Текст книги "Шиноби (СИ)"

Автор книги: Василий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 33 страниц)

Даже с природной энергией может что-то получиться, если Орочимару жив. Хотя на разработку рабочей схемы всё равно уйдёт время, и у них нет доступа к водопаду с маслом. А значит к концентрированной природной энергии, которую можно перекачивать через Джирайю, собирающего силу на горе Мьёбоку, в печати остальных пользователей.

Они окажутся вынуждены собирать её своими силами, что долго и сложно. Впрочем, кто знает, что есть у них в закромах, какие техники? Ведь убили же Первого и Второго, а Хаширама считался непревзойдённым по силе. Шисуи говорит, что они опасны, Джирайя считает также, как и Хирузен.

– Давайте обсудим условия работы Узумаки, – нарушил тишину Сасори. – Первым пунктом предлагаю сделать свободный доступ к продукции для всех Деревень, в том числе и покупки печатей за чакру. Вторым – ограничение монополии какой-либо деревни на закупки. Подпунктом – ограничение доступа Конохе на три года. Посмотрите на несчастного Узумаки, его и так выжали до конца.

На мне сошёлся взгляды четверых Каге. Отчасти даже сочувствующие. Я и правда так хреново выгляжу?

– Полгода, – быстро поправил Казекаге Шисуи.

– Два с половиной, не меньше! – фыркнул Ооноки.

Они пустились в торг, а мне теперь как-то легче дышать, когда всё определено. Наконец-то перестанем пахать без продыху. Без доступа к чакре Конохи нагрузка упадёт многократно. Ну и ладно, даже регенерация Узумаки имеет предел.

Каге сошлись на двух годах, вызвали секретаря, который на красиво оформленном свитке, идеальным почерком, вывел текст договора, после чего он был подписан главами Деревень. Ну и я поставил автограф, куда без этого?

Нарушать договор и делать печати для Конохи в серую не собираюсь. Во-первых, шпионы не спят. А во-вторых? Туман и Песок заплатят больше, для них наша продукция сейчас интереснее. Листу выгоднее вложить ресурсы в своих мастеров печатей. Им проще, они смогут свитки сразу делать. Тентен справится.

– Предлагаю перейти к остальным пунктам повестки, – разорвал короткий миг тишины голос Мифуне. – Дальше у нас нападение на сухогруз со строительной техникой. Пятый Хокаге, вам есть что сказать?

– Это нукенин уважаемой Мизукаге постарался – псих с Обезглавливателем. Мы не успели, охрана порта с того дня сильно усилена.

– Мы готовы прислать своих людей в помощь и предоставить дополнительную информацию о Забузе. Проблемы с поставками нам не нужны, – поморщилась Теруми.

– Хорошо, тогда следующий пункт повестки…

Темы менялись, вспыхивали споры, что-то решали быстро, другое долго обсуждали. После короткого перерыва на обед Каге продолжили говорить, потрясая документами и вспоминая старые грешки. Дошло до того, что под вечер Эй сцепился с Теруми по поводу какого-то мелкого островка в океане, и на этом моменте Мифуне вмешался:

– Предлагаю завершить встречу. Я вижу, вы исчерпали основные темы.

Возражений не последовало, устали все. Старухе Чиё и вовсе принесли кресло, где она, в нарушение протокола, задремала. Но кто скажет плохого? Бабка совершенно легендарная, заслужившая уважение, когда половины собравшихся ещё на свет не появилось.

С трудом удерживая глаза открытыми, я переместил нас троих в Деревню.

– Поздравляю с Семихвостым, – зевнул я, пожимая руку Учихе, прежде чем отправиться домой. – Хорошее приобретение.

Такой же уставший Учиха поморщился:

– С паршивых овец хоть шерсти клок. Да и вообще, Джирайя обо всём договорился.

Сам беловолосый польщённо усмехнулся. Выглядел Жабий Мудрец возмутительно бодро, проспав большую часть встречи в комнате для сопровождающих.

– Ты как, Ясуо-кун, сильно обижен на Коноху? – с хитрой усмешкой поинтересовался бывший наставник.

– Очень, аж спать не смогу, – вырвался у меня ещё один зевок. – Завтра буду на вас кричать и топать ногами. А сегодня? Отдыхать!

