Текст книги "Шиноби (СИ)"
Автор книги: Василий
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 33 страниц)
– Да, конечно… – выхватив у него из рук веточку, я дорисовал предполагаемый вектор силы, пометив его умножение в два раза. – А так как получится?
Он заинтересованно провёл пальцем по линиям.
– Дополнительное накопление, и, в итоге, взрыв. Но откуда удвоение?
– Природа, чтоб её! Она не действует линейно, всегда имеются скачки по силе.
– Ладно, утраиваем контуры. А точнее, – он стёр часть печати и нарисовал рядом ещё две похожие, сопряжённые с первой, – в десять раз. Должно выдержать.
– И получаем, что создать и держать её сможет Мудрец с уровнем чакры, как у биджу. Самостоятельно и без поддержки она долго не проработает. Поэтому и говорю, что получится бомба, не больше.
– Да. Но ведь уже что-то, Узумаки-кун? К тому же, говорит о том, что сделал ты свою печать явно не так…
Я хмыкнул:
– Возможно. Или я просто иначе построил саму базу печати? Кто знает?
Он задумчиво обхватил гладкий подбородок:
– И разумеется ты ничего не расскажешь…
О том, что для первичного овладения методом нужен Фукасаку с его палкой и запасы жабьего масла, позволяющего обеспечить достаточно локальную точку входа природной энергии в тело, говорить точно не буду. Не уверен в невозможности сломать доступ к жабьему псведоизмерению. А там Орочимару легко устроит резню, в попытках узнать точный механизм.
Впрочем, ему и не нужно на самом деле, и он понял это очень быстро:
– Не важно, как ты овладел режимом первично. Главное – способность оперировать чистой природной энергией в пространстве печати. Ты ведь сделал отводной канал? И тебе ничего не стоит поделиться любым её количеством без примесей, верно?
Умён, чёрт. И его идея с автоматическим сбором отнюдь не такая безумная, как я расписал. Сложная, требует много сенчакры и чистой природной энергии, но если однажды запустить контур…
– Не обязательно, Орочимару-сан. Энергии без примесей не бывает, она всё равно пропущена через меня.
Он облизал губы длинным змеиным языком, заставив меня поморщиться от омерзения, и прошептал:
– Я могу дать тебе непревзойдённую силу. Место, где Узумаки смогут укрыться. Вашей Конохе недолго осталось, а такой многообещающий юноша должен выжить.
Я насмешливо поднял бровь:
– Непревзойдённую силу? Сколько резервов чакры среднего джонина вы готовы предоставить в сутки? Три? Пять? Или «целых» десять? Место для Узумаки? Нас примут в любой Великой Деревне с распростёртыми объятиями. Ресурсов у них будет явно больше, чем у изгоя, за голову которого назначена награда во всех скрытых селениях.
Он сжал глаза в щёлочки, посмотрев на меня совсем иначе. Видимо, шиноби рассчитывал встретить на моём месте очередного малолетнего «гения», завлечь его умными расчётами, обещаниями силы и совместной работой с самим Орочимару. Самомнение у мужика космическое, хотя, будем честны, во многом, оправданное. Умница – не отнять.
Это не отменяет того, что предложить ему мне нечего. Техники? И так учи – не хочу, имей только энергию. Деньги? Тратим мы их в основном на еду и одежду, а всё остальное уходит на покупку чакры. Увы и ах, лавка уже давно работает в ноль. Если бы не ритуальные услуги, пришлось бы меньше силы покупать.
Нет, он бы мог предложить финансы, но как я их обналичивать буду? Родная налоговая инспекция Конохи мигом постучится в дверь с немым вопросом в глазах. Из деревни точно никуда не уйду, особенно когда над головой всей семьи висят цены за головы.
Шиноби, однако, не стал впустую угрожать. Он поднялся и бросил лишь одно:
– Больше такого хорошего предложения ты не получишь. И мольбы не помогут.
И собирался было добавить ещё что-то, но на краю чувствительности очень быстро мелькнула сигнатура чакры, и рядом из Мерцания вышел Хиаши Хьюга, молча атаковав. От пары ударов Орочимару увернулся, изгибаясь под невозможными углами, и контратаковал выпущенными змеями.
