в зеркале. Ожог в форме спирали на правой щеке до сих пор болит. Зажили намного более серьёзные раны, а вот он ноет и не затягивается.

Вернувшись в палату, скептически посмотрел на пол, где лежали грязные штаны и обрывки рубашки. Свитков нет, вероятно, забрала мать. И кстати о свитках…

Быстро натянув больничную пижаму и сандалии, поспешил на выход. Я, конечно, молодец, но печать, которой убрал биджу, не предназначена для таких тварей. Её хватит в лучшем случае на пару суток, если не вливать чакру. Да и в таком случае не факт, что удастся продлить более чем на несколько дней. Хвостатые ведь состоят из энергии, и свёрнутое пространство ломают сами по себе.

Я достаточно восстановился для одного Мерцания, и оно привело меня к двери дома. Царила тишина, после боя и травм семья отсыпалась. Беспокойно ворочался во сне Наруто, свернувшись калачиком под одеялом, дремала сестра. Заглянув к матери, убедился, что и она, не раздеваясь и не разбирая кровать, тихо сопела.

Переодевшись, вышел во двор и остановился, подставив лицо моросящему дождю.

– Вот и повоевал…

В голове толкались десятки мыслей и вопросов, яростно отталкивая друг друга: Как поступить с Однохвостым? Дальнейшие действия нашего Хокаге? Будет штурм Суны? А надо ли? Да, мы способны стереть её в порошок, но какую реакцию вызовет разрушение одной из «Великих Деревень»? И потянет ли Коноха войну сразу с тремя остальными?

Если напасть первыми, ударив сразу по скрытым селениям, то реально выбить немалую часть сильнейших шиноби. Но что потом, когда подтянутся остальные, горящие жаждой мести? Миндальничать никто не будет, резня начнётся до последнего человека.

С другой стороны, а готовы ли они к войне? Туман с их внутренними проблемами? У них там Каге и, по совместительству, джинчурики прирезали, куда им? Хотя, что может быть лучше внешней войны, чтобы сделать свою власть крепче? Облако и Камень выступят точно без вопросов.

Шисуи не станет начинать войну. Особенно сразу на геноцид, а не в варианте постепенной эскалации. Разрушение Песка легко может вызвать бойню. Всех устраивает его плачевное положение, когда можно постепенно отгрызать ресурсы. А занять их землю единолично нам – значит, со временем, чрезмерно усилиться.

Не удивлюсь, если другие деревни уже сейчас думают о союзе с Суной и об отправке им военной помощи. Разорвать Песок на куски хотят все. Но позволить, чтобы самые жирные из них достались Конохе? Ни в коем случае!

Хмыкнув, сжал кулак, одновременно открывая печать для природной энергии и переправляя туда излишек чакры. Я сильнее, чем был ранее. Шинигами высасывал из тел всё. Чакру, жизненную энергию, духовную. Ему интереснее как раз Инь, и жизненной силы он оставил во мне больше, чем духовной. Собственно, именно так Узумаки и получили свой перекос в Ян.

Пока система чакры не пришла в себя, сложно сказать. Но, думаю, я скакнул сразу до хороших значений, примерно уровня Какаши. И это не предел, далеко не предел. Дисбаланс по-прежнему имеет место, всё же, Шинигами накинул и Инь. Если я когда-нибудь его выправлю, то точно окажусь сильнее Наруто.

Вот только сколько мне придётся убить людей ради силы и жизней близких? Двести? Пятьсот? Тысячу?

Поморщившись от этой мысли, вернулся в дом и вытер мокрое от дождя лицо кухонным полотенцем. Я знаю, ради чего лью кровь, пусть и нет справедливости, когда ради жизни моей небольшой семьи должны умереть сотни человек. И большинство из них нормальные люди, вся вина которых лишь в том, что оказались на вражеской стороне.

Впрочем – плевать. Они сражаются ради своих близких, я ради своих. Бой решит, кто из нас останется жить.

Урчание в пустом желудке выбило меня из пустых переживаний. Задумчиво хмыкнув, открыл холодильник. На себя я наберу и готового, но скоро проснутся остальные, надо готовить. Не хотелось бы, чтобы пропал этот аппетитный свиной бок, уже пару дней дожидающийся своей участи в маринаде.