С этими словами я перенёсся прямиком на свою кровать, уснув раньше, чем голова коснулась подушки.

На следующий день, наплевав на все дела, валялся под одеялом, пока от сна не заболела голова, отрываясь за последние недели. А открыв глаза, остался лежать, осмысляя вчерашний день.

Результатами доволен. Деревни втянутся в гонку вооружений, оттягивая основной конфликт. Конечно, когда он разразится, всё станет масштабнее, чем в прошлые сражения, техники в дело пойдут такие, как ни в одной войне раньше. Но есть у меня пара мыслей, как снизить смертность и в этом случае.

Должно получиться. И на этом проекте Узумаки могут прилично заработать со всех Деревень. В идеале, пустить войну в формате относительно ограниченного конфликта, а не скатываться в глобальную мясорубку. Раз шиноби созданы для боя, им надо его предоставить. Но вот со смертностью и уровнем ожесточения стоит поработать…

Задумчиво хмыкнув, оделся и, спустившись из спальни, по времени Конохи уже вечером, застал в сборе всю семью.

– Сын? Говорят, Узумаки должны покинуть селение?

Сделав глоток кофе, откусил кусок бутерброда с ветчиной и, не переставая жевать, кивнул.

– Да как же! – воскликнула Карин. – Куда? Зачем?

Ещё глоток, запивая еду, и я односложно откликнулся:

– Водоворот. Иначе начнётся война. Наруто с нами.

– И глаза не попросят? – прищурилась мама.

– А у них есть кто-то, способный ими владеть?

– Цунаде вытянет.

– А захочет ли, мам?

И вот на это ей ответить нечего. Цунаде точно не захочет рисовать на своей спине ещё одну мишень.

– Подожди, аники. А распределение в команду? Как же Хината-тян?

Карин воскликнула:

– То есть не сомневаешься, будто попадешь с ней в одну команду?

– Хиаши-сан обещал, – стыдливо отвернулся от сестры блондин.

– Понятно всё с вами, – вздохнула Карин. И уже мне: – Брат, но там одни развалины!

– Придётся строиться заново, – согласился я.

– Ты так и не сказал, как быть с Хинатой-тян?

– Для тебя разве имеет значение расстояние, Наруто? Или тебе кто-то запрещает с ней тренироваться?

Он погрустнел.

– Я бы хотел быть в одной команде…

Тут у меня в голове щёлкнуло: а ведь братец ревнует. Вроде не к кому, но оставлять девочку с кем-то другим не хочет. Прикинув варианты, я хмыкнул:

– Так позови её с нами, когда мы обустроимся. Вот вам и команда.

– А так можно? – вмиг повеселел блондин.

– Кто знает? Попробуй.

– Я пойду посоветуюсь!

Он исчез, уйдя в печать к родителям. А мама обвела сожалеющим взглядом кухню.

– А дом на кого? А храм? Лавку? Как же мы без чакры от селения?

Я усмехнулся:

– Всё с собой заберём, кроме лавки, разрешение получено. При желании, можешь и работать остаться.

Сложно запереть на острове семью, все в которой могут перемещаться куда угодно. И кстати об острове…

– Отправимся проверить новые владения?

Мама поморщилась. Но кивнула.

Карин протянула руки, и мы оказались в темноте. Пришлось совершить четыре корректировки, пока мы не оказались на холме, с которого открывался вид на руины небольшого городка, раскинувшегося на обеих сторонах устья реки. Когда-то их соединял мост, от которого в наши дни остались одни обломки.

Селение оказалось больше, чем я думал, были даже довольно высокие здания… когда-то. Среди обломков бетона и кирпича пробивалась трава и молодые деревья, немного разбавляя унылые виды.

Мама поморщилась, посмотрев в сторону останков одного из домов, и нас медленно подняло вверх, на высоту в полкилометра над развалинами. Отсюда виднелись обломки моста в воде и весь масштаб проблем. Впрочем, кое-кто увидел и возможности:

– Это всё наше? Можем использовать как угодно?

– А что бы ты хотела, Карин? – поднял я бровь.

– Не знаю, дом больше? Сад? Грибницы?

– Для нас четверых хватало места и в Конохе, – вздохнула мама. – Давайте возвращаться, а завтра приступим к осмотру руин. Нужно выбрать и расчистить место под дом.