Отбросив одну, Хьюга метнулся вперёд, впечатав неуловимый взглядом удар кулака в грудь врагу деревни. Атака сопровождалась неслабым выплеском чакры, и клону хватило. Вспухло облачко дыма, и Хиаши замер без движения, оценивая местность бьякуганом.
Пару секунд спустя, он расслабился, деактивировал глаза, и повернулся ко мне:
– Что он хотел?
– Предлагал ученичество за кое-какие секреты. Желал, чтобы мы покинули деревню, – равнодушно пожал я плечами. – Не интересно. И спасибо вам, он, вроде, не собирался меня убивать, хотя в конце разговор не задался…
– Будь осторожен. Время заканчивается, – с этими словами мужчина исчез.
И, всё же, Хьюга – странные. Ведь, чтобы увидеть, как мне угрожает опасность, надо смотреть. Сколько раз в день Хиаши активирует бьякуган, проверяя деревню и, с его точки зрения, важных людей?
Почесав в затылке, фыркнул:
– Бедный Наруто!
Хината его никогда не отпустит. Вроде, девочка скромная и милая, однако – Хьюга. Уровень мнительности и паранойи, как и них у всех в клане, зашкаливает. Не дай то бог сделать хоть что-нибудь не так. Прямо она тебе не скажет, но…
Хмыкнув, ещё снизил нагрузку в утяжелителях и потихоньку потопал домой. Душ, обед в семейном кругу, короткий сон и час поглощения природной энергии. А там к нам и Тентен пришла, готовясь к установке печати.
Сам массив располагался на улице. Десяток выложенных длинных рулонов из бумаги, исписанных кандзи.
С тревогой взглянув на небо, я в очередной раз понадеялся, что дождя не случится. Карин, Тентен и Хината заканчивали татуировку в доме.
На самом деле, там не обязательно много символов. Вся печать на улице лежит, а не на коже. Но почему не сделать, если девочка захотела на спине раскинувшую крылья птицу? Точнее, сапсана. А уже в рисунок встроены ключи для подключения к тенкецу и очагу.
Да и то, за полгода эксплуатации символы перестанут требоваться, печать интегрируется в чакросистему, и повреждение татуировки не изменит ничего в функционировании. Хлопнула дверь, и смущённая девочка вышла наружу вместе с подружками. С шутками от Карин встала в центре печати, закрыв глаза.
Сестра прошлась по кругу, активируя печать, и сложила печати, разрешающе кивнув мне.
Над светящимися синим светом символами плыло марево нагретого воздуха, пахло озоном. Поднял большой палец Наруто, закончив подзаряжать ещё один контур. Его глаза покраснели, говоря о том, что биджу смотрит за работой. Да и чакра Девятихвостого в контуре тоже есть, должно помочь, если в будущем понадобится переместить и джинчурики.
Печать готова к установке.
Положив руку на плечо сжавшейся Тентен, ободряюще улыбнулся. А сам ещё раз оглядел печать, в десятый раз формулируя для себя порядок действий. Привязываю печать, начинаю подключать разделы, в первую очередь само подпространство, потом систему поддержки, модули навигации, свёртку для хранения энергии.
Бык, кабан, овца, тигр…
Пальцы сплетали замысловатые фигуры, а в разум вливалась информация и чужая воля, вложенная в светящиеся символы.
Задымился один из разложенных свитков, сгорая, и, вторя ему, загорелся сапсан на спине девочки.
Первая стадия есть, теперь привязка основного пространственного кармана.
Воздух над новым свитком задрожал и с хлопком свернулся внутрь.
Свет татуировки и горящая бумага.
Пальцы складывают очередную последовательность фигур, загорается ещё свиток.
Втянуть чакры, восполняя резерв. Вытереть пот. Продолжаем.
Пятнадцать минут спустя я жадно пил воду, а весь двор оказался завален сгоревшей бумагой. Получилось – сапсан ярко горел на спине девочки. Энергии в него влили дофига, в ближайшие дни на поддержание печати сил Такахаши почти не потребует.
Тентен улыбнулась и исчезла, спустя пару секунд появившись высоко в небе. А потом обратно перед нами. Теперь тренировки и опыт помогут ей научиться нормально всем пользоватся и быстро перемещаться.
Наша семья взяла очередной рубеж в искусстве! Ничего настолько сложного ранее не создавали.