Порубив на куски, чтобы мясо влезло в духовку, добавил ещё специй и поставил томиться. Сварил рис, приготовил салат и уселся смотреть на прозрачное стекло духовки, дожидаясь готовности.

Хлопнула дверь комнаты Наруто, и зевающий мальчик спустился вниз, потирая глаза.

– Аники? Еда?

– Иди умываться. Будем дожидаться остальных.

Он кивнул и скрылся в ванной, пока я налил ему и себе чай. Блондин довольно быстро управился и сел напротив, грея ладони о чашку между маленькими глотками. Он прятал глаза, смотря куда угодно, но не на меня. Но, всё же, сумел найти в себе силы признаться:

– Прости, брат. Мы с Карин не должны были идти.

– А ты бы понял это, если бы не случилось боя? – поднял в ответ бровь я.

– Карин чуть не убили!

– Как и тебя.

– Да что я, – отмахнулся мальчуган. – Сестра могла там совсем навсегда остаться! И виноват в этом я! Моя идея отправиться на битву!

По комнате пронёсся мой тяжёлый вздох.

– А мы с мамой виноваты, когда вам позволили. Что теперь, будем друг друга обвинять?

Наруто недоумённо нахмурился.

– Ты совсем не злишься, аники? Почему?

– В бою вся злость вышла. Устал.

Блондин опустил глаза, тихо спросив:

– Ты ведь заранее знал способ, как вернуть половину Девятихвостого, да?

– Так ведь и ты предполагал. Верно, братец?

На мои слова он, распаляясь с каждым словом, воскликнул:

– Мы ниндзя! Хитрость – наше оружие! Думал, ты выкрутишься, обманешь, найдёшь другой путь!

Я склонил голову набок.

– С Шинигами? Рискуя собственной душой?

Он сжал губы, не зная, что сказать. Вздохнув, я тихо проговорил:

– Знаешь ведь, за наши головы большие награды, верно?

– Ты говорил, – настороженно склонил голову блондин.

– Я не хочу постоянно бояться за тебя с Карин, когда любая, даже самая безобидная миссия превратится в охоту на Узумаки. Враги должны знать: нас сложно взять. А если и получится, месть окажется чудовищной. Вторая часть Девятихвостого выступила приятным бонусом, не больше. И, кстати, когда ты успел посмотреть печать?

– Сразу как проснулся, – смутился блондин. – Она изменилась на тройную, интересно же!

– Они закончили слияние?

– Да, аники. Девятихвостый един и сказал: «Соблюдаю Договор». Только на печать ругается.

– А вот новую печать для него разработаешь ты, – ухмыльнулся я.

– Аники-и-и! У меня не получатся Крылья Пустоты без вас!

Я сначала даже не сообразил, что он имеет в виду конструкт для телепортации. А когда понял, то удивлённо поднял бровь.

– Крылья Пустоты? Когда вы успели её обозвать? И каким это образом печать для биджу связана с перемещением?

– Надо же как-то называть. А ты всё не придумываешь и не придумываешь! Даттебаё! И зачем лишние печати? Она и так постоянно активна, я буду прямо в неё уходить!

– И биджу будет держать её свой силой, да? – хмыкнул я. – Ты сам тратиться не будешь.

Братец скромно улыбнулся.

– Если договорюсь с ним. Думаю, он не прочь посмотреть весь мир.

– Халявщик! – раздался громкий возглас от лестницы, где стояла хмурая Карин. И, уже для меня, она состроила просительную мордашку, протянув: – Братик, а добудь мне хвостатого, а? Ну пожалуйста! Я раненая и должна быть в безопасности!

Я усмехнулся:

– У тебя ничего не слипнется, сестричка? Или ты думаешь, будто биджу на дороге валяются?

– Для Наруто же ты половину нашёл! И не просто на дороге!

Я помассировал переносицу. Шутки шутками, но, кажется, Карин увидела себе новую цель… Куда ей столько плюшек? Медицина, Режим Мудреца, телепортация, техники воды развиты мне на зависть. Чакры тоже немало, больше, чем у Какаши. Она уже достаточно сильная, ей осталось научиться всем этим добром пользоваться.