Заодно разобраться с водоснабжением, электричеством и канализацией. Оно в Конохе центральное, а здесь придётся искать другие решения.

Вернувшись домой, я достал планы, оставленные строителями при ремонте дома, оценивая, где придётся перекрыть коммуникации, когда вырежем участок из окружающего ландшафта печатью.

От изучения плана канализации, разложенного на столе в гостиной, меня оторвали мягкие шаги Кушины Узумаки, остановившейся напротив.

Свернув бумаги, я вопросительно поднял глаза на женщину.

– Значит, Водоворот, Ясуо-кун? И никакого шанса остаться для сына в Конохе?

– Он обучен всему нами изученному, Намиказе-сан. Дело ведь не в одном Девятихвостом, а ещё и самом Наруто.

– Я не брала фамилию мужа, Ясуо. Зови по имени, – улыбнулась она. – Я видела ваши изобретения. Минато в восторге, очень благодарит, говорит, что сами мы никогда не сделали бы сына настолько сильным.

– Он Четвёртый!

– Вот именно. Насколько сильный сын у Третьего? Много ли свободного времени остаётся у Шисуи? А ещё ваша идея покупать чакру в обмен на свитки – гениальна. Столько практики в техниках, это потрясающе!

Я почесал в затылке. А чья придумка вообще? Помню, затея с хранилищем для семьи под чакру, вроде, моя. Или нет? А уже когда решали вопрос с лавкой, как-то само-собой считалось, что нам нужна такая опция…

– Но я к тебе не за этим, Ясуо. Можешь отвезти меня в Водоворот?

– Конечно. Когда хотите?

Она оглядела лист со схемой канализации:

– Сейчас не занят?

Я улыбнулся и протянул руку, запечатывая нас обоих. Коррекция, ещё одна, и вот мы стоим на том же месте, где и утром с семьёй.

Кушина, отпустила мою ладонь и с болью огляделась вокруг. А я и забыл: Водоворот-то разрушили уже после её отправки в Коноху. Она застала Деревню целой.

– Кушина-сан, подождите здесь!

Быстро вернувшись домой, подхватил большой блокнот, карандаш и, спустя мгновение, опять встал перед Узумаки.

– Вы бы не могли провести экскурсию? Нужно записать, что здесь где располагалось. Может, вспомните имена, истории. Наруто будет очень рад.

Она расплылась в улыбке:

– Он уже вытряс из меня полсотни имён. Ясуо. Не думала, будто у него окажется такой интерес к клану. Я сама и близко не интересовалась его историей, как Наруто.

– А вы росли в приюте? – поднял бровь я.

Женщина резко оскалилась, с раздражением выплюнув:

– Сарутоби, старый козёл! Я умоляла его перед смертью, позаботиться о сыне! А он? Запихал его в приют! Или Джирайя! Почему Деревня, ради которой мы пожертвовали жизнью, не смогла заботиться нормально о нашем сыне? Почему для этого потребовались Узумаки из Травы?

– У них у всех имелись важные причины…

– Пусть засунут себе их в задницу! Мы умирали, уверенные, что сын получит достойный уход и перспективы! Минато жертвовал не просто жизнью. Душой! И знаешь? Хорошо, что сын уходит с вами, пусть сами думают о своих «важных причинах»!

Я ухмыльнулся.

Приятно.

Боялся, что у них взыграет патриотизм и начнут капать пацану на мозги. Я благодарен Конохе, здесь много хороших людей. И от Деревни моя семья видела лишь помощь. Ну да, попросили воевать за них. Но ведь и сами в первых рядах идут.

Шисуи не шутил, когда заявил о готовности отправить того же Саске в бой. И как-то обвинять в чёрствости тех, кто сам готов пожертвовать жизнью, сложно. В глупости можно. Несправедливости – нет. Однако хотелось бы без работы на Деревню «из последних сил».

Да, теперь жизнь станет опаснее. Но свобода это окупает, лишь бы хватило силы её отстоять!

– Кушина-сан, так покажете, где и какие здания раньше размещались?

– Вот тут продавали хлеб. Там библиотека. Здесь резиденция главы клана. А вот здесь жила я, когда была маленькой.

