Текст книги "Вкусно – Кусь или Попаданка с пирогами (СИ)"
Автор книги: Тиро Томое
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 21 страниц)
Глава №38
Глава 38
Проснулась я с первыми лучами солнца в своей собственной кровати. Точнее на диване. Выспавшаяся и прекрасно отдохнувшая.
Потянулась. Попыталась вспомнить, как я сюда вчера добралась…и не вспомнила. Видимо, его светлость отнёс на руках, когда я отключилась в его уютных объятиях.
Да уж, такое многообещающее свидание сорвала.
Хотя, чего можно ждать от очень уставшей женщины, которая пропахала весь день, а потом залакировала усталость отличным вином?
Надеюсь, хоть слюни на дорогой камзол его светлости не напускала во время крепкого сна. Есть у меня такой пунктик – как устану до потери конечностей, так отключаюсь и совсем не эстетично пускаю слюни. Как в детстве. Собственно, чего я переживаю? Камзол Диего уже переживал водопад моих слёз-соплей. И его светлость не предъявлял мне никаких претензий. Видимо, я и впрямь ему небезразлична. Человек, который нравится, не раздражает своими привычками, действиями, слюнями во время сна.
А вот если к человеку антипатия, то даже звук его голоса или привычка моргать во время разговора бесит неимоверно. И дышит он слишком громко, и смех идиотский, и ложку не туда кладёт, и причёска стрёмная, и прочая, прочая, прочая.
Вставать не хотелось. Хотелось понежиться в уютной постельке, потом не спеша встать, принять ванну с ароматными травами, надеть красивое платье и важно позавтракать в саду под пение утренних птиц.
Но нельзя. Работа ждёт, работа бдит.
Встала с постели. Алиска спала, скорчившись в калачик. Одеяло сползло на пол и валялось там пушистым комом. Я подняла беглое одеяло, аккуратно укрыла девочку. Она сразу довольно засопела и вытянулась.
По-моему, этот диван становится Алиске маловат. Она изначально выбрала его, так как он был чуть поменьше второго. Девочка заявила, что она маленькая, поэтому поместится. А мне простор нужен. Тогда, Алиска готова была всё на свете отдать, чтобы больше не быть одной. А я стараюсь отплатить ей тем же. Нельзя ребёнку быть одному.
Кажется, она вытянулась немного за эти дни. Чему удивляться. Дети, как растения. Плохой уход – не растут, чахнут, кривятся к земле. Начинаешь ухаживать, кормить, лелеять, любовью окружать – и мгновенно их спины распрямляются, глаза задорно блестят и вот уже ребёнок прибавил пару сантиметров в росте. Как цветок, который от сорняков очистили.
Ну, ничего. Сегодня уже спальни закончат. К вечеру выветрится краска. Можно будет вселяться в новые просторные комнаты. Ещё одна маленькая победа над хаосом и разрушениями.
Я схватила свежее платье, передник, и на цыпочках покинула комнату. Наскоро умылась, оделась, собрала волосы. Подвеску спрятала под ворот платья и тщательно застегнула все пуговицы.
Мне показалось, что подвеска стала будто тяжелее, массивнее, а камень слегка изменил насыщенность – словно внутри него медленно загорается тёмное пламя.
Присматриваться времени не было, да и желания тоже – может так и должно быть – поэтому засунула все мысли о подвеске подальше и пошла на кухню.
Ужин, который я оставила домовому, благополучно исчез. Весь до крошки.
Я улыбнулась и сказала в пространство кухни:
– Благодарю тебя за помощь, маленький хозяин!
Ответа не последовало. Да я особо и не ждала. Благодарные слова сами найдут получателя. Я в этом уверена.
Наскоро перекусила тем, что было – от молока уже скоро мычать начну – и принялась за работу.
Вскоре проснулась Алиска, потом подтянулись мои помощники. Я сразу отбила дону Миро в помощь себе. И вообще, предложила ей постоянное место работы – помощник пекаря. В последующем возможно повышение по должности и по зарплате. Дона Миро радостно согласилась.
Осталось только заиметь хорошего тестомеса. Может, походить по городу, да поприставать к мужчинам могучего телосложения?
Дон Блас и дон Марко приволокли новую дверь, рамы и стопку стёклышек. Сразу начали шуметь, выковыривая старую входную дверь.
