Текст книги "Шиноби (СИ)"
Автор книги: Василий
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 33 страниц)
Так или иначе, уже спустя шесть дней от возвращения Наруто, мы стояли возле входа в квартал, и я развернул свиток, тихо прошептав:
– Запечатывание.
С хлопком воздуха исчез наш дом, прилегающая территория с полигоном и инвентарём, оставив вместо себя яму с идеальными краями и колышки с вырезанными кандзи. Я не стал мучиться, и позиционирование техники задаётся искусственно. Достав другой свиток, распечатал его, сориентировав на метки.
Чуть дрогнула земля, и яму занял ровно такой же вырезанный кусок почвы из разрушенной деревни. Я переместился в Водоворот, где повторил операцию, распечатывая все наши строения и землю. Дав отмашку ждущим рабочим для подключения коммуникаций, вернулся обратно в Коноху, оказавшись на ступенях храма.
Храм остаётся здесь. Когда-нибудь переместим и храм Шинигами в Водоворот, но сейчас его место тут. Зачем он на шестерых человек? А тут люди ходят, молятся за ушедших близких. Место должно приносить пользу.
Минато в Водовороте, как и Нагато, поэтому на ступенях храма стояли четыре человека и Кушина. К нам медленно шёл Шисуи в форменной мантии и шляпе, его сопровождали Джирайя, Третий и Цунаде.
– Жаль, что так вышло, Узумаки, – проскрипел Сарутоби. – Знаете, когда-то давно вашему клану предлагали поселиться в Конохе. Но вы уже осели на острове и смогли отбиться от окружающих. История делает круг по спирали, и вот вы возвращаетесь туда опять, пусть и по иной причине.
– А по иной ли, старик? Согласились бы остальные Деревни, если бы мы стали частью Конохи во времена расцвета клана?
– Кто знает, Кушина, – легко улыбнулся Сарутоби.
– Мы теперь сильнее, чем тогда, даттебаё!
– Смотри не слишком сильно возгордись, Наруто! – хмыкнул Джирайя, а Цунаде, отпихнув его в сторону, обратилась к маме: – Твои смены в понедельник и четверг, не забывай!
– Как-то глупо прощаться, когда «Крыльями» до Конохи меньше минуты времени, не кажется? – ухмыльнулся Шисуи. – Ясуо, ты и без уточнений знаешь, когда встречаемся. Сдавайте символику!
Я фыркнул, стягивая протектор Конохи, и кинул его другу, тогда как Карин свой вежливо отдала Джирайе. Наруто получить не успел, а мама никогда и не имела, считаясь гражданским специалистом.
Цунаде сжала губы.
– Выживите, Узумаки.
– А если будет совсем тяжко, возвращайтесь. В три Деревни мы победим Камень и Облако, – отбросил весёлый тон Пятый.
– Но не раньше, чем через три года, – проворчал Джирайя. – Очень хочется увидеть способности выпуска академии по новой программе.
– Так и не получилось заставить юное дарование преподавать в Академии, – посетовал Третий. – Ты же любишь учить, Ясуо?
– Не настолько! – изображая панику, воскликнул я. – Ладно, мы уходим, а то придумаете что-то ещё!
Они рассмеялись, и спустя миг наша семья исчезла, оказавшись в Водовороте.
Невдалеке матерились рабочие, совмещая трубы канализации. Что поделать, с точностью до сантиметров я не смог попасть участком при распечатывании.
Найдя взглядом бывшего лидера Акацуки, парящего над стройкой, крикнул:
– Нагато, лети сюда!
И пока шиноби, пафосно раскинув плащ в потоке ветра, опускался рядом, я вытащил из свитка блеснувшие металлом пластины.
– Разбираем инвентарь, шиноби и куноичи! Не проходим мимо!
– Наконец-то, аники!
Брат первым выхватил у меня из рук протектор с выгравированной спиралью, нацепив его на лоб. Его примеру последовала Карин, и, вздохнув, на левое предплечье нацепила мама. Нет у нас больше гражданских. Не посмотрит никто, есть у тебя протектор или нет.
Надел свой я, а потом, хмыкнув, и Нагато.