О чём я и не преминул сообщить:

– Научись распоряжаться, чем имеешь, потом поговорим.

Она скуксилась и села на диван рядом с Наруто, заинтересованно смотря в духовку и принюхиваясь к вкусным ароматам.

Биджу…

Хотел бы я себе такое? Ни один человек никогда не сравнится с монстрами по чакре. Да, она тяжёлая, сложная в контроле и подходит лишь для их «врождённых» техник. Это странный микс сенчакры, в котором крайне сложно разобраться. Однако, если биджу запечатан в одного человека долго, чакра подстраивается.

Наруто сможет использовать силу довольно легко, особенно теперь, когда баланс чакры Девятихвостого изменился в сторону Инь. Хотя, думаю, прошлая версия монстра была мощнее. Да, глобально всего половина демона, но с учётом того, сколько сможет провести через себя джинчурики – это не так важно, как сила чакры и её свойства.

В конце концов, человек не сможет выдержать полную мощь Девятихвостого в любом случае. А Янь-компонент давал Наруто повышенную регенерацию и большую защиту в режиме Покрова Лиса, пусть и в ущерб контролю. Оно останется и так, но слабее.

– Ясуо, сколько ещё?

Я повернулся к зевающей матери, наконец, проснувшейся и решившей составить нам компанию.

– Десять минут, мама.

Она кивнула и оглядела нас всех, оценивая физическое состояние, и, главное – моральное. Взгляд у неё получился тяжёлым, особенно когда остановился на Карин и Наруто. Те засуетились, пряча глаза, а Юмико припомнила дочери её слова:

– Ну как, «легко справились»? Вы же сильные, да? Удачно получилось?

– Мы не знали… – буркнул Наруто.

– Больше не будем, – вторила ему Карин.

Юмико прищурившись, продолжала давить на детей. Да и мне доставалось, не без этого. Не хотелось бы быть на её месте, конечно: за один день чуть не потеряла всех троих детей. Именно поэтому я вместе со всеми смотрел в пол и даже не думал оправдываться. Бес-по-ле-зно!

Хотя она меня в очередной раз приятно удивила. Проглотив готовые сорваться злые слова, Юмико, немного помолчав, вымученно выдохнула:

– Теперь знаете. И больше не полезете в бой, не будучи к нему готовы. Особенно ты, Ясуо.

Я молча кивнул. Не буду возражать, она на грани истерики. Поднявшись, завозился с посудой, расставляя приготовленное на стол. Надеюсь, после завтрака станет лучше…

Получилось. Ближе к концу перекуса разговор свернул на тему печати, которую хочет себе Наруто, как добавить в неё части для хранения природной энергии и амуниции. А, может, и чужих техник. Блондин хотел всего и сразу в одной печати. И на попытку отделить реальность от фантастической идеи мы потратили пару часов, отчаянно не желая покидать дом и говорить о проблемах.

Однако война не кончилась, что и продемонстрировал стук в дверь. Мы синхронно повернулись, смотря на створку. По чакре знаем: с той стороны Джирайя. И вряд ли он пришёл просто поинтересоваться, всё ли у нас в порядке.

Со вздохом я поднялся и открыл дверь.

Таким я его никогда не видел. Уставший вусмерть мужик, полностью выглядящий на свой полтинник, с неаккуратными мокрыми прядями белых волос, о которых он всегда заботился. Если он и спал со сражения, то едва ли больше нескольких часов. А скорее всего – нет. Судя по тому, как мало у него осталось чакры.

Оглядев нас, он хрипло приказал:

– Ясуо, Юмико, к Хокаге.

А следом, порывшись в кармане, достал протектор Конохи. Старый, побитый жизнью, с многочисленными царапинами. И, стараясь не смотреть в глаза маме, кинул его Карин, тихо пробормотав:

– Это мой прошлый. Прости, Юмико, но Конохе очень нужна ещё одна печать перемещения прямо сейчас. Прости.

Быстро развернувшись, он скрылся в Мерцании, провожаемый вслед криком матери:

– Да что ты творишь, мудак старый!

А сестра стояла, молча сжимая в руках протектор, переводя глаза с меня на матерящуюся всеми словами, пополам с катящимися по щекам слезами, мать.