Мама прошлась рядом с каждым, обняв и прошептав своё. Мне досталось:
– Я горжусь тобой, Ясуо.
На это я слабо улыбнулся и кивнул, смотря, как Тентен поздравляют Ли и Гай. Команда стала сильнее, возможностей у нас сильно прибавится.
Вздохнув, я выпрямился, смотря в ночное небо.
А сила нам точно пригодится, ведь Хьюги, может, и странные, но Хиаши прав – время мира заканчивается.
Глава 16
Мерцание, выплеск чакры, отбрасывая Ли. Вскинуть правую ладонь, выталкивая энергию и раскрывая печать. Моя сила окружила вражеский шар огня, засасывая его в печать на тыльной стороне правой ладони.
Мерцание. Распечатать технику в появившуюся Такахаши, принять на блок удар ногой от перенесённого ей Ли.
Ещё одно Мерцание, спасаясь от волны огня. Сорвать с груди свиток и активировать воздушный таран, от которого Рок не успел увернуться – парень покатился по земле. Но поднялся, и от него ударила волна чакры, знаменуя открытие первых Врат. В меня прилетела очередная волна пламени.
Да вашу мать!
Мерцание. Принять на скрещенные руки страшный удар ногой от сокомандника, открывшего и вторые Врата. Переместиться вверх, тут же принимая в печать технику воды. Запечатать и высвободить в Ли.
Однако, Тентен появилась возле парня, и они исчезли.
Угроза сверху. Мерцание. И моментально исчезнуть, спасаясь от мелькнувшего короткого меча.
Сзади!
Мерцание. Меч. Встретить кунаем. Атаковать.
Тентен исчезла, переносясь к Року вниз. А я на всякий случай переместился ещё дальше. Собрал чакру, сконцентрировался, переводя её в молнию. И появившегося Ли встретил объятый молнией кулак.
Он блокировал, но разряд это не остановило. Дёрнувшаяся фигура в зелёном костюме отлетела в сторону, а в меня опять устремилась стена воды. На высоте в полсотни метров над поверхностью, да. Главное тут, впрочем, не сама атака, а то, что под её прикрытием Тентен перехватила сокомандника, и они исчезли в печати.
Я переместился вниз, впитывая силу из запаса. Их не было три секунды, а потом возник Рок Ли, обрушивая на меня град ударов. Его встретили молнии, много молний. А я, сосредоточившись на точке в мозгу, открыл первые Врата и сам, бросаясь навстречу.
Тяжёлые удары заставляли трещать кости, сгорала в огромных количествах сенчакра, обеспечивая нас сверхчеловеческими возможностями. Прямой удар кулака Ли и вовсе вызвал глухой хлопок звукового барьера.
Вторые Врата. Распахнуть печать с природной энергией сильнее. Пахнет горелой одеждой и мясом. Мелькает Тентен, хотя лезть со своим вакидзаси не рискует, просто не успеет за нами. Ли уверенно давит, пересиливая меня. Ему очень больно от молний, но он не останавливается.
А мне поддерживать стихийное преобразование тяжело. Покров молнии у меня лишь частичный, полный не получается даже на обычной чакре. Ещё и Такахаши что-то явно готовит…
Мерцание в воздух. Ну его нафиг с Ли в рукопашном бою драться!
Я не могу выиграть. Очень хочу, но не могу. Третьи Врата открывать не умею. Резерв пуст, приходится впитывать запасы из свитка.
Мерцание. Ещё одно. Запечатать технику огня, вернуть. Блокировать удар Рока, переместиться.
Тут же они возникли совсем недалеко, только теперь брюнет держал в руках вакидзаси Тентен, заряженное чакрой ветра.
Секущий взмах чакропроводящей стали не коснулся кожи – я вовремя подался назад, вот только Ветер распахал мне грудь почти до костей.
Мерцание на землю, и я поднял перед лицом скрещенные руки, признавая поражение. Против Ли с мечом надо продумывать новую тактику.
Удостоверившись, что меня больше не атакуют, зажал разрез, активируя Мистическую Ладонь. Края раны сползлись, сплетаясь сосудами и мясом. Кровь перестала идти практически сразу, а дальше в дело пошла и моя собственная чакра, залечивая микроповреждения. Резерв пуст – я выгреб остатки из запасника.