Улыбнувшись, я обвёл взглядом свою семью. Хотя, с учётом Нагато, наверное, таки свой клан, да? Узумаки в Водовороте, как и положено историей. Осталось только выгрызть место в этом мире, постаравшись не залить его в процессе кровью и не помереть. Но мы справимся. Какой у нас имеется выбор?
А ещё у нас есть Риннеган, сильнейший Биджу, печати. Шинигами, если совсем припрут к стене. Неплохие стартовые позиции, я считаю.
Глава 24
– Тестовый запуск барьеров с третьего по шестой. Поехали!
Вторя моим словам, пришли в движение океаны чакры, запертые печатями глубоко в грунте. Активация, и над небольшим участком с несколькими домами замерцал тёмно-красный полог, складываясь в куб.
Запахло озоном, и в преграду влетел Наруто с огромным расенганом больше его самого размером.
Короткий миг противоборства техник, и блондин отскочил назад. Барьер устоял. А парень сместился назад, позволяя системе работать дальше.
Над кубом замерцал ещё один барьер, скрывая предыдущий. Стоящая в отдалении Карин подняла большой палец, осматривая барьер единственным Риннеганом. Мы пересадили глаз ей, не желая излишне напрягать маму. В скором времени и второй уйдёт Наруто. Все пять стихийных преобразований Юмико освоила, уже получается и с гравитацией.
– Поднимаем пятый!
Замерцал фиолетовый барьер, в который Наруто отправил технику воды из свитка. Мощную технику, раз по преграде пошли волны. Но устояла. А чуть погодя подняли и шестой барьер, проверив и его. Норма.
Завтра тест с седьмого по девятый, причём последний по мощности, как первый. Девятка предназначена выдержать не одну биджудаму. Почему так много барьеров, а не парочку сильных? Они немного разные, и каждый будет лучше сопротивляться определённому типу урона.
Увидев, что всё в порядке, я вернулся на склад, где потихоньку разбирал свитки и книги, оставшиеся от клана. Интересные вещи иногда находятся в хламе. Например, история про богиню-кролика с двумя сыновьями. Вроде обычная сказка, но встречается в многочисленных вариация у разных народов.
Один из Узумаки заинтересовался легендой ещё до основания Деревни, более полутора столетий назад. Хобби у человека такое, а жизнь он прожил долгую, оказавшись одним из немногих, кто умер своей смертью от старости. Вот старик Кента и выяснил: миф имеет под собой фактические корни, более тысячи лет назад. Одним из сыновей «богини» был Мудрец Шести Путей, создавший всю современную концепцию чакры.
А вот вторым – скромный основатель клана Хьюга, от которого не осталось даже имени. Смешно получается, оказывается в Конохе живёт самый древний клан на земле. Узумаки, Сенджу, Учиха – наследие по линии Мудреца, и мы все младше минимум на два поколения.
Казалось бы, древняя история – интересно, но полностью бесполезно. Пока Нагато как-то не обмолвился, что статуя, которую призывает Риннеган, есть настоящее тело Десятихвостого. Страшного монстра из сказки, используя душу и чакру которого Мудрец сотворил биджу.
Именно поэтому, если запечатать всех хвостатых в «статую», реально получить не просто сумму всех монстров, а качественное усиление – исходного монстра. Оружие, которому не будет равных. На мой закономерный вопрос: «Как вы собирались его контролировать?» – он тогда кратко ответил: «Запечатать в человека».
Зря они думали, будто подобное хорошо кончится. Мощь твари окажется непомерна, и сдержать долго не выйдет. Классическая печать требует определённого взаимодействия между монстром и его джинчурики. Смешения, использования чакры самого монстра для того, чтобы держать печать.
Нет, система будет работать, но недолго. Год – и сосуд для существа столь непомерной мощи умрёт. А если полностью закрытую печать сделать, тогда чакры ни у кого не хватит долго поддерживать контур, без использования силы самого монстра.
Тут ведь какое дело: чтобы у джинчурики возникло лучшее сродство к чакре хвостатого, и он мог использовать силу биджу относительно безопасно, запечатывать нужно как можно раньше, а у ребёнка нет сил поддерживать печать.