И никакого восторга признанием статуса полноправного шиноби и вхождением во взрослую жизнь на лице Карин не виднелось.

Глава 19

– Суна отступает. Преследовать дальше границ Страны Огня их не будем. Основные проблемы доставили Акацуки и Орочимару, именно их первых и атакуем. На подготовку два дня, потом Узумаки и Такахаши перенесут ударную группу в Скрытый Дождь. Состав группы: все здесь присутствующие и Джирайя. Отдыхайте, готовьтесь.

– Есть, – коротко поклонились собравшиеся шиноби в кабинете Пятого.

– Свободны. Узумаки – задержись.

Я продолжил стоять ровно, пока другие покинули помещение, и, лишь когда мы остались одни, Шисуи показал мне на кресло с противоположной стороны стола. А сам, сняв форменную шляпу Хокаге, кинул её на столешницу, откинулся на спинку, устало помассировал виски и произнёс:

– Извини что попросил Джирайю повысить Карин. Нет выхода, ты понимаешь не хуже меня. Если бы вы успели сделать больше таких печатей, я бы обошёлся. Но одна Тентен не успеет. Не преживай, в опасные места направлять твою сестру не станем, она слишком ценна.

– Тебе не у меня прощения просить надо, а у матери, – проворчал я.

У Юмико случилась натуральная истерика, когда Джирайя сбежал, иначе его исчезновение и не назвать. Пока выгнал детей, пока пытался успокоить маму, опоздал на встречу в резиденции. Впрочем, как-то не ощущаю себя виноватым.

Он поморщился, но твёрдо отчеканил:

– Нет выбора, Ясуо. Деревне нужна мобильность.

– Что-то я не вижу Саске на передовой.

На мой язвительный ответ он вскинулся и раздражённо прошипел:

– Таково твоё условие, чтобы отправить Карин? Хорошо!

Кажется, я хватил лишку. Замученный последними днями Учиха легко может натворить дерьма. В том числе и отправить молодую поросль клана в бой, желая доказать, будто они не хуже и не лучше прочих. И нахрена мне их смерти? Ради призрака справедливости?

Выдохнув я примирительно поднял перед собой руки, извинившись:

– Прости, ляпнул со злости. Нет необходимости в лишних смертях. Просто мы по-настоящему Карин на бой не натаскивали. Дорого.

– Значит, избиение брата Итачи – это не по-настоящему? – проворчал Учиха, немного успокоившись.

– Всего один раз!

– Наверное, так как больше их в пару не ставили? – с иронией прищурился Шисуи.

– И очень интересно – почему? Не использовал ли кое-кто административный ресурс, чтобы подобного не случилось?

Он на секунду опустил глаза и смущённо произнёс:

– Ему и одного раза хватило, тренируется теперь, как проклятый. Только ведь не поможет, без Шарингана против Режима Мудреца ловить нечего. Да и с ним сложно, не имея подавляющего преимущества в навыках.

Я хитро прищурился:

– А хочешь сделаем? Будет дорого. Но потенциал… Представь, Учиха с Режимом Мудреца. Никогда такого не было в истории. Ты сможешь стать первым.

Шисуи подался вперёд, облизнувшись. Однако, выдохнув, брезгливо, двумя пальцами, приподнял лежащую перед собой шляпу.

– И когда мне? Тут бы поспать хоть немного, а ты говоришь изучать сенчакру…

– Для соклановцев будет дороже. А тебе по дружбе за пяток миллионов…

Решивший сделать глоток чая Шисуи поперхнулся, а я участливо поинтересовался:

– По спинке постучать? Всё хорошо?

– Ли ты бесплатно сделал! – раздался шокированный возглас, когда Учиха отдышался.

– С него нечего брать. А вы Учихи! Древний, не побоюсь этих слов, великий клан! Деньги – тлен!

– Мы бедные! Мы завсегда за деревню, никогда ради себя! Тебе к Хьюгам, вот у них деньги есть!

– Придёт и их срок, – покивал я головой.

Мы на секунду замолчали, а потом оба тихо рассмеялись. Денег я с него возьму, он не отвертится. Но сильно меньше, Учихи и правда не очень богаты. Их эмоциональность плохо сочетается с зарабатыванием денег. Поколениями так складывалось.