Дон Алэрико кратко поприветствовал меня и отвёл в сторону. Я уж было решила, что у него опять проблемы с невестой, но всё оказалось гораздо проще.
– Светлая дона, я вижу, вам нужны сильные руки. – начал он без раскланиваний и лишних слов.
Мысли мои читает! Или я опять ненароком наколдовала? Да, нет. Держу себя в руках, ритуалов не совершаю. Лишнего не желаю.
– Нужны, дон Алэрико. Очень нужны. Желательно прям как ваши, – намекнула я, прекрасно понимая, что каменщик не согласится.
Слишком он любит свои каменюки. Но попытка не пытка. Правильно же?
– Я хочу вам предложить нанять моего младшего брата.
– Младшего? А он тоже такой сильный, как вы?
– Послабже, конечно, – без тени улыбки ответил Алэрико, – ему только семнадцать лет. Хочет научиться новому, а как узнал, что я знаком с кудесницей, так и запросился.
Кудесницей? Это они про меня так? Чудаки люди. Какая я кудесница? Все мои чары – это руки и рецепты, веками наработанные целым человечеством.
– А чего это я кудесница?
– Так весь город о вас говорит. Что вы волшебным образом хлеба в кувшине печёте, – весело усмехнулся Алэрико, – а разве молодость не хочет прикоснуться к новому, да ещё и волшебному.
Пф! Я им про Ивана, они мне про болвана. Что за люди? Как будто кроме магии больше ничего не существует!
– Ну, вы то, дон Алэрико, понимаете, что я не магичу, а вот этими самыми ручками всё делаю?—грустно взглянула на мастера.
– Понимаю. Я же всё вижу. Так, что с братом?
– Приводите. Возможно, сделаю его не просто тестомесом, возьму в ученики. Нужно же как-то разрушить местное мракобесие. А то живут, как буржуи – всё ждут, когда на них волшебные существа поработают. Эксплуататоры! –Завершила я свой гневный спич.
Алэрико улыбнулся.
– Он у калитки ждёт. Только пойдёмте вместе, светлая дона. Там уже приличная толпа собралась. Боюсь, шум будет, если Вито попытается пройти. Не хотелось бы кого ненароком покалечить. Потом с городовым придётся дело иметь. Я не люблю законы нарушать.
Ну, наверное, с городовым я справлюсь. Не сама, так к его светлости подъеду. Но зачем, если можно всех этих разборок избежать?
– Вито это имя вашего брата?
– Да.
– Пойдёмте знакомиться и спасать Вито от гневливой очереди, которая не терпит проходящих по блату.
За калиткой и впрямь столпилось много народу. Человек сто, не меньше.
И они нагло удерживали моих людей. Дон Тито пытался прорваться на рабочее место. Молочник Грегорио вяло отпихивался и мрачнел, прикрывая руками тяжёлый пятилитровый кувшин.
Вот ведь, голодные! Как будто в поликлинику пришла на приём, а там врачей добрые пациенты в кабинет не пускают.
– Эй! –громко вмешалась я, – ну-ка быстро отпустили моих работников!!
Очередь заволновалась и отхлынула от дона Тито и Грегорио.
– Фух! Вовремя вы, светлая дона, я уж думал, зашибут! – выдохнул дон Тито и быстро сиганул за калитку.
Грегорио протянул мне кувшин, я вынула из кармана передника деньги и расплатилась.
– Вы уж извините, дон Грегорио. Люди, что скажешь.
– Очень уж много вокруг вас шума, светлая дона, – слегка запинаясь, ответил молочник. – Работать с вами суетно. Мороки много и для здоровья опасно.
Он пересчитал монетки и пошёл к своей тележке.
Нет, так дело не пойдёт. Я упёрла руки в бока, свела брови и рявкнула в толпу.
– Так, господа мои хорошие! – толпа слегка присела, – слушаем меня сюда и очень внимательно. Сейчас вы все идёте по домам. Пекарня откроется через два часа. К этому времени возвращаетесь и выстраиваетесь в очередь: друг за другом. Выбираете меж собой главного и он ведёт запись, кто за кем стоял. Всем ясно?
Толпа помолчала, а потом послышались негромкие звуки согласия.