Возьмём, к примеру, Наруто. Джинчурики Девятихвостого во втором поколении, к тому же, по материнской линии, привыкать к чакре биджу начал ещё в утробе матери. Отсюда и полоски на щеках. Брат – лучший сосуд для Курамы из возможных. Будь на момент нападения на Коноху ему хотя бы полгода, Минато бы рискнул запечатать полного зверя, а не рвать напополам.
Однако даже Наруто было сложно с полным Курамой, пока мы не поменяли печать. А Десятихвостый в неподготовленного с рождения человека? Мудрец – судя по некоторым моментам в сказках и мыслям исследователя Узумаки – сын богини, владевшей тварью, его чакра очень сильна. Для остальных стать сосудом – это однозначно быстрая дорога на тот свет. Оружие однократного действия.
И кстати о Кураме… В бытовке на складе потемнело, и я выглянул в окно. На берегу, окутав себя хвостами, лежал Девятихвостый, лениво поглядывая на набегающие на лапы волны. Наруто оправдывается: «Курама не такой злой, его нужно выпускать». Но всё равно страшно. Особенно его родителям.
Одно дело, когда они ругаются с ним внутри печати. И совсем иное, когда лис снаружи устраивает пробежки по берегу. В один из дней Курама с Наруто оббежали весь остров по береговой линии. Развлекаются.
И вот эта титаническая махина всего лишь часть монстра?
Поморщившись, я поднялся и вышел наружу, где переместился на высокую сопку, откуда хорошо видно наш дом внизу, а у меня оборудовано место для сбора природной энергии. Присев на циновку, продолжил задумчиво наблюдать за Девятихвостым.
Непобедимое оружие из всех хвостатых, да? А против кого применять такую мощь? Мы тут на днях запечатали технику воды намного мощнее пятидесятого свитка. Благо, океан под боком, ходить никуда не надо. Чакры влили на четыре биджудамы только взятой у Курамы, плюс своей потратили ещё непомерно.
Запечатали в Карин. В этот раз печать сильно усложнили, дав ей возможность использовать содержимое по своему усмотрению, а не однократно. Для незнакомого с процессом пользователя будет выглядеть, как использование техник воды без ручных печатей.
Штука чрезвычайно мощная, пусть и требуется некоторого мастерства в использовании, впрочем, как и все наши техники. И зачем тогда хвостатые звери? Как генератор чакры? С учётом сложностей, которые монстры способны доставить, оно вообще надо?
Искусство шиноби идёт вперёд, вещи, которые оставались лишь уделом элиты, рано или поздно уйдут в массы, стоит лишь одному кому-то понять принцип и как их адаптировать. Как получилось у нас с Режимом Мудреца.
Грохот вывел меня из размышлений, и я, вздрогнув, переместился на пару сотен метров вверх, осматриваясь.
Отбой. На малом семейном полигоне, в паре километров от дома, прогремел очередной взрыв. Наруто с Минато пытаются сообразить печать, которую я хочу предложить всем селениям на продажу.
Эвакуационная печать на основе Бога Грома. «Крылья» не подходят принципиально, хотя сначала я думал в эту сторону. Однако, если не усложнять печать до уровня полноценной техники, то выходит максимум телепорт вверх. А вот техника Минато подходит идеально.
И ещё, впервые за пару лет, увидел, как Наруто готов расплакаться. Прекрасная техника Теневые Клоны, его родители как живые. Но вот именно что «как». У клонов нет души, они плохо способны к творчеству. Они слепок памяти, способный к мышлению лишь благодаря свойствам чакры. Причём, ещё и стремительно выгорающей чакры, когда клоны пытаются полноценно творить и думать.
Вливание даже идеально похожей силы от родственника берёт большую часть нагрузки на себя. Но ведь не всю. Чем активнее творят и получают новую информацию клоны, тем меньше им функционировать. Когда закончится исходная чакра Минато и Кушины, то останутся болванчики с их внешностью. Такой момент близок.