Отсмеявшись, он поблагодарил:

– Спасибо, легче стало. Но возвращаясь к делам нашим тяжким: как Однохвостый и его джинчурики?

– Биджу скоро сломает печать, даже с вливанием чары. А с джинчурики? Без понятия. Может и жив, если достаточно вынослив. Что делать с ними? Мы можем вытащить, запечатать биджу нормально в меня или Карин.

Он задумчиво сложил ладони в замок на животе и, полминуты подумав, со вздохом признался:

– Очень хочется. Однако они – наш козырь на переговорах, особенно если жив джинчурики.

– Ты всё-таки не собираешься уничтожать Суну?

– И получить войну против трёх деревень разом? – поднял брови Учиха. – Нет. Карательный рейд против Акацуки и переговоры с Суной. Возьмём контрибуции, усилимся. Я хочу увеличить длительность обучения в академии, деньги не помешают.

– И когда? Сколько мне надо продержать его в печати?

Он пожал плечами.

– Месяц, два? Не знаю, кто у них сейчас лидер после смерти прошлого и что он решит по войне, примут ли его выбор остальные. Может, у них гражданская война начнётся, тогда тем более всё затянется.

Свиток столько не протянет. В любом случае надо перезапечатывать. Да и проверить состояние джинчурики.

Почесав в затылке, я попросил:

– Нам понадобится небольшая помощь, когда вскроем свиток. Но время есть, потерпит. Что-то ещё?

– Смотрю, ты теперь сильнее по объёмам чакры. Как у тебя с Режимом Мудреца?

Я скривился, признаваясь:

– Его нет. Пока система чакры не придёт в норму от изменений, никакого Режима. Месяц, возможно, больше.

– Нехорошо, – поджал губу Хокаге. – Там нас встретят не слабаки. Без сенчакры тебе там делать нечего.

– Вам могут потребоваться мои печати. Или крайнее средство, если опять появятся воскрешённые.

Шисуи прищурился:

– Значит, в смерть Орочимару ты не веришь?

– Нет тела – нет дела, – пожал плечами.

– Не уверен, что у него оно осталось в привычном понимании, – хмыкнул Шисуи. – Ладно, можешь идти готовиться.

Поднявшись, я кивком попрощался и вышел из кабинета, обдумывая тактику на возможный бой. Без сенчакры будет сложно, но попробую компенсировать свитками, как и всегда.

Одно Мерцание, и я дома. Спустился в семейное хранилище оценить запасы. Полдюжины стихийных, одна, вроде той, которой убрал биджу, три запечатывающих послабее. В лавке тоже пусто, шиноби выгребли всё имевшееся. Завтра надо хотя бы несколько техник запечатать.

Вздохнув, я слил часть восстановившейся чакры в печать для природной энергии. По прямому назначению она мне в ближайшее время не понадобится. И отправился спать, восстанавливать силы. Завтра на полигон работать…

День прошёл плодотворно. Биджу делился с Наруто силой. Разбавив её с нашими запасами, получилось запечатать десяток хороших техник воздуха и воды. Когда предстоит отправляться на задание, безоружен не окажусь.

Поверх нового бронежилета легла перевязь со свитками, в чехле на поясе имелось несколько кунаев. Я кивнул стоящей рядом сестре, касание ладошки – и мы оказались в привычном тёмном пространстве печати. На самом деле, оно может выглядеть как угодно, но мрак меньше отвлекает от меток ориентации. На долю секунды печать приоткрылась, позволяя сестре определить точку выхода точнее.

Темнота, и мы оказались перед резиденцией Хокаге. На миссию отправляется Шисуи, Джирайя, Какаши, Хиаши, Гай и Иноичи Яманака. Задача девушек доставить нас на место и уйти обратно.

Учиха оглядел нас всех и коротко приказал:

– Отправляемся.

Мрак печати, проблеск корректировки, и утреннее солнце Конохи сменилось вечным полумраком и моросью Деревни Дождя. Частичное Мерцание, компенсируя вес, позволявшее на некоторое время зависнуть в воздухе.

Шисуи молча снял с груди свиток и выпустил технику. Ударная волна от высвобождения огромной массы воды хлопнула по ушам, и в селение внизу ударил титанический водяной таран, направленный в центральную башню.