Опустился на колени возле лежащего Ли. Он белозубо улыбался, показывая поднятый большой палец. При этом всё его тело было покрыто сильными ожогами.
Кремень парень! Я бы с такими ранами матерился на всю округу или валялся в отключке. А этот чёрт лишь скалится. Засранец, так ведь и комплекс неполноценности поймать можно!
Вместо того, чтобы лечить самому, я трезво оценил свои возможности.
– Тентен, – попросил мнущуюся Такахаши. – Доставь его в госпиталь, пожалуйста. Сегодня мама дежурит.
Она кивнула и приложила руку к товарищу, исчезнув вместе с ним. А я, застонав, рухнул на выжженное болото полигона. Больно, блин. Но приятно видеть, как дети выросли: месяц спаррингуемся, не считая денег и чакры, и результаты превосходные. Дорого, правда. Свитков с техниками израсходовали немало.
Ближе подошёл лидер команды, всё время наблюдавший за поединком:
– Вы хорошо поработали. Жаль, что так не тренировали во времена моего обучения, – вздохнул Гай, присев на вывороченный камень. – Много хороших людей остались бы живы.
Я улыбнулся:
– Мы ещё и Ли поставим печать перемещения. Будет неудержим. А то пока ему сложно против Телесного Мерцания.
Джонин с признательностью кивнул, и, глядя на пустошь нашего семейного полигона, тихо добавил:
– Ты меняешь мир, Узумаки. И не знаю: к добру или худу.
Меняю? Может быть, хотя мир и сам был к такому готов. Достаточно просто собрать ресурсы и знания в одних руках. Именно удачное сочетание фамилии, помощи Конохи, и, как вишенка на торте, выкуп чакры – позволили достичь столь многого.
Что останавливает шиноби в развитии? Мотивация и количество чакры. Под свои печати мы смогли купить её много. Пусть основное количество и спустили на свитки и запечатываемые техники, но получился невиданный для рядового шиноби личный прогресс.
Сам принцип легко тиражируем, и подобные нам семьи могут появиться теперь в любой деревне. Если бы не наследие клановых пережитков с их нежеланием делиться техниками, пришли бы и раньше. Шисуи, вот, хочет включить передачу чакры в академическую программу, как и расширить обучение печатям. Новые учебные программы готовятся, я и сам писал небольшую методичку.
Да и вообще, учебная программа академии должна быть расширена сильнее. Телесное Мерцание обязательно следует включить, как и больший упор на контроль. Шутка ли, в академии не учат по стенам ходить! А ведь нам Джирайя показал основы, когда Наруто с Карин пошли учиться. И ничего, освоили. Даже блондин, с его тогда отвратительным контролем.
– Всего лишь печати, Майто-сан, – ответил я. – А как их использовать – решают люди.
Он с сомнением покачал головой. И, поднявшись, попросил:
– Отдохните пару дней, накопите чакру.
Кивнув на прощание, Гай ушёл, оставив меня одного. Я провёл пальцами по свежему шраму на груди и поморщился. Он рассосётся, но будет болеть.
Мерцание вверх, ещё одно, и я оказался возле дома. Зайдя внутрь, разогрел рис с мясом и сел кушать.
– Аники! – на кухню ворвался Наруто. – Девятихвостый сказал, что если мы выполним его условия, то будет сотрудничать добровольно!
Я спокойно дожевал, заинтересованно подняв бровь, и блондин быстро протараторил подробности:
– Отец разорвал Девятихвостого пополам печатью Шинигами, когда запечатывал в меня. Лис хочет вернуть вторую половину.
– Из желудка Бога Смерти? – отложив палочки, уточнил я.
– Да!
Сделав глоток сока, постучал пальцами по столу, задумчиво смотря на ёрзающего пацана. Наруто не читал свитки Мито. Их только мама просмотрела полностью, кроме меня. Он не знает до конца, какую связь наш клан имеет с Шинигами. Для него Печать Мёртвого Демона, призывающая Бога Смерти, лишь оружие последней надежды.
Однако мальчик не глупый и прочитал архивных документов об Узумаки больше, чем мы все вместе взятые. Должен знать, Богу Смерти требуется предложить что-то взамен. Кровь, чакру, душу, а желательно всё вместе и добровольно. Особенно если нужно забрать у него такую полезность, как половина биджу.