Мы не станем доводить до конца, через пару дней клоны будут запечатаны. Ведь впереди война, а Нечестивое Воскрешение мне известно. Более того, доступно и полноценное, правда, за него своей жизнью должен платить пользователь Риннегана. Есть свои ограничения по срокам смерти, но если совместить с первым…
Не знаю, как к подобному относиться. Наруто, к его чести, понимая, что ради воскрешения родителей должно умереть минимум три человека, вопрос не поднимает. Я же просто боюсь открывать ящик Пандоры. Понятно, если умрёт кто-то из семьи, рука не дрогнет. Но последствия появления полностью воскрешённых людей мне не нравятся, ведь повышенная охота за Риннеганом будет только началом…
Переместившись ещё выше, расслабился, стараясь свободным падением вытравить из головы ненужные мысли. Пусть останется голубое небо вокруг, земля внизу и поток воздуха…
Лишь перед самой поверхностью я влил чакру в Мерцание, останавливая падение.
Адреналин изгнал все лишние переживания, и я, забежав домой выпить воды, переместился в Туман.
Потребовалась всего пара коррекций, и я оказался перед резиденцией Мизукаге – большим круглым зданием, стоящем на пересечении нескольких стен. Сверху.
Архитектура тут совершенно безумная: стены в произвольном порядке, высокие башни домов, зачастую с парками на крышах. Узкие многоуровневые улочки, по которым иногда пройти сложно, не то что проехать. На фоне Тумана Коноха кажется вершиной здравого смысла в деле градостроительства. Впрочем, особо любоваться видами мне не с руки, так как шиноби на входе открыли двери, и под ногами зашуршал ковёр резиденции.
Лестница, несколько поворотов, и я в кабинете Теруми. Серые каменные стены, синий ковёр с жёлтой кромкой на полу и, слева, два дивана со столом между ними, сидя на одном из которых меня и ждала Мизукаге.
Её форменная шляпа лежала на центральном столе чуть дальше и выше, но судя по количеству бумаг, работать она предпочитала на диване.
– Узумаки-кун, – приветливо улыбнулась женщина. – Присаживайся. Чая?
– Если можно.
Она коротко кивнула помощнику, и мы остались наедине. После чего я достал из кармана свиток и протянул ей.
– Здесь то, что мы можем вам предложить. Расценки указаны в рьё и чакре. За единицу указана, – я на секунду прикрыл глаза, оценивая её силу, – пятнадцатая часть вашего текущего резерва.
Она быстро проглядела прейскурант и, прищурившись, отложила его.
– Тут нет печати для Режима Мудреца и телепортации.
– Мы едва начинаем сотрудничество, Теруми-сан. Если всё будет в порядке, появятся и они. А «Крылья Пустоты» сложны и массовому производству не подлежат. Индивидуальный заказ.
Она хмыкнула и вернулась к изучению списка. Там много всего, в том числе и предложение сотрудничать с их ресторанами на тему запечатывания рационов. Однако нет лечебных печатей. Никаких. Продавать жизнь близких людей больше не собираюсь.
Мама и Цунаде продолжают эксперименты над свитками на основе Мистической Ладони, однако пока выходит не очень. Подстегнуть регенерацию не так сложно, но этого само по себе мало, а часто и вредно. Должна быть диагностирующая часть и модуль принятия решений. Тогда уже проще клона запечатать. Хотя и таких свитков не так мало ходит по Конохе, кстати.
Мизукаге взяла карандаш, чистый лист бумаги и уверенным почерком начала писать. Позиции, количество. Много. Закончив, подвинула мне листок.
– Мы купим это. Десять миллионов наличными, остальное чакрой. Перед тем как платить, хочу проверить каждую позицию лично на качество и удобство эксплуатации.
– Когда вы хотите демонстрацию?
– Я не занята сегодня, Узумаки-к-у-ун, – томно протянула женщина, подавшись ко мне ближе и поворачиваясь, чтобы открылось больше декольте.
Взгляд автоматически опустился. И с трудом поднялся обратно к смеющимся зелёным глазищам. По больному бьёт, зараза!
– Готовьте полигон. Через десять минут вернусь!
Провожаемый смехом женщины, я оказался в благословлённой темноте печати. Хороша чертовка, ничего не скажешь!
Дома методично наполнил сумку свитками и, закрыв хранилище, вернулся обратно в Туман, где меня проводили на большой полигон вне Деревни.
Накинувшая их стандартный бронежилет Мизукаге лениво повела рукой в сторону установленных вдалеке мишеней.
– Вроде, твоя техника молнии должна достать отсюда?
– Прочтите инструкцию, – попросил я, вручив ей свиток.