Её палец показывал на развалины трёхэтажного дома, и я не мог не спросить:

– А почему в Деревне так много многоэтажных строений? Места вокруг полно.

– Морской климат, зимой прохладно, проще обогревать.

Я скептически поднял бровь. Здесь не настолько холодно, широты совсем не те. И Кушина, увидев мою реакцию, сдалась:

– Хотели пустить пыль в глаза другим селениям уровнем развития и богатством. Когда клан осел здесь, многоэтажки считались вершиной прогресса. И так, правда, проще жить!

Вот в это уже реально поверить. Понты – наше всё!

Я ходил, записывал, местами зарисовывал. Мы обошли все постройки на обеих сторонах реки, поднялись по течению, где, в отводе, стояла гидроэлектростанция. Основные узлы выглядели даже не особо повреждёнными, но всё разграблено. Тут нужно звать специалистов.

Прежде всего расчистка руин. Мародёры постарались, но, наверняка, найдём что-то полезное или просто красивое. У нас есть время, пока решается вопрос с джинчурики Семихвостого.

Да и Нагато надо напрячь, а то сидит у нас в лавке. То ещё повышение в должности для бывшего бога, к тому же, в нелюбимой Деревне, если подумать. Пусть прикоснётся к корням клана. И мне нужны его пять стихий. Риннегана у него, может, и не осталось, но полученное сродство за столько времени использования он сохранил.

Каге считают, будто они нас ослабили, лишив доступа к чакре целого селения? Ха! Есть Курама и Риннеган. Мы таких техник наделаем, будут трястись от ужаса при одной мысли напасть! Хотя защитных барьеров поставить придётся много, как ни крути.

Бедный Девятихвостый, ему предстоит сильно похудеть…

Глава 23

– Меня направляют в команду вместо тебя? Как жаль… Но, надеюсь, мы с ними подружимся!

Я не мог не улыбнуться на поток счастливого оптимизма, бьющий из стоящей напротив девушки. Фуу – джинчурики Семихвостого – оказалась на диво светлым человеком, желающим иметь больше друзей.

– Точно подружитесь. Но заранее тебе сочувствую.

– В чём, Узумаки-кун? – удивлённо распахнулись оранжевые глаза девушки.

– О, поверь, ты поймёшь после первой тренировки.

Она яростно встряхнула короткими бирюзовыми локонами.

– Я сильная!

Моя усмешка:

– А если восстанавливаешься быстрее прочих, то будет ещё хуже.

– Не пугай девушку, Ясуо. Мы же не звери какие! – вмешался стоящий рядом Гай.

В этот момент из-за поворота вылетел Ли, на котором в полный рост стояла Тентен. И всё бы хорошо, но выбежал он на руках, а Такахаши стояла на вскинутых к небу сандалиях.

Девушка изящно спрыгнула, а Рок лёгким движением подпрыгнул и, перевернувшись в воздухе, встал нормально.

– Знакомься! Твоя команда!

Джинчурики закрыла рот, который, впрочем, моментально превратился в широкую улыбку:

– Я – Фуу, надеюсь, мы станем лучшими друзьями!

Это точно. Против её дружелюбия точно никто не устоит. А я спокоен за девушку, моя команда вкатает в бетон кого угодно. Ну или убежит.

Ухмыльнувшись, я подождал, пока они перезнакомятся, а затем отвёл джинчурики немного в сторону.

– Фуу, ты не можешь зайти вечером к Цунаде-сан? Мы с ней обсуждали один проект по поводу недостатка Ли. Мы так и не смогли осуществить, а вот у тебя, возможно, появится время.

– Недостатка? Чоумей говорит, он очень сильный! – вскинула бровки джинчурики.

– Он не может использовать техники. Цунаде расскажет подробности. У нас не было возможности помочь, постоянно просили делать печати для Деревни. А ты дружишь со своим биджу, у вас должно выйти.

– Не может использовать техники? А как он академию закончил?!

– Закончил. Ибо сильный. Только сам он помощи не попросит – гордый. Потому поговори с Цунаде, она опишет методику.

Семихвостый сможет продавить тенкецу, нужно лишь научить как.

Поняв, что я не шучу, она серьёзно кивнула:

– Я помогу!

– Вот и отлично! Удачи!