– Отлично! – похвалила я толпу, но позу не изменила. Пусть боятся, – и ещё. Тех людей, что идут ко мне в дом, задерживать строго запрещено! Если такое ещё раз повторится, то я сверну тут лавочку и уйду торговать на рынок! А там, кто успел тот и купил!
Я сурово оглядела толпу. Люди мялись, но сконфуженно кивали головами. Кажется, до них дошла абсурдность ситуации и их поведения.
– Вижу, все поняли. Сейчас расходитесь. Жду через два часа.
Толпа в едином порыве покорно отхлынула от ворот, сместилась вглубь улицы…но никуда не делась. Вместо этого они сбились в кучу и принялись что-то негромко обсуждать, повернувшись к нам спинами.
– Нет, ну что за люди? – махнула я на них рукой, и повернулась к Алэрико, – а где ваш брат?
Алэрико лукаво улыбнулся и указал рукой куда-то за мою спину. Обернулась и уткнулась взглядом в уменьшенную копию каменщика.
Копия весело зубоскалила и изящно, кивком головы, откидывала светлую прядь со лба.
– Здорово вы их, – парень отлепился от стены и подошёл к нам, – в секунду всех раскидали. Сильна кудесница.
Голос был по-юношески ломким, но в нём уже формировались басистые нотки. Глаза озорно сверкали тёмной синевой. Волосы оттенка спелой пшеницы. И широкие плечи, обтянутые тонкой белой рубашкой.
Вито встал рядом с Алэрико и я невольно их сравнила. Похожие, но в то же время разные.
Алэрико – скала. Холодный, сильный, надёжный.
Вито – вода. Живой, подвижный, озорной.
Такой мне и нужен.
– Привет, Вито, – я улыбнулась, – готов вкалывать в поте лица?
– Готов, светлая дона, – широко улыбнулся Вито, – с такой доной, я готов на что угодно!
– Вито! – одёрнул его помрачневший Алэрико.
– Что? – улыбка Вито стала ещё шире, – ты видел как она их? А? Как полководец! Раз и убежали…
Я оглянулась на дорогу. Толпа отступила подальше, но не рассосалась по домам.
– Не убежали, Вито, а ОТбежали. Плохой я командир.
– Отличный, – утешил меня Вито, – когда приступать к потению?
– Да прямо сейчас, – улыбнулась я и пошла во двор. – Чего тянуть то?
Я довольно быстро ввела нового работника в курс дела. Он всё схватывал буквально на лету. Восхитился тандыром, поплясал вокруг него. Вылил кучу восторгов на почти готовую к обжигу печь.
Вито мгновенно вскружил голову почтенной доне Миро. Высыпал на неё кучу комплиментов. Не сходя с места, сдружился накрепко с Алиской. Пошутил с доном Тито. И стал душой компании.
Через несколько минут Вито намешивал тесто из пятнадцати килограмм муки, не на секунду не переставая зубоскальничать.
Работа пошла. И пополнился мой маленький рабочий коллектив двумя новыми и, надеюсь, постоянными работниками.
Сегодня же закажу новый тандыр. Чего ждать, когда клиенты толпятся под калиткой и просто мечтают расстаться со своими деньгами?
Глава №39
Глава 39
Следующие пару недель слились для меня в один бесконечный поток работы, прерываемые коротким сном и вечерними встречами с Диего. Такими коро-о-тенькими свиданиями с лёгким флёром романтики. Неизменно оставалось одно. Стоило только устроиться в объятиях его светлости, как я моментально отключалась. Просыпалась ранним утром уже в своей кровати, а соседняя подушка хранила тепло Диего и аромат его духов.
Да! Спальни были закончены и мы теперь спали как королевишны – в своих собственных кроватях.
Алиска устроилась прекрасно.
Натащила в комнату цветных тряпочек – голубые, как небо, занавески; белоснежные, как облака, покрывала для кровати и уютного кресла; зелёный, как весенняя трава, круглый ковёр на пол. Стены спальни выкрасили в нежный, светло-бирюзовый цвет. Пол стал светло-серым.
Кровать из серии «Ленин и я» всё-таки заменили. Дон Марко раскритиковал старую койку. Мол, рассохлась от времени, скрипеть будет и всякое прочее. С моего согласия приволок изящную лёгкую конструкцию – примерно тех же размеров – из светлого дерева и с резными спинками. Алиска буквально влюбилась в новую кровать, а я её купила.