Женщина подняла бровь:
– Так уверен, что смогу попасть с первого раза?
– Нет. Зато сможете оценить простоту использования.
Она фыркнула, но внимательно прочитала инструкцию. Закончив, подошла ближе к мишеням на два десятка шагов и, немного красуясь, подняла перед собой свиток. Лёгкий хлопок распечатывания оказался почти не слышен перед грохотом, с которым техника вошла в камень, служащий мишенью.
– Очень быстро. Увернуться нереально, – задумчиво произнесла Мей и, неспешно покачивая бедрами, прошлась до камня.
Блок из песчаника в полметра оказался прожжён насквозь. Проведя пальцем по оплавленному следу, она довольно кивнула.
– Стоит своих денег. Пробивная способность отличная, целиться легко с определённым навыком. Скорость потрясающая. Давай остальные.
Водяные Пули, потом Узкий Поток под огромным давлением, Огненный Шар, Земляная Стена. Ранг техник поднимался, а по губам Мизукаге скользила всё более довольная улыбка. Когда же мы оказались на берегу моря, куда я их с помощником переместил, чтобы показать Огненного Дракона, улыбка превратилась в оскал.
Стоило отгореть в воздухе пламени, Мей повернулась ко мне:
– Мы всё возьмём. Оплата энергией сразу, деньги по окончанию заказа. Добавь техники молнии ещё три десятка, их чисто за чакру. Уж очень скорость хороша, не увернуться.
Мои губы сами раздвинулись в гордой усмешке. Не зря я столько лет мучился с дурацким электричеством!
– Хорошо. Когда вы соберёте шиноби для сбора чакры?
– Нет необходимости. Перемести нас обратно, покажу…
Я выполнил просьбу, и Теруми отвела меня в неприметную дверь позади резиденции Мизукаге. Пост охраны, толстая стальная дверь и большой каменный стол с нанесённой на нём печатью, слабо светящейся синим светом.
Замерев, закрыл глаза, анализируя изделие. Большая. Сложная. Даже излишне навороченная. Явно те, кто её делал, перестраховывались. И не новодел – вон, как контур впитался в камень. Думаю, не меньше года функционирует, а скорее – больше.
Собственно, а что мы хотели? В Конохе никто не сольёт, как Узумаки покупают чакру для своих печатей? Информация далеко не секретная, на виду. Свитки же и техники показали эффективность нашего подхода концентрации ресурсов для продвижения отдельного направления.
– Доступ к печати я тебе не дам, будем передавать силу сквозь меня, Узумаки-кун.
Я задумчиво кивнул, беря её ладонь в свои и начиная осторожно вытягивать чакру. Она помогала и сама, выталкивая силу.
Иногда делали перерывы для того, чтобы восполнить энергию из печати. У неё сильная и интересная чакра с необычным составом. Не удивительно, два расширенных генома, четыре стихии. Именно её энергию я отложил в свиток на пояс, ибо интересно потом показать нашим пользователям Риннегана.
Мизукаге обратила внимание на данный факт, ведь силу, которую она отдавала мне потом, я спокойно переправлял в печать на запястье. Во время короткого перерыва, между быстрыми вдохами, она поинтересовалась:
– Мою чакру ты запечатал отдельно?
– У вас интересная сила, Теруми-сан. Хочется изучить, – пожал я плечами, думая о своём.
Меня сюда привели, вероятно, отчасти желая напугать и показать: они тоже не лаптем щи хлебают. Интересно, как они тратят собранное? Печати, подобно Конохе? Но в таком случае не покупали бы столько нашей продукции. Хотя, может, они их берут, желая «прокачать репутацию» и получить доступ к природной энергии?
Или, по традиции Тумана, тратят на особое оружие? У них плохо с мечниками в наши дни, остался один или два пользователя «великих мечей». Думаю, какие-то мастера и остатки технологии их производства остались, и если приложить много ресурсов…
Мы же восстановили наследие Узумаки. Так почему не могут они? И более того, что сейчас происходит в Камне и Облаке? Насколько давно происходит? Ведь Хидан с Какузу напали на нас в начале изготовления номерных свитков, значит, потенциал был понятен уже тогда, раз приняли решение.