Сам Наруто не сможет выполнить необходимое, он слишком добрый и светлый паренёк. Впрочем, достаточно хитрый, чтобы попросить об услуге меня. Хотя, думаю, он не осознаёт до конца, о чём просит. Точнее, не хочет понимать, вытесняет из сознания.
– Сделаю, как представится возможность, – сжав губы, я медленно кивнул.
Наруто просиял:
– Спасибо, Ясуо! Я передам Девятихвостому!
Мгновение спустя он испарился, убежав на тренировочную площадку. А я с трудом запихнул в себя остатки еды, смотря вслед. Скоро закончит академию, отправится в большой мир спасать принцесс и побеждать соперников. Кто знает, может, он действительно избранный из пророчества? Тот, кто изменит мир?
Помыв посуду, сконцентрировался и перенёсся на свою площадку возле дуба. Присев на коврик, замер, привычно раскрываясь текущему потоку мощи природы. Часть впитывал мой очаг, остальное шло в печать.
Я хорошо продвинулся в сборе природной энергии благодаря адским тренировкам, когда она – единственное, что как-то способно поддерживать тело.
Устал. Годы тренировок, учёбы, работы. А тут ещё Майто Гай с его сумасшедшими нагрузками. Плюс клоны, не дающие восстановиться разуму после дня издевательств над телом…
Эх, надо было в бою создать клона, чтобы временно сдерживать Тентен. Пожалел чакру, а зря. Это с Ли бесполезно, а она ведь в ближний бой не лезет, предпочитает бить техниками из свитков.
Её Перемещение через печать показывает себя хорошо. Возникли вопросы с ориентацией, но их устранили, а неделю назад поставили такую и Карин. Осваивается потихоньку. Когда академию окончат, Наруто немного поработает со своей командой, а там отправится к жабам постигать сенчакру.
Наверное, вместе с мамой, зачем время терять? Заодно будет за ним, кому присмотреть.
Будут ли они с сестрой в одной команде? Или раскидают? С учётом похожести навыков, скорее – раскидают. Карин точно отдельно, может, и с Учихой, раз он ей так нравится…
Когда над собирающейся ко сну деревней разнёсся ревун тревоги, улыбка на моём лице мгновенно погасла. На секунду замер и пронзительно завизжал опять. Это сигнал нападения, и необходимости срочно укрыться в убежищах.
Громко хлопнула входная дверь у соседей, и я увидел вышедшего наружу в полном боевом облачении Третьего. Поймав мой взгляд, он уверенно кивнул.
Где-то вдалеке прозвучал взрыв. Поднявшись, я перенёсся к дому. Рядом появилась Тентен, положившая руки на плечи маме и Ли. Спустя десяток секунд домой переместились и Карин с Наруто.
В высоком прыжке перемахнул стену квартала Майто Гай и облегчённо выдохнул, увидев всю команду в сборе.
Молча пройдя в дом, я спустился в подвал и приложил руку к печати, открывая семейное хранилище. Сдёрнув протектор с плеча, переместил его на лоб, заодно поджав подросшие волосы. Снял висящий на плечиках бронежилет и накинул поверх куртки. В углу жевал губу Наруто, смотря на ещё два бронежилета. Отдав их ему, я приказал:
– Отдай Тентен и Ли.
– А я, брат? Я ведь сильный. Могу помочь!
– Защищай сестру и мать, – я перевёл взгляд на Карин и маму, которые спешно распихивали по подсумкам свитки. – Вы в убежище под госпиталем?
– Да, – мрачно бросила мама, скидывая белую робу медика и надевая под неё броник. – У нас всё там готово.
Карин воскликнула:
– Я могу помочь с доставкой раненых!
Наруто исподлобья смотрел на меня, сжав кулаки. И глядя ему в глаза понял: он не удержится просто на охране госпиталя. Слишком много пота пролито на тренировках, слишком уверен в себе. До скрежета сжав зубы, посмотрел на такую же горящую энтузиазмом Карин. Приказывать я могу что угодно, но есть реальность, в которой они точно впишутся в происходящее, потом сказав нечто вроде «не было выбора».
Сплюнув, я распаковал стоящую в углу коробку и кинул два броника детям:
– Наруто, защищай Карин, когда она будет эвакуировать раненых. И отнести броню моим товарищам, наконец!