Надо отдать должное столяру. Он не гнул цены, а вещи производил очень качественные.
Помимо выполнения основных заказов по ремонту дома, дон Марко обеспечил нас новенькой мебелью – собственно, как я и планировала с самого начала.
Кроме кровати, для Алиски было куплено ещё много нужных и важных вещей. Шкаф для одежды и полки для книг. Хороший стол и удобный стул. Новенький туалетный столик с полками, ящичками, шкатулками – на будущее, девочка всё-таки растёт.
По совету доны Миро, приобрела толстенные матрасы, набитые овечьей шерстью. Я больше склонялась к перинам – помню их из деревенского детства – но дона Миро смогла меня переубедить.
Я, как житель мегаполиса и ценитель ортопедических матрасов, понятия не имела, сколько мороки с перинами. Взбивание, просушка, проветривание…и ещё сто и одна премудрость. Ужас! Это сколько же свободного времени надо иметь, чтобы так о матрасе заботиться?
Поэтому, послушала доводы разума и прикупила матрасы с овечьей шерстью. Их, конечно, тоже необходимо время от времени выносить на солнце, но не нужно взбивать с настойчивостью асуров и дэвов, которые пахтали Молочный Океан*.
Постельное бельё и собственно одеяла-подушки, мы не меняли. А зачем, когда я их совсем недавно приобрела?
Свою комнату я толком и не обустраивала, занятая производственным процессом. Зато обо мне побеспокоилась Алиска. Всякие нужные причиндалы она прикупила ещё тогда, когда вместе с доной Миро ездила на рынок за покупками к ремонту.
Меня иногда поражает разумность этого ребёнка. Алиска, прекрасно видя мою занятость, сделала вывод, что я не буду тратить время на приведение своей комнаты в порядок. Так, брошу матрас, застелю постель, а всё остальное доделаю потом. Когда спадёт горячка от работы. Поэтому она всё взяла в свои маленькие ручки.
Под бдительным оком доны Джосы, Алиска повесила васильковые занавески в мою спальню, на пол бросила приятный на ощупь тёмно серый коврик. Собственноручно выкрасила мою кровать в белоснежный цвет. Вдвоём с Леттой перетаскали мои немногочисленные вещи и сложили в подновлённый доном Бласом шкаф.
В общем, создала мне уют и великолепие.
Ремонт дома потихоньку приближался к логическому завершению.
Были уже вставлены новые окна взамен разбитых. Вход в дом красовался новой деревянной дверью и красивым крылечком. Холл-вестибюль, выкрашенный в песочный цвет, превращался в гостиную.
Я заказала у дона Марко красивый шкаф, в который планировала поставить всякие мелочи, типа статуэток. Большой диван купила у одного из постоянных покупателей. Он как раз избавлялся от старой мебели, а мне пришлось ко двору. Диван был почти новым, но сосед затеял ремонт, и мебель больше не подходила под обновлённый интерьер дома. А мне прекрасно подошла. Вдогонку был подарен небольшой чайный столик. Совершенно безвозмездно. На нём прекрасно смотрелись цветы, которые Диего приносил мне каждый вечер.
В саду колосились вычищенные растения и мягко стелились новенькие каменные дорожки. Дон Алэрико закончил свою работу и распрощался с нами, изредка забегая проверить, как дела у Вито и прикупить парочку лепёшек.
Знатно порадовала и дона Роза. Дня через четыре, после моего лепёшечного старта, она заявилась к нам в дом с кучей свёртков под мышкой. После многословных приветствий Роза вывалила свёртки на стол и развернула.
Оттуда посыпался мой заказ. Шикарно скроенные и изумительно качественно пошитые комплекты нижнего белья. Казалось, моему восторгу уже нет края, но Роза, загадочно улыбнувшись, вскрыла последний свёрток. На свет явились мои комплектики из местного кружева. Роза довольно горделиво расправила их, а я чуть с ума не сошла от восхищения.
Такое качество пошива я видела только в дорогущих бутиках. И ни разу я не решилась купить подобное бельё. Хотя позволить себе вполне могла, деньги были. Но! Жирная жаба, сидящая на моём кошельке и бдительно стерегущая каждую копейку, решительно и безапелляционно пресекала даже мысли о подобной трате. Я вздыхала и просто уходила от манящей меня прелести. Жаба она ж сильная, зараза.