Уже почти достигнув цели, миллионы тонн воды замедлились, пока и вовсе не остановились. А далее свернулись в аккуратную сферу.

– Нашёл цель, – выдохнул Хьюга.

Свиток в его руке раскрылся, отправляя ещё одну технику. Узкий столб воды под огромным давлением, как нож в масло вошёл в высокую башню, по краям которой красовались гротескные лица. Здание задрожало, а техника продолжала двигаться, срезая несущие конструкции.

Медленно верхняя часть строения рухнула вниз в густую промышленную застройку деревни Дождя. Заколыхалась сфера воды, по-прежнему висящая над селением, но медленно поползла в сторону и наверх.

В воздухе мелькнул белый дракон со светловолосой фигуркой на нём, в нашем направлении понеслись его меньшие копии, собираясь устроить феерию взрывов.

Параллельно, до сих пор работающая техника в руках Хиаши отыскала свою цель, а на окраину деревни обрушилась вся сдерживаемая до сих пор масса воды.

Дрогнула земля, во все стороны ударили могучие потоки, снося здания. Хотя буйство стихии попытались остановить вражеские шиноби, не позволяя разрушению идти дальше.

Против Дейдары выступили Какаши с Яманака. И единственное, что смог сделать искалеченный блондин – уйти Мерцанием на поверхность, заставив взорваться своего дракона. Далеко и безобидно.

В атаку понеслась бумажная волна, но на середине встретила распечатанного Пятым Огненного Дракона. Раздались взрывы, и Шисуи прищурился. Бумагой оказались взрывные печати, тысячи их.

Впрочем, толку, если они все сгорали в окружающем нас пламенном аду, лишь делая огненную технику сильнее?

Исчез Джирайя, когда Хьюга указал ему нахождение куноичи, оперирующей бумагой, а потом и Майто, решившего ему помочь.

Поток взрывных печатей прервался, и Огненный Дракон ринулся вниз, втягиваясь в остатки центральной башни.

Ответом на это раздался ужасающий рёв, и в дыме призыва из-под земли вырвались огромные ладони, устремившиеся к нам с Шисуи и Хиаши. Я молча вытащил свиток из портупеи, и вниз ударила стена сжатого воздуха, вбившая титаническую статую в грунт.

Разлетелись на куски окружающие здания. К нам, сопровождаясь рёвом, понёсся полупрозрачный дракон, от которого било по нервам крайне странной чакрой. Биджу? Похоже, но не совсем. Непонятно.

Шисуи показал на дальнюю крышу, и мы ушли Мерцанием. Там в нашу сторону бросился один из этих странных рыжих кадавров в облачном плаще, но я не стал ждать проявления его способностей, а молча вскрыл свиток техники воздуха. Его сбило в сторону, и, спустя неразличимый миг, кунай в руке Пятого отделил врагу голову.

Способности Акацуки плохо подходят для обороны по сравнению с нападением или побегом. Защищать всегда сложнее, чем разрушать.

Хиаши, ранее не обращающий внимание ни на что вокруг, указал пальцем:

– Там. Пятьсот шагов.

Мерцание, и водяной таран разбросал обломки башни, отразившись от какой-то техники в самом конце. Перемещение, и перед нами оказался хрипящий, бледный и чрезвычайно истощённый мужик в странном многоногом механическом ходунке.

Из Мерцания вышел Джирайя, бросив на пол бессознательное женское тело. Смотря на инвалида, он сожалеюще протянул:

– Что же ты с собой сделал, Нагато…

Тот остановившимися глазами смотрел на девушку, и беловолосый уточнил:

– Она жива. Пока.

Я напряг сенсорику, пытаясь оценить человека предо мной. Да, странные глаза с концентрическими кругами, крайнее истощение. Но он Узумаки, эту чакру я узнаю везде и всегда.

Мужик, сипло вдохнув, прошипел:

– Что стоите? Убивайте! Только оставьте Деревню в покое! И оставайтесь дальше в своём мире, упивающемся кровью. Я мог принести мир шиноби. Пусть и через боль! А вы, твари, лишь продолжите цепь страданий и ненависти! Ну же, убейте своего бога!