Будь я вражеским Каге, то начал бы разработку печати для хранения чакры не позднее чем через полгода после открытия лавки в Конохе, когда мы начали массово продавать боевые техники. И то, если разведка плохая, в чём я сомневаюсь: мы не прятались, наоборот, активно завлекали народ, чтобы получить больше чакры и денег.
Три года выходит. Не верю, что разработка контура-концентратора заняла больше одного, скорее всего – меньше. Но, в любом случае, если Ооноки или Эй не дураки, уже два года кто-то у них работает не покладая рук. Над чем? Кто знает? Например, наладить запечатывание аналогов номерных свитков где-нибудь на острове в океане вполне реально.
– Ах, Глаза Бога, – усмехнулась тем временем Мизукаге. – Как Учиха только их отдал? Говорят, они дарят потрясающие возможности.
– Если пересадить их вам, Теруми-сан, то спустя месяц вы станете инвалидом, несмотря на всю свою силу.
Она подняла бровь.
– Такие требовательные к пользователю?
– Чрезвычайно. Продолжим?
Она тяжело вздохнула, но кивнула, протягивая руку.
Ну да, нелегко женщине приходится. Зато за час закрыла оплату, пусть, в итоге, и еле стояла на ногах, побледнев, как полотно. А я довольно потёр ладони, вызвав завистливый стон:
– Узумаки монстры!
– На том стоим, Мизукаге-сан, – вежливо улыбнулся я. – Печати вам привезти сразу все или поставлять небольшими партиями по мере готовности?
– Партиями.
– Тогда до встречи. Было приятно пообщаться.
Перемещение, коррекция, и я упал на песок возле тренирующихся Карин и Хинаты, на которых с интересом смотрела Конан.
– Кто хочет поработать? У нас большой заказ от Тумана, чакры – завались! – воскликнул я.
Хината прервала вращение, которым перед этим отбивалась от Водяных Пуль, и, втягивая обратно неизрасходованную чакру, тихо спросила:
– Мне помочь?
– Конечно, Хината-тян! Будем развивать твою молнию!
Хиаши её отпустил. Почему – не знаю. Да, она станет сильной. Очень сильной. Плюс возможность породниться в будущем, если дети не передумают. Заставлять их никто не будет, если они рассорятся, когда повзрослеют. Но получить команду ликвидаторов от Камня или Облака мы можем, пусть и не сейчас.
Формально Узумаки вычеркнули из книг Бинго, что являлось одним из подпунктов договора, однако опасность остаётся. Но есть и польза, ведь Камень и Облако наверняка купят наши печати. Хотя бы чтобы подобрать защиту от самых популярных техник. Невыразимо жалко продавать любое изделие, но договор не выделяет будущих врагов отдельно.
Возвращаясь к Хинате, она на мой прямой вопрос: «Как так, почему отпустили?» – залилась краской и ответила: «Это не моя тайна, Узумаки-кун. Но ты рано или поздно узнаешь, обещаю».
Теперь у нас имеется команда из трёх генинов с формальным наставником в виде Нагато. Брат просит миссию, а то какая же команда без заданий? Я попросил Шисуи подкинуть что-нибудь в далёкой стране, как появится. Опасно, но, думаю, в ближайшие месяцы договор Деревень будет соблюдаться…
– Ты такой радостный, брат. Что, твою любимую технику купили?
– Ага! Много!
– Пф-ф-ф! Подумаешь.
– Вот когда придумаешь свою, Карин, тоже будешь гордиться, – фыркнул я.
Она обиженно скуксилась:
– Я сделала большую часть работы над Крыльями!
– Они не считаются, мы все трудились, а идея и вовсе моя.
– Не ссорьтесь, – вмешалась Хьюга, стоя между нами.
– А что он важничает? Подумаешь, технику изобрёл. И вообще это не техника молнии, он обманывает! Сам он даже название не придумал!
Я широко усмехнулся.
– Завидовать нехорошо, сестра.
– Р-р-р! Я выбью его самодовольство! Хината-тян, в сторону!
Белоглазая девочка отпрыгнула, а мне в лицо полетел кулачок Карин.
Лениво сдвинувшись, я пропустил его слева и отвесил сестре лёгкий подзатыльник. И, по-прежнему улыбаясь, ушёл от удара ногой.