Теперь я аккуратно мяла кружева между пальцами и представляла это бельё на себе.
Выходило вполне соблазнительно. В голове уже рождался план, как я надену это кружевное кокетство, распущу влажные волосы, чтобы они рассыпались по плечам, и, под трепетное биение подвески, совершу обольщение его светлости.
К сожалению, непристойные предложения пока пришлось отодвинуть в сторону. Времени не было совсем, это во-первых. А во-вторых, к вечеру, от усталости, я просто валилась с ног, так что из соблазнения был только крепкий сон на плече Диего.
Но надежда на один выходной в неделю уже маячила на горизонте.
Вито оказался хорошим учеником. Если в первые несколько дней я ставила его только на замес, то потом начала обучать искусству приготовления лепёшек. Сначала допустила до формовки. После нескольких заготовок, раскатанных в тонюсенький блин, Вито научился распределять собственную силу. Заготовки стали выходить одна к одной, как будто под копирку.
К этому времени уже подоспел и наш второй тандыр. Дон Тито сделал настоящего исполина на три сотни лепёшек. Правда, пришлось лишить тандыр колёс и обложить постаментом из кирпича и глины. Под мой подробный инструктаж для Вито, прошёл первый обжиг нашего исполина.
Исполин-тандыр значительно облегчил нам жизнь. Теперь не приходилось делать несколько замесов. Справлялись двумя. Один утренний, второй – ближе к вечеру. Месили в три руки. Сначала в огромном чане, потом выкладывали на стол и вымешивали, растянув тесто длинной колбасой.
Пришлось заказывать ещё и дополнительный стол, чтобы максимально упростить производство. Моя печь была давно готова, только времени на неё пока не было. Я решила постепенно перевести на лепёшки Вито и дону Миро, а потом, когда смогу только слегка корректировать процесс их работы, переходить к запуску печи. К концу второй недели мне это удалось и Вито был допущен до выпечки продукта.
На одном столе возились Вито и дона Миро, а второй – я отжала для себя и своих батонов. И, наконец, смогла приступить ко второму этапу моего маленького производства.
Тесто для батонов делается по-другому. Там нет места спешке. Только нежность и терпение.
Сначала нужно сделать опару. В теплое молоко всыпала соль и немного сахара, тщательно перемешала. Ситом просеяла немного муки прямо в чашку с молоком и добавила дрожжей. Снова тщательно перемешала, а потом оставила расстаиваться под полотенцем.
Через полчаса опара заплясала и начала пузыриться. От счастья, наверное.
Добавила в опару немного растительного масла, смешанного с растопленным сливочным. Перемешала осторожно. Досыпала муки и начала замес теста.
Основная тонкость тут в том, чтобы не сделать его слишком тугим, но и не слишком мягким. Золотую середину важно соблюсти. А она зависит не только от мастерства пекаря, но и от качества муки. Каждая мука ведёт себя по своему. Одну сыпешь, сыпешь, сыпешь… а густоты нет. Зато другую муку только насыпал, начал замес, а тесто уже неприемлемо крутое.
Поэтому так важно постепенно добавлять муку. Промешивать, а потом, по необходимости, досыпать, пока на выходе не получится мягкое тесто.
Удалось. Тем более, я уже приспособилась к местному сорту муки, так что довольно легко угадала с пропорциями.
Выложила тесто на присыпанный мукой стол и начала вымешивать, пока тесто не стало гладким и не перестало прилипать к рукам. Мягкий, упругий шар положила обратно в чашку, накрыла полотенцем.
Тесто я поставила на четыре килограмма муки. По моим предварительным расчётам, на выходе должно получиться шестнадцать батонов по триста пятьдесят-четыреста грамм. Думаю, для первого запуска вполне достаточно.
Пока тесто подходило – а обмять его нужно дважды – разожгла печь. Первый обжиг мы сделали с доном Тито ещё неделю назад, когда основа печи просохла. Подготовила подносы, которые теперь будут моими противнями для выпечки.
Сбегала на кухню и приготовила завтрак Алиске – большую тарелку омлета с овощами.