Да, воспитание Джирайи сразу видно. Поймав мой косой взгляд, жабий мудрец смущённо отвернулся. Впрочем, не мне его обвинять.

– Как звали твоих родителей? – спросил я, шагнув ближе.

– Исэ и Фусо, – нахмурился сбитый с пафосной речи шиноби.

Я напрягся, вспоминая генеалогическое дерево. Эх, Наруто бы сюда, он точно скажет. Исэ не помню. Фусо? Была семья, любившая подобные имена.

– Фусо, дочь Фаси?

– Кажется так…

Всё же, он Узумаки наполовину, судя по всему. Но чакра очень характерная, сильнее выражено, чем у Наруто. Собственно, судя по вбитым в его тело со спины отросткам, другой бы давно помер.

Подошедший Шисуи внимательно посмотрел на меня, прикидывая обстоятельства. И, приняв решение, высказался:

– Сдавайся. Останешься жить. Твоя подруга может остаться руководить Дождём, а тебе придётся отправиться с нами в Коноху.

Он затравленно посмотрел на тело девушки, раскинувшееся на полу. Я демонстративно активировал мистическую ладонь и присел с ней рядом, оценивая повреждения. Тяжёлая контузия, сотрясение мозга, сломаны четыре ребра, левая рука. И это не считая не заживших ожогов с прошлой битвы.

Я поправил рёбра, убрал начавшую скапливаться в лёгких кровь, сложил кости и наложил «шину» из чакры, немного приведя в порядок и ожоги. Её бы в больничку или использовать свиток исцеления. Но свои мне жалко тратить на врага. Я и в новоявленном родственнике очень сильно сомневаюсь.

К тому же, ответить он не смог. Потерял сознание от истощения, едва поняв, что мы не собираемся никого убивать.

С соседнего здания спрыгнули Какаши, Гай и Яманака. На вопросительный взгляд Пятого, Иноичи отчитался:

– Дейдару убили. Он собирался взорвать всё вокруг, там без вариантов.

Я облегчённо выдохнул. Надо будет обязательно передать новости Ли, успокоится. Скептически посмотрев на Нагато, переложил его подругу к нему в транспорт и запечатал обоих вместе с устройством. Разбираться со штырями, которые торчат из его тела, должен точно не я, а мама или Цунаде.

Откровенно говоря, если бы Нагато не оказался Узумаки, его бы убили. Шисуи не стал говорить при всех, но мы рискуем, таща пленных в деревню. Ликвидация отличный вариант. И, конечно, Пятый хочет завладеть необычными глазами, только сначала их нужно хоть немного изучить. Они вообще будут работать пересаженные?

Оставить доходягу живым – небольшая услуга Узумаки со стороны Пятого, о чём он потом обязательно напомнит.

Тяжело выдохнув, я ушёл Мерцанием в точку встречи, откуда нас забрали Тентен и Карин. Весь бой не занял и часа.

Так и закончились Акацуки. Они сильны, но не в таком составе и явно не в обороне. Чтобы защитить Скрытую Деревню и отбить атаку, их слишком мало, несмотря на все способности Риннегана.

Вечером меня позвали в госпиталь, где Шисуи выслушивал слова Цунаде, которая провела некоторые исследования.

– Это не его глаза. Заменены в раннем детстве, следы до сих пор остались.

– То есть кто-то просто взял и подарил мальчику Глаза Бога? – недоверчиво прищурился Пятый. – Зачем?

– Может, не мог использовать сам? Глаза чрезвычайно требовательны по силе и количеству чакры.

Парень помолчал, о чём-то размышляя, прежде чем уточнить:

– Вы провели тесты на родство самих глаз, Сенджу-сан?

– Ты ведь предполагаешь ответ, да? – прищурилась Цунаде.

Шисуи уныло кивнул:

– Учиха?

– Разумеется, Хокаге-сан.

– Сможешь сказать, кто именно?

– По твоей линии наследования, Шисуи-кун. Не позднее деда.

– Мадара?! Он же давно мёртв! Умер в Долине Завершения!

– Может, ты что-то не знаешь про своего прадеда? В любом случае, для точного анализа нужен генетический материал.

Он поморщился, но согласился:

– Достану.