Попрощавшись, я оставил девушку, которой показывал Деревню перед знакомством с командой, и перенёсся домой. Душа теперь меньше болит за обещания. Надеюсь, всё получится!

В комнатах пусто: Карин на миссии, а мама с Наруто на горе Мьёбоку уже больше недели. Пока мы не покинули Коноху, нужно пользоваться последними относительно безопасными днями для саморазвития.

Впрочем, Шисуи сделал всё, чтобы нас не слишком сильно прессовали и дальше. В конце концов, мы остаёмся союзниками, и нападение на Водоворот будет поводом к войне. Есть серая зона с наймом посторонних людей, но…

У нас Девятихвостый, Риннеган, свитки, «Крылья Пустоты», в конце концов. Один из лучших сенсоров в лице Карин. И полностью безлюдный огромный остров, на котором любая сигнатура чакры будет светиться, как маяк. Как к нам подобраться вообще?

Выпив воды, я забрал пару свитков в лавке и перенёсся на стройку, где рабочие начали ремонт электростанции. Нам такая мощность была избыточна, но есть у меня идея по поводу использования электричества в своих техниках молнии…

Доставлять мастеров и оборудование пришлось через печать. Ждать, когда они доберутся своим ходом сквозь водовороты, окружающие остров, глупо. Потерять тонны полезного груза из-за незнания капитаном фарватера не очень хочется.

Выбрали место для дома – на месте трёхэтажки, в которой, как вспомнила мама, когда-то жила их семья. Нашли личные вещи, фотографии, подростковый дневник маминой бабушки. Наруто будет в восторге: столько новых имён Узумаки можно добавить в своё дерево родословной!

Кое-какой улов есть и в развалинах дома Кушины, но там ситуация печальней, большая часть разрушена одним ударом мощной техники воздуха. Строительного мусора полно, и среди него там много ещё хорошего кирпича и арматуры. Мне просто жалко выкидывать, ведь если дела пойдут хорошо, кому-то реально не один дом из этого построить.

Благо, дело двигается и тут: облачённый в серую спецовку, бывший «бог шиноби» бодро разбирал стены, поддерживаемый тремя моими клонами.

Приложил руку, подал чакру земли, дробя раствор в пыль, откинул чистенький кирпич клону.

Трудотерапия как она есть. Пять дней уже работает, гора стройматериалов набралась, хватит ему на свой дом, если вдруг захочет построить.

– Нагато! Обед!

Кивнув, он отряхнулся, повесил на крючок каску и неспешно направился ко мне, зайдя по пути помыть руки. А я под навесом, где расположилась импровизированная кухня, распечатал обед на нас обоих. Он на четыре персоны, но разве для двух Узумаки это проблема?

Уж кому-кому, а Нагато есть нужно больше. Он явно решил вернуться в форму, даже утяжелители носит. Я тоже не забрасывал, не хочется однажды слишком сильно отстать от Ли.

Правда, всё равно отстану – Рок не тратит кучу времени на техники и печати, а сосредоточенно улучшает ближний бой.

Так вот, Нагато быстро набирает вес. Ест постоянно и результат заметен. Уже не задохлик, а начинает походить на взрослого мужика, ещё тренируется по утрам и вечерам.

С душевным покоем ещё не очень, однако подвижки, кажется, есть и тут.

После обеда, закончив пить чай, он хмуро попросил:

– Доставь меня в Дождь. Пора закрывать долги.

– Ну наконец-то!

Вскочив, я положил руку ему на плечо и запечатал нас обоих, пока он не передумал.

Четыре коррекции и вот пред нами извечная морось Дождя. Самое смешное, что в своей спецовке Нагато тут как человек-невидимка. Вся деревня наполнена такими же. Мусор уже убрали, но вокруг зданий и производственных корпусов громоздились строительные леса.

Стоило паре шиноби увидеть меня, как возле появился зеленоволосый джонин.

– Проведи к Конан, – попросил я, стараясь не обращать внимания на полные ненависти глаза окружающих. – Она будет нам рада.

Зеленоволосый, внимательно смотря на моего спутника, медленно кивнул.

Надо же, видимо, знает, кто он такой. Нагато ведь никогда не был особо публичным, действуя через своих марионеток.

Шиноби молча провёл нас к богато отделанному трёхэтажному особняку и, велев подождать, скрылся за дверью.