Отложила кусочек омлета на тарелку и сунула в шкаф к домовому. Он, с некоторых пор, отказывался выходить к завтраку, а иногда и к ужину. Сказал, что шумно у меня и людей много, но выглядел маленький хозяин довольным. Как говориться, если хочешь быть довольным – ешь один и в темноте, чем этот маленький проказник и занимался.
Свободное время потратила на помощь Вито и доне Миро. Помогла налепить лепёшек, проконтролировала розжиг тандыра. Ещё раз напомнила, что нельзя сильно смачивать дно лепёшки перед посадкой в печь.
За суетой незаметно прошло время, и тесто уже было готово к разделке. По моим расчётам, закончить мы должны одновременно. Так что батоны попадут на прилавок – мы поставили небольшой столик у ворот – вместе с лепёшками.
Тесто разделила на равные доли. Получилось как раз шестнадцать кусков. Скатала их в шарики и накрыла полотенцем. Нужно дать им подойти немного. Проверила печь. Дрова догорали, значит, скоро можно будет смести угли в угол и начать выпечку.
Честно говоря, такой печью – помпейского типа – предстоит пользоваться впервые. Теоретически всё понятно. Но как получится на выходе? Эх, скрещу пальцы и понадеюсь на русский авось. Авось, всё удастся.
Шарики мои поднялись. Ребром ладони расплющила слегка серединку. Края приподняла и слепила на манер пирожка, формируя длинный хлебец. Положила на противень швом вниз. С остальными шариками расправилась подобным образом.
Накрыла противни полотенцами и оставила расстаиваться.
Через пятнадцать минут сняла полотенца. Острым, как лезвие бритвы ножом, сделала небольшие надрезы на каждом хлебце. По пять поперечных надрезов на батон.
Это не моя прихоть, а требования рецептуры. Через надрезы выходит углекислый газ, а корочка остаётся ровной, хрустящей. Хотя существует теория, что такой нарезной батон легче разломать на куски, углекислый газ дырочку себе и так найдёт. Кто прав? А кто его знает.
Смазала каждый батон смесью желтка и молока, открыла дверь печи и поставила противни внутрь.
Влезли тютелька в тютельку.
Закрыла дверку и стала ждать.
Двадцать минут пролетело незаметно.
К этому времени уже практически все лепёшки лежали на столе, остывая, а Вито доставал последние из тандыра. Дона Миро застилала корзины свежей тканью и складывала наш товар.
Я шёпотом пожелала себе удачи и открыла дверцу печи. Пахнуло тяжёлым хлебным духом. Натянула варежки и вытащила первый противень.
Четыре пузатых золотистых батона важно вылезли из печи.
– Ого! – восхищённо протянула дона Миро, – какая красота!
– Красота! – согласилась я, и принялась вытягивать противни.
Через несколько минут мы поставили корзины со свежим хлебом на стол-прилавок, отворили ворота и поприветствовали покупателей. Теперь очередь не толпилась у ворот, а послушно вытягивалась в длинную змею.
Только я открыла рот, чтобы разрекламировать новый товар, как раздался важный голос.
– Торгуете значит. Прям из дому. А чего не зарегистрировали торговое предприятие?
Обернулась на говорящего.
Невысокий черноволосый человек нахально улыбался и подкручивал пышный ус. На вид ему было около тридцати-тридцати пяти лет. Он держал под мышкой толстую папку.
– Нарушаете, светлая дона? – заявил он и нагло ухмыльнулся.
**********************************************************
Пахтание Молочного Океана – одно из ключевых событий в индийской мифологии. История описывается в «Махабхарате», «Вишну-пуране», «Бхагавата-пуране». Вишну, в одном из обличий (аватар черепаха Курма) ставит себе на спину гору Мандара. Асуры привязывают к этой горе змея Васуки, демоны берутся за хвост нечастного змея. Асуры за голову. Вместе они начинают сбивать Молочный Океан, используя гору, как мутовку. После долгих-долгих стараний всей честной компании – змейку жалко :( – океан начинает выдавать разные чудесные вещи (апсар, чудо-коня, драгоценный камень, будущую жену Вишну и многое другое). И, наконец, появляется, то, ради чего вся эта суета и затевалась. Напиток бессмертия – амрита.
Развлечения у древних были интересные, но своеобразные.))