Он просиял и испарился. Юмико поражённо воскликнула:
– Ясуо! Нельзя!
– Да мы легко справимся, ма! – довольно улыбнулась Карин.
Сжав губы, устало выдохнул:
– Мы не сможем помешать им совершать глупости, мама.
– А ты сам, сын!
Я бледно улыбнулся, проверяя порядок свитков в портупее на груди. На ощупь, по выпуклым меткам на торцах свитков.
– Я старший брат. Кто-то должен защищать деревню. Не переживай, справлюсь.
И, подхватив россыпь свитков для друзей, вышел наружу, стараясь не смотреть на слёзы в глазах матери.
Где-то вдалеке гремела канонада взрывов. Я вручил команде свёрнутые рулоны, которые они быстро убрали.
– Тентен, переносишь нас ближе, там раздаю задачи, – скомандовал Гай. – В бой к джонинам не лезьте, встречаете сильного врага – уходите.
Вторя его словам, вдалеке вспыхнуло огромное зарево. Это, кажется, первый из номерных свитков в дело пошёл. На плечо легла ладонь Такахаши, и мы оказались в темноте, дабы через миг оказаться в паре километров над полем боя.
– Пиздец! – выдохнул я, оглядевшись.
Однохвостый тануки? Имеется. Десяток призывных зверей, не сильно уступающих ему по размеру? Да. Огромная змея? Разумеется. И всему этому противостоят двое Учих в Сусаноо. Конечно, огромный доспех из чакры это круто – на моих глазах один из них отрубил голову призывному зверю. Но их всего двое.
Хотя… Появилась огромная жаба, потом обезьяна. И когда песочный демон вскинул голову, подготавливая Бомбу Биджу, ему сверху прилетел огромный посох, прерывая процесс.
Задрожала земля, и ударила чудовищная стена воды, ломая тела ещё паре призывных монстров. Кажется, наша Пятёрка в деле.
Мимо мелькнул стремительный силуэт блондина на большом белом драконе. А мгновение спустя вниз устремились небольшие копии дракона, ударив в Сусаноо Шисуи.
Грохнуло, и несокрушимый доспех из чакры откинуло назад. Защита устояла, однако обстрел продолжился.
Дейдара. S-ранг. Акацуки. Подрывник. Изделия уязвимы к молнии.
Глубокий вдох. Мерцание. Развернуть свитки большого огненного шара и воздушного тарана.
Блондин удивлённо поднял голову вверх, когда в его дракона ударил ревущий фонтан огня. Дракону разорвало крылья и снесло голову, бросая опалённый кусок материи вниз. Сам шиноби успел отпрыгнуть в сторону.
Мерцание, ещё свиток огня в упор. Мерцание, спасаясь от бешено крутящегося диска из бумаги. Но главная миссия выполнена, подрывник техникой ушёл на землю.
Я переместился за ним, покрывая кулаки молнией. Он блокировал первый удар, зашипев, когда сквозь его тело пронёсся электрический разряд.
Появилась Тентен, и ко мне присоединился Ли.
Первые Врата. Вторые. Усиление сенчакрой. Я бью сбоку в голову, друг ногой снизу.
Хруст лопнувшей кости. Рок попал. Мой прямой удар в грудь, Ли ребром ладони по выставленному блоку предплечьем. Хруст.
Не дать кастовать техники и сбежать. Забить, как собаку. Дейдара слишком опасен, если дать время.
Сконцентрировав больше молнии в руке, я пробил слева. И хорошо попал. Запахло горелой плотью, а враг отлетел в сторону.
Я сломал ему вторую руку и разрядом сжёг половину лица, заставив вытечь глаз.
Добить!
Воздух наполнился десятками листов бумаги, ударив сверху и отсекая нас от врага.
– Убей его! – зарычав от бешенства, приказал я Ли. А сам ушёл Мерцанием вверх, вытаскивая очередной свиток.
Воздух проломила стена огня, и атакующая меня куноичи порхнула в сторону на бумажных крыльях.
Мерцание. Молния. Но вместо раны горит бумага, распадаясь на листки с печатями. Назад!
Взрыв на месте клона не задел меня.
Вниз к Ли, стоящему над раненым врагом, сжав кулак. И не решающемуся на атаку. Блядь, он ведь не убивал!