А спустя минуту мы уже были внутри, входя в рабочий кабинет, где за полным бумаг столом сидела куноичи с фиолетовыми волосами.

– Оставьте нас! – приказала она сопровождающим, поднявшись.

Выждала, когда дверь закроется и, шагнув ближе, крепко обняла Нагато. Тот поначалу напрягся, но обнял её в ответ. Они стояли так полминуты, а потом она отступила назад. Смахнула с глаз слёзы и молча зарядила красноволосому кулаком в челюсть.

Мужика впечатало в стену. Отлипнув от неё, он упал на колени, выплёвывая вместе с кровью зубы.

– Узумаки, оставь его тут до вечера, – ожгла меня гневным взглядом Конан и прищурилась, смотря на Нагато. – Нам нужно поговорить!

Спорить с взбешённой женщиной? Да ну нафиг!

Я благоразумно переместился в Водоворот, там облачился в спецовку, создал пятерых клонов и полез в очередные развалины.

Личные вещи, книги, свитки, одежда. Многое сразу сжигать, часть восстановим. Каких-либо «секретных техник Узумаки» не ищу. Таковых, по большому счёту, для меня нет.

Многое сохранилось в Конохе через Мито, Третьего и Кушину, а там я взял все возможные знания. Аватар Шинигами и вовсе основан на крови и заключённом предками контракте. Сильнее интересуюсь личными дневниками и письмами. Восстановить историю клана, его становление и взаимоотношения с остальными.

Сегодня повезло. Нашёл не разграбленный подвал, вход в который надёжно завалило перекрытиями. Помещение предсказуемо использовалось, как свалка для всякого барахла. Но его не затопило, даже нашлись свитки, которые можно прочитать.

Детская сказка, древний учебник ещё по иероглифам и кипа финансовых отчётов по торговле рыбой. Такие вот «тайные знания». Про раздолбанные велики, старую одежду, мебель и обувь говорить нечего.

Нашлась древняя дровяная духовка. Красивая и весит полтонны. Запечатал, оттащил на склад. Не знаю, кому и как пригодится, но ведь красивое, жалко выкидывать!

Занятый разбором вещей, совершенно не заметил, как прошёл срок, к которому должен был вернуться за Нагато. Опомнившись, не переодеваясь, так в рабочей одежде и переместился к тому дому, где его оставил.

Напрягся стоящий возле входа шиноби, но я замер, пытаясь оценить состояние Узумаки сенсорикой.

Его чакра ощущалась очень ярко, а рядом с ним другая, Конан. Настолько близко, что они смешивались.

Усмехнувшись, я отступил назад. Похоже, их разговор прошёл очень хорошо, а продолжается ещё лучше.

Сквозь шумоизоляцию дома донёсся почти неслышный стон, и охранник покоев Каге Дождя покраснел.

– Я зайду завтра.

С такими словами я вернулся в Коноху, и переодевшись да помывшись, уселся ужинать. От Нагато пользы точно в ближайшие дни не будет, а мои планы на него полностью провалились. Хотел привлечь его к работе над свитками и прочим, но теперь все его мысли будут про Конан и Дождь. Засада…

Мой хитрый план, что Нагато, может быть, заинтересует маму, пошёл лесом окончательно. Не видать нам больше чистокровных Узумаки. Хотя, с другой стороны, ну и что? В следующем поколении, если образуется несколько пар уже наших детей, кровь только сильнее станет. А для того Водоворот должен стать комфортным и безопасным местом для всех, кто носит нашу фамилию.

Из размышлений меня выдернул скрип двери, и на кухню прошелестели шаги Карин. Хлопок холодильника, набранный стакан лимонада, и вот сестра, зевая, села напротив меня.

– Не пялься! – грубо фыркнула она, делая большой глоток. – Когда мы переедем уже? Надоело постоянно людей таскать, я не лошадь!

Разбаловали мы Карин… Да, много с неё просили всегда, однако и отказа она ни в чём не знала. Участие в войне и ранение немного привело в чувство, но опять прёт гордыня. Огромная сила по меркам сверстников, за спиной стоит джинчурики сильнейшего биджу, мама с Риннеганом. Кто способен встать против?

– Карин, перестань. Что случилось?