Карин раздражённо прошипела, и на меня обрушился вихрь атак.
Блок, уворот, отход. Алый глаз и Риннеган сменили цвет и форму, знаменуя переход в Режим Мудреца. На что я хмыкнул, отключил утяжелители и поманил её выставленной вперёд ладонью.
Славься Майто Гай! Именно его жестокая школа позволила мне встретить бурю.
Блок, ещё один, уворот, контратака.
Посмотрим, какова сестра в защите.
Двойка, колено, удар ребром ладони, локтём, пяткой. Ещё сильнее.
Чужой чакры в печати – океаны. Карин стойко переносит удары, правда, я всё равно лучше.
Её попытки контратаковать слишком очевидны и оканчиваются для неё, в лучшем случае, ничем, а, в худшем, встречным ударом.
Две минуты избиения, пока она не отскочила назад и в меня не ударила стена воды.
Выплеск чакры, останавливая атаку. Мерцание. Удар в грудь. Она ушла Крыльями.
Двести метров правее и вверх. Телепорт. Мерцание. Выплеск чакры, встречая водяные пули. Перенос, уходя от узкого потока воды под огромным давлением. Мерцание. Ручные печати, перемещение, и стена воды встречает отправленную молнию.
Сестра окружила себя в водяную сферу, паря вместе с ней в воздухе.
Водяные пули, хлысты, повисший в воздухе туман, сбивающий сенсорику. Телепорт на землю, и я замер, смотря на затянутую туманом область. Мои теневые клоны уходят Мерцанием, отвлекая её атаками.
Режим Мудреца. Телепорт высоко вверх, свободное падение, концентрация, ещё два клона, бьющие в защиту из воды молниями. Восполнить резерв.
Уход в печать, подготовка техники, вбухивая всю доступную чакру. Выход в реальный мир. Громкий крик во всю мощь лёких, обрушивая технику на защитную сферу сестры.
– Расенган!
Чудовищная слепящая сфера бешено вращающейся сенчакры рухнула сверху, сметая барьер из воды и позволяя мне увидеть расширенные в испуге глаза, перед тем как Карин ушла Крыльями.
Нет, что-то в технике Минато есть! Да и название кричать, оказывается, весело!
Глава 25
– Вот список наших покупок, – подвинул мне листок Сасори. – Всё оплатим чакрой, в пять сеансов.
Тут меня к общей печати никто не приводил, хотя, думаю, у них такая есть. Песок на бытовом уровне постоянно печатями пользуется. Надо же где-то марионеток носить? Хотя следующие его слова, меня смутили:
– Узумаки, купите чакру?
По кукольному лицу марионетки ничего не понять. А вот стоящий позади своего Каге Гаара стыдливо отвёл глаза в сторону. Как же у них плохи дела, раз приходится зарабатывать деньги так?! Впрочем, а чего я ждал? Проигранная война, контрибуции, плюс на носу очередная бойня. Поэтому, прикинув накопления семьи и поток заказов из Тумана, осторожно согласился.
– На десять миллионов можем взять.
– Хорошо. Тогда сеансов передачи будет больше. Приходи завтра к полудню, соберу людей.
Попрощавшись, я переместился в Деревню, держа в руках список их покупок. Не сильно-то и большой, на самом деле. Есть у меня подозрение, будто нет у Песка никаких особых проектов, а есть отчаянное желание выжить здесь и сейчас. Скорее всего, деньги за чакру пойдут на закупку продовольствия. Жёстко. Но могли попробовать договориться с Конохой раньше, а не нападать.
Дома меня ждала непривычная тишина. Лишь сидели в гостиной на диване Минато и Кушина, смотря на своего сына. Подпирала стенку Карин, постукивала по подлокотнику кресла пальцами мама. С этим Песком чуть не вылетело из головы…
– Не переживай, сын. Мы не последний раз видимся. Ты сильный, справишься!
– Позаботьтесь о нём ещё немного, Юмико-сан, – поклонилась Кушина, вторя словам Минато, и повернулась ко мне: – Ясуо, не дай семье сгинуть. Ты справишься, я знаю.
Мы с мамой одновременно кивнули.
– Хватить сопли ронять, даттебанэ! Делай что должен, Наруто. Мужик ты или нет!