На него вылетел здоровенный мужик с ярко выраженными акульими чертами и шпалой в руках, обмотанной бинтами. И Рок, облегчённо выдохнув, бросился ему навстречу, отложив неприятное решение.
А в меня опять прилетел бумажный диск, заставив уйти Мерцанием. Где опять эта шмара? Сука. Нашёл.
Переместившись, ударил свитком огня, сжигая вихрь из бумаги, несущийся в меня. И тут же вниз, спасаясь от мелькнувшей на том месте, где я находился, змеиной головы.
Появился Джирайя, и отвлёкшегося на меня Орочимару снесло Расенганом. Не думаю, что его это убьёт. А вот откровенно взбешённый наставник оказался возле девушки на бумажных крыльях, что-то прокричал и ударил выросшими волосами.
Внизу же какая-то чёрная хрень утащила раненого Дейдару под землю, пока Ли самозабвенно махался с бывшим мечником тумана.
Я скрипнул зубами и потянул из запасника чакру, переносясь к ним. Сука, с такими монстрами должен Гай сражаться, а не мы!
Впрочем, у нас как-то получалось. Врата и сенчакра сильно помогают.
Пригнуться, пропуская огромный «меч» с распахнутой пастью над собой, чудом не попав под распушившиеся, острые как бритва, чешуйки.
Шаг, удар ногой в бедро. Сместиться. Друг атаковал одновременно со спины, таки сумев достать врага в бок. Тот поморщился, ощутив мощь удара, и отпрыгнул в сторону.
На его губы наползла довольная ухмылка, несмотря на необходимость увернуться от моего кулака и заблокировать своим мечом, Самехадой, ногу Ли.
Сокомандник лишь прищурился, получив порез на голени, и отпрыгнул назад. Я продолжал атаковать. В голову, ноги, но неизменно встречал или меч, или воздух.
Мы не справимся. У него чудовищное количество чакры, он так играться может часами. Благо, рядом появилась Такахаши, и в мечника влетел Хиаши Хьюга с Майто Гаем.
– Ты нужен не здесь! – крикнула мне Тентен.
Рывок вперёд, протягивая к ней ладонь, и нас уносит темнота печати, сменившись видом на ревущего Шукаку. Справа, увидев меня, указал на Однохвостого биджу Сарутоби.
– Убери его, Ясуо!
А я что? Я – Узумаки. Убрал.
С громких хлопком, ударив перепадом давления, схлопнулась область сто на сто метров, убирая Однохвостого в подпространство. Этой печати наплевать, что убирать – она объём пространства сворачивает. Мгновенно. И на месте монстра, способного уничтожать города, остался только идеально ровный срез почвы без травы и растений.
На долю секунды на поле боя повисла тишина. Я упал на колено, убирая свернувшийся свиток в тубус и вытягивая ещё немного чакры из заначки. Тяжело. Хоть свиток и делает почти всё сам, но энергии почти не оставалось даже на нормальное целеуказание.
Возле опустилась зелёная рука Сусаноо на которую я запрыгнул, и Шисуи втянул меня к себе в доспех.
Вовремя. Выключив Врата, я сипло вдохнул, ощущая, как чакра залечивает тело. Больно, бля. Активировав Мистическую Ладонь, я помог своей природной регенерации, соединяя разорванные мышцы и сухожилия. Врата не шутки.
– Такие свитки ещё есть? – не отвлекаясь от боя, быстро спросил Хокаге.
– Один. Хочу оставить. Если придётся выпускать Девятихвостого, – односложно отчитался я.
Доспех из чакры Учихи выпустил сотню зелёных игл, изрешетив ближайшего призывного зверя. Тот заревел от боли и рухнул на колени, но почти моментально позади появилась огромная многоножка. Которую, через пару секунд, размазало по ландшафту титаническим водяным столбом. Сарутоби сорвал с груди очередной свиток, и на поле боя опустился огненный ад.
Деревья осыпались пеплом, покраснел грунт, а огромный дракон из огня обвился вокруг оставшихся зверей, сжигая их. Не знаю, что за твари, явно не обычные животные, однако ревели от боли, умирая, и они. А пламя не остановилось, потянувшись в сторону огромной змеи, сражающейся с Сусаноо Итачи.