– Достало всё! Жили нормально, а теперь куда-то тащиться. У меня были планы! И вообще…

Что именно «вообще» она не уточнила, всплеснула руками в воздухе, да и всё.

Задумчиво почесав в затылке, я поднялся и, открыв холодильник, наложил на тарелку закусок и сладостей. Поставив перед сестрой и хмыкнул:

– Ешь. До тех пор, пока не скажешь точно, в чём причина твоего недовольства.

– Я потолстею!

– Под утяжелителями не полнеют. Ешь.

– Не хочу!

– Грудь большая отрастёт!

Карин зависла.

– Бра-а-ат?

– Ты же хочешь, чтобы Учиха обратил на тебя внимание?

– Пф-ф-ф, да его кроме брата и тренировок ничего не интересует. Ребёнок ещё! И он останется тут, как и все!

– Ты можешь переместиться «Крыльями» в любой миг.

– Это не то!

Я утомлённо помассировал переносицу. Скорее бы дети выросли уже, проблемы станут серьёзнее, но я хоть смогу их понимать…

Так я больше ничего от неё и не добился внятного, благо Карин быстро отправилась спать дальше.

Немного посидев, её примеру последовал и я. А на следующий день захватил сестру с собой на развалины.

С её клонами всё пошло значительно быстрей, и три дня прошли очень продуктивно, мы полностью проверили и зачистили ближайшие развалины.

На четвёртые сутки, ближе к полудню, я переместился в Дождь, поднявшись в приёмную Конан. Туда же, ощутив моё прибытие, подошёл и Нагато.

Вид оба бывших Акацуки до сих пор имели растрёпанный и очень мечтательный. Тут явно никто за прошедшее время не заморачивался планированием дальнейших действий.

Усевшись на кресло для посетителей, я задумчиво спросил:

– На свадьбу пригласите?

– Ты просто меня отпустишь домой? – недоверчиво поднял бровь Нагато. – После всего произошедшего?

– Я хочу, чтобы вы переехали в Водоворот. Узумаки нужна ваша сила и помощь, нас слишком мало осталось. Но у вас Дождь…

Конан на мои слова перевела взгляд за окно, где до сих пор шли работы по восстановлению. Потом посмотрела на Нагато и поморщилась. Понимаю, они всю жизнь прожили на этой сумрачной земле, из которых двадцать лет отвечали за Скрытое Селение. Бросить людей? Нереально!

– Месяц. Мне нужно передать дела, – совершенно неожиданно для меня вымолвила женщина. Я удивлённо вскинулся, на что она мягко улыбнулась. – Нам положен отпуск за столько лет.

– Мы поможем, – дополнил её мужчина. – Ведь, в конце концов, неблагодарность ответить иначе. Если бы не ты, нас бы убили.

Я облегчённо выдохнул: не верил! Рассчитывал заключить хотя бы договор о помощи между Дождём и Водоворотом. Долго спорить, уговаривать, торговаться, вытрясти максимум из ситуации.

Неужели, мне просто повезло? Нагато действительно решил успокоиться с масштабными планами и заняться собственными отношениями и жизнью?

Стоит ли ему доверять? Не знаю. Однако в долгосрочной перспективе рабские печати... Строить на них отношения внутри такой маленькой семьи плохой вариант. Есть, конечно, Хьюги. Но и там подобное постоянно приводит к проблемам, несмотря на сотни лет практики.

– Я переоденусь и отправляемся. Хотя, Ясуо, ты слишком жадный. Что мешает доставить строительные материалы печатью? Зачем разбирать здания?

– Может, я разыскиваю тайные знания Узумаки? Не хочу пропустить ни малейшего секрета и схрона?

Конан коротко усмехнулась:

– И что ты там хочешь найти? Как призывать Шинигами или запечатывать биджу за одну секунду?

– Кто знает…

Она недоверчиво покачала головой на моё замечание, пока Нагато ушёл натягивать рабочую робу. Негромко попросив напоследок:

– Верни мне его вечером.