Блондин, отчаянно пытающийся сдержать слёзы, вздрогнул на окрик матери, и засуетился, чуть не ошибившись в ручных печатях. Но выдохнул:
– Спасибо, мама и папа!
Его родители исчезли, запечатанные. А следом переместился и блондин, явно не желая, чтобы мы видели его слёзы. Он ведь уже взрослый…
Я сжал губы и устало рухнул на диван. Жалко. Однако чакры клонам родителей брата оставалось уже не на часы или минуты.
Наруто справится с болью потери, куда ему деваться? Пусть побудет один немного, время лечит.
Я кинул на стол лист с заказами из Песка. Поднявшая его Юмико бегло проглядела позиции.
– Не густо, сын.
– Они предлагают у них чакру купить, мам…
– Даже так? – подняла она бровь. – Тогда ясно.
– Угу. Я пойду, поговорю с Нагато, ладно?
Сцена прощания Наруто оставила у меня неловкое ощущение. Когда ты знаешь, что мёртвых можно вернуть, уложить в голове окончательность смерти сложно. Да и тут даже не гибель живых, а просто отпечатки мёртвых людей. Впрочем, их хватило, чтобы узнать личности. Минато умница, могли бы столько всего придумать вместе…
Вздохнув, я вышел наружу и, пройдя тридцать шагов, остановился у небольшого, одноэтажного, кирпичного домика с синей крышей. Постройка совсем новая, аккуратная, до сих пор пахнущая краской на пороге и оконных рамах. И совершенно не просматриваемая для сенсорики.
Нагато и Конан будто кролики, дорвавшиеся до сезона. Не удивлюсь, если она уже беременна.
Постучав по косяку специальным молоточком, я остался стоять, пока, через пять минут, дверь не распахнулась, показав расслабленного, в одном халате, Узумаки.
– Проходи! – посторонился он.
Скинув сандалии, я прошёлся на уютную кухню, где такая же растрёпанная Конан поинтересовалась:
– Чаю?
Я кивнул и, наблюдая за её суетой с заварником, порадовался про себя: кто знал, что подруга Нагато окажется для нас активом не менее ценным, чем Риннеган?
– Нам нужны поставки материалов, Конан-сан.
Ибо на скромную женщину в Дожде работает немаленькое такое предприятие по производству чакропроводящей бумаги и чернил, а также десяток шиноби. Она способна полностью покрыть наши запросы – знай, отгружай материалы и деньги.
– Много? – лениво поинтересовалась Конан, ставя передо мной чашку.
– По вашим меркам? Не особо.
– Дай список, завтра доставлю.
Я протянул бумаги, которые, мельком глянув, она закинула на холодильник, после чего с долей сочувствия спросила:
– Как Наруто? Сегодня же последний день?
– Запечатаны. Он справится, но если отвлечёте его чем-то, буду рад.
– Глаз ему пересадите, Ясуо, поверь, новых впечатлений будет достаточно, – отхлебнув свой чай, заметил Нагато.
Я задумчиво хмыкнул: а ведь верно, пора бы уже. Пусть мама с одним глазом нормально справляется, но стоит дать ей восстановиться. Брату станет не до переживаний, пока будет осваивать стихии. Хотя есть кое-что ещё…
– Нагато, как у тебя с каллиграфией?
– Отвратительно, – фыркнула Конан за мужчину. – Если хочешь посадить его рисовать печати, лучше сразу брось затею. Гиблое дело.
У меня вырвался тяжёлый вздох. Уже третий случай подряд! Мужчины Узумаки прокляты на плохой почерк?
– Не переживай, Ясуо-кун, я помогу. У меня с рисованием кандзи всё в порядке. Но вашим печатям придётся учиться.
– Там не сложно!
– Ну да, совсем просто, – фыркнул Нагато. – Всего-то потратить пару лет и чакры, как у нескольких биджу. А так легко, конечно.
Я лишь развёл руками. Ну да, сделать хорошо выйдет не сразу. Но начать-то путь стоит? Куда уже нам отступать в передаче знаний? У Конан «Крылья Пустоты» стоят, куда больше передавать? Нагато очень просил за неё. За себя и слова не скажет, но за неё просил. Пришлось поставить.