Впрочем, стоило ему коснуться чешуи, как та исчезла. Орочимару явно не хотел лишаться своего призыва.
Дракон, тем временем, устремился в небо, навстречу парящей на бумажных крыльях куноичи. Перед ней возникла фигура в красном плаще, и конструкт из огня ударил в неё, стремительно втягиваясь внутрь тела.
Вот только бумажные крылья всё равно вспыхнули, а женская фигурка с криком понеслась вниз. Поглощение чакры – это здорово, но слишком велик косвенный нагрев.
Дракон отдёрнулся от шиноби и направился к поверхности, упав на пару рыжих фигурок в красных плащах. И поглотителя чакры с ними не оказалось… Они умерли молча, даже не крикнув.
Падающую с неба куноичи перехватил появившийся Орочимару. По небу пронёсся ещё один рыжий парень в плаще. И нас потянуло вверх. Шиноби, мусор, Сусаноо.
Шисуи с хлопком исчез, появившись около врага, и в небе расцвёл огромный огненный шар. Техника оказалась сорвана, пусть сам шиноби и уцелел, уклонившись.
Сусаноо Шисуи уменьшилось, пока не исчезло, и мы оказались на обожённой почве. Итачи своё тоже отменил, чакра не бесконечная.
Однако бой ещё не закончен: напротив вставали сотни облачённых в плащи марионеток, под мелодию флейты шли вперёд огромные големы, грохотал смех Кисаме, с которым до сих пор не разобрались самые сильные рукопашники деревни.
Стоящий рядом Хокаге оскалился и потянул из тубуса очередной свиток. Мелькнули цифры «сорок пять», и Шисуи исчез, уносясь далеко вперёд.
Завыл ветер, крепчая с каждой секундой, а во вражеских порядках стал подниматься столб огромного торнадо, касаясь облаков. Что-то кричал кукольник, изделия которого уносило в воздух. Вызвав огромную волну воды, прорывался к союзникам внутри неё Кисаме.
А потом, просто и без затей, из-под земли стали выскакивать шиноби Деревни Звука и Суны. Когда длилась атака Акацуки и, пользуясь засветкой для сенсоров от применения мощных техник, они смогли подобраться ближе.
Бой сразу стал другим. Мимо лица пронёсся кунай, отбитый мечом Итачи в сторону. Благодарно кивнув Учихе, я глубоко вдохнул и открыл первые Врата, одновременно отводя удар шиноби Суны.
Контратака, ощущая позади спину Учихи. Песок, надо бояться яда, не забывать, не позволить и поверхностной раны…
Пригнуться, полоснуть кунаем. Отвести удар, ответить. Отступить. Увернуться. Раскрыть ладонь, запечатывая летящие каменные сосульки. Отступить ещё и ещё, радуясь прикрытию Итачи.
– Беги, они хотят убить именно тебя! – крикнул Учиха. – Мы не можем драться нормально!
Мерцание в воздух. Адская боль в груди.
Пытаясь вдохнуть, я посмотрел в равнодушные тёмные глаза с бьющимся в них электричеством. Незнакомый темнокожий шиноби в доспехах песка и покрове молнии, и его рука, насквозь пробившая мне грудь.
Запечатывание.
Вокруг раскинулся привычный мрак печати, а в груди застряла отсечённая по локоть рука нападавшего. Печать тут же распалась, и я медленно полетел вниз.
Кажется, меня перекинуло выше.
Попробовал сложить печати медицинской техники. Не смог. Паралич. Вероятно, враг раздробил мне позвоночник.
Жёсткий удар, протектор с рожками и чёрные глаза напротив. Длинная матерная тирада. И резкий крик:
– Врача!
Мелькнула красная шевелюра, и мы в пространстве печати. И ещё раз, пока не оказались в незнакомом помещении. Дикий женский крик и уверенный голос Сенджу:
– Юмико, отойди, я справлюсь! Ты не в себе! Он Узумаки, выживет.
Из груди вынули инородный предмет, Цунаде показалась в поле зрения. Успокаивающий свет Мистической Ладони и приказ окружающим:
– Не мешать! – а уже для меня она добавила: – Сознание не терять!
Я и не терял, чувствуя, как в груди шевелятся останки сердца, медленно срастаясь в единое целое. Одновременно медик качала кровь отдельной техникой, заставив подступающую темноту отступить.