То, как изменилось настроение бывшего лидера Акацуки, сразу стало видно. Когда прибыли в Водоворот, Нагато одной техникой развалил половину дома, а потом сложил серию печатей, и из почвы вытянулось два десятка земляных клонов. Работа пошла совсем с другой скоростью, чем раньше…

За три дня на будущем месте для нашего дома остался пустырь, присыпанный бетонной пылью. Ещё через неделю аналогичная судьба постигла и окружающие строения, а там мы сели за планировку расположения защитных барьеров.

Не придумав ничего надёжнее, гнули и резали арматуру, сваривали в форме нужных кандзи, напитывали чакрой и заливали в бетон. А сами чушки погружали глубоко в землю.

Потихоньку разбирались развалины, подготовили первый защитный контур, напитав его чакрой. Строители с континента запустили гидроэлектростанцию, восстановив с нашей помощью систему канализации. Теперь они будут помогать лишь после перемещения строений при подключении коммуникаций.

Спустя месяц от отбытия на гору Мьёбоку, поздно вечером, когда мы ужинали, во дворе появились Наруто с Юмико. Едва ощутив знакомую чакру, Карин бросила палочки и исчезла, переносясь на улицу. Я же сначала доел рис, а потом последовал её примеру.

– Это отпад, даттебаё! Старик Фукасаку крутой! Мы мигом научились!

– Оказалось, что в чакре лиса слишком много природной энергии, достичь сродства оказалось несложно, – тяжело выдохнула мама. А на горящий в алых глазах вопрос дочери «как она сама так быстро справилась», уточнила: – Риннеган. Глаза позволяют намного лучше обращаться с составляющими чакры. Баланс я подобрала уже на третий день, оставалось лишь ждать.

– Они последнюю неделю просто отдыхали, Ясуо-кун, – поспешила сдать тунеядцев Кушина, появившись у неё за спиной.

Юмико с немым укором посмотрела на неё, зато Минато фыркнул:

– Разобрали ваши «Крылья», пока вроде как отдыхали. Пацан, ты не мог сделать технику иначе? Она несовместима с Богом Грома!

– Разве? – с интересом откликнулся я.

– Полностью разные! Техника Второго использует пространство специальной печати для облегчения работы призыва на метки. Сама печать простая, как и метки. Она не пытается повторить вселенную в миниатюре!

– Наша не пытается! – почесав в затылке, отвёл глаза я.

– Да? А система ориентации не попытка сделать слепок мира? Узумаки, вы вообще все проблемы хотите печатями решать?

– Ты никогда не жаловался, – упёрла кулаки в бока и гневно уставилась на мужа Кушина.

– Когда ты одна, это не так заметно, – отступил назад, поднимая перед собой руки, Минато.

Мама легко рассмеялась, а её поддержал сначала я, а потом и остальные. Все опять в сборе, что ещё надо?

Праздничный ужин договорились устроить на следующий день. А утром Водоворот затопила волна клонов от Наруто и Юмико, помогая с работой. Очень помогает наличие у мамы земли благодаря глазам. Как, впрочем, и остальные стихии, которые она пытается, в меру возможности, развивать.

Риннеган может исчезнуть, а вот навыки останутся. В любом случае, хотя бы один глаз в ближайшее время она собирается отдать кому-то из нас. Пользоваться активно обоими сложно. Мама рассказывает, как по вечерам голова раскалывается и тратится много чакры.

Неудивительно, на самом деле, ведь у Нагато энергии очень много, значительно больше, чем у неё и Наруто. Глаза раскачали ему резерв до диких размеров, забирая в обмен жизнь. Он восстанавливается до сих пор, а по-настоящему вернуть то, сколько он потратил, сможет только резня в Аватаре Шинигами.

Когда Наруто станет старше, он сможет носить оба глаза, особенно с помощью Курамы, но даже для него это будет иметь последствия. А ещё их смогу использовать я, если исправлю дисбаланс. В будущем. Возможно.

Воистину, Глаза Бога, не предназначенные смертному.

Мама видит на нас метку Шинигами, чакру, ощущает потоки природной энергии, видит мой дисбаланс энергий, потихоньку пробует техники, основанные на манипуляциях напрямик духовной и жизненной энергией или напрямую сдвигая баланс в чакре, подбирая различные эффекты.

Например – полёт. Попробовав его однажды, сложно отказаться. Особенно когда глаза дают возможность управлять гравитацией, и ты точно знаешь: такое возможно и без них. Нагато, например, умеет летать и сам.